WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 93 | 94 || 96 | 97 |   ...   | 130 |

В июне 1942 г. Георгиос совершил визит в Соединенные Штаты и был очень тепло принят президентом Рузвельтом в Гайд-парке. В августе 1943 г. на первой Квебекской конференции ФДР выступил в поддержку идеи возвращения короля сразу после освобождения2.

К концу 1943 г. англичане, которые активно поддерживали короля, поняли, что его возвращение без проведения плебисцита по «королевскому вопросу», вероятнее всего, приведет к гражданской войне. Поэтому позиция Лондона была изменена и теперь он настаивал на создании после освобожения Греции Регентского совета, который будет управлять страной без Георгиоса. Англичане потребовали от монарха сделать соответствующее заявление. Король обратился с просьбой о поддержке к американцам. 6 декабря Ф. Рузвельт встретился с Георгиосом II3. Президент сказал королю, что нет никакой потребности делать какие-либо заявления, если он этого не желает4. Рузвельт запретил американскому послу при греческом эмигрантском правительстве Л. Маквею склонять короля к принятию любых решений «против его желания»5. При этом, госдепартамент занимал противоположную позицию. Специалисты ближневосточного отдела еще в 1942 г. пришли к выводу, что возвращение короля вызовет внутренние беспорядки в стране.

В письме Маквею от 15 января 1944 г. президент рассказал о своей встрече с греческим монархом. Король говорил, что на него оказывали давление англичане по вопросу о возвращении. Президент считал, что король должен публично признать, что допустив установление диктатуры Метаксаса, он зашел слишком далеко, хотя его намерения и заключались в обеспечении мира в Греции, что он извлек урок из этих событий, и теперь будет править строго как конституционный монарх, не допуская никаких игр с диктатурой. Президент считал, что Греция должна стать конституционной монархией, но с определенными оговорками. При этом, король «не должен принимать абсолютно никакого участия в правительстве…»6. Рузвельт считал, что при сохранении монархии как символа возможно будет провести демократическое переустройство Греции. Такое отношение к королю Георгиосу вполне мирно уживалось со скептическим отношением к эмигрантским правительствам, которые американский президент считал «правительствами без страны».

Президент Рузвельт последовательно придерживался курса на невмешательство во внутренние дела суверенных государств. Поэтому он не допускал прямого вмешательства США во внутренние дела Греции.

В апреле 1945 г. после смерти Ф. Рузвельта президентский пост занял вице-президент Г. Трумэн.

В отличие от своего предшественника, Трумэн не обладал достаточным внешнеполитическим опытом и внимательно прислушивался к мнению своих советников. Новый президент заявил, что будет придерживаться курса Рузвельта в международных делах, однако вскоре начался отход от прежней политики.

Госдепартамент 20 августа 1945 г. официально объявил, что в соответствии с Ялтинским соглашением Соединенные Штаты направят комиссию для наблюдения за греческими выборами7. сентября глава Форин Офиса Э. Бевин обратился к своему американскому коллеге Дж. Бирнсу с просьбой дать американскому послу в Афинах Маквею инструкции совместно с английским и французским послами убедить лидеров основных политических сил в Греции сотрудничать в деле проведения выборов. Предполагалось создать некий «объединенный фронт»8. Беседы посла Маквея с регентом и английским послом не оставляли сомнений, против кого будет направлен этот «фронт» – предполагалось «убеждать» всех, кроме организаций, в которых заметную роль играли коммунисты9. Вашингтон поддержал британское предложение и посол Маквей был проинструктирован госсекретарем заняться внушением греческим политикам мысли о необходимости сотрудничать во время выборов с целью создания после них устойчивого правительства10.

Таким образом, летом-осенью 1945 г. США окончательно расстались с политикой невмешательства во внутренние дела Греции, о чем свидетельствует согласие принять участие в наблюдении за греческими выборами и деятельность американского посла в Афинах.

Кроме того, в отличие от Рузвельта, у Трумэна не было никакого особого интереса к Греции.

Первоначально он стремился только помочь англичанам стабилизировать ситуацию в стране. Президент не был готов оказывать Греции заметную помощь. Трумэн в мемуарах отмечает, что в 1945 г.

он не поддерживал идею оказания существенной финансовой помощи Греции, надеясь, что рекомендованная американцами программа экономической стабилизации будет способствовать улучшению ситуации в стране11. Однако вскоре события в Греции стали рассматриваться американском президентом в контексте «красной опасности».

Новое американское руководство уже не ощущало той границы, которая отделяла США от вмешательства во внутренние дела иностранного государства, чреватого опасностью «погрязнуть» в его проблемах. Политика при Трумэне становится более прямолинейной. Новому президенту явно недоставало гибкости своего великого предшественника. США становятся на путь, который привел их к провозглашению доктрины «сдерживания коммунизма».

Kuniholm B. The Origins of the Cold War in the Near East: Great Power Conflict and Diplomacy in Iran, Turkey, and Greece. Princeton, 1980. P. 93-94.

Foreign Relation of the United States (далее – FRUS). 1943. Vol. 4. Р. 147-148; FRUS. 1943. Conferences at Wash. and Quebec. P. 930-934; Hull C. The Memoirs of Cordell Hull: In 2 vols. N.Y., 1948. Vol. 2. P. 1240.

FRUS. 1943. Cairo and Tehran. P. 740.

Ibid. P. 844; Karalekas A. Britain, the U.S., and Greece, 1942-1945. N.Y.; L., 1988. P. 56, 96.

Frazier R. Anglo-American Relations with Greece. The Coming of the Cold War, 1942-1947. N.Y., 1991. P. 43.

Ambassador MacVeagh Reports: Greece 1933-1947 / Ed. by J.O. Iatrides. Princeton (N.J.), 1980. P. 444-445.

Documents on American Foreign Relations. Vol. 8. P. 878; Xydis S.G. Greece and the Yalta Declaration // American Slavic and East European Review. Vol. 20, No. 1, (Feb., 1961). P. 21.

FRUS. 1945. Vol. 8. P. 159-160.

Ibid. P. 161-162.

Ibid. P. 165.

Truman H. Memoirs: In 2 vols. Vol. I: Year of Decisions. 1945. N.Y., 1955. P. 522.

В.А. Хрипун КУЛЬТУРНАЯ ДИПЛОМАТИЯ СССР В КОНТЕКСТЕ «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ» (1950 – 1960 – Е ГГ.) В отличие от «политической», «культурной дипломатии» в советской и российской исторической науке было уделено незначительное внимание. Лишь недавно этот термин стал входить в обиход российских специалистов. Между тем, на Западе, в частности в США, политологи и советологи еще в 1960 – е гг. проявили пристальный интерес к исследованию феномена «культурной дипломатии», что было связано с ролью, которую она играла в политике США, стран Западной Европы и СССР. Необходимо отметить, что в первую очередь, проведение культурной дипломатии западные эксперты приписывали деятельности именно СССР, игнорируя наличие схожей линии поведения во внешней политике США и стран Западной Европы.

Термин «культурная дипломатия» был впервые введен американским историком и политологом Фредериком Баргхорном в 1961 г. в работе «Советское культурное наступление»1. Под этим термином исследователь подразумевал особую форму достижения политических и пропагандистских целей путем «манипуляции культурными фактами и деятелями культуры». Под действиями, способствующими таким манипуляциям, автор понимал ряд мероприятий советского правительства середины 1950 – х гг., таких как разрешение массового иностранного туризма в СССР, приглашение с неофициальными визитами иностранных политиков, деятелей культуры и представителей авторитетных на Западе общественных организаций, набор на учебу в СССР студентов из- за границы, а также приглашение в СССР иностранцев для подготовки из них высококлассных специалистов2. В широком смысле, под термином «культурная дипломатия» подразумевается комплекс мероприятий, направленных на создание положительного имиджа государства в мире и демонстрацию превосходства своей политической и социально – экономической системы над другими3.

На Западе «культурная дипломатия» СССР традиционно рассматривалась как своеобразная форма внешней экспансии СССР, конечная цель которой - сформировать положительный образ Советского Союза в среде мирового сообщества в глобальном масштабе и закрепить свое идеологическое влияние в странах «третьего мира». Необходимо отметить, что СССР, в свою очередь, обвинял США и Запад в «культурном империализме» и экспансии своих цивилизационных ценностей в страны «третьего мира» и страны социалистического лагеря4.

Следует отметить, что переход СССР к «культурной дипломатии» стал возможен благодаря т.

н. «оттепели», следствием которой во внешней политике стало снижение уровня напряженности в отношениях СССР и Запада во второй половине 1950-х. Борьба сверхдержав перешла из военнополитической сферы еще и в культурно – политическую. Именно в сфере культурного и научного противостояния, согласно провозглашенной Никитой Хрущевым на XX съезде КПСС в 1956 г. полиXX съезде КПСС в 1956 г. полисъезде КПСС в 1956 г. политике «мирного сосуществования двух систем», должны будут проявиться сильные и слабые стороны обеих систем5. По мнению автора, именно «культурная дипломатия» наиболее остро обнажила слабые стороны Советского Союза.

Особенно ярко экономические и организационные проблемы СССР проявились в попытке демонстрации социалистической реальности иностранцам, прибывающим в «страну Советов».

Самой многочисленной категорией иностранцев, приезжающих в СССР, и в частности в Ленинград, являлись туристы. Иностранный туризм в СССР возобновился еще в 1955 г., массовым он стал лишь в конце 1950 – х гг. В 1960 г., согласно отчету местного отделения ВАО «Интурист», Ленинград посетило 68 489 иностранных туристов, что было на 55% больше, чем в 1959 г.Практически все приезжающие в СССР иностранцы сталкивались со специфическим подходом со стороны советских властей. В 1983 г. американский советолог и политолог Пол Холландер метко назвал такой подход «техникой гостеприимства»7. Суть этой техники заключалась в активном применении набора психологических и технических средств, применявшихся советской стороной для идеологического влияния на иностранцев и пропаганды достижений советского строя. Одним из наиболее распространенных методов была демонстрация «выборочной реальности». Как правило, иностранцам демонстрировались музеи, красивые исторические здания, наиболее успешные советские предприятия и колхозы, организовывались встречи со специально подготовленными для бесед с иностранцами рабочими, служащими, партийными работниками. Так, согласно документам Отдела внешних связей Исполкома Ленинградского городского совета, 70% объектов, которые посетили иностранцы в 1957 г., составили культурно – просветительские учреждения (музеи, театры, дворцы, парки) и 9,5% промышленные предприятия. Наиболее важными для показа иностранцам являлись Эрмитаж, Русский музей, Петродворец, крейсер «Аврора», кабинет В. Ленина в Смольном, а из заводов - «Электросила» и Металлический завод8. По мнению П. Холландера, такой усиленной культурной демонстрацией внешнего успеха «гостей ограждают от неприглядностей жизни, их не пускают, куда не следует, а приятные впечатления гостей оказываются заранее просчитанными»9.

Однако, в условиях массового наплыва иностранцев в город, властям стало труднее скрывать организационные недостатки, трудности в снабжении города необходимыми товарами, невысокий уровень подготовки большинства сотрудников. Вместо «формируемого» властью успеха, иностранцы часто сталкивались с действительными советскими реалиями, что нередко приводило их к разочарованию в социалистической системе и ее идеалах.

Отчеты ленинградского отделения «Интуриста» пестрят фактами многочисленных организационных и хозяйственных неурядиц. Например, в гостиницах «Октябрьская», «Ленинградская» и др., иностранцев возмущали невысокий уровень обслуживания, нехватка комфортных номеров, перебои с горячей водой, скудный рацион питания, грубость персонала, кражи личных вещей10. Такие типичные явления как обвес и обсчет иностранцев в магазинах и ресторанах, ограниченность передвижения по одиночке и малыми группами, недостаток объектов показа, множество мест, закрытых для посещения, производили на иностранцев самое гнетущее впечатление. Вот типичное впечатлении редактора американской газеты «Honolulu Advertiser» Джорджа Чаплина о гостинице «Европейская» в Ленинграде: «Ужасно длинные коридоры скудно освещены…В слабо освещенной ванной комнате стояла огромных размеров ванна и античный туалет. В комнате было повешено чистое, но уже изношенное полотенце, лежали два крошечных кусочка мыла без какой – либо упаковки». О контроле:

«Двое туристов из нашей группы как – то были задержаны за то, что в Ленинграде они фотографировали какое – то уличное происшествие»11. При этом, находясь на территории СССР, иностранцы, как правило, не спешили выражать свое недовольство, предпочитая делиться своим «советским» опытом с представителями западных СМИ. Поэтому, с середины 1960 – х гг. зарубежные представительства «Интуриста» стали заниматься сбором отзывов о визитах иностранцев в СССР, которые публиковались в зарубежной печати12.

В области высшего образования СССР также, несмотря на впечатляющие успехи, не смог воспользоваться благоприятной ситуацией, возникшей вследствие деколонизации 1950-х – 1960 – х гг.

и острой потребности развивающихся стран в кадрах (только Алжир по состоянию на 1968 г. нуждался почти в 100 тыс. квалифицированных специалистов разных специальностей)13. Еще в конце 1960 - х гг. советские эксперты пришли к выводу, что «идеологический» подход при подготовке к иностранным кадрам себя не оправдал. Поскольку при подборе кадров для обучения в советских вузах нередко брались в расчет, в первую очередь, социальное происхождение, партийность, заслуги в освободительном движении, то общеобразовательный уровень многих абитуриентов зачастую оставлял желать лучшего. Многие студенты, приезжавшие в СССР на учебу, были вовсе безграмотны. Естественно, что качественная подготовка специалистов была затруднена. В 1968 г. посол Танзании в СССР Мфинанг высказал претензии качеству подготовки кадров в советских вузах. Посол потребовал, чтобы африканским студентам предъявляли жесткие требования в обучении, не делали поблажек в учебе, отчисляли за неуспеваемость. В противном случае, сотрудничество СССР и Танзании в сфере образования «может оказаться под вопросом»14.

Pages:     | 1 |   ...   | 93 | 94 || 96 | 97 |   ...   | 130 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.