WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 79 | 80 || 82 | 83 |   ...   | 130 |

Коллонтай А.М. 1) Дорога крылатому Эросу! // Молодая гвардия. 1923. № 3. С. 111-124; 2) Любовь пчел рудовых. (Из серии рассказов Революция чувств и революция нравов). М.- Пг., 1923; 3) Большая любовь. М.; Пг.,1923; 4) В тюрьме Керенского. М., 1928.

Коллонтай А.М. Общество и материнство. Пг., 1916.

Коллонтай действительно к 1913 г. была «знатоком» женского вопроса. Еще в 1907 г. она вступила в созданный в Штутгарте «Международный женский социалистический союз», а 1910 г. была избрана в его руководство. В рамках этой организации она активно противостоит возникшему в России в начале ХХ в. с феминистскому движению. 10-16 декабря 1908 г. в Царской России прошел Первый Всероссийский женский съезд. Организаторы поставили задачу объединения всех женских организаций России. Александра Михайловна выступила против объединения с феминистками, потому что видела в их деятельности попытку отвлечь русских женщин от классовой борьбы пролетариата и внести раскол в социалистическое движение.

Это и другие ее выступления по «женскому вопросу» представлены в издании: Коллонтай А.М.

Избранные статьи и речи. М., 1972.

В 1918 г. все эти предложения Коллонтай вылились в «Кодекс законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве».

К 1921 г. женотделы Советской России группировали вокруг себя 60 тысяч делегаток, которые связы60 тысяч делегаток, которые связытысяч делегаток, которые связывали женотдел с женским населением в три миллиона человек. Женотделы были ликвидированы решением ЦК РКП/б/ от 5 января 1930 г., как выполнившие свою роль.

Коллонтай А.М. Новая мораль и рабочий класс. М., 1918; Осипович Т. Новая женщина в беллетристике Александры Коллонтай // Преображение. Русский феминистский журнал. М., 1994. № 2. С. 66-71.

А.Л. Сагалова ХЬЮ ДАЛТОН И РАЗВИТИЕ ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКОЙ СТРАТЕГИИ БРИТАНСКИХ ЛЕЙБОРИСТОВ В 1920-40-Е ГГ.

В результате победы лейбористов на парламентских выборах летом 1945 г. было сформировано одно из наиболее ярких британских правительств XX в. Среди политиков, составивXX в. Среди политиков, составивв. Среди политиков, составивших «костяк» нового кабинета, безусловно, выделялась фигура канцлера казначейства, Хью Далтона (1887-1962). К тому времени вновь назначенный глава министерства финансов имел довольно обширный послужной список и репутацию человека, во многом определяющего развитие лейбористской партии. Увлекшись идеями социализма еще в студенческие годы, Далтон под влиянием своего близкого друга знаменитого поэта Руперта Брука вступил в Фабианское общество. Опыт полученный в период Первой мировой войны на полях сражений во Франции, а затем в Италии оказал существенное влияние на его мировоззрение и в целом определил его политический выбор: лейбористская партия представлялась Далтону наиболее дееспособной антивоенной силой. По возвращении с фронта, он присоединился к лейбористам; в 1924 г. (с пятой попытки) был избран членом палаты общин, а в 1926 г. вошел в партийный исполнительный комитет. После победы лейбористов на выборах 1929 г. Далтон в течение двух последующих лет был заместителем министра иностранных дел А. Гендерсона; в 1935 г. он стал теневым министром иностранных дел; а в коалиционном кабинете У. Черчилля последовательно занимал посты министра экономической войны и министра торговли.

Не будет преувеличением охарактеризовать Далтона как одну из самых парадоксальных фигур в лейбористской партии за всю ее историю. Британский исследователь Стивен Хоу, автор подробного очерка о Далтоне, заметил, что в прошлом веке его герой являлся самым влиятельным лейбористом, никогда не занимавшим постов премьер-министра или лидера партии1. Действительно, Далтон был типичным might-have-been man, человеком, на протяжении своей карьеры не раз оказывавшимся буквально в шаге от высокого партийного или правительственного поста, но остававшимся при этом лицом второго плана. Причиной подобной «несостоятельности» в какой-то степени была непопулярность Далтона в партийных кругах:

современники, признавая его заслуги перед партией и государством, нередко отзывались о нем как о человеке с жестким характером, манипуляторе, интригане, склонном к закулисной игре.

При этом, Далтон, был искренним социалистом и ненавистником войны, считавшим Гитлера едва ли не личным врагом. Веря в идеалы мира, разоружения, коллективной безопасности, Далтон полагал, что высокие цели достижимы лишь посредством ведения очень гибкой политики. Показательно, что в работах и выступлениях Далтона довольно часто встречается мысль о том, что решения необходимо принимать, исходя из сложившихся обстоятельств, а следование готовым сценариям может оказаться губительным для дела. Характерно также, что одной из излюбленных обидных характеристик, которой Далтон награждал своих оппонентов, было словечко «доктринер». Даже социализм не был в его глазах законченной теорией: Далтон, традиционно примыкавший к правому крылу партии, был весьма далек от того, чтобы рассматривать современный ему мир исключительно в терминах классовой борьбы. В этом смысле весьма показательна едкая характеристика, данная им своему извечному оппоненту, представителю левой фракции С. Криппсу: «Он сводит все к упрощенной формуле: “капиталисты и рабочие”. О этот марксистский душок, простительный разве что подростку!»2.

Социалистические убеждения Далтона, выпускника Итона и Кембриджа, сами по себе являлись вызовом общественным устоям. Разумеется, среди британских социалистов было достаточно много представителей средних и высших классов, однако, Далтон, чья семья входила в непосредственное окружение английской королевы, выделялся даже на фоне этой группы.

Его отец, каноник Далтон, был личным капелланом королевы Виктории и наставником принцев, в том числе будущего короля Георга V. Хью Далтон, впрочем, охотно рассказывал историю о том, как в четырехлетнем возрасте он заявил Виктории: «Уходите, королева, вы мне не нравитесь». Его однокашник по Кембриджу Филлип Ноэль-Бейкер (впоследствии также видный деятель лейбористской партии) вспоминал, как в ученические годы Далтон поплатился за свои левые убеждения. Вместе с Ноэль-Бейкером Далтон входил в тайное студенческое общество карбонариев. В последний год Далтона в королевском Колледже карбонарии на ежегодном обеде подняли тост: «За короля, будь он проклят!». Карбонарии не подозревали, что их подслушивают: антимонархический выпад уже на следующий день стал достоянием университетской общественности. Члены правого студенческого общества, состоявшего из «старых итонианцев», ворвались в комнату Далтона и, несмотря на его бурные протесты, вытащили его во двор и бросили в фонтан, дав таким образом понять будущему деятелю лейбористской партии, что его «классовое отступничество» отнюдь не приветствуется его собратьями по социальному статусу3.

Далтон представлял собой довольно редкий тип партийного руководителя, сочетавшего общественную и парламентскую активность с деятельностью партийного идеолога и ученого.

Сферами его интересов были экономика (именно ее он изучал в Кембридже) и международные отношения. С 1919 по 1935 г. с перерывами Далтон преподавал в Лондонской школе экономики; на протяжении 1920-1940-х гг. он стал автором нескольких книг, посвященных теории социализма и вопросам войны и мира. Заняв в 1929 г. пост заместителя МИДа Артура Гендерсона, Далтон сделал окончательный выбор между экономикой и международными отношениями в пользу последних; его личные амбиции с этого времени были нацелены на Форин офис, а не на Казначейство4. Когда вновь избранный в 1935 г. лидер партии К.Эттли предложил ему возглавить одно из теневых министерств - финансов или иностранных дел - Далтон не колеблясь, выбрал последнее. «При современном состоянии международных отношений Форин офис едва ли можно назвать подарком, - заявил он. - Однако, я убежден, что подхожу для роли министра иностранных дел лучше, чем кто бы то ни было в моей партии. Лишь когда внешний мир будет безопасен, я вернусь к Казначейству и сделаю нечто важное для внутреннего фронта»5. Должность главы министерства финансов в 1945 г. Далтон занял с чувством разочарования: и большинство лейбористов, и он сам рассчитывали, что он получит в свое распоряжение Форин офис. В 1947 г. он покинул свой пост без видимых сожалений, уйдя в отставку на фоне скандала, разразившегося вокруг утечки информации о государственном бюджете.

Хью Далтон стал фактическим вдохновителем, по крайней мере, двух взаимоисключающих парадигм в рамках внешнеполитической стратегии лейбористов – либерально-идеалистической или концепции «сильной» Лиги Наций в 1920-1930-е гг. и антифедералистской в 1940-е.

Подобно большинству своих товарищей по партии, Далтон рассматривал Лигу Наций как ступень к созданию всемирной федерации, значение которой состояло в том, чтобы устранить суверенитет как фактор международных отношений и, таким образом, избавить мир от войн (лейбористы и многие либералы считали суверенитет главной причиной «международной анархии» и, следовательно, вооруженных конфликтов). В книгах, статьях и выступлениях Далтон создавал образ Лиги Наций как системы коллективной безопасности, опирающейся с одной стороны, на разоружение и арбитраж, а с другой на экономическое сотрудничество и взаимозависимость; при этом экономическим аспектам международных отношений он придавал не меньшее значение, чем вопросам военной безопасности. На партийной конференции 1935 г. Далтон сформулировал внешнеполитическое кредо лейбористов как «коллективную безопасность и коллективное процветание»6. Считая гонку вооружений одной из главных причин международных конфликтов, огромное значение он придавал разоружению и рассматривал подписание соответствующего международного соглашения как «единственное разумное решение» проблемы войны и мира7.

Впрочем, уверенность в действенности разоружения как меры, призванной обеспечить мир, уже в середине 1930-х гг. начала покидать Далтона. В этот период он довольно активно общался с политиками из государств Восточной Европы. Известный своей германофобией, он не питал иллюзий относительно внешнеполитических устремлений Гитлера. «Германия ужасна. Не пройдет и десяти лет, как разразится европейская война, – писал он после поездки в Берлин в апреле 1933 г. – Многие немцы… по-настоящему безумны. Немцы никогда не знают, где следует остановиться»8. Весной 1935 г. Далтон вернулся из Чехословакии «с растущим ощущением близости войны» и окончательно утвердился во мнении, что Британия должна готовиться к столкновению с Гитлером9. Ему предстояло убедить лейбористов в необходимости оставить на время лозунги разоружения и поддержать выступающих против политики умиротворения консерваторов в их намерении перевооружить страну. На партийной конференции 1936 г. Далтон, еще несколько лет назад произносивший пламенные речи о разоружении, от имени исполкома выдвинул резолюцию, в которой призвал лейбористов способствовать военному усилению Великобритании, чтобы противостоять фашизму. «Сегодня безопасности Британии больше не существует, - заявил он. - Коллективная безопасность так и не была должным образом организована, а преимущества нашего островного положения ничего не значат после того, как на европейском континенте началось наращивание военно-воздушных сил»10. Позиция Далтона нашла понимание у многих представителей правого крыла партии, в том числе Эрнеста Бевина, будущего министра иностранных дел и создателя НАТО, но вызвала взрыв возмущения у левых и пацифистов: по сути, Далтон призывал совершить предательство «идеи Лиги Наций» и к тому же пойти на соглашение с тори. Однако, резолюция была принята, и спустя несколько лет, лейбористы, преодолев очередную волну внутренних разногласий, вошли в состав коалиционного кабинета во главе с Черчиллем.

В годы войны Далтон снова оказался на авансцене внутрипартийных дискуссий о внешней политике. Именно он подготовил и осуществил плавный переход от безнадежно устаревшей идеи «сильной» Лиги Наций к идее сотрудничества в рамках «Большой тройки» - гораздо более имперской по духу и не вполне соотносящейся с либеральным идеализмом межвоеннного периода. В 1944 г. по поручению исполкома Далтон составил программный документ «Международное послевоенное урегулирование», который, по мнению британского исследователя Р. Викерса, знаменовал собой «отход лейбористов от политики, которой они следовали на протяжении большей части 1930-х гг.»11. Задачей Далтона в данном случае было преподнести внешнеполитические цели лейбористов таким образом, чтобы мысль о будущем сотрудничестве великих держав не выглядела как откровенное отступничество от идеалистической концепции «сильной» Лиги Наций. Автор документа блестяще справился со своей работой, представив перспективу тесного взаимодействия Великобритании, США и СССР как возвращение к традиционному принципу универсальности международной организации. «Одна из причин “провала” Лиги Наций состояла в том, что США никогда не являлись ее членом, а СССР вошел в нее лишь на короткий период», – напоминал Далтон своим читателям12. Сохранив старую идейную оболочку, Далтон вновь, как и в 1936 г., поместил в нее сообразное духу времени содержание, тем самым избежав резкого разрыва с довоенной системой ценностей.

Pages:     | 1 |   ...   | 79 | 80 || 82 | 83 |   ...   | 130 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.