WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 78 | 79 || 81 | 82 |   ...   | 130 |

См.: Ганелин Р. Ш. Некоторые материалы об экономических отношениях между Советской Россией и США после Октябрьской революции // Проблемы источниковедения внешней политики США. М.; Л., 1987. С. 93. Он же. Советско-американские отношения в конце 1917-начале 1918 г. Л., 1975. С. 44. Спустя два дня после революции Фрэнсис рекомендовал Лансингу не давать «никаких займов России в настоящее время». См.: U.S. Department of State. Papers relating to the Foreign Relations of United States, 1918, Russia.

V.1. Wash., D.C., 1931. P. 245, 247, 317.

Draft Telegram to the Ambassador in Great Britain // Lansing Papers. P. 345.

Первая мировая война: дискуссионные проблемы истории. М., 1994. С. 167.

The Secretary of State to President Wilson. Washington, March 24, 1918 // Lansing Papers. P. 357-358.

Notes of Interview with the President at the White House, Wednesday, October 16, 1918 // Fowler W. P.

British-American Relations, 1917-1918. The Role of Sir William Wiseman. Princeton (N.J.), 1969. Р. 288.

Draft Statement To Be Issued by the Secretary of State // Lansing Papers. P. 350.

Lansing, R. War Memoires. N.Y., 1935. P.340.

Draft Statement To Be Issued by the Secretary of State // Lansing Papers. P. 350-351.

The Secretary of State to President Wilson. Washington, February 15, 1918 // Lansing Papers. P. 353.

Lansing R. Op. сit. P. 340.

Ibid. P. 341.

Ibidem.

Ibid. P. 342.

The Secretary of State to President Wilson. Washington, May 16, 1918 // Lansing Papers. P. 360-361.

Fowler W. P. Op. сit. P. 197.

А.В. Репневский А.М. КОЛЛОНТАЙ – ИСПЫТАНИЕ БЫТЬ ПЕРВОЙ Имя Александры Михайловны Коллонтай (урожденной Домонтович) очень часто склоняется с понятиями «первая», «единственная», причем не только в положительном смысле.

Определим же то, в чем она соответствовала этим понятиям, и постараемся понять, цену этого первенства.

Зарубежная и отечественная пресса и историография давно и широко растиражировали тот факт, что А.М.Коллонтай стала первой в истории женщиной в официальном ранге посла1. То была красивая витрина, демонстрирующая эмансипационные возможности социализма. Чаще всего этими хрестоматийными утверждениями журналисты и историки и ограничиваются.

Между тем, в ходе своей дипломатической карьеры Александра Михайловна выступила еще и в качестве литератора. В 1923 г. она публикует две свои первые повести и несколько статей и рассказов, в центре которых отношения между полами. Впрочем, эти и последующие ее литературные труды были отрицательно встречены советской критикой и с 1928 г. до 80-х гг. не печатались, за исключением мемуаров об аресте во времена Керенского2. Совмещение дипломатической должности и в последующем авторства дневниковых заметок или воспоминаний довольно распространено, а, вот, беллетристику по ходу своей службы послы практически не писали.

Совсем немногие знают о том, о том, что А.М.Коллонтай в июле-августе 1917 г. стала первой женщиной, избранной в состав ЦК РКП(б). Причем избрали ее заочно, так как с конца июня она по распоряжению А.Ф.Керенского сидела в Выборгской женской тюрьме за антивоенную и революционную агитацию.

Пожалуй, в постсоветской России только профессиональные историки помнят, что она была единственной женщиной в первом Советском правительстве – Совете Народных комиссаров, заняв 30 октября (по старому стилю) 1917 г. пост Комиссара общественного призрения.

Таким образом, она стала еще и первой в мире женщиной-министром. Впрочем, на этом посту она работала недолго - 19 марта 1918 г. Коллонтай вышла из него в знак протеста против Брестского мира.

Почти совсем не обращается внимания на то, что она, пожалуй, самая родовитая из женщин-большевичек (Дворянский род Домонтовичей известен с XIII в. Её отец – генерал-майор Генштаба российской армии и затем генерал-губернатор освобожденной от турок Болгарии).

Полагаю, что и среди мужчин-большевиков по знатности рода ей не было равных.

Это единственная женщина-революционерка, которая, по оценке заокеанской прессы, «покорила Америку». В период Первой мировой войны она вместе с сыном за один год объехала 123 города США, выступая с антивоенными лекциями. Похоже, что это тоже мировой рекорд. Ни один кандидат в президенты США, не совершал столь активного пропагандистского турне.

Только очень узкие специалисты знают, что в ее брачном свидетельстве с Дыбенко стоит запись под номером «1». Строками об их браке летом 1919 г. начата первая советская книга Актов гражданского состояния. Это значит, что она первой в Советской России оформила свой брак по новому советскому закону и сделала это по настоятельному совету В.И.Ленина.

Возможно, что Коллонтай владела наибольшим количеством не самых распространенных языков в среде интеллигентных революционеров своего времени. Она разговаривала и писала не только на английском, немецком, французском, но и на шведским, норвежским, финским и некоторых других языках. Это отличное качество для пропагандиста и дипломата высокого полета.

Коллонтай почти неизвестна в нашей стране, как крупный теоретик и практик борьбы за права женщин, за новый свободный образ их жизни. Об этом в обществе практически все слышали, но редко знают конкретику. Даже в советское время эту сторону ее деятельности не афишировали, так как взгляды Александры Михайловны и практика личной жизни серьезно расходились не только с буржуазной моралью начала ХХ в., но и с остававшимися вполне консервативными взглядами на место женщины в обществе в революционной России. Даже в 50-е гг. ХХ в. в СССР полагали, что ее теоретические изыскания в семейном праве способствуют разрушению морали и семьи, как первичной ячейки общества. По этой причине ее творческое научное наследие было почти забыто и извращено слухами.

За границей: в Европе и Америке в этом отношении Александру Михайловну изучают, критикуют, но и ценят куда больше, чем в России. По ее теоретическому, пропагандистскому и литературному наследию проводятся специальные семинары, в одном из которых в Лондоне в 2001 г. автору статьи пришлось участвовать.

Что из ее теории о месте женщины в современном мире является открытием Свою научно-публицистическую деятельность Александра Михайловна начала, когда ей было 33 года. В 1905 г. журнал «Образование» № 9 – 10 опубликовал первую ее статью по данной теме. Статья называлась - «Проблема нравственности с позитивной точки зрения». В 1909 г. в Петербурге выходит первая большая и серьезная книга Коллонтай «Социальные основы женского вопроса», а в 1916 г. вторая - «Общество и материнство»3, написанная по заказу думской фракции российских социал-демократов. Представители фракции обратились к Коллонтай еще в г., так как им требовалось практическое и теоретическое обоснование готовившегося проекта закона о страховании (в частности, о страховании материнства). Сам факт такого обращения депутатов означал признание А.М.Коллонтай в качестве международного эксперта по проблеме4. Коллонтай изучила и обобщила огромный фактический материал о положении фабричных работниц многих стран Европы. В книге она ввела политическое и юридическое понятие «двойной нагрузки» (на производстве и дома) работающей женщины. Защитники женщин до нее обычно требовали вернуть женщин с производства в семью. Коллонтай же, считала необходимым не отрывать женщин от фабрик, но облегчить их двойную нагрузку. Она обосновала необходимость государственной помощи и поддержки материнства и детства. Она потребовала создать оплачиваемые государством детские сады и ясли, и провести специальное страхование материнства и детства. Сейчас такое требование представляется обычным, но в 1916 г., когда, разъезжая по США, Коллонтай готовила к изданию свою самую крупную (600 страниц) теоретическую работу «Общество и материнство», ее выводы и предложения стали, чуть ли не мировой сенсацией.

Как выяснилось в ходе революции, Коллонтай была одной из немногих в партии (и меньшевиков и большевиков), кто понимал, что революция и формально предоставленное равноправие сами собой не решат «женского вопроса». Осуществляя генеральную линию РКП(б) на освобождение женщины через вовлечение их в общественное производство и “повышение культурного уровня”, Коллонтай считала, что необходимо учитывать особенности мировосприятия женщин, чтобы разбудить их собственную социальную активность. Мужчины революционеры такой необходимости не понимали. Признание и учет культурно-обусловленных психологических сложностей “введения” женского равноправия, существенно отличают теорию «женского освобождения» Коллонтай от обобщенных теоретических выкладок марксистских лидеров.

В 1917 г. Александра Михайловна много печаталась в журнале «Работница», пропагандируя своё видение достижения женского равноправия и свободы. В ноябре 1917 г. на I-ой ПетроI-ой Петро-ой Петроградской конференции женщин – работниц, Александра Михайловна выступила с большим докладом, в котором снова настаивала на необходимости принятия мер по охране материнства и младенчества5. В декабре 1917 г. она реализовала идеи, изложенные на конференции. При Наркомате государственного призрения ею был создан «Отдел материнства и младенчества».

Деятельность Коллонтай в качестве наркома непосредственным образом связана с радикальным изменением института гражданского брака в России. Она за месяц подготовила и внесла на рассмотрение СНК несколько проектов декретов в этой сфере:

Проект декрета о гражданском браке, заменявшем брак церковный.

Проект декрета, устанавливающий равенство супругов и равенство внебрачных детей с детьми, рожденными в браке. Этот декрет напрямую связан с ее убеждением о том, что «Ребенок принадлежит обществу, в котором родился, а не своим родителям».

Самым кардинальным считается ее проект декрета о разводе, признававший брак расторгнутым по первому же – даже не мотивированному – заявлению супругов. Многие считали и считают, что он наносил сильный удар по институту семьи6.

Александру Коллонтай за такую деятельность и неординарные взгляды на институт брака часто называли «идеологом свободной любви» и резко осуждали. До сих пор ее авторству ложно приписывают “теорию стакана воды”, согласно которой в пропагандируемом ею новом обществе удовлетворить потребности пола будет так же легко, как выпить стакан воды. Но содержание ее речей, теоретических рассуждений, беллетристики, личная деятельность не дают оснований для таких легковесных выводов.

При ее участии к началу 1918 г. в России были запрещены феминистских организации.

Коллонтай считала, что их надо заменить революционными. В 1918 – 1921 гг. она стала фактическим организатором, а после смерти И.Ф.Арманд (с сентября 1920 г.) руководителем самого массового женского движения межвоенной поры – женсоветов7. Это была, пожалуй, вершина деятельности Александру Михайловны и ее любимая работа. Как заведующая этой организацией она входила с правом совещательного голоса в состав оргбюро и секретариата ЦК РКП(б). Постановления женотдела ЦК (они подписывались секретарем ЦК) имели силу постановления ЦК ВКП(б).

Только после ее вынужденного ухода из руководства женсоветами, началась 23-летняя карьера дипломата, о которой написано в самом начале статьи.

В жизни А.М. Коллонтай есть несколько неразгаданных секретов. Наиболее серьезный из них можно сформулировать так: почему она не была репрессирована и расстреляна, не погибла в Гулаге Почти все, кто ее окружал из старых партийных товарищей и нового поколения советских дипломатов погибли именно таким образом.

Она и здесь должна была быть первой! По логике сталинского времени А.М.Коллонтай просто обязана была попасть в колесницу репрессий 30-х гг.:

- С 1906 по 1915 гг. она - видная меньшевичка.

- После Октябрьской революции выступала вместе с левыми эсерами против Брестского мира.

- В 1920-1921 гг. являлась активным деятелем «рабочей оппозиции», остальные члены которой были репрессированы.

- С 1909 г. состояла в дружеских и даже интимных отношениях с будущим «врагом народа» А..Г.Шляпниковым.

- Она была женой казненного «врага народа» Дыбенко.

- В начальный период своей дипломатической деятельности (1922 – 1929 гг.) не боялась тесных неофициальных контактов с политиками либеральных убеждений за границей.

- В 20-е гг. часто «своевольничала», как дипломат, превышая на переговорах данные ей полномочия.

- Как посол она постоянно находилась «под колпаком» советских спецслужб и компромата на нее было достаточно.

С такими «данными» приписать ей шпионаж в пользу любой произвольно выбранной державы не составляло труда. Ее дневники свидетельствуют, что она жила в ожидании ареста. Но, похоже, именно Сталин не дал ее тронуть. Почему… так и остается неясным.

По своим теоретическим взглядам и практическому поведению Коллонтай резко отличалась от популярных мужеподобных героинь 20-30-х гг. Она не чуралась любовных отношений, наоборот, искала и ценила их. Любовные связи, неоднократное замужество не мешало ее общественной и государственной деятельности. В эмиграции, на посту Наркома, на работе в женской секции Коминтерна в руководстве женсоветами, и позже, когда она являлась послом СССР в Норвегии, Мексике, Швеции, Александра Михайловна являла собой образец эмансипированной деловой женщины. Она, конечно, не была первой деловой женщиной в истории, но разработала современные принципы, которыми такая женщина должна руководствоваться.

Произошло это еще на заре ХХ в. в 1913 г., когда в сборнике ее статей вышла и статья под названием «Новая женщина». Позже эта статья переиздавалась неоднократно8.

Александра Михайловна Коллонтай всей своей жизнью представила образец женщины нового типа – женщины не только ХХ, но и начала ХХI в. В деловом мире, состоявшем практиI в. В деловом мире, состоявшем практив. В деловом мире, состоявшем практически на 100% из мужчин, ей приходилось очень нелегко. «Женского вопроса», которому она посвятила всю жизнь, Коллонтай так и не успела разрешить ни для страны, ни для себя лично.

Это и составило основной предмет ее разочарования и неудовлетворенности к концу жизненного пути. Однако, почти во всем, чем она занималась, Александра Михайловна оказывалась первой и самой талантливой. Первых и неординарных позиций в ее деятельности оказывается столь много, что хватило бы на несколько жизней. Именно это обеспечило ей видное место в истории России и человечества в целом.

Так, первой, еще 16 октября 1923 г. написала о ней датская газета “Политикен”. Так о ней написано и в советском “Дипломатическом словаре” (Дипломатический словарь. Под ред. К.А. Антонова, С.В. Бахрушина и др. Т. 1. М., 1948. С. 807 – 808).

Pages:     | 1 |   ...   | 78 | 79 || 81 | 82 |   ...   | 130 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.