WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 66 | 67 || 69 | 70 |   ...   | 130 |

Но главным следствием участия Ганса фон Секта в войне стала перемена его взглядов на армию и искусство ведения войны. Именно согласно этим взглядам впоследствии он разработал новую военную доктрину и на руинах старой сумел построить новую мощную армию.

После окончания войны Ганс фон Сект был назначен в комиссию Генерального штаба, сопровождавшую немецкую делегацию на Парижскую мирную конференцию. Он сам сформулировал предложения Генерального штаба относительно Рейхсвера, стараясь сохранить Германии хотя бы двухсоттысячную армию и оставить на вооружении авиацию. Когда после оглашения условий Версальского мирного договора эти надежды рухнули, главной целью генерала стало сохранение армии в обход статей договора. Возможность осуществления этой цели Сект получил после событий потерпевшего поражение Капповского путча, когда 17 марта 1920 г. на него были возложены обязанности главнокомандующего сухопутными войсками.

Пост главнокомандующего сухопутными войсками тоже противоречил Версальскому договору.

Но Секту удалось удержаться на этой должности до 1926 г. и проводить военную политику, внешне соответствующую мирному договору. Так, отделы старого Генерального штаба были просто переименованы и переданы другим ведомствам; сам Сект, основываясь на конкурсных экзаменах, тщательно отбирал и формировал элиту личного состава рейхсвера. Он готовил структуру армии для последующего расширения – в будущем она должна была стать армией руководителей, где каждый участник готовился с тем, чтобы занять высшую должность: при мобилизации майоры и полковники стали бы генералами, а лучшие из солдат и унтер-офицеров получили бы звание лейтенантов; рядовые в любой момент готовы были стать сержантами и обучать новобранцев7.

Сект взял на себя выработку новой доктрины для Рейхсвера. Уже спустя неделю после «роспуска» Генерального штаба он приступил к разработке программы по сбору и анализу информации о событиях Первой мировой войны. В соответствии с проведенными исследованиями, в 1921 г. были составлены новые инструкции и наставления для новой армии, одобренные Сектом. Одним из таких важнейших документов было Армейское наставление 487, в котором подчеркивалась роль взаимодействия различных родов войск, важность которого Сект отстаивал с периода войны. Немецкие военные наставления, разработанные в 1920-х гг., содержали все основные принципы, необходимые для ведения маневренной войны: стремление к наступательным действиям, взаимодействие родов войск, маневр, самостоятельность офицеров, интеллектуальное управление на всех уровнях командования. Говоря о будущих войнах, Сект особенно подчеркивал роль военно-воздушных сил, рассматривая войну за воздушное пространство как решающую форму будущих военных действий.

Как утверждал американский исследователь Дж. Корум, военные наставления Секта продолжали оказывать влияние на Рейхсвер вплоть до Второй мировой войны и в ходе ее8. При этом Сект большое значение придавал необходимости поддерживать строгую аполитичность рейхсвера, который при нем стал своеобразным «государством в государстве».

Трансформируя рейхсвер в самый мощный институт Германии, Сект оказывал значительное влияние и на внешнюю политику. Как утверждает германский историк В. Герлиц, он рассчитывал превратить Советскую Россию в своего союзника9. С помощью внешнеполитического ведомства Сект начал переговоры с Россией. 16 апреля 1922 г., во время Генуэзской конференции, был подписан Рапалльский договор между Германией и Советской Россией. 29 июля, благодаря усилиям фон Секта, было подписано предварительное секретное русско-германское военное соглашение, согласно которому немцы должны были обеспечить капитал, технические разработки и военное обучение;

русские предоставляли секретные учебные центры и производственные площадки, где немцы могли бы производить вооружения, запрещенные в Германии. Как отмечал Дж. Корум, для Рейхсвера наиболее важным пунктом секретных соглашений было создание экспериментальной школы и центра для испытаний самолетов в Липецке; это стало решающим фактором для создания базы для восстановления германских ВВС10. Сотрудничество Рейхсвера с Советской Россией, инициированное Сектом и продлившееся с 1921 по 1933 год, стало самой крупной программой по перенесению разработок и производства оружия за пределы Германии, сыгравшей центральную роль в возрождении военной мощи страны.

Между тем, политическая обстановка в Европе изменилась. В июле 1925 г. Бельгия и Франция начали вывод оккупационных войск из Рура; Германия подписала Рейнский гарантийный пакт о неприкосновенности германо-французских и германо-бельгийских границ и сохранении демилитаризации Рейнской зоны; Германия стала членом Лиги Наций; в 1927 г., раньше срока, предусмотренного Версальским мирным договором, Контрольная комиссия была отозвана, несмотря на зарегистрированные этой комиссией нарушения военных статей договора.

Союзники не сумели разглядеть военного возрождения Германии. Подошли к концу и дни могущества Секта, недовольство деятельностью которого проявляли как западные союзники, так и демократическая общественность внутри страны. В 1926 г. генерал допустил к участию в осенних маневрах рейхсвера принца Вильгельма Прусского, который был одет в форму бывшего Первого гвардейского полка. Это дало повод для разговоров о монархических тенденциях в армии. Общественность потребовала смещения Секта, и он был уволен с поста главнокомандующего Рейхсвером в октябре 1926 г.. Чтобы гарантировать продолжение своей политики в области формирования вооруженных сил, он обеспечил назначение на пост командующего генерала Хейе, разделявшего, как утверждает Г. Гатцке, взгляды Секта11.

Вопреки карающим условиям Версальского мирного договора Германия смогла создать новую армию. Архитектором и теоретиком этой силы был Ганс фон Сект. Под его руководством армия подверглась всестороннему реформированию. Военные доктрины, выработанные Сектом, будут оказывать влияние на Рейхсвер вплоть до Второй мировой войны.

Цит. по: Corum J.S. The Roots of Blitzkrieg: Hans von Seeckt and German Military Reform. Lawrence, Kansas, 1994. P. 23.

Gordon H.J. The Character of Hans von Seeckt // Militarty Affairs. Vol. 20. № 2 (Summer, 1956). P. 98.

Ibid. P. 99.

Gatzke Hans W. Stresemann and the Rearmament of Germany. Baltimore, 1954. P. 61.

Corum J.S. Op. cit. P. 32.

Ibid. P. 46.

Герлиц В. Германский Генеральный штаб. История и структура. 1657–1945 / Перев.с англ. М., 2005.

С. 201.

Corum J.S. Op. cit.. P. 89.

Герлиц В. Указ. соч. С. 222.

Corum J.S. Op. cit. P. 113.

Gatzke Hans W. Op. cit. P. 61.

О.Ю. Кутарев СТАНОВЛЕНИЕ ОХРАНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ ТРЕТЬЕГО РЕЙХА И ГЕНРИХ ГИММЛЕР Охранительная система является одним из важнейших способов воздействия на общество, при помощи которого государственная власть легитимирует своё существование. Функциональным смыслом этой системы становятся охранительные правоотношения, представляющие собой «юридическую связь между субъектами права, выступают как некий эталон фактического общественного отношения»1. Особенности функционирования правоохранительных институтов государства в значительной степени определяются типом установившегося политического режима. Охранительная функция государства не становится компонентом его политической функции, если право как социальный институт не растворяется в реализации целей и задач политической власти. «При иных условиях обнаруживается тенденция к отождествлению политической и правовой жизни, а в более общем виде - к отождествлению власти и права»2. Поэтому особое, прежде всего - политическое значение охранительная система приобретает в условиях режима тоталитарного типа.

В национал-социалистической Германии слияние понятий «власть» и «право» стало одной из официальных идеологических установок. Например, Доктор Дитрих Гехинген в журнале «Deutsche Juristen-Zeitung» писал: «Судья, который имеет смелость свободно трактовать законы, может всегда найти правильный пример… Он избирает для этого путь древних тевтонов. Для наших предков внутренний враг не имел ни чести, ни права, ни мира. Любой из членов племени мог открыто убить его, если он только не находился в священном месте»3. Сам Гитлер заявлял: «Я не вижу смысла в долгом процессе с соблюдением всех его формальностей, чтобы изучить вопрос ответственности или безответственности. По моему мнению, виноват или нет, автор преступления должен исчезнуть»; «Юристы, как правило, перекладывают на законодателя ответственность за свою мягкость. На этот раз мы открыли им дорогу для крайней жестокости. Тем не менее, они выносят приговоры о тюремном заключении. Ответственность – вот чего они боятся, мужество – вот чего им недостаёт»4. Наиболее одарённый из национал-социалистических юристов, К. Шмитт, писал: «В государстве не существует какой бы то ни было частной совести, коей следовало бы повиноваться в большей мере, нежели государственному закону; государственный закон должен для каждого стать наивысшим долгом его совести»5. Подход, при котором правоохранительные органы перестают охранять собственно право (слившееся с властью), превращаясь в один из элементов политической системы государства, был обоснован доктором Роландом Фрейслером. Например, в его работе «О принципе единоначалия в юриспруденции» есть следующие строки: «Такой порядок, который ставит на место людей мёртвые принципы, в действительности обычно являющиеся фантомами, рождёнными не жизнью, а бескровными мозгами далёких от мира и народа кабинетных учёных, не в силах упорядочить эти принципы и сделать их носителями данного порядка… Героические примеры были чужды этой системы… Наша вера, как и всякая вера, безгранична. Эта вера касается и судов. Она служит нашему народу и суды тоже служат ему»6. Комментируя речь Г. Франка7 на открытии Лейпцигской выставки «Книга и право» (1938 г.) доктор В. Хойбер объяснял: «Мы не признаём никакого «субъективного права» личности, не уходящего своими корнями в «объективное право» народного сообщества, ибо это объективное право тождественно субъективному праву народного сообщества в кругу других народов.

Поэтому идея права неотделима от политики»8.

Вместе с тем сокрушить традиционное, складывавшееся на протяжении веков, правосознание германского общества было нелегко. Этот процесс требовал времени и значительных усилий. Правовая система вообще весьма консервативна. Её реформирование протекает сложнее, нежели преобразование государственного аппарата (как правило, второе из названных действий является предварительным условием первого).

Важным фактором, облегчавшим формирование охранительной системы Третьего рейха, было проникновение национал-социалистической идеологии в сознание определённой части функционеров государственного аппарата Веймарской республики. Сочувствие национал-социалистам ряда полицейских и судебных чинов было одним из главных препятствий эффективности судебных мер властей Веймарской республики против нацистской партии9. Участники событий «периода борьбы» засвидетельствовали, что в полицейской среде находились служащие, активно помогавшие НСДАП10. Член этой партии писал: «Несколько судей были дружелюбны к нам»11. Новая элита после 1933 г. некоторое время сотрудничала со старыми элитами – прежде всего на государственной службе и в армии12, рекрутируя новых членов из их рядов и проводя периодический отсев собственных.

Тем самым обеспечивался относительно безболезненный переход полномочий от разрушаемой охранительной системы к формируемой.

Вторым фактором являлась угроза правопорядку (как старому, так и новому) со стороны штурмовых отрядов, в большинстве своём состоявших из аутсайдеров, озлобленных на государство как таковое. После 1933 г. их нападения на банки, коммерческие учреждения и фабрики стали нормой поведения. Иногда штурмовики выполняли «щекотливые» поручения партийного руководства – Гизвеиус свидетельствовал, что «повседневные убийства передавались СА: берлинский группенфюрер штурмовиков Карл Эрнст обладал мистическим свойством словно магнит притягивать к себе «самоубийц»13 (возможно, что именно ему была поручена операция по поджогу рейхстага, причём инициатива исходила от Геббельса14). По этой причине некоторые исследователи обозначили членов СА термином «флибустьеры»15. С начала 1930-х гг. Рем (начальник штаба СА) сознательно привлекал в ряды штурмовиков безработных, чтобы исключить их мобилизацию коммунистической партией.

Процесс унификации управления страной сопровождался многочисленными неприятными «эксцессами»: штурмовики осуществляли «дикие» нападения на рабочих и их собственность. После победы НСДАП и ликвидации «красной» угрозы обладание столь взрывоопасным человеческим материалом превратилось в серьёзную проблему. В марте 1933 г. выходки против представителей местной власти, священников, членов «Стального шлема» и НСДАП со стороны штурмовиков приобрели столь распространённый характер, что вызвали беспокойство Гитлера, Фрика, Гесса (с соответствующими заявлениями они выступили соответственно 10, 13 и 23 марта)16. В июле 1933 г. Рем был вынужден вновь публично осудить множественное проявление своими подчиненными «недопустимой жестокости, грабежей и воровства»17. Однако вспышки насилия продолжались всю осень и весну 1934 гг. Один штурмбанфюрер СА из Верхней Силезии угрожал исключить из организации тех членов, которые создают трудности полиции. Вскоре его начальник, Рамсхорн, повторно осудил непрекращающиеся акты насилия18, расписавшись тем самым в беспомощности руководства. Штурмовики начали создавать собственные, неофициальные, концентрационные лагеря для расправы с неуг.ными лицами (например, лагерь «Вулкан» близ Штеттина19, три лагеря вокруг Берлина и множество «частных тюрем»20). Когда 17 декабря 1933 г. в кафе Ныса-Лужицка полицейский попытался урезонить двух разбуянившихся штурмовиков, ему пригрозили отправкой в такой концлагерь (страж порядка предпочёл ретироваться)21. Отдельные представители власти вполне могли опасаться за свою жизнь. Например, высокопоставленный сотрудник гестапо Небе в этот период (летом 1933 г.) был уверен, что «несмотря на его высокий чин, СА в какой-нибудь подходящий момент “умыкнут” его на расправу», «принципиально пользовался только запасной лестницей, держа руку в кармане на снятом с предохранителя пистолете»22; Геббельс доверял только своим телохранителям из отряда СС № 1323. Для функционеров НСДАП создание собственных охранительных структур стало жизненной необходимостью.

Pages:     | 1 |   ...   | 66 | 67 || 69 | 70 |   ...   | 130 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.