WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 63 | 64 || 66 | 67 |   ...   | 130 |

С.А. Кочуков «ВОЕННЫЙ ПОБЕДОНОСЦЕВ» - ПЕТР СЕМЕНОВИЧ ВАННОВСКИЙ 1 марта 1881 г. стал переломной вехой российской истории. Убийство народовольцами императора Александра II привело не только к восшествию на престол Александра III, но и к смене полиII привело не только к восшествию на престол Александра III, но и к смене полипривело не только к восшествию на престол Александра III, но и к смене полиIII, но и к смене поли, но и к смене политического окружения нового самодержца. Одним из первых действий императора было назначение главой Военного министерства вместо гр. Д.А. Милютина генерал-адъютанта П.С. Ванновского, «Военного Победоносцева» как называл его военный историк А.А. Керсновский в своей «Истории русской армии»1. Смена либерала гр. Д. А. Милютина на консерватора П. С. Ванновского была представлена в дореволюционной и советской историографии, как естественный процесс, произошедший без сучка и задоринки, лишь с монаршего указания2. Исключение составляет работа П. А. Зайончковского, который указывал, что назначение нового главы военного ведомства шло не столь гладко, как об этом писал ряд исследователей. К тому же Петр Андреевич первый высказал предположение, что реальной кандидатурой на министерский пост был П.Е. Коцебу3, а не П.С. Ванновский.

Конечно, новый военный министр был полной противоположностью Милютину. Как М.Н. Каткова называли «цепным псом самодержавия», так и Ванновский говорил про себя: «Ведь я собака, всех кусаю, никому дремать не даю, а потому и порядок такой, как, может быть ни у кого нет…»4.

Уже сами современники пытались отнести Ванновского в разряд консерваторов, ставя его в один ряд с Победоносцевым и Катковым. Но это, скорее всего, было результатом абстрактных рассуждений.

В то же самое время конкретные наблюдения за реальными поступками военного министра заставляют признать, что последний руководствовался не догмами консерватизма, а скорее всего здравым смыслом, и это вызывало одобрение. Ванновский представлял собой не только антипод Милютина, но и совершенно новый тип военного бюрократа, который стремился адаптировать военные преобразования предыдущего царствования к современным требованиям, внеся в них коррективы. Военные мероприятия Милютина не разрешили всех армейских противоречий, поэтому не стоит их представлять как некий эталон, в результате чего военный министр Александра III попал в достаточно сложную ситуацию, его мероприятия противопоставлялись и сравнивались с милютинскими. Любой «шаг в сторону» рассматривался как переход на консервативные рельсы и ликвидация положительных моментов предыдущего царствования.

Оказавшись во главе Военного министерства исключительно по воле императора, Ванновский взял за образец именно милютинский план развития российских вооруженных сил. План совершенно новый и еще не опробованный, составленный Милютиным за несколько месяцев до своей отставки. Именно этими разработками пользовался Ванновский все восемнадцать лет пребывания на министерской должности.

С другой стороны, российский самодержец питал настоящую привязанность к Ванновскому – правда привязанность царскую, эгоистическую, но все таки привязанность. Ситуация была такова, что в то трудное для царя время он вообще стремился окружить себя людьми такого склада как военный министр. Сам Ванновский до глубины души был предан императору и даже сравнивал его, по словам В.Н. Ламздорфа, с Петром I5. Военный министр неоднократно выражал свое подобострастное отношение к Александру III., заявляя в своих письмах к царствующей особе следующее: «Смею уверить, что чувства самого глубокого уважения и беспредельной преданности к Вашему императорскому величеству глубоко вкоренились во мне… Вы были нашим учителем в добросовестном выполнении своего долга перед Отечеством; таковы чувства всех войск бывших под начальством Вашим»6.

Безусловно, главное, что удалось осуществить Ванновскому – это сохранить военно-окружную систему, которая позволяла сократить сроки мобилизации и создавать более гибкую и четкую систему управления войсками, как в мирное, так и в военное время7. Более того, новый глава Военного министерства выступал как сподвижник Милютина, не боясь навлечь на себя гнев императора.

Советуясь по основным вопросам со своим предшественником, Петр Семенович отстоял военные округа в борьбе с прогерманскими настроениями, которые в ряде случаев доминировали во время работы «Комиссии» по пересмотру центрального и местного военного управления. Несомненно, главной причиной, побудившей Ванновского придерживаться милютинской позиции при решении вопроса об округах, стало его общение с одним из друзей Милютина, а во время правления Александра III - начальником Главного штаба Н.Н. Обручева8, который представлял, по словам С.Ю. Витте, – «ум Военного министерства». Николай Николаевич имел, безусловно, большое влияние на своего начальника, в частности, ему удалось доказать Ванновскому, что позиция прогерманских сил в Комиссии – это, одновременно, позиция кн. А.И. Борятинского, который стремился переделать центральное военное управление России на прусский манер. Петру Семеновичу удалось удержать Александра III от дробления русской армии на несколько частей. Опираясь на исторический опыт (приводя в пример ситуацию в Отечественной войне 1812 г., когда русская армия оказалась разобщенной), военный министр доказал, что немецкая военная модель, на которой настаивал в свое время Барятинский, а затем его последователи - генерал Р.А. Фадеев и министр императорского двора гр. И. И. Воронцов-Дашков, не применима в России и вредна. У Ванновского были и личные мотивы придерживаться милютинского плана военно-окружной системы, так как в случае победы барятиновской группировки военный министр превращался в простого администратора по хозяйственным вопросам армии. Победа же милютинской партии оставляла за Петром Семеновичем Ванновским возможность самому решать большинство военных вопросов, отчитываясь только перед императором и не согласуя их с начальником Главного штаба.

В продолжение реформирования военных округов было разработано новое «Полевое положение» русской армии; по инициативе военного министра Ванновского были сокращены многие второстепенные должности. По существу, новое «Положение» разрабатывалось Ванновским в духе милютинских реформ. В частности, уменьшилось количество лиц, непосредственно подчиненных командующему армии, должность заведующего гражданской частью была ликвидирована. Наконец, была изменена сама структура Полевого штаба, что облегчало деятельность начальника штаба армии. Полевое управление армии было разделено на 8 главных и 9 второстепенных отделов. Несмотря на их внушительное количество, сами функции отделов были четко распределены между командующим армией и начальником штаба. Но, самое главное, была в должной мере усилена власть главнокомандующего, который руководил армией самолично (в новом «Положении» главнокомандующий был ответственен только перед императором, и в этом была прямая заслуга Ванновского, который опасался, что «дробление власти» приведет к неразберихе в вооруженных силах), опираясь, безусловно, на начальника штаба и дежурного генерала.

Наибольшую известность военный министр генерал Ванновский получил благодаря известной контрреформе по изменению военно-учебной системы. Главное, в чем заключались преобразования главы военного ведомства, было не переименование военных гимназий в кадетские корпуса, а стремление поднять престиж профессии офицера и улучшить его профессиональный уровень, «политический резон» не играл в этом вопросе существенной роли. Но шаги, которые предпринял Петр Семенович в этой сфере, не принесли ему популярности в армии, а российская общественность отнесла министра в разряд консерваторов. В частности, учебная и воспитательная часть была ориентированна на преподавание сугубо военных предметов, все гражданское изгонялось. На место гражданских воспитателей принимались лишь офицеры, насаждалась муштра и шагистика.

Следствием стало резкое падение уровня знаний9. Основная причина ломки милютинской военной школы Ванновским заключалось в том, что штатские преподаватели стали развивать в своих воспитанниках тягу к университетскому образованию, а это перенести военный министр никак не мог. Во времена министерства Ванновского были закрыты многие военно-учебные заведения, в том числе Топографическое училище, Педагогические курсы и Учительская семинария при Военном министерстве, что имело, конечно, негативные последствия для подготовки офицерских кадров. Однако все вину за это возлагать на Ванновского вряд ли резонно. Ведь первым, кто заговорил об изменении военной школы, был великий князь Михаил Николаевич10, который в 1863 г. являлся председателем комитета по выработке плана преобразования военно-учебных заведений. Вина за низкий профессионализм русского офицерства лежит одновременно и на Милютине, так как в процессе военных преобразований в вооруженных силах «чрезмерно гаснет воинский дух» и развивается бюрократизация.

Кроме того, поражения на Дальнем Востоке терпели не только офицеры, получившие образование в бытность военного министра Ванновского – большинство из офицерского корпуса обучались как раз во времена милютинских реформ.

Несмотря на ряд безусловно позитивных моментов (сохранение военно-окружной системы, разработка нового «Полевого положения», перевооружение), русская армия находилась в глубочайшем кризисе и ответственным за это являлись не только императоры Александр III и Николай II, но и П.С. Ванновский, как военный министр России. С полной уверенностью можно утверждать, что Ванновскому не удалось в полной мере приспособить армию милютинского времени к новым историческим реалиям. Непопулярность проводимых Ванновским преобразований подвела российскую армию к ее развалу. План армейских реформ, составленный Милютиным и использованный Ванновским, оказался малопригоден для армии России 80-90-х гг. XIX в. Вооруженные силы нуждались в более энергичных и смелых реформах, которые Петр Семенович Ванновский предложить не мог.

Отсталость русской армии достаточно полно обнаружилась в начале XX в., когда она показала свою слабость на полях сражений во время русско-японской и Первой мировой войны.

Керсновский А.А. История русской армии. В 4-х т. М., 1994. Т. 3. С. 14.

Лалаев М.С. К юбилею военного министра генерал-адъютанта Ванновского. СПб., 1890; Данилов Н. А.

История развития военного управления в России // Столетие Военного министерства 1802-1902 гг. Т. Х.

СПб., 1902. Сенчакова Л.Т. Революционное движение в русской армии и флоте в конце XIX – начале ХХ в.

(1879-1902 гг.). М., 1972; Бескровный Л.Г. Русская армия и флот в XIX веке. М., 1973.

Зайончковский П.А. Самодержавие и русская армия на рубеже XIX – ХХ столетий 1881-1903. М., 1973. С. 92.

Крыжановский П.А. Воспоминания о Петре Семеновиче Ванновском // Исторический вестник. 1910.

Т. 120. № 5. С. 472.

Ламздорф В. Н. Дневник 1891-1892. М.; Л., 1934. С. 342.

ГА РФ. Ф. 677. Оп. 1. Д. 721. Л. 11 об.

РГВИА. Ф. 278. Оп. 1. Д. 15. Л. 1-1 об.

Зайончковский П.А. Самодержавие и русская армия… С. 61-62.

Керсновский А.А. Указ. соч. Т. 2. С. 183.

Зайончковский П.А. Военные реформы 1860-70-х гг. в России. М., 1952. С. 228.

В.В. Горелов ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПОСЛЕДНЕГО ПРОТОПРЕСВИТЕРА ВОЕННОГО И МОРСКОГО ДУХОВЕНСТВА Г.И. ШАВЕЛЬСКОГО В 1911 – 1917 ГГ.

Революция 1905 г. и ее последствия потрясли самодержавие и его опору – армию и флот. Наиболее яркое тому подтверждение – восстания матросов Черноморского флота. У большей части офицеров и духовенства тревогу вызвали утрата в глазах матроса и солдата безусловного авторитета традиционных ценностей, положенных в основу всей системы воспитания, каковыми всегда были Вера, Престол и Отечество. Однако в основной своей массе ни церковь, ни военные не могли предложить что-нибудь иное кроме религиозных ценностей. Капитан 2-го ранга И. Г. Энгельман по этому поводу писал: «Нельзя не приветствовать распоряжения по Морскому Ведомству, по инициативе Адмирала В. П. Верховского, выдавать каждому молодому матросу по Евангелию. Получив из рук офицера эту святую книгу, всякий её сбережет, время от времени её почитает и даже неверующий задумается не раз над тем, что в ней сказано»1.

В такой атмосфере продолжалась работа по укреплению института военного духовенства. Указом императора от 22 апреля 1911 г. протопресвитером военного и морского духовенства стал Г. И. Шавельский. Своей карьерой Г. Шавельский во многом был обязан своему предшественнику Е. П. Аквилонову, который знал и ценил Шавельского.

Георгий Иванович Шавельский родился в 1871 г. в Витебской губернии, в семье сельского псаломщика. Свою церковную деятельность он начал в 20 лет, будучи псаломщиком прихода Полоцкой епархии. Затем Шавельский поступает в Санкт-Петербургскую Духовную академию. На 3-м курсе Академии он назначается настоятелем Суворовской Кончанской церкви при Николаевской военной академии Генерального штаба. С началом войны с Японией Шавельский добровольцем уходит на фронт и назначается полковым священником 35-го Восточно-Сибирского стрелкового полка, который дислоцировался в Манчжурии. В декабре 1904 г. он был назначен на должность главного полевого священника 1-й Маньчжурской армии.

Встав во главе всего военного духовенства протопресвитер определил для себя своеобразную программу действий: «1) насколько возможно облегчить работу военного и морского духовенства и сделать её возможно более плодовитой для армии и флота; 2) привлечь в наши ряды лучшие духовные силы, которые украсили бы наше ведомство»2.

Как и многие видные священники Г. И. Шавельский не чувствовал надвигающейся катастрофы.

Скорее всего, это связано с жизненными условиями, в которых находился протопресвитер: «…на разъезды ему отпускался ежегодно кредит в размере 5 тыс. рублей, при поездках по железной дороге ему представлялось отдельное купе 1 класса, или целый вагон, в какую бы часть он ни прибыл, везде он был желанным гостем»3.

До начала Первой мировой войны деятельность Г. И. Шавельского главным образом была направлена на реорганизацию военного духовенства. Особенно большое внимание он уделял флотским священникам. Однако эта деятельность не носила качественных изменений в системе воспитания солдат и матросов. По-прежнему церковь использовала в воспитательных целях только лишь героические страницы из истории России, не внося ничего принципиально нового с учетом времени и изменившихся реалий.

Одним из наиболее значимых событий в деятельности Г. И. Шавельского в довоенный период было проведение Первого Всероссийского съезда военного и морского духовенства. Этот съезд проходил в Петербурге с 1 по 11 июля 1914 г. Основная цель съезда заключалась в координации действий военных священников, обмене опытом и мнениями по различным вопросам духовно-нравственной жизни армии и флота.

Pages:     | 1 |   ...   | 63 | 64 || 66 | 67 |   ...   | 130 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.