WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |   ...   | 130 |

Х. Эгеде боролся с обычаем убивать новорожденных девочек (это случалось в периоды, когда мальчиков — будущих охотников — рождалось слишком мало). А также с традицией топить осиротевших детей, казнить заподозренных в колдовстве или так наз. «краже душ», с кровной местью и т.д.

Подробнее о жизни и подвиге Гертруд Раш см. в: Birkelund og andre, 1971. S. 336.

Lidegaard M. Grnlndernes Kristning. Eskimoerne og kirken. Bd. II. Nuuk, 1993. S. 19.

Det gamle Grnlands Nyе Perlustration, Eller Naturel-Historie, Og Beskrivelse over det gamle Grnlands Situation, Luft, Temperament og Beskaffenhed; De gamle Norske Coloniers Begyndelse og Undergang der Samme-Steds, de izige Indbyggeres Oprindelse, Vsen, Leve-Maade og handtringer samt hvad ellers Landet yder og giver af sig, saasom Dyer, Fiske og Fugle & c. Med hosfyet nyt Land-Caart og andre Kaaber-Stykker over Landets Naturalier og Indbyggernis Handtringer, Forfattet af Hans Egede, Forhen Missionair udi Grnland.

Kjbenhavn, 1741. S. 77-78.

Именно в начале XVIII в. в Дании была введена военно-приписная система, лишившая крестьян праXVIII в. в Дании была введена военно-приписная система, лишившая крестьян прав. в Дании была введена военно-приписная система, лишившая крестьян права на свободу передвижения и иных прав. «Ни крестьянин, ни его жена не имеют никаких прав на выбор местожительства и работы, помещики и управляющие имениями подвергают их побоям и принуждают их служить там, где они укажут, и за плату, которую они назначат» (Цит. по: Danmarks historie. Bd. I – XIV.

Kbenhavn, 1963 – 1966. Bd. VIII. S. 396. См. также в: Возгрин В. Е. Датское крестьянство в XVI – середине XIX в. // История крестьянства в Европе. Т. 3. М., 1986. С. 298–301). В этой крестьянской жалобе отражав. // История крестьянства в Европе. Т. 3. М., 1986. С. 298–301). В этой крестьянской жалобе отражались реалии того периода истории Дании, которых не знали гренландцы, целиком подчинённые Х. Эгеде.

В Дании именно после Реформации особенно ярко вспыхнули костры, на которых протестанты казнили «ведьм» (Det arbejdende folks kulturhistorie. B. 2. Kbenhavn, 1988. S. 72). Причём последняя жертва была сожжена всего лишь за 30 лет до основания Гренландской колонии. Хотя и во время миссии Х. Эгеде по-прежнему оставались в силе датские уложения, согласно которым смертной казни, бесспорно, подлежали уличённые в богохульстве, оскорблениях действием отца или матери, гомосексуализме, инцесте и мн.

др. Причём это не была законодательная архаика. Упомянутые старинные уложения по-прежнему оставались в силе: в 1719 г. в Копенгагене был публично казнён некий музыкант, «завещавший свою душу» дьяволу (Petersen K. Danmarkshistoriens hvrnr skete det. Fra istiden til 1960 r for r. Kbenhavn, 1969. S. 227.

(Далее — Petersen, 1969).

Fgteborg, 2009. S. 63.

Rink H. Om Grnlndere, deres Fremtid, og de til deres Bedste sigtende Foranstaltninger [med to fortstnlndere, deres Fremtid, og de til deres Bedste sigtende Foranstaltninger [med to fortsttelser]. Kbenhavn, 1882–1884. S. 6.

Petersen, 1969. S. 228.

Историограф первоначальных исследований Гренландии и её народа отметил своеобразие этого чувства: «Что возмущало Ханса Эгеде, так это неукротимое упрямство язычников, которое сталкивалось с его чистой верой в учение церкви. Но, пережив приступы гнева и нередкие ссоры, он пришёл к ощущению единения с теми, кого он должен был просвещать. Он кончил тем, что полюбил их, хотя вряд ли отдавал себе отчёт, за что» (Thalbitzer W. Fra Grnlandsforskningens Frste Dage. Kbenhavn, 1932. S. 66. Цит. по:

Fgteborg, 2009. S. 68).

Приведу названия глав, составляющих основной текст книги: Расположение и природа Гренландии;

Первое поселение в Гренландии, а также рассуждения об упадке старой норвежской колонии и о том, что на восточном побережье ещё должны иметься реликвии, относящиеся к старым норвежцам и о том, как до этой области можно добраться; Плодородие и растения Гренландии, а также какие металлические и минеральные руды там имеются; О состоянии неба и воздуха, и о температурах; Какого рода звери и птицы имеются в этой стране и каким образом гренландцы охотятся и стреляют их; Какого рода морской зверь и рыба добывается в Гренландском море и т.д.; О ремёслах, орудиях труда и инструментах, а также расселении гренландцев; О [местных] жителях и их стойбищах в этой стране, а также об их жилищах; Телосложение и черты лица гренландцев, а также их связи и темперамент; Естество и обычаи гренландцев; Об одежде гренландцев; О питании гренландцев и приготовлении [ими] пищи; О браках и воспитании детей у гренландцев; Как гренландцы погребают и скорбят [об усопших]; Об играх и развлечениях гренландцев и их поэзии; Язык и речь гренландцев; Состояние торговли в Гренландии и о том, как она может вестись с прибылью; О религии или, точнее, суевериях гренландцев; Астрономия или представления гренландцев о северных сияниях и их происхождении; Способность и склонность гренландцев к познанию истинного Бога и постижению христианского учения, и как их подвести к этому наилучшим способом.

Fgteborg, 2009. S. 46.

Birkelund og andre, 1971. S. 89.

Erngaard, 1973. S. 44.

В.В. Ефимова АРХАНГЕЛЬСКИЙ ГЕНЕРАЛ-ГУБЕРНАТОР А.Ф. КЛОКАЧЕВ КАК ТИП КРУПНОГО ЧИНОВНИКА АЛЕКСАНДРОВСКОЙ ЭПОХИ Тому, кто поставил перед собой задачу создать на примере конкретной личности представление о каком-либо типе чиновника, предстоит не столько рассказать о его биографии, а сколько показать, в каких исторических условиях действовала данная личность, как эти условия определяли ее поведение, и как она сама влияла (если могла) на них. В качестве такого примера нами был взят один из генерал-губернаторов александровской эпохи Алексей Федотович Клокачев.

Укажем на несколько моментов из его биографии, которые помогут понять его стартовые возможности, а также положение, которое он занимал при Александре I, достигая пика своей карьеI, достигая пика своей карье, достигая пика своей карьеры — чина вице-адмирала (3 класс по Табели о рангах) и должности Архангельского, Вологодского и Олонецкого генерал-губернатора. Родился А. Ф. Клокачев в 1768 г. в семье вице-адмирала Ф. А. Клокачева, одного из сподвижников Г. А. Потемкина в делах по устроению Новороссии и Крыма: он был первым командующим Черноморского флота и строителем Севастополя. Его мать — Анна Дмитриевна — была дочерью вице-адмирала Д. Я. Лаптева и племянницей капитана I ранга Х. П. Лаптева, в честь которых названо одно из северных морей. Службу А. Ф. Клокаранга Х. П. Лаптева, в честь которых названо одно из северных морей. Службу А. Ф. Клокачев начинал весьма традиционно для отпрыска привилегированной дворянской семьи: в 9 лет (в 1777 г.) он был определен сержантом в лейб-гвардии Преображенский полк, а в 15 лет переведен на флотскую службу, где производится в лейтенанты и назначается адъютантом к своему отцу.

Однако уже в конце этого года вице-адмирал Ф. А. Клокачев умирает в Херсоне от чумы, оставив сына без личной поддержки в самом начале его служебной карьеры. В 1788-1790 гг. молодой офицер А. Ф. Клокачев принимает участие в нескольких сражениях со шведским флотом, за что и был награжден первыми боевыми орденами.

О том, где и как служил А. Ф. Клокачев в последнее десятилетие XVIII в., нам известно пока крайне мало. Впрочем, обратим внимание на две весьма красноречивые детали. Один из младших современников генерал-губернатора горный офицер Н. Ф. Бутенев вспоминал, что он «пользовался особенною милостию Государя и вдовствующей императрицы Марии. Злые языки говорили и более, даже находили, что великий князь Николай Павлович похож на Клокачева.

Сходство между ними было, действительно, не только в росте, сложении, но даже в чертах лица, но думаю, что только это одно и подало повод к злой молве…»1. И вторая деталь: в конце XVIII в.

А. Ф. Клокачев был настолько близок к столичному аристократическому кругу, что был посвящен в планы заговора против Павла I, однако в нем не участвовал, чем спас свою карьеру при АлекI, однако в нем не участвовал, чем спас свою карьеру при Алек, однако в нем не участвовал, чем спас свою карьеру при Александре I, которая вдруг сразу пошла «в гору»: в 1801 г. он получает чин капитана I ранга, а вместе с ним под свою команду фрегат и яхты Его Императорского Величества; 9 января 1803 г. производится в чин капитан-командора, а 14 января назначен в число членов Адмиралтейской коллегии;

в 1808 г. (т.е. в 40 лет) он уже контр-адмирал и военный губернатор Феодосии; в 1813-1820 гг.

— главный командир Архангельского порта и военный губернатор Архангельской губернии; в 1819 г. Александр I после посещения Архангельска присваивает Клокачеву чин вице-адмирала;

и, наконец, 17 марта 1820 г. он назначается на должность генерал-губерна-тора Архангельской, Вологодской и Олонецкой губернии, на которой пребывал до 2 января 1823 г., скончавшись в Вологде в возрасте 65 лет от апоплексического удара2.

Теперь обратим внимание на то, в каких же исторических условиях А. Ф. Клокачев был назначен на свою последнюю должность. Как известно, после окончания войны 1812 г. Александр I возобновил попытки реформировать государственное управление. Дело даже дошло до создания в 1820 г. проекта Конституции. Как замечают исследователи, наиболее тщательно в ней была разработана первая глава, посвященная, как это ни странно для документа подобного рода, новой организации местного управления3. Главным же новшеством стало разделение всей империи на наместничества, управляемые наместниками. Впрочем, параллельно с Уставной грамотой, которая так и не была никогда введена в действие, шла разработка проектов реформы местного управления. И вновь доминирующей идеей, упорно навязываемой их авторам верховным сюзереном, была идея повсеместного восстановления наместничеств, в связи с чем особо тщательно разрабатывался правовой статус наместников. Однако Александр, вновь не утвердив ни один из этих проектов, перешел от слов к делу, назначив генерал-губернаторами в 1819 г. М. М. Сперанского и А. Д. Балашова, а в 1820 г. — А. Ф. Клокачева4. К концу его жизни наместники управляли из 12 спроектированных еще в 1816 г. округов. Что побудили императора практически полностью реализовать свою идею о повсеместном существовании института генерал-губернаторов Это, прежде всего, стремление получить в их лице орган, способный противостоять «всевластию министров», осуществлять «единство начальства» и постоянный надзор за местными органами управления во вверенных ему губерниях, что, в свою очередь, убыстрило бы ход дел на местах и уменьшило злоупотребления и произвол губернских администраций. Некоторые авторы считают, что с введения наместничеств Александр I хотел начать реализацию Уставной грамоты5.

В каких правовых условиях действовали генерал-губернаторы при Александре I В еще более неоI В еще более нео В еще более неопределенных, нежели их предшественники при Екатерине II: к оставшимся в наследство от «Учреждения для губерний» 1775 г. неразрешенным проблемам их правового статуса (сме-шение в этой должности функций надзора и управления, нечеткое разделение компетенции генерал-губернаторов и губернаторов) с появлением министерств прибавилась еще одна — невписанность генерал-губернаторов в «линеарную» (ведомственную) систему управления. Несмотря на это вновь назначенным А. Д. Балашову и А. Ф.

Клокачеву было приказано действовать на правах прежних генерал-губернаторов, а вступление в должность начать с ревизии вверенных им в управление губерний на правах сенаторов. Впрочем, государь прекрасно понимал, что статус новых генерал-губернаторов недостаточно определен, поэтому он обещал в рескрипте Балашову дать несколько позже особую инструкцию, которую, впрочем, тот никогда не получил.

Что способствовало назначению на должность именно А. Ф. Клокачева Безусловно, это положение при дворе, весьма активная деятельность на посту военного губернатора, наиболее ярко проявившаяся в мерах по благоустройству Архангельска, лично оценен-ных царем во время его посещения города в 1819 г., но, кажется, более всего предпринятые им на рубеже 1819-гг. действия. 7 декабря 1819 г. А. Ф. Клокачев подает государю записку «о советнике Горохове и необходимости прибавки жалованья губернским чиновникам», в которой он, приведя пример назначения без его участия в Архангельскую палату уголовного суда вместо способного советника Горохова другого неискусного чиновника, просит государя без его согласия «никаких перемещений статских чиновников не производить из одной должности в другую по губернии, и представлять о перемещении на Высочайшее имя не иначе, как по засвидетельствованию Главноуправляющего Губернией или, по крайней мере, с его согласия и принять это за правило». Вторую проблему, поднятую в записке, Клокачев сформулировал так: «все вновь министерствами учреждаемые и образуемые по Губерниям части, както: Горных и Соляных дел, Винная, Таможенная, Лесная, Банковская и прочие доставляют чиновникам несравненно большие жалованья против Губернских штатов, отчего происходит, что люди способные и лутчие из губернских присутственных мест и других служений перемещаются во вновь открываемые места, где жалованье большее, а должность обязанности по службе не столь важны и многотрудны».

Поэтому в заключении записки военный губернатор просил царя увеличить жалованье чиновникам, служащим в общегубернских учреждениях.

Александр I отреагировал на эту записку весьма энергично — уже 24 января 1820 г. он повелевает составить из находящихся в Санкт-Петербурге военных генерал-губернаторов и генерал-губернаторов Миларадовича, Голицына, Эссена, Балашова и Клокачева Комитет как «для рассмотрения предложений, содержащихся в записке, так и для единообразного составления по вверенным им губерниям штатов присутственных мест, в уравнении их, сколько возможность позволяет, с окладами вновь присвоенным местам в Губерниях от Министерств зависящим». Таким образом, именно записка А. Ф. Клокачев послужила поводом для созыва хорошо известного исследователям Комитета 1820 года6. Работавший 6-7 февраля Комитет среди прочих вопросов обсуждает представленные Клокачевым проект штатов Архангельской губернии и два предложения: 1) о порядке определения к разным должностям в места от Министерств зависящие и 2) о непереводе из одного места в другое в одной губернии без согласия генерал-губернатора и единодушно поддерживает их. Все решения передаются на рассмотрение Комитета министров. Но А. Ф. Клокачев на этом не успокаивается и представляет 14 марта 1820 г.

Александру I еще одну записку (без названия), в которой он предлагает финансовый источник для только что разработанных Комитетом штатов, а именно — доходы от «винной продажи по Новому положению». А через 3 дня он назначается генерал-губернатором Архангельским, Вологодским и Олонецким.

Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |   ...   | 130 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.