WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 130 |

Здесь при нём было отреставрировано и выстроено заново множество мечетей и медресе, пострадавших от русских поджигателей 1730–х гг. Неподалеку от Салачика, у подошвы скалы, на которой расположен Чуфут-Кале, ханом был выстроен прелестный загородный дворец, названный именем этой долины — Ашлама14. Побывавший в нём несколько позже иностранный путешественник записал, что дворец этот состоял из нескольких деревянных корпусов посреди обширного сада. «Комнаты, где прежде жили ханы, обширны, убраны на турецкий манер, окна в них с цветными стёклами; стены покрыты искусною штукатурною работой, которая местами вызолочена; диваны помещены так, что с них можно любоваться прекрасными видами». В саду ашламинского гарема имелся обширный пруд или бассейн, «…по которому хан сам катал в небольших лодках своих жён и очень забавлялся, когда лодка опрокидывалась и жёны, одетые в самые лёгкие наряды, падали в воду»15. Посреди этого искусственного водоёма «стояла беседка, где и в летнюю жару было прохладно»16.

На единственном сохранившемся графическом изображении Ашламинского хан–сарая предстаёт изящное здание мавританской архитектуры в высокими стрельчатыми окнами, расположенное на берегу прямоугольного пруда, в котором плавают белые лебеди Оно было украшено минаретами и восемью высокими башнями с луковичной формы куполами17, Можно только представить себе, как великолепно рисовался этот вытянутый ввысь дворец на фоне лазурного крымского неба! Сам дворец был разрушен в ходе аннексии, но ещё в 1790–х гг. здание гарема оставалось в целости, так что в нём останавливались иностранные путешественники. Кроме того, уцелели бассейн с беседкой, обширный луг, террасы с розовыми кустами — и это было всё, что осталось от прежнего великолепия18.

Новым великолепием засверкал и Хан-сарай, приведший прусского посла в нескрываемое восхищение: он называет его «необъятным сказочным дворцом». Это становится понятным, лишь если учитывать, что до следующего разгрома, учинённого в 1771 г. солдатами В. Долгорукова, Бахчисарайский дворец занимал гораздо большую площадь, чем ныне. При Крым-Гирее он превратился в настоящий город в городе, «разъединённый обширными дворами и садами и составленный из неисчислимой массы построек»19, в центральных зданиях которого А. Гольцу были показаны приобретённые ханом огромные коллекции не только рукописей и книг, но и необычное для мусульманского мира собрание живописи (в основном — горные и прибрежные пейзажи), а также коллекция европейской скульптуры.

И вообще среди этих богатств европейское искусство занимало особое место. Хан оказался не только прилежным собирателем его шедевров, но и страстным любителем музыки и театра.

При дворе регулярно давались концерты и представления, имелась постоянная музыкальная капелла и труппа французских актёров. Что же касается театрального репертуара, то переводить комедии Мольера специально для крымского владыки (французские актёры играли, естественно, не по-крымскотатарски) король Людовик XV приказал своему личному секретарю и переводчику Руффину20.

Интересовался хан и точными науками, уделяя наибольшее внимание химии, физике и астрономии, которые он не просто изучал, но и стремился «к изысканию новых открытий», то есть вёл какую-то исследовательскую работу21. Из более практических наук он много времени уделял инженерному делу, географии и фортификации как дисциплинам, способным принести реальную пользу экономике его страны. Для Крым-Гирея весьма характерен один любопытный поступок. В декабре 1768 г. немецкий купец Н. Клеман привёз ему в подарок некоторые точные инструменты и физические приборы (среди них — камеру-обскуру и электрическую машину).

Подарки были переданы через придворных до официального приёма, который должен был иметь место позже. Но Крым-Гирей не был бы самим собой, если бы вытерпел назначенный срок. Он приказал вызвать Н. Клемана в тот же вечер и, отбросив в сторону весь положенный этикет, провёл с ним несколько часов, пока не освоил все привезённые из Вены приборы и инструменты. А затем, когда пришло время приёма, милостиво, но не подавая виду, что знакомство уже состоялось, удостоил немецкого гостя аудиенцией по полному протоколу22.

Таким образом перед нами предстаёт образ правителя Нового времени, отвечающего идеалам эпохи просвещённого абсолютизма, владыки «роскошного, весьма склонного к удовольствиям и обладавшего познаниями, обычно монархам несвойственными»23. А если вспомнить о том, что в Крыму полностью отсутствовало феодальное право, сильно вредившее соответствующей репутации многих европейских монархов этой эпохи, то образ Крым-Гирея как просвещённого государя станет почти безупречным. И это не просто умозрительное заключение — уже европейским своим современникам хан Крыма был хорошо известен именно в этом качестве. Дело было даже не в интересе, который Гирей проявлял к трудам Монтескьё и других теоретиков конституционного монархизма и ограничения роли религии нравственной сферой. Он и в практической своей деятельности менее всего напоминал восточного деспота или русского царя, — и об этом тоже хорошо знали в Европе24.

Фигуре крымского государя даже чисто внешне соответствовал его двор. Костюм придворных Крым-Гирея был вполне оригинален и изящен: «Платье их было из тонкого сукна, весьма чистое, и подбитая долгая епанча, опоясанная длинным шёлковым поясом. Сие одеяние, похожее более на платье польское, нравилось мне лучше турецкого, ибо оно придаёт приятность стану и сидит весьма хорошо»25. Сказанное, кстати, лишний раз опровергает мнение о том, что в Бахчисарае слепо копировали всё турецкое. Тот же источник сообщает любопытные данные, свидетельствующие скорее о противоположных настроениях в крымскотатарской среде: «Они мало имеют сообщения с турками, и сии татарские дворяне иногда янычарам и туркам не уступают дороги, которые объявляют, что они перед ними должны иметь сие право, отчего и доходит у них до худого дела, и принуждены вынимать свои кинжалы и стрелять друг в друга из пистолетов, и я два раза свидетелем был таких поединков»26.

В одной из доверительных бесед с А. Гольцом Крым-Гирей привёл собственное, по-крымски красочное сравнение идеального государя с музыкантом, исполняющим на концерте ведущую партию. За этой партией следуют остальные инструменты оркестра, то есть подданные, которые играют не по принуждению, но добровольно и с удовольствием, «исключительно потому, что они этого сами хотят и потому, что любят слушать его игру». Именно такому образу правления стремился следовать Крым-Гирей, и ему это удавалось настолько, что, согласно всеобщему мнению «никогда никоторый из них (то есть, ханов — В. В.) не был любим более Татарами и не заслуживал того более…»27.

Для этого было достаточно сохранять традиционное крымскотатарское открытое общество с его свободой занятий, конкуренции, независимости прав личности от происхождения или социального статуса. Но либеральный хан ещё более повысил роль шариата, отчего все жители Крыма, независимо от национальности и религиозной принадлежности стали пользоваться равными правами практически, а не формально. В общем, это было правилом и раньше, но теперь хан лично входил во все тонкости соблюдения классических канонов, отрывая для этих занятий время от других государственных обязанностей.

Если верна теория о прямой зависимости внешности человека от его внутреннего мира, то она как нельзя лучше доказывалась примером Крым-Гирея. Склад ума политика и философа эпохи Просвещения, постоянное общение с самыми различными представителями восточной и западной цивилизаций, глубокий природный ум и способности не могли не сказаться на облике хана. По мнению современника, он представлял собой законченный тип европейского интеллигента (букв. «умственной жизни европейца») в соединении с образом сильного правителя. Далее А. Гольц даёт уникальное в своём роде описание внешности Крым-Гирея: хан «представлял собой величественного, сильного мужчину крепкого телосложения, в то же время не лишённого известной грации и приятности… На лице его решительное и строгое выражение воина соединялось с жизнелюбием и иронией. Его большие, живые глаза метали странные пронзительные взгляды, — было видно, что в этом сильном сыне природы развился не только дух повелителя, но и необычно деятельный ум. В его глубоко сидящих глазах и на высоком челе прогладывало, вместе с тем, мягкое, ласковое выражение задумчивости, даже мечтательности… Во всех его манерах и движениях сказывалось столько лёгкости, достоинства и грации, что многие обладатели европейских тронов могли бы ему позавидовать». Другие свидетельства более сдержанны:

«Природа наградила Крым-Гирея телесною силою, стройным станом и как приятным, так и величественным лицом, она не отказала ему ни в чём со стороны приятности и ума…»28.

Хану, как и большинству Гиреев, были весьма присущи рыцарственные поступки, в таком духе он воспитывал и своих сыновей. Рассказывают, что как-то, желая испытать твёрдость характера своего второго сына, тогда ещё весьма юного возраста, Крым-Гирей насмешливо заметил, что тот — плохой стрелок из лука, и вообще трусу более прилична прялка, чем саадак со стрелами. «Трусу», — переспросил мальчик — «Я не боюсь никого, как и ты, так ведь», и с этими словами выстрелил, целясь в отца. Стрела прошла под мышкой хана и на два пальца вонзилась в деревянную стену, у которой стоял хан. Этот проступок остался без последствий, так как мальчик был, в общем-то, послушным сыном, да вдобавок ещё и любимцем отца29.

Быт и традиции двора этого хана, были основаны, естественно, на исламской культуре. Чисто внешне они не могли не отличаться от обычаев, принятых как в Европе, так и в современных Крым-Гирею мусульманских странах, скорее, напоминая времена первых халифов. Приближёнными хана были исключительно его старые, проверенные соратники. Многие из них были неблагородного происхождения и достигли своего высокого положения исключительно благодаря личным способностям и заслугам. Хан имел небольшой гарем. Однако ему, судя по некоторым материалам, был не чужд чисто западный взгляд на женщину, как на объект рыцарского преклонения, — возможно, здесь сказалось знакомство Гирея с классической европейской литературой30.

Вынужденно согласившийся на предоставление престола Крым-Гирею, Порта имела все причины не забывать, каким образом хан этого достиг. В дальнейшем политическая независимость Крым-Гирея, его своеобразный, сильно отличавшийся от турецкого образ жизни, всё более заметная экономическая и политическая самостоятельность ханства не могли не раздражать Мустафу III и его окружение. И даже всем очевидная преданность хану его народа, а также популярность крымского владыки в Европе только усиливали это раздражение. Но османскому дивану была ясна и та простая истина, что в случае попытки сместить неугодного хана крымский народ последует за Крым-Гиреем даже на борьбу со стамбульским «престолом счастья», — восстание ногайцев доказало это. А в том, что именно такая ситуация может в точности повториться, никто не сомневался. В том числе и турки, вынужденно признававшие, что хан был незаурядным полководцем, талантливым политиком, любимым своим народом и просто человеком «огромной храбрости»31.

Поэтому султан долго выжидал и решился нанести давно задуманный удар лишь в 1764 г., когда Пруссия окончательно отошла от связей с Крымом, а поход крымцев на черкесов окончился неудачей. Вначале Турция лишила хана его законных средств на содержание войска (50 пиастров). Крым-Гирей не стал ждать дальнейших санкций и поднял своих татар. Народ последовал за ним с огромным энтузиазмом, но когда поход уже начался, хан изменил своё решение.

Очевидно, ему стало окончательно ясно, что без чьей-либо поддержки война Крыма с Турцией будет стоить жизни десяткам тысяч его соотечественников и окончится бесплодно. Это — единственное объяснение, отчего он распустил войско и, явно решив пожертвовать собой, в одиночку отправился в Турцию. Точнее, в своё турецкое имение Ковшаны.

Сюда 14 сентября 1764 г. прибыл, как об этом повествует русский резидент в Крыму А. Никифоров, «нарочный визирский чегодарь» с фирманом султана, лишавшим Крым-Гирея ханского достоинства якобы «за учинённые им Порте многия противности и оскорбления»32. После этого бывший хан был «придворным капыджилер-ягасою с небольшим числом его служителей взят и за конвоем отправлен в Романию (т. е. Румелию — В. В.)… Новоназначенный же хан СелимГирей (сын Фетх-Гирея) из Романии в местечко Каушаны прибыл того же сентября 29 дня»33.

Одновременно стамбульским фирманом были назначены новые каймакан и ага, а калга МаксутГирей и нуреддин Каплан-Гирей были заменены братьями нового хана.

Этот источник интересен ещё одной подробностью в сложной интриге, закончившейся лишением великого хана престола. Изложенная в фирмане явно под диктовку недругов Крым-Гирея, причина опалы официально объяснялась тем, что хан построил Ашлама–сарай, «а строение, как всякий лес, так дикое каменье, черепицу, известь и всякие материалы, подданные христиане и татары с наибольшей трудностию и тягостию возили безденежно, да и к тому ж строению, поколь оное продолжалось, по всяк день в работу от греков, армян и жидов употреблял по 270-300 человек, а зарабочих денег ни единой аспры не давал… а от Польской республики без всякой причины угрожением и другими вымогательствами многие тысячи получил…»34. То есть, турецкие власти едва ли не впервые в истории озаботились уровнем «эксплуатации» крымских татар и стали на защиту польской королевской казны… Необычна история и почти пятилетней ссылки опального Крым-Гирея. Вначале его поместили на материке (полуостров Галлиполи), а затем перевели на удалённые острова — Хиос, потом Метилену, Лемнос… По неизвестным до сих пор причинам Мустафа III, власти которого вполне хватило бы, чтобы казнить Гирея в первый же день его появления в Стамбуле, не только не сделал этого, но и предоставлял своему пленнику статус управителя на всех этих островах поочерёдно.

Нисколько не утратив былой энергии, бывший хан и там наводил свои порядки, активно смещая продажных чиновников, борясь с неправым судом, насилием и другими беззакониями, не опасаясь при этом даже султанских фаворитов35. Словом, всё шло как в Крыму. В конце концов султану надоели жалобы на неуёмного крымского татарина, и он отправил его в Бургас, к родичам, ждавшим изгнанника в старом его турецком имении.

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 130 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.