WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 50 |

Ташкент, Узбекистан, violett_ka@mail.ru ВСТАВНЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ В ПРЕТЕКСТЕ РУССКОГО РОМАНСА-КОММЕНТАРИЯ EXPLETIVE WORKS IN THE PRETEXT OF RUSSIAN NOVELCOMMENT Аннотация. Данная статья посвящена рассмотрению вставных жанров в романе – комментарии. Интерпретация вставных жанров для поиска сверх идеи.

Abstract. This article is devoted to the in the novel-comment. Interpretation of expletive genres for finding out the over-idea.

Ключевые слова: вставные произведения; роман-комментарий;

сверхидея.

Keywords: expletive works; novel-comment; over-idea.

УДК 82-В романе-комментарии обязательность присутствия вставных жанров (претекста и его вариантов, вспомогательных произведений) уравновешивает преобладание частной точки зрения Комментатора.

Включение вторичного текста подчеркивает принципиальную недостаточность и невозможность освоения жизни посредством одного жанра, через призму одного лишь частного взгляда на мир. Вставные произведения в претексте встречается только в романе-комментарии Е.Попова [Попов 2003]. Это рассказ «Бессовестный парень» / «Спасибо». Рассказ искусно сделан из элементов литературы соцреализма конца 60-х – начала 70-х гг.: нарочито попадающие в глаза томики Паустовского, мирабилит Кары-Бугаза, зеленоватые лампы, охотничья лайка Рекс, рыбаки–греки, матросы – полный набор заезженных романтических штампов. Логика повествования нарушена: в пальто не ездят на велосипеде, вечером не развозят почту, все велосипеды для езды двухколесные и т.п., причем это бросается в глаза не сразу.

Этим девальвируется прагматическая составляющая, а обилие ненужных деталей снижает общий уровень рассказа, уменьшая его эстетическую ценность. Вставной рассказ стилистически беспомощен, фабула избита, синтаксис слаб и вял, лексика однообразна, принцип повтора становится организующим: ««Я подъехал к нему. «Слушай, © Курницкая В. А., друг, — хрипло сказал мне парень. — Беда вышла!» … «Пошли мы с товарищем на охоту. У него в стволе засел патрон (119). Начал Витька патрон ковырять ручкой ножа, капсюль взорвался, и нож Витьке в спину (120)! — парень перевел дух. — Так я вот что попрошу - будь добр (121), дай мне велосипед доехать до колхозного доктора (122)»... Он оставил мне свой городской адрес, я рассказал ему, где живу, и он сказал, что приведет велосипед сразу же (123), как только зайдет к колхозному доктору... С тревогой думал я — сумеет ли парень спасти раненого парня» [Попов 2003: 18] В романе-комментарии Е. Попова рассказ подвергается деконструкции на всех уровнях. Редакционное участие ведется в диалоге с текстом. Текст «деструктируется», и реконструируется одновременно.

В итоге получаются два рассказа – тот, которой приводится в тексте и его реконструкция. Реконструированный вставной рассказ изменяет название на «Спасибо», его фабула претерпевает существенные изменения по принципу оппозиции, где все знаки изменяют свое значение на противоположные: «Кара-Бугаз, греков и одинокую хижину, разумеется, выкинули (157). Да и сам сюжет претерпел некоторые изменения: друг Витя получил не нож в спину, а тяжелые ожоги во время героического тушения коровника (158)». При этом изменения затрагивают также хронотоп рассказа – действие переносится из осени в лето: «… внезапно загоревшегося от июльской (159) молнии. Концовка тоже стала другая, как говорится (160), более точная (161). Бывший бессовестный парень нашел-таки воображаемого Ивана Иваныча и возвратил ему велосипед. Недоразумение сложилось из того, что он, вкупе со всеми остальными своими несчастьями, еще и заблудился, геройски желая сократить путь до «лечебницы», но хорошие добрые люди — пасечник Пахомыч да лесник Агапыч (162) - вывели его на светлую дорожку, и помощь раненому рабочему была оказана своевременно» [Попов 2003: 20-21]. Фактическая правда жизни изменяется на лакированную соцреалистическую действительность. Таким образом, для «наивного» читателя романа-комментария возникает другое произведение с другим сюжетом и фабулой, созданное по методу контаминирования. Факт присутствия в одном произведении – романе-комментарии двух рассказов – деконструированного и реконструированного – позволяет сопоставить новую литературу и советскую, разница между которыми, по А.Генису, в изменении соотношения вымысла и реальности. Советская литература, по словам крити- ка - влиятельный мираж, учивший, что «только описанное художественным методом явление заслуживает доверия и осмысления» [Генис 1999: 24]. Литературный вымысел претендовал на место реальности, играя роль искажающих очков. «До тех пор, пока Россия жила вымышленной жизнью, писатель занимал в ней чересчур почетное...

Каждый роман, начатый простыми словами про Ивана Петровича, претендовал не только на выводы, но и на оргвыводы. Создавая как бы живых, якобы настоящих людей, писатель уподобляется божеству.

Распоряжаясь судьбами своих героев, он играет роль всемогущего диктатора, который лепит реальность по своему плану. Искусственная жизнь взаимодействует с естественной, происходит наложение одной искаженной реальности на другую. Настоящие и вымышленные Иваны Петровичи, перемешиваясь в причудливых пропорциях, населяли собой страну» [Генис 1999: 26]. Постмодернизмом ситуация радикально изменяет: «Литературный герой, осознавший свою условность, помнящий о своем происхождении, становится героем другого романа. Вместе с человеческим обликом персонаж теряет и право говорить, а точнее, вещать правду. Ведь отныне он живет не в настоящей, а в игрушечной вселенной, у которой свои законы, свои заповеди, своя, художественная, правда… Разбив пресловутое зеркало, которое перестало послушно отражать действительность, автор играет его осколками» [Генис 1999: 26]. Этот прием становится определяющим для Попова: «Есть писатели, которые из отдельных кусочков бытия собирают красочную мозаику повествования, скрупулезно подтачивая углы и подгоняя друг к другу выступы, цементируя разъемы собственными комментариями происходящего» [Ермошина 2002].

В романе-комментарии вставные произведения демонстрируют принцип смерти автора, когда писатель демонстративно отказывается признать свой голос единственным, а свое мировидение – всеохватывающим. Однако игры в плюрализм дается Попову с трудом: голос извне негативен, критически настроен, неталантлив и не умен. Игра в Другого прекращается довольно быстро. Роман-комментарий произведение с таким сложным принципом организации художественного материала, при котором его целостность может быть восстановлена только при усилии читателя его «собрать» из разно удаленных элементов текстового пространства. От писателя требуется немалое мастерство, чтобы замысел его произведений не лежал на поверхности, от читателя соответствующие навыки дифференциации, синтезирования, систематизирования художественных фактов. И чем замысел произведения масштабнее, тем сложнее «прокинуть» его идею через все произведение.

В романе-комментарии семантические связи явлений на организационном уровне, интерпретация замысла произведения заключается в вычленении «сверхидеи», скрепляющей вставные части. Дискретность текстов, организованных по тематическому принципу, помогает актуализировать эти связи, ведь его структура подразумевает одновременную расчлененность и общую связь, последняя требует от читателя своего восстановления. Когда в дискретном разомкнутом тексте появляется вставное произведение, призванное еще более подчеркнуть его разорванность, в результате усиливается пригнанность элементов комментария и других элементов текстологического аппарата, укрупняется «сверхидея», скрепляющая все элементы внутри текстологического аппарата.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК ГЕНИС А. Иван Петрович умер. – М.: Новое литературное обозрение,1999. – 335 с..

ЕРМОШИНА Г. Способ деконструкции. Знамя 2002, №10 [Электронный ресурс]. URL: http://www.litkarta.ru/dossier/sposob-dekonstr/ ПОПОВ Е. Подлинная история «Зеленых музыкантов». - М.: Вагриус, 2003. – 335 с.

Ларцева Е. В.

Lartseva Y. V.

Екатеринбург, Россия, ekalarceva@yandex.ru ИМЕНА СОБСТВЕННЫЕ И НАРИЦАТЕЛЬНЫЕ АМЕРИКАНСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ В РОМАНЕ НИКА ХОРНБИ «МОЙ МАЛЬЧИК» (НА ПРИМЕРЕ СЛОВ МУЗЫКАЛЬНОЙ СФЕРЫ) PROPER AND COMMON NAMES OF AMERICAN ORIGIN IN THE NOVEL “ABOUT A BOY” BY NICK HORNBY (ON THE MATERIAL OF WORDS RELATED TO MUSIC) Аннотация. В статье анализируются имена собственные и нарицательные американского происхождения, относящиеся к музыкальной сфере, функционирующие в романе современного бри© Ларцева Е.В., танского писателя Ника Хорнби «Мой мальчик», с целью проследить их влияние с точки зрения вхождения американизмов в британский английский язык.

Abstract. The article analyses proper and common names of American origin related to music that function in the novel “About a Boy” by a contemporary British writer Nick Hornby to assess their contribution to the process of assimilation of Americanisms in British English.

Ключевые слова: имя собственное; имя нарицательное; Ник Хорнби; «Мой мальчик»; американский вариант английского языка.

Keywords: proper name; common name; Nick Hornby; “About a Boy”; American English.

УДК 81-31:811.111.1:821.111.Еще со времен Дж. Б. Шоу известно (хотя есть точка зрения, что это высказывание принадлежит О. Уайльду), что Англия и Америка – это две нации, разделенные общим языком [The Oxford Dictionary of Quotations 2009]. Существование данного парадокса вызывает интерес как у отечественных, так и у зарубежных лингвистов. Особенности английского языка в Великобритании и английского языка в Америке рассматриваются в работах А. Д. Швейцера, К. Бруннера, Б. А. Ильиша, М. А. Соколовой, О. Мутта, Дж. Алджео, Д. Кристала.

При этом в последние годы все более актуальным становится вопрос о влиянии американского варианта английского языка на другие варианты, в частности, на британский английский язык. Заметим, что в современных условиях данная проблема часто рассматривается в контексте разговора об американизации политики, экономики, культуры и языка в целом. Вопрос о языковом влиянии Америки выходит за рамки научных исследований и широко обсуждается не только лингвистами, но также журналистами и носителями языка, которые высказывают разные мнения по поводу сложившейся в настоящее время языковой ситуации в Великобритании.

На сегодняшний день влияние американского варианта английского языка на британский вариант обнаруживается не только в устном общении (использовании в речи слов и устойчивых выражений, специфичных для американского варианта); Интернет- общении, которое, по мнению современного российского лингвиста М. А. Кронгауза, занимает промежуточное положение между устной и письмен ной формами коммуникации [Кронгауз 2010]; британской прессе; но и в языке художественной литературы. При этом важно отметить, что одним из основных источников проникновения американизмов в британский английский язык, наряду с фильмами и телепередачами, является популярная американская музыка.

Цель данной статьи состоит в том, чтобы, ограничиваясь рамками музыкальной сферы, выявить имена собственные и нарицательные американского происхождения, которые функционируют в романе современного британского писателя Ника Хорнби «Мой мальчик», а также проследить их влияние с точки зрения вхождения американизмов в британский английский язык.

Прежде всего, кратко обозначим основные факты биографии писателя, важные в контексте данной статьи. Ник Хорнби родился в Редхилле, небольшом городе к югу от Лондона, в 1957 году. Он окончил Кембриджский университет, где в дальнейшем преподавал английский язык для иностранных студентов. Кроме того, Хорнби писал обзоры и рецензии для различных газет и журналов [См.:

Contemporary writers]. На сегодняшний день Ник Хорнби является автором 6 романов, в которых он описывает жизнь молодого поколения современной Великобритании. Действие романов происходит в Лондоне в 90-е гг. Кроме того, Нику Хорнби принадлежит ряд произведений нехудожественной литературы.

Заметим, что Хорнби является признанным писателем не только в Великобритании, но и в Америке. Об этом, в частности, свидетельствует тот факт, что 1999 году Хорнби был удостоен премии Э. М.

Форстера от Американской академии искусств и словесности [См.:

Contemporary writers].

Авторы зарубежных исследований, затрагивающих те или иные аспекты творчества Ника Хорнби (Р. Брэдфорд, Д. Лейнг, Н. Рэннисон, Дж. Сконс), неоднократно подчеркивают особую роль современной популярной культуры, в частности, музыки, в творчестве автора.

Действительно, героями его произведений часто становятся люди, одержимые музыкой. При этом следует обратить внимание на то, что «увлеченность Ника Хорнби популярной культурой ничуть не умаляет его значения как серьезного писателя, чьи произведения отличаются глубиной психологического восприятия» [A Commentary On the Novel 2007: 16].

Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что твор- чество Ника Хорнби, в частности, роман «Мой мальчик», наглядно демонстрирует популярность тех или иных исполнителей и музыкальных направлений в современной автору Великобритании. Заметим также, что включение писателем в тексты романов названий популярных исполнителей и песен создает у британских читателей эффект узнавания собственной реальности [См.: A Commentary On the Novel 2007: 16].

Объектом нашего исследования является роман «Мой мальчик» (1998). Любопытно, что уже в самом названии романа прослеживается влияние американской музыки. Роман «About a Boy» был назван так по аналогии с песней «About a Girl» известной американской группы 90-х гг. Nirvana. Фигура Курта Кобейна, вокалиста и гитариста данной группы, - важнейший образ романа [См.: A Commentary On the Novel 2007: 28].

Главному герою романа Уиллу, жителю Лондона, тридцать шесть лет. Он не женат и живет на доходы от популярной рождественской песни, которую когда-то написал его отец. Он во всем хочет быть «крутым парнем». Уилл читает модные журналы, стараясь во всем соответствовать последним молодежным тенденциям, делает стрижку в дорогих салонах и обедает в престижных ресторанах. То же касается и музыки. Вторая глава книги открывается пассажем, в котором Уилл, заполняя анкету в журнале и подсчитывая баллы, тестирует себя на «крутость». Ключевым в этом пассаже, как, пожалуй, и во всем романе, становится слово cool – «крутой», ведь именно таким стремится быть Уилл. Он даже изобретает слово coolometer – «измеритель крутости». Так, одним из символов «крутости» Уилла становится то, что он является обладателем пяти хип-хоп альбомов («hiphop albums»). Хип-хоп - направление модной американской музыки, как правило, исполняемой чернокожими американцами, такими как Snoop Dogg, Tupac, Warren G, MC Hammer, поклонником которых является Уилл.

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 50 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.