WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 22 |

Сбор фактов о существующем положении дел будет, по-видимому, наиболее простой частью нашей повестки. Наибольшая часть каждого из докладов посвящена статистике и другой фактической информации. Первая реакция на эти данные благоприятна: теперь мы можем видеть и количественно оценивать, что происходит. Вторая реакция вопрошающа: является ли эта информация корректной и репрезентативной Узун отмечает, что два источника, оба Госкомстата, определяют производство ЛПХ как 15,млрд. руб. в одном случае и как 4,7 млрд. руб. - в другом (Таблица 8). Узун также отмечает сложность определения действительной площади, используемой ЛПХ для производства, включая кормовые угодья и пастбища. Также можно спросить и о точности оценок, представленных в докладе Киселева о занятости в подсобном производстве 2,6 млн. человек в 1990 г. Данные о продуктивности и других производных экономических концепциях поднимают вопросов определения, так же как и точности.

Также ясно, что процессы и институты, описанные в докладе Рылько, не отражены в агрегированном виде в данных Госкомстата, и он пишет, что «российская сельскохозяйственная статистика должна быть изменена, чтобы отразить новые типы ведения хозяйства» (Рылько, раздел «Дальнейшие исследовательские приоритеты»).

Тогда вопрос в том, как мы можем использовать уже существующую статистику Анализ причин наблюдаемых явлений и трендов привносит дополнительные трудности.

Узун отмечает, что сельскохозяйственные предприятия – бывшие колхозы – склонны к убыточности. Более того, российское сельское хозяйство с 1990 г. демонстрирует сокращение выпуска на одного занятого и на один гектар (Серова, Карлова, Петриченко, Таблица 2). Вместе с обсуждением в работе Узуна эти факты указывают на гипотезу (б) выше, что российское сельское хозяйство страдает от незавершенности реформ, которые должны бы перераспределить землю и другие ресурсы от неэффективных предприятий.

Но если (б) верна, мы должны бы видеть процветающие индивидуальные фермы, раз из конкуренты столь слабы. Но ясно, что и индивидуальные фермы также сталкиваются с большими проблемами2. Из-за данных об относительных ценах из доклада Серовой, Карловой и Петриченко, по-видимому, нельзя пренебречь и гипотезой (а), так как если цены на продукцию были выше цен на ресурсы, то потребуется долгое время для решения проблем сельского хозяйства. Но опять, с момента значительной девальвации рубля в 1998 г. мы видим, что цены на сельскохозяйственную продукцию поднялись относительно цен нерыночных факторов (земли и труда). И хотя экономическая картина улучшилась, это не решило проблем сельского хозяйства также. Я надеюсь, наша дискуссия сегодня и завтра поможет выявить, что происходит, и более важно – указать на получение более твердых ответов на вопросы о ситуации, прогнозе и соответствующей политике для российского сельского хозяйства в будущем.

ЛИТЕРАТУРА AMELINA, Maria. “What Turns Kolkhoz Into a Firm Regional Policies and the Elasticity of the Budget Constraint,” mimeo, World Bank, 2000, 32pp.

BERKOWITZ, D., D.N. DeJong, and S. Husted. “Quantifying Price Liberalization in Russia,” Journal of Comparative Economics 26 (1998): 735-60.

COASE, R.H. “The Nature of the Firm,” in Putterman 1986, pp. 72-85.

GARDNER, B.L., and K. Brooks. “Food Prices and Market Liberalization in Russia,” American Journal of Agricultural Economics 76 (1994): 641-46.

GOODWIN, B.K., T.J. Grennes, and C. McCurdy. “Spatial Price Dynamics and Integration in Russian Food Markets,” (1999).

GRILICHES, Zvi. 1963. “The Sources of Measured Productivity Growth: U.S. Agriculture, 1940-1960.” Journal of Political Economy 71: 331-346.

KLEIN, B., R. Crawford, and A. Alchian. “Vertical Integration, Appropriable Rents, and the Competitive Contracting Process,” in Putterman 1986, pp. 230-49.

LEATHERS, H. “Allocable Fixed Inputs as a Cause of Joint Production,” American Journal of Agricultural Economics, (1991): 1083-90.

OGLOBIN, Constantin. “The Gender Earnings Differential in the Russian Transition Economy,” Industrial and Labor Relations Review 52 (July 1999): 602-27.

PRAUST, R.E. “Family Farms and Shadow Economy of the Russian Agrarian Sector,” in Golitsino Workshop Proceedings, Agrifood Economy Analytical Centre, Institute for Economy in Transition, Moscow, 1999.

PUTTERMAN, L. The Economic Nature of the Firm. Cambridge: Cambridge University Press, 1986.

RYLKO, D. “Operators Farming in Russia,” IMEMI, Moscow, mimeo, 1999.

SEDIK, David, Trueblood, Michael, and Arnade, Carlos. “Corporate Farm Performance in Russia, 1991-1995: An Efficiency Analysis.” Journal of Comparative Economics, 27, 3:514533, Sept. 1999.

SEROVA, E.V. “The Impact of Privatization and Farm Restructuring on Russian Agriculture,” in Golitsino Workshop Proceedings, Agrifood Economy Analytical Centre, Institute for Economy in Transition, Moscow, 1999.. “Russia: The State of the Art in Agri-food Sector in 1999,” mimeo, 2000.

В связи с частными фермами и даже более с ЛПХ возникает проблема экономии на масштабе. Один путь пролить свет на эту проблему может быть через данные по предприятиям, использованные Узуном при сравнении групп предприятий и «клуба» лучших производителей. Например, клуб «Агро-300» составляет 1,1 % всех хозяйств и занимает существенно большую долю по реализации, занятости, фондам. Это из-за технической экономии на масштабе или из-за лучшего менеджмента в этих хозяйствах, что позволяет сохранять и привлекать фонды TARASOV, A.N. “Economic Behavior and Efficiency of Household Farms in Transitional Economy,” in Golitsino Workshop Proceedings, Agrifood Economy Analytical Centre, Institute for Economy in Transition, Moscow, 1999.

UZUN, V. Yu., Privatization of Land and Farm Restructuring: Ideas, Mechasnisms, Results, Problems,” in Golitsino Workshop Proceedings, Agrifood Economy Analytical Centre, Institute for Economy in Transition, Moscow, 1999.

WORLD BANK. Food and Agricultural Policy Reforms in the Former USSR: An Agenda for the Transition, Studies of Economies in Transition, Paper No. 1, Washington, D.C., Sept. 1992 (a).

WORLD BANK. Background Working Papers for World Bank 1992(a), Volumes 1-4, December 1992 (b).

Комментарий к докладу Б. Гарднера У. Лиферт В своем докладе Брюс Гарднер представляет продуманную аналитическую методику исследования в рамках нашего проекта рынков факторов сельскохозяйственного производства в России. У меня нет серьезных замечаний по его содержанию. Вместо комментариев непосредственно к докладу, я хотел бы поделиться своими собственными соображениями относительно того, на чем следует сфокусировать внимание при реализации проекта. Мои идеи в большой мере согласуются с идеями Брюса, и здесь я постараюсь максимально их интегрировать.

Я полагаю, что наше исследование рынков факторов сельскохозяйственного производства в России, также как и исследование российского сельского хозяйства в переходный период в целом, можно разбить на две основные части. Первая - это изменение товарной структуры производства и структуры ресурсопотребления, вторая институциональное преобразование. Я кратко остановлюсь на сути этих двух составляющих реформы в сельском хозяйстве, а затем предложу подходы к анализу и пути интегрирования нашей работы по каждой из них.

Преобразование товарной структуры производства и ресурсопотребления означает изменение объема и номенклатуры производимой, потребляемой и продаваемой сельскохозяйственной продукции, а также объема и номенклатуры используемых ресурсов. В российском сельском хозяйстве оно было обусловлено проведением экономической реформы. Реструктуризация проявилась, главным образом, в падении производства продукции и применения промежуточных ресурсов. В 1997-1999 гг.

среднегодовой объем производства в сельском хозяйстве в целом сократился на 40% (по сравнению с уровнем 1986-1990 гг.), в животноводстве - на 48%. Также заметно снизилось применение промежуточных ресурсов, таких как ГСМ, удобрения, пестициды и животные корма.

Основной причиной столь сильного воздействия реформы на товарную и ресурсную структуру российского сельского хозяйства является переход от планового определения объема и номенклатуры производимой и потребляемой продукции к их формированию в зависимости от потребительских предпочтений. В связи с реструктуризацией встает вопрос, какие товары производятся в экономике и какие для этого используются ресурсы. Основной импульс данному процессу придали либерализация цен и торговли.

Эти меры существенно повлияли на цены и доходы - два ключевых фактора, на которых основываются решения производителей и потребителей производить, покупать и продавать продукцию и ресурсы. Изменение их уровня, в свою очередь, обусловило существенные сдвиги в производстве, потреблении и реализации сельскохозяйственной продукции. Возможно, наибольшую роль сыграл заметный рост цен на средства производства относительно цен на продукцию сельского хозяйства (что Брюс отмечает в своем докладе), с 1990 по 1997 г. ухудшивший условия торговли (соотношение цен на ресурсы и выращиваемую продукцию) для российских сельхозпроизводителей почти на 80%. Сокращение применения ресурсов из-за их реального удорожания явилось основной причиной падения сельскохозяйственного производства.

Ключевое значение имеет то, что товарная/ресурсная реструктуризация в ходе реформы может происходить без какого-либо преобразования природы или системы производства, то есть в пределах имеющихся в экономике производственных возможностей. Теоретически, она предполагает перемещение вдоль их границы.

Второй основной составляющей реформы в сельском хозяйстве является институциональное преобразование. Оно включает в себя такие элементы, как земельная реформа, приватизация, становление новых типов сельскохозяйственных производителей, укрепление связей сельского хозяйства с отраслями I и III сфер АПК, создание содействующей развитию сектора институциональной инфраструктуры, в том числе систем рыночной информации и коммерческого права. Институциональное преобразование, особенно на уровне хозяйств, воздействует на то, как производится продукция. Оно способно повысить производительность сельского хозяйства, в частности увеличить выход продукции на единицу ресурсов. Это улучшило бы производственную функцию для сектора, расширив границы производственных возможностей.

Разграничение, которое я провожу между товарной/ресурсной реструктуризацией и институциональной реформой, согласуется с соображениями, высказанными в докладе Брюса. В его начале автор перечисляет ряд ключевых препятствий росту в сельском хозяйстве по мнению (или согласно гипотезам) экспертов. Первое из них - низкие цены на продукцию относительно цен на ресурсы, на что больше всего жалуются российские сельхозпроизводители. Эту проблему можно решить в рамках товарной/ресурсной реструктуризации, поскольку последняя предполагает установление приемлемых цен на ресурсы относительно цен на сельхозпродукцию, при том, что цены являются единственным наиболее значимым фактором формирования структуры производства и ресурсопотребления. Второе общее препятствие, выделяемое Брюсом, - незавершенность экономической реформы. Перечисляемые в докладе меры, необходимые для его преодоления, такие как земельная реформа, частная собственность и преобразование бывших колхозов и совхозов, относятся к категории институциональных.

Сущность товарной/ресурсной реструктуризации и институциональных преобразований и различия между ними определяют характер вопросов, которые мы ставим, и аналитические подходы, которые мы используем в исследовании в рамках нашего проекта этих двух составляющих реформы. Поскольку товарная/ресурсная реструктуризация в ходе реформы (в моем понимании) предполагает принятие решений о выпуске продукции и использовании ресурсов в пределах имеющихся в экономике производственных возможностей, следует поставить вопрос о наилучшем, или оптимальном, способе использования наличных ресурсов с учетом ограничений, налагаемых имеющимися технологиями и институциональной системой. Экономическая теория определяет оптимальное экономическое поведение как преследование определенной хозяйственной цели, обычно максимизации или минимизации какого-либо показателя. К примеру, объем выпуска предприятия является оптимальным, когда прибыль максимизируется путем производства продукции, предельные поступления от продажи которой равны предельной себестоимости. Объем и номенклатура внешней торговли страны оптимальны с точки зрения сравнительных преимуществ, когда поступления от нее максимизируются путем производства и торговли такими товарами, соотношение внутренних цен (обязанных отражать издержки производства) на любые два из которых равно соотношению цен, по которым эти товары реализуются.

Я формулирую соображение, содержащееся в докладе Брюса в не столь явной форме, наша работа по проекту должна преимущественно фокусироваться на оценке степени соответствия применения ресурсов в российском сельском хозяйстве экономически обоснованному, или оптимальному, поведению, как оно определяется экономической теорией. Такой подход требует выяснения главной экономической цели хозяйств при принятии ими решений. Чаще всего считается, что производители стремятся максимизировать свою прибыль. Можно однако, утверждать, что у производителей, особенно в российском сельском хозяйстве в переходный период, есть и другие цели.

Например, основной целью хозяйства может быть сохранение существующего уровня занятости. Однако даже если предполагаемая цель производителей (скажем, максимизация прибыли) в российском агропродовольственном секторе и не является доминирующей, анализ рациональности их хозяйствования позволит оценить экономическую результативность принимаемых решений исходя из устоявшихся экономических критериев, а также проанализировать и взвесить другие альтернативы (в случае преследования отличных от вышеназванной экономических целей).

В своем докладе Брюс правильно определяет основной момент, на котором мы должны сосредоточиться при оценке экономической рациональности поведения сельхозпроизводителей в отношении использования ресурсов: применяют ли их производители в таком объеме, когда цена, уплачиваемая за ресурс, равна стоимости его предельного продукта. Если это условие выполняется, производитель применяет ресурс в объеме, позволяющем максимизировать прибыль.

Цель такого эмпирического исследования в рамках нашего проекта - установить, существует ли в применении сельскохозяйственных средств производства проблема объема и структуры, а именно существенного отклонения от их "оптимального" уровня, а также выяснить серьезность данной проблемы (неоптимальности). Ее решение требует дальнейшей реструктуризации ресурсопотребления, которая, в свою очередь, может повлечь за собой определенное изменение структуры сельскохозяйственной продукции.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 22 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.