WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 47 | 48 || 50 | 51 |   ...   | 61 |

Историку кажется не случайным, что именно в 1570–1580-е гг., т. е. в период «массовых походов» русских за Урал, в Западной Европе вспыхнула экспедиционная горячка, подлинной целью которой были поиски морских путей на русский Север, в Сибирь, но под предлогом изыскания дороги в Китай. Настойчивые попытки проникнуть в Сибирь продолжались до запрещения русскими властями мореплавания на Обь (1619) [16]. С точки зрения Д. М. Лебедева, имевшиеся в России сведения об Енисее к 1582 г. были настолько конкретны, что англичане уже тогда просили русское правительство о разрешении лишь им одним торговать там, как и в устьях Северной Двины, Мезени, Печоры и Оби. Лебедев обратил внимание на сообщение агента «Московской компании» Х. Холмса о русском рукописном свитке с заметкой о предпринятой А. Маршем экспедиции к Оби и упоминанием про «находящуюся за ней реку «Ислендь»», т. е. Енисей [17]. По допущению Лебедева, сообщение Черри об осетре (около 1587 г.) если и не подтверждает факта посещения им именно бассейна Оби, то позволяет считать, что этот англичанин был где-либо в районе Северного Урала; он и Линде беседовали, очевидно, с жителями русского Севера. Во всяком случае, как признавали эти иностранцы, они из русских источников узнали о теплом море, лежащем гораздо южнее Оби.

Соответствующему известию, опубликованному и прокомментированному Алексеевым, придавалось в науке существенное значение. Под теплым морем, лежащем юго-восточнее Оби, далеко на юге Азии, Лебедев убежденно предложил подразумевать Тихий океан. Мавродин считал, что выражение «Moria Teupla» толковалось русскими весьма широко – от более или менее теплого в смысле доступности для плавания моря «Za Oby reca» до, действительно, теплых морей Тихого океана. Но слова Черри Лебедеву казались настолько определенными, что ученый категорично понимал их как сообщение именно о морях Тихого океана, омывающих восток Азии. Лебедев сделал вывод, что, слухи о Тихом океане, хотя и очень неясные, имелись у русских (вероятнее всего, сибиряков) почти за полвека до первого документально подтвержденного выхода в 1639 г. к побережью Охотского моря отряда И. Москвитина, и эти сведения, скорее всего, были получены русскими от коренного населения Сибири [18].

М. Малин называл Барро первым англичанином, который вступил в непосредственные отношения с русскими мореходами и оставил об этом известия в представляющих собой дневник его путешествия записках. Они полны благодарности отважным русским морякам за бескорыстную материальную помощь и неоценимые навигационные советы. Барро рассказывает о том содействии, которое ему оказали имевшие большой опыт плавания в северных широтах поморы, особо выделяя одного из них – Лошака, давшего ему ценные указания относительно дороги на Обь, что англичане считали очень важным. От Лошака, – пишет Малин, – Барро получил подробные сведения о самоедах (ненцах), занимающие немало места в записках английского мореплавателя, которому были не чужды и этнографические наблюдения. (Барро овладел даже в какой-то мере речью ненцев и записал несколько десятков их слов с переводом на английский язык). Вслед за Мавродиным Малин указывал на то, что в сочинении конца XVI в. «О человецах незнаемых в восточной стране и о языцах разных», ставшим известным спустя столетие и в Англии, говорится о «земле Баид», т.е. земле рода энцев бай, жившего близ Мангазеи. О дороге в «Молгомзею», как отмечали те же исследователи, рассказывал Барро и Джонсону (1556–1558) «один русский, родом из Холмогор, по имени Федор Товтыгин» – опытный мореход, бывший (и, очевидно, не раз) на Оби [19].

Как отмечено Н. Е. Прокофьевой, представление европейцев о России как о стране, населенной необычными людьми и животными, дополнялось сообщениями о Золотой бабе – идоле, которому поклоняются народы Сибири. Это предание, относящееся к этнографическим легендам, заинтересовало даже такого опытного путешественника, как Дженкинсон, но оказалось все же не так устойчиво, как история о «растительном агнце».

О. Б. Гайсина, анализируя легенду о Золотой бабе, находит, что рассказы о ней Дженкинсона и Дж. Флетчера зависят от данных С. Герберштейна, основанных на русском источнике, причем эти рассказы, а также изображения таинственного обдорского идола, к примеру, на карте Дженкинсона, не могут считаться достоверными (да и Флетчер писал, что свидетельство о статуе Золотой старухи – просто басня, а в действительности «в области Обдорской со стороны моря, близ устья большой реки Оби, есть скала, которая от природы... имеет вид женщины с ребенком на руках») [20].

Таким образом, в трудах отечественных ученых 1920-х гг. и последующих десятилетий нашли отражение многочисленные аспекты географических и этнографических изысканий английских путешественников на севере «Закаменьской страны» вскоре после «открытия Московии» моряками с Британских островов.

1. Резун Д. Я. О периодизации развития исторической урбанистики Сибири XVII–XX вв. // Городская культура Сибири: история и современность. – Омск, 1997. – С. 19.

2. Платонов С. Ф. Прошлое русского Севера – Пг., 1923. – С. 70. Подробнее см.: Митрофанов В. В.

Проблемы проникновения западноевропейцев в Сибирь в творческом наследии С. Ф. Платонова // «Мира не узнаешь, не зная края своего»: материалы 8-х краевед. чтений. – Нижневартовск, 2004. – С.

22-25; Он же. Проблемы истории Новгорода Великого, Поморья и Сибири в творчестве С. Ф.

Платонова. – Нижневартовск, 2005. – С. 142-144.

3. Платонов С. Ф. Москва и Запад: Борис Годунов. – М., 1999. – С. 28-29. Об экспедиции С. Барро 1556 г.

к Оби и записях Р. Джонсона (старшего штурмана на судне Барро) о Сибири см.: Новицкий Г. А.

Введение // Английские путешественники в Московском государстве в XVI в. (перев. с англ. Ю.В.

Готье). – М., 1938. – С. 16; Радовский М. И. Из истории англо-русских научных связей. – М.; Л., 1961. – С. 16-18; Скрынников Р. Г. Сибирская экспедиция Ермака. – 2-е изд., испр. и доп. – Новосибирск, 1986.

– С. 104-105.

4. Lubimenko I. Le rle comparatif des diffrents peuples dans la dcouverte et la description de la Russie // Revue de synthse historique. 1929. – T. 48. – P. 45.

5. Алексеев М. П. Англия и англичане в памятниках московской письменности XVI–XVII вв. // Уч. зап.

Ленингр. гос. ун-та. – 1947. – Вып. 15. – № 95. – С. 56.

6. Там же.

7. Новицкий Г. А. Введение // Английские путешественники в Московском государстве в XVI в. (перев. с англ. Ю.В. Готье). – М., 1938. – С. 17.

8. Очерки истории СССР: Период феодализма: Конец XV в.–начало XVII в. – М., 1955. – С. 692. См. также:

Лебедев Д. М., Есаков В. А. Русские географические открытия и исследования с древних времен до г. – М., 1971. – С. 58.

9. Готье Ю., Бахрушин С. Культурные и политические связи России и Англии в XVI–XVII вв. // Исторический журнал. – 1941. – №12. – С. 66. Об экспедициях Т. Соутэма и Д. Спарка, А. Пэта и Ч.

Джекмена см.: Новицкий Г. А. Введение // Английские путешественники в Московском государстве в XVI в. (перев. с англ. Ю.В. Готье). – М., 1938. – С. 15-16; Боднарский М. С. Великий Северный морской путь: Историко-географический очерк открытия Северо-восточного прохода. – М.; Л., 1926. – С. 18-19;

Радовский М. И. Из истории англо-русских научных связей. – М.; Л., 1961. – С. 18-19; Магидович И. П., Магидович В. И. Очерки по истории географических открытий: в 5 т. – 3-е изд., перераб. и доп. – М., 1983. – Т. 2. – С. 214-217 и др.

10. Джером Горсей. Записки о России: XVI–начало XVII вв. – М., 1990. – С. 198. Ср.: Визе В. Ю. История исследования Советской Арктики: Баренцево и Карское моря. – Архангельск, 1935. – С. 37.

11. Боднарский М. С. Очерки по истории русского землеведения. – М., 1947. – Т. 1. – С. 19.

12. Берг Л. С. Очерки по истории русских географических открытий. – М.; Л., 1949. – С. 92-93. См. также:

Он же. Первые русские в Англии // Наша страна. – 1941. – № 5. – С. 20-23.

13. Скалон В. Н. Русские землепроходцы XVII в. и освоение Сибири. – Новосибирск, 2005. – С. 75. Первое издание этой книги появилось в 1951 г.

14. Мавродин В. В. Русское полярное мореходство и открытия русских поморов на севере Европы с древнейших времен и до XVI в. // Вопросы истории (далее – ВИ). – 1954. – № 8. – С. 103-104.

15. Там же. С. 106-107.

16. К. В. Базилевич замечал, что, понимая экономическое и политическое значение Сибирской колонии – «златокипящей государевой вотчины», московское правительство тщательно оберегало свои зауральские владения (Базилевич К. В. Коллективные челобитья торговых людей и борьба за русский рынок в первой половине XVII в. // Изв. АН СССР, 1932. – Сер. 2: отд. общест. наук. – Вып. 12. – №2. – С. 96).

17. Лебедев Д. М. Очерки по истории географии в России в XV–XVI вв. – М., 1956. – С. 41; Лебедев Д. М., Есаков В. А. Русские географические открытия… – С. 60.

18. Лебедев Д. М. Очерки по истории географии в России в XV–XVI вв. – М., 1956. – С. 41, 47, 128. Вслед за М. П. Алексеевым В. Ю. Визе полагал, что «Теплое море» – это Тихий океан. См.: Алексеев М. П.

Сибирь в известиях западно-европейских путешественников и писателей. – Иркутск, 1932. – С. 195.

Примеч.; Визе В. Ю. История исследования Советской Арктики: Баренцево и Карское моря. – Архангельск, 1935. – С. 19.

19. По замечанию Н. Т. Накашидзе, исходя из сведений, полученных от русских, знаменитый фландрский географ Г. Меркатор, который выступил со своими картами в середине XVI в., думал, что плавание вокруг Сибири морем не только возможно, но и легко; путешествия русских Студеным морем были описаны еще в «Записках» С. Герберштейна. См.: Накашидзе Н. Т. Русско-английские отношения во второй половине XVI в. – Тбилиси, 1955. – С. 55, 57.

20. Малин М. Англо-русские культурные и научные связи (до основания Петербургской Академии наук) // Вестник истории мировой культуры. – 1957. – №3. – С. 101. О локализации земли Баид см.: Плигузов А.

И. Первые русские описания Сибирской земли//ВИ. – 1987. – № 5. – С. 45 -46.

21. Гайсина О. Б. Легенда о Золотой бабе в сочинениях иностранцев и на европейских картах России XVI– начала XVII вв. // Зеркало истории. Двадцать лет кружку истории древности и средневековья. – М., 1992. – С. 87; Прокофьева Н. Е. География Московии в записках английских путешественников конца XVI в. : тез. докл. XIV всерос. конф. «Писцовые книги и другие историко-географические источники XVI–XX вв.», посвященной 70-летию Исторического факультета Санкт-Петербургского государственного университета. – СПб, 2004. – С. 47-49.

СулимовВ. С.

ПОДГОТОВИТЕЛЬНЫЙ ЭТАП ОТПРАВКИ В СИБИРЬ ПЛЕННЫХ ПОЛЯКОВ В 1813 Г.

В начале 1813 г. юг Тобольской губернии был взбудоражен вестью о скором прибытии в край пленных поляков, воевавших на стороне Наполеона. Губерния до этого момента находилась вдалеке от грозных событий Отечественной войны 1812 г. 2 марта 1813 г. Ишимский городничий отправил рапорт Тобольскому гражданскому губернатору, действительному статскому советнику и кавалеру Ф. А. фон Брину, сообщив о том, что командир 29 дивизии генерал-лейтенант Г. Глазенап, находящийся в г. Омске, уведомил его о воле государя. По решению Александра I, пленных поляков из 18 губерний России нужно было направить в г. Ишим для укомплектования войск на Сибирской линии.

Партии пленных с конвойными командами был назначен принимать и распределять по полкам и батальонам плац-майор Шевнин. На первое время от Ишимского городничего требовалось подготовить квартиры для Шевнина, 2 офицеров и 44 рядовых [1].

Губернатор уже знал о высочайшем повелении и попросил в марте командующего дивизией разъяснить некоторые вопросы. Глазенап ответил фон Брину, что не ведает о количестве направляемых поляков и ничего кроме копии повеления из Военного министерства от князя А. И. Горчакова не имеет. Без уточнений начальства генерал не мог разместить поляков по подразделениям дивизии. Не знал он – за чей счет будут снабжать продовольствием пленных до прибытия в г. Ишим. Одно было ясно – после поступления в ведение приемщика пленные должны были «довольствоваться провиантом от казны наравне с военнослужащими» [2]. Генерал прилагал к письму копию с указа царя. В ней говорилось: «По высочайшему государя императора соизволению предположено поляков, какие находятся в числе пленных по разным губерниям, обратить на укомплектование войск на Кавказе, в Грузии и на Сибирской линии расположенные» [3].

Высылкой пленных в г. Ишим занимались гражданские губернаторы. Перед отсылкой каждой партии они обязывались предупреждать Глазенапа об отправке пленных. Генерал в свою очередь должен был докладывать военному министру о времени прибытия партий и их количестве. Пленных поляков планировалось отправлять в Ишим из следующих губерний: Виленской, Витебской, Владимирской, Вологодской, Вятской Казанской, Костромской, Курляндской Лифляндской, Московской, Нижегородской, Новгородской, Пермской, Псковской, Санкт-Петербургской, Тверской, Эстляндской, Ярославской [4]. Из остальных губерний поляков следовало отправлять на Кавказскую линию в Георгиевск. Более детально разобравшись в ситуации, Тобольский губернатор марта распорядился выделить квартиры в Ишиме не только плац-майору Шевнину, его команде, но и пленным из расчета, что в каждой партии будет не менее 150 человек [5].

Ишимский городничий 14 марта отрапортовал в г. Тобольск о выделении квартир Шевнину, подпоручику Ершову и 22 нижним чинам. Ожидалось также прибытие солдат из Петропавловской крепости. Для них и пленных поляков планировалось изыскать нужное количество квартир [6].

Подготовка к встрече поляков шла полным ходом. В конце марта в г. Ишим вступили две воинские команды из Тобольского и Семипалатинского гарнизонных полков в составе 2 обер-офицеров, 4 унтер-офицеров, 40 рядовых для отправки поляков по сибирским гарнизонам [7].

Тобольский губернатор тем временем вступил в переписку с соседними губерниями, из которых предполагалось направлять пленных. Пермский губернатор в ответе фон Брину сослался на циркулярное предписание главнокомандующего из Санкт-Петербурга от 29 августа 1812 г. о пленных французах. В циркуляре говорилось об одобрении царем инициативы Комитета министров по поводу укомплектования поляками полков на Кавказе, в Грузии и на Сибирской линии. На основании этих решений Пермский губернатор отправил в столицу именной список всех, находящихся в его губернии поляков. Всего в Пермской губернии насчитывалось 88 пленных из Польши. После разрешения из Санкт-Петербурга пленных из Перми предполагалось направить через Шадринск и Ялуторовск в Ишим [8].

Pages:     | 1 |   ...   | 47 | 48 || 50 | 51 |   ...   | 61 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.