WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 13 |

с одной стороны, Рита была открытым человеком, с другой – замкнутым, вроде бы она хотела общаться, ей были интересны компании, но все время присутствовал страх, который тормозил общение. А также было видно, что у нее проблемы во взаимоотношениях с родителями, не хватало тепла и понимания дома. Но на эту тему девушка не хотела говорить, я и не настаивала, потому что видела – она не готова. Необходимо было выждать время.

Рита часто ко мне приходила, мы подолгу с ней беседовали, как наука психология вызывала у нее много вопросов. Я подробно и доступно старалась отвечать на них, а также предложила ознакомиться с определенной литературой. Она охотно согласилась. После мы всегда анализировали прочитанное, обсуждали некоторые моменты, которые Рите были непонятны или вызывали ее несогласие. Я видела, что она как-то уж очень сильно ко мне привязалась. Если девушка не приходила, то звонила мне каждый день, сообщала, чем занималась, и всегда заканчивала разговор одной фразой: «Вы за меня не волнуйтесь, у меня все хорошо, спасибо вам».

Но однажды она пришла ко мне в подавленном состоянии, произнеся фразу: «Можно я вас обниму», прислонилась ко мне и заплакала.

Плакала долго, я и не пыталась ее остановить, видела, что надо выплакаться. Через некоторое время Рита успокоилась и, глядя «в никуда», стала говорить. Вот только сейчас она решилась заговорить о проблеме в своей семье. После ее рождения мама сильно болела и умерла, когда ей было три года. Отец перестал общаться с мамиными родственниками, не разрешал Рите общаться с ними, и даже с бабушкой. Он обвинял родителей мамы в том, что они сломали ему жизнь, что из-за их больной дочери он сейчас должен растить ребенка один. И постепенно вся эта злость и обида перешли на Риту. Она любила и жалела отца, поэтому на многое старалась не обращать внимание, придумывала оправдание его поступкам, считала, что ему труднее в жизни. Но постепенно положение усугублялось. Она росла и все больше становилась похожей на маму, это очень злило отца. Он контролировал каждый шаг своей дочери, выбирал для нее друзей, но очень многое запрещал. Только школа и спасала:

были замечены ее творческие способности, и к Рите часто обращались за помощью (оформить стенгазету, плакат, написать стихи). Она старалась подольше засиживаться в школе – эта была единственная уважительная причина для отца. Он гордился ею, ему льстило, что его дочь хвалят, ценят и уважают. Но дома были постоянные придирки ко всему. Шло время, наконец, школьные годы остались позади (школу закончила с серебряной медалью), и у Риты появилась возможность уехать из этого «ада». Она поступила в университет, учеба захватила девушку, она была довольна своим выбором. Но отец «не отпускал» дочь, он приказывал ей приезжать каждые выходные домой. И не потому, что скучал без нее и переживал, просто ему нужно было вылить на кого-то ту «грязь», которая скопилась за неделю (чем дальше, тем меньше он общался с другими).

Сколько раз Рита «просила маму забрать ее к себе», ведь здесь жить так невыносимо. Но что-то сделать с собой мыслей не возникало. Она иногда ходила в церковь, потому что понимала – это греховные мысли и так думать нельзя, но легче не становилось.

С этого дня моя работа с ней строилась по-другому. Если раньше Рита пыталась изменить отца, много с ним разговаривала, плакала, ругалась (но ничего не получалось), то сейчас ее задачей было изменение самой себя (своего отношения к данной ситуации). Это было очень трудно, если учесть то обстоятельство, что столько лет она боролась с «ветряными мельницами», и сейчас снова нужно было бороться, только уже с собой. Поначалу было сложно, она часто говорила о том, что ничего не получается (стоит ей увидеть отца – все возвращается к той же позиции), и опять мы начинали с нуля.

Но постепенно все стало налаживаться. Как радовалась Рита, когда одержала первую «победу» над отцом (пока девушка была дома, они ни разу не поругались, потому что она старалась достойно выходить из непростых ситуаций, чем очень сильно удивила своего отца). Все это время я пыталась найти возможность поговорить с ее папой, но безрезультатно, он не шел на контакт. Но даже без этого результаты работы были видны. Рита как будто оттаивала, она становилась более живой, улыбчивой, научилась радоваться своим удачам, у нее появился новый круг общения и парень, с которым она встречалась более двух месяцев (хотя страх еще сидел в ней). Мы старались проговаривать все, что ее волновало, и она успокаивалась. Постепенно я стала «отодвигать» девушку от себя, видела, что у нее уже многое получается, но хотелось, чтобы она больше была собой. Рита это заметила, но истолковала по-другому:

«Я вам надоела, вы от меня устали». Мне пришлось объяснить, что ей необходимо научиться самостоятельно принимать решения, так как я не могу все время находиться рядом с ней. При этом мы договорились, что Рита будет звонить мне дважды в неделю для того, чтобы поделиться новостями. Постепенно звонки стали реже. Меня это радовало, так как я видела, что девушка изменилась, она стала говорить и вести себя по-другому (стала увереннее, решительнее, спокойнее реагировать на какие-либо проблемные ситуации).

Через некоторое время я сказала девушке, что сейчас она прекрасно научилась владеть собой и в дальнейшей в моей помощи больше не нуждается. Главное – верить в себя и в свои силы. Рита приходила ко мне на протяжении всей учебы в университете, но это были совсем другие встречи (она обращалась за психологической литературой, когда возникали спорные вопросы).

В данной ситуации у студентки из-за потери матери в раннем возрасте чувствовалась нехватка материнской любви и женского участия, поэтому работа психолога с ней строилась иначе. Вначале необходимо было расширить границы общения (позволить каждодневные звонки, не подавлять проявления тактильных действий – иногда ей хотелось взять меня за руку, обнять, прислониться ко мне). А в дальнейшем было очень важно остановиться вовремя, чтобы студентка не разучилась самостоятельно принимать решения и не перекладывала ответственность за свои поступки на психолога.

Сделать шаг вперед (из практики педагога-психолога Н. В. Токаревой) Часто бывает так, что информацию о специалистах, в том числе и о психологах, мы узнаем не из реклам и объявлений, а от своих друзей и знакомых. Вот и Вадима ко мне привел его друг, с которым я некоторое время назад работала. В том, что Вадим будет приходить ко мне на консультации и дальше, я сначала не была уверена. Ведь для психологической работы имеет решающее значение желание самого человека меняться и понимать себя, а не стремление его друзей и близких ему помочь. Такое желание у молодого человека было, присутствовал и интерес к работе над собой.

Сначала Вадим не очень хорошо представлял, как будут проходить психологические консультации и каких результатов можно достичь.

Поэтому мы и договорились после шести встреч обсудить, хочет ли он продолжать дальнейшую работу.

О себе Вадим рассказал следующее: он единственный ребенок в семье, живет вместе с родителями, отношения в семье довольно дистантные, отстраненные, без выраженных конфликтов. Основной проблемой для Вадима на данный момент являлись периоды снижения настроения, во время которых у него очень мало энергии для каких-либо действий, нет желания контактировать с другими людьми. В такие дни он мог просто оставаться дома, пропускать учебу и работу. Частым симптомом при пониженном настроении у него была головная боль. Такие состояния, по словам Вадима, повторялись у него периодически еще со времен учебы в школе. Затем постепенно энергия у Вадима нарастала, настроение улучшалось. Тогда он снова начинал ходить на занятия, работать, встречаться с друзьями.

Я сразу же начала интересоваться, когда возникают такие состояния, что им предшествует, что Вадим думает по поводу причин их возникновения. Вместе мы пробовали проанализировать имеющуюся информацию, однако никаких новых выводов сделать не удалось. Было ясно только, что после снижения настроения и работоспособности у Вадима каждый раз происходил рост активности. Исследование актуального эмоционального состояния на момент встречи нам также не помогло. Честно говоря, я осталась в некотором удивлении и беспокойстве, мне не был понятен ни механизм возникновения таких состояний у Вадима, ни закономерность в их проявлении. Вадим же был в хорошем настроении, активен и готов к работе. Поэтому я предложила ему вернуться к данному вопросу, когда он будет вновь актуален.

Хочу добавить, что за время работы с Вадимом (несколько месяцев) мне так и не удалось увидеть его спады настроения или же приблизиться к их пониманию. Зато была проделана другая не менее важная работа. Например, очень интересным был эпизод работы со сном Вадима. «Я просыпаюсь», – рассказывает он, – «смотрю на мобильный и понимаю, что пропустил время важной встречи. Я смотрю на другой мобильный и вижу, что время еще есть. Смотрю на электронные часы и понимаю, что безнадежно опоздал…». После проработки образов этого сна в ключе гештальт-подхода Вадиму удалось осознать, как мнения других людей давят на него, вносят в его жизнь хаос и сумятицу.

Еще одним из направлений работы был анализ детских воспоминаний Вадима и его взаимоотношений с родителями. С детства у него осталось много обид на мать и отца. Отец периодически выпивал, мать уезжала по своим делам и оставляла ребенка одного с нетрезвым отцом.

Бывали эпизоды, когда Вадиму просто становилось страшно, с которыми он не мог справиться сам, поскольку был еще ребенком. В ходе работы ему удалось понять и отпустить часть своих обид, лучше осознать свои чувства к отцу и матери.

Несколько позже мы вышли на то, что родители Вадима, осознанно или нет, своим поведением поддерживают его несамостоятельность и некоторую инфантильность. Так, например, Вадим учится и работает, но в то же время у него нет никаких обязанностей по дому и в семье.

Стирает, готовит и убирает квартиру, даже комнату сына, мать. Посуду моет за всеми также она. Родители не высказывают сыну претензий или неодобрения, если он пропустил занятия, выпил с друзьями или вообще не ночевал дома несколько дней, не предупредив их об этом. Дружеское подшучивание отца в таких ситуациях выглядит скорее как поощрение.

Хотя, конечно, зачастую такой стиль совместного проживания может быть по разным причинам удобен для семьи. В данном случае проговаривание и осознание таких тенденций во взаимоотношениях с родителями позволило Вадиму задуматься над процессом своего взросления и по-иному посмотреть на события, происходящие в его жизни.

Интересной была работа по исследованию отношения Вадима к учебной деятельности в университете. Проблемы в учебе были, причем связанные скорее с тем, что он зачастую не сдавал работы вовремя, не готовился заранее к зачетам и экзаменам. Говорил, что не может себя заставить сесть за учебу, хотя понимал, что это необходимо. Вот и теперь, накануне сессии, у него образовались задолженности и не была готова курсовая работа. Перепады настроения также не способствовали успешной учебе.

В процессе анализа мотивации Вадима к обучению намного яснее для меня его позиция не стала. С одной стороны, выбранная профессия была для него уже не так привлекательна, с другой – учиться он вроде бы и не отказывался, но перспектива бросить учебу также присутствовала.

Несмотря на то что в ходе сессий мы постоянно возвращались к вопросам учебы и успеваемости, продвижение в этой сфере жизни Вадима происходило скорее методом проб и ошибок. Он периодически предпринимал попытки доделать и сдать необходимые работы, но энергии в этой сфере у него было явно недостаточно. В то же время он с намного большим удовольствием и продуктивностью работал, встречался с друзьями и даже организовывал общественные мероприятия. Для меня такое положение вещей было странным, поскольку я сама убеждена в важности получения образования. В некоторые моменты мне было достаточно сложно не давить на Вадима, подталкивая его к учебе, а ограничиться высказыванием своего мнения и принятием позиции клиента. Мне было грустно, когда Вадим в конце концов решил прекратить учебу в вузе по своей специальности и продолжить ее позже уже на заочном отделении.

Было впечатление проигрыша, неудачно или неправильно сделанной работы. С другой стороны, после принятия решения Вадим выглядел достаточно уверенным в себе человеком, чувствовал облегчение и радость. Возможно, я была не права, и такое развитие событий для моего клиента – шаг вперед...

История одной улыбки (из практики педагога-психолога Н. В. Токаревой) Эта история началась с телефонных звонков.

Первой позвонила женщина, которая рассказала о своем беспокойстве за дочку знакомых и хотела узнать, где девочка может получить консультацию. Проблема заключалась в том, что девочке в этом году предстоит поступление в вуз, и она сейчас слишком напряжена. Я заверила женщину, что девочка может проконсультироваться в психологической службе, и я лично с ней встречусь. Через некоторое время перезвонила мама девочки, также очень обеспокоенная ее состоянием.

На назначенную встречу Татьяна (так звали девочку) пришла вместе с мамой. Излагая суть проблемы, мама рассказывала о том, что Татьяна сейчас не только учится в 11 классе, но также ходит несколько раз в неделю к репетитору, чтобы повысить свои шансы на вступительных экзаменах. Но очень сильное нервное напряжение приводит к тому, что Татьяне сложно думать и выполнять учебные задания. Еще сильнее мать и дочь забеспокоились после того, как на повторном тестировании девочка не только не повысила свои результаты (как ожидалось после ее регулярных занятий с репетитором), но даже набрала более низкий балл по сравнению с предыдущей пробой. После этого Татьяна стала еще более напряженной, появился страх, что на вступительных экзаменах ее состояние также помешает добиться успеха.

Мать очень надеялась, что психолог (в данном случае я) поможет Татьяне успокоиться и расслабиться.

В течение моего разговора с матерью Татьяна сидела в напряженной закрытой позе, молчала, по лицу текли слезы. На мои вопросы пока отвечала мать. Создалось такое впечатление, что девочка просто не могла перестать плакать.

На мой вопрос о том, чего хочет сама Татьяна, она сквозь слезы ответила, что не знает. Правда, согласилась с матерью, что было бы хорошо успокоиться.

Я поблагодарила мать за изложение проблемы и с согласия обеих предложила женщине подождать снаружи, пока я буду работать с Татьяной.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 13 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.