WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 13 |

Ко мне пришла девушка, вернее сказать, девочка. Ей не было восемнадцати лет, а на вид можно было дать не более четырнадцати. На вопрос, что ее привело к психологу, девочка ответила, что скоро летняя сессия и она настолько боится экзаменов, что не может к ним готовиться. При одной мысли о том, что придется отвечать, волнение захлестывает так, что девочка перестает воспринимать какую-либо информацию вообще. Нервы настолько напряжены, что она не может спать, в результате очень устает, и это тоже не позволяет нормально учиться. До начала экзаменационной сессии оставалось совсем немного времени, следовательно, нельзя было отвлекаться на анализ причин, вызывающих этот страх. Был заключен договор о том, что я готова оказывать всяческую поддержку на период сессии, а она, когда будет нужна помощь, приходит ко мне для обсуждения возникших проблем, мы их разбираем и локализируем. Кроме этого, девочка обязательно будет принимать легкие успокаивающие препараты. Если не пропадет желание разобраться в причине своего страха, то после сдачи сессии и летних каникул она придет и мы продолжим работу. Приходила девочка практически каждый день. Несмотря на желание разобраться, каковы причины ее страха, мы не нарушили договор и работали только в рамках оказания поддержки и установки на то, что девочка хорошо подготовлена и обязательно сдаст экзамен. Сессию она сдала со средним баллом 7,6.

Лето девочка провела у знакомых в Германии, но своего решения продолжить работу не изменила. Начали мы анализ ее состояния с составления личного психологического профиля, он предоставляет полную информацию о той части себя, которую человек отвергает, дает картину установок, которыми он пользуется. В результате выяснилось, что чувство долга, ответственность, аккуратность находятся на максимальной отметке, а также присутствует комплекс «хорошей девочки», очень важна внешняя оценка. Девочка подавляет любое свое поведение, которое может осуждаться значимыми для нее людьми, готова в ущерб себе, своему свободному времени выполнять любую работу: помогать друзьям и сокурсникам в учебе, быть «золушкой» для соседок по комнате, в которой проживает, выполнять любые поручения социальных педагогов общежития. Нужно было разобраться, откуда возникли такие жесткие установки. Для этого я воспользовалась техникой ранних воспоминаний по Адлеру. Выяснилось, что мама девочки очень жестоко ее наказывала с самого раннего детства. Наказание всегда несоответствовало проступку по силе воздействия, за любой пустяк мать избивала девочку, приговаривая при этом, что ради детей она оставила карьеру, что у нее вся жизнь сложилась бы по-другому, если бы не дети (у девочки есть еще младший брат). Также выяснилось, что комплекс «хорошей девочки» является жизненным стилем и если ему не следовать, то накажет уже не мама, а сама жизнь. Я задала вопрос: «Хочешь ли ты изменить свою жизнь или тебе комфортно Ведь нет ничего плохого в установках, если они не мешают жить, и ты осознаешь, что так и должно быть. Не важно, что изначально эти установки были навязаны, если ты их принимаешь и приветствуешь, то не надо ничего менять. Просто осознай это». Девочка сказала, что такая жизнь ее не устраивает, она фактически не живет для себя, что ей очень тяжело подстраиваться под всех, особенно под маму.

Страх перед экзаменами – это страх перед тем, что мама ее накажет, что она не представляет, как сможет приехать домой, если у нее будет не сдана сессия. Ей не нравится та специальность, которую она получает, но факультет для нее выбирала мама, а девочка не посмела ослушаться.

Кроме этого, присутствовало огромное чувство вины перед матерью за ее испорченную жизнь, ведь мама могла сделать карьеру, если бы не посвятила свою жизнь воспитанию детей.

Было решено работать над изменением жизненных установок, девочка была предупреждена, что это очень кропотливая работа. Будет много трудностей, будет желание все бросить и вернуться к старому образу жизни, не брать на себя ответственность за свои поступки и, тем более, за свою жизнь. Девочка решила работать, ведь, по ее словам, теперешнее ее состояние не приведет ни к чему хорошему, ей и жить-то не хочется.

Работу начали с анализа самооценки и разбора подавляемых чувств.

Я использовала методику работы с зеркалом, аутогенную тренировку.

У девочки присутствовала очень мощная психологическая защита – «рационализация», она пользовалась ею с самого детства, ведь надо было как-то себе объяснять, почему ее мама так себя ведет, иначе бы девочка просто убежала из дома. Я использовала эту защиту, но теперь во благо ей. Чтобы успешно продвигалась работа, я подробно объясняла каждую методику, которой буду пользоваться, и каких результатов ожидаю достичь. Давала ей всю литературу, чтобы девочка могла получить подтверждение моим словам. Если девочка приходила к выводу, что такая методика может ей помочь, то выполняла очень добросовестно все задания. Кроме этого, надо было снять чувство вины перед мамой. Здесь я использовала методику Перлза, который утверждает, что за чувством вины всегда стоит обида, а за обидой – агрессия, если агрессия не находит выхода вовне, то превращается в самоагрессию. Надо было удержать ее от открытой агрессии против мамы, ведь с мамой трудно подраться и потом сохранить уважение к себе. Я использовала технику «двух стульев», девочка разговаривала с мамой заочно, высказывала ей все свои обиды и претензии.

Надо было искать, с чего начать работу по нарушению запретов, чтобы это было безопасно для девочки. В процессе консультирования выяснилось, что она очень любила рисовать, но мама ей запрещала, так как считала это пустой тратой времени. Профессия художника не приносит хорошей заработной платы, рисование – это трата времени в ущерб учебе. Я решила, что это и есть самое безопасное нарушение установленных правил, при этом очень полезное с позиции психотерапии, также оно дает полезную информацию о состоянии девочки. На ее первые рисунки было страшно смотреть, столько в них было агрессии и страха. Было интересно наблюдать, как меняется в лучшую сторону ее состояние.

Следующее, на мой взгляд, достаточно безопасное нарушение личностных установок было прояснение отношений с девочками, живущими с ней в одной комнате. Но соседки по комнате отстаивали свои позиции, им было удобно, что можно без разрешения пользоваться ее компьютером, вещами, использовать в качестве вечной дежурной по комнате. Пришлось девочке пройти через драку и скандал. Возможно, она бы этого не выдержала без моей поддержки, но все-таки справилась и ощутила вкус победы. Затем последовало прояснение отношений в учебной группе. Девочка была удивлена, что она перестала давать всем списывать, но при этом не потеряла уважение группы. В разговоре с одногруппниками она сумела выразить свое неудовольствие по поводу того, что ее используют и даже не говорят спасибо. Благодарность не заставила себя ждать, ребята стали угощать ее шоколадом, приглашать попить пиво. Параллельно шла работа с ее иррациональными установками: «должна» заменялось на «могу», «надо» – на «хочу». Шло осознание возможности выбора между «надо» и «хочу».

Самое трудное началось, когда она, окрыленная победами, стала отстаивать свои позиции в семье. В качестве наказания мама лишила ее материальной помощи, девочке пришлось жить только на стипендию.

У нее был парень, с которым она дружила со школы, он тоже обучался в нашем вузе на схожем факультете, материально он поддерживал ее как мог. Это было самое трудное время и для нее, и для меня. Я шла на риск, утверждая, что со временем отношения в семье наладятся, но они уже будут на другом уровне, уровне уважения. Я ведь не была знакома с мамой и не могла пригласить ее на консультацию, так как понимала, что она живет далеко и ездить часто не сможет, а одна консультация не принесет пользы. Я могла только предполагать мамину реакцию на изменения дочери. Также я знала, что моей клиентке для полной уверенности в себе захочется нарушить все запреты, попробовать роль «плохой девочки», только потом можно будет говорить о конструктивном выборе поведения.

Еще одной вехой в терапии было ее желание уйти из университета и искать то дело, которое принесет ей удовлетворение. Я ее не отговаривала, просто предложила проделать глобальный анализ всех возможных профессий и своих целей. В результате проделанной работы она пришла к выводу, что параллельно с учебой пойдет на курсы вебдизайнеров и в художественную школу. За это обучение надо было платить, родители денег не давали, моя подопечная зарабатывала, делая курсовые работы, материально помогали ее парень и его родители.

Какое было счастье, когда она на заказ сделала свой первый сайт и получила за него деньги.

В этот период вектор ее поведения поменял полярность, она стала достаточно самостоятельна и независима, настало время «плохой девочки». Первое, что она сделала, – сняла квартиру и ушла из общежития.

Я взяла с нее обещание, что она будет приходить ко мне по прежнему расписанию. Было много вопросов, которые касались личной жизни моей клиентки, но у меня нет разрешения на их оглашение. Девочка попробовала и свободу, и одиночество. Главное было на этом этапе быть рядом с ней и не судить, просто принимать ее поступки как процесс личностного роста, как корь, которой ребенок болеет в детстве.

К этому времени она закончила три курса нашего университета. Ее не покидала мысль оставить учебу. Пришлось вторично делать глобальный анализ ее целей, итогом этой работы явилось решение о переходе на заочное обучение (она хотела получить свободный диплом). Девочка сдала зимнюю сессию и оформила перевод на заочное платное обучение.

Наступило время поиска работы, случайные заработки ее уже не устраивали, надо было оплачивать квартиру и теперь еще учебу. С родителями было молчаливое перемирие, но денег они по-прежнему не давали. Мать говорила, что когда дочке кушать станет нечего и она приползет просить прощения, тогда и состоится разговор. Совместными со мной усилиями девочка пришла к выводу, что не стоит обижаться на маму, ведь ей сейчас труднее принять взрослую и такую непослушную дочь.

Со стороны девочки поступил запрос обучить ее методам самопрезентации, написанию резюме. При работе я использовала методы бихивиоральной и когнетивной терапии. Заключалось это в том, что объяснялась теория и на практике отрабатывалось каждое слово. Она презентовала себя передо мной, перед зеркалом. Затем мы выбирали любую фирму, которой требовались сотрудники, и она шла на собеседование. Ей нужно было избавиться от страха перед кабинетами.

Только после этого она отправила резюме в ту фирму, которую хотела.

Девочка прошла собеседование, ее приняли на работу. Это была победа.

Она уже практически не нуждалась в сопровождении психолога и приходила ко мне, скорее, по привычке. Мне было всегда приятно ее видеть, я узнавала, как она живет, оказывала поддержку в трудную минуту.

Девочку приняли дома, она даже стала помогать родителям деньгами, так как пошел учиться ее младший брат.

Моя клиентка успешно окончила университет, с дипломом пришла ко мне, это был и мой счастливый день, итог долгой и кропотливой работы.

Иногда она звонит мне, чтобы поздравить с каким-либо праздником, но уже из Москвы, теперь девочка живет и работает там.

Не у каждой Золушки есть добрая фея (из практики педагога-психолога В. К. Абрамович) Наверное, в практике каждого психолога есть случаи, о которых не очень приятно вспоминать. Я не исключение. Тем не менее такие ситуации выбиваются из череды рутинных дел, дают почву для размышления и помнятся долго. Вот о таком случае мне хочется рассказать.

После проведенного мастер-класса по имиджу ко мне подошла девушка, назову ее Дашей, и попросила список литературы, которую можно почитать по данной тематике. Завязался разговор, она спросила разрешения прийти ко мне на консультацию. Так началось наше общение. На первый взгляд запрос у нее был простой: «Я хочу выглядеть, как моя подруга, и так же легко общаться с парнями». В службе проводился тренинг по общению, и я порекомендовала ей туда походить. Через месяц Даша пришла ко мне с тем же запросом. Было уже ясно, что проблема не в общении. Для начала мы с ней постарались разобраться с ее самооценкой. Это может показаться странным, но у Даши она оказалась вполне адекватной. Было не понятно в таком случае, зачем ей быть на кого-то похожей. Начали анализировать детско-родительские отношения.

Оказалось, что мама Даши всегда ставила ей в пример подруг: «Посмотри, как они хорошо учатся, как они хорошо выглядят, вот если бы ты была такая». Я была довольна, с этим можно было работать. На деле оказалось все не так просто. Каждая наша новая встреча показывала, что Даша не продвинулась ни на один шаг. Мне не хотелось сдаваться так просто, я решила набраться терпения. Время шло, но мы топтались на месте.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 13 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.