WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 12 |
СТЕНОГРАММА заседания круглого стола Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации и Совета Европы на тему «Проблема обеспечения прав граждан на доступ к правовой информации» Председательствуют - Начальник Правового управления Аппарата Государственной Думы Владимир Борисович Исаков и Директор по правовым вопросам Совета Европы Ги Де Вель.

Исаков В.Б. Дамы и господа! Мы продолжаем работу нашего «круглого стола». Я предоставляю слово Павлу Александровичу Лаптеву, начальнику Отдела международного права нашего Правового управления.

Пожалуйста, Павел Александрович.

Лаптев П.А. Уважаемый господин председатель! Уважаемые дамы и господа! Наши гости собрались на «круглый стол», посвященный важнейшей проблеме, которая, как я понимаю, всех нас волнует! Прежде всего, пользуясь тем, что я первым выступаю во второй день нашей работы, я хотел бы сказать, что господин Де Вель привез в Москву прекрасную команду. И хочу отметить, что с этой командой очень приятно работать, несмотря на то, что наши точки зрения кое по каким практическим моментам не всегда совпадают.

Я с величайшим интересом выслушал вчера сообщения экспертов Совета Европы по конкретным вопросам. И отрадно отметить, что эксперты Совета Европы не читают нравоучения, а конкретно совместно работают. Это в лучшую сторону отличает наше сегодняшнее мероприятие от некоторых других, в которых мне пришлось участвовать.

Господин Де Вель, я считаю, что мы должны выразить сердечную признательность Вам за это понимание. Благодарю Вас.

Теперь о той конкретной проблеме, которую мне бы хотелось затронуть, о правоприменении актов Совета Европы в Российской Федерации. Труднейший, и я бы сказал, пока до конца не разрешенный вопрос.

Если мы будем говорить о правоприменении, то мы должны поднять несколько важнейших аспектов. Все осветить совершенно невозможно за тот период времени, который мне отведен. И поэтому я заранее прошу извинения, что я не затрону все те вопросы, которые, может быть, следовало бы.

Мне бы хотелось прежде всего коснуться вопроса о вхождении Российской Федерации в систему международных договоров, которая формируется Советом Европы.

Как вы знаете, в настоящее время из больших актов Совета Европы Российская Федерация присоединилась в форме ратификации к Уставу Совета Европы и Генеральному соглашению о привилегиях и иммунитетах Совета Европы. Это было сделано в феврале 1996 года. 28 февраля 1996 года Россия стала полноправным членом Совета Европы.

1/С тех пор мы, конечно, пока не можем сказать о большой правоприменительной практике. Но мы можем сказать о том, что за этот период Российская Федерация сделала очень большой шаг, а именно, подошла к ратификации основного документа Совета Европы - Европейской конвенции о правах человека, что было невозможно несколько лет назад в силу ряда причин, которые, наверное, всем нам понятны.

Это связано и с тем, что мы сейчас исповедуем совершенно новую концепцию международного права, основанную на статье 15 нашей Конституции. Мы имеем и новый механизм ратификации международных договоров в Российской Федерации посредством принятия федеральных законов.

Какие сейчас вопросы стоят перед Российской Федерацией в данной сфере Прежде всего, это точный учет интересов России при прохождении процедуры ратификации Европейской конвенции о правах человека.

Я хочу сказать, что этот вопрос не только практический, он и теоретический, поскольку высказаны различные точки зрения на то, какое место займет Европейская конвенция о правах человека в иерархии правовых норм Российской Федерации, а это, как мы понимаем, основной документ, основной акт, на котором будут строиться в дальнейшем отношения между Россией и Советом Европы.

Высказаны различные точки зрения, в том числе и в рамках Совета Европы, куда поместить этот «круг Эйлера» - Европейскую конвенцию о правах человека - в нашей российской правовой системе. Я выскажу свою точку зрения.

Мне кажется, что этот «круг Эйлера» будет находиться между Конституцией Российской Федерации и федеральными конституционными законами. Мой вывод проистекает из следующего. После ее ратификации, а я надеюсь, что она будет ратифицирована, Европейская конвенция, как сказано в статье 15 нашей Конституции, будет иметь преимущественную силу перед законами России.

Какими законами На этот счет есть две точки зрения: либо поместить ее в иерархии между федеральными конституционными законами и федеральными законами, либо отвести ей место между Конституцией и федеральными конституционными законами.

Давайте посмотрим на проблему так: если возникнет противоречие между Конвенцией и федеральным конституционным законом, то что будет иметь преимущественную силу, что будет применяться Наверное, мы должны ответить на этот вопрос в пользу Конвенции. То есть Конвенция не может и не должна противоречить единственному акту в Российской Федерации - Конституции Российской Федерации. Конституция Российской Федерации, конечно, в иерархии юридических норм будет иметь преимущество, но любой закон, в том числе и федеральный конституционный закон, не должен противоречить Европейской конвенции, и не должен с ней конкурировать. Это первое положение.

Я понимаю, что, может быть, вошел в некоторое противоречие с рядом экспертов Совета Европы, которые высказывали иную точку зрения, но мне кажется, что этот спор чрезвычайно важен и с точки зрения будущей правоприменительной практики, и с точки зрения будущих наших отношений с Советом Европы, поскольку, конечно же, в Европейском Суде по правам человека будут споры с участием российских физических лиц, с участием Российской Федерации, и к ним надо готовиться. Любое европейское 2/государство-член Совета Европы, не застраховано от того, что будут поданы соответствующие иски.

Следующее наблюдение, которое мне представляется опять же очень важным с точки зрения наших будущих отношений с Советом Европы. По нашей Конституции нормативно-правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения. Это положение статьи 15 Конституции России с точки зрения будущей правоприменительной практики конвенций Совета Европы может также породить ряд проблем.

Почему Спросим, на основании каких нормативно-правовых актов Российской Федерации происходит опубликование текстов международных договоров Российской Федерации Вы мне ответите: на основании Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации». Это правильно. Но там даются лишь только общие критерии опубликования, а сам механизм опубликования находится пока в стадии пробельности.

Президент Российской Федерации два года назад поставил этот вопрос перед Государственной Думой, но до сих пор не получил на него удовлетворительного ответа, потому что соответствующий законопроект «О внесении изменений в Федеральный закон «О порядке опубликования нормативных правовых актов» пока лежит без движения в Комитете Государственной Думы по законодательству и судебно-правовой реформе.

Президент дважды обращался в Государственную Думу по данному вопросу, но Государственная Дума, к сожалению, до сих пор его не решила. Практика же пошла по тому пути, что в Собрании законодательства Российской Федерации публикуется соответствующий аутентичный текст договора на английском языке и русский текст, как это произошло с Уставом Совета Европы и с Генеральным соглашением о привилегиях и иммунитетах Совета Европы.

Возникают следующие вопросы: во-первых, почему текст публикуется на английском языке, а не на французском, который с точки зрения правового статуса в Совете Европы ничем от английского языка не отличается Во-вторых, с чем связано несовпадения русского и английского текстов, которые обнаруживаются в Собрании законодательства Российской Федерации Например, если мы возьмем текст Устава Совета Европы, опубликованный в № Собрания законодательства Российской Федерации за 1997 год, и сравним статью английского и русского текста, то обнаружим не просто несовпадение, а принципиальное отличие, ибо в английском тексте нет квоты России, а в русском тексте такая квота есть (статья 26 посвящена квотам государств в Парламентской Ассамблее Совета Европы).

Никто из ученых и практиков не обратил на это внимания и в общем-то на это не обратили внимание в Совете Европы. Но этот момент имеет принципиальное значение, потому что юридическое значение имеет и должен применяться английский аутентичный текст. Я понимаю, что из этой ситуации можно найти выход, можно договориться. Но ведь это урок на будущее, это сигнал по поводу того, что и в дальнейшем могут быть подобные казусы. Принятие федерального закона об 3/опубликовании международных договоров необходимо для того, чтобы подобных ситуаций больше не возникало.

Многие из международных договоров, заключенных под эгидой Совета Европы, которые являются действующими для Российской Федерации до сих пор официально не опубликованы. К сожалению, мы можем ссылаться только на те, что опубликованы в № 12 Собрания законодательства Российской Федерации. Поэтому мы должны заранее подготовиться к тому, как и где мы опубликуем официально Европейскую конвенцию о правах человека и протоколы к ней. Это очень важно.

Следующий очень важный и теоретически интересный вопрос - что нам необходимо предпринять после ратификации Европейской конвенции о правах человека.

Необходимо сразу сказать, что потребуется огромная законотворческая работа, связанная с принятием новых федеральных законов, которые будут прямо вытекать из участия Российской Федерации в Европейской конвенции по правам человека. Первым здесь стоит вопрос о новом Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации.

Я не случайно именно на это обращаю внимание.

Если проанализировать Европейскую конвенцию о правах человека, то необходимо отметить ту ее статью, которая говорит об оговорках. В чем смысл оговорок Государство - участник Европейской конвенции резервирует возможность того, что ряд законов, действующих в нем, могут не совпадать с положениями Европейской конвенции. Если такой оговорки не будет сделано, то это сразу же повлечет огромный поток жалоб по процедуре Протокола № 11 в Европейский Суд по правам человека.

Таким образом, при ратификации Конвенции мы должны сделать оговорку относительно нашего уголовно-процессуального законодательства, которое пока не соответствует Европейской конвенции.

Конечно, это не единственный пример. Думаю, что аналогичный вопрос возникнет и в отношении нашего гражданского процессуального законодательства, и в отношении законодательства о масс-медиа.

Следующий вопрос больше теоретического плана. Когда Российская Федерация станет участником основного акта Совета Европы - Европейской конвенции о правах человека - перед нами встанет теоретический вопрос, заставляющий переосмыслить нашу международно-правовую доктрину. В чем собственно новизна Конвенции Если мы сравним ее с документами Организации Объединенных Наций по правам человека, то в части материальных правовых норм особых нововведений не будет. Также как и не будет особых нововведений с точки зрения Конституции Российской Федерации.

Новизна - в механизме контроля, в признании юрисдикции Европейского Суда по правам человека - вот это серьезно, это очень серьезно.

И я в этой связи хотел бы заострить еще один вопрос. Мы в нашей международноправовой доктрине всегда исключали человека (мне не нравится слово «индивид») из числа субъектов международного права. Вот исключали и все. Мой учитель, Членкорреспондент Академии наук профессор Г.Тункин, всегда говорил, что мы не можем включать человека в число субъектов международного права. В крайнем случае мы можем говорить о человеке как участнике международного правоотношения, но не как о субъекте международного права.

Я хотел бы высказать в этой связи, может быть, не вполне бесспорную мысль о том, что вступление Российской Федерации в число участников Конвенции заставит нашу 4/науку, нашу доктрину международного права пересмотреть вопрос о человеке как субъекте международного права, потому что человек сможет непосредственно участвовать в создании норм международного права, что вытекает из правопрецедентов Совета Европы. Если Иванов, гражданин Российской Федерации, в споре с Российской Федерацией выигрывает дело, то на основании этого дела Российская Федерация будет обязана пересмотреть те или иные правовые нормы. Спрашивается, в каком теоретическом ключе мы должны высветить роль этого человека Я вижу, что профессор Собакин качает головой, я вижу его несогласие. Но проблема, теоретическая проблема, безусловно есть. И за этой теоретической проблемой последуют, может быть, очень серьезные изменения в нашем отношении к самому международному праву.

Я понимаю, что в одном выступлении невозможно затронуть все вопросы. Любое прикосновение к проблеме актов Совета Европы, проблеме применения актов Совета Европы сразу раскручивает большой клубок вопросов, о которых хотелось бы поговорить, и я приглашаю к хорошему разговору на эти темы.

В заключение я должен сказать, мы в настоящее время рассматриваем в Государственной Думе шесть проектов федеральных законов о ратификации тех или иных актов Совета Европы. Среди них есть и Конвенция о выдаче, которая находится на рассмотрении Комитета по законодательству и судебно-правовой реформе. И как меня уверил сегодня руководитель аппарата этого Комитета, Конвенция не залежится в его стенах и будет по возвращении депутатов из округов предметом их рассмотрения.

И последнее. Мы по-разному в Российской Федерации относимся к Совету Европы, мы можем иметь те или иные оценки, но вот что меня сегодня очень сильно насторожило.

Когда я направлялся в Государственную Думу, я купил свежий номер «Российской газеты». И понимаете, был просто убит одной информацией. В своей передовой статье «Российская газета» - официальный орган Правительства - перепутала Совет Европы и Комиссию Европейских Сообществ. О чем это говорит О важности нашей встречи, о том, что наш разговор необходим, и о том, что нам необходимо объединить усилия, чтобы рассказать о Совете Европы журналистам и вообще рядовым гражданам.

В Совете Европы есть прекрасный фильм на русском языке о процедурах работы по Европейской конвенции по правам человека. Но почему в Российской Федерации мы никогда его не видели Почему в Российской Федерации в средствах массовой информации упоминание о Совете Европы просто отсутствует Вместо этого идут какие-то рассуждения по поводу европейских комиссий, участниками которых Российская Федерация не является, а Совет Европы как-то из информационного поля выпадает.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 12 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.