WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

Практика международных судов и арбитражей, предусмотренных в Конвенции ООН по морскому праву 1982 г.

Автореферат кандидатской диссертации

 

На правах рукописи

Хубиева Маргарита Расуловна

Практика международных судов и арбитражей, предусмотренных в Конвенции ООН по морскому праву

1982 г.

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Специальность: 12.00.10 - Международное право. Европейское право.

Москва-2012

1


Диссертация выполнена в секторе международно-правовых исследований Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института государства и права Российской академии наук.

Научный руководитель:                  доктор юридических наук

Шинкарецкая Галина Георгиевна Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор кафедры

международных экономических отношений Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов

Мишалъченко Юрий Владимирович кандидат юридических наук,   доцент кафедры международного права Российского университета дружбы народов

Солнцев Александр Михайлович Ведущая организация:       Московский государственный

университет им. М.В. Ломоносова Защита состоится 21 мая 2012 г. в 14:00 на заседании Диссертационного совета Д.002.002.05 Федерального государственного бюджетного   учреждения науки Института государства и права Российской академии наук по адресу: 119992, г. Москва, ул. Знаменка, д. 10.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Федерального государственного учреждения науки Института государства и права Российской академии наук.

Автореферат разослан «__ »    апреля 2012 г.

Ученый секретарь

Диссертационного совета,

кандидат юридических наук, профессор                              К. С. Родионов

2


Актуальность исследования. В Конвенцию ООН по морскому праву 1982 г., подписанную в результате 15-летней (с 1967 по 1982 годы) работы Третьей Конференции ООН по морскому праву при участии подавляющего большинства государств, включена уникальная система норм, регулирующих разрешение международных споров относительно толкования и применения Конвенции. И Конференция, и созданная ею Конвенция — это фактически первое проявление глобального подхода к проблемам, затрагивающим интересы всех народов. Такой подход предопределил новаторский метод разработки текста -«пакетный»: все главные вопросы должны были рассматриваться и решаться в тесной взаимной связи. Решение по большинству вопросов не могло быть принято до тех пор, пока не достигнуто общее согласие.

Следствием «пакетного» подхода к формулированию положений

Конвенции, вынуждавшего проводить бесконечные согласования, стало

множество компромиссных положений, учитывавших интересы различных

государств.         Именно   компромиссная   сущность   большинства   положений

Конвенции лежала в основе решения ввести в нее обширную систему мирного урегулирования, что должно было предотвратить одностороннее, конъюнктурное толкование, которое бы свело на нет многолетние совместные усилия. Было решено, что все без исключения государства - участники должны признать обязательной для себя юрисдикцию хотя бы одного судебного или арбитражного органа, предусмотренного Конвенцией, так что в случае возникновения спора он мог бы быть передан на разрешение в одностороннем порядке.

Обязательность юрисдикции одного из обязательных органов сопровождается предоставлением участникам права выбора того суда или арбитража, которому в одностороннем порядке может быть передан спор с участием данного участника.

Таким образом, уникальность системы разрешения споров, изложенной в

3


основном в Части XV Конвенции, состоит в том, что односторонняя передача споров о ее толковании и применении возможна в один из двух международных судов (Международный Суд ООН и Международный трибунал по морскому праву) и двух международных арбитражей (арбитраж общей компетенции и арбитраж, специализированный по видам морской деятельности), а по соглашению между сторонами спора — ив любой другой судебный или арбитражный орган. Такое же право выбора предоставлено и государствам, не участвующим в Конвенции ООН по морскому праву.

Такой системы разрешения споров не было тогда и нет до настоящего времени ни в какой другой сфере международного сотрудничества. В те годы, когда еще шла работа по созданию единого режима исследования и использования Мирового океана, юристы-международники и практикующие специалисты высказывали большие сомнения относительно практической ценности этой громоздкой системы:

-существовавшие в то время международные суды и арбитражи использовались довольно редко, и большая часть государств испытывала к ним недоверие; -высказывались опасения   того, что свобода выбора создаст хаос, поскольку один и тот же вопрос может оказаться на рассмотрении нескольких органов с обязательной юрисдикцией;

-решения разных судов и арбитражей, поскольку они обязательны для участников спорного дела, поведут к так называемой фрагментации международного права, то есть единое пространство международного права будет разрываться и образуется множество кусков международного правопорядка;

-не обладающие большим авторитетом мелкие суды и тем более арбитражи не смогут эффективно  исполнять  свою  функцию  разрешения  международных споров; -все  перечисленное  выше   еще   сильнее  подорвет  доверие  к  судебным  и

4


арбитражным органам разрешения международных споров и поведет к «разрешению разногласий» с помощью силы.

Многолетняя работа над системой разрешения споров в рамках Третьей конференции ООН по морскому праву и детальное обсуждение различных вопросов международного судебного и арбитражного процесса, в свою очередь, способствовали популяризации обязательных средств разрешения споров и содействовали осознанию возможностей, заложенных в этих средствах для налаживания нормального международного сотрудничества.

В период после принятия Конвенции ООН по морскому праву ясно выявилась тенденция создания все новых международных судов, в различных областях международных отношений и в разных географических регионах. Сейчас международных судов и подобных им органов разрешения споров насчитывается несколько десятков. Однако система, созданная Конвенцией по морскому праву, остается уникальной и предоставляет возможность проанализировать особенности деятельности международных судов и арбитражей в том, что касается соотношения их компетенций по разным категориям обращения (о разрешении спора по существу, о принятии временных мер правовой защиты) и даже о правомерности установления наличия юрисдикции одним судебным органом вместо другого.

Анализ опыта деятельности международных судов и арбитражей, предусмотренных Конвенцией, выходит далеко за пределы правоотношений государств по поводу морской деятельности и имеет важное значение для оценки функционирования всей мировой системы мирного урегулирования.

Однако практика применения Части XV Конвенции в полном объеме пока не становилась объектом научного исследования.

Для нашей страны данная задача имеет особую актуальность, так как именно в последние годы Россия стала прибегать к международным судебным и арбитражным средствам для улаживания некоторых проблем в отношениях с

5


другими государствами.

Степень научной разработанности темы. В литературе на русском языке очень мало работ, посвященных судебному и арбитражному разбирательству в морских делах. Об этом писали в своих монографиях и статьях Вылегжанин А.Н., Ганюшкина Е.Б., Гупуляк В.Н., Караман И.В., Колодкин А.Л., Малахова Н.Л., Шинкарецкая Г.Г.; данной проблематике посвящены диссертационные исследования Бреховой Н.А., Коваленко С.Г. и Патрина Д.А.

Российская литература уделяет больше внимания общим вопросам судебной и арбитражной процедуры (Абашидзе А.Х., Автономов А.С., Агейченко К.В., Анисимов Л.Н., Бондарев И.М., Вылегжанина Е. О., Крылов СБ., Лазарев С.Л., Левин Д.Б., Марусин И.С, Орлова И.С, Пушмин Э.А., Рабцевич О.И., Толстых В.Л., Фархутдинов И.З., Шатуновский СВ., Шестакова Ю.М., Энтин М.Л. и др.).

Некоторые авторы анализируют деятельность международных судов или арбитражей в отдельных областях международных отношений, в частности, в охране окружающей среды (Копылов М.Н., Кукушкина А.В., Соколова Н.А., Солнцев A.M. и др.), в международной торговле (Вельяминов Г.М., Рогов С.Н., Смбатян А.С., Трунк-Федорова М.П., Шумилов В.М. и др.), в международном уголовном правосудие (Бирюков П.Н., Волеводз А.Г., Волеводз В.А., Костенко Н.И., Марусин И.С. и др.), в разграничении территорий (Анянова Е.С, Овлащенко А.В., Орлов А.С., Тимохин К.В., Токарева А.Е. и др.), в защите прав человека (Абашидзе А.Х., Алисиевич Е.С, Карташкин В.А., Марусин И.С, Юрьев Е.Е. и др.), в инвестиционной сфере (Котов А.С., Лабин Д.К., Фархутдинов И.З. и др.).

Уделяется внимание отдельным судам: Международному Суду ООН (Верещетин B.C., Власов Д.С, Вылегжанин А.Н., Гончарова Н.Н., Гузей СВ., Гупуляк В.Н., Кожевников Ф.И., Крылов СБ., Полянский Н.Н., Рачков И.В., Толстых В. Л., Шармазанашвили Г.В. и др.); Международному трибуналу по

6


морскому праву (Гупуляк В.Н., Коваленко С.Г. , Колодкин А.Л.,   Марин В.М., Насиновский С.Е., Патрин Д.А. и др. ); Экономическому суду СНГ (Абдуллоев Ф.А., Каженов А.Б., Клеандров М.И., Мишальченко Ю.В., Сафиуллин Д.Н., Фисенко И.В. и др.), Суду Европейского союза (Ануфриева А.А., Гурбанов Р.А., Исполинов А.С., Кашкин С.Ю., Энтин М.Л., Энтин Л.М. и др.) и судам других региональных интеграционных объединений ( Рафалюк Е.Е., Рыжов В.Б., Тарасова И.С., Фоков А.П. и др.); различным формам международного арбитража (Гузей СВ., Лазарев С.Л., Пешнин А.С., Попков А.Н., Саксина Т.Г. и др.).

Различным формам судебного и арбитражного разбирательства довольно много внимания уделяется в литературе стран commonlaw; особенно большое число исследований написано английскими и американскими авторами относительно общих вопросов судебного и арбитражного разбирательства (Claypoole С, Higgins R., Hudson М. О., Stephens Т., Rosenne Sh.), о вкладе Международного Суда в развитие международного морского права (Bekker Р. Н. F., Jennings R.Y., Kwiatkowska В., Rosenne Sh., Waldock H.) и Международного трибунала по морскому праву (Lowe А. V., Pierce G.A., Rosenne S., Treves Т. A., Wolfrum R.). Большое число работ посвящено описанию системы разрешения споров, включенной в Конвенцию по морскому праву (Adede А.О., Churchill R. Colson D. A., Hoyle P. , De Mestral A.L.C., Klein N. , Oda Sh.) и разбору отдельных споров по морскому праву в плане их прецедентного значения (Oppenheim A.J., Oxman В.Н., Scott K.N.)

Однако ни в российской науке, ни в науке других стран не было пока ни одного исследования, анализирующего и обобщающего деятельность нескольких судебных и арбитражных органов, предусмотренных в Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., за время действия этого уникального международного договора.

Кроме    литературы    по    специальным    вопросам,    автор    настоящего

7


диссертационного исследования опиралась, прежде всего, на классические труды советских и российских ученых по основополагающим вопросам международного права (Колосов Ю.М., Лукашук И.И, Тункин Г.И., Усенко Е.Т., Черниченко СВ.); по основным проблемам международного морского права (Барсегов Ю.А., Бекяшев К.А., Гупуляк В.Н., Клименко Б.М., Ковалёв А.А., Колодкин А.Л., Лазарев М.И., Мишальченко Ю.В., Молодцов СВ., Овлащенко О.В. и др.); по другим важным аспектам современного международного права (Вельяминов Г.М., Игнатенко Г.В., Каламкарян Р.А., Карташкин В.А., Левин Д.Б., Тиунов О.И. и др.); положительную роль в написании работы сыграл опыт ряда молодых ученых, отраженный в материалах их диссертационных исследований: Аняновой Е.С, Бобровой Ю.В., Власова Д.С, Гончаровой Н.Н., ЕгиянаВ.Г., Орлова А.С.,   Ясносокирского Ю.А. и др.

В диссертации использованы также труды иностранных авторов, писавших по проблемам международного морского права, как: Anderson D., Nandan S., Lodge M. W., O'Connell M. E., Simmonds К.; по общим вопросам разрешения международных споров: Mosler N., Petersman E.-U., Rosas A., Sands Ph., Wolfrum R.; исследовавших проблему фрагментации международного права: Brown Ch., Hinarejos A., Slaughter А.-М.; а также комментарии членов международных судов по отдельным решениям: Guillame G, Schabas W.A., Т. Treves.

Нормативная база диссертационного исследования. Основную эмпирическую базу исследования составили документы: важнейшие договоры, определяющие основы международных отношений; Конвенция ООН по морскому праву 1982 г. и связанные с ней договоры; документы Третьей Конференции ООН по морскому праву (официальтные отчеты, а также неофициальные тексты, представлявшиеся государствами и разрабатываемые в ходе переговоров); учредительные договоры Европейского союза; рабочие документы   ООН;   материалы   других   международных   организаций   (ФАО,

8


Международного органа по морскому дну, Комиссии ООН по границам континентального шельфа); доклады неправительственной организации — Ассоциации международного права. Активно использовались решения и постановления международных судов и арбитражей: Постоянной палаты международного правосудия и Международного Суда; Международного трибунала по морскому праву; международных арбитражей; Суда Европейского союза.

Цель исследования: Анализ процессов разрешения споров о толковании и применении Конвенции ООН по морскому праву после ее вступления в силу; исследование целесообразности создания сложной системы разрешения споров по морскому праву и возможные преобразования, произошедшие в нормативном регулировании деятельности международных судов и арбитражей в процессе их практического использования.

Для достижения указанной цели исследования диссертант поставил следующие научные задачи:

  1. исследовать содержание положений об обязательных средствах разрешения споров в Части XV Конвенции ООН по морскому праву;
  2. установить возможные ограничения компетенции судов и арбитражей;
  3. проанализировать содержание права выбора обязательного средства мирного урегулирования по Конвенции ООН по морскому праву 1982 г;
  4. выяснить применимость положений Части XV Конвенции ООН по морскому праву в отношении других связанных с ней договоров;

-   показать обязательства международных организаций по использованию

положений Конвенции в отношении разрешения споров;

- исследовать процесс уточнения компетенций различных судов и арбитражей в

процессе разрешения международных споров: при рассмотрении вопроса о

подсудности спора, а также в случае предписания временных мер правовой

защиты;

9


  1. проанализировать соотношение компетенций Международного трибунала по морскому праву и Камеры по спорам, касающимся морского дна;
  2. показать деятельность   Международного Суда как органа разрешения споров по морскому праву;
  3. установить участие Суда Европейского союза в разрешении морских споров;

-   исследовать  некоторые  развивающиеся  формы  содействия     разрешению

международных морских споров;

- проанализировать эффективность создания трастовых фондов международных

судов и арбитражей;

-показать место   научной экспертизы в разрешении международных морских споров.

Методологическую основу исследования составляет диалектический метод познания. А также общенаучные методы - сравнение, анализ; специальные методы - исторический, формально - логический, статистический; частные методы науки юриспруденции - сравнительно-правовой, технико-юридический. Объект исследования: правоотношения, складывающиеся между государствами, с одной стороны, и судебными и арбитражными органами, с другой, в процессе толкования и применения Конвенции ООН по морскому праву.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в том, что в ней впервые показаны выработанные практикой способы распределения компетенций между отдельными судами и арбитражами, предназначенными разрешать одни и те же категории международных споров; определены факторы, влияющие на обращение государств к тем или иным судебным учреждениям.

На основании проведенного  диссертантом  исследования  на защиту выносятся следующие положения:

1.В ходе исследования диссертантом установлено, что существующая

«классическая»    теория    международного    судебного    и    арбитражного

10


разбирательства требует внесения в нее некоторых уточнений и дополнений. Прежде всего, в нынешних условиях невозможно рассматривать каждый международный суд или арбитраж отдельно, как изолированное, совершенно самостоятельное учреждение. Хотя каждый из судов и арбитражей, предусмотренных Конвенцией ООН по морскому праву, работает на основании своего учредительного документа, в процессе практической деятельности сложилось тесное взаимодействие между различными судами и арбитражами по поводу толкования и применения норм Конвенции ООН по морскому праву. Исследование показывает, что каждое из учреждений формируется, действует и выносит свои решения с учетом опыта и трудов других судов и арбитражей. Это касается методов установления наличия юрисдикции, отбора права, применимого в процессе рассмотрения спора, а также методов принятия решения. Таким образом, необходимо признать, что формируется целая сеть международных органов, разрешающих морские споры, и каждый из них должен рассматриваться как часть этой сети.

2.По наблюдениям диссертанта, тот факт, что каждый суд или арбитраж, разрешая споры о толковании и применении Конвенции ООН по морскому праву, принимает во внимание аргументацию и решения других судебных и арбитражных органов, ведет к формированию единой юриспруденции, и потому опасения фрагментации международного права, высказывавшиеся в период разработки Конвенции, оказались беспочвенны. Напротив, в результате их совместной деятельности создается и развивается единое правовое поле международного морского права, которое составляет часть общего международного права.

3.Диссертантом определено, что не только договорные нормы играют существенную роль в определении объема компетенции судов и арбитражей, но также и обычай в форме общепринятой практики. Общепризнано, что общепринятая практика имеет значение для формирования внутреннего права

11


международной организации. Это вполне справедливо и для международных судов и арбитражей как одной из категорий международных организаций. Однако диссертантом установлено, что общепринятая практика также является одним из факторов формирования их юрисдикции. Так, можно считать сложившейся практику передачи споров одной и той же категории одним и тем же учреждениям: Международный Суд чаще всего занимается вопросами делимитации морских пространств; Международному трибуналу по морскому праву чаще всего передаются споры о толковании отдельных норм Конвенции, в частности, относительно такого института международного морского права, как исключительная экономическая зона. Арбитраж общей компетенции (Арбитраж по Приложению VII) рассматривает споры по соглашениям, связанным с Конвенцией ООН по морскому праву.

Обычно-правовые тенденции отмечаются и в случаях обращения к Трибуналу за постановлением о временных мерах правовой защиты, когда дело для разбирательства по существу передано другому органу, но этот орган еще не приступил к рассмотрению переданного ему дела. В этих случаях Трибунал имеет право выносить запрошенное постановление, если будет prima facieустановлено, что тот орган будет обладать юрисдикцией в рассматриваемом споре. Ни один арбитраж, в отношении юрисдикции которого вынесено такое решение, не выразил возражений против методов установления Трибуналом наличия юрисдикции у другого судебного органа.

4.Диссертантом выявлен выход в некоторых случаях судов и арбитражей, предусмотренных в Конвенции, за рамки чисто судебного разбирательства, и принятие ими на себя функции содействия улаживанию конфликтных отношений между сторонами, что никогда не признавалось «классической» теорией мирного разрешения международных споров. Так, Международный трибунал по морскому праву в ряде случаев расширил свое право на предписание временных мер правовой защиты:  предписанные им меры не

12


всегда совпадают с теми, о которых просили стороны, поскольку экспертные оценки, по мнению Трибунала, показывают необходимость принятия других мер. Арбитраж по Приложению VII, в свою очередь, иногда принимает на себя функцию посредника между сторонами в споре. По мнению диссертанта, такое поведение судов и арбитражей правомерно, поскольку не вызывает возражений у государств, участвующих в споре. В данном случае можно констатировать наличие соглашения между государствами относительно дополнительных полномочий суда или арбитража.

5.Анализ практики обращения государств к тем или иным судебным и арбитражным учреждениям позволил диссертанту уточнить некоторые факторы, влияющие на их позиции в отношении международных судов и арбитражей.

Во-первых, установлено, что нормативное определение объема компетенций судов и арбитражей в самой Конвенции ООН по морскому праву (предоставление государствам права выбора, а также права изъятия из их юрисдикции отдельных категорий споров) не сыграли большой роли в практическом формировании объема этой компетенции. Свое право выбора и изъятия осуществили в общем незначительное число государств-участников Конвенции. Их обращение к судам и арбитражам определяется, скорее такими общепризнанными положениями международного судебного разбирательства как суверенное право признавать обязательную юрисдикцию суда или арбитража для каждого отдельного спора. Тем не менее, отмечается, что государства не склонны передавать им те категории споров, в отношении которых в Конвенции закреплено право изъятия.

Во-вторых, установлено, что, в противовес распространенному мнению, высокая стоимость судебного и арбитражного разбирательства не играет решающей роли в обращении государств к таким средствам разрешения споров, даже для развивающихся стран. Исследование деятельности трастовых фондов, созданных при некоторых судах и арбитражах специально для облегчения

13


финансового бремени обращения к ним показывает незначительное число обращений за грантами к таким фондам, так что средства фондов зачастую остаются не исчерпанными.

6.По наблюдениям диссертанта, научная экспертиза играет в разрешении морских споров особенно большую роль, и любой разрешающий орган уделяет экспертизе большое внимание. Особенность, отмеченная диссертантом, состоит в том, что суд или арбитраж, разрешающий спор, не всегда полагается на экспертные данные, предоставленные сторонами, как это принято в «классическом» международном судебном процессе, а запрашивает дополнительные данные не только у сторон, но также у международных неправительственных организаций.

В то же время установлено, что нет ни одного случая передачи спора специальному арбитражу по Приложению VIII, то есть к тому арбитражу, в котором предполагалось соединение экспертизы и юридического разбирательства. По мнению диссертанта, государства-стороны в споре не склонны включать специалистов естественных наук в число арбитров с правом решающего голоса.

7. Диссертантом отмечено, что Суд Европейского союза, рассматривая дело МОХ plantв преюдициальном порядке, применял положения Конвенции ООН по морскому праву, однако его аргументация была направлена прежде всего на обеспечение целостности правовой системы ЕС, и это создает опасность фрагментации международного права. Более того, позиция Суда ЕС может привести к тому, что судебные и арбитражные органы, предусмотренные Конвенцией по морскому праву, будут отказываться от юрисдикции на рассмотрение споров с участием членов ЕС. Это означает лишение международных судебных и арбитражных органов их права толковать, разъяснять и применять положения Конвенции в случаях, затрагивающих государства-члены ЕС. Таким образом, Суд ЕС присваивает себе единоличное

14


право быть единственным органом, толкующим и применяющим Конвенцию.

Практическая значимость работы. Положения и рекомендации исследования могут быть использованы в работе практических органов Российской Федерации, занятых в определении внешнеполитической деятельности в области исследования и использования Мирового океана. Работа может также стать основой для соответствующего спецкурса в преподавании международного права.

Апробация результатов исследования. Диссертация обсуждалась и получила одобрение на заседании сектора международно - правовых исследований Института государства и права Российской академии наук. Основные результаты исследования нашли своё отражение в научных статьях автора, опубликованных в журналах «Международное право и международные организации», «Право и жизнь», «Представительная власть - XXI век: законодательство, комментарии, проблемы» и частично внедрены в учебном процессе.

Структура диссертации обусловлена целями, задачами, объемом работы. Исследование состоит из введения, трех глав, включающих восемь параграфов, заключения, списка использованной литературы.

Основное содержание работы

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, определяются предмет, цели и задачи исследования, излагаются методологические подходы, раскрывается научная новизна работы, отмечается ее теоретическая и практическая значимость, формулируются основные положения выносимые автором на защиту.

В главе I «Обязательные средства мирного разрешения международных споров в Конвенции ООН по морскому праву 1982 г.» изложены основные

15


положения относительно судебных и арбитражных способов разрешения споров о толковании и применении Конвенции.

Параграф первый называется «Положения о судебных и арбитражных средствах разрешения споров в Части XVКонвенции ООН по морскому праву» и содержит сначала общие положения

Третья Конференция ООН по морскому праву, результатом работы которой является Конвенция 1982 г., стала всемирным форумом для формирования всеобъемлющего регулирования деятельности и сотрудничества на пространствах, составляющих две трети нашей планеты. Универсальный состав участников Конференции и принятый порядок достижения решений консенсусом привели к тому, что в Конвенции много компромиссных положений, а потому насущной задачей было обеспечение их согласованного толкования. В Конвенцию включена целая система норм, регулирующих разрешение потенциальных споров. В основном эти нормы сосредоточены в Части XV «Разрешение споров» и состоит из трех разделов: в первом изложены положения общего характера, определяющие общий подход участников III Конференции ООН по морскому праву к мирному разрешению споров и к использованию двусторонних средств мирного урегулирования (переговоров, согласительной процедуры); во втором зафиксирована возможность обращения к обязательным средствам, влекущим за собой обязательные решения (арбитражу и судебным органам); в третьем изложены положения, позволяющие ограничивать применение раздела 2. Дополнением Части XV являются приложения к Конвенции, по статусу составляющие ее часть - Приложение V «Согласительная процедура»; Приложение VI «Статут Международного трибунала по морскому праву»; Приложение VII «Арбитраж» и Приложение VIII «Специальный арбитраж». Часть XV должна применяться в совокупности с перечисленными приложениями.

Не   разрешенные   с   помощью   двусторонних   средств   споры   могут,   в

16


соответствии с Разделом 2, передаваться любой стороной в споре на разрешение в порядке судебной или иной процедуры, выносящей обязательное решение.

Конкретная процедура, которая будет использоваться для разрешения

спора — это, в первую очередь, дело выбора. Государства могут сделать свой

выбор при подписании, ратификации настоящей Конвенции или присоединении

к ней или в любое время после этого (ст.287, п.1). Государства могут сделать

выбор из следующего списка: а) специально созданный Международный

трибунал по морскому праву, учрежденный в соответствии с Приложением VI;

одна из его камер - это Камера по спорам, касающимся морского дна; Ь) хорошо

известный Международный Суд; с) арбитраж, образованный в соответствии

с Приложением VII; d) специальный арбитраж, образованный в соответствии

с Приложением VIII. Если какой-либо участник Конвенции не сделает выбора,

в качестве обязательной процедуры, согласно ст.287, к спорам с его участием

применяется арбитраж,        образованный в соответствии с Приложением VII.

Практика участников морских правоотношений за время, прошедшее после вступления Конвенции в силу и начала действия ее норм, в том числе положений Части XV, показывает активное использование всех средств разрешения споров, предусмотренных Конвенцией.

Право передачи спора на разрешение суда или арбитража в одностороннем порядке может сопровождаться правом установить некоторые ограничения: общие ограничения, применимые ко всем участникам Конвенции ООН по морскому праву (ст.297); факультативные исключения, которые могут быть произведены каждым участником Конвенции отдельно (ст.298).

Ограничения, изложенные в ст.297, сформулированы довольно сложно. Можно сказать, что она скорее определяет те случаи, в которых судебное или арбитражное разбирательство может применяться. Первый случай (пункт 1): в принципе обязательные процедуры могут применяться, если: нарушены общепризнанные   свободы   моря,   не   затронутые   нормами   Конвенции   об

17


исключительной экономической зоне и континентальном шельфе; нарушены нормы и стандарты защиты и сохранения морской среды, установленные Конвенцией; таким образом, получается, что обязательные процедуры не применяются к деятельности прибрежного государства в исключительной экономической зоне и на континентальном шельфе. Однако эти процедуры применяются, если прибрежное государство «нарушило настоящую Конвенцию». В том же духе сформулированы п.2, где говорится о применимости судебных и арбитражных процедур к последствиям научно-исследовательской деятельности, а также и п.З, касающийся рыболовства.

Такие неясности оставили значительную свободу усмотрения судебным и арбитражным органам. Факультативные исключения, изложенные в ст. 298, отданы на усмотрение государства, которое может заявить, что не принимает обязательные процедуры в отношении одной или более категорий споров: о делимитации морских границ; относительно военной деятельности; о деятельности по обеспечению соблюдения законов в отношении суверенных прав или юрисдикции, которые исключаются из компетенции суда или арбитража на основании статьи 297; споры, по которым Совет Безопасности ООН осуществляет функции, возложенные на него Уставом.

Заявления    о    факультативных    ограничениях    приняли    не    многие государства. Пока ни в одном из дел, рассматривавшихся в арбитражах или в Трибунале, не вставал вопрос о толковании изъятий по ст. 298.    Ограничения по ст.297 затрагивались лишь частично.

На первый взгляд предпочтительным средством является арбитраж. На 21 июля 2011 г. участниками Конвенции являются 159 государств и Европейский союз. Декларации о выборе средства мирного урегулирования по ст.287 сделали 40 государств. Доля государств, сделавших выбор, не превышает 25%. Большинство из тех, кто сделал выбор, - это развитые государства (в частности, члены Европейского союза) или страны с переходной экономикой, и только 16

18


из них относится к развивающимся странам. Это означает, что развивающиеся государства не вполне доверяют обязательным средствам разрешения споров по Конвенции, и тут мы сталкиваемся со старой проблемой недоверия к международным судам, которая сохраняется и в наше время. Наблюдения показывают, что есть корреляция между выбором и тем положением, которое занимают суды внутри государств. Вполне естественно, что такие страны могут испытывать недоверие к международным судам и арбитражам, формирующимся и действующим по образцу западноевропейских.

Анализируя вопрос о выборе средства разрешения споров, следует учитывать также еще один вопрос, а именно - затратность того или иного механизма. В 1970-е годы была оживлена идея создания трастового фонда для содействия участию в судебном разбирательстве; такой фонд существовал при Постоянной палате международного правосудия, но не имел большого успеха.

Подробнее данный вопрос анализируется в Главе III настоящей работы, здесь отметим лишь, что в литературе утверждается: постоянно действующие органы с постоянным составом и устоявшейся процедурой обходятся значительно дешевле, чем иногда даже двусторонние переговоры. Институциализированный арбитраж, даже такой, как арбитраж по Приложению VII, также обходится дешевле.

Некоторые авторы указывают, что в случае наиболее активного использования арбитража может возникнуть опасность фрагментации международного морского права, поскольку в состав арбитража будут каждый раз входить другие люди, поэтому с точки зрения поддержания единства международного морского права, а также учитывая, что все государства-участники Конвенции делают взносы на содержание Международного трибунала по морскому праву (примерно 7, 5 млн евро в год), было бы практически целесообразнее сделать именно Трибунал, а не арбитраж по Приложению VII «последним портом захода», однако с этим вряд ли согласятся

19


государства-участники Конвенции. Об этом говорит опыт: при составлении Неофициального единого текста для переговоров участникам Третьей конференции по морскому праву было представлено предложение Председателя Конференции о том, чтобы Трибунал был обязательным средством, действующим для тех государств, которые не сделали выбор по ст.287, и это предложение решительно отвергнуто участниками Конференции.

В параграфе втором «Действие положений Части XVКонвенции ООН по морскому праву в отношении других связанных с ней договоров» показаны возможные проблемы применения средств Части XV к толкованию семи договоров, которые прямо отсылают к этим средствам. Таким образом создана своеобразная многоконвенционная система разрешения споров по морскому праву. Пока она действует, главным образом, для вопросов рыболовства, но постепенно может быть распространена и на другие области регулирования. В параграфе рассмотрены общее и различия в семи договорах, право выбора, объем отсылки к механизмам Конвенции по морскому праву, применимое право, вопрос о предписании временных мер.

Параграф третий посвящен рассмотрению обязательств международных организаций по использованию положений Конвенции в отношении разрешения споров. Вопрос этот встал в основном в связи с тем, что многие европейские государства к тому времени передали часть своих полномочий в области морской деятельности, в особенности в области рыболовства, региональному интеграционному объединению — Европейскому экономическому сообществу.

В результате длительной и напряженной работы для международных межправительственных организаций был разработан особый порядок. Было сформулировано Приложение IX к Конвенции ООН по морскому праву, озаглавленное «Участие международных организаций». Справедливости ради следует отметить, что, согласно ст.305 Конвенции, Конвенция открыта для подписания:   а)всеми   государствами;   Ь)Намибией,   представленной   Советом

20


ООН по Намибии; с)всеми самоуправляющимися ассоциированными

государствами; с1)самоуправляющимися ассоциированными государствами,

которые обладают компетенцией в вопросах, регулируемых Конвенцией;

е)территориями, имеющими полное внутреннее самоуправление;

1)между народными организациями согласно Приложению IX. Однако

конкретные юридические обязательства предусмотрены только для

международных организаций, и практика не показывает никаких событий в

связи с разрешением споров по Конвенции для других перечисленных выше

субъектов, кроме международных организаций.   Нужно      признать,      что

единственная межгосударственная организация, подписавшая Заключительный акт — это Европейское экономическое сообщество.

Что касается выбора обязательного средства разрешения споров по ст.287, в указанном выше Решении было сказано о том, что «на данной стадии» этот выбор делаться не будет, а будет произведен «в должное время».

Глава II «Распределение компетенции различных судов и арбитражей в процессе разрешения международных споров» отведена анализу практического взаимодействия судов и арбитражей после вступления Конвенции в силу.

В параграфе первом анализируется распределение компетенций при рассмотрении вопроса о подсудности спора. В тех случаях, когда юрисдикция арбитража опротестовывалась, аргументы базировались на следующих основаниях: рассматриваемый спор не является спором о толковании или применении Конвенции ООН по морскому праву; спор не может рассматриваться арбитражем, предусмотренным Приложением VII, поскольку он уже находится на рассмотрении другого учреждения или другой процедуры, которым должно быть отдано предпочтение перед учреждениями по Конвенции ООН  по   морскому  праву;   еще  не  исчерпаны   согласительные  процедуры,

21


предусмотренные Разделом 1 Части XV Конвенции, а потому стороны не вправе прибегать к обязательным средствам (по ст.286 спор по требованию любой стороны в споре передается суду или арбитражу, если он не был урегулирован путем применения Раздела 1). Примером первого способа опротестовать юрисдикцию судебного или арбитражного органа служит позиция Японии в деле Southern Bluefin Типа. Подобная же проблема возникла в деле МОХ Plant.

Международный трибунал по морскому праву, а также арбитражи по Приложению VII пришли к одним и тем же выводам: если государство-истец показывает, что спором затронуто толкование или применение Конвенции ООН по морскому праву, соответствующий трибунал или арбитраж будут обладать юрисдикцией на его рассмотрение, независимо от того, что этот спор затрагивает также толкование или применение другого договора.

Второе возражение занимало центральное место в делах Southern Bluefin Типа и МОХ Plant, а также до определенной степени в деле LandReclamation. Судебная и арбитражная практика не дает пока возможности точно установить рамки действия ст.281 и 282 и их влияние на объем юрисдикции судов и арбитражей по Конвенции по морскому праву, в том случае, когда на их рассмотрение представлен спор, затрагивающий не только Конвенцию, но и другие договоры, содержащие собственные положения о средствах разрешения споров, а вероятность представления таких споров, как показывает практика, довольно высока. Выявилось явное расхождение мнений между арбитражем по Приложению VII в деле Southern Bluefin Типа и Международного трибунала по морскому праву в деле МОХ Plantотносительно того, следует ли такой спор рассматривать как один и сосредоточенный на другом договоре, исключая, таким образом, компетенцию средств, предусмотренных Конвенцией по морскому праву, или его следует рассматривать как два спора, подлежащих разным процедурам разбирательства.

Что касается предварительного исчерпания согласительных процедур, то

22


из рассмотренных дел можно сделать вывод о том, что нет обязанности формального двойного обмена мнениями. Если действительно имели место искренние попытки разрешить спор согласительными процедурами, даже если эти попытки очень ограниченны, и если государство-истец пришло к заключению об исчерпании возможностей достичь таким образом соглашения, требования ст.283 и 286 исполнены.

В параграфе втором рассматривается конкуренция юрисдикции в случае предписания временных мер правовой защиты. Хотя временные меры - это процессуальная мера, давно известная международному судебному процессу, в судебных и арбитражных органах, созданных по Конвенции ООН по морскому праву, она имеет некоторые новации; временные меры могут быть предписаны не только для обеспечения прав сторон, что является обычной целью в постановлениях Международного Суда, и что ограничено ст.41 его Статута, но также для предотвращения серьезного ущерба морской среде, как сказано в ст. 290 Конвенции по морскому праву. Очень важное отличие временных мер, принимаемых морскими судебными и арбитражными органами, - это их обязательность. Определенным развитием идеи временных мер являются рекомендации, которые и Трибунал и арбитражи дают спорящим сторонам относительно исполнения временных мер и разрешения спора. Фактически через процедуру введения временных мер правовой защиты суды и арбитражи выступали не как средства установления факта нарушения нормы международного права или поиска способа надлежащего поведения, а как посредники в улаживании разногласий между сторонами.

В параграфе третьем рассматривается соотношение компетенций Международного трибунала по морскому праву и Камеры по спорам, касающимся морского дна.

Камера по спорам, касающимся морского дна (Камера по дну) занимает особое место среди всех средств разрешения споров по Конвенции: формально

23


числясь одной из камер Международного трибунала по морскому праву, она фактически является отдельным судебным учреждением, т.к. она создана для разрешения споров, возникающих в связи с совершенно новым институтом международного права — общим наследием человечества.

В Конвенции по морскому праву этому явлению не дано юридического

определения. Ключевое понятие в концепции общего наследия человечества —

это «деятельность в Районе». Фактически эта концепция означает только то, что

предусмотрено нормами, регулирующими режим и структуру управления

деятельностью в Районе. Остановимся на самом понятии «спор о деятельности

в Районе». В сущности, можно сказать, что это споры о надлежащем управлении

и использовании «общего наследия человечества», то есть споры между

государствами-участниками относительно толкования или применения Части XI

и относящихся к ней приложений, упоминаемых в п. «а» ст. 187, поскольку

могут быть такие споры по Части XI, которые не касаются деятельности в

Районе, как, например, спор о толковании и применении ст. 149, в которой речь

идет об археологических или исторических объектах.   Кроме того, в п. «с»

ст. 187 перечислены споры, которые можно назвать спорами о контрактах, в которых участвуют стороны какого-либо контракта на разработку ресурсов дна. В ст. 187 (d) упоминаются предконтрактные споры между Органом и потенциальным контрактором (возможно, поддерживаемым государством) относительно отказа в заключении контракта или правовых вопросов, вытекающих из контрактных отношений. Две последние категории споров очень напоминают те, которые разрешаются Центром по инвестиционным спорам ( ICSID). Наконец, по ст. 187 (е), споры могут касаться ответственности Органа, а в ст. 187(f) упомянуты «любые споры, в отношении которых Камера наделена специальной компетенцией по настоящей Конвенции». Из этой формулировки следует, что среди этих споров могут быть такие, которые не касаются деятельности в Районе.

24


Однако наиболее неясные положения относятся к спорам, не включенным в список ст. 187, и которые, тем не менее, касаются деятельности в Районе. Это может быть конкуренция потенциальных контракторов.

В научной литературе ведутся оживленные дебаты о том, возможно ли распространение компетенции Камеры по дну на потенциальные споры о распределении доходов от деятельности в Районе в соответствии с п.2 ст. 140, а также доходов от эксплуатации минеральных ресурсов расширенного континентального шельфа («отчисления и взносы», упомянутые в ст.82). По ст. 140 справедливое распределение должно осуществляться Органом, по ст. 82 -«через» Орган. Несмотря на эти разночтения, ст. 160 (2fi) трактует совместно право Ассамблеи Органа принимать нормы, правила и процедуры для справедливого распределения доходов, поступающих от деятельности в Районе, а также платежей и сборов по ст.82. Однако с точки зрения разрешения споров и несмотря на историческую связь обязательства осуществления платежей по ст. 82 с концепцией «общего наследия человечества», эти два вида доходов следует рассматривать раздельно, поскольку только те, о которых говорится в ст. 140, связаны с деятельностью в Районе.

В связи с этим становится ясно, что хотя, в соответствии с п.2 ст. 137 Конвенции по морскому праву, Орган действует «от имени всего человечества», на самом деле в том, что касается защиты интересов человечества в международном судебном учреждении, роль Органа ограничивается выдвижением иска против государств или контракторов или потенциальных конктракторов, и содержание такого иска может касаться только надлежащего управления «общим наследием человечества» в рамках деятельности в Районе.

В параграфе четвертом рассматривается деятельность Международного Суда как органа разрешения споров по морскому праву. Это судебное учреждение занимает центральное место среди всех международных судебных учреждений;   Международный   Суд   сыграл  значительную  роль   в  развитии

25


международного морского права до Третьей Конференции по морскому праву

Особая связь отмечается в литературе между работой Международного Суда и Международного трибунала по морскому праву, поскольку именно последний, будучи автономным органом, созданным по договору в рамках системы ООН, действует на основании Статута и Регламента, сформулированных по образцу документов Международного Суда. И в российской, и в западной литературе неоднократно отмечалось, что Трибунал в своих решениях довольно часто апеллирует к трудам Международного Суда. Более того, в литературе отмечается, что и в Международном Суде используются труды Трибунала по морскому праву.

В качестве совершенно нового явления в отношениях между различными судебными учреждениями исследователи указывают на некоторые случаи взаимосвязи между решениями арбитражей по морскому праву и Международным Судом.

Международный Суд остается востребованным средством разрешения споров по различным вопросам международного морского права, в том числе касающихся толкования и применения Конвенции ООН по морскому праву. Его практика наглядно демонстрирует, что международное право продолжает развиваться как единое целое, не подверженное фрагментации в результате решений различных судов.

В параграфе пятом рассматривается участие Суда Европейского союза в разрешении морских споров. Суд Европейского союза является особым судебным учреждением, обладающим чертами международного и квазиконституционного суда. Его главная роль состоит в охранительной функции правопорядка, сформированного внутри Союза. При этом Суду ЕС приходится применять международное право. Поскольку Европейский союз, как и его государства-члены, является участником Конвенции ООН по морскому праву, Суд ЕС применяет и положения данной Конвенции.  В  случае этого Суда

26


основная проблема — это соотношение норм Конвенции ООН по морскому праву и права ЕС. При этом довольно четко выделилась тенденция не признавать приоритет международных обязательств над внутренним правом. Глава III называется «Некоторые развивающиеся формы содействия разрешению международных морских споров». В ней анализируются некоторые мероприятия, направленные на содействие участию государств в международном судебном разбирательстве, а именно - попытки создания трастовых фондов при международных судах и постоянных арбитражах, предоставляющих государствам финансирование для подготовки и участия в процессе (параграф первый), а также соединение экспертизы и юридического разбирательства в рамках специализированных арбитражей по Приложению VIII (параграф второй).

Затраты сторон на участие в международном разбирательстве могут быть довольно высокими, хотя расходы постоянных судов и арбитражей оплачиваются не выплатами сторон в отдельном процессе, а из регулярного бюджета, составляемого из взносов государств-участников соответствующего договора. Однако значительные суммы требуются для подготовки дел. Такая ситуация несомненно влияет на решение государства обратиться в международный суд или арбитраж, даже в том случае, если данное государство или его физические и юридические лица пострадали от неправомерных действий другого государства; кроме того, затраты на разбирательство могут оказаться выше, чем компенсация, которая в конечном итоге должна быть выплачена. Следует учитывать также, что расходов может потребовать исполнение решения судебного или арбитражного органа, например, для проведения делимитированной границы.

Поэтому для содействия развитию мирного разрешения международных споров с помощью судебных и арбитражных процедур в конце XX века была сделана   попытка   развить   идею,   которая   применялась   еще   в   отношении

27


Постоянной Палаты международного правосудия — предшественника Международного Суда. Идея состоит в создании специального трастового фонда за счет добровольных пожертвования государств, из которого могут быть выделены гранты государству, намеренному прибегнуть к судебной процедуре, но не обладающему достаточными финансовыми, кадровыми и техническими средствами для подготовки соответствующих материалов и пребывания его делегации в месте судебного разбирательства.

Сначала такой фонд был создан для содействия обращения к

Международному Суду; в дальнейшем опыт трастового фонда Международного

Суда, который расценивался как положительный, стал использоваться и

другими судами. Так, в рамках Всемирной торговой организации Секретариату

этой организации было поручено предоставлять техническую и юридическую

помощь развивающимся странам по их просьбе для содействия обращения в

Орган по разрешению споров. Схема юридической помощи действует и в

рамках Европейского суда по правам человека. Страна, обращающаяся за такой

помощью, должна показать, что ей действительно необходима финансовая

помощь для решения определенного дела.   Данное явление отмечается и в

работе международных трибуналов ad hoc. Международный трибунал для бывшей Югославии и Трибунал для Руанды располагают регулированием, которое позволяет оказывать помощь обвиняемым - гражданам этих стран. Подобные же положения действуют и в Международном уголовном суде.

Проведенное исследование показывает невостребованность трастовых фондов. Среди дотирующих стран постоянно фигурируют одни и те же названия, то есть страны, располагающие финансами, не спешат пополнить ресурсы фондов, а развивающиеся страны не так часто обращаются за получением грантов, как могли бы, так что баланс фондов остается положительным. Таким образом, можно сделать вывод о том, что высокая стоимость судебного или арбитражного разбирательства не является основной

28


причиной не частого обращения развивающихся стран в суд или арбитраж.

Попытки соединения экспертизы и арбитражного разбирательства выразились в том, что «специальный арбитраж», создаваемый по Приложению VIII, отличается от других видов межгосударственного арбитража тем, что в его состав включаются не только юристы, но и специалисты в естественнонаучных областях знания. При образовании арбитража не делается различий между специалистами в юридической и других областях. Введение специального арбитража в число средств разрешения споров показывает важность технических знаний и экспертизы для согласованного толкования Конвенции.

Указанный арбитраж не пользуется популярностью среди государств и не используется.

В заключении делается обобщение произведенного исследования и излагаются выводы, к которым пришел диссертант.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

Статья, опубликованная в издании, входящем в перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий Высшей аттестационной комиссии РФ, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций:

1. Хубиева М.Р. Обязательства международных организаций по использованию положений Конвенции ООН по морскому праву о разрешении споров. //Представительная власть - XXI век: законодательство, комментарии, проблемы. 2012. № 1. - 0,5 п.л.

Статьи, опубликованные в иных изданиях:

  1. Хубиева М.Р. Действие положений Части XV Конвенции ООН по морскому праву в отношении других связанных с ней договоров. //Право и жизнь. 2012. № 164(2). - 0,8 п.л.
  2. Хубиева М.Р. Конкуренция юрисдикции в случае предписания временных

29


мер правовой защиты при разрешении международных морских споров.

//Международное право и международные организации. 2012. № 2.     - 0,5

п.л.

  1. Хубиева М.Р. Международный Суд ООН как орган разрешения споров по морскому праву: компетенция, судебная практика. //Право и жизнь. 2012. № 168(6). - 0,5 п.л.
  2. Хубиева М.Р. Право выбора обязательного средства мирного урегулирования по Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. и его осуществление. //Международное право и международные организации. 2012. № 1. - 0,8 п.л.

30

 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.