WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

Языковая игра в тосте

Автореферат кандидатской диссертации

 

             На правах рукописи

 

 

ШИХКЕБИРОВА

Наида Идаятовна

 

 

 

ЯЗЫКОВАЯ ИГРА В ТОСТЕ

 

10.02.01 – русский язык

 

 

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

 

 

 

 

 

Махачкала – 2012


Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Дагестанский государственный университет»

 

Научный руководитель –         доктор филологических наук, профессор

                                             Самедов Джалил Самедович

Официальные оппоненты:       доктор филологических наук, профессор

                                                       Абдуллаев Алилгаджи Абдуллаевич

(ФГБОУ ВПО «Дагестанский государст-

венный  педагогический университет»)

кандидат филологических наук,

                                              Зербалиева Наиля Фаиковна

(ФГБОУ ВПО «Дагестанский государст-

венный  технический университет»)

Ведущая организация     –        Дагестанский институт повышения

квалификации педагогических кадров

Защита диссертации состоится  « 14 » мая  2012 г., в 14.00 часов, на заседании диссертационного совета Д 212.051.03 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора филологических наук в ФГБОУ ВПО «Дагестанский государственный педагогический университет» по адресу: 367003, Республика Дагестан, г. Махачкала, ул. М. Ярагского, 57, ауд. 78 (2-ой этаж).

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ ВПО «Дагестанский государственный педагогический университет».

Текст автореферата выставлен на сайте ВАК РФ « 13 » апреля 2012 г.  Адрес сайта: www.vak.ed.gov. ru

Автореферат  разослан « 13 »  апреля   2012 г.

  Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор филологических наук                                                Э.Н. Гаджиев

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

В современном языкознании наблюдается усиление внимания к   антропоцентрическому подходу  изучения явлений языка. Такой подход имеет в своей основе исследование связи языка с жизнью человека, его сознанием, мышлением, культурой, предметно-практической деятельностью. В этом же русле на материале текстов разных жанров разной функциональной направленности можно изучить  и явление языковой игры.

Языковая игра как одна из форм существования языка  способствует выявлению новых оттенков смысла в слове, особенностей образно-ассоциативного восприятия   носителями  определенной культуры  объектов мира идеального и физического. Обнаружение связей текстов, ориентированных на  языковую игру, и фрагментов языковой картины мира, стоящих за этими текстами,  актуально  не только для лингвистики, но и лингвокультурологии и когнитивной лингвистики, поскольку позволяет обнаружить и описать особенности образно-ассоциативного осмысления окружающей действительности носителями той или иной лингвокультурной общности.

Современная языковая ситуация характеризуется стремлением к использованию языковой игры и игровых приемов практически во всех сферах словесности. Интенсивность использования приемов языковой игры и их разнообразие в языке тостов  свидетельствуют об усилении творческого начала исследуемых текстов, чем определяется

Актуальность проведенного  исследования.

Актуальность материала и результатов диссертационного исследования определяется также отсутствием специальных квалификационных  работ, посвященных системно-комплексному изучению приемов языковой игры и  соответственно языковых средств их реализации в  жанре тоста.  

Степень изученности темы. Раскрывая лингвистическое содержание понятия «языковая игра», следует особо сказать о том, что основы исследования этого явления имеют философский характер. Проблемам игровой деятельности вообще посвящено большое число философских трудов [Кант 1965; Хейзинга 1999; Гадамер 1988; Шиллер 1957], работ по психологии  [Берн 1999; Берлянд 1992; Выготский 1966; Столович 1987]. Философы и психологи считают игру одним из фундаментальных свойств человеческой натуры. Это вид деятельности, который не преследует каких-то конкретных практических целей. Цель игры - доставить удовольствие людям, которые принимают в ней участие.

           В отечественном языкознании накоплен немалый опыт в области исследования языковой игры. Так, проблемами языковой игры в русском языке занимались Н.А. Янко-Триницкая (1975), Ю.И. Левин (1980), Е. В. Падучева (1982), Б.Ю. Норман (1987), Е.А. Земская (1992), В.В. Виноградов (1994), Т.А. Гридина (1996), Т.В. Булыгина и А.Д. Шмелёв (1997). Более детально и системно языковая игра рассматривалась в работах С. Ж. Нухова (1997) и В.З. Санникова (1999). Из наиболее поздних работ следует отметить исследования В.А. Пищальниковой (2002), Е.Ф. Болдаревой (2002), С.В. Ильясовой (2003), В.И. Шаховского (2003), Г.Ф. Рахимкуловой (2005), Е.Б. Кургановой (2005), Т.В. Устиновой (2005). Оценочность как одна из функций языковой игры рассматривается в работах Г.Я. Солганика, Н.И. Клушиной, Н.В. Сабуровой и др. О роли прецедентных текстов в процессе создании языковой игры говорится в работах О.В. Лисоченко, Л.В. Лисоченко, Ю.Н. Караулова.

Абсолютное большинство ученых отмечают, что этот прием выступает как способ осознанного отклонения от нормы  (Л.В. Щерба, Т.А. Гридина, Т.В. Булыгина, А.Д. Шмелев, В.З. Санников, Н.Д. Арутюнова, С.В. Ильясова и др.). Причем, акцент делается на то, что восприятие содержания языковой игры происходит через «ошибку» и подчинено знанию прецедентной информации, а сама игра рассматривается в свете металингвистики, прагматики, лингвокультурологии.

Работы вышеперечисленных учёных, рассматривающих языковую игру в разных аспектах,  и составили теоретическую базу настоящего исследования.

Объектом  исследования являются  тексты тостов.

Предметом исследования являются приемы языковой игры и особенности их реализации в языке тостов с учетом индивидуальной природы единиц разных уровней языковой системы и особенностей их функционирования  в текстах разных жанров.

         Цель исследования  –  системно-комплексный анализ приемов языковой игры  в языке тоста.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих  конкретных задач: 1) определить основные теоретические понятия и характеристики, связанные с языковой игрой: дефиниция феномена языковой игры в научной литературе, языковая игра и нормативность в языке, общая характеристика приемов и средств создания языковой игры и т.д.; 2) дать характеристику тоста как разновидности прецедентного текста;  3) выявить природу комического в  тосте и его композиционные особенности в связи с определением роли языковой игры в языке тоста; 4) выяснить и описать прагматическую направленность языковой игры в тосте; 5) охарактеризовать  языковую игру,  построенную на переносных значениях слов   в тексте тоста;  6) исследовать реминисценции в тосте и игровые функции лексических парадигм; 7) рассмотреть проблему буквализации значения и трансформации фразеологизмов как приемов языковой игры; 8) проанализировать каламбуры, построенные  на окказиональных (индивидуально-авторских) образованиях.

           Источниками фактического материала стали книга аварских тостов, автором которой является народная поэтесса Дагестана Фазу Алиева,  собрание кавказских тостов, осуществленное  М.И. Билаловым и А.М. Мурзаевым, популярные издания "Тосты на все случаи жизни" (2007 г.), "Тосты, или Как стать душой компании" (1996 г.).

 Материалом исследования послужила картотека автора, составленная по результатам выборки из данных источников. Общее количество собранного и обработанного материала составило свыше 1000 примеров.

Методологической   основой   исследования   служит  принцип исследования языковых явлений во всем многообразии их проявлений  и особенностей их функционирования в  текстах  разных жанров.

Наряду с общенаучными методами (обобщение и сравнение),  применялись специальные лингвистические методы: наблюдение над языковым материалом, обобщения и классификации, описательный метод, приемы и методика лингвокультурологии, когнитивной лингвистики,  контекстуального и  компонентного анализа. Частично применяется методика сопоставительного исследования языковых единиц и явлений.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Языковая игра  является важнейшим инструментом при создании текстов  тоста. Она здесь может быть намеренной или ненамеренной:   первая  (намеренная) связана с языковой компетенцией адресанта, вторая  (ненамеренная) – с языковой компетенцией адресата.

2. Особенностью текста тоста является комическая направленность. Структурное единство текста тоста при этом обеспечивается противоречием ожидаемого и неожиданного, соединением несоединяемого, разрушением стереотипов логического мышления. Текст тоста строится на привлечении контрастирующих смыслов и наполнен языковыми средствами, разрушающими моносемизацию слов и способствующими усилению коннотативно-прагматической емкости  текста.  К композиционным особенностям кавказского тоста можно отнести особую логическую цепочку построения от общего к частному, а не от частного к обобщениям, как в других тостах.

3. Языковая игра в тосте приводит к формированию комического в форме легкой шутки, каламбура, метафоры.  Комическое, как и метафора, реализуется в основном на семантическом уровне. Игра с языковой формой при создании каламбура в  тосте отсутствует, в чем заключается особенность языковой игры в тосте. Языковая игра в  тосте связана с формой и со смыслом. В  тосте ярко реализуется народное словотворчество, которое отражает современную субкультуру. Текст кавказского  тоста отличается тем, что говорящий часто обращается к цитации, но при этом отсутствует игра с формой выражения, так как она построена на обыгрывании смысла.

4. В качестве элементов языковой игры в тостах используются 1) сопоставления прямых и переносных значений слов, ассоциативное наложение прямого значения на переносное 2) антонимия разных значений слов, 3) обыгрывание лексико-семантических вариантов многозначных слов, 4) столкновение, противопоставление или актуализация разных значений слов и т.д. В кавказских тостах преобладает языковая игра, построенная на использовании переносных значений, в частности метафоры. Метонимия используется как  средство языковой игры в целях создания «обобщающего эффекта». Подобного рода приемы носят нравоучительный и хвалебный характер.

5. В тексте тоста продуктивно используется каламбур, построенный на приеме «реэтимологизации». Комический эффект каламбура в  тосте как  последствие языковой игры возникает в результате ассоциативной провокации. Каламбуры, построенные на окказиональных образованиях, отличаются словотворчеством, отличающимся шуточной коннотацией, употреблением   потенциальных слов.  Отличительной чертой каламбура в тексте тоста является намеренное создание языковыми средствами (омонимами, синонимами, паронимами, антонимами) двоякого понимания. Каламбурный эффект такой языковой игры возникает в результате ассоциативной провокации.

6. Определенная часть тостов строится на приеме буквализации фразеологизмов. При этом происходит актуализация прямого значения фразеологизма, являющегося его образной основой. Непонятная для говорящего этимология фразеологизма нарочито интерпретируется по-своему, переосмысливается внутренняя форма: прямые значения его лексических компонентов воспринимаются как элементы внутренней формы. Использование приема буквализации при языковой игре в  тосте приводит к «эффекту обманутых ожиданий», что и создает повышенную экспрессивную направленность и комизм текста тоста.

7. Словотворчество в тосте отличается шуточной коннотацией: происходит переосмысление словообразовательной структуры и семантики известных слов.

Научная новизна  диссертации заключается в том, что в ней впервые проведено системно-комплексное исследование приемов языковой игры  в текстах тоста, в результате которого определена специфика механизмов реализации приемов  языковой игры и языковых средств, используемых в  тексте тоста, что позволяет расширить существующие представления  о природе языковой игры и ее прагматической направленности  в  тосте.

Новизна исследования состоит также в самом подходе к трактовке языковой игры в  тосте: языковая игра  в данном случае   воспринимается как осознанное нарушение стереотипа, направленное на усиление выразительности  языка тоста и его воздействия на слушателя.   

Теоретическая значимость исследования состоит в том, что оно расширяет представления о языковой игре в языке тоста, о потенциальных возможностях  реализации языковой игры в  тосте и особенностях ее функционирования   в форме средств различных уровней языковой системы, свидетельствует о формировании игрового стиля в языке  тоста и рассматривает языковую игру как способ эмоционально-интеллектуального  воздействия на реципиента.

Работа вносит определенный вклад в современное представление о развитии языка и особенностях использования его средств   в текстах различных жанров.  

Материал и результаты проведенного исследования представляют интерес для таких  пограничных с  лингвистикой наук, как  лингвокультурология,  этнолингвистика и психолингвистика. 

Практическая ценность исследования заключается в возможности использования результатов и материала  диссертации в практике преподавания общего курса стилистики современного русского литературного языка в высших учебных заведениях, в спецкурсах и курсах по выбору студентов филологических факультетов и факультетов журналистики, в теории межкультурной коммуникации, а также в теории и практике перевода.     

Апробация работы. Основные положения работы обсуждались на заседаниях кафедры русского языка Дагестанского государственного университета по  проблемам, связанным с изучением языковой игры (ЯИ) в тексте тоста, на итоговых научно-теоретических конференциях преподавателей и студентов Дагестанского государственного университета (2009-2011), на межрегиональной конференции "Проблема жанра в филологии Дагестана" (Махачкала, 2011), на научно-практической конференции "Литературная критика и редакционно-издательская деятельность: опыт классики в современном контексте" (Махачкала, 2011).

Автором опубликовано 5 работ, в том числе одна статья в  научном  журнале, рекомендованном  ВАК РФ.

           Степень достоверности полученных результатов обеспечивается выборкой фактического материала, непротиворечивостью избранных методологических позиций, адекватностью методов исследования изучаемому материалу, ссылками на авторитетные научные источники.

Цель работы и поставленные задачи определили содержание и структуру работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и библиографии, каждую главу исследования заключают выводы. Общий объем работы – 145  страниц.

                   

                            ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении определяются объект и предмет исследования, обосновываются выбор и актуальность темы, формулируются основная цель и задачи работы, ее научная новизна, теоретическая и практическая значимость, излагаются основные положения, выносимые на защиту, представляются результаты апробации материалов диссертации.          

Первая глава«Лингвистические особенности языковой игры» – представляет собой критический обзор существующих в лингвистической науке точек зрения на природу языковой игры, приемов и средств ее создания, в ней даются различные определения феномена языковой игры, языковая игра рассматривается на шкале нормативности.

Народное красноречие, творческий подход к использованию языковых средств ярко проявляется в особой лингвистической единице – тосте. В тексте тоста реализуется стремление носителей языка к ироничному осмыслению существующих реалий. Именно народное самовыражение проявляется в ЯИ, благодаря чему расстояние между языком и жизнью сведено до минимума. Явления жизни и языка получают взаимное осмысление. В ЯИ отражено современное состояние языка и настроение носителей языка, т.е. большей части нашего общества. ЯИ в тосте становится не просто способом самовыражения, но и оригинальным отражением действительности. Употребление и понимание  «игровых» единиц в тосте предполагает общность энциклопедических знаний, общность культуры, знание истории, традиций и других жизненных коллизий.

ЯИ строится по принципу намеренного отклонения от нормы, при этом размываются границы между «языком» и «речью», точнее - между кодифицированным литературным языком и разговорной речью. Поэтому, оперируя понятием «языковая игра», часто используют термин «языковой эксперимент». ЯИ рассматривается как словотворчество, целью которого является создание шутки, а также игра с формой речи, свободное отношение к ней с целью эстетического воздействия. Это может быть не только шутка, но и любая острота, каламбур, метафора, перифраза, сравнение; к языковой игре относятся и приемы в виде стилистических фигур и тропов и языковые средства, создающие эти приемы. Акцент делается при этом на эстетический характер ЯИ. ЯИ определяется как эстетическое воздействие, достигаемое за счёт творческого использования языковых средств.

Определение ЯИ связано с некоторыми трудностями.  Существует три подхода к пониманию ЯИ: 1) ЯИ рассматривается как преднамеренное использование средств языковой системы;  2) ЯИ – это сознательное нарушение норм в языке;  3) ЯИ предполагает текстовые реминисценции, т.е. включение в высказывание прецедентных текстов, словосочетаний, окказиональных образований и т.п. Обобщая имеющиеся определения и подходы при выявлении особенностей ЯИ, отметим: ЯИ – это феномен, порожденный в речи отдельного индивидуума, поэтому неоспорима креативность ЯИ, а также её эстетическая направленность. Следовательно, интенция говорящего является  тем экстралингвистическим детерминированным фактором, приводящим к созданию некой смысловой диспропорции, асимметрии, которая реализуется «неожиданными» приёмами и средствами языка. Нарушая систему языка, игра развивает, обогащает язык. ЯИ – это актуализация нормативных системных параметров языка.

С идеей осознанного нарушения нормы связывает языковую игру Т.А. Гридина, подчеркивая, что «понимание ЯИ как осознанного нарушения стереотипа является продуктивным, ибо оно позволяет рассматривать данный феномен с точки зрения отражения закономерностей системы и нормы в языковом сознании социума и конкретного индивида» [Гридина 1996: 6]. Нагляднее всего осознанное нарушение нормы, проявление индивидуальности говорящего со своей оценкой мира проявляется в тосте – своеобразном устном высказывании. Многие кавказские тосты обращают на себя внимание не только оригинальностью авторской идеи и неожиданностью оценок, но и своеобразием форм выражения семантики. А без игры со смыслом и формой высказывание лишено оригинальности и привлекательности. Достичь же требуемого эффекта можно, лишь нарушив общеизвестное, устоявшееся, т.е. норму. В тексте тоста нарушение правил и норм вызывает ощущение шутки, комичности.

В настоящем исследовании мы предлагаем систему классических приемов языковой игры, включающую собственно лингвистические приемы и средства.

Феномен языковой игры объясняется стремлением говорящего к выразительности, экспрессивности, которая также может иметь множество способов и приемов выражения. Произносящий тост и слушатели постоянно пользуются двойным языковым кодом, переходя с эксплицитного способа выражения и восприятия смысла на имплицитный и, наоборот, вследствие чего и тот и другой находятся в положении «человека играющего». Поэтому эффективен приём шутки, речевого явления, но важно подчеркнуть, что создается она средствами языка. Шутку можно создать средствами изобразительного искусства (карикатура, дружеский шарж), фотографии (фотомонтаж), танца, пантомимы, музыки. Но средствами языка создаются юмористические тексты, которые не назовёшь словесной шуткой. Языковая игра развивает мышление и язык. Стремление развлечь себя и собеседника – один из факторов, подталкивающих к языковой игре. Юмор, проявляющийся в анекдотах, тостах, является специфическим феноменом, создающим предпосылки ЯИ. Тот, кто хорошо понимает анекдот, тот знает в совершенстве язык. Тост же представляет собой целостный текст, который имеет такие композиционные особенности, когда говорящий подробно излагает начальную часть текста, своеобразную предысторию того, о чём будет сказано в конце в виде вывода, заключения. Тост построен на логической цепочке.

Анекдоты и тосты – это фольклор, в них большую роль играет сюжет. Как в любом сюжете, в тосте, чаще используется возможность замены одного значения слова другим. В этом случае ЯИ строится на удачном использовании многозначности. Часто в основе тоста и анекдота лежит каламбур. ЯИ, представленная в каламбурах и анекдотах, является важным фактором освоения языка, осознания его природы и механизмов. Такая форма речевой деятельности предоставляет возможность обратить внимание на сам язык, осознать его «фактуру» и условности. А для лингвистов это возможность изучать в концентрированном виде приемы и потенции языка. Механизм действия в анекдотах основывается на игре слов, обусловленной возможностью различной интерпретации многозначного слова или слов-омонимов. При этом может возникнуть ряд эффектов юмористического характера. В анекдотах и тостах, основанных на явлении омонимии или полисемии, часто реализуется приём «коммуникационного диссонанса»: разные персонажи по-разному понимают значения многозначного слова, несоответствие в понимании проявляется, как правило, в репликах диалога: В автошколе грузин сдаёт экзамен. Автоинспектор объясняет дорожную ситуацию: - Ты едешь по узкой дороге. Слева – горы, справа – обрыв. Вдруг на дороге – красивая девушка, а рядом с ней  - страшная старуха. Кого (грамматическая ошибка объясняет неграмотность говорящего) давить надо? – Конечно, старуху. – Дурак! На тормоз давить надо! Так выпьем же за то, чтобы в трудной ситуации мы вовремя давили на тормоз.

В более общем случае оппозиционность разных интерпретаций может быть квалифицирована как дихотомия «положительного (или нейтрального) и отрицательного» (например, с т.з. ожиданий персонажа): Фермер застраховал от пожара амбар. – А если мой амбар сгорит сегодня же ночью, сколько я получу? – Лет десять, – ответил страховой агент.

Одним из приемов языковой игры является "народная этимология" - это преобразование слов в сторону их сближения с другими словами, которые представляются родственными  в силу сходства значений, или формы, или различных ассоциаций" [ЛЭС 1990: 596]. Поскольку этимологии подобного рода возникали в народной среде, эти ложные истолкованияпозднее получили название "народная этимология". На наш взгляд, подобное языковое явление можно назвать реэтимологией, так как этимология объясняет происхождение слова, а с прибавлением приставки "ре" (от латин. - "против") получается, что реэтимология - это явление, при котором слово в результате ернического осмысления сближается с этимологическим гнездом "созвучных слов, но не имеющих с ним раньше ничего общего" [Аркадьева 1983: 111]. Т.Г. Аркадьева трактует явление реэтимологии как "ложную или произвольную этимологию, при которой в слово вносятся признаки значения, присущее непосредственно слову, но имеющему с ним случайное звуковое сходство", отмечается также, что возможна реэтимология в том случае, если подлинная этимология не найдена, внутренняя форма слова, то есто ближайшее к исходному лексическое значение, "затемнена", вследствие этого и нельзя найти более обоснованные связи [Аркадьева 1983: 112]. Скорее всего, в этом случае имеет место ерническая этимологизация, при этом отбрасывается фактическая этимология слова и проявляется этимология, выявленная при помощи лингвистической игры, слово или фраза приобретают как бы вторичную мотивированность, этимологически не обоснованную. И чем неожиданнее ассоциация, тем выразительнее звучит тост.

Во второй главе работы «Тост как разновидность риторического дискурса» рассматриваются лингвистические категории текста тоста, прецедентность, характеризующая этот речевой жанр, исследуется природа комического в тосте, выявляются и описываются композиционные особенности тостов.

Самостоятельность текста вообще связана с его ограниченностью в пространстве и времени, а также принадлежностью одному автору (в том числе и коллективному). В работах академика В.В. Виноградова присутствует такое понятие, как «образ автора». В тексте тоста автор – творец. Во-первых, он свободен в выборе темы идеи тоста, в выборе языковых средств и композиции текста тоста. Текст также характеризуется целенаправленностью, т.к. он предназначен для определённой коммуникативной цели. Связность и цельность текста предполагают смысловую, логическую согласованность частей, оформление начала и конца, стилистическую целостность и соблюдение правил отбора языковых средств. Особенность текста как целого состоит в том, что текст по своей сути всегда «больше» суммы своих частей [Лукин 1999: 41].

При языковой игре текст является связующим элементом между говорящим и слушающим (как, например, в нашем случае, т.к. тост произносится и слушается), т.е. это «произведение речетворческого процесса, обладающее завершённостью», характеризующееся целенаправленностью и имеющее «прагматическую установку» [Гальперин 1981].

Текст представляет собой тематическое, коммуникативное и структурное единство. Тематическое единство текста предопределяется целью порождения языковой игры, служащей тем или иным воздействием на получателя (прагматическое или эстетическое, коммуникативное, эмоциональное и т.д.). Поскольку особенностью текста тоста является комическая направленность, то структурное единство текста, по нашему мнению, обеспечивается противоречием ожидаемого и неожиданного, соединением несоединимого, разрушением стереотипов логического мышления. С другой стороны, философская обобщенность жизненной ситуации как бы создаёт «иллюзию» логичности, всеобщей связи, поэтому в тексте тоста наличествует некая общая «абстрактная» логика, которая позволяет выстроить смысловое единство текста, объединяя самые противоречивые, несовместимые понятия: Високо, високо в седых кавказских горах, старий Георгий пас стадо овец. Високо в голубом небе парил орёл. Он увидел овец, сложил крылья и камнем упал на самого большого барана, схватил его и полетел. Старый Георгий взял ружьё, прицелился, выстрелил и попал в орла. Орёл упал на дно самого глубокого ущелья, а баран… дальше полетел. Так выпьем же за то, что бы орлы никогда не падали, а бараны никогда не летали! Здесь наблюдается былинно-сказочная композиция (лексические повторы, эпитеты и метафоры), его особенность состоит еще и в том, что героями текста являются не люди, а орёл и баран, что создает некоторое противоречие, порождающее комизм. Слушающие уже могут прогнозировать развитие «конфликта» в тексте тоста.  Противоречие, смысловая напряжённость выражены лексическими антонимами: полетел – упал и перезагруженностью текста глаголами одной лексико-семантической группы: прицелился, выстрелил, попал. Комизм, шутка состоят еще и в том, что произносящий тост пытается говорить, передавая особенности речи кавказца, неправильное произношение: високо – високо – [в’] на месте [в], особенности образного восприятия ситуации. В рамках текста как бы реализовываются два контрастных по отношению друг к другу смысла, происходит одновременная реализация противоречивых структур. Тост построен так, что в заключении текста тоста звучит резюме, связывающее, казалось бы, совершенно противоположные (контрастные) смыслы.

Текст тоста наполнен такими языковыми средствами, которые разрушают моносемизацию слова, тем самым способствуют увеличению коннотативно-прагматической емкости текста, происходит «перегруппировка», усиление одних и нейтрализация других языковых средств. В тексте тоста наблюдаем частые дополнительные коннотации, окказиональные слова и значения. И как результат такой игры: наличие параллельных смыслов (имплицитного и эксплицитного), что влечёт за собой либо двойную интерпретацию, либо логичное осмысление алогичных смыслов.

Для тоста характерен позитивный эмоциональный настрой, отсюда вытекают такие особенности тоста, как шутка, комизм, наличие культурно-этикетной составляющей. Человек, произносящий речь, либо готовит её заранее, либо строит высказывание «здесь и сейчас», экспромтом. Это устное высказывание, в тосте всегда прослеживается готовность языковой личности обогатить порождаемый ею текст фрагментами из воспринятых ранее текстов, т.е. тост отличается текстовыми реминисценциями. Следовательно, тост – это прецедентный текст. В работе мы используем дефиницию Г.Г. Слышкина, который под прецедентным текстом понимает любую характеризующуюся цельностью и связностью последовательность знаковых единиц, обладающую ценностной значимостью для определенной культурной группы. Прецедентным может быть текст любой протяженности: от пословицы или афоризма до эпоса. Статус прецедентного текста тост имеет в силу того, что он отвечает запросам жизненной идеологии данного социума. В тосте выделяются внутритекстовые и внетекстовые аспекты прецедентности,  часто присутствует (имплицитно или эксплицитно) текст-источник (притча, сказка, анекдот, цитата, быль), являющиеся артефактом культуры.

Тост – это особая разновидность речевой деятельности, пронизанная блоками-цитатами из предыдущего языкового опыта. Тост представляет собой единицу текстовой концептосферы и может рассматриваться как прецедентный текст или коммуникативный фрагмент, который хранится в памяти языковой личности.

Традиционно считается, что комическое выступает в виде нескольких форм, к ним можно отнести юмор, сатиру, иронию. В тексте тоста, как правило, присутствуют ироничные и чаще юмористические формы, которые отличаются сложной гаммой оценок .

При исследовании текста тоста, очевиден тот факт, что сатира и даже ирония не может иметь места, т.к. это противоречило бы логике ситуации: тост предполагает позитив, доброжелательность, создание тепла, дружеской обстановки. Поэтому даже если ирония в тексте тоста и присутствует, то в форме легкой насмешки, шутки.

Объектом нашего исследования является языковая игра, неотделимой частью которой является языковая шутка, следовательно, мы будем анализировать словесную форму комического.

Комическое – это отклонение от нормы. Оно может наблюдаться как на уровне формы, так и в содержании. Комическое не всегда присутствует в тосте, но если присутствует, то в форме легкой шутки, каламбура, метафоры и т.д., т.е. реализуется комическое в тосте в основном на семантическом уровне. Игра с языковой формой при создании комического эффекта в тосте, как правило, отсутствует, и в этом особенность ЯИ в тосте.Приведем пример дагестанского тоста: К Абдуле пришел сосед с просьбой.  – Абдула, одолжи мне осла в город съездить. – Не могу, - ответил тот, - мой брат как раз уехал на нём по своим делам. -  Жаль, - сказал сосед и вышел. Только он отошёл от дома, как услышал из усадьбы Абдулы ослиное ржание. – Что же ты меня обманываешь, Абдула? – говорит вернувшийся сосед. – Оказывается, твой осёл дома! - Ты кому  больше веришь: мне или ослу? – отвечает тот. Так давайте выпьем за сложности жизни! В жизни всякое бывает – арбитром в споре, как видим, может стать и осёл! (М. Билалов, А. Мурзаев, с. 101)

Особенностью большинства кавказских, в частности дагестанских тостов, является то, что комическое создаётся неким контрастом: описывается обычная, реальная ситуация, но разрешается она неожиданно, дискредитируя всё, что было сказано ранее. Мы наблюдаем некий «абсурд». В этом и заключается комический эффект тоста. Этот алогизм реализуется и в структуре тоста: он состоит из 3-х смысловых частей, последняя является выводом, своеобразным резюме первой части. Сюжет тоста построен на контрасте, создающем «обманутые ожидания», именно в этом и заключается комизм тоста.

В основе тоста лежит процесс коммуникации, т.е. взаимодействия отправителя и получателя посредством устного общения, происходящего в определенное время в определенной ситуации, в данном случае – когда говорящий ставит своей целью высказать пожелания, напутствия. При этом мы имеем дело с конкретной коммуникативной обстановкой. Текст тоста отличается логикой изложения мысли, красноречием, остроумием, пронизан добротой, толерантностью. Незначительное число тостов грешат банальностью, однообразием, а некоторые (что не типично для кавказских тостов) и пошлостью. Дагестанский народ отличается уникальным искусством произнесения тостов, построенных на традиционных приемах народного творчества. Особенностью кавказского тоста является строгая выдержанность в уважительном ключе, как по отношению к тому, кому тост адресован, так в целом всей компании. Уважительность говорящего ко всем участникам застолья придает застолью особый колорит и организованность. Поэтому немаловажна эстетическая сторона остроумных, красивых тостов.

В зависимости от цели, мотивов тоста можно определить некоторые композиционные особенности текста тоста. Одни тосты строятся от общего к частному: 1) с притчи, легенды, сказки: Есть притча горская, Что, умирая, Отец меж старшим сыном и меж младшим – По равной доле – землю разделил. Придя домой, подумал младший брат: «У брата моего жена и дети, Ему земли, конечно, больше надо». И ночью – сдвинул камень на меже, Себе поменьше отделив участок. А старший брат, придя домой, подумал: «Неверно землю разделил отец. Ведь в помощь мне есть и жена и дети, Мы проживем. А брат мой – одинок». И ночью сдвинул камень на меже, Себе поменьше отделив участок… Сердечны братские объятья, И нет надежней братских рук. Я поднимаю тост за братьев. Брат брату – самый лучший друг! (Ф. Алиева, с. 115); 2) для создания шутки, комизма часто тосты начинаются с анекдотов: К 50-летнему юбилею. После кораблекрушения мужчины оказались на одном необитаемом острове, женщины – на другом. Мужчины решают, что делать? 20-летний: «Давайте махнем вплавь к женщинам». 30-летний: «Спокойно! Сейчас соорудим плот и переплывем вместе». 40-летний: «А чего суетитесь? Сейчас они сами к нам переплывут». 50-летний: «И чего вы, ребята, шумите? Отсюда же все хорошо видно». Дорогой N.! Ты сегодня вступаешь в этот 50-летний возраст. Мы, зная твой боевой характер, твое весьма «уважительное» отношение к женскому полу, хотим поднять бокал за то, чтобы ты не занимал к женщинам такую позицию, как вышеупомянутый сверстник и до 100 лет не разучился плавать. (М. Билалов, А. Мурзаев, с. 51); 3) с цитирования, реминисценций: Одна писательница запомнила такой  случай: некрасивая женщина с красавцем-мужем (военным) заходит в магазин. Народ сразу обратил на них внимание. И тут женщина сказала: «Вы меня извините. Но как красоту делили – я спала, а как счастье делили, - я проснулась». И народ умолк, оторопел. Дорогой жених! Я смотрю на твою избранницу и вижу: она не спала, когда делили красоту. Хочу пожелать, чтобы ты не давал ей спать, когда будут делить счастье! (М. Билалов, А. Мурзаев, с. 91);4) с повествования о какой-либо поучительной истории из жизни: Когда поэта Расула Гамзатова пригласили на связь с космической станцией «Мир», на борту которой находился космонавт Муса Манаров,  поэт спросил: «Ну, как Муса, в космосе?» -  В космосе порядок.  А как на земле? - А на земле как был ужасный беспорядок, так и есть -  горестно ответил мудрец Расул. Друзья мои! Я,   как тамада,  хотел бы, чтобы на нашем застолье был такой же порядок,  как в космосе.  Пусть дела, нервотрепки, заботы, обиды – т.е. весь беспорядок -  остаются за пределами нашей дружной компании. Предлагаю тост за здоровье всех сидящих за этим столом!  (М. Билалов, А. Мурзаев, с. 35); 5) с использования пословицы, поговорки, фразеологизма: Друзья! Говорят,  что «слово -  серебро,  а молчание -  золото». Предлагаю пополнить золотой запас нашей компании и послушать N,  который, надеюсь,  не пожалеет для нас своего серебра. (Тосты, с. 36); 6) тост начинается с использовани сравнений: Хороший друг - как ветер. При несчастье  Он унесет и горе и беду, Как листья,  что осыпались в ненастье В осеннем, холодеющем саду. А в радости -он  мощный вал,  Стоящий Надежно на пути врагов твоих. Люблю друзей надежных,  настоящих. Ценю. И поднимаю тост за них.  (Ф. Алиева, с. 116); 7) с использования частушек: Я, как тамада, обязан вас развлекать. Если не справлюсь, - в другой раз меня не изберете. В этой связи мое положение можно сопоставить с содержанием народной частушки: На пеньке сидит медведь Мою песню слушает. Если перестану петь, Меня медведь скушает. Итак, я «продолжаю  петь»  и предоставляю слово нашему другу N.. (М. Билалов, А. Мурзаев, с. 23). Определенная часть тостов строится от частного к обобщению. У Ф. Алиевой многие тосты начинаются одинаково: «Счастливый путь, сынок!»  или «Ты, дочь моя, уходишь в дом чужой…»

В начале тоста звучит обращение и пожелание конкретному человеку, а в конце тоста представлено обобщение, своеобразное резюме, философский вывод: Счасrпивый путь, сынок! Не на пороге Дают мужчинам цену, А в дороге. Но,  совершая даже легкий путь, Перед другими выскочкой не будь.  Ведь выскочка изгадит всю дорогу. В нем пользы мало, только пыли много. Однако и в хвосте плестись – что толку?Отставший беззащитен перед волко (Ф. Алиева, с. 11).

Тосты подобной композиции заканчиваются метафорическим резюме. Языковая игра присутствует в каждом тосте в виде игры со смыслом, чаще это неожиданное обобщение, неизменное жизненное противоречие вдруг получает простое решение: Уважаемый N.! Поздравляя Вас с вековым юбилеем,  хочу подчеркнуть  выигрышность этого возраста. Пусть женщины знают,  что  в 50  лет мужчина более опасен, чем во всяком другом возрасте. Ибо обладает дорогостоящим опытом и часто – состоянием. (Эти слова не мои – Бальзака). Желаю Вам,  уважаемый, N.,  чтобы Ваш опыт и состояние дали в этом юбилейном году большее удовлетворение жизнью. (М. Билалов, А. Мурзаев, с. 60)

Таким образом, в основе композиции тоста лежит логическая цепочка: 1) вступительная часть – обращение, представляет собой своеобразную предысторию того, о чем будет сказано в конце в виде вывода, обобщения и, естественно, пожелания; 2)         основная часть содержит суть – пожелание, поздравление и является конкретной, адресной, и далее как обоснование – обращение к другим жизненным ситуациям с использованием мини-текстов разных жанров (анекдота, притчи, легенды, пословицы и т.д.); 3) заключительная часть – резюме, содержащее чаще нравоучение, наставление, пожелание.

 В третьей главе данной диссертации «Языковая игра в тосте: функции и формы реализации» объектом исследования является прагматическая составляющая языковой игры в тосте, языковые средства, с помощью которых она реализуется в тосте.

Выбор текста тоста в качестве непосредственного объекта для анализа приёмов и средств ЯИ мотивирован тем, что в тосте языковое экспериментирование представлено, на наш взгляд, в исключительно универсальном, широком диапазоне. Функциональная ориентация тоста не имеет чётко определённых рамок. Направленность тоста можно рассматривать от общественно значимой, направленно ориентированной до мелкой, бытовой, выражающей ситуативную иронию, шутку. Это обстоятельство сказывается и на приёмах языковой игры, которые не всегда можно чётко и однозначно функционально квалифицировать. ЯИ в тостах не является самоцелью, а с помощью приёмов языковой игры достигается смысловой эффект.

Одним из наиболее распространенных источников ЯИ в тостах являются лексические средства, полисемия, активно используются в тосте стилистические фигуры.  Обслуживая разные синтаксические функции, метафора и метонимия, по мнению Н.Д. Арутюновой, находятся между собой в отношении контраста. Они различаются характерными для каждого тропа закономерностями семантической сочетаемости: Пусть будет сыт всегда ваш дом И радостью и счастьем. И ещё – Во рту у вас всегда пусть будет сладко, В глазах – бесслёзно, В сердце – горячо (Ф. Алиева, с. 45). В приведённом тосте используется и приём метонимии (дом – члены семьи, обитатели дома) и метафоры (сладко, бесслёзно, горячо). Метафора – это яркое средство создания образа в результате скрытого сравнения, каких-либо ассоциаций; при метонимии же сближаются понятия, находящиеся в отношениях смежности: Ты дочь моя, уходишь в дом чужой. А каждый дом – сам по себе держава. Там всё своё. Там распорядок свой, И свой закон, И правила, И право. Свои капризы у порога брось, И уважай привычки их любые: Коль там хромые – обопрись на трость, И надевай очки – коль там слепые. (с. 38). Основное содержание тоста – пожелание – заключается в метафоре: «каждый дом – держава». Держава – 1. То же, что и государство (высок.). Употребление слова высокого стиля создаёт возвышенность, патетичность, а последующее использование слов одной тематической группы – распорядок, закон, правило, право – усиливаетметафорический образ. Привлекает внимание слушателей и обыгрывание слов правила и право, называемое в стилистике парономазией, заключающейся в постановке рядом слов, близких по звучанию, но разных по значению. Вторая часть тоста, в которой присутствует напутствие, пожелание дочери, отличается простотой, «прозаичностью», но не меньшим эмоциональным накалом в живой яркой метафоре: Коль там хромые – обопрись на  трость, И надевай очки – коль там слепые!

Если сравнивать поэтические кавказские тосты (например, тосты  Ф. Алиевой) с современными тостами, то они отличаются яркими метафорами и индивидуально-авторским употреблением слов с метонимическими значениями.Ф. Алиева: И чтобы злу и войнам вопреки Вовек не тосковали на планете О доброй теплоте мужской руки Ни старики, ни женщины, ни дети. Теплота руки –метафора; тосковать по мужской руке – метонимия (тосковать по мужчинам). Из напутственного слова сыну: Хочу, чтоб ты, вышагивая чинно, В моднейшей шляпе вдруг не зафорсил. И не забыл папаху из овчины, Которую с младенчества носил…Чтоб не забыл ту малую тропинку…Используется метонимия: родина ассоциируется с папахой, с малой тропинкой. (с. 67). Из современных тостов: Что я сейчас чувствую? Легкое опьянение и головокружение. А причина – венок роз и лилий,  который мы встретили здесь.За  вас, богини любви, за вас, очаровательные  инженю,   за вас, гордые мадонны! (Тосты, с. 91). Метонимия: венок роз и лилий – это женщины, богини любви. Целью такой языковой игры является создание «обобщающего эффекта», выходящего за пределы данного текста. Подобного рода приёмы ЯИ носят нравоучительный, нравственно-воспитательный характер.

Тосты Ф. Алиевой отличаются тем, что в одном тексте переплетаются разные приёмы ЯИ. Употребление слов в переносных метафорических значениях часто сопровождается сравнениями: Вы – молоды, друзья, и оттогоВсе в вас еще стремительно, как выстрел,И от костра большого своего Вы безотчётно отдаете искры. А я прошу вас всех поднять бокалы, Чтоб искры сердца не сгорали зря,Чтобы от каждой искры зажигались И новый свет и новая заря. (Ф. Алиева, 124). Приёмы градации, т.е. привлечение ряда однородных членов предложения: костёр, искры, свет, заря, в котором каждое последующее отличается более емкой семантикой, благодаря чему усиливается общее впечатление, производимое группой слов, а также привлечение стилистической фигуры синтаксического параллелизма: чтоб…, чтобы….

В некоторых случаях ЯИ строится на актуализации разных значений слова: Один мужчина приехал на курорт. Через некоторое время познакомился с прекрасной блондинкой на пляже. А еще через некоторое время между ними состоялся такой разговор: - С того дня как я познакомился с вами, - сказал курортник, - я не могу ни есть, ни пить, ни курить…- Вы так сильно полюбили меня? – спросила она. - Нет, просто на всё это у меня не остаётся денег, - ответил он. Я хочу выпить за дорогих нашему сердцу женщин! (Тосты, с. 74). Обыгрываются различные значения  слова дорогой – 1. Имеющий высокую цену; 2. Любезный, милый, любимый.Языковая игра заключается в «противопоставлении» двух смысловых планов. Успешность языковой находки в данном тосте связана с интересным столкновением двух значений. Предыстория, первая часть тоста, подготавливает слушателей к выводу, который следует в конце. Только после услышанного выше можно понять, за каких «дорогих» женщин предлагается тост.

Некоторые исследователи ЯИ говорят об асоциальном наложении, когда происходит двуплановость восприятия слова в тексте: Девушка – это звезда. А звезды прекрасны ночью. Поднимем наши бокалы за полярные ночи! Приёмы языковой игры с использованием ассоциативного наложения значений слов в тексте тоста достаточно продуктивны.

Семантическая структура слова содержит богатые возможности для передачи информации в её тончайших смысловых и стилистических оттенках, что наиболее ярко проявляется в таком языковом явлении, как каламбур. Каламбурные комбинации – это один из разнообразных и ярких приёмов языковой игры. Уникальность каламбура состоит «в одновременной абсурдности и правдивости смысловых сближений» [Сопова  2007: 129]. В каламбуре присутствует намеренное использование полисемии, омонимии для создания игры смыслов и как результат – нетрадиционное восприятие действительности: Когда-то в XV веке три маленьких судна, называемых каравеллами, поплыли от берегов Испании на запад открывать Америку. Мужчины любят что-нибудь открывать – америки, бутылки… Они добрались до неизвестного материка и увидели страну, полную плодородных земель, лесов, рек.… Посмотрев на эти богатства, они поплыли назад – к своим домам, женам, любовницам. Значит, женщины – тот магнит, к которому тянется мужчина. Так выпьем за этот магнит, за милых женщин! (Тосты, с. 67). Каламбур в приведённом примере строится на семантических отношениях противопоставления прямого и переносного значений. Комический эффект такой ЯИ возникает в результате ассоциативной провокации.

Как игровой прием можно выделить использование чужих слов, цитат разного рода, афоризмов, фрагментов из произведений разных авторов. Это может быть известное в структурном отношении построение, которым воспользовался говорящий: Моделью можешь ты не быть, но теплой женщиной быть обязана. (Тосты, с. 71). Ассоциативное наложение произошло по модели известных строк стихотворения «Поэт и гражданин» А.С. Пушкина: Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан. Включение говорящим в свой текст тоста "чужих слов" в форме прямых или закамуфлированных цитаций создаёт эффект интертекстуальности и своеобразной "лоскутности" текста.

Примеры из тостов, касающиеся лексического уровня, свидетельствуют о важности текстов окружения для какой-либо лексемы. Лексическое значение определяется именно контекстом, благодаря чему и создаётся каламбурная двусмысленность и языковая игра. Использование паронимов создает дополнительные возможности для языковой игры. Чем неожиданнее подбор созвучных слов, тем ярче, экспрессивней и выразительнее смысловой контекст: Мой любимый старый дед Обожал кордебалет. Я же – сердцем шире, чем мой дед, обожаю винегрет. Бабы, что баобабы, медный лоб, но без них ты – остолоп! За наших жён! (Тосты, с. 67).

Употребление омонимов – это своеобразный семантический каламбур, используемый для создания комического эффекта в тостах: Порядочная женщина – та, которая любит порядок: сегодня один любовник, завтра – другой, послезавтра – третий! Я поднимаю бокал за порядочных женщин! (Тосты, с. 98). Обыгрываются разные значения двух слов, происходит ассоциативное наложение:  порядочный – честный. Окказиональное образование: порядочный – от порядок – правильное расположение чего-нибудь, последовательность: Не жди, что в жизни будет каждый год и каждый день – отрадой и наградой. Несчастьем может обернуться радость. Закатом завершается восход (Ф. Алиева, с. 90). Обыгрывается две пары антонимов: закат = восход и контекстуальные антонимы: несчастье = радость. Этот тост – напутствие сыну, использование слов с противоположном значением позволяет поэтессе рассказать сыну о сложности и противоречиях жизни и предостеречь от опрометчивых поступков: Сумей большой огонь разжечь на малом огоньке. И хлеб большой сумей испечь на небольшой муке.В чрезмерной вышине орлу сокрыта гибель. В чрезмерной глубинесокрыта гибель рыбе (с. 93). Здесь использованы контекстуальные антонимы: вышина = глубина. Употребление эпитета чрезмерный при этих антонимах позволяет подчеркнуть опасность всего запредельного. Антитеза строится с использованием фигуры синтаксического параллелизма. В тексте противопоставлены образы орла и рыбы в своей конкретной стихии.

Тосты Ф. Алиевой отличаются высокой художественностью, богатством образов, неожиданными ассоциациями. Народные же тосты построены на использовании упрощённых, как смысловых, так и языковых, средств и приёмов. Антитеза народных современных тостов направлена на создание каламбура, создающего некоторый комизм, иронию: Как вы думаете, чем отличается форма от содержания?... Один сказал: «Если есть форма, то нужно брать на содержание». А мы давайте выпьем за прекрасную форму и прекрасное содержание, которое мы наблюдаем здесь. За вас, девушки! (Тосты, с. 89). Языковая игра в этом тосте строится не только на антитезе.  Игра со смыслом слов охватывает весь тост. Здесь мы наблюдаем обыгрывание еще и разных значений слова: содержание – 1. Обеспечение кого-либо средствами к жизни. 2. Единство всех основных элементов целого,  его свойств и связей, существующее и выражаемое в форме и неотделимое от нее. А противопоставленность слов форма и содержание лежит в основе всего тоста. Причем высказывание построено так, что слушатель понимает значение двоякое, т.е. актуализация разных смыслов вызывает ассоциативное наложение.

Особенностью языковой игры в тосте является такой стилистический приём, который в психолингвистике называется эффектом обманутого ожидания. «Эффект обманутого ожидания», по мнению учёных, усиливает выразительные возможности текста, вызывает интерес адресата, является достоинством тоста.

Определённая часть тостов строится на приёме «буквального понимания» (буквализации) образных, устойчивых идиоматических оборотов речи, значение которых отмечается от простого суммирования составляющих их слов-компонентов. В отличие от лексики, устойчивые выражения – это не только нормативность, но и устойчивость структуры и семантики, взаимозависимость компонентов, формальная и семантическая воспроизводимость: устойчивые обороты, т.е. фразеологизмы  не терпят перестановки слов, замены или внедрения компонентов, поэтому любая перестановка, замена, структурные и семантические преобразования ведут к языковой игре: Будем сегодня совершать преступления: убивать… время, топить… горе на дне рюмки, морить… червяка, драть…горло, душить…смех и пороть...всякую чушь. (Тосты, с. 87). Произошла деактуализация когнитивной структуры фразеологизмов в речи говорящего: убивать время – ‘бесцельно проводить время’; топить горе в рюмке – ‘быть в алкогольном запое’; морить червяка – ‘утолять голод’; драть горло – ‘кричать, громко говорить’; душить смех – ‘сдерживать смех’; пороть чушь – ‘говорить глупости’. Но ситуация застолья позволяет понимать эти обороты как фразеологизмы.

Жизненные обстоятельства при произношении тоста способствуют обращению к выразительным, экспрессивным средствам, подталкивают к словотворчеству или к окказиональной интерпретации смысла известных языковых единиц. С одной стороны, тост – это элемент общения между членами определённого собрания людей, а с другой стороны, тост служит средством выражения самого себя. Потому в тосте наблюдаем переплетение литературного нормированного языка и достаточно большого количества речевых окказиональных образований или ситуационных употреблений.

Исследователи приёмов ЯИ, основанной на словотворчестве (В.З. Санников, С.В. Ильясова и др.), называют два основных способа словообразовательной игры: 1) переосмысление словообразовательной структуры слов, уже существующих; 2) создание новых слов [Санников 1999: 146]. Авторы называют следующие приёмы ЯИ, основанные на словообразовании: контраст между частями слова; контраст модели и её наполнения; приём порождения одноструктурных производных; имена лиц как производящие основы в шутливой разговорной речи;приём рифмованного эха. Перечисленные приемы ЯИ могут быть представлены следующими разновидностями: переосмысление словообразовательной структуры, создание новых слов.

ЯИ создается и в результате формального соединения семантически разных структур: За созастольниц, совыпивох, сосмеячек и соблазнительниц! Дорогие созастольники, соучастники, собеседники, сострадальцы, соратники, сотоварищи, сотрапезники, совинопойцы, совладельцы совеселья.  Сокрушим сообща сопечали  и согреемся содержимым собутылок! За божественную приставку «со»! (Тосты, с. 69). В приведенном тосте обыгрываются значения приставки со значением совместности действия. Наряду со словами узуальными с этой приставкой говорящим легко образуются окказиональные слова, семантика которых прозрачна, мотивирована.

        Подобные приёмы в науке называют словообразовательными шутками. Сравнивая «словообразовательные шутки» в средствах массовой информации и в тостах, следует отметить значительно большую креативность текстов газет по сравнению с тостами. Объяснение этому элементу ущербности тоста, видимо, надо искать в авторстве текста. Тост может произносить любой участник застолья и, конечно, же, он не лингвист, не филолог, в отличие от автора газетной статьи, как правило, профессионально владеющего словом, – журналиста. Поскольку говорящий при высказывании за столом рассчитывает на эмоционально-чувственное восприятие, то он прибегает к словотворчеству. Это может быть переосмысление словообразовательной структуры или семантики известных слов, а также создание новых слов либо по языковым моделям, либо с нарушением таковых. В тексте тоста преобладает переосмысление словообразовательной структуры, а также семантики отдельных аффиксов (приставок и суффиксов) с нарушением законов их сочетаемости, т.е. наблюдается расширение валентностных возможностей разных морфем (спотыкач, созастольники, совинопольцы и т.д.). Использование словообразовательных средств в тосте обусловлено стремлением говорящего к экспрессии, к комическому эффекту.

В Заключении подводятся основные итоги работы, сделаны конкретные выводы  и намечаются перспективы исследования. Эстетическая функция языка   в современной прагматике рассматривается как основная. Суть ее характеризуется привлечением внимания к плану выражения, переориентацией коммуникативных акцентов.

Исключительность языковой игры в тосте продиктована особенностями самого тоста. Это устное неподготовленное высказывание в неофициальной обстановке. Устная речь не имеет стандарта высказывания. Но в тосте присутствует некая общая "абстрактная" логика, которая позволяет выстроить смысловое единство текста. Непринужденность и отсутствие установки на форму и содержание высказывания позволяют говорящему использовать самые разные приемы и манипулировать языком в широком диапазоне.

В связи с этим ЯИ в работе рассматривается как коммуникативная деятельность человека, в основе которой лежит креативное начало. Намеренно нарушая языковые нормы, говорящий четко представляет общие принципы и правила языка. Такое отклонение влечет эффект неожиданности, привлекая внимание слушателей, и создает элемент комичности, шутки.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях:

I. Статья, опубликованная в издании, рекомендованном ВАК РФ:

1. Шихкебирова Н.И. Проявление в тостах языковой игры, построенной на взаимодействии лексико-семантических вариантов слова // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. Вып. № 3.  Пятигорск, 2012.  С. 42-45.

  1. Статьи, опубликованные в других изданиях:                   

2. Шихкебирова Н.И. Тост как разновидность риторического дискурса // Литературная критика и редакционно-издательская деятельность: опыт классики в современном контексте. Материалы научно-практической конференции . Махачкала, 2010.  С. 150-160.

3. Шихкебирова Н.И. О феномене языковой игры как виде речевой деятельности // Вопросы русского и сопоставительного языкознания. Махачкала, 2010. С. 38-43.

4. Шихкебирова Н.И. Реминисценции в тосте // Проблема жанра в филологии Дагестана. Материалы межрегиональной конференции.  Махачкала, 2010. С. 123-126.

5. Шихкебирова Н.И. Тост: языковая игра, построенная на каламбурах // Вопросы русского и сопоставительного языкознания.  Махачкала, 2011. С. 56-60.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Формат 60х84 1/16. Печать офсетная.

Бумага №1. Гарнитура «Таймс»

Усл. печ.л – 1,5. Заказ № 86. Тираж 100 экз.

Отпечатано в типографии “Радуга-1”

г. Махачкала, ул. Коркмасова, 11 “а”

 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.