WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

СУДЕБНАЯ ДОКТРИНА В СИСТЕМЕ ИСТОЧНИКОВ НАЛОГОВОГО ПРАВА США

Автореферат кандидатской диссертации

 

На правах рукописи

 

 

 

 

Романова Екатерина Викторовна

 

 

СУДЕБНАЯ ДОКТРИНА В СИСТЕМЕ ИСТОЧНИКОВ

НАЛОГОВОГО ПРАВА США

Специальность 12.00.14 – административное право, финансовое право, информационное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

 

 

 

 

Москва – 2012


Работа выполнена на кафедре административного и финансового права Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России.

Научный руководитель:

доктор юридических наук, профессор ТОЛСТОПЯТЕНКО Геннадий Петрович

Официальные оппоненты:

КУЧЕРОВ Илья Ильич

доктор юридических наук, профессор,

Всероссийская государственная налоговая академия Министерства финансов Российской Федерации, заведующий кафедрой финансового и налогового права юридического факультета

ИВЛИЕВА Марина Федоровна

кандидат юридических наук, доцент,

Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова, заведующая кафедрой финансового права юридического факультета

Ведущая организация:

Московская государственная юридическая академия имени О.Е. Кутафина

Защита состоится 17 мая 2012 года в 15.00 на заседании диссертационного совета Д 209.002.05 в Московском государственном институте международных отношений (Университете) МИД России по адресу: проспект Вернадского, 76,           г. Москва, 119454, ауд. 216.

С диссертацией и авторефератом можно ознакомиться в научной библиотеке имени И.Г. Тюлина Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России по адресу: 119454, г. Москва, проспект Вернадского, 76 и на сайте www.mgimo.ru.

Автореферат разослан «16» апреля 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

д.ю.н., профессор

ПАВЛОВ Е.Я.

Общая характеристика работы

Актуальность темы. Вопрос источников права является основополагающим в теории права. Эффективность правовых норм во многом зависит от формы их выражения и закрепления.

Принимая во внимание тот факт, что регулирование налоговых отношений осуществляется преимущественно посредством императивного метода властных предписаний, основанных на государственном принуждении, определение границ этих властных полномочий имеет в налоговом праве не только теоретическое, но и большое практическое значение. Определенность источников налогового права является гарантией соблюдения прав и интересов всех участников налоговых отношений, это необходимое условие стабильного функционирования налоговой системы государства в целом. В последние десятилетия в Российской Федерации сформировалась принципиально новая налоговая система. Однако при этом налоговое реформирование продолжается. Важным условием эффективного функционирования налоговой системы страны является ее грамотное правовое регулирование посредством правовых норм, закрепленных в различных источниках. На сегодняшний день можно говорить о противоречивости российского налогового законодательства и необходимости совершенствования системы источников налогового права.

Деятельность судебной власти оказывает существенное влияние на регулирование налоговых отношений. Однако при этом понятие и место судебной доктрины в системе источников налогового права России остается неопределенным.

Несмотря на то что в юридической науке широко применяется термин «доктрина», на сегодняшний день не существует единого подхода к определению ее сущности, содержания, выполняемых функций, формы выражения и места в системе источников права.

Юридическая доктрина вносит существенный вклад в регулирование общественных отношений посредством разработки, объяснения или оспаривания тех или иных правовых норм. Именно с помощью доктрины создается логически упорядоченная система позитивного права.

В отечественной юриспруденции понятие «доктрина» чаще всего употребляется в широком смысле и рассматривается в качестве синонима понятиям «правовая наука» и «правовое учение» либо, что встречается реже – в качестве политико-правового акта, представляющего собой обобщенную официально принятую точку зрения по вопросам государственного значения. При этом в российской правовой науке практически не применяется понятие «судебная доктрина», которое активно используется в праве США.

В зарубежной юридической науке широко обсуждается вопрос о месте судебной доктрины в системе источников права, что является актуальным также и для отечественной юриспруденции. В данной ситуации анализ зарубежной практики и сравнительно-правовое исследование могут стать основой для выработки подходов к решению этой проблемы.

Опыт США в области применения судебных доктрин при регулировании налоговых отношений интересен потому, что в своей практической деятельности американские суды уже нашли разрешение тех проблем, с которыми российские суды сталкиваются в настоящий момент. Помимо этого изучение зарубежного опыта представляется полезным для устранения пробелов в отечественном законодательстве.

Актуальность темы диссертационного исследования обусловлена также теоретической и практической значимостью вопросов, связанных с определением понятия «судебная доктрина» как источника налогового права.

Для эффективного использования судебной доктрины как регулятора налоговых отношений необходимо выработать логически последовательное и внутренне непротиворечивое понятие судебной доктрины, определить ее место в иерархии источников налогового права, а также выявить порядок взаимодействия судебной доктрины с иными источниками права.

Перечисленные обстоятельства свидетельствуют об актуальности диссертационной проблематики и обусловливают выбор темы работы.

Объектом исследования являются общественные отношения, складывающиеся в процессе формирования и применения судебных доктрин в налоговом праве США.

Предмет исследования составляют законодательство, судебная практика и научные источники, содержащие понятийный аппарат, с помощью которого осуществляется характеристика таких категорий, как «источник права», «доктрина», «юридическая (правовая) доктрина», «судебная доктрина».

Цель и задачи исследования. Цель исследования состоит в определении роли судебной доктрины в системе источников налогового права США путём анализа истории формирования, степени разработанности судебных доктрин, а также практики применения их судами. Проведение сравнительно-правового исследования на примере США поможет выявить особенности и закономерности развития судебных доктрин по налоговым спорам в национальных правовых системах, а также факторы, которые определяют место судебных доктрин в системе источников налогового права.

Исходя из целей исследования диссертант определил следующие задачи, подлежащие решению:

1) рассмотреть теоретические подходы к определению понятия источник (форма) права;

2) определить понятие судебной доктрины в праве США;

3) рассмотреть систему источников налогового права США;

4) описать и проанализировать подходы к вопросу о месте судебной доктрины в системе источников налогового права, принятых в государствах англосаксонской системы права;

5) проанализировать практику судов США и судебных органов РФ с точки зрения наличия и применения судебных доктрин.

Методологическая основа исследования. При написании диссертации использовались как общие, так и специальные методы научного познания.

Основой для анализа вопросов общетеоретического характера, рассматриваемых в работе, послужил метод диалектического познания.

Диалектический метод является методологической основой диссертационной работы и предполагает всестороннее и объективное изучение исследуемых явлений, выявление их связей и взаимодействий. Наряду с ним были использованы методы сравнительного правоведения, интерпретации правовых идей, формально-логический метод толкования, метод анализа научных публикаций, относящихся к диссертационной проблематике, а также метод теоретико-правового моделирования и научного прогнозирования.

Стремясь дать теоретически обобщенное представление о предмете исследования, диссертант опирается на метод сравнительного правоведения, который имеет существенное значение для изучения проблемы источников права, поскольку анализ законодательного массива одной страны, конечно, позволяет заметить имеющиеся недостатки и неточности, но не дает возможности сформулировать и предложить варианты их устранения, поскольку эта задача может быть решена только путем компаративного изучения зарубежного налогового законодательства.

Теоретическая основа исследования. При создании теоретической базы и понятийного аппарата исследования использовались научные положения и выводы отечественных и зарубежных специалистов в области общей теории права, международного, конституционного, финансового и гражданского права.

Научное исследование в любой области юриспруденции, и особенно затрагивающее проблему судебной доктрины в системе источников налогового права, невозможно без обращения к научным трудам в области общей теории права и права США. К таким исследованиям относятся работы С.С. Алексеева, М.В. Баглая, А.Б. Венгерова, Р. Давида, М.Ф. Ивлиевой, В.М. Корельского, Н.М. Коркунова, В.В. Лазарева, В.И. Лафитского, Ю.И. Лейбо, О.Э. Лейста,              А.В. Малько, М.Н. Марченко, B.C. Нерсесянца, В.Д. Перевалова, Г.Ф. Шершеневича, Л.С. Явича и др.

Рассматривая вопрос о юридической природе решений Конституционного Суда Российской Федерации, нельзя не упомянуть о работах в области конституционного права РФ, в частности, монографиях и статьях М.В. Баглая, Г.А. Гаджиева, В.Д. Зорькина, O.E. Кутафина и др.

Вопросы теории финансового, гражданского, международного права,  европейского права, налогового права России и США рассматриваются в работах А.В. Брызгалина, И.И. Веремеенко, А.А. Васильева, Д.В. Винницкого, Е.А. Васильева, И.А. Гончаренко, Е.Ю. Грачёвой, М.Ф. Ивлиевой, И.И. Кучерова, А.А. Малиновского, С.Г. Пепеляева, Г.В. Петровой, С.В. Савсерис, Г.П. Толстопятенко, Н.И. Химичевой, Р.А. Шепенко, Д.М. Щекина, Л.М. Энтина и др.

Исследование судебной доктрины в области налогового права зарубежных стран невозможно без изучения особенностей налоговых систем этих государств. Рассматриваемая проблематика обусловила необходимость обращения к трудам зарубежных ученых-юристов. Речь идет о публикациях таких авторов, как Дж. Бенкман, У. Бернам, Дж. Галлоро, Р.Л. Дернберг, Д.Дж. Джиффорд, Э. Джэнкс, Р. Кросс, Д. Макгинти, Д. Шавиро и др.

В работе также исследуется практика судов США и высших судебных органов РФ по налоговым спорам, а также научные взгляды и теоретические исследования по данному вопросу. Большинство выводов и положений диссертации основано на анализе текстов нормативно-правовых актов, актов правоприменения налоговых органов, судебных решений.

Степень разработанности темы. Следует отметить, что отдельные аспекты проблематики, обозначенной темой диссертации, привлекали к себе внимание как отечественных, так и зарубежных ученых.

Дискуссионные вопросы, связанные с общетеоретическим анализом понятия «источник права» и «правовая (юридическая) доктрина», проблемой построения системы источников американского права, анализом отдельных источников права США, равно как и вопросы, связанные с определением места и роли законов, прецедентов, доктрины в системе источников права США, в той или иной мере освещали в своих трудах С.С. Алексеев, И.Ю. Богдановская, А.А. Васильев, У. Бернам, Р. Давид, И.Ю. Жигачев, А.А. Зозуля, С.А. Комаров, И.А. Кривых, В.И. Лафитский, М.Н. Марченко, С.А. Нотин, Кр. Осакве, Е.А. Петрова и др.

Однако в настоящее время в отечественной научной литературе отсутствует комплексное исследование, посвященное собственно природе судебной доктрины и месту судебной доктрины в системе источников налогового права США. Представляется, что данное диссертационное исследование в определенной степени восполняет отмеченный пробел.

Научная новизна диссертации заключается в том, что впервые в отечественной науке на основе комплексного анализа законодательства и правоприменительной практики было определено понятие и место судебных доктрин в налоговом праве США и предложены рекомендации по использованию этого опыта в России.

Положения, выносимые на защиту:

  1. Все большее значение в правовых системах стран общего права в качестве источников права стали иметь не столько мнения отдельных юристов, сколько доктрины, сложившиеся в результате многолетней академической и практической деятельности. С правовой точки зрения подобные доктрины представляют собой достаточно сложное явление, которое редко содержит в себе конкретную правовую норму, а требует дальнейшего уточнения. В США – это судебные доктрины, сформировавшиеся в результате вынесения судами серии однотипных судебных решений. Именно в результате сопоставления таких решений вырабатывается общий подход, который и становится обязательным. Судебные доктрины США имеют следующие отличительные черты: 1) формируются на основе принципа stare decisis; 2) являются результатом обобщения обширной судебной практики; 3) носят нормативный характер.
  2. Судебная доктрина – это не просто совокупность прецедентов, судебная доктрина имеет существенное отличие от прецедента. В процессе решения множества сходных судебных дел значение первого прецедента (первоисточника) постепенно утрачивается, благодаря многократному применению прецедент становится частью судебной доктрины, которая выполняет роль эффективного средства обобщения судебной практики. Судебная доктрина означает принцип, лежащий в основе выводов, принятых в судебной практике. Однако судебная доктрина представляет собой не просто принцип, судебная доктрина является одновременно и правовым принципом, и методом решения судебных дел, т.е. типовым (комплексным) подходом.

Необходимость применения судебных доктрин связана с отсутствием единой позиции в отношении буквального и целевого толкования налогового закона. В течение длительного времени судами США были выработаны методы проверки сделок на соответствие нормам закона не только по форме, но и согласно намерениям законодателя. Таким образом, судебная доктрина в системе налогового права США – это не правовая позиция судов по толкованию нормы права, существенно изменяющая ее понимание, а система правил оценки налогооблагаемых действий на предмет их соответствия букве и духу закона.

Среди судебных доктрин в сфере налогообложения наиболее востребованными являются доктрины, посвященные проблеме уклонения от уплаты налогов. Неточность положений Кодекса внутренних доходов США и инструкций Казначейства заставляет налоговые органы руководствоваться в своей деятельности не только законом, но и судебными доктринами. В некоторых случаях судебные доктрины впоследствии инкорпорируются в статутное налоговое право.

Анализ судебных споров по сделкам с условными обязательствами показал, что, несмотря на то что регулирование сделок осуществляется нормами Кодекса внутренних доходов, оспариваются эти сделки как на основании норм закона, так и на основании судебных доктрин. При рассмотрении этого вида сделок судами использовались доктрины экономической сущности, деловой цели и мнимых сделок, при этом применялись они судами все вместе, как одна единая доктрина уклонения от налогообложения.

Сравнительный анализ американского и российского опыта в разработке и применении судебных доктрин позволяет сделать вывод о том, что судебная доктрина в РФ находится в стадии формирования, поэтому необходимо создание специальных, обязательных для практики судов и налоговых органов, правил и методов применения правовых принципов и категорий, выработанных Конституционным Судом РФ и Высшим Арбитражным Судом РФ. Простое же заимствование иностранных моделей судебных доктрин не способствует совершенствованию российского налогового законодательства, а лишь порождает еще большую его неопределенность, что ведет к злоупотреблению правом со стороны субъектов налоговых правоотношений.

Теоретическая значимость диссертации определяется тем, что она является первым в российской правовой науке комплексным исследованием, посвященным определению понятия, места и роли судебной доктрины в системе источников налогового права США. Выводы, содержащиеся в работе, могут быть использованы как в сравнительном правоведении, так и для теоретической разработки соответствующих понятий в российской науке.

Практическая значимость диссертационного исследования определяется ориентированностью всей работы на совершенствование правового регулирования налогообложения. Выводы, сделанные диссертантом, могут быть использованы при совершенствовании законодательства о налогах и сборах РФ. Анализ практики США позволил выработать ряд предложений, которые могут оказаться полезными в процессе разработки, принятия и реализации законодательных и подзаконных актов в российском налоговом праве.

Материалы исследования могут применяться также в процессе преподавания курсов финансового и налогового права, при подготовке методических пособий, а также в качестве справочного и аналитического источника.

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре административного и финансового права МГИМО (У) МИД России, где проводилось ее рассмотрение, рецензирование и обсуждение.

Положения диссертации были использованы при подготовке трех научных статей общим объемом 1,1 п.л., опубликованных в следующих изданиях, входящих в Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации по юридическим специальностям:

  1. Судебная доктрина в налоговом праве США // Журнал Хозяйство и право. – 2009. – № 9 (392). – С. 113 – 117. – 0,4 п.л.
  2. Практика применения судебных доктрин в налоговом праве США // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. – 2011. – №5 (30). – С. 171– 176. – 0,4 п.л.
  3. Кодификация доктрины экономической сущности в налоговом праве США // Журнал Хозяйство и право. – 2012. – № 3 (422). – С. 105 – 108. – 0,3 п.л.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, разделенных на параграфы, заключения, списка литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования; определяется степень разработанности проблемы в научной литературе; ставятся цели и задачи исследования; определяются объект и предмет исследования, его теоретическая и методологическая основы, формулируются основные положения новизны, теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования, приводятся положения, выносимые на защиту, а также приводятся сведения об апробации результатов исследования.

Глава I «Судебная доктрина как источник (форма) права в англо-саксонской правовой семье» состоит из трех параграфов, в которых рассматривается понятие источника (формы) права в англо-саксонской правовой семье, а также дается характеристика такого источника права как судебная доктрина.

В первом параграфе «Понятие источника и формы права» исследуются теоретические подходы к определению понятия источника и формы права. Для изучения судебной доктрины как источника права нельзя обойтись без рассмотрения вопросов, касающихся общего понятия формы и источника права. Для того чтобы стать реальностью и успешно выполнять свои функции, право должно иметь внешнее выражение . Под формой права подразумевается определенный способ внешнего выражения, организации права. Назначение формы права – упорядочить содержание права, придать ему свойства государственно-властного характера.

Понятие форма права весьма многозначно и, как философская категория, в теоретическом и практическом плане выступает в качестве парной категории по отношению к содержанию. Организуя и оформляя тем или иным образом систему правил поведения, составляющих содержание права, форма права тем самым создает условия для его стабилизации, закрепления и, соответственно, для его дальнейшего совершенствования и развития. Форма права является постоянно развивающимся, динамичным явлением. Под воздействием постоянно изменяющегося содержания права форма права также не остается неизменной, а непрерывно развивается, видоизменяется и совершенствуется.

В научном сообществе ведутся терминологические споры о применении понятий «источник» и «форма» права. Проблема соотношения этих двух понятий имеет длительную историю. Высказываются разнообразные точки зрения относительно разделения и отождествления этих терминов. Некоторые учёные отождествляют источник и форму выражения права, другие проводят между ними грань, определяя источник как явление, порождающее нормы права, а форму – как внешнее выражение, как некий «контейнер норм», не совпадающий по своей сути с источником. В научной литературе отмечается, что, несмотря на то что понятия «форма права» и «источник права» тесно взаимосвязаны между собой, они не совпадают друг с другом. Так как если «форма права» показывает, «как организовано и выражено вовне содержание права, то понятие «источник права» охватывает истоки формирования права, систему факторов, предопределяющих его содержание и формы выражения» .

Следует заметить, что в отечественной и зарубежной юридической науке в настоящее время наиболее распространенным является «формально-юридическое» представление об источниках права. В сравнении с иными представлениями об источниках права формальное понимание является более определенным, доступным и, как следствие, обладает большей значимостью с точки зрения его практического применения.

Когда речь идет об источнике права в формально-юридическом плане, основное внимание уделяется способам внутренней организации правовой материи, а также формам ее внешнего выражения. При этом источник права понимается не иначе, как «способ выражения (оформления) и закрепления нормы права как идей о должном или допустимом в объективной действительности» или как «то, где содержится норма права, то, откуда юристы-практики черпают знания о нормах позитивного права» .

Широкое использование формально-юридического понимания источников права вовсе не означает отрицания других представлений об источниках права. В отечественной и зарубежной юридической литературе в настоящее время по-прежнему сохраняется также и другая своеобразная традиция – рассмотрение материальных, социальных, естественных и иных им подобных источников права преимущественно в теоретическом плане, а формально-юридических источников, как правило, преимущественно в практическом плане.

Анализ, проведенный в диссертации, показал, что в юридической науке отсутствует единый подход к определению понятия источника (формы) права. Определенность тех форм, в которых действующее право находит выражение своего содержания, придает источникам права и праву в целом институциональную определенность и упорядоченность. Это означает, что нормы действующего права содержатся лишь в определенных (официально признанных) источниках права, которые представляют собой официально определенные (институционализированные) формы закрепления и существования норм права. Каждая система права имеет свои конкретно определенные источники права. В целом применительно к разным системам права известны следующие основные виды источников (форм) права: правовой обычай, судебный прецедент, юридическая доктрина, религиозный памятник, нормативно-правовой договор, нормативно-правовой акт.

В первом параграфе также большое внимание уделено рассмотрению такого источника права как юридическая доктрина. Доктрина принадлежит к правовым явлениям, которые не только многократно меняли и меняют свой статус, но и стремятся раствориться в науке, судебной практике, религии, общих принципах и других формах (источниках) права .

Понятие доктрины исключительно многогранное. С одной стороны, доктрина определенным образом влияет на формирование права, выступая источником для иных внешних форм права, например для нормативно-правового акта. С другой стороны, при наличии определенных условий она сама выполняет роль формы права, т.е. осуществляет непосредственно регулирующую функцию.

Можно сказать, что без доктрины нет и определенной системы позитивного права. С помощью доктрины восполняются пробелы в действующем позитивном праве, устраняются противоречия между правовыми нормами. Доктрина обеспечивает толкование права в соответствии с его буквой и духом. Именно с помощью положений доктрины упорядочивается противоречивый материал всего действующего права в виде целостной и внутренне согласованной системы права, создавая таким образом определенную модель позитивного права.

На основании всего вышесказанного правовую доктрину можно определить как совокупность идей о праве, определяющих содержание и функционирование правовой системы. Реализация правовой доктрины обеспечивается посредством государственного санкционирования или же судебной практики.

По мнению Р. Давида, роль доктрины как источника права проявляется в том, что она «создает словарь юридических (правовых) понятий, которыми пользуется законодатель. Важна роль доктрины в установлении тех методов, с помощью которых открывают право и толкуют законы. Добавим к этому влияние, которое доктрина может оказывать на самого законодателя; последний часто лишь выражает те тенденции, которые установились в доктрине, и воспринимает подготовленные ею предложения» .

Во втором параграфе «Понятие источника права в англо-саксонской правовой семье» анализируются подходы к понятию источник права в англо-саксонской правовой семье, а в частности в праве США. В целом можно отметить, что понятие «источник права», используемое в системе англосаксонского права, в значительной мере совпадает с аналогичным понятием, употребляемым в ряде других правовых семей, в частности системе романо-германского права.

В американской правовой науке понятие «источник права» применяется для того, чтобы определить, на основании чего нормы права приобретают обязательный характер.

В системе англо-саксонского права норма приобретает обязательный характер либо путем прямого закрепления в законодательном акте (писаное право), либо путем признания, судебного санкционирования (неписаное право).

В странах общего права известно также деление источников на формальные и материальные. Из формальных источников право «черпает свою юридическую силу», это «как бы ворота, через которые новые принципы могут найти вход в право» . Материальные источники представляют собой социальные или исторические условия, определяющие существование нормы права в определенное время в определенном месте.

Формальные источники права подразделяются на основные (первичные) и дополнительные (вторичные). Первичные источники права – к ним относят статуты и прецеденты – имеют большую юридическую силу, чем вторичные источники права (например правовая доктрина). Основные источники права также отличаются друг от друга по степени обязательности и образуют определенную иерархическую систему права. Дополнительные (вторичные) источники права также имеют большое значение, они применяются, когда по данному вопросу «нет ни прецедента, ни законодательной нормы, ни обязательного обычая» .

В третьем параграфе «Судебная доктрина как источник (форма) права» анализируется такой источник права как судебная доктрина, и ее роль в праве США. Доктрину относят к вторичным источникам американского права. Однако ни на ранних этапах развития англосаксонского права, ни тем более на современном этапе определенное влияние правовой доктрины, выраженной в самых различных формах, включая общепризнанные труды ученых-юристов, никогда полностью не исключалось . Для стран англо-саксонской системы права характерно, что доктринальная мысль растворяется в судебной практике и находит свое формальное выражение и закрепление в судебном решении. Создателями юридической доктрины в англо-саксонском праве всегда выступали и до сих пор выступают практикующие юристы, как правило, судьи.

Все большее значение в правовых системах стран общего права в качестве источников права стали приобретать не столько мнения отдельных, пусть даже самых выдающихся юристов, сколько цельные систематизированные доктрины, сложившиеся в результате многолетней академической и практической деятельности.

На современном этапе значительную роль в регулировании общественных отношений играют судебные доктрины, сформировавшиеся в результате вынесения судами целой серии однотипных прецедентных решений.

Однако судебная доктрина – это не просто совокупность прецедентов, судебная доктрина имеет существенное отличие от прецедента. В процессе решения множества сходных судебных дел значение первого прецедента (первоисточника) постепенно утрачивается. Благодаря многократному применению норма права, сформулированная в одном прецеденте и получившая свое подтверждение в ряде аналогичных дел, начинает восприниматься как существующая сама по себе – в виде судебной доктрины. Даже если единичное судебное решение имеет огромное значение и создает обязательный прецедент, принципы общего права, как правило, должны быть сформулированы в серии дел, охватывающих определенную правовую область . Именно в результате сопоставления ряда судебных решений вырабатывается общая норма права, общий принцип, который и становится обязательным. Признавая обязательность судебного прецедента и то, что судебное решение содержит в себе норму права, можно говорить и об обязательности судебной доктрины как источника права, так как само понятие «судебная доктрина» связано с целой серией однотипных судебных решений.

Глава II «Судебная доктрина в налоговом праве США» содержит три параграфа, посвященных подробному исследованию судебной доктрины в налоговом праве США, условиям ее возникновения, истории становления и современной практики применения. Проводится также анализ методов борьбы с уходом от налогов, применяемых в российском налоговом праве.

В первом параграфе «Общая характеристика источников налогового права США» дается характеристика основных источников налогового права США и описывается их взаимодействие с судебной практикой и доктриной. В американской юридической науке принято деление источников налогового права на первичные (основные) и вторичные (дополнительные). Основное различие между ними заключается в том, что суды обязаны следовать положениям первичных источников права. Вторичные же источники суды используют, как правило, только для того, чтобы подтвердить, аргументировать свою позицию, выработанную в результате применения основных источников права . Несмотря на то что налоговое право США регулируется в основном законами и подзаконными нормативными актами, судебная практика также оказывает большое влияние на регулирование налоговых отношений. Поэтому появление судебных доктрин в налоговом праве США носит закономерный характер.

Необходимо также заметить, что в странах англосаксонской правовой семьи статутное право развивается в рамках юридической техники, конструкций и категорий общего права. В процессе правоприменения происходит «поглощение» статутного права общим. Нормы статутного права подменяются прецедентами, ориентированными на разрешение конкретных споров и дел. Нормативно значимым признается, как правило, то толкование, которое дали судьи . В процессе толкования суды вовсе не чувствуют себя скованными волей законодателя и нередко отступают от очевидного и на первый взгляд бесспорного значения конституционных и законодательных норм.

Несмотря на наличие подробного Кодекса внутренних доходов, большого количества разъяснений Службы внутренних доходов, количество прецедентов, имеющих отношение к налогообложению, по сравнению с другими областями права достаточно велико. Судебная практика выявляет пробелы, противоречия, неточности налогового законодательства, исправляя их, суды способствуют повышению эффективности функционирования всей налоговой системы страны. В то же время суды занимаются не только толкованием и применением норм действующего налогового законодательства. В случае неурегулированности тех или иных налоговых отношений в законодательном порядке суды занимаются правотворчеством и могут без внесения изменений в действующее законодательство выступать в роли «реформаторов» налогового права.

Следует отметить, что деятельность Верховного Суда США в области налогообложения во многом предопределяют пути дальнейшего развития налогового права, способствует его совершенствованию.

Во втором параграфе «Формирование судебной доктрины в налоговом праве США» описываются основные доктрины общего права, история их становления и практика применения на примере сделок с условными обязательствами.

Cуды США применяют различные доктрины против уклонения от налогообложения (в частности, доктрину деловой цели и доктрину экономической сущности) к различным видам сделок и проявлениям деловой активности на протяжении более чем 70 лет. Эти доктрины становятся все более значимыми для регулирования налоговых отношений. Несмотря на столь длительный период существования доктрин, практика их применения судами всегда оставалась противоречивой, что порождает неопределенность в регулировании налоговых отношений и не способствует эффективной работе налоговой системы страны в целом.

Однако только с помощью доктрин общего права суды могут отделить действительно законные сделки от формально законных, предоставление налоговой выгоды по которым не входило в намерение законодателя, а также установить, совокупность каких положений закона позволяет злоупотребить правом и получить необоснованную налоговую выгоду.

Сделки с условными обязательствами представляют собой достаточно яркий пример сделок, нацеленных на уход от налогов. Регулирование данных сделок осуществляется нормами статутного права, однако оспариваются эти сделки как на основании норм закона, так и на основании судебных доктрин. При рассмотрении сделок с условными обязательствами судами использовались доктрины экономической сущности сделок, деловой цели и мнимых сделок. Однако при анализе судебных решений трудно выделить элементы применения каждой конкретной доктрины, так как они применялись судами вместе, как одна доктрина. Закон предусматривает возможность применения к данным сделкам доктрины «экономической сущности», однако в своей деятельности суды склонны больше обращаться к «чистой» доктрине, сформулированной в ряде прецедентных решений, и, основываясь на ней, выносить решения, так как практика ее применения более обширна и сама доктрина разработана детальнее по сравнению с положениями закона. Двойственный подход к урегулированию налоговых споров приводит к возникновению противоречивой судебной практики.

В настоящее время все положения, разработанные судами в рамках различных доктрин общего права (доктрины фиктивных сделок, существа над формой, сделки по шагам, деловой цели), получили свое закрепление в доктрине экономической сущности . Законом №111-152 от 30 марта 2010 г. вводится определение доктрины экономической сущности: это доктрина общего права, согласно которой нельзя получить налоговые льготы по сделке, если у нее отсутствует экономическая сущность или бизнес-цель.

В течение длительной практики применения доктрин общего права судами США были выработаны методы проверки сделок на соответствие нормам закона не только по форме, но и согласно намерениям законодателя. Суды не ограничиваются формальным применением доктрины, для того чтобы признать сделку незаконной, а проводят тщательную проверку каждой сделки на предмет соответствия критериям, содержащимся в доктринах. Сделка признается фиктивной не на основании того, что она не удовлетворяет доктрине общего права, а потому что она не соответствует критериям, установленным данной доктриной. Для признания действительной сделка должна пройти тест на предмет наличия 1) деловой цели и 2) экономического эффекта, не связанного с получением налоговой выгоды. Доктрина в системе налогового права США – это не правовая позиция судов по толкованию нормы права, существенно изменяющая ее понимание, а скорее – система правил оценки налогооблагаемых действий на предмет их соответствия букве и духу закона.

  1. В третьем параграфе «Формирование судебной доктрины в налоговом праве России» рассматривается вопрос о том, можно ли судебную практику считать источником права РФ, и анализируются подходы, применяемые российскими судами для борьбы с уходом от налогообложения.

При рассмотрении понятия «судебная доктрина» возникает вопрос о применимости данного понятия именно к российской правовой системе. Судебные доктрины возникают благодаря принципу прецедента, между тем российская правовая система относится к романо-германской правовой семье. Как отмечают исследователи, правотворческая деятельность судов в правовой системе России формально (официально) не признается, в доктрине интерпретируется противоречиво, но реально существует и через высшие судебные инстанции влияет на развитие права, так же как это имеет место и в ряде других стран Европы (Греция, Италия, Нидерланды, ФРГ и др.) . С одной стороны, высказывается точка зрения, что правовая система современной России была и остается системой государства, которая не знает такого источника права, как судебный прецедент. Суды РФ не создают, да и не могут создавать с точки зрения Конституции РФ и других нормативных актов правовых норм . С другой стороны, многие специалисты сходятся во мнении, что решения Конституционного Суда Российской Федерации приобретают характер прецедента, хотя таковыми по своей природе не являются .

Особое значение имеют решения Конституционного Суда в сфере налоговых отношений. Противоречивость российского налогового законодательства обусловила то, что основные конституционные принципы налогообложения в российской правовой системе были сформулированы Конституционным Судом . Некоторые из этих принципов, выведенные Судом из смысла конституционных положений о налоговых правоотношениях, предопределили развитие российского налогового законодательства.

Судебная практика и судебные толкования Конституционного Суда РФ имеют огромное значение в совершенствовании налогового законодательства. Вместе с тем следует отметить, что вопрос о юридической природе постановлений Конституционного Суда РФ и его правовых позиций по-прежнему остается дискуссионным и может быть предметом отдельного исследования.

Понятие «недобросовестности налогоплательщика», выработанное судебной практикой России, представляет собой лишь подобие судебных доктрин против уклонения от налогообложения и концепции «злоупотребления правом», активно применяемых в зарубежной практике. Понятие добросовестного налогоплательщика впервые было применено КС РФ. Несмотря на то, что первоначально понятие добросовестного (недобросовестного) налогоплательщика было сформулировано применительно к единственной конкретной ситуации, налоговые органы приложили все возможные усилия к тому, чтобы расширить сферу применения данного понятия и придать ему универсальный характер.

Применение принципа добросовестности в российском налоговом законодательстве сопровождалось наличием теоретического и практического пробела в части определения понятия недобросовестного налогоплательщика. КС РФ была предпринята попытка сформулировать признаки критерия недобросовестности налогоплательщика. В результате чего, критерий добросовестности налогоплательщика прошел определенную эволюцию в своем развитии и трансформировался, во-первых, в критерий игнорирования публичного интереса при реализации гражданских прав, а во-вторых, в доктрину «деловой цели». При этом примечательно, что критерий «деловой цели» понимается и так, что «сделки не должны иметь фиктивный характер» .

ВАС РФ решил для борьбы с налоговыми злоупотреблениями ввести другую категорию – категорию «необоснованной налоговой выгоды». Основная трудность в применении доктрины налоговой выгоды обусловлена оценочным характером степени обоснованности ее получения. Однако стоит отметить, что доктрина обоснованной налоговой выгоды имеет явное преимущество перед доктриной добросовестного налогоплательщика хотя бы потому, что оценивает налоговое поведение налогоплательщика не с нравственно-правовой, а с экономико-правовой позиции.

Вместе с тем слабым моментом применения судами этих понятий является то, что фактически новая норма налогового права введена органом, который хотя и является субъектом законодательной инициативы, но не обладает правотворческими полномочиями.

В целом можно отметить, что концепция «необоснованной налоговой выгоды», «деловой цели», «злоупотребления правом» в области налоговых отношений в России на настоящий момент не разработана, так же как понятие «недобросовестности». Использование этих подходов в налоговом праве России будет иметь отрицательные последствия и вызовет еще большую неопределенность в налоговых отношениях.

Любая страна, вступающая на путь заимствования судебных доктрин, должна учитывать, что, пока не заработают компенсаторные механизмы, вред от них будет существенно перевешивать положительные результаты .

Заключение содержит основные выводы, которые автор сформулировал в ходе диссертационного исследования, и рекомендации по совершенствованию российского налогового права.

Судебная доктрина представляет собой важный и весьма сложный источник права. Именно доктрина создает теоретическую основу, которой пользуется законодатель. Роль доктрины важна также в установлении тех методов, с помощью которых применяется право и толкуется закон.

В судебной практике США доктрина как юридическое понятие применяется в специальном значении, неизвестном российской правовой науке, а именно в значении принципа (метода) решения схожих по характеру дел в определенной правовой области. Появление судебных доктрин в странах общего права обусловлено накоплением массива прецедентов. Несмотря на то что судебная доктрина и прецедент тесно связаны, они не являются тождественными понятиями. Судебная доктрина в налоговом праве США – это не просто правовой принцип, а система критериев и методов по оценке действий налогоплательщика.

В России только идет процесс формирования судебной доктрины. Российские суды путем постепенного наполнения содержанием принципа добросовестности еще только должны выработать то, что в американской системе права называется судебной доктриной.

В настоящее время судебная доктрина в РФ не разработана именно в области методологии ее применения. Необходимо создание специальных, обязательных для практики судов и налоговых органов, правил и методов применения принципов и категорий, выработанных КС РФ и ВАС РФ. Представляется, что в такой ситуации вряд ли целесообразно осуществлять простое заимствование западных моделей судебных налоговых доктрин, однако тенденция сближения англо-американской и романо-германской правовых моделей подтверждает необходимость осмысления роли судебной практики для повышения эффективности правового регулирования налоговых отношений.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих статьях автора, опубликованных в рецензируемых научных изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации:

  1. Романова Е.В. Судебная доктрина в налоговом праве США // Журнал Хозяйство и право. – 2009. – № 9 (392). – С. 113 – 117. – 0,4 п.л.
  2. Романова Е.В. Практика применения судебных доктрин в налоговом праве США // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. – 2011. – №5 (30). – С. 171– 176. – 0,4 п.л.
  3. Романова Е.В. Кодификация доктрины экономической сущности в налоговом праве США // Журнал Хозяйство и право. – 2012. – № 3 (422). – С. 105 – 108. – 0,3 п.л.
  1.  

Марченко М.Н. Источники права: Учеб. пособие / М.Н. Марченко. – М.: ТК Велби, Проспект, 2008. C. 10.

Лучин В.О. Указы Президента РФ. Основные социальные и правовые характеристики / В.О. Лучин, А.В. Мазуров. – М.: ЮНИТИ – ДАНА, 2000. С. 11.

Денисов С. А. Теория государства и права: Конспект авторских лекций. / С.А. Денисов, П.П. Смирнов. – Тюмень, 2000. С. 52.

Джэнкс Э. Английское право / Э. Джэнкс; Пер. Л.А. Лунц, предис. М.М. Исаева, Л.А. Лунц. – М.: Юридическое издательство Министерства юстиции СССР, 1947. С. 13 – 50.

Бошно С.В. Доктрина как форма и источник права / С.В. Бошно // Журнал российского права. – 2003. – № 12. С. 70.

Васильев А.А. Правовая доктрина как источник права: вопросы теории и истории: Монография / А.А. Васильев. – М.: Юрлитинформ, 2009.С. 29.

Давид Р. Основные правовые системы современности / Р. Давид; Пер. с фр. В.А. Туманова. – М: Междунар. отношения, 2009.С. 121.

Уолкер Р. Английская судебная система. / Р. Уолкер; Пер. с англ. Т.В. Апарова; отв. ред. и предисл. Ф.М. Решетникова - М.: Юрид. лит., 1980. С.111.

Давид Р. Указ. соч. С. 295.

Марченко М.Н. Указ. соч. С. 605.

Тарибо Е.В. Судебные доктрины и практика Конституционного Суда Российской Федерации / Е.В. Тарибо // Право и политика. – 2005.  – № 2. С. 118.

Джиффорд Д.Дж. Правовая система Австралии. / Д.Д. Джиффорд, К.Х. Джиффорд // Под общ. ред. Ф.М. Решетникова; Пер. с англ. Т.В. Апарова, А.Н. Голованова.  – М.: Юрид. лит., 1988. С. 27.

См.: Forth E.C. Federal Tax Study Manual (2008) / E.C. Forth. CCH, 2007. P. 5; Federal Tax Research / W.A. Raabe, G.E. Whittenburg, D.L. Sanders, S. Grill, R. Sawyers. Cengage Lerning, 2011. P. 86; Pratt J.W. Individual Taxation / J.W. Pratt, W.N. Kulsrud. Cengage Lerning, 2011. P. 2-5, 2-25; Smith E.P. Federal taxation: Comprehensive Topics 2009 / E.P. Smith, P.J. Harmelink, J.R. Hasselback. CCH, 2008. P. 2-3.

Лафитский В.И. Основы конституционного строя США. / В.И. Лафитский – М.: Издательство НОРМА. 1998. С. 85.

Compaq Computer Corporation and Subsidiaries v. Commissioner of Internal Revenue, 277 F.3d 778 (5th Cir. 2001); Boca Investerings Partnership v. United States, 314 F.3d 625 (D.C. Cir. 2003).

Public Law 111-152, 03.30.2010, 124 Stat. 1029. URL: http://library.clerk.house.gov/reference-files/PPL_111_052_HealthCareAndEducationReconciliation_2010.pdf.

Зорькин В.Д. Прецедентный характер решений Конституционного Суда Российской Федерации / В.Д. Зорькин // Журнал российского права. - 2004. - № 12. С. 3.

Кутафин О.Е. Источники конституционного права Российской Федерации / О.Е. Кутафин. – М.: Юристъ, 2002. С. 144.

См.: Гаджиев Г.А. Предприниматель - налогоплательщик - государство. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: Учеб. пособие / Г.А. Гаджиев, С.Г. Пепеляев. - М.: ФБК-Пресс, 1998. С. 53, 57; Иванов А.А. Речь о прецеденте / А.А. Иванов // Право. – 2010. – № 2. С. 5, 7.

Дихтяр А.И. Влияние судебных решений Конституционного Суда РФ на совершенствование налогового законодательства / А.И. Дихтяр, Н.А. Рогожин // Юрист. – 2002. – № 10. С. 47.

Щекин Д.М. Налоговые риски и тенденции развития налогового права / Д.М. Щекин; Под ред. С.Г. Пепеляева. - М.: Статут, 2007. С. 173.

Савсерис С.В. Недобросовестность налогоплательщика как судебная доктрина против уклонения от налогообложения / С.В. Савсерис // Налоговед. -2005 - № 9. С. 10.

 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.