WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

ОБОСНОВАННОСТЬ И МОТИВИРОВАННОСТЬ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ДЕЙСТВИЙ И РЕШЕНИЙ В ДОСУДЕБНОМ ДОКАЗЫВАНИИ: ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ

Автореферат кандидатской диссертации

 

На правах рукописи

 

 

Топольскова Анна  Юрьевна

 

Обоснованность  и  мотивированность

процессуальных  действий  и  решений

в  досудебном  доказывании:

проблемы  теории  и  практики

 

12.00.09 – уголовный процесс,

криминалистика; оперативно-розыскная деятельность

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

 

Ростов-на-Дону – 2012


Работа выполнена в Федеральном государственном казенном образовательном учреждении высшего профессионального образования

«Ростовский юридический институт МВД России»

Научный руководитель:    доктор юридических наук, профессор

                                               Райгородский Валерий Леонидович

Официальные оппоненты:          доктор юридических наук, доцент

Шахкелдов Фридрих Григорьевич

кандидат юридических наук, доцент

Николаев Александр Викторович

Ведущая организация:       ФГКОУ ВПО «Воронежский институт                                    МВД России

Защита диссертации состоится  06 марта 2012 г. в 16.00 часов на заседании диссертационного совета Д.203.011.03 при ФГКОУ ВПО «РЮИ МВД России» по адресу: 344015, г. Ростов-на-Дону, ул. Маршала Еременко, 83, ауд. 503.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГКОУ ВПО «РЮИ МВД России». Текст автореферата размещен на официальных сайтах ФГКОУ ВПО «РЮИ МВД России» – www.ruimvd.ru  и Высшей аттестационной комиссии при Министерстве образования и науки Российской Федерации – www.vak.ed.gov.ru.

 

Автореферат разослан  4 февраля 2012 года.

Ученый секретарь

диссертационного совета                                                        О.В. Айвазова


ОБЩАЯ  ХАРАКТЕРИСТИКА  РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования. Обжалование процессуальных действий и решений должностных лиц, ведущих досудебное производство по уголовному делу, а также юридической силы доказательств, полученных в результате таких действий, – весьма распространенное явление, инициируемое стороной защиты почти по каждому уголовному делу. Один из наиболее популярных аргументов заявляемых ходатайств – необоснованность и (или) немотивированность процессуальных действий и решений. Требования обоснованности и мотивированности процессуальных действий и решений предусмотрены целым рядом положений уголовно-процессуального закона: ч. 3 ст. 37; ч. 3 ст. 108; п. 3 ч. 7 ст. 108; ч. 3 ст. 125; ч. 9 ст. 166; ч. 2 ст. 207; ст. 297 УПК РФ и т.д. Данное требование к процессуальным решениям заявлено и на принципиальном уровне: раскрывая содержание принципа законности в части 4 статьи 7 УПК РФ, законодатель фактически уравнял значение законности, обоснованности и мотивированности. А из содержания ч. 2 ст. 8 и ст. 297 УПК РФ следует вывод о неразрывной связи обоснованности и мотивированности процессуальных действий и решений не только с законностью, но и с самим правосудием. Приоритетное значение обоснованности и мотивированности придается так же и высшими судебными органами, что видно из текста Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 5 марта 2004 года «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ». В данном постановлении Верховный Суд обращает особое внимание на соблюдение требования обоснованности процессуальных решений в п. 1, 6, 14, 16, 17, 22, 23.

Еще одним важным обстоятельством, на которое нельзя не обратить внимания, является разнородность процессуальных действий и решений. Для одних действий и решений достаточно их обоснования с некоторой степенью вероятности, а для других необходимо достоверное обоснование.

Однако, несмотря на значение, которое имеют требования обоснованности и мотивированности для судопроизводства, в нормах УПК РФ отсутствует их дефиниция. Кроме того, требуется определить соотношение законности с рассматриваемыми понятиями. Соотношение этих категорий предопределяет решение вопроса о возможности применения п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, относящего к недопустимым иные доказательства, полученные с нарушениями требований УПК РФ. В свою очередь, это ведет к решению вопроса о возможности применения правил «плодов отравленного дерева», «асимметрии в оценке недопустимости доказательств». Рассмотрение вопроса о недопустимости доказательств взаимосвязано с анализом сущности и содержания элементов доказывания, в том числе с уточнением критериев оценки доказательств, понятия юридической силы доказательства и т.д.

Особенно непростая ситуация складывается на досудебном этапе уголовного процесса, ввиду очевидного неравноправия сторон обвинения и защиты в возможности использования процессуальных способов собирания доказательств. Исключительное право стороны обвинения на применение в досудебном доказывании следственных действий, мер процессуального принуждения и т.п. создает предпосылку для одностороннего (стороны обвинения) доминирования публичных интересов в этой части судопроизводства. Главным недостатком «узаконенного неравноправия» является перманентная угроза односторонности и неполноты предварительного расследования. Последствия же обязательно проявляют себя в ходе судебного разбирательства, в условиях равенства прав сторон обвинения и защиты в судебном доказывании. В результате суды вынуждены либо выносить оправдательные приговоры, либо возвращать такие уголовные дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения выявленных нарушений. Весьма «скромная» статистика вынесения оправдательных приговоров, применения ст. 75 УПК РФ (впрочем, как и статистика отменяемых процессуальных решений ввиду их необоснованности и немотивированности), косвенно подтверждает недостаточно независимое положение суда, вынужденного зачастую «не замечать» несоответствие процессуальных действий и решений субъектов требованиям обоснованности и мотивированности. Попытки законодателя развить систему процессуальных гарантий для преодоления негативного эффекта односторонности и неполноты предварительного расследования наиболее существенно проявились в изменениях уголовно-процессуального закона последних лет (2007–2011 гг.). В результате произошло изменение соотношения между ведомственным, судебным контролем и прокурорским надзором в досудебном производстве по уголовному делу, и как о свершившемся факте можно говорить об обретении следователем большей процессуальной самостоятельности. Однако положительный эффект от этих новаций, судя по материалам обобщений судебной практики, до настоящего времени мало заметен. Следовательно, данная тема сохраняет актуальность, а потому представляется перспективной с точки зрения осуществления диссертационного исследования. Кроме того, обоснование наличия или отсутствия у доказательств юридической силы непосредственно связано с обоснованием наличия у них свойств относимости, допустимости и достоверности. Несмотря на то, что в науке уголовного процесса эти вопросы неоднократно исследовались, они не утратили свою актуальность, благодаря высокой динамике обновления уголовно-процессуального законодательства, а потому нуждаются в дополнительном исследовании.

Степень научной разработанности проблемы. Обоснование процессуальных решений неотделимо от процесса доказывания в целом. Отдельные этапы и весь процесс доказывания, различные вопросы обоснования процессуальных решений исследовались отечественными процессуалистами весьма подробно. Определенный вклад в разработку указанной проблематики внесли такие ученые, как: А.С. Александров, Н.С. Алексеев, Р.С. Белкин, И.Е. Быховский, В.П. Божьев, С.А. Голунский, М.М. Гродзинский, Н.А. Громов, А.А. Давлетов, Т.Н. Добровольская, В.Я. Дорохов, Е.А. Доля, В.Г. Даев, Н.Н. Егоров, Н.В. Жогин, З.З. Зинатуллин, В.И. Зажицкий, Ц.М. Каз, Л.М. Карнеева, Л.Д. Кокорев, Н.Н. Ковтун, Г.Н. Королев, Н.П. Кузнецов, Ю.В. Кореневский, А.М. Ларин, И.М. Лузгин, П.А. Лупинская, Г.М. Миньковский, А.Д. Назаров, С.В. Некрасов, Ю.К. Орлов, И.Д. Перлов, М.П. Поляков, В.Д. Спасович, В.М. Савицкий, А.Б. Соловьев, М.С. Строгович, В.Т. Томин, Ф.Н. Фаткуллин, О.В. Химичева, М.П. Шаламов, П.С. Элькинд, А.И. Экимов, Н.Я. Якубович и др.

Предметно исследованиями проблем доказывания в контексте обоснования и мотивирования процессуальных решений в последние годы занимались А.С. Александров, И.Б. Михайловская, М.П. Поляков, С.А. Шейфер, Н.Н. Ковтун, А.Р. Белкин, Ю.К. Орлов, А.Д. Назаров, С.В. Некрасов и др.

Вместе с тем, несмотря на достаточно обширное количество трудов, посвященных проблемам обоснования процессуальных решений, этот институт нуждается в дополнительном изучении именно на этапе досудебного производства ввиду сравнительно непродолжительного действия нового уголовно-процессуального закона, сочетающего черты следственного и состязательного типов судопроизводств. Очевидный детерминизм досудебного производства и судебных стадий – с одной стороны, и приоритет (в случае выявления каких-либо несоответствий, противоречий) результатов судебного следствия над результатами предварительного расследования – с другой, придают обоснованности и мотивированности значение ключевого фактора доказывания. В данном контексте, с точки зрения диссертанта, нуждаются в уточнении понятия принципа законности, цели доказывания, содержания доказывания, обоснованности и мотивированности процессуальных решений, понятия доказательства как такового, недопустимых доказательств. Кроме вышеназванных, требует решения и ряд иных вопросов в практической деятельности органов предварительного расследования, прокуратуры, суда, связанных с обоснованием и мотивированием процессуальных решений в досудебном производстве. Обоснование решений о возбуждении уголовного дела, избрании меры пресечения (прежде всего в виде заключения под стражу), о признании доказательств не имеющими юридической силы и т.д. в современных условиях представляет определенную сложность для субъектов доказывания, и следовательно, нуждается в дополнительном исследовании.

Объектом диссертационного исследования являются правоотношения между участниками досудебного производства по уголовному делу, возникающие в процессе обоснования и мотивирования процессуальных действий и решений, положения уголовно-процессуального законодательства, теории доказательств, а также материалы следственной и судебной практики.

Предметом диссертационного исследования являются нормы уголовно-процессуального закона, образующие институт доказательств и доказывания, доктринальные положения теории доказательств и доказывания, собственно механизм обоснования и мотивирования процессуальных действий и решений субъектами доказывания, причины и последствия невыполнения этих требований в доказывании, связанные с ними типичные нарушения норм уголовно-процессуального и иного законодательства участниками уголовного процесса.

Цель и задачи исследования. Цель исследования заключается в анализе правовой природы обоснования и мотивирования процессуальных действий и решений в современном уголовном процессе России в досудебной его части; определении содержания и места обоснования и мотивирования процессуальных действий и решений в структуре доказывания, а также в соотношении обоснованности и мотивированности с принципом законности; в разработке комплекса предложений и рекомендаций по совершенствованию существующих норм уголовно-процессуального законодательства, правоприменительной практики.

Для достижения этой цели необходимо было решить следующие основные задачи:

– проанализировать понятие и содержание категорий: цели доказывания, уголовно-процессуального доказательства, принципа законности;

– изучить понятие и содержание обоснования и мотивирования процессуальных действий и решений как элемента доказывания, уточнить место данного элемента в структуре доказывания в контексте действующих норм позитивного права;

– определить критерии обоснованности и мотивированности процессуальных действий и решений, проанализировать их сущность и значение;

– выработать авторскую дефиницию обоснованности и мотивированности процессуального действия или решения;

– уточнить полномочия участников досудебного этапа уголовного судопроизводства по принятию процессуальных решений, проведению процессуальных действий с позиции их обоснованности и мотивированности;

– произвести толкование норм действующего уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих процесс принятия процессуальных решений и проведения процессуальных действий в контексте их обоснованности и мотивированности, установить существующие пробелы, противоречия;

– предложить конкретные меры по модернизации норм УПК РФ в целях повышения качества принимаемых в досудебном производстве процессуальных решений и проводимых процессуальных действий (а, следовательно, и качества предварительного расследования в целом) в контексте их обоснованности и мотивированности, оптимизации доказывания;

– выявить причины нарушений нормативно установленных требований к обоснованности и мотивированности процессуальных действий и решений в собирании доказательств субъектами, ведущими производство по уголовному делу и иными участниками, предложить меры по предотвращению, профилактике этих правонарушений, нейтрализации негативных последствий;

– определить значение и оптимальное соотношение прокурорского надзора, ведомственного контроля и судебного контроля за обоснованностью и мотивированностью процессуальных действий и решений в доказывании в досудебном производстве по уголовным делам.

Методология исследования. Методологическая основа диссертационного исследования представлена доктринальными положениями общей теории познания. При выполнении исследования автор придерживался системного подхода. Кроме того, использовались логико-юридический, сравнительно-правовой, исторический, конкретно-социологический и статистический методы, применялись приемы индукции и дедукции, анализа и синтеза, обобщения, аналогии, анкетирования и интервьюирования.

Теоретической базой исследования послужили фундаментальные труды ведущих отечественных исследователей в сфере юридических и смежных наук: общей теории права, философии права, уголовного процесса, уголовного права, административного права, криминалистики, криминологии, социологии, логики и юридической психологии.

Нормативную основу исследования составили Конституция Российской Федерации, федеральные законы, прежде всего, уголовное, уголовно-процессуальное, оперативно-розыскное, административное и иное законодательство, а также подзаконные нормативные акты органов исполнительной власти, постановления и определения высших органов судебной власти, имеющие отношение к доказыванию, доказательствам.

Эмпирическая база исследования. Источниками эмпирической информации явились: статистические данные о результатах деятельности правоохранительных и судебных органов Российской Федерации в сфере уголовного судопроизводства в период с 1999 по 2011 гг.; эмпирические сведения, полученные другими авторами; данные анкетирования следователей, руководителей следственных органов, дознавателей, оперативных уполномоченных, помощников прокуроров и иных должностных лиц правоохранительных органов (интервьюированию были подвергнуты 125 практических сотрудников подразделений органов внутренних дел, СК РФ, прокуратуры). Также были проанализированы материалы 205 уголовных дел, с точки зрения особенностей принятия, обоснования и мотивировки процессуальных решений субъектами уголовного судопроизводства на досудебном этапе судопроизводства.

Научная новизна исследования предопределена аргументированной авторской научной позицией по поводу сущности и содержания обоснования процессуальных решений в современном отечественном уголовном процессе; понимания значимости обоснованности процессуальных решений в доказывании, прежде всего для достижения цели уголовно-процессуального доказывания. Научная новизна также проявляется в определении собственных критериев и места обоснования процессуальных решений в структуре доказывания, его соотношения с остальными элементами доказывания. Представленная диссертация – одно из первых исследований, в котором механизм обоснования и мотивирования процессуальных действий и решений в досудебном производстве анализируется комплексно, в соответствии с действующей системой принципов уголовного процесса, в неразрывной связи с основополагающими категориями теории доказательств, с учетом динамично обновляемого УПК РФ и реалий следственной и судебной практики, а также в контексте различных доктринальных позиций.

Оригинальность авторского подхода определяется еще и тем, что современный отечественный уголовный процесс, сочетающий в себе следственные и состязательные начала, при отсутствии нормативно-установленной дефиниции цели доказывания объективно предопределяет разнонаправленность интересов сторон обвинения и защиты. В досудебном производстве, в силу его явно выраженного следственного типа, когда приоритет имеет публичные интересы, сторона обвинения, тем не менее, обязана учитывать и обеспечивать интересы и стороны защиты. И потому именно обоснование и мотивирование процессуальных действий и решений является ключевым свойством, позволяющим оценить беспристрастность, объективность, законность досудебного доказывания. Отсутствие строгой процессуальной регламентации процедуры обоснования, мотивирования и, следовательно, оценки законности принимаемых процессуальных решений и производимых процессуальных действий не всегда позволяет своевременно корректировать процесс доказывания, что, в свою очередь, негативно сказывается на всесторонности и полноте предварительного расследования. Данные соображения вновь заставляют нас обратить внимание и переосмыслить значение прокурорского надзора и процессуального контроля, их соотношение друг с другом. Ведь именно прокурорский надзор остается важнейшим гарантом обоснованного, всестороннего, справедливого досудебного судопроизводства, а также разрешения дела по существу в условиях российской правовой реальности.

О научной новизне исследования говорят основные положения, выносимые на защиту:

1.  В российском уголовно-процессуальном праве доказательству присуща двойственная природа, которая обусловлена этапом уголовного судопроизводства:

а) на этапе досудебного производства это фактические сведения, полученные из регламентированного законом источника с соблюдением установленной УПК РФ процедуры, закрепленные в определенной процессуальной форме;

б) в судебных стадиях это судебный факт, т.е. информация о наличии или отсутствии обстоятельств, образующих предмет доказывания, представленная и исследованная сторонами в ходе судебного следствия и прений и признанная судом в качестве истинной.

2. Доказывание как познавательная и удостоверительная деятельность включает в себя собирание, проверку, оценку доказательств, а также обоснование и мотивирование процессуальных действий и решений.

3. Вывод о том, что обоснованность и мотивированность есть свойство процессуальных действий и решений, детерминирующая соблюдение принципа законности субъектами доказывания в процессе осуществления ими уголовно-процессуальной деятельности.

4. Статью 5 УПК РФ «Основные понятия, используемые в настоящем кодексе» следует дополнить пунктом 22.1: «Обоснованность и мотивированность процессуального решения - подтвержденная имеющимися в уголовном деле доказательствами его необходимость или целесообразность в интересах всесторонности и полноты расследования».

5. Ч. 4 ст. 7 УПК РФ следует изложить в следующей редакции: «Определения суда, постановления, иные процессуальные решения и действия судьи, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, следователя-криминалиста, дознавателя должны быть законными, обоснованными и мотивированными».

6. Ст. 140 УПК РФ, регулирующую поводы и основания для возбуждения уголовного дела, дополнить новым поводом: «результаты оперативно-розыскной деятельности органов дознания».

7. Ст. 146 УПК РФ «Возбуждение уголовного дела публично обвинения» следует дополнить частью 5) следующего содержания: «В случае, когда поводом к возбуждению уголовного дела послужили результаты оперативно-розыскной деятельности, дознаватель, следователь направляют прокурору вместе с копией постановления о возбуждении уголовного дела и все материалы уголовного дела, либо их копии, для проверки законности и обоснованности принятого решения».

8. Понятия «недопустимость доказательства» и «отсутствие юридической силы у доказательства» не являются тождественными. Недопустимость доказательства – его свойство, возникающее с момента установления факта получения доказательства с нарушением требований уголовно-процессуального или иного законодательства, препятствующее его использованию в доказывании до момента установления у него наличия или отсутствия юридической силы. Отсутствие юридической силы у доказательства – юридически установленный факт невозможности его использования и исключения из процесса доказывания.

9. Доказательства, полученные в результате необоснованных и немотивированных процессуальных действий и решений субъектов уголовного процесса по своей сути носят недопустимый характер.

10. Уточненный диссертантом алгоритм, призванный обосновать наличие или отсутствие юридической силы доказательств:

1) обнаружение поводов и оснований должностным лицом для рассмотрения вопроса о наличии/отсутствии юридической силы доказательств;

2) выявление фактов нарушений закона в стадии возбуждения уголовного дела или предварительного расследования, а также последствий;

3) выявление «поврежденного» свойства доказательства, нарушенных прав и законных интересов участников судопроизводства; анализ материалов уголовного дела с позиций установления возможности устранения допущенных нарушений и их последствий;

4) анализ действий и их результатов, принятых для восстановления утраченного свойства, ущемленного права, интереса;

5) вынесение итогового постановления, содержащим необходимые обоснование и мотивировку данного процессуального решения.

11. Ст. 179 УПК РФ целесообразно дополнить частью 6: «В исключительных случаях, когда производство освидетельствования не терпит отлагательства, освидетельствование пострадавшего, очевидца, лица, задержанного на месте совершения преступления, либо имеющего на теле следы преступления, может быть проведено до возбуждения уголовного дела.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что настоящая работа вносит посильный вклад в разработку сложной и многогранной проблемы доказывания. В частности проанализированы категории обоснованности и мотивированности процессуальных действий и решений. Это позволило выявить и предложить оптимальные способы обоснования ряда процессуальных решений, наиболее часто обжалуемых стороной защиты. Положения диссертации приемлемы в дальнейших теоретических разработках, научных исследованиях по уголовному процессу, при преподавании учебных дисциплин: уголовного процесса, предварительного следствия, прокурорского надзора и др.

Практическая значимость обусловлена следующим. Предложения и рекомендации по оптимизации процедуры обоснования процессуальных решений, их дополнительной нормативной регламентации, расширению возможностей субъектов и иных участников доказывания могут быть применены в процессе нормотворческой деятельности, а также для интенсификации практической деятельности правоохранительных органов в сфере расследования преступлений.

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре уголовного процесса Ростовского юридического института МВД России, где она систематически подлежала обсуждению. Основные теоретические положения и выводы диссертации регулярно докладывались на научно-практических конференциях и семинарах, проводимых как в Ростовском юридическом институте МВД России, так и в других вузах в период с 2006 по 2011 гг. Основные положения диссертационного исследования нашли свое отражение в 7 научных статьях, в том числе изданных в рецензируемых журналах, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией. Материалы диссертационного исследования используются в учебном процессе Ростовского юридического института МВД России при проведении аудиторных занятий по дисциплинам «Уголовный процесс», «Прокурорский надзор», «Предварительное следствие», «Правоохранительные органы», а также в правоприменительной деятельности правоохранительных органов.

Структура диссертации. Структура диссертации обусловлена объектом, предметом, целью и задачами исследования; обеспечивает логическую последовательность и завершенность в изложении хода и результатов исследования. Работа состоит из введения, трех глав, содержащих шесть параграфов, заключения, списка литературы и приложений.

ОСНОВНОЕ  СОДЕРЖАНИЕ  РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, степень ее разработанности, цель и задачи, объект и предмет диссертационного исследования; раскрываются его методика и методология, научная новизна, теоретическая и практическая значимость; приводится характеристика эмпирической базы работы; формулируются основные положения, выносимые на защиту; приводятся данные по апробации полученных результатов.

Глава первая «Обоснованность и мотивированность процессуальных действий и решений в структуре уголовно-процессуального доказывания» состоит из двух параграфов. Она посвящена установлению сущностных свойств обоснованности и мотивированности, уточнению этих понятий в контексте основных методологических категорий доказательственного права.

В первом параграфе «Сущность обоснованности и мотивированности. Понятие категории цели доказывания, ее значение для обоснования и мотивирования процессуальных действий и решений» исследуются понятия обоснованности и мотивированности «сквозь призму» сущности и содержания идеи (принципа) законности, категории цели доказывания.

Для советской уголовно-процессуальной науки было характерно понимание принципа законности как обязанности участников процесса соблюдать все требования материальных и процессуальных законов. Подобное понимание законности не соответствует смешанному процессу, поэтому вполне обоснованной является позиция законодателя, который свел понятие законности к нескольким требованиям.

Согласно ч. 1 ст. 7 УПК суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе применять федеральный закон, противоречащий настоящему кодексу. Отсюда вытекает правило о том, что суд, установив в ходе производства по уголовному делу несоответствие федерального закона или иного нормативного правового акта УПК, принимает решение в соответствии с УПК (ч. 2 ст. 7).

Предусмотренные ч. 1, 2 ст. 7 предписания составляют в единстве положение о верховенстве УПК РФ в системе нормативно-правовых актов, регулирующих уголовно-процессуальную деятельность.

Согласно ч. 3 ст. 7 УПК нарушение норм настоящего кодекса судом, прокурором, следователем, органом дознания или дознавателем в ходе уголовного судопроизводства влечет за собой признание недопустимыми полученных таким путем доказательств. Таким образом, вторым проявлением принципа законности является требование к допустимости доказательств, что согласуется с ч. 2 ст. 50 Конституции РФ.

Часть 4 ст. 7 предъявляет общее требование формальной легальности к окончательным решениям по делу, принимаемым органами правосудия и обвинительной власти. Определения суда, постановления судьи, прокурора, следователя, дознавателя должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Современное понимание законности включает в себя требование легальности в деятельности и решениях органов предварительного расследования. Значительный резерв содержится в правильном обосновании и мотивировании процессуальных действий и решений, развитии мер прокурорского надзора и судебного контроля за соблюдением этих требований. Тем не менее, данные гарантии, по мнению диссертанта, вторичны по отношению к категории цели доказывания. Автор полагает, что определить в условиях смешанного типа уголовного судопроизводства единую цель невозможно. Но для досудебного производства объективная истина, несомненно, остается целью доказывания, несмотря во многом на состязательный характер судопроизводства в целом. В самом деле, нельзя даже предположить, что должностные лица органов следствия и дознания могут руководствоваться в своей деятельности иными помыслами, кроме как желанием установления истины по делу. В современном отечественном уголовном судопроизводстве, сочетающем следственный (инквизиционный) тип досудебного производства и состязательный вариант судопроизводства, определить единую цель уголовно-процессуального доказывания объективно не представляется возможным.

Обоснование и мотивирование процессуальных действий и решений субъектами досудебного доказывания сквозь призму категории объективной (материальной) истины является ключевым условием принятия подлинно законных, процессуальных решений и проведения процессуальных действий в досудебной части уголовного судопроизводства.

В смешанном процессе принцип законности имеет значение: критерия допустимости доказательств, собранных сторонами; возбудителя активности стороны обвинения (ст. 21 УПК); гаранта режима законности в широком смысле, т.е. то, что позволяет считать уголовное судопроизводство собственно правовым явлением, а не односторонне публичным произволом. Обоснованность и мотивированность как неотъемлемое свойство законности в досудебной части судопроизводства позволяет обеспечивать баланс интересов сторон при принятии решений, в том числе и о производстве процессуальных (следственных) действий.

Во втором параграфе «Соотношение обоснования и мотивирования с элементами доказывания» анализируется процесс доказывания и каждый из его элементов. Содержанием процесса доказывания является, согласно ст. 85 УПК РФ, совокупность его элементов, связанных между собой, а именно собирание, проверка и оценка доказательств.

В свою очередь, собирание доказательств включает в себя обнаружение доказательств, которое начинается с построения и обоснования субъектом доказывания умозрительной конструкции относительно направления предстоящего поиска материальных следов преступления и идеальных следов-образов, запечатлившихся в сознании людей. Эта мыслительная деятельность может быть логической, абстрактной, основываться на интуиции, «предвидении» и т.д., но при этом всегда мотивированной. Ее результатом должно стать обоснование и выдвижение одной или нескольких следственных (криминалистических) версий, т.е. предположений о том, кто, когда и как совершил преступление, где, у кого, при каких условиях и какие именно доказательства могут быть обнаружены. Потому обнаружение – деятельность, заключающаяся в выдвижении, обосновании, мотивировании и проверке следственных (криминалистических) версий, отыскании следов преступлений – предшествует фактическому, непосредственному собиранию искомых предметов, документов. Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что в содержание собирания доказательств как элемента процесса доказывания следует включить обоснование и мотивирование действий субъекта по обнаружению доказательств (поиск, выдвижение и проверка следственных (криминалистических) версий).

Весьма актуальным для правоприменительной практики является вопрос о конечном элементе процессуального доказывания. Большинство ученых, как и законодатель, рассматривают в качестве завершающего элемента процессуального доказывания оценку доказательств, понимая под ней определение их соответствия критериям относимости, допустимости, достоверности и достаточности в своей совокупности (напр. П.А. Лупинская). Данная точка зрения не бесспорна. Процессуальное доказывание, состоящее из ряда взаимосвязанных, взаимообусловленных и взаимопроникающих элементов, завершается с окончанием предварительного расследования или судебного разбирательства по уголовному делу. Это находит свое отражение в итоговых процессуальных документах, где доказательства используются для обоснования соответствующих процессуальных решений. Таким образом, замыкает доказывание обоснование и мотивирование выводов и решений по делу.

Принятие 5 июня 2007 г. Федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РФ и Федеральный закон «О прокуратуре РФ»» № 87-ФЗ существенным образом изменило соотношение полномочий между дознанием, предварительным следствием и прокурорским надзором. Данные изменения отразились и на полномочиях прокурора в доказывании. Прокурор больше не имеет возможности собирать доказательства лично, путем проведения следственных действий. Его участие в собирании доказательств в досудебном производстве является опосредованным. А потому роль и значение обоснованности и мотивированности в волеизъявлениях прокурора возрастает многократно.

Защитник, не имея властных полномочий, которыми располагает следователь, может лишь представить ему полученные доказательственные материалы (справки, характеристики, фотоснимки, записи бесед, мнения специалистов и т.п.) с обоснованным и мотивированным ходатайством о приобщении их к делу или о допросе нужных лиц.

Выделение четырех, а не трех, как это устанавливает ст. 85 УПК РФ, элементов процесса доказывания позволяет, по мнению диссертанта, более строго подойти к пониманию сути этой деятельности и предъявляемых к ней законом нормативно установленных требований. По мнению диссертанта, именно осуществляемая в процессуальной форме деятельность субъектов доказывания по собиранию, проверке, оценке доказательств, а также обоснованию и мотивированию процессуальных действий и решений по делу, необходимых и достаточных для законного, обоснованного и справедливого разрешения дела по существу, понимается автором как доказывание.

Вторая глава «Теоретические проблемы обоснования и мотивирования процессуальных действий и решений»состоит из двух параграфов и посвящена актуальным общетеоретическим вопросам досудебного доказывания в контексте обоснования и мотивирования проводимых процессуальных действий и принимаемых процессуальных решений, а также значению и содержанию прокурорского надзора в этом процессе.

В первом параграфе «Обоснование и мотивирование наличия/отсутствия юридической силы у доказательств, собранных с нарушениями требований закона» отмечается, что доказывать – это значит так представлять, т.е. обосновывать и мотивировать, интерпретировать текстовые факты, чтобы у субъектов, их воспринимающих, создавалось убеждение в их реальности. Из вышесказанного диссертант вправе сделать вывод о том, что в современном российском уголовном процессе смешанного типа                 доказательству присуща двойственная природа, которая обусловлена этапом уголовного судопроизводства:

а) на этапе досудебного производства это фактические сведения, полученные из регламентированного законом источника с соблюдением установленной УПК РФ процедуры, закрепленные в определенной процессуальной форме;

б) в судебных стадиях это судебный факт, т.е. информация о наличии или отсутствии обстоятельств, образующих предмет доказывания, представленная и исследованная сторонами в ходе судебного следствия и прений и признанная судом в качестве истинной.

В вопросе о сущности, предназначении института недопустимых доказательств на сегодняшний день можно выделить две основные позиции отношения к нему: 1) как к средству обеспечения достижения истинных (достоверных) знаний и выводов по делу; 2) как к средству обеспечения законных интересов личности в уголовном судопроизводстве (имеющих приоритет по отношению к объективности выводов по делу).

Недопустимые доказательства есть средство, позволяющее исключить из судопроизводства недостоверные сведения, которые могут помешать установлению истины и в то же время служат гарантом соблюдения прав и законных интересов участников судопроизводства. Проведенное исследование позволяет дополнительно классифицировать доказательства в уголовном процессе по источнику и способу получения и по юридической силе.

Доказательства могут быть получены только из источников, предусмотренных УПК РФ, однако по способу получения являться:

– процессуальными;

– иными процессуальными, о которых упоминает УПК РФ, но регламентированными другими не уголовно-процессуальными нормами (проверенными либо в досудебном, либо в судебном производстве).

По юридической силе:

– полученные без каких-либо нарушений требований законодательства;

– полученные с нарушениями требований законодательства:

а) существенными, повлекшими утрату юридической силы;

б) несущественными, не повлекшими утрату юридической силы.

Итак, относимость характеризует степень связи фактических данных с доказываемыми обстоятельствами, которая действительна (разумна) с точки зрения здравого смысла и требований закона для выстраивания «уголовного дела» как целостного представления о событии, ставшем предметом предварительного расследования и судебного спора. Каждый факт имеет отношение ко всякому другому факту, коль скоро один из них каким-либо определенным образом обусловливает, обосновывает вероятность появления другого факта.

В обосновании и мотивировании свойства относимости проявляется формальная логика, логика рационального мышления, а вместе с нею – естественная, обоснованная самою природою связь явлений объективного мира; в относимости фактов проявляется причинность явлений.

Второй параграф «Значение прокурорского надзора в обеспечении обоснованности и мотивированности процессуальных действий и решений в досудебном судопроизводстве» посвящен исследованию роли прокурорского надзора в досудебном доказывании. По мнению диссертанта, для проверки законности, обоснованности и мотивированности процессуальных действий и решений, своевременного реагирования на них, в том числе путем отмены незаконных, необоснованных и немотивированных, важнейшее значение имеет состояние прокурорского надзора, распределение властных полномочий между прокурором, руководителем следственного органа, следователем, начальником органа дознания, дознавателем. С 7 сентября 2007 года полномочия прокурора в стадии предварительного расследования по надзору за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия стали существенно отличаться от полномочий по надзору за процессуальной деятельностью органов дознания. Теперь следователь самостоятельно направляет ход расследования, принимает решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с УПК РФ требуется получение судебного решения и (или) согласия руководителя следственного органа. Снижение «зависимости» от прокурора привело к ее увеличению от руководителя следственного органа. Данное обстоятельство не улучшит качество доказывания в инквизиционном по характеру досудебном производстве. Иные полномочия имеет прокурор, осуществляя надзор за дознанием. Его письменные указания о направлении расследования, производстве процессуальных действий обязательны для исполнения дознавателем (п. 4 ч. 2 ст. 37 УПК). Прокурор вправе отменить незаконные и необоснованные постановления дознавателя, а в случае нарушения последним законодательства отстранить дознавателя от производства по делу (п. 6 и п. 10 ч. 2 ст. 37 УПК). Для обеспечения надзора за законностью, обоснованностью и мотивированностью процессуальных действий и решений такая конструкция более соответствует. Среди путей повышения качества предварительного расследования и снижения количества допускаемых нарушений закона в доказывании следует назвать:

– повышение профессионализма будущих и действующих дознавателей и следователей (еще на этапе обучения в вузах, в том числе специализированных, входящих в систему МВД России);

– согласование в нормах позитивного права (в УПК РФ и Федеральном законе «О Прокуратуре Российской Федерации») целей уголовного судопроизводства и прокурорского надзора;

– расширение полномочий прокурорского надзора за следствием в досудебном производстве в части возможности отмены необоснованных, немотивированных процессуальных действий и решений.

Третья глава «Актуальные проблемы обоснования и мотивирования процессуальных действий и решений при собирании доказательств в досудебном производстве»состоит из двух параграфов и посвящена имеющим место в следственной практике конфликтным, сложным для разрешения субъектами ситуациям в досудебном доказывании.

В первом параграфе «Обоснование и мотивирование процессуальных действий и решений в стадии возбуждения уголовного дела» отмечается, что рассуждать «вообще» об обоснованности и мотивированности действий и решений субъектов в стадии возбуждения уголовного дела нецелесообразно. Определить же действительно значимые для следователей, дознавателей, прокуроров, защитников и иных участников судопроизводства проблемы стадии позволяет анализ жалоб, ходатайств, в которых участники судопроизводства ставят под сомнение законность, обоснованность, мотивированность действий и решений субъектов, совершенных в данной стадии, а также анализ ходатайств, в которых обжаловалась юридическая сила доказательств, собранных в этой стадии. Абсолютное большинство ходатайств заявлялись стороной защиты по мотивам нарушений законодательства при собирании доказательств. Сторона защиты обжаловала свойства (в том числе и юридическую силу) доказательств, собранных в стадии возбуждения уголовного дела, в 40,2 % заявленных ходатайств. Более половины из заявленных ходатайств (55,1 %), из тех, в которых поднимался вопрос об исключении доказательств, собранных в стадии возбуждения уголовного дела, ставило под сомнение юридическую силу результатов оперативно-розыскной деятельности как доказательств . В остальных ходатайствах обжаловалась законность оформленных дознавателями и следователями в ходе процессуальных, в том числе следственных действий: протоколов явки с повинной, заявлений, объяснений граждан, протоколов осмотра места происшествия, иных процессуальных документов (составленных до возбуждения уголовного дела в соответствии с КоАП РФ).

В процессе диссертационного исследования было установлено, что в основном допускаются нарушения, связанные с немотивированием и необоснованием действий и решений не уголовно-процессуального, а оперативно-розыскного, административного законодательства. В большинстве случаев данные нарушения суд не относит к разряду существенных, т. е. они не влекут утрату юридической силы доказательств. Следует отметить, что в ряде случаев, принимая решения, суды зачастую не достаточно их мотивируют и обосновывают, не опровергают конкретные доводы, а «отделываются» общими фразами. Такая ситуация является следствием «некачественного» предварительного расследования, в ходе которого сторона обвинения обязана выявить допущенные до возбуждения уголовного дела нарушения и принять все возможные меры к устранению и самих нарушений, и их последствий.

Для обоснования и мотивирования решений о допустимости и достоверности получаемых до возбуждения уголовного дела сведений следует рекомендовать дознавателям и следователям:

–осуществлять видеозапись приема заявлений, сообщений, явок с повинной, а также фиксировать добровольный характер представляемой информации присутствием незаинтересованных лиц;

– в ходе личного досмотра задержанного, досмотра его вещей учитывать и соблюдать права подвергаемого досмотру лица.

Автор предлагает дополнить ст. 179 УПК РФ частью 6 в следующей редакции: «В исключительных случаях, когда производство освидетельствования не терпит отлагательства, освидетельствование пострадавшего, очевидца, лица, задержанного на месте совершения преступления, либо имеющего на теле следы преступления, может быть проведено до возбуждения уголовного дела».

Во втором параграфе «Обоснование и мотивирование процессуальных действий и решений в стадии предварительного расследования» автор строит исследование проблемы обеспечения законности, обоснованности и мотивированности собирания доказательств на основе материалов следственно-судебной практики. Достаточно скромная статистика исключения доказательств, полученных с нарушениями правил их собирания, не означает отсутствия проблемы как таковой. Более значимым показателем является количество ходатайств, заявляемых сторонами об исключении доказательств, а также обоснованность, мотивированность, непротиворечивость судебных решений, принимаемых по заявленным ходатайствам. Трудности возникают у дознавателей и следователей с обеспечением юридической силы доказательств, собираемых при проведении следственных действий с участием иных участников уголовного судопроизводства: эксперта, понятых, свидетеля, переводчика и др.

Особенно часто подвергается обжалованию стороной защиты юридическая сила заключений экспертов. При этом под сомнение ставится как законность производства, так и достоверность, допустимость данного доказательства. Часто встречающийся аргумент – несвоевременное ознакомление с постановлением о назначении экспертизы. Автор не считает полезным устанавливать предельный срок ознакомления с постановлением о назначении экспертизы (например, в течение 48 часов с момента ее назначения), но полагает само собой разумеющимся, что произойти это должно ранее, чем эксперт приступит к фактическому исполнению экспертного исследования. В этом случае у следователя будет возможность изменить ситуацию, пока образцы для исследования не израсходованы.

Производство следственных действий с участием понятых, как правило, проблематично. Граждане, удовлетворяющие требованиям ст. 60 УПК РФ, не спешат прийти на помощь оперативникам, дознавателям и следователям в качестве понятых. Как правило, никакого удовольствия участие в следственных действиях не доставляет, да и сама процедура часто затягивается, но до окончания следственного действия понятого не отпустят. И, однажды «оказав помощь», незаинтересованный понятой желает избежать дальнейших вызовов на допросы к следователю и в суд. Не исключены и попытки оказать на него воздействие со стороны криминальной среды. Автору диссертации известны случаи, когда понятые сознательно сообщали ложные сведения о себе, о месте проживания. В судебном заседании возможны и иные ситуации, когда понятой не помнит все или многое из происходившего в ходе следственного действия на его глазах. Если же следственное действие предстоит проводить ночью, в удалении от населенных пунктов, на открытой местности, в непогоду, возникает вопрос: где взять незаинтересованных понятых? Поэтому, очевидно, что лучшим вариантом обоснования юридической силы доказательств в таких ситуациях признана видеозапись проводимого следственного действия. Также целесообразно приглашать в качестве понятых граждан с соответствующим социальным статусом, например, военнослужащих, не находящихся в отношении подчинения к дознавателю или следователю, спасателей, сотрудников органов местного самоуправления. Целесообразно было бы скорректировать соответствующую норму УПК РФ и закрепить в законе обязанность руководителей соответствующих ведомств обеспечивать нужды доказывания. При этом необходимо расширить содержание ч. 3 ст. 170 УПК РФ положением о возможности проведения следственных действий без участия понятых ночью – в случаях, не терпящих отлагательств, и в местах, значительно удаленных от населенных пунктов.

В части 1 ст. 170 УПК РФ перечислены следственные действия, при производстве которых обязательно присутствие понятых. Отсутствие среди них ст. 179 УПК РФ «Освидетельствование» и ст. 202 «Получение образцов для сравнительного исследования» не соответствует потребностям практики доказывания.

В заключении диссертации кратко обобщается проведенное исследование, излагаются основные выводы и предложения по оптимизации доказательственной деятельности должностных лиц в контексте обоснования и мотивирования процессуальных действий и решений в досудебном производстве по уголовным делам.

Приложение к работе содержит анкету для сотрудников следственных подразделений, подразделений дознания, оперативных и иных сотрудников органов внутренних дел.

Основные положения диссертации нашли отражение в следующих научных публикациях автора:

В рецензируемых научных журналах, включенных в перечень, утвержденный Высшей аттестационной комиссией:

1. Фролова А.Ю. (Топольскова А.Ю.). Обоснованность и мотивированность процессуальных действий и решений в структуре уголовно-процессуального доказывания // Юристъ-Правоведъ. 2009. № 2. – 0,4 п.л.

В иных научных журналах и  изданиях:

2. Фролова А.Ю. (Топольскова А.Ю.).О роли прокурорского надзора в период реформирования досудебного производства // Ученые записки / Отв. ред. проф. Е.И. Дулимов. Ростов н/Д, 2009. Т. 35. – 0,25 п.л.

3. Фролова А.Ю. (Топольскова А.Ю.). Проблема обоснованности и мотивированности процессуальных действий и решений в структуре уголовно-процессуального доказывания // Правовой порядок: Межвузовский научный сборник. Ростов н/Д, 2009. – 0,25 п.л.

4. Фролова А.Ю. (Топольскова А.Ю.). Обоснование и мотивирование наличия/отсутствия юридической силы у доказательств, собранных с нарушениями требований закона // Порядок общества и права человека: конституционный и политико-правовой дискурс. Межвузовский научный сборник. Ростов н/Д: Изд-во ЮФУ, 2009. – 0,7 п.л.

5. Працко Г.С., Фролова А.Ю. (Топольскова А.Ю.). Значение прокурорского надзора в обеспечении обоснованности и мотивированности процессуальных действий и решений в досудебном судопроизводстве // Порядок общества и права человека: конституционный и политико-правовой дискурс. Межвузовский научный сборник. Ростов н/Д: Изд-во ЮФУ, 2009. – 0,8 п.л./0,4 п.л.

6. Фролова А.Ю. (Топольскова А.Ю.). Прокурорский надзор и процессуальные действия в досудебном судопроизводстве // Порядок общества: теория и практика государственно-правового развития. Межвузовский научный сборник. М.: «Вузовская книга», 2012.  - 0,7 п.л.

7. Фролова А.Ю. (Топольскова А.Ю.). Юридическая сила доказательств и требование закона // Порядок общества и актуальные проблемы правоведения. Межвузовский научный сборник. М.: «Вузовская книга», 2012.  - 0,7 п.л.

Однопорядковые результаты эмпирических исследований были получены и некоторыми другими исследователями проблем доказывания в досудебных стадиях. См.: Брагин Е.А. Процессуальный порядок и правовые последствия признания доказательств недопустимыми в российском уголовном процессе: Дис. ... канд. юрид. наук. Челябинск, 2003. С. 103–104; Терехин В.В. Недопустимые доказательства в уголовном процессе России: теоретические и прикладные аспекты: Дис. … канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2006. С. 72–80.

 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.