WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

КОСТЮМ КОЧЕВНИКОВ ЮЖНОЙ СИБИРИ И СОПРЕДЕЛЬНЫХ ТЕРРИТОРИЙ ПЕРИОДА ПОЗДНЕЙ ДРЕВНОСТИ И РАННЕГО СРЕДНЕВЕ-КОВЬЯ

Автореферат кандидатской диссертации

 

На правах рукописи

 

 

Усова Ирина Александровна

 

 

КОСТЮМ КОЧЕВНИКОВ ЮЖНОЙ СИБИРИ

И СОПРЕДЕЛЬНЫХ ТЕРРИТОРИЙ ПЕРИОДА

ПОЗДНЕЙ ДРЕВНОСТИ И РАННЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

 

Специальность 07.00.06. – археология

 

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

 

 

 

 

 

Барнаул – 2012

Работа выполнена на кафедре археологии, этнографии и музеологии ФГБОУ ВПО «Алтайский государственный университет»

                                                                                                                                           

Научный руководитель:       доктор исторических наук, профессор

Тишкин Алексей Алексеевич

 

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Худяков Юлий Сергеевич;

                                                        кандидат исторических наук

                                                        Трифанова Сынару Вениаминовна

 

Ведущая организация:          Омский филиал Учреждения Российской

академии наук Института археологии и этнографии Сибирского отделения РАН

Защита состоится 23 марта 2012 года в 12-00 часов на заседании объединенного совета по защите докторских и кандидатских диссертаций ДМ 212.005.08 при Алтайском государственном университете по адресу: 656049, г. Барнаул, пр. Ленина, 61, ауд. 416 (зал заседаний ученого совета).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Алтайский государственный университет».

Автореферат разослан «___» февраля 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

  доктор исторических наук, доцент                                    В.В. Горбунов

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы. Костюм – один из наиболее важных элементов материальной культуры любого народа. Он может состоять из разных частей, определяющих внешний вид человека: головные уборы, верхняя и нижняя плечевая или поясная одежда, обувь, а также украшения и аксессуары. Исследователями также выделяются дополнительные составляющие костюма – макияж и татуировки (Давыдова, 2001, с. 117).

На протяжении многих тысячелетий одежда людей выполняла практические, эстетические, социальные и религиозные функции. Она издавна служила средством налаживания дипломатических и культурных контактов, а также являлась объектом торговли. О внешнем виде номадов можно судить по нескольким группам имеющихся источников. Следует отметить, что во многих захоронениях предметы костюма не сохраняются, за исключением «замерзших» могил Алтая пазырыкского времени и погребений Синьцзяна, обнаруженных в местности с сухим климатом.

Обращение к обозначенной теме исследования обусловлено тем, что «археологический» костюм отличается самой слабой степенью изученности. Наличие в большинстве древних и средневековых погребений лишь фрагментов меха, войлока, ткани, шерсти и кожи осложняет процесс реконструкции единого ансамбля.

Систематизация элементов костюмного комплекса номадов поздней древности и раннего средневековья по имеющимся источникам и создание на этой основе классификационных построений на сегодняшний день еще не проводились. До сих пор не обобщен и не сведен воедино корпус материалов по истории костюма кочевников конца IX в. до н.э. – XI в. н.э., в которых содержатся сведения о находках одежды из погребений, а также письменные и изобразительные данные. Не выделены основные типы элементов рассматриваемого комплекса, характерные для аржано-майэмирского, пазырыкского, хуннуско-сяньбийско-жужан-ского и тюркского времени. Без наличия таких разработок невозможно создание целостной картины развития костюма у представителей разных культурных общностей во времени и пространстве.

Создание классификационной схемы для дальнейшего анализа головных уборов, одежды и обуви позволяет выявить их типологические особенности, а также изменения в покрое, декоре и материалах. Возникла необходимость междисциплинарного изучения костюма на основе всей совокупности имеющихся групп источников, а также демонстрации обнаруженных элементов костюмного комплекса в исторической ретроспективе: от аржано-майэмирского до тюркского времени включительно.

Цель исследования. На имеющейся источниковой базе, которая включает археологические, письменные и изобразительные материалы, провести системный анализ костюмного комплекса кочевых обществ Южной Сибири и сопредельных территорий периода поздней древности и раннего средневековья. Для ее решения были поставлены следующие задачи:

1. Рассмотреть историю выявления и изучения элементов головных уборов, одежды и обуви из археологических памятников аржа-но-майэмирского, пазырыкского, хуннуско-сяньбийско-жужанского и тюркского времени, а также дать оценку современного состояния и степени разработанности темы.

2. Представить совокупность археологических, письменных и изобразительных источников, в которых содержится информация по костюмному ансамблю древних и раннесредневековых номадов, и системно проанализировать эти материалы.

3. Дать полную характеристику всем конструктивным элементам костюма с применением унифицированного терминологического аппарата.

4. Классифицировать предметы костюмного комплекса населения Южной Сибири и сопредельных территорий аржано-майэмирского, пазырыкского, хуннуско-сяньбийско-жужанского и тюркского времени и показать динамику развития технологических особенностей создания головных уборов, одежды и обуви.

5. Обобщить имеющийся опыт реконструкции костюма номадов южно-сибирского региона и показать дальнейшие перспективы данной деятельности.

Объектом исследования в работе является костюм как важная часть материальной культуры скотоводов Южной Сибири и сопредельных регионов периода поздней древности и раннего средневековья.

Предметом исследования стали выявленные категории костюма (головные уборы, одежда, обувь) номадов аржано-майэмирского, пазырыкского, хуннуско-сяньбийско-жужанского и тюркского времени как историко-культурные источники.

Территориальные рамки исследования. В справочной литературе «Южная Сибирь» – это обширная область на юге Сибири, включающая Алтай, Западный и Восточный Саяны, Туву, Прибайкалье и Забайкалье; в ее состав также входят обширные межгорные котловины – Кузнецкая, Минусинская, Тувинская (Краткая Российская энциклопедия, 2003, с. 175; Большая географическая энциклопедия, 2007, с. 618). В качестве рассматриваемых сопредельных территорий выступают Казахстан, Монголия и Туркестан (Синьцзян).

Хронологические рамки работы охватывают аржано-майэмир-ское время (конец IX – 2–3-я четверть VI вв. до н.э.), пазырыкское (2-я половина VI–III вв. до н.э.), хуннуско-сяньбийско-жужанское (II в. до н.э. – 1-я половина V в. н.э.) и тюркское (2-я половина V–XI вв. н.э.) (Тишкин, 2006, с. 7; 2007, с. 236). Каждый из перечисленных периодов истории Южной Сибири и сопредельных регионов характеризуется определенными культурными изменениями в материальной, социальной, духовной и других сферах жизни номадов.

Источниковая база исследования. Работа основана на широком круге привлекаемых сведений, основу которых составляют археологические находки. Автором диссертации обобщены опубликованные вещественные материалы аржано-майэмирского, пазырыкского, хуннуско-сяньбийско-жужанского и тюркского времени, полученные при проведении раскопок на территории Алтая, Казахстана, Тувы, Монголии, Хакасии, Забайкалья и Туркестана (Синьцзяна). Часть данных выявлена в отчетах о полевых исследованиях, которые хранятся в архиве Музея археологии и этнографии Алтая АлтГУ (г. Барнаул). В результате оказалось, что в 87 погребальных объектах обнаружены элементы костюма в виде ткани, войлока, меха, шерсти, кожи с аппликациями и нашивными бляхами, а также целые костюмные комплексы, сохранившие свою структуру (из них пять зафиксированы в памятниках аржано-майэмирского времени, 35 – пазырыкского, 21 – хуннуско-сянь-бийско-жужанского, 26 – тюркского). Для подлинной реконструкции рассматривались не только археологические материалы, но и привлекались дополнительные свидетельства. Особую роль в этом играли письменные источники, которые содержат сведения по костюму древних и средневековых кочевых народов: для пазырыкского времени – «История» Геродота; для хуннуско-сяньбийско-жужанского – исторические тексты в переводах В.С. Таскина (Материалы…, 1968; 1973; 1984), для раннего средневековья – китайские хроники, переведенные Н.Я. Бичуриным (1998), Н.В. Кюнером (1961) и Лю Маоцаем (2002). Изобразительные источники включают в себя каменные изваяния, петроглифы, настенную роспись, а также изображения на коврах. Это дает полезную информацию относительно особенностей костюма кочевых общностей Алтая и его предгорий, Тувы, Казахстана, Монголии, Хакасии, Забайкалья и Туркестана. Всего было учтено по аржано-майэмир-скому времени 19 изобразительных источников, по пазырыкскому – 14, хуннуско-сяньбийско-жужанскому – 5, тюркскому – 43.

Все собранные для диссертации источники сведены в таблицы и представлены иллюстрациями, которые отражены в Приложении.

Методология и основные методы исследования. Методологической основой работы выступает системный подход, который позволяет рассмотреть категории костюма в качестве сложноорганизованных систем. Используемый метод «…ориентирует на раскрытие целостнос-ти объекта и обеспечивающих его механизмов, на выявление многообразных типов связей сложного объекта и сведение их в единую теоретическую картину» (Блауберг, 1997). Он предполагает построение моделей систем и их свойств, а также их демонстрацию в динамике (Блауберг, Юдин, Садовский, 2001). Обозначенный подход базируется на следующих стадиях системного археологического исследования: морфология, классификация, типология, реконструкция (Тишкин, Горбунова, 2004). Его реализация способствовала выявлению закономерностей в процессе развития костюма кочевых общностей Южной Сибири. В данной работе важную роль играет классификация. Костюмный комплекс состоит из разных категорий, которые в свою очередь подразделяются на ряд мелких единиц, демонстрирующих специфику каждой вещи. В работе использовался термин «костюм», который включает головные уборы, одежду и обувь. В классификационных построениях автором диссертации задействованы базовые принципы и категориальный аппарат из разработок Г.А. Федорова-Давыдова (1966), А.А. Тишкина (1996), В.В. Горбунова (2003; 2006), А.А. Тишкина и Т.Г. Горбуновой (2004; 2005), а также научного коллектива под руководством Ю.Л. Щаповой (Осипов, Лихтер, 2004; Осипов, 2006; Морфология украшений, 2007; Кокорина, Лихтер, 2007).

В ходе исследований применялись такие общеисторические методы, как историко-генетический и историко-сравнительный. Суть первого состоит в последовательном раскрытии свойств, функций и изменений изучаемой реальности в процессе ее исторического движения, а использование второго открывает возможности для объяснения рассматриваемых фактов и раскрытия сущности изучаемых явлений (Ковальченко, 1987). В основе реализации указанных методов лежит всестороннее описание отдельных категорий костюма народов аржано-майэмир-ского, пазырыкского, хуннуско-сяньбийско-жужанского и тюркского времени. При всестороннем рассмотрении костюмного ансамбля применялись специальные археологические методы, а также реализовывался комплексный подход.

Научная новизна. В результате проведенных исследований было впервые предпринято обобщение разнообразного материала для отражения развития отдельных категорий костюма населения Южной Сибири и сопредельных территорий поздней древности и раннего средневековья. Проведена систематизация предметов костюма аржано-майэмир-ского, пазырыкского, хуннуско-сяньбийско-жужанского и тюркского времени, в результате чего выделены основные типы головных уборов, одежды и обуви кочевников. Расширены возможности реконструкции элементов костюма населения аржано-майэмирского времени по «оленным» камням. Анализу подверглись археологические, письменные и изобразительные материалы обозначенных периодов, что позволило установить различную степень информативности источников и реконструировать отдельные категории костюмных ансамблей аржано-майэмирского и пазырыкского времени (в частности, возможные виды одежды по «оленным» камням, убор-парик по материалам памятника Ханкаринский дол, капоры населения булан-кобинской культуры Алтая). Выяснено, что наиболее продуктивными источниками являются археологические и иконографические. Систематизация сведений позволила охарактеризовать одеяние древнего и раннесредневекового населения крупнейшей историко-культурной зоны Евразии. Создана основа для дальнейших специальных исследований по методике изучения предметов костюма и реконструкции головных уборов, одежды и обуви.

Практическая значимость результатов исследования заключается в том, что полученные выводы и обработанные данные могут быть использованы при реконструкции внешнего облика кочевников Южной Сибири конца IX в. до н.э. – XI в. н.э., создании музейных экспозиций, в экскурсионно-туристической деятельности. Предложенные разработки и приемы систематизации могут быть применены при подготовке обобщающих научных работ по материальной культуре народов южно-сибирского региона раннего железного века и средневековья, при написании учебно-методических пособий для спецкурсов по костюму указанных периодов. Опубликованные статьи могут быть востребованы не только для учебного процесса, но и в виде познавательной информации для всех интересующихся историей костюма.

Исследование выполнено при поддержке ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России», проект «Реконструкция социальной организации и системы жизнеобеспечения кочевников Южной Сибири поздней древности и средневековья» (шифр 2010-1.2.1-300-028-022).

Апробация. Основные положения и идеи диссертационного исследования опубликованы в 17 работах, среди которых три статьи в журналах, рекомендованных ВАК (Усова, 2010, Усова, 2011, Дашковский, Усова, 2011), а также материалы выступлений на региональных, всероссийских и международных конференциях, проходивших в Барнауле (2008–2010), Новосибирске (2007), Кемерове (2009), Томске (2010), Казани (2010), Караганде (2011). Можно отметить следующие международные форумы: «XV Международная Западно-Сибирская археолого-этнографическая конференция» (Томск, 2010 г.), XVII Международный симпозиум «Интеграция археологических и этнографических исследований» (Казань, 2010 г.). Общий объем опубликованных трудов составил более 5 п.л.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, разделенных на параграфы, заключения, библиографического списка, списка сокращений и приложения, в котором представлены табличные и иллюстративные материалы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введенииобоснована актуальность темы, определены цели и задачи, объект и предмет исследования, территориальные и хронологические рамки, источниковая база, обозначены методология и методика изучения материалов, научная новизна работы, значимость полученных результатов, апробация и структура диссертации.

Глава I. История изучения костюмного комплекса народов

Южной Сибири и сопредельных территорий

поздней древности и раннего средневековья

1.1. Результаты изученияэлементовкостюма номадов аржа-но-майэмирского и пазырыкского времени. В истории изучения костюма кочевников аржано-майэмирского и пазырыкского времени выделены три этапа, каждый из которых ознаменован определенными качественными изменениями. Археологические исследования заложили основы комплексного подхода к изучению костюма кочевников.

На первом этапе (XVIII в. – конец 30-х гг. ХХ вв.) происходило научное знакомство исследователей с различными памятниками на территории Южной Сибири. В ходе естественно-научных экспедиций были раскопаны курганы, изучены каменные изваяния и наскальные рисунки (Демин, 1989). В организованные музеи поступали разные археологические находки. Для нашей темы важны парные ажурные пластины с антропоморфными мотивами из Сибирской коллекции Петра I. Особое внимание заслуживают поясные застежки с изображением людей в одежде в сцене «Отдых в лесу».

Важным моментом в истории изучения материальной культуры древних номадов стала деятельность В.В. Радлова. В 1865 г. им раскопан Большой Катандинский курган. Памятник получил широкую известность по найденной в нем уникальной коллекции одежды довольно хорошей сохранности.

При исследовании других курганов кочевой элиты Алтая М.П. Гряз-новым, С.И. Руденко и С.В. Киселевым были обнаружены элементы костюмного комплекса скифо-сакского периода. Эти материалы нашли лишь частичное отражение в довоенных изданиях.

Второй этап (2-я половина 1940-х – конец 1980-х гг.) характеризуется расширением раскопок курганов на территории Алтая, Тувы и Казахстана. При анализе обнаруженных находок одежды стал активно применяться комплекс источников, включавший археологические, изобразительные и письменные данные, на основе которых были сделаны некоторые выводы относительно культурных контактов.

На Алтае С.И Руденко продолжил исследования «царских» курганов. Полученные материалы нашли отражение в крупных монографиях (Руденко, 1948, 1953, 1960 и др.; Киселев, 1949; Грязнов, 1950).

Масштабные исследования в Туве проводились под руководством А.Д. Грача, в Казахстане – К.А. Акишева. В «элитных» погребальных комплексах скифо-сакского периода обнаружены не только нашивные украшения, но и предметы костюма кочевников аржано-майэмирского и пазырыкского времени. А.К. Акишевым сделаны попытки интерпретировать полученные материалы из могильников Казахстана на предмет раскрытия семантической составляющей головного убора и одеяния «золотого» человека.

В ходе раскопок был получен массовый материал из рядовых могильников Алтая, в которых обнаружены многочисленные фрагменты одежды. Среди исследованных памятников можно отметить некрополи пазырыкского времени в долинах рек Юстыд и Уландрык. Эти и другие материалы детально рассмотрены В.Д. Кубаревым (1987, 1991 и др.).

Исследования обозначенного этапа привели к значительному расширению круга источников, а также дали возможность для дальнейшего решения обозначенных проблем. Одним из самых ярких открытий стали результаты изучения кургана Аржан (Грязнов, 1980).

Третий этап (1990-е г. – начало XXI в.) характеризуется увеличением объема археологических источников. В рассматриваемый период отечественными исследователями были произведены качественные реконструкции костюмных комплексов ранних кочевников с опорой на археологические, письменные и изобразительные источники. Воссоздание внешнего облика по костюму «пазырыкцев» Алтая (Полосьмак, 2001; Полосьмак, Баркова, 2005; Усова, 2008, 2009; Дашковский, Усова, 2009, 2010а–б, 2011; Джумабекова, Базарбаева, Глушкова, 2010; и др.), «каменцев» Обь-Иртышья (Шульга, 2003; Тишкин, 2008; Тишкин, Чугунов, 2008), «аржанцев» Тувы (Чугунов, 2002, 2004; Cugunov, Parzinger, Nagler, 2010; Алтынбеков, Алтынбекова, 2010; и др.) и ираноязычных народов Евразии (Яценко, 2006) позволяет по-новому взглянуть на контакты номадов, оценить степень влияния различных этнических групп на сложение материальной культуры тех или иных народов.

1.2. Фиксация предметов костюма в погребальных памятниках хуннуско-сяньбийско-жужанского времени. В исследованиях по костюму населения Южной Сибири и сопредельных территорий хуннуско-сяньбийско-жужанского времени также выделено три этапа.

Первый этап (середина XIX в. – начало XX вв.) характеризуется внедрением в научный оборот переведенных китайских источников о хунну, а также проведенными раскопками. Первые упоминания об одежде хунну встречаются в труде Н.Я. Бичурина. «Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена». В указанный период происходило активное изучение памятников, расположенных в Забайкалье. Многочисленные находки из погребений хунну дали недостающую информацию относительно хозяйственной деятельности и материальной культуры народа, существенно дополнив письменные данные. Следует указать, что изучение памятников хунну началось достаточно поздно (на рубеже XIX – XX вв.), что стало начальным этапом накопления фактического материала. Открытие и исследование могильников таштыкской общности в Хакасии позволили обнаружить множество интересных находок: головные уборы из кожи или на берестяной основе, а также остатки меховых одежд и обуви.

На втором этапе (середина 1920-х – конец 1980-х гг.) раскапывались «элитные» и рядовые комплексы населения хуннуско-сянь-бийско-жужанского времени в Монголии, на Алтае, в Забайкалье и Хакасии; внедрялись научно-естественные методы при изучении технологической структуры «археологического» текстиля (в частности, тканей из курганов Ноин-Улы), использоваться комплексный подход в изучении «знатных» погребений номадов южно-сибирского региона и сопредельных с ним территорий.

На третьем этапе (начало 1990-х г. – начало XXI в.) происходит накопление источниковой базы по костюмным комплексам хунну, «булан-кобинцев» и «таштыкцев», что способствовало созданию информационной базы для более достоверной реконструкции внешнего облика кочевников Алтая, Монголии и Хакасии. Появляется большое количество отечественных публикаций, посвященных новым результатам исследований и изучению отдельных сторон жизни номадов (социальной, духовной и материальной). Ю.С. Худяковым была предложена реконструкция женского костюма на основе материалов могильника Усть-Эдиган. Воссозданием головных уборов занималась С.В. Три-фанова. В рамках указанного этапа предприняты раскопки «элитных» погребальных комплексов в Забайкалье и Монголии (работы С.С. Миняева, Н.В. Полосьмак и др.). Новые открытия по хуннуской проблематике были отражены в крупном зарубежном сборнике «Xiongnu archaeology» (2011).

1.3. Костюм кочевых обществ тюркского времени в работах XVIII в. – начала XXI в. На первом этапе (XVIII в. – середина 20-х гг. XX в.) формировался интерес к истории кочевых народов тюркского времени. Знания о раннесредневековых кочевниках Азии пополнили переводы китайских, тюркских, арабских и других источников, сделанные Н.Я. Бичуриным и В. Шоттом. В китайских династийных хрониках «Суй» и «Вэй» встречаются упоминания о тюрках южно-сибирского региона. Однако исследования в плане изучения непосредственно костюма кочевников в указанный период не проводились.

Раскопки на Алтае позволили получить информацию о материальной культуре раннесредневековых тюрок (Радлов, 1989). В 1865 г. В.В. Радлов исследовал памятник Катанда-I, в котором впервые обнаружены истлевшие от времени остатки шубы, штанов и шнуров для их подвязывания, сапог, стоячего воротника из тонкой материи. В его работах дается поверхностное описание находок из текстиля, войлока и металлических украшений, найденных в тюркских погребениях.

Попытка искусствоведческого анализа была продемонстрирована при обнаружении в Забайкалье так называемого Чикойского всадника (Михно, Петри, 1928).

Второй этап (1930-е – конец 1980-х гг.) характеризуется активным исследованием археологических памятников. На Алтае они проводились С.В. Киселевым и Л.А. Евтюховой, которые обнаружили остатки узорчатого шелка от костюма и фрагменты кожаного пояса. Раскопки в Туве осуществлялись экспедициями С.И. Вайнштейна, Л.Р. Кызласова, А.Д. Грача и др. Массово вводятся в научный оборот ранее неопубликованные источники. Проводится систематизация и учет каменных изваяний с территории Тувы, Монголии и Алтая. Делаются попытки анализировать реалии на скульптурах (в частности, выделение основных типов головных уборов, одежды и причесок). Облик тюркского населения Южной Сибири и сопредельных территорий на основе комплексного привлечения источников был детально реконструирован в работе С.И. Вайнштейна и М.В. Крюкова (1966), а также в диссертации Б.Б. Овчинниковой (1984) и монографии В.Д. Кубарева (1984).

Третий этап (1990-е гг. – начало XXI вв.) характеризуется появлением аналитических статей, а также монографий (Добжанский, 1990; Кубарев, 2005; Король, 2008; и др.), в которых исследователи привлекают широкий круг источников – археологические, письменные, изобразительные и этнографические материалы для реконструкции костюмного комплекса кочевников тюркского времени. Издаются монографии, посвященные как конкретному рассмотрению костюма тюрок Южной Сибири, так и частичному обзору предметов костюма по обнаруженным изделиям декоративно-прикладного искусства тюркского времени (Худяков, 1998). Обобщенное представление о том, во что одевалось тюркское население, дает работа Г.В. Кубарева (2005). На основе сопоставления всех материалов Д.В. Поздняковым были выполнены графические иллюстрации тюркских кафтанов (Кубарев, 2002; 2005).

В целом, следует сказать, что отечественные исследования по изучению костюма кочевников Южной Сибири и сопредельных территории периода поздней древности и раннего средневековья позволили существенно продвинуться в осмыслении ряда вопросов, связанных с динамикой развития костюмных ансамблей во времени и пространстве, культурным заимствованием некоторых деталей одежды.

Начиная с 1990-х и по настоящее время, постепенно нарастает источниковая база по одеянию пазырыкского и хуннуско-сянь-бийско-жужанского времени, издаются комплексные исследования по его отдельным элементам в частности. У исследователей проявляется интерес к теоретическим и методическим вопросам: изучению технологических свойств текстиля (Марсадолов, Царев, 2000; Глушкова, 2005, 2006) и разработке классификаций предметов костюма (Добжанский, 1990; Яценко, 1999, Трифанова, 2006). Таким образом, накопленные материалы о костюмных комплексах позволяют приступить к их систематизации, оформлению и анализу.

Глава II. Характеристика костюма кочевников Южной Сибири поздней древности и раннего средневековья по археологическим, письменным и изобразительным материалам

2.1. Археологические и изобразительные материалы аржа-но-майэмирского времени. Археологические материалы аржано-майэмир-ского времени представлены вещевыми комплексами из курганов Аржан и Аржан-2, расположенных в Туве. Однако отдельные находки тканей, кожи и меха из кургана Аржан не дают возможность реконструировать внешний облик одежды самых ранних кочевников Азии. А вот открытия, сделанные на курганном комплексе Аржан-2, позволили наиболее полно составить представление о том, как выглядели номады во 2-й половине VII в. до н.э. Парадный костюм знати состоял из головных уборов (башлык, колпак, капор), а также куртки, шубы, плаща-накидки, штанов, юбки, сапог и туфель.

Существенным дополнением служат изобразительные источники, в качестве которых выступают «оленные» камни. «Оленный» камень исследователи обычно разделяют на три зоны: верхнюю, среднюю и нижнюю. В верхней части изваяния могут быть выбиты ленты-диадемы, а также изображены головные уборы (в виде шапки или башлыка) или их имитации. На многих «оленных» камнях с боковых сторон представлены серьги в виде колец с подвесками или без них. В средней части камня обычно располагаются фигуры оленей с ветвистыми рогами. Силуэты оленей на каменных изваяниях, по мнению исследователей, могли быть либо нашивными аппликациями на верхней одежде (Савинов, 1999; Волков, 2002), либо татуировкой (Полосьмак, Баркова, 2005). Показательным компонентом на «оленных» камнях является пояс, под который отводилась средняя или нижняя часть стелы. Подвешенными к поясу изображались предметы вооружения и орудия труда. Судить о поясной одежде и обуви населения аржано-майэмирского времени по «оленным» камням пока не представляется возможным.

Изучение костюма указанного периода только начинается. В связи с этим, данное направление можно считать перспективным. Особое внимание необходимо уделить детальному осмыслению всех источников и попыткам реконструкции костюма номадов аржано-майэмир-ского времени, проживавших в Центральной Азии.

2.2. Внешний облик кочевников пазырыкского времени, фиксируемый в источниках. Для определения состава костюмного ансамбля номадов поздней древности была проведена систематизация имеющихся материалов из памятников Алтая, Монголии, Тувы, Восточного Казахстана и Туркестана (Синьцзян). В работе также использовались письменные и изобразительные источники.

Для обобщения данных по пазырыкскому времени на примере предметов костюма проанализированы материалы публикаций 70 подкурганных погребений на 35 могильниках южно-сибирского региона и сопредельных территорий. Всего было учтено 115 элементов костюмного комплекса, к которым относятся головные уборы, плечевая и поясная одежда, обувь: 65 из них обнаружены на Алтае, 11 – в Туве, пять – в Восточном Казахстане, два – в Хакасии, четыре – в Монголии, 28 – в Синьцзяне. Во внимание принимались находки из войлока, кожи, ткани и шерсти. Наличие в погребениях только нашивных блях не учитывалось.

Анализ категорий костюма населения Алтая пазырыкского времени выявил, что наиболее распространенными головными уборами были башлыки, колпаки, шапочки и островерхие уборы-парики, а также меховые шубы различного покроя, рубахи, шерстяные штаны, юбки, войлочные сапоги-чулки. Аналогичные по покрою и составу одежды обнаружены в сохранившемся виде на мумиях из погребений Субаши (Синьцзян).

Комплекс одеяний населения Тувы и Казахстана в указанное время имел ряд особенностей. Фрагменты головных уборов, одежды и обуви, обнаруженные в погребениях указанных территорий, позволяют утверждать, что костюм номадов отличался по убранству от одежды кочевников Алтая. Головные уборы представлены высокими колпаками из бересты или войлока, налобными повязками, войлочными башлыками. Парадные уборы с фигурками животных, свидетельствовали о высоком социальном статусе владельцев. В срубе памятника Суглуг-Хем-I (Тува) и кургане некрополя Иссык (Казахстан) обнаружены одеяния, расшитые огромным количеством золотых блях, выполненных в стилизованной манере. К видам верхней плечевой одежды были отнесены кафтаны из кожи, шерсти, ткани, меховые шубы,

а к поясной – штаны, пояса из кожи.

Материал для изготовления одежды в пазырыкское время был довольно разнообразным. В захоронениях Алтая, Тувы, Монголии, Синьцзяна фиксируется преобладание деталей костюма из шерсти, ткани, войлока, меха и, в меньшей степени, кожи. Шерсть в основном употреблялась для пошива поясной одежды (штаны, юбки), тогда как войлок использовался при изготовлении головных уборов, теплой одежды и обуви. Материалом для шуб служили шкуры овец, коз и пушных зверей. Большинство предметов костюма рассмотренных регионов пазырыкского времени было обнаружено в «замерзших» могилах Алтая, а также в погребениях Северо-Западного Синьцзяна. Особенностью пазырыкских курганов является наличие в деревянных камерах льда, благодаря которому во многих захоронениях сохраняются изделия из меха, кожи, войлока (Полосьмак, 2000; Полосьмак, Баркова, 2005).

При работе с археологическими даннымиважныписьменные материалы. Ввиду ограниченности таких источников по пазырыкскому времени, получить информацию о внешнем облике кочевников можно благодаря проведению культурных параллелей с костюмными ансамблями ираноязычных народов (саков, персов) и причерноморских скифов. Немаловажную роль в изучении костюма населения поздней древности играют данные, представленные в работах античных авторов: «История» Геродота, «О воздухе, воде и местностях» Гиппократа и «География» Страбона. Сведения о костюме ираноязычных народов Евразии, содержащиеся в письменных античных сочинениях не позволяют составить полное представление о том, что носили скифы, саки и массагеты. Судя по источникам, известно, что некоторые категории предметы костюма имели сходные особенности (в частности, покрой и декор).

Вспомогательную роль в изучении парадного одеяния кочевников пазырыкского времени выполняют изобразительные материалы. В Южной Сибири известны изображения всадников и охотников на скульптурных композициях, изделиях из металла, текстиля, а также на петроглифах. Художественные изделия из металла встречаются в памятниках пазырыкского времени достаточно часто. Распространенным сюжетом были сцены борьбы, охоты и военных столкновений. Исключительным мотивом служат изображения людей в одежде, которые встречаются на поясных пряжках из Сибирской коллекции Петра I, предметах торевтики с территории Тувы, петроглифах Казахстана и Хакасии.

2.3. Выявленное одеяние населения хуннуско-сяньбийско-жужан-ского времени. Изучение костюма населения указанного периода по имеющимся источникам достаточно трудоемкая задача. Это связано с тем, что в большинстве погребений исследователями обнаруживаются незначительные фрагменты материи, войлока, кожи, а также детали украшений от одежды, которые в древности представляли гармоничный костюмный ансамбль. Для успешного осуществления реконструкции костюма необходимо использовать археологические, письменные и изобразительные материалы с территории Алтая, Хакасии, Забайкалья, Тувы, Казахстана, Монголии.

Для систематизации предметов костюма кочевников хуннуско-сянь-бийско-жужанского времени по материалам публикаций и научных отчетов проанализировано 45 подкурганных погребений, исследованных на 17 могильниках перечисленных регионов. Учтен 51 элемент костюмного комплекса, к которым относятся фрагменты головных уборов, одежды, обуви: 12 из них обнаружены на Алтае, пять – в Туве, девять – в Монголии, десять – в Забайкалье, 15 – в Хакасии. Не рассматривались нашивные украшения, которые, возможно, остались от одежды.

Особенности конструкции могильных сооружений обеспечили сохранность одежд в некоторых погребальных комплексах на территории Алтая, Монголии, Хакасии. В захоронениях Забайкалья значимые компоненты костюма зафиксированы лишь в виде фрагментов меха, лоскутков шелковой и шерстяной ткани.

Наиболее распространенными видами одежды были халаты, шубы, безрукавки, фрагменты которых найдены в захоронениях памятников Усть-Эдиган, Яломан-II (Алтай), Ноин-Ула (Монголия), Оглахты (Хакасия). Виды головных уборов варьировались от разнообразных налобных повязок (из кожи, войлока и ткани) и шлемообразных войлочных шапочек до высоких колпаков. Об обуви можно судить только по сапожкам, найденным в кургане №6 могильника Ноин-Ула.

Сведения о материальной культуре хунну можно почерпнуть в нарративных материалах. Важным и необходимым источником для реконструкции костюмного комплекса народов Хуннуской империи являются китайские исторические хроники: сочинения Сыма Цяня «Исторические записки», Бань Гу «История династии Хань» и Фань Е «История поздней династии Хань». В работах, кроме освещения политических событий, происходивших в кочевой державе, уделяется внимание некоторым особенностям хуннуского костюма. Основу знакомства с сообщениями китайских авторов о культуре номадов составляют оригинальные русскоязычные переводы древних источников, сделанные Н.Я. Бичуриным, Н.В. Кюнером и В.С. Таскиным. Согласно источникам, головными уборами хунну являлись «гоуцзюэ», похожие на убор «бокка»/богтаг монгольских женщин. Хунну носили шубы из меха, овчины и войлока, шелковые стеганые кафтаны, длинные юбки и просторные штаны.

Изобразительными данными, в которых представлен костюмный комплекс номадов, являются наскальные изображения сцен с участием вооруженных персонажей, образы людей в скульптуре малых форм и рисунках на берестяных предметах. О внешнем облике кочевников-ско-товодов можно судить по немногочисленным предметам изобразительного искусства: деревянным планкам и петроглифам с территории Хакасии, граффити на берестяных предметах из памятников из Восточного Забайкалья, а также по наскальным изображениям в Монголии.

2.4. Отражение костюма тюркского времени в историко-куль-турных памятниках и китайских хрониках. На основе анализа целого комплекса источников (археологических, письменных и изобразительных) можно получить представление о внешнем облике кочевников тюркского времени. Монументальная скульптура и изобразительные предметы малых форм являются важными информативными данными. Основным археологическим материалом для реконструкции костюма номадов тюркского времени выступают находки деталей одеяния, обнаруженные в погребениях. Всего было учтено 42 элемента одежды: 32 из них обнаружены на Алтае, три – в Туве, один – в Казахстане, один – в Монголии, пять – в Туркестане.

В большинстве раннесредневековых погребений с территории Алтая и Тувы фиксируются многочисленные остатки плечевой одежды, которые при комплексном их изучении и с привлечением данных с сопредельных регионов позволяют установить основные категории костюма тюрок. Одежда тюркского времени демонстрирует устойчивость и единство традиций на всей Южной Сибири и ближайших территориях. Среди кочевников было распространено ношение шапок, колпаков, башлыков, шелковых кафтанов с треугольными отворотами, рубах (из шелка, шерсти), шуб, кожаных сапог с высоким голенищем. Головные уборы в захоронениях Алтая, Тувы, Казахстана, Монголии не обнаружены, но привлечение изобразительных материалов способствуют установлению их формы.

О костюме тюрок можно судить по упоминаниям в письменных источниках. Важный вклад в изучение раннесредневековой истории внесли Н.Я. Бичурин (1998) и Лю Маоцай (2002), которые осуществили перевод сочинений китайских авторов, повествующих о социально-политических и культурных процессах в тюркских каганатах. В китайских хрониках о костюме номадов тюркского времени содержатся лишь некоторые сведения о манере запахивания халата, о китайских «дарах», преподносимых правителям (ткани, одежда). Согласно источникам, в тюркском одеянии отразилось китайское влияние. Прежде всего это отразилось на головных уборах (шапки «путоу») и кафтанах с правосторонним запахом.

По тюркскому времени всего учтено 43 источника изобразительного характера. Анализ одежды тюрок, проведенный по ним, показал, что демонстрация основных элементов костюмного комплекса на предметах искусства кочевников-скотоводов находит подтверждение в археологических материалах и письменных сведениях. Привлекались следующие источники: с территории Алтая – костяная гравировка, петроглифы в технике выбивки и каменные изваяния; Тувы – граффити на бересте; Казахстана – гравировка на кости и изваяния; Монголии – скульптурные изображения и барельефы; Хакасии – скульптурные изображения и петроглифы, Восточного Туркестана – дворцовые росписи. На основании изобразительных данных можно представить внешний облик кочевника тюркского времени. На голову тюрки одевали в основном шапочки конической формы, напоминающие тюбетейку, многочисленные изображения которых встречены на каменных изваяниях Алтая, Тувы и Монголии. Распространенным видом плечевой одежды были длиннополые распашные кафтаны с двумя треугольными лацканами и узкими рукавами. Одеяние перетягивалось на талии поясом или ремнем, который застегивался на пряжку. В качестве нижней плечевой одежды тюрки использовали рубаху с узким горизонтальным воротом. Поясной одеждой служили штаны из шерсти. Обувью являлись мягкие сапоги без каблуков с косо срезанным голенищем до колена или ниже.

Комплексное использование источников (письменных, археологических, изобразительных) позволяет определить функциональные (повседневная и праздничная) и социальные особенности (отражение статуса человека в обществе) костюма тюрок.

Глава III. Систематизация и представление костюмного комплекса населения Южной Сибири и сопредельных территорий

поздней древности и раннего средневековья

К настоящему времени в археологических и этнографических исследованиях перспективным направлением становится разработка классификационных и типологических построений, объектом для которых может выступать любая категория материальной культуры. В работе проведена систематизация таких категорий костюма, как головные уборы, одежда и обувь. Классификация базируется на восьми уровнях (комплекс–категория–вид–группа–разряд–раздел–отдел–тип), которые в зависимости от характера материала могут либо сокращаться, либо дополняться. I. Комплекс представлен костюмом. II. Категория – это предметы, входящие в состав костюмного комплекса (головные уборы, одежда, обувь). III. Видразновидности предметов, находящиеся в составе указанных категорий. Головные уборы включают башлыки, колпаки, капоры, шапочки, уборы-парики, головные уборы с жесткой основой и налобные повязки; одежда – шубы, кафтаны, куртки, рубахи, платья, плащи-накидки, жилеты, штаны и юбки; обувь – сапоги, сапоги-чулки, носки, туфли. IV. Группа – материал, из которого изготовлена вещь (войлок, кожа, шелк, шерсть, ткань, мех, дерево). V. Разряд – отражает общую форму и покрой изделия. В данном случае, это демонстрация формы головных уборов (остроконечная, сфероконическая, сферическая, цилиндрическая и т.д.), одежды (распашная, глухая) и обуви (поршневидная, башмаковидная). VI. Раздел исключен из рассмотрения головных уборов. В остальных случаях, этот таксон определяет покрой спинки одежды (прямая; в талию; с фалдой; с клиньями) и высоту голенища обуви (выше колен, до колен, до щиколотки, до голени). Для их уточнения предполагается использование надраздела и подраздела. Надраздел в классификации обуви указывает на форму верха голенища (кососрезанное, прямосрезанное). Подраздел характеризует у верхней одежды наличие или отсутствие конструктивных деталей ворота (открытый ворот, стоячий воротник, лацканы, капюшон), а у поясной одежды – способ ношения сапог и крой юбок. VII. Отдел определяет наличие или отсутствие конструктивных элементов основания головного убора (назатыльник, наушники), способ ношения одежды (внакидку; в рукава; через голову), покрой подошвы обуви (с округлым носком; с заостренным носком и с «носочком»). VIII. Тип указывает на форму навершия (верха) у головных уборов, покрой одежды (туникообразный) и манеру ее застегивания (право- и левосторонний запах, застегивание встык, использование пояса), наличие у обуви признаков надподошвенной части (носок–голенище; подошва–носок–голенище; подошва–головка–голенище; поршень–голе-нище; подошва–поршень–голенище). Вариант используется в качестве вспомогательной и уточняющей единицы, которая отражает наличие или отсутствие декоративных элементов на изделии, а также определяет их характеристику.

3.1. Головные уборы. Классификация головных уборов кочевников и выявление их особенностей основывается на отборе вещественного и изобразительного материала. На территории Алтая известно 33 экз., в предгорьях Алтая – три, Туве – четыре, Казахстане – два, Монголии – шесть. Изображения головных уборов зафиксированы 74 раза. Комплексная систематизация учтенных данных осуществлялась на основе выделения таких таксономических единиц, как вид–группа–разряд–отдел–тип. Головные уборы подразделяются на следующие виды – башлыки, колпаки, капоры, шапочки, уборы-парики, головные уборы с жесткой основой и налобные повязки. В результате реализованной систематизации выделены шесть типов башлыков, девять типов колпаков, четыре типа капора, 12 типов шапочек, два типа уборов-париков, три типа убора с жесткой основой и четыре типа налобных повязок. Главным критерием в классификации головных уборов выступала форма их навершия, которая для каждого вида могла быть разной: сферическая, птицевидная, грифоновидная, заостренная, рогообразная, округлая, плосковерхая, полусферическая, усеченно-ко-нусообразная, сфероконическая и т.д.

3.2. Одежда. Одежда, как одна из категорий костюмного комплекса номадов, видоизменялась и совершенствовалась на протяжении аржа-но-майэмирского, пазырыкского, хуннуско-сяньбийско-жужанского и тюркского времени. При классификационном построении указанной категории костюмного комплекса упор делался на вещественные, а также изобразительные и письменные источники, которые содержат вспомогательную информацию о том, во что одевалось население, какой материал применялся при изготовлении одежды, что использовалось в качестве декора. С территории Тувы известно 5 экз. верхней плечевой одежды, обнаруженных в погребениях пазырыкского и тюркского времени. На четырех каменных изваяниях представлены ее изображения. Вещественные находки данной категории костюмного комплекса выявлены в количестве 2 экз. Изображения кафтанов, курток и шуб показаны на двух предметах из бронзы (курильница, бляха), двух – из камня (изваяния), одном – из кости (пластина). В погребальных комплексах Монголии всего рассматриваемого периода вещественных остатков верхней одежды найдено только 4 экз. Известно шесть изображений кафтанов и рубах на каменных изваяниях данного региона.

Комплексная систематизация осуществлялось на основе выделения таких таксономических единиц, как вид–группа–разряд–подразряд–раздел–подраздел–отдел–тип. Одежда, как вторая категория костюмного комплекса, подразделяется на следующие виды – шубы, кафтаны, куртки, жилеты, платья, рубахи, плащи-накидки, юбки, штаны. В результате систематизации предметов плечевой одежды было выделено семь типов шуб, восемь типов кафтанов, семь типов курток, два типа плащей-накидок, один тип жилетов, один тип платья, шесть типов рубах. Поясная одежда демонстрируется восьмью типами штанов и тремя типами юбок. Главным критерием в классификации одежды являлся покрой и манера застегивания, которая для каждого вида изделия могла быть разной: право- и левосторонний запах, застегивание встык, использование пояса.

3.3. Обувь, как и другие категории костюма, несет немаловажную информацию о культурных предпочтениях того или иного народа, проявлявшихся в покрое и декоре. Во внимание принимались целые находки и предметы, сохранившиеся частично. В классификации обуви применялась терминология, употребляемая исследователями при изучении обуви народов Сибири. Систематизация находок осуществлялась на основе выделения таких таксономических единиц, как вид–группа–разряд–надраздел–раздел–отдел–тип. Обувь, как третья категория костюмного комплекса, подразделяется на следующие виды изделий – сапоги, сапоги-чулки, «носки» и туфли. Выделено восемь типов сапог, два типа сапог-чулок, один тип «носок» и два типа туфель. Главным критерием в классификации обуви выступал покрой изделия, который для каждого вида изделия мог быть разным: носок–голенище; подошва–носок–голенище; подошва–головка–голенище; поршень–голенище; подошва–поршень–голенище.

3.4. Особенности костюма кочевников конца IX в. до н.э. – XI в. н.э. Костюм населения Южной Сибири и сопредельных территорий в каждый из рассматриваемых периодов имел ряд типичных для своего времени особенностей. Анализ источников аржано-майэмирского времени показал их недостаточную представительность для интерпретации. Перспективными являются изобразительные материалы на «оленных» камнях, где выбиты головные уборы, элементы одежды и украшения. Эффективность реконструкции внешнего облика кочевников достигается за счет привлечения археологических материалов из погребального комплекса Аржан-2 (Тува). Прямых письменных свидетельств нет. Источниковая база для проведения полной систематизации предметов костюма узка. В качестве верхней одежды кочевники-скотоводы использовали меховые шубы, кожаные куртки и меховые плащи-накидки. Возможным декором одеяния могли служить кожаные аппликации в виде фигур оленей, изображения которых встречены на «оленных» камнях.

Скифо-сакский период ознаменован появлением на Алтае яркого и уникального кочевого объединения, обозначенного как «пазырыкская культура». Основными видами головных уборов среди номадов являлись башлыки, колпаки, капоры, шапочки, уборы-парики, головные уборы с жесткой основой. Парадная плечевая одежда (кафтаны и куртки), а также обувь богато украшались нашивными бляхами, бисером, что свидетельствовало о высоком социальном статусе владельца.

В конце III в. до н.э. на степных территориях Евразии оформляется новое крупное политическое объединение – держава Хунну. Она на протяжении своего существования оказывала сильное влияние на материальную сторону жизни населения булан-кобинской культуры и других общностей Южной Сибири. Появляются новые виды головных уборов, одежды и обуви. В это время необычными по форме можно назвать головные уборы с наушниками у хунну Монголии, берестяные каркасы («туески») у «таштыкцев» Хакасии.

В тюркское время распространение получают кафтаны с правосторонним запахом, сшитые на китайский манер, а также мягкие сапоги, удобные для езды верхом на лошади.

В заключение подведены итоги работы, отражающие степень достижения поставленной цели и сформулированных задач. Результатом настоящего диссертационного исследование явилось обобщение, систематизация и анализ имеющихся материалов по костюмному комплексу населения Южной Сибири и сопредельных территорий периода поздней древности и раннего средневековья. Была рассмотрена история выявления и изучения элементов костюма аржано-майэмирского, пазырыкского, хуннуско-сяньбийско-жужанского и тюркского времени, проведен обзор работ, посвященных анализу головных уборов, одежды и обуви. В изучении категорий костюмного комплекса народов конца IX в. до н.э. – XI в н.э. выделены этапы, которые отражают определенные количественные и качественные изменения. Обозначенные периоды отличаются степенью накопления материала, его анализа, интерпретации, применения различных методов и приемов в археологических исследованиях (Усова, 2009). Это позволило существенно продвинуться в осмыслении ряда вопросов, связанных с динамикой развития костюмных ансамблей во времени и пространстве, культурным заимствованием некоторых деталей одежды. Исследователями при анализе элементов костюма применялся комплекс источников, включающий археологические, изобразительные и письменные данные, был реконструирован костюм некоторых кочевых народов поздней древности и раннего средневековья.

Была осуществлена систематизация источников, к которым относятся вещественные, письменные, изобразительные. Для выявления функциональных особенностей костюма кочевников аржано-майэмир-ского, пазырыкского, хуннуско-сяньбийско-жужанского и тюркского времени проведен учет значительного количества элементов из памятников Алтая, Тувы, Казахстана, Хакасии, Забайкалья, а также с территории Монголии и Туркестана. Анализ археологического материала показал, что головные уборы и одежда кочевых народов южно-си-бирского региона на протяжении всего периода видоизменялась в покрое, декоративном оформлении и форме. Это позволяет выявить не только новые закономерности историко-культурных контактов с иноязычными соседями, но установить степень их влияния. Костюмные комплексы номадов конца IX в. до н.э. – XI в н.э. заключают в себе богатые художественные традиции и обычаи, привнесенные в мате-риальную культуру номадов посредством широких территориальных и историко-культурных контактов. На протяжении всего времени в костюме культурных общностей Южной Сибири и сопредельных регионов, сменявших друг друга, постоянно прослеживается влияние Китайских империй, которое непосредственно отразилось в материале (шелк), покрое, манере ношения одежды, способах ее украшения.

Изучение костюмного комплекса номадов указанных периодов позволило выделить категории костюма, а также провести классификационные построения головных уборов, одежды и обуви. Головные уборы относятся к первой категории костюма и включают башлыки, колпаки, капоры, шапочки, уборы-парики, уборы с жесткой основой и налобные повязки. Вторая категория – одежда – подразделяется на следующие виды. К плечевой одежде были отнесены шуба, кафтан, куртка, платье, плащ-накидка, рубаха, жилет. Поясная одежда состоит из юбки и штанов. К заключительной категории костюмного комплекса относится обувь, в которую входили сапоги, сапоги-чулки, «носки» и туфли. Характеристика костюма населения Южной Сибири и сопредельных территорий позволила установить, что в каждый из рассматриваемых периодов категории костюма имели ряд типичных для своего времени особенностей. Систематизация материала на основе классификационных построений с привлечением корпуса источников позволила осуществить детальный анализ выделенных типов головных уборов, одежды и обуви. Осуществленные реконструкции некоторых категорий костюма не являются заключительным этапом в изучении одеяний кочевников конца IX в. до н.э. – XI в. н.э. и в дальнейшем могут дополняться и совершенствоваться по мере накопления новых материалов с территории Южной Сибири и сопредельных регионов. Таким образом, проведенное исследование по костюмному ансамблю кочевников трех изучаемых периодов и его комплексный анализ показало, что головные уборы, одежда и обувь являются ценным информативным источником для изучения материальной и духовной культуры древнего и средневекового населения указанного региона.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

Статьи в ведущих рецензируемых научных изданиях и журналах, рекомендованных ВАК:

1. Усова, И.А. Изучение костюма народов Центральной Азии поздней древности и раннего средневековья / И.А. Усова // Известия Алтайского государственного университета. Серия «История. Политология». – 2010. – Вып. 4/1 (68/1). – С. 254–259 (0,8 п.л.)

2. Усова, И.А. Методика изучения костюма по археологическим материалам: историографический аспект / И.А. Усова // Известия Алтайского государственного университета. Серия «История. Политология». – 2011. – Вып. 4/1 (72/1). – С. 214–219 (0,6 п.л.).

3. Дашковский, П.К. Погребение пазырыкской культуры на могильнике Ханкаринский дол (Северо-Западный Алтай) / П.К. Дашковский, И.А. Усова // Археология, этнография и антропология Евразии. – 2011. – №3 (47). – С. 78–84 (авт. вклад – 0,3 п.л.).

Статьи и тезисы:

4. Усова, И.А. Алгоритм изучения одежды кочевников Центральной Азии по археологическим, письменным и изобразительным источникам / И.А. Усова // Археология, этнология, палеоэкология Северной Евразии и сопредельных территорий: мат. регион. конф. / Красноярский гос. пед. ун-т. – Красноярск, 2006. – Т. II. – С. 72–75 (0,3 п.л.).

5. Усова, И.А. Нижние головные уборы у населения усть-эди-ганского этапа булан-кобинской культуры Алтая (по материалам памятника Яломан-II) / И.А. Усова //Археология, этнология, палеоэкология Северной Евразии и сопредельных территорий: мат. регион. конф. / Новосиб. гос. ун-т. – Новосибирск, 2007. – С. 127–128 (0,3 п.л.).

6. Усова, И.А. Источники для реконструкции одежды населения «гунно-сарматского» и тюркского времени / И.А. Усова // Труды молодых ученых Алтайского государственного университета: мат. регион. конф. / Алт. гос. ун-т. – Барнаул, 2008. – Вып. 5. – С. 67–71 (0,2 п.л.).

7. Усова, И.А. Предварительная реконструкция верхних головных уборов кочевников пазырыкского времени (по материалам памятника Ханкаринский дол на Алтае) / И.А. Усова // Этнокультурная история Евразии: современные исследования и опыт реконструкций: мат. регион. конф. / Алт. гос. ун-т. – Барнаул, 2008. – С. 151–152 (0,2 п.л.).

8. Усова, И.А. О верхних головных уборах населения пазырыкского времени (по материалам могильника Ханкаринский дол на Алтае) / И.А. Усова // Археология и этнография азиатской части России (новые материалы, гипотезы, проблемы и методы): мат. регион. конф. / Кемер. гос. ун-т. – Кемерово, 2009. – C. 151–152 (0,2 п.л.).

9. Дашковский, П.К. Реконструкция женского головного убора из могильника пазырыкской культуры Ханкаринский дол / П.К Дашковский, И.А. Усова // Социогенез в Северной Азии: мат. всерос. конф. / Иркут. гос. тех. ун-т. – Иркутск, 2009. – С. 125–128 (авт. вклад – 0,2 п.л.).

10. Дашковский, П.К. Изучение памятников Ханкаринский дол и Чинета-II в Северо-Западном Алтае / П.К. Дашковский, С.С. Тур, И.А. Усова // Сохранение и изучение культурного наследия Алтая: мат. регион. конф. / Алт. гос. ун-т. – Барнаул, 2009. – Вып. XVII. – С. 205–210 (авт. вклад – 0,06 п.л.).

11. Усова, И.А. Костюм древних и традиционных обществ в отечественных исследованиях: методы, подходы его изучения (историографический аспект) / И.А. Усова // Труды молодых ученых Алтайского государственного университета: мат. регион. конф. / Алт. гос. ун-т. – Барнаул, 2009. – Вып. 6. – С. 40–42 (0,2 п.л.).

12. Усова, И.А. Элементы костюмного комплекса кочевников «гунно-сарматского» времени центрально-азиатского региона (по данным комплексного анализа источников) / И.А. Усова // Евразийское культурное пространство. Археология, этнология, антропология: мат. регион. конф. / Иркут. гос. ун-т. – Иркутск, 2010. – С. 280–282 (0,2 п.л.).

13. Усова, И.А. Археологические источники для реконструкции женских головных уборов населения пазырыкской культуры Алтая / И.А. Усова // Культура как система в историческом контексте: Опыт Западно-Сибирских археолого-этнографических совещаний: мат. междунар. конф. / Том. гос. ун-т. – Томск, 2010. – С. 313–315 (0,6 п.л.).

14. Усова, И.А. Внешний облик номадов эпохи раннего железа Центральной Азии на предметах торевтики / И.А. Усова // Торевтика в древних и традиционных культурах Евразии: мат. всерос. конф. / Алт. гос. ун-т. – Барнаул, 2010. – С. 162–165 (0,3 п.л.).

15. Дашковский, П.К. Семантика головных уборов «пазырыкцев» Алтая (по материалам могильника Ханкаринский дол) / П.К. Дашковский, И.А. Усова // Интеграция археологических и этнографических исследований: мат. меж. конф. / Институт истории им. Ш. Марджани АН РТ. – Казань, 2010. – С. 304–306 (авт. вклад – 0, 3 п.л.).

16. Дашковский, П.К. К вопросу о семантике головного убора из могильника пазырыкской культуры Ханкаринский дол (Алтай) / П.К. Дашковский, И.А. Усова // III Международный Северный археологический конгресс: тез. докладов меж. конф. / Институт истории и археологии УрО РАН. – Ханты-Мансийск; Екатеринбург, 2010. – С. 169–170 (авт. вклад – 0,1 п.л.).

17. Тишкин, А.А. «Оленные» камни как источник для реконструкции костюма населения Азии аржано-майэмирского времени (по материалам памятников Монгольского Алтая) / А.А. Тишкин, И.А. Усова // Сакская культура Сарыарки в контексте изучения этносоциокультурных процессов степной Евразии. / Институт археологии им А.Х. Маргулана. – Караганды, 2011. – С. 158–164 (авт. вклад – 0,2 п.л.).

Подписано в печать ________

Печать офсетная. Бумага для множительных аппаратов

Формат 60.90/16. Усл. печ. л. 1,0

Заказ №___. Тираж 100 экз.

Бесплатно

Типография Алтайского государственного университета

  656049, Барнаул, Димитрова, 66

 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.