WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

Когнитивно-референциальные особенности текстопостроения художественных произведений для детей (на материале английского языка)

Автореферат кандидатской диссертации

 

На правах рукописи

 

Кузьмина Ирина Сергеевна

 

Когнитивно-референциальные особенности текстопостроения художественных произведений для детей

(на материале английского языка)

Специальность 10.02.04 – германские языки

 

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

 

 

 

 

Самара 2012


Работа выполнена на кафедре английской филологии

ФГБОУ ВПО «Мордовский государственный университет им. Н.П. Огарёва»

Научный руководитель:                             доктор филологических наук, профессор Трофимова Юлия Михайловна

Официальные оппоненты:                         доктор филологических наук, доцент

Бекишева Елена Владимировна

кандидат филологических наук, профессор

Харьковская Антонина Александровна

Ведущая организация:                                            ФГБОУ ВПО «Ульяновский государственный университет»

Защита состоится 29 марта 2012 г. в 14 часов на заседании диссертационного совета Д 212.216.03 при ФГБОУ ВПО «Поволжская государственная социально-гуманитарная академия» по адресу: 443099, г. Самара, ул. М. Горького 65/67, ауд. 9

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Поволжская государственная социально-гуманитарная академия».

Электронная версия автореферата размещена на официальном сайте ВАК Министерства образования и науки РФ www.vak2.ed.gov.ru и на официальном сайте ФГБОУ ВПО «Поволжская государственная социально-гуманитарная академия» www.pgsga.ru.

Автореферат разослан «    » февраля 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор филологических наук, профессор                                    Борисова Е.Б.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Текст, созданный для детей или детский текст (ДТ) является уникальным явлением с точки зрения закономерностей, определяющих его построение. Значительный возрастной разрыв автора и реципиента ДТ указывает на своеобразие когнитивного процесса, совершающегося при текстопостроении, когда автор особым образом отбирает содержательные аспекты сообщаемой ребенку информации и соответственно ее вербализует. В обширном спектре возникающих при этом проблем наиболее важными представляются когнитивно-референциальные аспекты ДТ.

Актуальность диссертации обусловлена современной тенденцией рассмотрения языковых феноменов в контексте их антропоцентрической значимости. Своевременным представляется обращение к ДТ, который во многом определяет развитие личности и с самого раннего возраста воспитывает у человека любовь к чтению. Актуальным является раскрытие лингвистической природы ДТ, и, в частности, проблем интеракции продуцента и реципиента ДТ, способной содействовать преодолению коммуникативных трудностей в литературно-художественной сфере деятельности человека.

Объектом исследования настоящей диссертации являются когнитивно-референциальные параметры англоязычного текста, предназначенного для детской аудитории, в их текстопостроительном проявлении.

Предметом исследования были избраны вербальные актуализации референциальных и когнитивных структур англоязычного текста для детей, охватывающего возрастные рамки от рождения до младшего школьного возраста.

Целью настоящего исследования является установление текстопостроительных закономерностей ДТ, обусловленных спецификой его когнитивно-референциальной природы.

В соответствии с поставленной целью в работе решаются следующие задачи:

- выяснить, как возрастной разрыв продуцента и реципиента художественного текста для детей отражается на особенностях его построения;

- определить когнитивный потенциал ДТ и характер его когнитивной мобильности в пределах указанного возрастного периода;

- выяснить природу референциальной отнесенности ДТ, исходя из вербальных фиксаций различных отсылок к внеязыковой действительности;

- установить концептуальный диапазон ДТ как соответствующий познавательному уровню его реципиента, сделав акцент на мобильности концептуальной парадигмы ДТ и вариабельности при ее вербализации;

- раскрыть механизм взаимодействия референциальных и когнитивных свойств ДТ.

Теоретико-методологической базой исследования послужили труды отечественных и зарубежных ученых в области лингвистики текста [Кухаренко, 1988; Тураева, 1986; Демьянков, 2005; Валгина, 2003; Демина, 2006; Егорова, 2008; Головня, 2006; Хабибуллина, 2006; Biber, 1989; Longacre, 1992], референции текста [Арутюнова, 1999; Miller, 1991; Падучева, 2001; Кубрякова, 2001; Серль, 2002; Москальская, 1981; Смирнов, 1987; Баранов, 1988; Бразговская, 2006; Макаров, 2003; Иомдин, Бердичевский, 2006; Селиванова, 2002; Лукин, 2005; Фролова, 2008;] и когнитивной лингвистике [Кубрякова, Демьянков, 2007; Попова, Стернин, 2006; Степанов, 2001; Блох, 2006; Карасик, 2004; Колесов, 2005; Хвесько, Черниченко, 2011; Пименова, 2009; Павлова, 2004; Hardy, 1998; Damasio, 1995; Jackendoff, 1993; Thagard, 1996].

Научная новизна настоящей диссертации заключается в том, что впервые на когнитивных основаниях было осуществлено рассмотрение англоязычного художественного текста для детей, заложены основы лингвистического исследования ДТ как текстового феномена. Новым является обоснование природы текстовой референции в произведениях для детей, установление ее детерминированности когнитивным потенциалом ДТ.

Фактическим материалом исследования послужили англоязычные прозаические тексты, за которыми традиционно закреплена адресованность читателю-ребенку. К исследованию привлекались англоязычные тексты, предназначенные для детей в возрасте до 11-12 лет, в объеме около 4000 страниц. Помимо возрастного критерия учитывалась и содержательная однородность текстов, в числе которых рассматривались тексты авторских (L.F. Baum, R. Dahl, R. Kipling, А. Milne, T.W. Burgess и др.) и народных сказок, преимущественно антропоморфной специфики.

Концептуально важные тезисы диссертации отражены в следующих положениях, выносимых на защиту:

  1.  Возрастные различия автора и адресата ДТ затрагивают при его создании в первую очередь когнититивно-референциальные аспекты текста, поскольку отнесенность высказывания к миру детерминируется уровнем знаний реципиента-ребёнка.
  2. Когнитивность ДТ определяется его концептуальной парадигмой, эволюционирующей как в границах концептосфер и содержательном наполнении составляющих их концептов, так и при вербализации последних.
  3. Текстовая референция произведений для детей обнаруживается во множественных точках отнесенности высказывания к миру и их соединении в особого рода референциальные цепочки, пронизывающие все пространство каждого отдельного текста.
  4. Концептуальный состав ДТ определяется набором антропоцентрических, топонимических и абстрактных концептов, локализованных на разных уровнях текстовой информации; при этом формирование последних, как правило, имеет место на подтекстовом уровне, что особенно характерно при их морально-этической ориентированности.
  5. Характер референциальной отнесенности ДТ определяет содержательную структуру его концептов, что особенно значимо для топонимических концептов, когда те начинают расширять свой объем от ландшафтного элемента до компонентов «жилище» и «действующее лицо».

В диссертации используется комплекс исследовательских методов, что обусловлено многоаспектностью проводимого анализа. Востребованными являются описательно-аналитический метод, метод контекстуального анализа, метод когнитивного анализа, метод анализа словарных дефиниций.

Теоретическая значимость диссертации заключается в том, что раскрытие когнитивно-референциальных параметров ДТ может рассматриваться как вклад в развитие теоретических основ процесса текстопостроения. Теоретически значимым является расширение предметного и исследовательского репертуара лингвистики текста, а также обоснование её взаимодействия с когнитивной лингвистикой. Установление взаимозависимости при порождении ДТ его референциальных и когнитивных свойств имеет значение для развития теории референции в её актуализации на текстовом уровне. Выводы исследования имеют непосредственную значимость для различных областей языкознания, связанных с теоретическим осмыслением проблем адресации текста, взаимоотношением его продуцента и реципиента, а также с решением вопросов, актуальных для современной англоязычной литературной коммуникации.

Практическая значимость диссертационной работы заключается в том, что полученные результаты могут быть использованы при чтении курсов стилистики английского языка, и разнообразных спецкурсов по лингвистике текста, лингвокультурологии и когнитивной лингвистике. Выводы работы могут также применяться на практических занятиях по интерпретации художественного текста.

Апробация результатов исследования осуществлялась в форме участия в международных (Саранск 2009; Ульяновск 2010) и региональных (Саранск 2005, 2009, 2010) конференциях. Основные положения диссертационного исследования изложены в двенадцати публикациях, три из которых размещены в изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ (Пятигорск, Волгоград, Санкт-Петербург).

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трёх глав и заключения. Первая глава представляет собой теоретическое обоснование основной проблематики работы. Вторая глава посвящается анализу когнитивно-референциальных параметров детского антропоморфного текста. В третьей главе исследуется концептуальная парадигма англоязычного ДТ и ее референциальные аспекты. В заключении излагаются результаты исследования. Работа завершается библиографическим списком и списком источников примеров.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность темы исследования, формулируется его цель и задачи, определяются объект и предмет исследования, указываются методы, источники материала, раскрывается научная новизна, теоретическая и практическая значимость диссертации, излагаются основные положения, выносимые на защиту.

Глава 1 «Когнитивно-референциальная природа текстопостроения и ее проявление в художественных произведениях для детей» является теоретической и имеет целью освещение круга разнообразных вопросов, имеющих отношение к предмету исследования. В связи с этим приводится обзор различных исследований такого явления как ДТ, а также близких ему понятий («детская литература», «литература для детей», «детское чтение»), выработанных филологией, литературоведением и современной лингвистикой. В разделе также уделяется внимание психологическим исследованиям, затрагивающим возрастные периоды развития ребенка, поскольку главной особенностью ДТ является учет автором (взрослым человеком) возрастных характеристик своего адресата (маленького читателя).

В настоящем диссертационном исследовании обосновывается необходимость сосредоточиться на тех участках ДТ, где его когнитивные потоки обнаруживают явную детерминированность явлениями, относящимися к сфере текстовой референции в её специфическом проявлении в текстах для детей. В когнитивной лингвистике когнитивистская точка зрения на референцию формулируется в виде максимы: «Избегай говорить о чем-либо в обход когниции человека» [Демьянков, 1994: 24]. На базе этого утверждения в работе в вопросах текстопостроения ДТ обосновывается связь между когнитивной лингвистикой и теорией референции и дается определение текстовой референции А.Г. Баранова, ставшее основой исследования когнитивно-референциальных особенностей ДТ: референция - это способ «зацепить» текст за мир [Баранов, 1988].

Основная цель Главы 2 «Когнитивно-референциальные параметры художественного текста для детей» заключается в исследовании содержательных каналов ДТ, задействованных для передачи ребенку той или иной информации о реальном мире, которые отмечены особым проявлением текстовой референции, когда автор по-разному манипулирует фактами реального мира с целью придания правдоподобности своему изложению.

В настоящем изложении учитываются две текстовые категории – антропоцентричность и хронотоп, в наибольшей мере отражающие когнитивно-референциальные свойства детского антропоморфного текста.

Антропоцентричность ДТ наиболее ярко проявляется в характеристиках его персонажей, поскольку именно они преимущественно очеловечиваются автором. Так, например, очеловечивание проявляется в наделении автором предметов и явлений окружающего мира чертами человеческого лица:

Big, round Mr. Sun, with a very red, smiling face, had just begun to climb up into the sky [Burgess, “Old Mother West Wind”, p. 30].

Примером антропоцентричности ДТ служат поведение и действия его персонажей, которых автор уподобляет человеческим, например: The bird covered her face with her wings, so as not to see the last of her eggs; but she could not help peeping between the feathers [Barrie, “Peter Pan”, p. 102].

Особый блок текстовой референции составляет чувственно-эмоциональная сфера ДТ. Ее актуализатором также является текстовая категория антропоцентричности. Иногда автор (намеренно или непреднамеренно) дает такие оценки эмоциям своих персонажей, что они могут составить фонд знаний маленького читателя о людях вообще. Например, в произведении Дж. Барри маленькая фея Тинкер Бэлл (Tinker Bell) испытывает зависть и ненависть, свойственную женщинам: At present she was full of jealousy of Wendy. … Tink hated her with the fierce hatred of a very woman [Barrie, “Peter Pan”, p. 50]. Фраза hatred of a very woman «ненависть истинной женщины» может остаться в памяти у читателя  и войти в число его представлений о женщинах.

Человеческими характеристиками наделяются не только одушевленные и неодушевленные персонажи, но и различные объекты и природные явления, например, ветер: Old Mother West Wind was tiredtired and just a wee crosscross because she was tired. She had had a very busy day [Burgess, “Old Mother West Wind”, p. 21].

Характерной чертой ДТ является тот факт, что авторам свойственно наделять практически всех персонажей-животных даром человеческой речи, однако при этом они не лишаются повадок обычных животных, например: Down in the hole, Mrs. Fox was tenderly licking the stump of Mr. Foxs tail to stop the bleeding. “It was the finest tail for miles around,” she said between licks [Dahl, “Fantastic Mr. Fox”, p. 18].

Возможно, что через манипулирование человеческой речью авторы создают в тексте самый важный блок текстовой антропоцентричности. Примечательно, что некоторые из них исключают из повествования вербальное общение между людьми и животными. Иногда авторы прямо оговаривают неумение своего персонажа говорить на человеческом языке, хотя при этом животное пользуется речью. Такой эпизод есть у Э. Сьюэлл (Ann Sewell) в произведении “Black Beauty”, персонажами которого являются как люди, так и, очеловеченные животные: My master said, “Good-by, Darkie; be a good horse, and always do your best.” I could not say “good-by”, so I put my nose into his hand; he patted me kindly, and I left my first home [Sewell, “Black Beauty”, p. 13].

Референциальные характеристики хронотопа ДТ могут быть рассмотрены с точки зрения их структурной организации, поскольку категория хронотопа вербализуется в ДТ через множественные пространно-временные индикации, с одной стороны, «зацепляющие» создаваемый текст за мир, а с другой, концентрирующие в них определенную информацию о мире, способную расширять фоновые знания ребенка. Структура хронотопа проявляется в своеобразных референциальных цепочках, которые авторы выстраивают как по горизонтали, так и по вертикали текста. Примером референциальной цепочки выстроенной по вертикали, может служить следующая цепочка, в которой автор, повествуя о месте проживания одного из персонажей, на протяжении всего текста указывает одни и те же координаты его жилища:

(1) Christopher Robin lived at the very top of the Forest [Milne, http://goofy.narod.ru/pooh];

(2) One fine day Pooh had stumped up to the top of the Forest to see if his friend Christopher Robin was interested in Bears at all [Milne, http://goofy.narod.ru/pooh];

(3) Christopher Robin came down from the Forest to the bridge [Milne, http://goofy.narod.ru/pooh].

В качестве примера референциальной цепочки, выстроенной по горизонтали текста, можно привести  разнообразные индикации места проживания персонажа, дополняющие и уточняющие друг друга:

(1) For it was in the Hundred Acre Wood that Owl lived [Milne, http://goofy.narod.ru/pooh];

(2)  Owl lived at The Chestnuts… [Milne, http://goofy.narod.ru/pooh];

(3)  The nearest house was Owl’s, and to Owl’s House in the Hundred Acre Wood he made his way [Milne, http://goofy.narod.ru/pooh].

В итоге, сообщив адресату текста о том, что дом его персонажа имеет дверь (door), автор еще больше конкретизирует в референциальном отношении данный хронотоп, уподобляя место проживания своего персонажа человеческому:

(4) Piglet was comforted by this, and in a little while they were knocking and ringing very cheerfully at Owl’s door [Milne, http://goofy.narod.ru/pooh].

Таким образом, выстроенная автором референциальная цепочка: woodchestnutshousedoor, иллюстрирует как автор, опираясь на уже имеющиеся знания адресата о собственном месте проживания, сообщает ему новую информацию об окружающем мире, его обитателях и местах их обитания.

Приближение описываемых событий к опыту, известному ребенку (наличие дома, но у лесного обитателя), незаметно переступает тонкую грань когниции, приобретая характер «псевдокогниции», текстопостроительного приема предложенного в настоящем исследовании. Данный прием является в своем роде уникальным, в силу того, что сообщаемая автором неверная, заведомо ложная информация, его выдуманное знание, тем не менее, содержит для адресата текста когнитивные элементы, опирающиеся на избирательную отсылку к тем или иным фактам, взятым из актуального мира.

Так, например, в рассказе Киплинга “How the Whale Got His Throat” автор придумывает историю и выдает ее за свое подлинное знание, при этом, усиливает когнитивный потенциал текста, упоминанием названий многих морских рыб: He ate the starfish and the garfish, and the crab and the dab, and the plaice and the dace, and the skate and his mate, and the mackereel and the pickereel, and the really truly twirly-whirly eel [Kipling, “Just So Stories”, p. 3].

Тем самым, автор дает понять читателю, что ему знаком мир морских обитателей, и он многое знает о них. Он дает точные координаты местонахождения рыбака, еще больше убеждая ребенка в своих знаниях о море: So the Whale swam and swam to latitude Fifty North, longitude Forty West, as fast as he could swim [Kipling, “Just So Stories”, p. 5].

Киплинг правдоподобно перечисляет все станции, ведущие к родному городу моряка: Change here for Winchester, Ashuelot, Nashua, Keene, and stations on the Fitchburg Road [Kipling, “Just So Stories”, p. 7].

Наконец, когда Киплинг дает читателю ложную информацию, его читатель воспринимает ее как правдивую: But while the Whale had been swimming, the Mariner … had taken his jack-knife and cut up the raft into a little square grating all running criss-cross, and he had tied it firm with his suspenders … and he dragged that grating good and tight into the Whale’s throat, and there it stuck! [Kipling, “Just So Stories”, p. 7].

Так, автор, приписывая себе не свойственные ему знания и опыт и сообщая заведомо ложную информацию своему адресату, то есть, применяя приём псевдокогниции, тем не менее, вносит в текст когнитивные компоненты. Использование приема псевдокогниции свойственно многим детским писателям, а также присуще и народным сказкам.

Таким образом, явление псевдокогниции представляется новым объектом для исследования (особенно на материале детских художественных текстов) как для лингвистики текста, так и для когнитивной лингвистики, а также для теории референции в ее текстовой актуализации.

Текстовая референция как элемент когнитивной стратегии детского текста реализуется при текстопостроении в разнообразных проявлениях. Например, в способности вымышленных персонажей, персонажей-животных, а в некоторых случаях неодушевленных объектов говорить как человек. В ходе сюжета такие персонажи произносят фразы, которые ребёнок в ненавязчивой форме усваивает особенно легко. Например, (1) они приветствуют друг друга, добавляя что-нибудь для продолжения беседы: Good morning, Jerry Muskrat. You’re out early this morning,” replied Grandfather Frog” [Burgess, “The Adventures of Jerry Muskrat”, p. 7]; (2) желают друг другу спокойной ночи: Good night”, said Jimmy Skunk as he began to climb the Crooked Little Path up the hill to his own snug little home” [Burgess, “The Adventures of Jimmy Skunk”, p. 57]; (3) приглашают друг друга заняться чем-либо: “Come down to the Green Meadows with us”, said Bobby Coon and Reddy Fox” [Burgess, “The Adventures of Jimmy Skunk”, p.54].

Автор помогает своим читателям не только в доступной для их понимания форме понять и изучить мир животных, но и научиться общаться в реальном человеческом мире.

Однако авторы не позволяют маленькому читателю полностью оторваться от реального мира, вводя в текст фрагменты собственной «речи» животных, с помощью которых они, усиливают референтный блок текста: “MOO, MOO,” said the huge, huge cow in a huge, huge voice, “that I will” [“The Three Billy Goats Gruff and Other Read-Aloud Stories”, p. 10].

Для повышения когнитивного потенциала текстов, в которых персонажами являются животные, авторам приходится более активно внедрять параметры антропоморфизма, приближая животных к референтному полю человека, которое знакомо его читателю. Затем через посредство этого референтного поля авторы сообщают читателю новую, познавательную информацию. Так, например, авторы говорят, что некоторых животных все боятся: Then Peter Rabbit scampered away to find Jimmy Skunk and Bobby Coon and Happy Jack Squirrel to tell them all about how Reddy Fox had run away from Johnny Chuck, for you see they were all a little afraid of Reddy Fox [Burgess, “The Adventures of Jimmy Skunk”, p. 13].

Еще более познавательным является фрагмент текста, где говорится, что некоторые животные ведут ночной образ жизни, в то время как другие спят: People who have been out all night,” said Johnny Chuck, who himself always goes to bed with the sun” [Burgess, “The Adventures of Jimmy Skunk”, p. 20].

Авторы также сообщают читателю информацию о привычках и характере животных, например: Johnny Chuck is naturally lazy [Burgess, “The Adventures of Johnny Chuck”, p. 77].

Особая модель текстовой референции продуцируется авторами в том случае, когда они, описывая своих персонажей-животных, характеризуют их через сравнение с якобы известными им маленькими детьми. Так, например, Торнтон Бергес (Thornton Burgess) в рассказе “The Adventures of Johnny Chuck” сравнивает непослушного сурка Джонни с маленькими мальчиками, хорошо ему знакомыми: He had wandered quite a long way from his snug little house in the long meadow grass, although his mother had told him never to go out of sight of the door. But Johnny was like some little boys I know, and forgot all he had been told [Burgess, “The Adventures of Jimmy Skunk”, p. 9].

Такое построение текстового фрагмента предполагает соответствующее умозаключение, когнитивную операцию, которую должен совершить маленький читатель, сделав вывод, что о мамином запрете лучше не забывать.

Иногда авторы не просто сообщают читателю информацию, а предоставляют ему право самому ее добыть, побуждая мыслить и додумываться до какого-то вывода. Ведя нить повествования, авторы неожиданно задают читателю вопрос, но, учитывая его возраст и малый когнитивный опыт, они не ждут от него ответа, а сами дают его, однако вопрос, тем не менее, успевает послать когнитивный импульс маленькому читателю. Например: Reddy Fox jumped on the Big Rock in the middle of the Laughing Brook and peeped over the other side. What do you think he saw? Why, right down below in a Dear Little Pool were Mr. and Mrs. Trout and all the little Trouts [Burgess, “The Adventures of Jimmy Skunk”, p. 26].

В целом авторы, наделяя персонажей качествами и способностями, свойственными человеку, не лишают животных их собственных качеств и способностей. Они умело соединяют в персонажах качества человека и животных, создавая особенный, фантазийный мир, имеющий много общего с реальным миром. Это правдоподобие достигается благодаря тому, что авторы, реализуя собственный замысел при создании произведения, вербализуют и определенные знания о реальном мире. В итоге всё текстопостроение ДТ осуществляется через когнитивно-референциальную призму, сообщающую текстовому построению постоянную корреляцию конструируемых автором миров, основывающихся как на имеющемся, так и на новом знании.

Глава 3 «Концептуальная парадигма англоязычного детского текста и её референциальные аспекты» имеет своей целью исследование текстовых концептов ДТ, существующих в русле текстовых категорий антропоцентричности и хронотопа, а также представляющих собой ментальные сущности, локализующиеся в подтексте.

Антропоцентрические концепты выявляются в следующих направлениях. Во-первых, интерес представляет репертуар персонажей, к которым делается отсылка в тексте. С этой точки зрения выделяются реальные люди разной половозрастной принадлежности и фантазийные персонажи, которые существуют как устоявшиеся образы, порожденные народной фантазией. Во-вторых (что наиболее существенно для текстовой природы), значимыми являются те качества человека и личности, которыми наделяются эти персонажи. Такого рода личностные свойства и качества допускают их обобщение в виде концептов, составляющих концептосферу текста исследуемого типа.

Исследование показало, что наиболее часто в качестве вымышленных личностей в исследованных антропоморфных текстах выступают дети (33%). При этом они могут оказываться в самых разнообразных родственных отношениях как друг с другом, так и с другими персонажами текста. Кроме этого, персонажи-дети имеют различное социальное происхождение и положение в обществе, а также различные возрастные и личностные характеристики.

Так как основной функцией сказок является функция воспитательная, акцент при описании персонажей делается в первую очередь на их личностные качества, а не на внешний вид. Концепт «appearance» в тексте народной сказки включает в себя лишь две составляющие: «beauty» и «ugliness». Концепт «beauty» в тексте английской сказки репрезентируется через ограниченное количество лексем (beauty, beauteous, beautiful woman; handsome man; charming; pretty), при этом лица женского пола характеризуются большим числом лексем, нежели лица мужского пола. Для описания мужчины чаще можно встретить такие прилагательные как: strong hearty (“Nix Naught Nothing”), brisk, wit (“Jack the Giant-Killer”). Важно отметить также, что beautiful обладает довольно широкой употребительностью и сочетаемостью (beautiful woman, beautiful dress, beautiful palace), pretty используется применительно лишь к девушке, но не к женщине пожилого возраста, к мужчине или юноше.

Концепт «ugliness» в тексте народной сказки выражен слабее и локализован в пределах персонажей-антагонистов; уродством наделены преимущественно старухи, злые ведьмы, колдуньи. В основном, для описания такого типа персонажей используются в большей степени прилагательные и существительные, относящиеся к полю концепта «evil», подчеркивающие их внутреннее безобразие, а не внешнее. Тем не менее, концепт «ugliness» устойчиво актуализируется при помощи прилагательных ugly и hideous.

Для ДТ весьма характерны персонажи, не являющиеся людьми, но, обладающие различными качествами и способностями человека. В антропоморфных ДТ чаще всего человеческие характеристики ассимилируются концептом «bear», которые могут быть самыми разнообразными, например: (1) медведь является учителем и может быть доволен своими учениками; (2) медведь обладает такими умениями, свойственными человеку, как сочинение песен, а также способностью запоминать их наизусть; (3) медведь может командовать армией.

На основании проведенного анализа различных антропоморфных текстов для детей было установлено, что в порядке убывания частотности появляются следующие концепты животных, наделенных признаками человека: концепт «bear» - в 11% исследуемых текстов; концепт «fox» - в 9 %; концепт «cat» - в 8 %; концепт «mouse» и концепт  «dog» - в 7 %; концепт «rat» и концепт «wolf» - в 6 %; концепт «cow» - в 5 %; концепт «horse» - в 4 %; концепт «lion», концепт «tiger», концепт «duck», концепт «squirrel», концепт «rabbit», концепт «tortoise», концепт «badger» и концепт «hen» - в 3 % исследуемых текстов.

Хронотопические концепты, выделяемые в тексте антропоморфного ДТ, детерминированы характером типичной для него когнитивно-референциальной базы, поскольку в ДТ невозможно делать отсылки к пространственным координатам внешнего мира, не учитывая знаний маленького реципиента. Хронотопические концепты, с одной стороны, указывают на наиболее частотные точки мира, а, с другой, демонстрируют особенности их вербализации (которая учитывалась нами только в лексическом отношении). Одной из основных концептосфер, отражающих категорию пространства в ДТ является «жилище», которая представлена в ДТ многочисленными концептами, одним из которых является концепт «house», репрезентируемый лексемами английского языка, идентифицирующими человеческое жилище house, home, cottage, wigwam, malt house, hut, place, lodge, palace, castle и жилище животного hole, cave, hollow, nest, lodge, den. Поэтому целесообразно противопоставить друг другу два концепта: «дом человека», вербализуемый лексемами house, home, cottage, wigwam, malt house, hut, place, lodge, palace, castle, и концепт «дом животного», репрезентируемый лексемами: hole, cave, lodge, hollow, nest, den.

В силу того, что авторы детских произведений больше внимания уделяют описанию интерьера жилищ различных субъектов повествования, концепт «house» плавно перемещается в сторону концепта «room», также являющегося частью концептосферы «жилище» и репрезентируемого в ДТ такими лексемами, как room, bedroom, kitchen, nursery, library, parlour. При этом здесь также различаются концепт «room», идентифицирующий жилище человека и концепт «room», идентифицирующий жилище животного (несмотря на то, что у животных в реальном мире нет комнат) или фантазийного персонажа текста, поскольку данные лексемы репрезентируют в текстах для детей, как жилища человека, так и жилища животных.

Концепт «forest» также является частью концептосферы «жилище» и репрезентируется в ДТ следующими лексическими единицами: forest, wood, spinney, chestnuts, jungles. Концепт «forest» в произведениях для детей может не только давать представление о жилище того или иного персонажа текста, но и выполнять функцию ландшафтного элемента, тем самым, отражая категорию пространства. В некоторых случаях концепт «forest» в ДТ включает содержательный компонент «местности» или «ландшафта», имеющий разнообразные предметные корреляции в окружающем мире, например, деревья, кусты, тени. Однако самый емкий содержательный слой концепта «forest» в ДТ формируют разнообразные жилища антропоморфных персонажей текста. Примечательно, что и в этом случае авторы не обходятся без лексемы house, которая, однако, не подразумевает строения типа дома, например: Once upon a time there were three bears who lived in a house of their own in the woods [“The Three Billy Goats Gruff and Other Read-Aloud Stories”, p. 43].

Из абстрактных концептов, характерных для ДТ, были рассмотрены некоторые взаимосвязанные друг с другом концепты, которые легко соединяются в сознании маленького читателя и незаметно перетекают один в другой. Они в то же время наиболее показательны для ДТ и являются для него центральными. В поле зрения в данной работе оказались такие концепты, как «beauty», «happiness», «love», «kindness», «evil».

Концепт «happiness» вербализуется в английском языке лексемой happiness, и зачастую бывает ориентирован на прилагательное happy, а также, коррелирует с такими лексемами как pleased, glad, contented, satisfied, delighted, joyous, merry, cheerful.

В текстах для детей счастье могут испытывать как реальные, так и фантазийные существа, а также животные и неодушевленные предметы, например:

(1) “It was so easy to make Scarecrow and the Lion and the Woodman happy” [Baum, “The Wonderful Wizard of Oz”, p. 152];

(2) “… I am delighted. … Delighted, delighted,” he [the Faun] went on” [Lewis, “The Lion, The Witch and the Wardrobe”, p. 18].

Что касается источника счастья, то, разные персонажи детских произведений могут испытывать состояние счастья по различным поводам, например: (1) когда задумывают подшутить над кем-то: “…Blacky the Crow never is happier than when he is teasing someone and making them uncomfortable” [Burgess, “Old Mother West Wind”, p. 47]; (2) когда вовремя попадают в свой старый дом: “The weary Mole was glad to turn in without delay, and soon had his head on his pillow, in great joy and contentment” [Graham, “The Wind in The Willows”, p. 146]; (3) когда счастливы из-за того, что кто-то счастлив: “Mrs. Grouse was very happy, very happy indeed, and all the little meadow folks who knew of her happiness were happy too …” [Burgess, “Old Mother West Wind”, p. 16].

Концепт «love» в произведениях для детей многоаспектен, поскольку может воплощать в себе любовь в самых различных ее проявлениях, например, любовь между мужчиной и женщиной, любовь между братьями и сестрами, любовь между родителями и детьми, любовь к какому-нибудь делу, к своему дому и т.д. Концепт «love» имеет тесную взаимосвязь с концептом «happiness», поскольку в произведениях для детей возникновение чувства любви зачастую сопровождается возникновением ощущения счастья у персонажей текста. Например: So Johnny Chuck grew happier and happier. He was happier then he had ever been in all his life before. You see Johnny Chuck had found the greatest thing in the world. Do you know what is it? It is called love” [Burgess “The Adventures of Johnny Chuck”, p. 41].

Концепт «beauty» коррелирует с концептом «happiness» и с концептом «love», поскольку возникновение любви в большинстве случаев обуславливается красотой предмета любви. Специфичность проявления данного концепта в ДТ определяется наличием фантазийных персонажей текста, которых авторы наделяют красотой. При этом авторы описывают красоту своих фантазийных персонажей, апеллируя к знаниям своего адресата о физической красоте человека, и наделяют своих фантазийных персонажей такими свойствами и чертами, которые принято считать красивыми у человека. Например: the Witch Glinda sat upon a throne of rubies. She was both beautiful and young to their eyes. Her hair was a rich red in color and fell in flowing ringlets over her shoulders. Her dress was pure white but her eyes were blue, and they looked kindly upon the little girl [Baum, “The Wonderful Wizard Of Oz”, p. 186].

Концепт «beauty» в ДТ имеет множественное проявление в широком круге предметов и явлений окружающего мира: различных описаниях природных явлений, описаниях красоты жилища, описаниях леса, лужаек, сада, а также различных темпоральных явлений, таких, как утро, время года.

Концепт «kindness» в ДТ находит свое отображение в характеристиках различных персонажей текста и имеет тесную связь с концептом «beauty», поскольку в большинстве случаев персонаж, обладающий красотой, оказывается добрым. Например: In the midst of all his glory, his queen died, leaving behind her an only daughter, about fifteen years of age, who for her beauty and kindness was the wonder of all that knew her [“The Three Heads of the Well”, http://skazka.bombina.com/index.htm].

Концепт «kindness» является одним из значимых концептов данного типа текста, поскольку формирует у адресата текста первые этические представления, моральные принципы, а также принятые в обществе нормы поведения.

Концепт «evil» в ДТ тесно связан с концептом «kindness» и представляет его концептуальную оппозицию. При этом концепт «evil» в произведениях для детей имеет тесную связь с антонимичным концепту «beauty» концептом «ugliness», поскольку, как правило, в ДТ персонаж, в характеристике которого актуализируется концепт «evil», не обладает красотой. Например: Now the Wicked Witch of the West had but one eye, yet that was as powerful as a telescope, and could see everywhere [Baum, “The Wonderful Wizard Of Oz”, p. 105].

В целом, в процессе исследования было выявлено, что для ДТ характерна взаимосвязь концептов «happiness», «love», «beauty», «kindness» и «evil». Эта взаимосвязь осуществляется по следующим направлениям: концепт «love» связан с концептом «happiness», но, в то же время, концепт «love» тесно связан с концептом «beauty», поскольку возникновение любви в большинстве случаев обуславливается красотой предмета любви. Концепт «beauty» связан с концептом «kindness», поскольку, как правило, красивый персонаж обязательно оказывается добрым. Как следствие его доброты ему обеспечена любовь других персонажей и как результат этой любви  - счастье. Концепт «evil» также связан с концептами «beauty», «love» и «happiness», однако, эта связь имеет обратный характер, поскольку злой персонаж, как правило, некрасив, нелюбим, и, следовательно, несчастлив.

В Заключении излагаются результаты исследования. Основной вывод работы заключается в том, что когнитивно-референциальная обусловленность обнаруживает себя как стартовый импульс создания текстов для детей. Автор в первую очередь исходит из того, о чем можно и о чем нельзя говорить с маленьким читателем, что будет ему понятно и что заинтересует его развивающийся интеллект, охотно тяготеющий к новой информации, способствующей познанию им мира. Исследование когнитивных и референциальных особенностей текстопостроения художественных произведений  для детей выявило их взаимную обусловленность в границах рассмотренного возрастного периода, а именно от рождения до младшего школьного возраста. В отдельных случаях текстовая когниция и текстовая референция обусловливают друг друга до стадии полной диффузии, когда референциальные ссылки к тем или иным внеязыковым объектам становятся носителями новой для ребёнка информации, а та или иная информация о мире непременно передается с учетом известных ребёнку внеязыковых фактов и реалий.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

Научные статьи, опубликованные в научных журналах и изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ:

1. Кузьмина, И.С. Когнитивно-референциальные особенности текстопостроения художественных произведений для детей (на материале английского языка) / И.С. Кузьмина //  Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета № 1. 2010. январь – март. С. 94-99. – 0,3 п.л.

2. Кузьмина, И.С. Хронотоп художественного текста для детей и когнитивно-референциальные основы его конструирования (на материале английского языка) / И.С. Кузьмина // Известия Волгоградского государственного педагогического университета, серия «Филологические науки», № 2 (56) – ВГПУ. Издательство «Перемена». – 2011. – С. 97 – 102. – 0,4 п.л.

3. Кузьмина, И.С. Динамика концептосферы детского художественного текста как отражение возрастной картины мира (на материале английского языка) / И.С. Кузьмина // Вестник Ленинградского государственного университета имени А.С. Пушкина. – 2011. – № 3. – (Том 1) Филология. – С. 175-183. – 0,5 п.л.

Научные статьи, опубликованные в других изданиях:

4. Кузьмина, И.С. К вопросу о проблеме изучения художественного текста для детей / И.С. Кузьмина // ХХХIII Огаревские чтения: материалы науч. конф.: В 2 ч. Ч. 1. Гуманитарные науки/сост. О. И. Скотников; отв. за вып. В. Д. Черкасов. – Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2005. С. 157-158. – 0,1 п.л.

5. Кузьмина, И.С. Концептосфера англоязычного художественного текста для детей / И.С. Кузьмина // Материалы X научной конференции молодых ученых, аспирантов и студентов МГУ имени Н.П.Огарева: в 2 ч. Ч. 1: Гуманитарные науки/сост. О. И. Скотников; отв. за вып. В. Д. Черкасов. –  Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2005. С. 127-128. – 0,1 п.л.

6. Кузьмина, И.С. Концепт «счастье» в концептосфере англоязычных художественных текстов для детей / И.С. Кузьмина // Лингвистические и экстралингвистические проблемы коммуникации. Теоретические и прикладные аспекты: межвуз. сб. науч. тр. Вып. 4 / редкол.: Ю. М. Трофимова (отв. ред.) [и др.]. – Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2005. С. 215-219. – 0,3 п.л.

7. Кузьмина, И.С. Детский текст как объект межкультурной коммуникации / И.С. Кузьмина // Межкультурная коммуникация: язык – культура – ментальность: Сб. науч. труд./МГУ им. Н. П. Огарева [Редкол.: В. П. Фурманова (отв. ред.) и др.] – Саранск, 2005. С. 159-163. – 0,2 п.л.

8. Кузьмина, И.С. Референция художественного текста для детей (на материале английского языка) / И.С. Кузьмина // XXXVII Огаревские чтения: материалы науч. конф. Прил. фак. иностр. яз./ сост. К. Б. Свойкин. – Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2009.- С. 42-44. – 0,1 п.л.

9. Кузьмина, И.С. Псевдокогниция как текстопостроительный прием детской сказки / И.С. Кузьмина // Иностранные языки в диалоге культур: политика, экономика, образование: тез. докл. Междунар. науч.-практ. конф., 1-3 окт. 2009 г. / редкол.: Н.В. Буренина, К.Б. Свойкин, О.Ю. Левашкина [и др.]. – Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2009. –С. 139-141. – 0,1 п.л.

10. Кузьмина, И.С. Когниция и псевдокогниция как текстовое явление / И.С. Кузьмина // Лингвистические и экстралингвистические проблемы коммуникации: теоретические и прикладные аспекты : межвуз. сб. науч. тр. с междунар. участием. Вып. 7 / редкол.: К. Б. Свойкин (отв. ред.) [и др.]. – Саранск : Изд-во Мордов. ун-та, 2009. – С. 250-255. – 0,3 п.л.

11. Кузьмина, И.С. Антропоцентричность детского текста в референциально-когнитивном контексте (на материале английского языка) / И.С. Кузьмина // Язык. Культура. Коммуникация. Материалы IV Международной заочной научно-практической конференции, г. Ульяновск, март 2010 г. / Отв. ред. проф. С.А. Борисова. – Ульяновск, 2010. – С. 161 – 165. – 0,2 п.л.

12. Кузьмина, И.С. Хронотоп художественного текста для детей в референциально-когнитивном аспекте (на материале английского языка) / И.С. Кузьмина // Материалы XIV научной конференции молодых ученых, аспирантов и студентов Мордовского государственного университета имени Н.П. Огарева: в 2 ч. Ч. 2: Гуманитарные науки/сост.: О.И. Скотников, О.В. Бояркина; отв. За вып. В.Д. Черкасов. – Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2010. – С. 95-96. – 0,1 п.л.

 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.