WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

ФРАЗЕОЛОГИЗМЫ СЕМАНТИЧЕСКОЙ ОППОЗИЦИИ «СИЛА» VS. «СЛАБОСТЬ» В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ (АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ)

Автореферат кандидатской диссертации

 

На правах рукописи

 

 

 

Савельева Анна Алексеевна

 

 

 

 

ФРАЗЕОЛОГИЗМЫ СЕМАНТИЧЕСКОЙ ОППОЗИЦИИ

«СИЛА» VS. «СЛАБОСТЬ» В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ

(АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ)

 

 

Специальность 10.02.01 – русский язык

 

 

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание учёной степени

кандидата филологических наук

 

 

 

 

 

 

 

Москва – 2012

Работа выполнена на кафедре русского языка и стилистики

Московского государственного университета печати

им. Ивана Фёдорова

Научный руководитель:                                Маркелова Татьяна Викторовна,

доктор филологических наук, профессор

 

Официальные оппоненты:                         Халикова Наталья Владимировна,

доктор филологических наук, доцент

(Московский государственный областной университет)

Дашевская Екатерина Игоревна,

кандидат филологических наук

(Московский государственный

технический университет «МАМИ»)

 

Ведущая организация:                                    Российский университет дружбы

 народов

Защита состоится «15» марта 2012 г. в 13.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.155.02 по защите докторских и кандидатских диссертаций (специальности: 10.02.01 – русский язык, 13.00.02 – теория и методика обучения и воспитания [русский язык]) при Московском государственном областном университете по адресу: 105005, Москва, ул. Ф. Энгельса, д. 21-а.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного областного университета по адресу: 105005, Москва, ул. Радио, д. 10-а.

Автореферат разослан «___» февраля 2012 г.

Учёный секретарь                       

диссертационного совета

доктор филологических наук

профессор                                                                                               В.В. Леденёва

Описание: A description...

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Настоящая диссертационная работа посвящена исследованию аксиологического аспекта современной языковой коммуникации на примере функционирования фразеологических единиц семантической оппозиции «сила» vs. «слабость»: Поэма экстаза набирает силу. Хотя справедливости ради стоит заметить, что градус всеобщего счастья сильно ослабел по сравнению с выборами четырёхлетней давности (НГ 30.11.2011); Увы, слишком много загогулин было и на извилистом пути формирования новой общности людей – «советский народ», название которой почему-то не в силах выговорить президент (ЛГ 2011, №13).

Сегодня, когда язык средств массовой информации (СМИ), отличаясь, прежде всего, авторской модальностью, является предметом массовой культуры и принимается за эталон речевого поведения, глобализация оценочных воздействий не может оставаться вне фокуса лингвистического исследования. Поэтому наличие оценочного элемента в интенсионале фразеологического значения, лингвокультурная природа, способность репрезентировать умственный акт «А (субъект оценки) считает, что Б (объект оценки) хороший / плохой» [Вольф, 2009, с. 5-6] и прецедентный характер способствуют рассмотрению фразеологизма в качестве средства «формирования аксиологической модели современного общества, в которой отражается и преображается оценочный механизм языка в рамках его функционально-семантического поля» [Маркелова, 2011, с. 9].

Актуальность работы обусловлена высоким интересом лингвистов к фразеологизмам как средству выражения ценностного отношения языковой личности к окружающей действительности, недостаточной изученностью оценочной семантики фразеологического фонда русского языка в целом, а также её специфического выражения в пределах частных фразеосемантических полей типа «сила-слабость».

При всей многосторонности и комплексности изучения фразеологизмов: их историко-этимологических истоков (А.К. Бирих, В.М. Мокиенко, А.И. Фёдоров), семантических и грамматических категорий (А.М. Бабкин, Ш. Балли, А.Н. Баранов, В.В. Виноградов, Д.О. Добровольский, В.П. Жуков, Б.А. Ларин, А.И. Молотков, А.Н. Тихонов, Н.М. Шанский), прагматического значения (Г.А. Багаутдинова, А.М. Мелерович, В.М. Мокиенко, В.Н. Телия), лингвокультурной феноменальности (Н.Ф. Алефиренко, В.Н. Телия, О.Г. Хабарова), окказиональных вариантов (А.М. Мелерович, В.М. Мокиенко, И.Ю. Третьякова, Н.В. Халикова) их оценочная природа, оценочная семантика и оценочная функция остаются до сих пор малоизученными, притом что категория оценки в языкознании исследована широко и многоаспектно (Н.Д. Арутюнова, У. Вейнрейх, Т.И. Вендина, Е.М. Вольф, Г.А. Золотова, А.А. Ивин, П.А. Лекант, М.В. Ляпон, Т.В. Маркелова).

При регулярной воспроизводимости фразеологизмов в речевой сфере СМИ в условиях глобализации оценочного воздействия отсутствует практика систематизированного описания области их оценочного значения в словарях. Существует необходимость идеографической организации фразеологического фонда языка с целью создания функционально-когнитивного типа словаря, который бы отвечал устройству лингвистического сознания языковой личности, строящей высказывание «от смысла к языковому знаку».

Объектом исследования в настоящей работе являются фразеологические единицы (ФЕ) с семантикой «сила-слабость», функционирующие в современном русском языке и речевой практике печатных СМИ.

Предметом исследования стала специфика оценочной функции фразеологизмов семантической оппозиции «сила» vs. «слабость».

Цель работы заключается в комплексном описании фразеологизмов с семантикой «сила-слабость» как средства выражения оценки в русском языке (в частности в речевой практике СМИ) с позиции их концептуального содержания, функционально-семантической и лексико-грамматической организации, а также коммуникативно-прагматической функции.

Для достижения поставленной цели необходимо решить ряд конкретных задач:

  • описать лингвокультурную природу фразеологизма как фактор формирования его оценочного значения с учётом лексикографического портрета языковых знаков, реализующих концепты «сила» и «слабость»;
  • классифицировать фразеологизмы, реализующие оценочную функцию, с позиции функционально-семантической репрезентации концептов «сила» и «слабость»;

3) выявить взаимосвязь оценочной семантики фразеологизма и слова-компонента в пределах семантического поля «сила-слабость» на основе их функционально-семантических, словообразовательных и грамматических признаков;

4) установить закономерности формирования оценочной семантики языковых знаков «сила» и «слабость» в пределах градационного ряда на основе анализа их оппозиционной связи в процессе фразеологизации;

6) смоделировать многомерную семантическую структуру фразеологизмов семантической оппозиции «сила» vs. «слабость»;

7) описать лексико-грамматическое значение фразеологизмов как результат их многоаспектного и межуровневого взаимодействия со словом в рамках функционально-семантического поля (ФСП) оценки;

8) выявить коммуникативно-прагматическую функцию фразеологизма в публицистическом тексте как средства «отражения и преображения» оценочных механизмов языка;

9) охарактеризовать фразеологизмы семантической оппозиции «сила» vs. «слабость» как оценочный предикат в текстах печатных СМИ;

10) определить текстовую природу фразеологизмов, организующих оценочное высказывание в речевой практике газетных публикаций.

Основная гипотеза исследования: оценочная функция фразеологизмов семантической оппозиции «сила» vs. «слабость» определяется их многоаспектной и межуровневой взаимосвязью со словом-компонентом в рамках функционально-семантического поля (ФСП) оценки и реализуется в процессе «отражения и преображения» оценочных механизмов языка.

На защиту выносятся следующие положения:

  • Оценочная функция фразеологизмов обусловлена их лингвокультурной природой.
  • Фразеологизм выступает средством выражения всей гаммы отрицательных и положительных оценочных значений, приписываемых субъектом, определяя положение объектов (лиц, предметов, явлений, событий) на шкале оценки.
  • Фразеологизмы отражают двойственную природу оценки (субъективно-объективную; качественно-количественную), что является основанием их корреляции с концептом как единицей культуры и со словом как единицей языка.
  • Фразеологизмы реализуют аксиологическую асимметрию семантической оппозиции «сила» vs. «слабость», так как её блоки включают единицы, семантика которых связана как с ценностями, так и с анти-ценностями.
  • В ФСП шкала оценки выражается в пределах фразеосемантических групп градацией «сильный-слабый», в которой оппозит «сильный» реализуется в зоне положительной и отрицательной оценки, оппозит «слабый» - только в зоне отрицательной оценки.
  • Между словом-компонентом и фразеологизмом существует взаимообратная связь, расширяющая систему их оценочных коннотаций на функционально-семантическом, словообразовательном и грамматическом уровнях языка.
  • Словообразовательная транспозиция выявляет разные пути развития оценочного значения у лексем и фразеологизмов, реализующих концепты «сила» и «слабость»: в первом случае намечается путь «от абстрактной сущности к оценочному признаку», во втором – «от оценочного признака к абстрактной сущности».
  • На синтаксическом уровне языка фразеологизм одновременно коррелирует со словом (фразеологизм как оценочный предикат) и высказыванием (фразеологизм как оценочный микротекст).
  • Фразеологизмы, выполняющие функцию оценочного предиката, реализуют аксиологическую асимметрию семантической оппозиции «сила» vs. «слабость» в развитии речевой энантиосемии.
  • Роль оценочного микротекста, которую выполняет фразеологизм, обусловлена его лингвокультурной природой и способствует возникновению окказиональных вариантов.

Научная новизна исследования заключается в следующем: 1) доказывается, что функционирование фразеологизмов семантической оппозиции «сила» vs. «слабость» в ФСП оценки обнаруживает взаимодействие всех уровней языка; 2) впервые даётся описание концептов «сила» и «слабость» в их оппозиционных семантических отношениях, реализуя которые фразеологизмы передают динамику оценочных смыслов с учётом национально-культурных представлений о ценности и анти-ценности; 3) обосновывается взаимообратная связь фразеологизма и слова при формировании оценочной семантики; 4) представляется система подходов, позволяющих рассматривать фразеологизм как средство «отражения и преображения» оценочных механизмов языка.

Материаломдля исследования послужили «Фразеологический словарь современного русского литературного языка» под ред. А.Н. Тихонова [Тихонов, 2004] как один из базовых и наиболее полных фразеологических словарей; «Большой фразеологический словарь русского языка» под ред. В.Н. Телия [БФСРЯ, 2006] как один из крупных современных словарей, содержащий в своих статьях область описания оценочного значения и лингвокультурологический комментарий; «Фразеологический словарь. Культурно-познавательное пространство русской идиоматики» Н.Ф. Алефиренко и Л.Г. Золотых [Алефиренко, 2008] как один из немногих словарей, систематизирующий фразеологические единицы вокруг образа и выделяющий их концептуальное и субконцептуальное содержание; «Толковый словарь русского языка» С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой [СОШ, 2009] как базовый словарь, отражающий расширение оценочной семантики слова под влиянием фразеологизации.

Фразеологический корпус исследования был также сформирован на основе публикаций общественно-политической направленности в современных печатных СМИ (газетные издания - «Аргументы и факты», «Аргументы недели», «Московский комсомолец», «КоммерсантЪ», «Литературная газета», «Известия», «Независимая газета», «Новая газета»), адресованных читателям центрального региона РФ и выпускаемых массовым тиражом, носящих характер «качественной публицистики» и выходящих в период 2005-2011 гг.

В целом фразеологический корпус исследования составляет около 2000 лингвистических образцов, определённых методом сплошной выборки из словарных статей и газетных публикаций.

Теоретическая значимость исследования состоит в комплексном изучении оценочных механизмов русского языка на примере его фразеологической системы с учётом соотношения лингвистических и экстралингвистических смыслов, языкового и речевого функционирования, взаимодействия семантического, словообразовательного и грамматического уровней языка, что позволяет расширить представление о ФСП оценки с лингвокультурологических и лингвокогнитивных позиций. Наблюдения и выводы, представленные в работе, способствуют развитию фразеологии как раздела лингвистической науки, семантической теории слова и лингвоаксиологии.

Практическая значимость исследования состоит в том, что его результаты представляют интерес в теории оценки и теории фразеологии. Основные теоретические положения могут применяться в практике преподавания курсов по общему языкознанию, современному русскому языку и функциональной стилистике, межкультурной коммуникации и журналистике, в спецкурсах по лингвокультурологии и когнитивной лингвистике. Материалы исследования могут быть также использованы во фразеографической практике.

В качествеметодов исследованиябыли выбраны метод системного научного описания языкового явления; общенаучные методы: наблюдение, систематизация, интерпретация, классификация; специальные лингвистические методы: компонентный анализ, коммуникативно-дискурсивный анализ, когнитивный и лингвокультурологический анализ, метод полевого моделирования, метод концептуального анализа, метод ступенчатой идентификации [Кузнецова, 1989].

Апробация результатов исследования. Основные теоретические положения диссертации обсуждались на кафедре русского языка и стилистики Московского государственного университета печати им. Ивана Фёдорова. Автор принимал участие в международных и всероссийских научных конференциях: Всероссийской конференции «Язык и стиль средств массовой информации», посвящённой 80-летию профессора Н.С. Валгиной (МГУП, 2007); Международной конференции «I Бриковские чтения. Поэтика и фоностилистика» (МГУП, 2010); Международном молодёжном форуме «Ломоносов-2010» (МГУ, 2010); Научно-технических конференциях молодых учёных МГУП (МГУП, 2009-2011).

Структура работы. Диссертационное исследование состоит из Предисловия, Введения, трёх глав, Заключения, Библиографического списка, Списка цитируемых источников.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

В Предисловии обосновывается выбор темы, указывается актуальность и новизна исследования, определяется его материал, объект, предмет и методы, обозначаются цель и задачи работы, приводится её основная гипотеза и положения, выносимые на защиту, отмечается теоретическая и практическая значимость диссертации, описывается её общая структура.

Введение носит общетеоретический характер. Его содержание направлено на установление роли аксиологического аспекта в языкознании и рассмотрение языковой картины мира как фактора формирования оценочной семантики языковых знаков.

Согласно современной лингвистической парадигме, исследование семантики оценки языкового знака невозможно без лингвокультурологического анализа - «в единстве его языкового и внеязыкового содержания при помощи системных методов и с ориентацией на современные приоритеты, отражающие новую системуценностей» [Воробьёв, 1996, с. 4]. Он особенно необходим тогда, когда объектом внимания является фразеологизм, а в фокус исследования попадает семантическая оппозиция «сила» vs. «слабость» (медвежья, геркулесова сила, силушка богатырская // силёнок как у цыплёнка; сильная сторона // слабая сторона; сильный пол // слабый пол; собраться с силами, набраться сил // упадок сил; изо всех сил // не в силах), которая сама по себе несёт прагматический характер, подкрепляемый культурными представлениями и ассоциациями: Сила по силе – осилишь, а сила не под силу – осядешь; У сильного всегда бессильный виноват.

Под фразеологической единицей (ФЕ) понимаем составную, целостную номинацию, обладающую косвенно-номинативным значением, которое создаётся общим метафорическим или метонимическим переосмыслением слов-компонентов, входящих в ФЕ, что обычно приводит к оценочному, экспрессивному и образному характеру семантики ФЕ [СРЯ, 2002, с. 61]: кровь с молоком; погонять в хвост и в гриву; расправить плечи // от ветра валиться; пороха не хватило; не по зубам. 

Исторический путь развития категории оценки показывает, что она издревле связывалась с внеязыковой действительностью и представлялась как субъективно-объективная категория с многокомпонентной структурой, включающей субъект, объект, основание оценки и оценочный предикат. На протяжении веков она осмыслялась в рамках философского (Аристотель, И. Бентам, Т. Гоббс, Дж. Локк, Б. Спиноза), логического (Е.М. Вольф, А.А. Ивин, М.С. Каган), логико-лингвистического (А. Айер, П. Грайс, Дж. Остин, Дж. Серль, Ч. Стивенсон) подходов, прежде чем стать объектом исследования прагматической лингвистики (Ю.Д. Апресян, Н.Д. Арутюнова, В.Г. Гак, Т.В. Маркелова, Ч. Моррис, В.Н. Телия, В.И. Шаховский, Н.Д. Шведова). Сегодня под лингвистической оценкой понимается выражение ценностного (положительного или отрицательного) отношения говорящего к предмету речи средствами лексико-фразеологического, словообразовательного и синтаксического уровней языка в их взаимосвязи [Маркелова, 1993, с. 16]: Чего только не напридумывали чиновничьи головы! Определили местожительство сказочного Колобка, постановили создать картонный город «Картония», надумали разрисовать стены нескольких многоэтажек… Короче, чиновничий легион воспрял духом, ожил, засуетился (ЛГ 2011, №39); Однако при всех сменах в верхушечном слое положение народа оставалось либо тяжёлым, либо очень тяжёлым. А сама Россия от десятилетия к десятилетию утрачивала свои мировые позиции (АиФ 2011, №17).

Фразеологизм как лингвокультурный феномен признаётся релевантным средством выражения оценки в рамках категории ФСП в языке [Маркелова, 2011], способным актуализировать концепты «сила» и «слабость»:

Очень хорошо

Довольно хорошо

Хорошо

Нор-

маль-

но

Плохо

Довольно плохо

Очень плохо

Косая сажень в плечах

Грудь колесом

Силён как бык

Быть в силе

Силёнок, как у цыплёнка

Еле-еле душа в теле

Соплёй пере-шибёшь

Сила

Слабость

Изучение оценочного потенциала фразеологизмов требует обращения к языковой картине мира (ЯКМ) [Апресян, 1986; Постовалова, 1988; Добровольский, 1997; Арутюнова, 1999; Пищальникова, 2001; Максимчук, 2002; Корнилов, 2003] - «совокупности представлений народа о действительности на определённом этапе развития народа, зафиксированных в единицах языка» [ЯНС, 2002, с. 12]. Так, представления о силе закрепились во фразеологизмах: лошадиная сила -«единица мощности, равная 75 килограммометрам в секунду или 0,736 киловатт» [Тихонов, 2004, т. 1, с. 556]; медвежья, геркулесова сила -«о необыкновенной, большой силе» [там же, т. 2, с. 337]; во всю ивановскую - «изо всех сил; сильно» [там же, т. 1, с. 450]; вылезти из кожи вон - «усердствовать, стараться изо всех сил» [там же, с. 211]; горой за кого-л. встать - «всеми силами защищать кого-л.» [там же, с. 269], а представления о слабости зафиксировались в ФЕ: в чём только душа держится - «о хилом, слабом, измождённом человеке или животном» [там же, с. 365], хоть верёвки вей - «о слабовольном человеке» [там же, с. 110], опускать вожжи - «снижать требования, ослаблять контроль, терять власть» [там же, с. 154], кишка тонка - «не хватает сил, средств» [там же, с. 449].

ЯКМ рассматривается как субъективно-объективная категория, что свидетельствует о включении ценностного элемента и возможности формирования на её базе оценочного суждения: Борьба с коррупцией идёт по всей стране, да такая, что просто пыль столбом (ЛГ 2011, №211).

С учётом корреляции «языкового» и «внеязыкового» в оценочном значении языковых знаков, в качестве предмета лингвистической семантики определяется концептуальный мир [Булыгина, 1997, с. 47] и концепт как фрагмент языковой картины мира - «совокупность моделей, дающих разные интерпретации одного и того же понятия» [Яковлева, 1994, с. 14].

Опираясь на лингвокультурологическую теорию, понимаем концепт как «коллективное содержательное ментальное образование, фиксирующее своеобразие соответствующей культуры, в структуре которого принципиальна значимость ценностного компонента» [Карасик, 2009, с. 26-28]. К числу концептов мы относим и универсальные понятия «сила» и «слабость»: Косая сажень в плечах, любить без памяти, расправить плечи, работать не покладая рук сила, и это «хорошо». Валиться от ветра, выбиться из сил, сложить руки слабость, и это «плохо». Сила важнее слабости, и это «ценность». Слабость хуже силы, и это «анти-ценность».

Языковая личность - носитель ЯКМ - рассматривается как субъект оценки, чьи интеллектуальные силы направлены на совершение умственного акта оценки на основе его представлений о норме, идеалах, национальных ценностях. Принимая силу за превышение нормы, медведя - за анти-идеал власти (ср. «Медведь на воеводстве» М.Е. Салтыкова-Щедрина), а саму власть – за сомнительную ценность (негативные ассоциации с превышением должностных полномочий, коррупцией, враньём и т.д.), русская языковая личность выносит отрицательную оценку партии власти: «Спасти гордуму от тотального «медвежьего» контроля может либо высокая явка избирателей, либо чудо» (МК 30.11.2005); «Губернатор в «медвежьей шкуре» (заголовок статьи о том, что «в «Единой России» уже 64 губернатора). - Это что, возврат к времени КПСС?» (АиФ 2005, №49).

ЯКМ выступает как концептуальная система – «непрерывно конструируемая система информации (мнений и знаний), которой располагает индивид о действительном или возможном мире» [Павилёнис, 1983, с. 280]. Содержание языковых выражений - оценочных фразеологизмов - определяется содержанием концептуальной системы.

В первой главе - «Фразеологизмы семантической оппозиции “сила” vs. “слабость”» как средство выражения оценки в русском языке» - фразеологизм представляется как одно из языковых средств, реализующих ФСП оценки, и рассматривается с позиций 1) концептуального [Алефиренко, 2008; Арутюнова, 1991; Карасик, 2004, 2009; Степанов, 2001], 2) лингвокогнитивного [Алефиренко, 2006, 2008; Арутюнова, 1999; Красных, 2003], 3) лингвокультурологического [Бабаева, 2004; Баранов, Добровольский 2008; Ковшова, 1996; Маслова, 2004; Телия, 1996; 2008; Хабарова, 2004], 4) функционально-семантического [Бондарко, 1978, 1984, 2002; Маркелова, 1993, 1996, 2011; Новиков, 2001], 5) лексико-грамматического [Белова, 2011; Бондарко, 2002; Булыгина, 1997; Ремчукова, 2011] и 6) собственно аксиологического подходов [Багаутдинова, 2006; Вольф, 2009; Телия, 1996].

В первом параграфе - «Концептуальный подход» - описываются фразеологизмы с точки зрения реализации концептов «сила» и «слабость» на основе лексикографического портрета языковых знаков. С учётом семантической структуры были определены понятийная, образная и культурно-этимологическая составляющие концептов «сила» и «слабость».

В понятийном отношении были выявлены их семантические идентификаторы, первичные и вторичные признаки. Они позволяют принять силу, прежде всего, за физическую категорию: сила - «в механике, мера механического действия на данное материальное тело других тел; величина векторная, и в каждый момент времени она характеризуется численным значением, направлением в пространстве и точкой приложения» [ФЭС, 1983, с. 677]. Она выражает изменение объективных количественных признаков, которые способствуют изменению качества. Последнему приписывается ценностное отношение субъекта, что доказывается на примере фразеологизма лошадиная сила, количеством которых измеряют мощность автомобилей, а как следствие, и их качество: RangeRoverSport- автомобиль очень сильной мощности (510 л.с.- очень хороший автомобиль; Mercedes-BenzS-klasse- автомобиль довольно сильной мощности (388 л.с.) - довольно хороший автомобиль; HondaAccord – автомобиль сильной мощности (201 л.с.) - хороший автомобиль; FordFocus- автомобиль нормальной мощности (125 л.с.) - нормальный автомобиль; HyundaiGetz- автомобиль слабой мощности (97 л.с.) - плохой автомобиль; ВАЗ 2114 - автомобиль довольно слабой мощности (89 л.с.) - довольно плохой автомобиль; ВАЗ 2105 - автомобиль очень слабой мощности (71 л.с.) - очень плохой автомобиль.

Категория слабость в физике отсутствует: сила тяжести, сила света, сила тока // *слабость тяжести, *слабость света, *слабость тока - и понимается лишь как «слабое проявление силы». Статус категории слабость приобретает в физиологии, являясь характеристикой состояния организма: общая слабость - «упадок мышечной силы, вялость мышечных движений, лёгкая утомляемость и потому непригодность к более или менее упорному физическому труду» [Брокгауз, Ефрон, 1992, т. 59, с. 279]. Её качественно-количественным показателем может служить температура: низкая температура (35,4°С) – недомогание – слабость – плохо; нормальная температура (36,6°С) – здоровье – сила – хорошо; высокая температура (38,2°С) – болезнь – слабость – плохо.

В образном отношении концепты «сила» и «слабость» апеллируют к системе образов различного происхождения, рассматриваемых с лингвокультурологической точки зрения далее.

Культурно-этимологическая составляющая концептов «сила» и «слабость» указывает на тесную связь в них физического и духовного, где физический смысл всё-таки первичен, и их амбивалентную оценку. Пословицы и поговорки выявляют, с одной стороны, положительные признаки: Мужество – это сила. Где сила, там и власть. Где сила, там и закон. Чья сила, того и воля (и правда). В спокойствии – сила. // Сила женщины – в её слабости, с другой стороны – отрицательные: Что силой взято, то не свято. Сила есть – ума не надо. Сила – уму могила. Сила – нелюбовь. Сила – глупая вещь // Придёт старость - наступит и слабость.

В результате проведения сравнительного анализа концептуального понимания силы и слабости было установлено, что объём концепта «сила» превышает объём концепта «слабость», а сам концепт является культурно маркированным. Концепт «слабость» служит вспомогательным концептом. Он существует для лучшего понимания силы, как зло для добра, тьма для света, безобразие для красоты: Сила молчит, слабость кричит. Сильному работа впрок, а слабому дай срок. Сильный дуростью слаб, а слабый ловкостью умён.

В процессе лингвокультурологического (концептуального) анализа было установлено, что слова-компоненты и фразеологизмы, заключающие в себе лингвоспецифичные концепты, одновременно «отражают» и «формируют» образ мышления носителей языка [Шмелёв, 2002, с. 12], что даёт основание говорить о взаимообратной корреляции фразеологизма и концепта.

Во втором параграфе - «Лингвокогнитивный подход» - изучается специфика национальной концептосферы на основе принципа «от культуры к сознанию» и описываются когнитивные структуры: когнитивная база, культурное пространство, феноменологические когнитивные структуры (ФКС) и лингвистические когнитивные структуры (ЛКС), прецедентные имена, образы и ситуации [Красных, 2003], которые хранят знания и представления о силе и слабости, мотивирующие оценочное значение фразеологизмов, посредством которых они вербализуются.

Фразеологизмы (работать как вол // силёнок, как у цыплёнка; цыплячья внешность; цыплячий голос; цыплячьи мозги), коррелируя с концептами (сила // слабость), реализуют своё оценочное значение (хорошо // плохо), обращаясь к когнитивным структурам нашего сознания (прецедентному образу вола // прецедентному образу цыплёнка).

В третьем параграфе - «Лингвокультурологический подход» - фразеологизм рассматривается как знак вторичной номинации; характерной чертой которого следует считать образно-ситуативную мотивированность, способствующую возникновению культурной коннотации - интерпретации денотативного или образно мотивированного, квазиденотативного, аспектов значения в категориях культуры [Телия, 1996, с. 214-215].

Фразеологизм выступает как результат концептуальной организации знания, потому что фразеологическая картина мира – это, прежде всего, мастерство и искусство народа представлять сложные концепты (понятия, имеющие философско-познавательную и этнокультурную ценность) в виде образов [Солодуб, 2003, с. 204].

В сознании русской языковой личности сила воплощается в зооморфных образах медведя (силён как медведь; медвежья сила), быка (силён, здоров как бык; взять быка за рога), мифологемах богатырь (богатырская сила), Геркулес(геркулесова сила; геркулесовский подвиг), чёрт (как чёрт работать; как чёрт ладана бояться), вещественных образах сока (в полном соку; соком доставаться; высасывать соки), крови (кровь с молоком; кровь кипит; до кровавого пота; кровью доказывать), соматизмах плечо (широк в плечах; расправить плечи), кулак (собирать силу в кулак; кулаков своих не жалеть), предметных образах нитка (вытянуться в нитку), лепёшка (расшибиться в лепёшку), гайка (закручивать гайки).

В свою очередь слабость связана с зооморфными образами комара (комариная сила), цыплёнка (осталось силёнок, как у цыплёнка), соматизмами типа кожа и кости (кожа да кости; кости, обтянутые кожей), кишка (кишка тонка), зуб (не по зубам; положить зубы на полку), предметными образами спички (спичка спичкой), щепки (худой как щепка).

Четвёртый параграф - «Функционально-семантический подход» - посвящён исследованию фразеологизма как языкового средства, актуализирующего в речи семантическое поле «сила-слабость» и выражающее всю палитру его предметных и оценочных значений.

Функционально-семантический подход позволяет смоделировать многомерную семантическую структуру фразеологизмов аксиологически ориентированной оппозиции «сила» vs. «слабость». На примере функционально-семантической группы (ФСГ) «энергия» показана корреляция фразеологического значения (ФЗ) с содержанием семантических зон (СЗ) «сила» и «слабость» и семантикой оценки, реализованной шкалой:

СЗ

Сила

Слабость

Семема

«Физическая или моральная возможность активно действовать» [СОШ, 2009, с. 716]

«Недостаток физических сил, энергии» [СОШ, 2009, с. 727]

ФСГ

Энергия - «решительность и настойчивость в действиях»

[СОШ, 2009, с. 911]

Шкала

оценки

Очень хорошо

Доволь-

но хорошо

Хорошо

Нор-маль-

но

Плохо

Доволь-но плохо

Очень плохо

ФЕ

в расцвете сил

в полном соку

собраться с силами

быть в силах

не в силах

был да весь вышел

выжатый лимон

ФЗ

«В период наи-боль-

шей жизнен-

ной активнос-ти» [БФСРЯ, 2006, с. 63]

«В полном расцвете физиче-

ских сил»

[Тихонов, 2004, т. 2, с. 404]

Толкования в словаре нет

Толкования в словаре нет

Толкования в словаре нет

«О ком-л., чьи талант, силы ис-черпа-

ны» [Тихонов, 2004, т.1, с. 207]

«О человеке, утратив-

шем физичес-

кие силы, твор-

ческие

способности» [Тихонов, 2004, т.1, с. 545]

В пятом параграфе - «Лексико-грамматический подход» - рассматриваются лексико-грамматические основы корреляции слова и фразеологизма, реализующие взаимосвязь словообразовательного, морфологического и синтаксического уровней языка в ФСП оценки.

Фразеологизмы семантической оппозиции «сила» vs. «слабость» обнаруживают способность актуализировать словообразовательные гнёзда её противочленов, в формировании мотивационных полей которых так или иначе участвуют части речи [СЛС, 2003, т. 1, с. 9].

Хотя «сложным и противоречивым является отношение фразеологизмов к частям речи» [Лекант, 2002, с. 17], ФЕ семантической оппозиции «сила» vs. «слабость» обнаруживает корреляцию с именем существительным (геркулесова сила; прокрустово ложе; большая шишка // выжатый лимон; мелкая сошка), именем прилагательным (сильный как бык; широк в груди // некрепок на ногах), наречием (изо всех сил; без памяти; по уши; в хвост и в гриву), глаголом (собираться с силами; расправить плечи; взять за жабры // падать духом; упускать из рук; плясать под дудку), лексико-грамматические значения которых позволяют фразеологизмам выражать отношение субъекта к объекту и выступать в роли оценочного предиката: Группа «Ренова» «прибрала к рукам» аэропорт Екатеринбурга (Аргументы недели 2010, №27).

В шестом параграфе - «Аксиологическийо подход» - предпринимается попытка построения структуры ФЗ (в сопоставлении семантических структур лексемы и концепта) с целью определения в ней места оценочного компонента и устанавливается онтологическая связь фразеологизма с категорией оценки.

Анализ семантической структуры фразеологизма показывает, что ФЕ коррелирует с концептом, на основе обобщённого образа, содержащегося в ядре ФЗ и включающего в себя оценочный элемент, и представляет его стереотипное или эталонное выражение.

Стереотипным выражением концептов «сила» // «слабость» в смысле «могущество, влияние, власть» [СОШ, 2009, с. 716] // «отсутствие могущества, влияния, власти» при оценке лица являются фразеологизмы: сильные мира сего; хозяева жизни; большая шишка // мелкая сошка, дифференциальными признаками которых стали «крупный», «большой», «высокий», «важный», «великий», «сильный» // «мелкий», «невысокий», «невлиятельный», «слабый». Стереотипное поведение власть имущих определяется ФЕ: высосать все соки, закрутить гайки, держать вожжи в руках, голыми руками брать, все жилы вытягивать, где дифференциальными семами являются «лишать», «изнурять», «усиливать», «захватывать». Это стандартный набор признаков, на основании которых объекты оцениваются как сильные. Для лиц, заслуживающих характеристику мелкая сошка, стереотипным представляется поведение, выражаемое фразеологизмами: опускать вожжи, выпускать из рук что-л. с дифференциальными семами «снижать», «ослаблять», «терять», «упускать». Это стандартный набор признаков, на основе которого объекты оцениваются как слабые.

Ключевыми элементами в структуре ФЗ признаются внутренняя форма и образное основание как центр аккумуляции ценностных представлений, что даёт основание считать семантическую структуру фразеологизма результатом концептуального моделирования.

Таким образом, одним из ключевых выводов первой главы можно считать следующий: фразеологизм – это единица с двойственной природой, в процессе формирования которой лежит оценка. Концептуальный, когнитивный и лингвокультурологический подходы свидетельствуют о неразрывной связи фразеологизма с концептом, а функционально-семантический и лексико-грамматический – со словом (лексемой); аксиологический же подход выявляет объединяющее начало для всей триады «концепт – фразеологизм – слово».

Вторая глава«Корреляция слова и фразеологизма в процессе выражения оценочного значения концептов “сила” и “слабость”» – посвящена исследованию реализации двойственной природы фразеологизма с точки зрения функционально-семантического подхода в языке, для чего описывается формирование оценочной семантики фразеологизма на основе семантики слов-компонентов, а оценочной семантики слова-компонента на основе его фразеологизации.

В первом параграфе - «Формирование оценочной семантики фразеологизма под влиянием его компонента» - на основе семасиологического и ономасиологического подходов анализируется семантическое значение фразеологизмов в соответствии с семантической моделью языковых знаков, реализующих концепты «сила» и «слабость».

В результате анализа было выявлено несколько способов идентификации семантики «сила» // «слабость», согласно которым фразеологизмы были классифицированы.

К первой группе относятся фразеологизмы, которые выражают данные значения эксплицитно, т.е. своим компонентным составом, и составляют ядро семантического поля «сила-слабость»: медвежья, геркулесова сила; силён как медведь; <подпрыгивать> изо всех сил; <рваться> из последних сил; оставаться в силе; тянуть силком // силёнок как у цыплёнка; не в силах; дать слабину; выбиться из сил; слаб на язык.

Вторую группу составляют единицы, у которых семы «сила» // «слабость», «сильный» // «слабый», «сильно» // «слабо» входят в интенсионал значения: вкладывать всю душу во что-л. -«одухотворять силой своего чувства» [Тихонов, 2004, т. 1, с. 365]; <защищать> с пеной у рта -«в сильном гневе, с яростью; в крайнем возбуждении» [там же, т. 1, с. 796]; не на шутку <расстроены> -«очень сильно, основательно» [там же, т. 2, с. 803] // ноги, руки стали словно из ваты - «о состоянии физической слабости человека» [там же, т. 1, с. 99]; ахиллесова пята - «единственное или самое уязвимое место; имеется в виду, что позиция, план и др. или лицо или группа лиц имеет недостаток, слабую сторону» [БФСРЯ, 2006, с. 25].

Третья группа включает фразеологизмы, семантика которых содержит семы, составляющие семемы лексем сила // слабость: согнуть в бараний рог - «заставить повиноваться, быть покорным чьей-л. воле»[Тихонов, 2004, т. 1, с. 33] ® силить и силовать - «неволить, приневоливать, нудить, принуждать, заставлять силою» [Даль, 2004, т. 4, с. 59] // почва уходит из-под ног - «о неустойчивом, шатком положении, состоянии кого-, чего-л.» [Тихонов, 2004, т. 2, с. 97] ® (слабый - «лишённый твёрдости, устойчивости, последовательности» [СОШ, 2009, с. 727].

Наконец, четвёртую группу составили фразеологизмы, у которых значение «сила» // «слабость» идентифицируется только благодаря семантическим доминантам, которые называют качества, свойства, явления (например, усердие, превосходство // лень, ошибка): не щадя живота своего; из кожи лезть; утереть нос; снять сливки // конь не валялся; палец о палец не ударить; попасть пальцем в небо; наступить на грабли - и оцениваются как «сильные» или «слабые» стороны.

При выделении четырёх групп фразеологизмов, отражающих способы идентификации семантики сила // слабость, была принята во внимание традиционная классификация фразеологизмов по степени семантической слитности компонентов, хотя она не является предметом настоящего исследования, в результате чего установлено, что только первая группа включает фразеологические сочетания, все остальные ориентированы на фразеологические единства.

Семантические доминанты относятся к разряду прагмем, т.е. слов, в которых «предметное и оценочное значения предстают как бы склеенными, жёстко связанными» [Эпштейн, 1991, с. 19] и организуют вокруг себя фразеосемантические группы (ФСГ) – «совокупность фразеологических единиц, обладающих одним общим семантическим признаком и рядом дифференцирующих признаков (смысловых и стилистических), которые дают полную характеристику смысловой структуры фразеологической единицы» [Багаутдинова, 2006, с. 17]. ФСГ в свою очередь составляют семантическое поле – «совокупность языковых единиц, объединённых общностью содержания и отражающих понятийное, предметное или функциональное сходство обозначаемых явлений» [Кобозева, 2009, с. 99]. В условиях полисемии каждой лексемы - сила и слабость - область пересечения их семантики и семантики ФСГ рассматривается в рамках конкретной реализуемой семемы.

Таким образом формируется единое семантическое поле «сила-слабость», в котором «сила» и «слабость» представляют семантические зоны (СЗ)как его полярные фрагменты, ориентированные на выражение одобрительной / неодобрительной оценки. Например:

СЗ

Семема

ФСГ

ФЕ

Сила

Сильный - «спо-собный много, долго, без устали заниматься чем-л.» [МАС 1999, т. 4, с. 93]. Ср.: Сила - др.-исл. seilask «стараться» [Фасмер, 2009, т. 3, с. 621].

Усердие – «большое старание [СОШ, 2009, с. 838].

Не щадя живота своего - «быть весьма усердным» [Тихонов, 2004, т. 1, с. 380].

Из кожи лезть - «ста-раться изо всех сил, усердствовать» [Тихонов, 2004, т. 1, с. 503].

Сильный - «значительный (по величине, степени)» [СОШ, 2009, с. 717].

Превосходство - от превосходить – «оказаться выше, сильнее, значи-тельнее в каком-н. отношении» [СОШ, 2009, с. 579].

Утереть нос - «пре-восходить кого-л.» [Тихо-нов, 2004, т. 1, с. 675].

Снять сливки - «брать лучшее, пользоваться чем-л. прежде других» [Тихонов 2004, т. 2, с. 363].

Слабость

Слабость – «бессилие, упадок сил, изнеможение, изнурение, истощение, немочь, вялость» [Абрамов 2006: 547].

Лень - «отсутствие желания работать, делать что-л.; состояние вялости» [МАС, 1999, т. 2: 156].

Конь не валялся - «ничего ещё не сде-лано» [Тихонов 2004, т. 1, с. 508].

Палец о палец не уда-рить - «ничего не сделать, не затратить труда» [Тихонов 2004, т. 1, с. 783].

Слабый – «неверный, сомнительный» [Даль, 2004, т. 4, с. 83].

Ошибка – «неправильность в действиях, мыслях» [СОШ 2009, с. 487].

Попасть пальцем в небо - «сделать ошибку в опре-делении чего-л.» [Тихонов, 2004, т. 1, с. 644].

Наступить на грабли - «не думая о возможных не-приятных послед-ствиях, поступить так, что эти последствия дадут о себе знать» [СОШ, 2009, с. 142].

Фразеологическое значение (ФЗ), обладающее общими семантическими признаками с концептами «сила» и «слабость» и содержащее оценку, формируется в процессе метафоризации, когда целостное значение фразеологизма мотивируется семантикой слов-компонентов, но не выводится из неё. «Метафора … есть стадия в переработке сырья, этап на пути от представления знаний, оценок и эмоций к языковому значению» [Арутюнова, 1999, с. 370]: Конечно, наши губернаторы много работают. И им не позавидуешь: работа тонкая, сложная и нервная. Они из кожи лезут, решая государственные проблемы, а народ у них под носом марширует с козликами на верёвочках (Аргументы недели 2010, №27), где из -«предлог с род. п. обозначает направление действия откуда-н.» [СОШ, 2009, с. 237], кожа -«наружный покров тела человека, животного» [там же, с. 281], лезть - «карабкаясь, взбираться, подниматься, проникать куда-н.» [там же, с. 322] - составляют фразеологизм из кожи лезть. Только ассоциативно-перцептивное восприятие денотативной ситуации субъектом способствуетинтериоризациизначенийлексем и их интерпретации.

Реализуя концепты «сила» и «слабость», фразеологизмы апеллируют к различным сферам жизни человека. Помимо первичных - физической (физическая сила; сила тяжести; сила тока; сила света; центробежная и центростремительная сила) и физиологической сфер (слаб ногами; слаб здоровьем) - семантические модели лексем сила и слабость, а также их концептуальное содержание позволяют рассматривать их в духовной сфере: сила духа; всей душой; что есть духу; воспрянуть духом // слабый духом; слаб рассудком; слабый ум, разум; религиозно-духовной сфере: божественная сил; творческие силы - нелёгкая сила; чёрт, дьявол занёс; злая сила, воля; знаться с нечистой силой; дьявольская сила; чёрная сила; социальной (институциональной) сфере: политические силы; рабочая сила; вступать в силу; утратить силу; иметь обратную силу; вооружённые силы // иметь слабые позици; сдавать (утрачивать) позиции; эмоциональной сфере: сил нет; дух захватывает; всю душу перевернуть // слаб на язык; слаб на слезу.

Полисемия и синонимия лексем сила и слабость, сильный и слабый способствуют выявлению оценочных сем в их семантической структуре, на основании которых устанавливается корреляция слова и фразеологизма, позволяющая выступать им в роли оценочных предикатов. Например:

Сила

Слабость

Оценочная сема

в семантике лексем

Оценочная сема

в семантике фразеологизма

Оценочная сема

в семантике лексем

Оценочная сема

в семантике фразеологизма

Сила - принуждение [Кожев-ников, 2009, с. 641].

Тащить кого-л. на аркане - «вести насильно; принуждать к чему-л. [Тихонов, 2004, т.1, с. 24].

Слабость - «слабое, уязвимое место, не-совершенство кого-, чего-л.» [МАС, 1999, с. 128]

Ахиллесова пята - «единственное или самое уязвимое место» [БФСРЯ, 2006, с. 25]

Сильный - «значительный по своему положению; влиятельный» [МАС, 1999, с. 93]

Быть в силе - «быть могущественным, влиятельным» [Тихонов, 2004, т. 2, с. 338]

Слабый - «слабо-характерный, слабо-вольный, бес-характерный, слабый» [ССРЯ, 1971, т. 2, с. 430]

Хоть верёвки вей - «о слабовольном, податливом, уступчивом человеке» [Тихонов, 2004, т. 1: 110]

Синонимия и антонимия языковых знаков, актуализующих концепты «сила» и «слабость», реализуют градацию «сильный-слабый» и дают возможность рассматривать её как аналог оценочной шкалы «хорошо-плохо».

Полисемия слов сила и слабость и антонимия, лежащая в основе градации «сильный-слабый», которая предполагает противопоставление одной сущности по одному признаку [Новиков 2001: 67], требуют выделения фразеосемантических групп:

  • Фразеосемантическая группа «физическое состояние».

(+): медвежья, геркулесова сила; сила как у быка, медведя; кровь с молоком; косая сажень в плечах; грудь колесом; широк в плечах // (-): одни глаза остались; нос вытянулся; лица нет; кожа да кости; обратиться в тень; ветром качает; в чём только душа держится; едва волочит ноги; соплёй перешибёшь.

  • Фразеосемантическая группа «энергия».

(+): есть ещё порох в пороховницах; звёздный час; находиться на взлёте; наше время; энергия бьёт ключом; кровь ключом кипит; кровь играет; во всей поре; в самом прыску; в самом соку; расправлять крылья; сколько хватает духу; быть в силах // (-): нет сил; не в силах; дремлют силы; (был и, да) весь вышел; заживо хоронить себя; пороху не хватило;

(+): откуда прыть взялась; вторая молодость; расправить плечи; второе дыхание открылось; набираться силы; собраться с силами; собрать силы; найти в себе силы //(-): тратить силы; (не) находить (в себе) сил; сдавать в силе; слабеть духом; выбиваться из сил; упасть силами.

  • Фразеосемантическая группа «усердие».

(+): вытянуться в нитку; вылезти из кожи вон; потом и кровью; кровью доказать; (грудью) проложить себе дорогу (в жизни); выложить все силы; не щадить себя, своих сил //(-): на (всё) готовое явиться; получить нa блюдечке.

  • Фразеосемантическая группа «власть».

(+/ -): сильные мира сего, большая шишка //(-): мелкая сошка, шишка на ровном месте;

(+/ -): закручивать, завинчивать гайки //(-): опустить вожжи; выпустить из рук;

(+/ -): высасывать все соки; все жилы вытягивать; обрезать крылья //(-)плясать под дудку.

  • Фразеосемантическая группа «мужество».

(+): биться до последней капли крови; горой за кого-, что-л. стоять; не жалеть кулаков; быть крепким духом //(-):слаб духом; руки опускаются.

  • Фразеосемантическая группа «интенсивность».

(+/ -): <бежать> сломя голову; без оглядки; изо всех сил // (0): по мере сил // (-): плестись как черепаха; едва ноги волочить.

Принимая градацию «сильный–слабый» за один из видов организации оценочной шкалы, мы тем не менее не можем их считать тождественными. Предикаты «сильный» и «слабый» не представляют собой семантических примитивов, каковыми являются предикаты «хороший» и «плохой», отличающиеся самопонятностью, неразложимостью и универсальностью [Вежбицкая, 1999, с. 5]. Поскольку градация «сильный-слабый» находится под влиянием прагматических факторов, то за предметными значениями «силы» нет жёстко закреплённого оценочного значения «хорошо», а за предметными значениями «слабости» - оценочного значения «плохо».

Фразеологизмы передают как объективно, так и субъективно градуируемые значения, связанные с концептуальными представлениями о силе и слабости, в зависимости от желаемого / нежелаемого нарастания или убывания признака. Поэтому речевая практика современного русского языка демонстрирует аксиологическую асимметрию семантической оппозиции «сила-слабость», так как её блоки включают фразеологизмы, семантика которых связана как с ценностями, так и с анти-ценностями, что, прежде всего, актуально для семантической зоны «сила»: бить через край – «бурно, с неистощимой силой проявляться; говорится с одобрением» [БФСРЯ, 2006, с. 39]; <хватать>  за горло – «заставлять, принуждать делать что-л. нежелательное, подчинить своей воле; говорится с неодобрением» [там же, с. 54].

Во втором параграфе - «Расширение оценочной семантики слов на основе фразеологизации» - представлен анализ нескольких фразеологизмов семантической оппозиции «сила» vs. «слабость» в их речевом употреблении, демонстрирующий расширение семантической модели слов-компонентов и доказывающий обратную связь слова и фразеологизма.

Образный характер слова-компонента в составе фразеологизма (в полном соку (быть), соком доставаться, высосать все соки // выжатый лимон; кровь с молоком, кровь ключом кипит в ком-л., потом и кровью (добиваться), до последней капли крови (биться), высосать всю кровь // кровинки в лице нет; лезть из кожи вон // кожа да кости) приобретает лексикографическое либо ассоциативное переносное значение, в чём проявляется его семантическая деривация: «Именно благодаря фразеологизму слово получает оценочный ореол, создающий не только оценочный импликационал, но и оценочный интенсионал» [Маркелова, Хабарова, 2005, с. 20], что не всегда отмечается в словарях как узуально закреплённое переносное значение.

На базе фразеологизма под крышей у слова крыша выявляется оценочный импликационал «мощная поддержка, защита», который становится оценочным интенсионалом, развивая семантическую модель данной лексемы, о чём свидетельствует её автономная функциональность с выявленным прагматическим значением: Бизнес под крышей (заголовок). То, что система «крыш» уже много лет является реальностью столичного бизнеса, - ни для кого не секрет. В разгар весёлых 90-х коммерсанты, уставшие от наездов братков-рэкетиров, бизнесмены сами обращались в МВД, ФСБ, прокуратуру с просьбой остановить беспредел и взять над ними шефство (АиФ 2006, №19).

Одним из значимых выводов второй главы является следующий: в языке существует взаимообратная связь слова и фразеологизма в процессе оценочной деятельности: метафоризованные компоненты способствуют развитию коннотативной области семантики фразеологизма, обеспечивающей его целостность, а фразеологизация слов-компонентов – расширению оценочной семантики слова, придающей ему образность.

В третьей главе «Грамматикализация категории оценки во фразеологической системе русского языка при отражении концептов “сила” и “слабость”» – на основе лексико-грамматического подхода описывается корреляция слова и фразеологизма на словообразовательном, морфологическом и синтаксическом уровнях в рамках ФСП оценки.

Первый параграф - «Корреляция слова и фразеологизма на словообразовательном и морфологическом уровнях» - посвящён выявлению взаимосвязи оценочной семантики фразеологизмов и словообразовательных парадигм слов сила и слабость, морфологических особенностей её членов, способных определять оценочный потенциал эквивалентных им фразеологизмов: «Во всех словообразовательных процессах морфология занимает командные высоты, определяет их направление и диапазон действия» [СЛС, 2003, т. 1, с. 9].

Интеграция языковых уровней и комплексный подход к анализируемому участку языковой действительности позволяет выявить единицу устройства ФСП оценки – оценочное высказывание:

Я сильнею (разг.). Он силач. Он сильный человек. Сила! (прост.).

Я слабею. Он слабак. Он слабый человек. Ему слабо? (прост.).

Словообразовательная транспозиция и словообразовательная модификация в их взаимодействии, реализованном оценочным предикатом, который выражается словом и фразеологизмом в их корреляции, обнаруживают механизм построения ФСП оценки, соответственно его парадигматической и синтагматической оси:

Сил-(а) – сил-ёнк-(а) – сил-ушк-(а) – сил-ищ-(а)

| Комариная сила - силёнок, как у цыплёнка - силушка богатырская -геркулесова сила

Сил-ач

| Косая сажень в плечах

Силь-н-(ый) – силь-н-еньк-(ий) – силь-н-ющ-(ий) – силь-н-ейш-(ий)

|   Широк в груди - Грудь колесом - Здоров как бык - Косая сажень в плечах

|

|     Сильн-о - пре-сильно

||  Всеми силами - Почём зря

|      Сил-к-ом

|     Тянуть силком

У-сил-и-ть

|      | Закручивать гайки

|      Усилиться

|      | Набраться сил

|      У-сил-ени-(е)

|        Закручивание гаек

У-сил-и-(е)

| Доказывать кровью

На-сил-и-(е)

| Волчьи законы

На-сил-ова-ть

Тянуть на аркане

Слаб-(ый) – слаб-еньк-(ий) – слаб-ейш-(ий)

| От ветра валиться - едва ноги волочить – соплёй перешибёшь

Слаб-о - слаб-еньк-о - слаб-оват-о

| …    -    …   -   …

Слабо?

| Кишка тонка

Слаб-ость

| Ноги словно из ваты

Слаб-ак

| Выжатый лимон

Слаб-ин-а

| Полный упадок сил

Слаб-е-ть

| Падать духом

О-слаб-и-ть

| Опустить вожжи

О-слабл-ени-е

         Опускание вожжей

Словообразовательная транспозиция, при которой производные слова отличаются от производящих лишь принадлежностью к иной части речи [Земская, 1992, с. 193], - выявляет разные пути развития оценочного значения у лексем, реализующих концепт «сила», и лексем, реализующих концепт «слабость». В первом случае намечается путь «от абстрактной сущности к оценочному признаку» (сила ® сильный), во втором – «от оценочного признака к абстрактной сущности» (слабый ® слабость).

При словообразовательной транспозиции меняется категориальное значение слов, что не влечёт перемещения по шкале оценки, но единицы фразеологической системы обнаруживают подобные возможности, которые обусловлены их лингвокультурной природой. В процессе словообразования у лексем и эквивалентных им фразеологизмов, задействованы словообразовательный, семантический и когнитивный аспекты. Разница может выявляться в аксиологическом аспекте, причём относительно концепта «сила»:

Он сильный. Занят сильно.Усталости не знает. По горло занят.

Слово

ФЕ

Словообразова-тельный аспект

Силь-н-(ый) ® сильн-о

Усталости не знает = силь-н-(ый); занят по горло = сильн-о занят

Семантический аспект

Сильный - «выносливый, здоровый» [Кожевников, 2009, с. 642] – выносливый – «физии-чески сильный, стойкий, спо-собный много вынести, вы-держать» [СОШ, 2009, с. 115] ® сильно – «с большим коли-чеством» [там же, с. 717], «очень» [МАС, 1999, т. 4, с. 93].

Не знать усталости - «быть выносливым, сильным и т.п.» [Тихонов, 2004, т. 1, с. 443]; по горло (занят) - «очень сильно, чрезвычайно» [Тихонов 2004, т. 1, с. 273].

Когнитивный аспект

Чрезвычайно много работать может тот, кто вынослив.

Кто занят по горло, не должен знать усталости.

Аксиологический аспект

Много работать хорошо, быть выносливым – лучше.

Быть занятым по горло – плохо, не знать усталости – хорошо.

Он слабый. Испытывает слабость. – В чём только душа держится. Упадок сил.

Слово

ФЕ

Словообразова-тельный аспект

Слаб-(ый) ® слаб-ость

В чём только душа держится = слаб-(ый); упадок сил = слаб-ость

Семантический аспект

Слабый - «болезненный, хилый, слабый здоровьем» [Даль, 2004, т. 4, с. 83]; хилый – «слабый, болезненный» [СОШ, 2009, с. 861] ® слабость – «свойство или состояние по знач. прил. слабый; недостаток или упадок физических сил (обычно в результате болезни, старости, голодания и т. д.)» [МАС, 1999, т.4, с. 127]

В чём только душа держит-ся - «о хилом, слабом, измождённом человеке или животном» [Тихонов, 2004, т.1, с. 365]; упадок сил - «о слабом, болезненном состоянии человека [Тихонов 2004, т. 2, с. 338].

Когнитивный аспект

Кто хил и слаб, испытывает состояние слабости.

У тех, у кого в чём только душа держится, должно быть, упадок сил.

Аксиологический аспект

Испытывать состояние слабости – плохо, быть хилым и слабым – еще хуже.

Упадок сил – плохо, быть таким, что в чём только душа держится – ещё хуже.

Корреляция слова и фразеологизма при реализации концептов «сила» и «слабость» наблюдается также в явлении словообразовательной модификации, при котором слово остаётся той же частью речи, а изменению подлежит стилистическая окраска и коннотация.

Шкала оценки

Очень хорошо

Доволь-но хо-рошо

Хорошо

Нор-маль-

но

Плохо

Доволь-

но

плохо

Очень

плохо

Слово

Сильней-ший

Силь-

нющий

Силь-ненький

Силь-ный

Сла-

бый

Слабень-кий

Слабей-ший

ФЕ-

эквивалент

Косая са-жень в плечах

Грудь колесом

Здоров как бык

Широк

в груди

С ног валит-ся

Едва ноги волочит

Соп-

лёй

пере-

шибёшь

Система стилистических помет до сих пор не разработана в отечественной фразеографии, поэтому за приведёнными ФЕ нет закреплённой стилистической окраски. Однако лингвистические наблюдения показывают, что она существует и важна при выражении оценки и связана с интенциями говорящего (субъекта оценки). Чем дальше от нормы находятся признаки оцениваемого объекта, тем больше оценочные предикаты реализуют значения на концах шкалы. В роли таких предикатов, как правило, выступают фразеологизмы с просторечной окраской – например, соплёй перешибёшь (прост.).

Основанием для соотнесения фразеологизма с той или иной лексемой словообразовательной парадигмы служит система ценностей и образов, закреплённых в сознании говорящего, та речевая ситуация, в которую он попадает. При словообразовательной модификации мы говорим об эквивалентности слов и фразеологизмов постольку, поскольку они занимают одно и то же положение на шкале оценки, наблюдая при этом диффузию положительного и отрицательного оценочных значений не только в лексической системе, но и во фразеологической.

Взаимообратная связь семантики слова и фразеологизма, в основе формирования которой лежит оценка, была установлена на словообразовательном уровне в процессе анализа членов словообразовательных гнёзд сила и слабый: не только словообразовательные значения лексем мотивируют развитие оценочной семантики эквивалентного фразеологизма, но и семантика фразеологизма оказывает влияние на развитие словообразовательного значения лексемы, которая выступает компонентом фразеологизма.

Семантика образов, составляющая внутреннюю форму фразеологизмов, коррелирует с семантикой суффиксов, производящих лексемы при словообразовательной модификации. Признак «большой» в характеристике животных (медведя, слона, быка) и мифологических героев (Геркулес, великан, богатырь) определяют большую величину их силы. Увеличительное значение передаётся суффиксом -ищ- (великан-ищ-е, сил-ищ-а), а признак «малый» (цыплёнок) - малую величину его силы. Уменьшительное значение формально выражается суффиксом -ёнк- (сил-ёнк-а).

Суффиксы способны передавать не только денотативное (увеличительное, уменьшительное), но и коннотативные значения (ласкательное, уничижительное). В случае с суффиксом -ушк- (сил-ушк-а) наблюдаем передачу исключительно коннотативного значения с положительным, что исключает амбивалентность фразеологизма богатырская силушка.

Таким образом, на примере словообразовательной модификации слова сила было выявлено, что фразеологизация членов словообразовательной парадигмы не меняет их денотативного и эмоционального значений, но вносит дополнительные дифференциальные значения, мотивированные культурными образами, типа «разрушительная» (медвежья сила), «бестолковая» (силища, что у слона), «всепобеждающая» (геркулесова сила), «здоровая» (силы, как у быка), «всемогущая» (по великанищу силища), «защитная» (богатырская силушка), «беззащитный» (силёнка, как у цыплёнка).

Преображение оценочной семантики фразеологизма на основе слова (как компонента его семантической и грамматической структуры) и оценочной семантики слова «под воздействием» фразеологизма по-разному проявляется в семантических зонах «сила» и «слабость». В первом случае наблюдается ориентация на абстрактное существительное, во втором – на качественное прилагательное, которые являются исходными словами для словообразовательных парадигм, находясь в центре словообразовательного гнезда.

Во втором параграфе - «Корреляция слова и фразеологизма на синтаксическом уровне» - проводится прагматический анализ фразеологизмов, который позволяет исследовать особенности их функционирования в речи, в которой фразеологизм одновременно коррелирует со словом, выступая в роли оценочного предиката, и с высказыванием, выступая в роли оценочного микротекста.

На синтаксическом уровне также реализуется двойственная природа фразеологизма: его оценочная семантика, формируясь в процессе умственного акта оценки, даёт возможность фразеологизму выступать средством выражения оценки.

Фразеологизмы семантической оппозиции «сила» vs. «слабость» отражают устройство механизма межуровневого взаимодействия лексических и грамматических элементов, воспроизводя специфику составляющих его частей и динамику их взаимосвязи: оценочное высказывание – оценочный предикат – формы выражения предиката – узел-лексема в составе предиката – деривационные возможности узла-лексемы [Маркелова, 1999, с. 76-77]. Последние передают динамику оценочных средств в ФСП оценки в виде словообразовательных блоков: Я усиливаю свои возможности. – Мои возможности – сильная сторона. – Возможность воздействовать на умы народных масс – это сила. – Воздействовать на умы народных масс – это сильно. || Я набираю обороты. – Способность набирать обороты – значит, не знать усталости. – Я набрал обороты – откуда только прыть взялась. – Набирать обороты – значит, во всю ивановскую трудиться // Я ослабеваю в своих возможностях. – Мои возможности – слабые. – Невозможность что-либо сделать в данной ситуации – это моя слабость. – Что-либо сделать в данной ситуации с моими возможностями слабо?. || Я сдал в силе. – Я испытываю упадок сил. - Я сдал в силах, и это моя слабая струна. – Что-либо сделать в данной ситуации мне не по плечу.

Способность фразеологизмов семантической оппозиции «сила» vs. «слабость» выражать предикативное оценочное значение, позволяет причислять их к единицам с «оценочной семантикой отражения, основанной на корреляции общей и языковой ситуации, демонстрирующей, как оценочная функция подчиняет себе все речевые процессы, настроенные на развитие новых тенденций в языковых процессах» [Маркелова, 2011, с. 4], например: жаргонизацию: Почему именно Севе столько елея? Потому, наверное, что он, кроме всего прочего, осуществил «рашенскую» голубую мечту, она сидит в подкорке нашей телеэлиты, которая не мытьём, так катаньем впаривает её России (ЛГ 2010, №28); криминализацию: В последнее время в прессе появились сообщения о том, что Счётная палата оказалась «под колпаком»: скоро её финансы проверит Федеральная служба финансово бюджетного надзора (АиФ 2005, №7).

Процесс аксиологического преображения затрагивает фразеологическую систему русского языка и проявляется в речевой энантиосемии, когда один и тот же фразеологизм можно употребить в противоположном оценочном значении. Ср.: Джаз играют не ради денег, это выражение искренности на полную катушку, выражение своей энергии и чувств (Известия 26.10.06); Мне кажется, что приговор «на полную катушку» Ходорковскому должен был стать для Путина своего рода водоразделом. «Нате вам!» — сказал он либералам (НГ 09.02.2011).

Однако эти языковые процессы охватывают в основном фразеологизмы семантической зоны «сила»: сложно выявить единицы, которые выражали бы семантическую зону «слабость», получая в языке отрицательную оценку, а в речевой практике - положительную.

Обобщение лингвистических наблюдений над фразеологизмом как средством реализации ФСП оценки, осуществляемой во взаимодействии всех уровней языка, приводит к рассмотрению фразеологизма в роли оценочного микротекста [Александрова, 2007; Ковшова 1996; Телия 1996, Юнг 2000]. ФЕ реализует ситуативную оценку и функционирует в речи как текст в тексте, представляя, с прагматической точки зрения, коммуникативную ценность: Лучше уж вбухивать миллионы на расчистку федеральных трасс, там хозяева жизни ездят. А дворы пусть тонут, туда сильные мира сего не заглядывают (АиФ 2005, №7); «У сильного всегда бессильный виноват». Когда простому смертному не хватает какой-то глупой справки, с ним не церемонятся и дают от ворот поворот, внушают комплекс неполноценности, мол, какое у нас население юридически неграмотное! А когда государство не может выполнить свои обязательства перед нуждающимися - это называется «подождите, потерпите, затяните пояса» (АиФ 2006, №44).

Синтаксический уровень языка таким образом возвращает нас к лингвокультурной природе фразеологизма, главным образом – к его прецедентностному характеру.

О прецедентности фразеологизмов говорит высокая степень их участия в «карнавализации» языка СМИ, что проявляется в образовании окказиональных фразеологических вариантов. С одной стороны, они понимаются как структурные единицы речевой фразеологической системы, а с другой стороны, - как смыслообразующие единицы, поскольку к окказиональному развитию значения приводит изменение соотношения основного значения, его коннотативных созначений и речевых смысловых приращений в смысловой структуре ФЕ [Халикова, 1997, с. 7-10].

Трансформация значения фразеологизмов приводит к усилению его оценочной семантики, т.е. появлению в значении оттенка высшей степени проявления признака. Это заставляет рассматривать положение таких единиц на крайних отметках шкалы оценки, как правило, в его отрицательной зоне:

На древнюю христианскую культуру спокойно плюют с высоты Останкинской телебашни, которая, как известно, в семь раз выше кремлёвской колокольни Ивана Великого (ЛГ 2006, №7–8);

И началась эпоха олигархов. Все обнищали - они разбогатели. И будут продолжать «пухнуть» от золота, пока им удаётся «пудрить мозги» всей стране словами о том, что крепкий рубль невыгоден российской экономике (АиФ 2009, №46).

Трансформация фразеологических единиц - это показатель специфики речевой практики СМИ, обусловленной антиномией информативной и экспрессивной функций языка, которая требует признание права пишущего и говорящего на словотворчество [Ремчукова 2011: 14].

Окказиональная вариативность фразеологизмов затрагивает морфологический - глубинный, высокоорганизованный ярус языка, реализуя «креативный потенциал русской грамматики» [Ремчукова 2011]: Всем понятно, что никакого суда, а тем более спуска в шахту не произойдёт. Произойдёт по сложившейся традиции спуск ситуации на тормозах(ЛГ 2010, №22); Клинтон, который перед этим «по-голливудски» улыбался, в ответ на эту реплику расхохотался, но комментировать слова Путина не стал (Известия 30.06.2010).

Если морфологические преобразования: субстантивация глагола (спускать ® спуск) и адвербиализация прилагательного (голливудская ® по-голливудски) узуальны для слов-компонентов, то для фразеологизма в целом окказиональны (спускать на тормозах ® спуск на тормозах; голливудская улыбка ® по-голливудски улыбаться).

Таким образом, интенция говорящего выразить в речевой практике своё оценочное отношение: «одобрение-неодобрение», «похвалу-порицание», «восхищение-возмущение» - и тем самым воздействовать на адресата приводит к преображению семантики фразеологизма и как оценочного предиката, и как оценочного микротекста. В первом случае процессы преображения проявляются в речевой энантиосемии, во втором – в окказионализации, способствующей развитию креативного потенциала русской грамматики.

В качестве основного вывода третьей главы является следующий: корреляция слова и фразеологизма осуществляется не только на уровне семантики, но и на уровне грамматики, при этом грамматика обусловлена семантикой, «углублённой» культурологическими знаниями и представлениями.

В Заключении приведены выводы исследования согласно поставленным цели и задачам и обозначены его дальнейшие перспективы.

На примере семантической оппозиции «сила» vs. «слабость» описана оценочная функция фразеологизмов, установлена их многоаспектная и межуровневая взаимосвязь со словом-компонентом в рамках функционально-семантического поля (ФСП) оценки, выявлены способы её реализации в процессе «отражения и преображения» оценочных механизмов языка.

Перспективным можно считать анализ семантической деривации слов-компонентов под влиянием оценочной семантики фразеологизмов, описание оценочных коннотаций фразеологизмов семантической оппозиции «сила» vs. «слабость» в соответствии с лексико-грамматическими категориями эквивалентных частей речи, анализ семантики фразеологизма как оценочного микротекста, исследование стилистической окраски фразеологизмов и разработка системы стилистических помет во фразеологических словарях.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

  • Савельева А.А. Градация «сильный-слабый» как функционально-семантический вариант оценочной шкалы во фразеологической системе современного русского языка // Вестник МГОУ. Русская филология. - №6. – 2011. – С. 77-84. (Издание списка ВАК).
  • Савельева А.А. Фразеологизмы семантической оппозиции «сила-слабость» и их полиоценочность в языке газетных публикаций // Проблемы полиграфии и издательского дела. - №1. – 2011. – С. 132-139. (Издание списка ВАК).
  • Савельева А.А. Фразеологизм как лингвокультурная составляющая оценочного высказывания в СМИ // Вестник МГУП. - №5. - 2010. - С. 210-216.
  • Савельева А.А. Аксиологически маркированные фразеологизмы как структурно-содержательное средство организации текста в СМИ // Материалы Международного молодёжного форума «Ломоносов-2010». - М.: МАКС Пресс, 2010. - [Электронный ресурс].
  • Савельева А.А. Фразеологизмы с компонентом «медведь» в языковом пространстве СМИ // Поэтика и фоностилистика: Бриковский сб. Вып. 1: материалы международной научной конференции «I Бриковские чтения. Поэтика и фоностилистика» (МГУП, Москва, 10-12 февраля 2010 г.). - М. : МГУП, 2010. - С. 354-357.
  • Савельева А.А. Оценочность фразеологических оборотов медиадискурса в контексте культуры // Язык и стиль средств массовой информации: межвузовск. сб-к науч. трудов Всероссийской конференции, посвящённой 80-летию профессора Н.С. Валгиной. - М.: МГУП, 2007. - С. 347-351.
 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.