WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

Феномен парадокса в религиозно-философском творчестве Льва Шестова

Автореферат кандидатской диссертации

 

На правах рукописи

 

 

Фролова Александра Юрьевна

 

ФЕНОМЕН ПАРАДОКСА В РЕЛИГИОЗНО-ФИЛОСОФСКОМ ТВОРЧЕСТВЕ ЛЬВА ШЕСТОВА

 

Специальность 09.00.03 – история философии

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

 

 

 

 

Москва – 2012

Диссертация выполнена на кафедре истории, философии и культурологии Московского государственного гуманитарного университета

им. М.А. Шолохова.

Научный руководитель: кандидат философских наук, доцент

Дёгтева Любовь Вячеславовна

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

                                                 Чернавин Юрий Александрович

кандидат философских наук, доцент

                                                 Загребин Михаил Вячеславович

Ведущая организация: Академия повышения квалификации и

профессиональной переподготовки

работников образования.

Защита состоится «14» июня 2012 года в «15» часов на заседании Диссертационного совета по философским наукам Д. 212.155.08 при Московском государственном областном университете по адресу: 105005, г. Москва, ул. Радио, д.10 «а».

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Московского государственного областного университета по адресу: 105005, г. Москва, ул. Радио, д.10 «а».

Автореферат разослан «___» __________ 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор философских наук, доцент                                                Бондарева Я.В.

1. Общая характеристика работы.

Актуальность темы исследования.

В настоящее время философскому творчеству Л. Шестова уделяется довольно большое внимание, при всей его маргинальности с точки зрения классической парадигмы философствования. Причина данного явления видится не только в бурном обращении к «русскому религиозно-философскому Ренессансу», но и, прежде всего, в существенном возрастании интереса к затронутой Л. Шестовым проблематике соотношения веры и разума, природы свободы и творчества, статуса «мистических откровений».

Следует обратить внимание на тот очевидный факт, что современное общество довольно энергично обращается к вере, к иррациональным способам осмысления бытия. Это явление может представлять определённый интерес для философии, поскольку оно вскрывает глубинные проблемы человеческого бытия и познания, именно, проблемы природы религиозной веры, сущности и происхождения добра и зла, смысла жизни и смерти, природы страдания и отчаяния. В этой связи одним из насущных вопросов является вопрос о сущности человеческого разума и пределах его возможностей. Таким образом, актуальность исследования проблемы феномена парадокса в религиозно-философском творчестве Л. Шестова определяется тем, что оно сопряжено с анализом классической концепции рациональности, обращением к истории философских интерпретаций проблемы разума, рациональности вообще и рациональности науки, философии и религии.

Не менее важным является философское осмысление оснований веры, её форм, а также роли, которую она играет, во-первых, в познании, а во-вторых, в самой жизни человека. Второй аспект функциональной определённости веры, присущий, главным образом, религиозной вере, был прочувствован и своеобразно истолкован Л. Шестовым как представителем экзистенциальной философии, стремившимся обнаружить жизненную правду человеческих переживаний и отчаяния и поставить их во главу угла, отыскав в них источник подлинной веры. Состояние отчаяния, которое пробуждает в человеке парадоксальный спор с данностью о возможности невозможного, позволяет обнаружить те движущие силы, которые толкают человека в противоположную от рационального познания сторону и, по мысли Л. Шестова, указывает на источник истинной философии. Изучение религиозно-философского творчества Л. Шестова в аспекте парадокса представляется актуальным ещё и потому, что шестовский образ напряжённого стремления и, можно сказать даже, «горения» к истине целесообразно противопоставить довольно распространённому в современном прагматичном мире равнодушному накоплению полезной информации, которое, по сути, обесценивает понятие истины.

Вместе с тем, исследование парадоксов религиозно-философского творчества Л. Шестова актуально постольку, поскольку они обнаруживают многогранную структуру феномена веры, глубокое осмысление которой необходимо для противостояния современному ажиотажному напору «максимума эзотерики» и культивированию всевозможных суеверий, основанных на бездумном доверии мистической литературе. С другой стороны, надо сказать, что в исследовательской литературе в большей степени уделяется внимание достоинствам религиозно-философского творчества Л. Шестова, в то время как оно, на взгляд автора диссертации, требует более критической оценки, особенно в контексте тенденций современности. В этом смысле анализ парадоксов Л. Шестова позволяет выявить уязвимые аспекты его вольного творчества на религиозные темы.

Таким образом, предпринятое в диссертации исследование происхождения, сущности и предназначения парадоксов Л. Шестова, реализованное в контексте их взаимосвязи с творчеством таких религиозных мыслителей как Тертуллиан, Л. Лютер, Б. Паскаль, С. Кьеркегор, Ф.М. Достоевский, во-первых, даёт возможность развития и углубления интерпретации философского наследия Л. Шестова, а во-вторых, позволяет расширить спектр существующих решений означенных проблем, при условии критического их осмысления.

Степень научной разработанности темы диссертации.

На современном этапе изучения философского наследия Л. Шестова издано множество монографий, научных статей и исследований, посвященных религиозно-философскому творчеству русского мыслителя. Среди работ, предшествовавших стремительному постсоветскому возрастанию внимания к философии Л. Шестова важно отметить труды таких советских исследователей, как В.Ф. Асмус , который видит главную философскую задачу Л. Шестова в борьбе с разумом и В.А. Кувакин , который, в частности, даёт ценный критический анализ религиозности Л. Шестова. Интерес к религиозному, иррационалистическому, экзистенциальному аспектам философского творчества Л. Шестова нашёл отражение в трудах зарубежных исследователей данного периода, среди которых необходимо упомянуть Дж.Л. Клайна (G.L. Kline) , Дж. Уэрнхема (J.C.S. Wernham) , Ч. Милоша (Cz. Milosz) , Дж. Бейли (J. Bayley) .

В числе работ современных исследователей, где осуществляется общий обзор философии Л. Шестова, следует выделить монографии и статьи Р.А. Гальцевой , А.В. Ахутина , Н.В. Мотрошиловой , В.Л. Курабцева , С.А. Полякова , Н.К. Батовой , Л.М. Моревой , Т.В. Морозовой . Значительным вкладом в изучение философского наследия Л. Шестова в аспекте его взаимосвязи с европейской религиозной философией явилось фундаментальное исследование В.Л. Курабцева, обобщённое в монографии «Миры свободы и чудес Льва Шестова», содержащей ценный материал по проблемам веры, свободы, разума в творчестве Л. Шестова. Различные значимые для данного исследования аспекты философии Л. Шестова рассматривались в работах таких авторов как А.В. Ахутин (философская «закваска» противника философских систем), Р.А. Гальцева (экзистенциальная апология «волеизъявляющих индивидов»), И.И. Евлампиев (Бог и абсурд), В.П. Визгин (экзистенциальный конфликт с разумом и знанием), В.Н. Порус (рационализм борьбы за абсурдную веру), С.А. Поляков (противоречие между плюралистической и фидеистической установками), Я.И. Ширманов (проблема богоискательства).

Внимания заслуживают исследования проблемы преломления идей Ф. Ницше в философии Л. Шестова (Ю.В. Синеокая , Е.А. Жильцова ), так как в них освещена проблема влияния воззрений немецкого философа на формирование религиозно-философского творчества Л. Шестова. Образ творчества Ф.М. Достоевского в философии Л. Шестова рассматривался в работах Е.В. Мареевой , Т.И. Благовой , В.Л. Курабцева , Н.В. Мотрошиловой, В.В. Лашова . В работах таких исследователей как Н.К. Батова, Т.Н. Захарова , В.В. Лашов , А.А. Кудишина , Е.А. Механикова , А.В. Овсянников , С.С. Черных рассматривается решение Л. Шестовым проблемы человека, в контексте его веры и представлений о свободе, ставится акцент на гуманистической и экзистенциальной направленности его философии.

Исследователями неоднократно отмечалась парадоксальность философского творчества Л. Шестова. Среди авторов, упоминавших о парадоксализме Л. Шестова, следует отметить Р.А. Гальцеву, С.А. Полякова, С.С. Черных, Я.И. Ширманова, В.Л. Курабцева, который, кстати, подчёркивает общность парадоксализма Л. Шестова с аналогичным явлением у Ф.М. Достоевского, парадоксализм которого он считает «более противоречивым» . В.В. Лашов упоминает о парадоксализме Шестова как об элементе методологической основы его философии . Однако специальное рассмотрение как парадоксов, так и парадоксализма Л. Шестова до сих пор не предпринималось.

Обзор данных источников позволяет сделать вывод о том, что самостоятельное исследование проблемы феномена парадокса в религиозно-философском творчестве Л. Шестова на сегодняшний день отсутствует. Это обстоятельство во многом обусловило выбор темы данного диссертационного исследования и постановку его цели и задач.

Цель диссертации – анализ феномена парадокса в религиозно-философском творчестве Л. Шестова.

Задачи исследования:

  1. Проследить мировоззренческую эволюцию Л.Шестова в аспекте возникновения и формирования парадоксализма его религиозно-философского творчества.
  2. Выявить концептуальные основания веры Л. Шестова, с целью определения происхождения, сущности и предназначения парадоксов в его религиозно-философском творчестве.
  3. Проанализировать основные парадоксы Л. Шестова, которые позволяли ему осуществлять критику разума, выявляя специфику данной критики.
  4. Рассмотреть основные парадоксы Л. Шестова, направленные на утверждение свободы, высветив экзистенциальные мотивы его религиозно-философского творчества.

Объектом диссертационного исследования является философское творчество Л. Шестова.

Предметом исследования является феномен парадокса в религиозно-философском творчестве Л. Шестова.

Методологическая основа исследования.

Методологическую базу диссертационного исследования составляет историко-философский подход, опирающийся на традиции анализа работ представителей зарубежной и отечественной философской мысли. В связи с тем, что в философском наследии Л. Шестова отсутствует система обоснованных взглядов, анализ основных парадоксов и концептуальных оснований его религиозно-философских воззрений осуществлялся посредством герменевтического метода и метода рациональной реконструкции, что позволило обнаружить основу его философской позиции, а также восстановить содержание и выяснить предназначение его парадоксальных утверждений.

С целью раскрытия содержания парадоксов Л. Шестова в контексте его религиозно-философских воззрений использовался метод системного анализа, который позволил рассматривать его творчество религиозно-философского периода как целостность. Метод сравнительного анализа применялся в процессе выявления как содержания, так и специфики парадоксов Л. Шестова в сравнении с идеями избранных им религиозных мыслителей. Использование структурно-исторического метода позволило раскрыть историко-философский контекст рассматриваемых в диссертации проблем.

Важным методологическим оснащением диссертационного исследования являются общетеоретические труды в области истории философии, религиоведения, истории религии, онтологии и гносеологии; а также результаты исследований отечественных и зарубежных специалистов в данных областях.

Источниковой базой диссертационного исследования явились опубликованные сочинения Л. Шестова, его эпистолярное наследие, воспоминания современников. Важнейшие биографические сведения о жизни и творчестве Л. Шестова были почерпнуты из книги дочери философа, Н. Барановой-Шестовой «Жизнь Льва Шестова», содержание которой позволило обнаружить «скрытые нити» душевных переживаний мыслителя, которые не могли не оказать влияния на его философские воззрения. К тому же, в данной книге собраны ценные письма, знакомство с которыми позволяет рассмотреть основные идеи Л. Шестова с точки зрения их включённости в жизнь философа, а также выявить векторы философского поиска его эпохи. Уникальные биографические сведения о Л. Шестове содержатся также в книге Б. Фондана «Разговоры со Львом Шестовым», воспоминаниях Г. Ловцкого, Е.К. Герцык, А.З. Штейнберга и др.

Исследование эволюции философских воззрений Л. Шестова сопровождалось обращением к трудам современников философа, посвященных интерпретации его идей. Критическое осмысление ранних сочинений философа нашли отражение в сочинениях Н.К. Михайловского, А.М. Ремизова, Р.В. Иванова-Разумника, Б.А. Грифцова, А.К. Закржевского, С.Л. Франка, Н.О. Лосского. Анализ сущности веры и парадоксов Л. Шестова осуществлялся с помощью исследовательской литературы и первоисточников как предшественников философа, именно, Тертуллиана, У. Оккама, М. Лютера, Б. Паскаля, С. Кьеркегора, Фр. Ницше, Ф.М. Достоевского и др., так и его современников, в частности, Н.А. Бердяева, С.Н. Булгакова, В.В. Зеньковского и др.

Структура диссертации.

Диссертация состоит из введения, двух глав, объединяющих четыре параграфа, заключения и библиографического списка использованной литературы. Объём работы вместе с библиографическим списком составляет 169 страниц.

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, характеризуется степень научной разработанности темы диссертации, формулируются цель и задачи исследования, определяется его объект и предмет, раскрываются методологические основания исследования, научная новизна исследования, формулируются основные положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Метафизические основы феномена парадокса в религиозно-философском творчестве Л. Шестова» раскрывается процесс становления и содержание религиозно-философских воззрений Л. Шестова, определяющих специфику его парадоксов.

В первом параграфе «Мировоззренческая эволюция Л. Шестова: на пути к парадоксализму религиозно-философского творчества» прослеживается ход развития философских взглядов Л. Шестова в аспекте формирования парадоксализма.

Во втором параграфе «Концептуальные основания веры Л. Шестова» проводится анализ основных понятий религиозно-философского творчества Л. Шестова, которые обусловили специфику его религиозно-философской позиции и его парадоксов. Выявляется имплицитная концептуальность религиозно-философских воззрений мыслителя.

Во второй главе «Парадоксы религиозно-философского творчества Л. Шестова: сущность и предназначение» анализируются основные парадоксы Л. Шестова в аспекте их источников, содержания и теоретических выводов, которые философ с их помощью отстаивает. Парадоксы систематизируются на основании их предназначения.

В первом параграфе «Парадоксализм в аспекте критики разума» исследуются основные парадоксы Л. Шестова, которые позволяли мыслителю осуществлять критику разума, ставшую для Л. Шестова во втором периоде его творчества преобладающим способом философствования.

Во втором параграфе «Перспектива свободы: экзистенциальный аспект парадоксализма» рассматривается та часть парадоксов, которые используются Л. Шестовым, главным образом, в связи с апологией абсолютной свободы, ставшей руководящей идеей его религиозно-философского творчества, и которые обнаруживают экзистенциальное содержание его философии.

В заключении подводятся итоги исследования, формулируются основные выводы, намечаются перспективы дальнейшего исследования.

2. Научная новизна диссертационного исследования и обоснование основных положений выносимых на защиту.

Научная новизна диссертации заключается в том, что в ней осуществляется детальный анализ основных парадоксов религиозно-философского творчества Л. Шестова, в аспекте их формирования, сущности и предназначения и в контексте концептуальных оснований веры Л. Шестова, которые обуславливали специфику его парадоксов. Новизна определяется следующими результатами исследования:

  1. Выявлены условия мировоззренческой эволюции Л. Шестова, обеспечившие переход от скептико-нигилистической установки беспочвенной философии к парадоксалистской установке религиозно-философского творчества на основе сравнительного анализа пересекающейся философской проблематики Фр. Ницше, Тертуллиана, М. Лютера, Б. Паскаля, С. Кьеркегора и Л. Шестова.
  2. Реконструированы концептуальные основания веры Л. Шестова, содержание которой раскрыто в процессе анализа представлений философа о феноменах рациональности, веры, свободы, творчества, добра и зла. Выявлена специфика, сущность и предназначение парадокса в религиозно-философском творчестве Л. Шестова.
  3. Проанализированы основные парадоксы религиозно-философского творчества Л. Шестова, которые позволяли ему осуществлять критику разума. На материале данных парадоксов продемонстрирована специфика данной критики, свидетельствующая о зависимости творчества философа от рационального мышления.
  4. Рассмотрены основные парадоксы религиозно-философского творчества Л. Шестова, которые позволяли ему раскрывать сущность свободы. На материале данных парадоксов обоснована экзистенциальная направленность религиозно-философского творчества Л. Шестова и показана уязвимость его философии свободы.

Основные положения, выносимые на защиту и их обоснование:

1. Весь философский путь Л. Шестова может быть условно разделен на два основных периода – беспочвенный и религиозно-философский – на основании формирования в процессе творческого развития метафизической основы его мировоззрения, именно, веры в Бога, внеконфессионально и философски истолкованной. Воззрения беспочвенного периода, нашедшие свое отражение в ранних работах, написанных до 1910 г., характеризовались скептико-нигилистической установкой, которая, в результате обретения почвы, уступила место парадоксализму. Второй период творчества Л. Шестова характеризовался укоренением и развитием религиозно-философских воззрений, его веры и сопутствующего ей парадоксализма. Формирование парадоксализма происходило под влиянием идей таких мыслителей как Тертуллиан, М. Лютер, Б. Паскаль, С. Кьеркегор, Ф.М. Достоевский.

Обращение Льва Шестова к философии происходит в результате глубокого духовного надрыва, что во многом определило специфику его философии. В диссертации проводится разграничение философского творчества Шестова на два основных периода: беспочвенный и религиозно-философский. Первый – период метафизически-беспочвенной философии трагедии, характеризующийся наличием  установки на неприятие любой метафизической основы мировоззрения и реальным отсутствием её у мыслителя, отличался преобладанием скептицизма и нигилизма. Формирование второго периода непосредственно связано с обретением почвы веры.

Скептицизм беспочвенного периода выполняет роль средства, подрывающего устоявшиеся философские идеи и убеждения, способствуя, наряду с нигилизмом, обоснованию философии трагедии в противоположность философии обыденности. Нигилизм был воспринят Шестовым от Ницше и приобрел в рамках его философии трагедии специфические черты. Основным источником шестовского нигилизма является трагичное столкновение «весь мир – один человек», которое приводит к переосмыслению ценностных приоритетов личности. Сравнительный анализ эволюции воззрений Ницше и Шестова позволяет обнаружить момент их расхождения, который определил несовпадение направлений дальнейшего развития их мысли. Развенчание «морального бога» приводит Ницше к обожествлению самого жизненного порыва в образе Диониса, которое породило и любовь к року, и имморализм стихийности, и славословие покоряющей воле. Шестов же «по ту сторону добра и зла» находит Бога, для Которого нет ничего невозможного, и веру, одним из источников истин которой становятся выдержки из Библии, ибо здесь он находит спасение от покоряющей человека безликой воли.

Формирование второго периода непосредственно связано с обретением веры. Обретение веры определяет специфику творчества Шестова религиозно-философского периода, когда скептицизм и нигилизм уступают место парадоксализму. Таким образом, формирование парадоксализма было сопряжено с появлением метафизических основ мировоззрения философа, коренящихся в его понимании феномена веры. Что особенно важно, формирование парадоксализма протекало в ходе осмысления Шестовым религиозно-философского наследия таких мыслителей, как Тертуллиан, М. Лютер, Б. Паскаль, С. Кьеркегор, Ф.М. Достоевский. В диссертации выявлено их влияние на философию Шестова и, вместе с тем, её самобытность в сравнении с творчеством данных мыслителей.

Парадоксы религиозно-философского творчества Шестова складываются в ходе его философствования о религиозной вере и обоснования её истин, «откровений». Парадоксализм русского философа представляет собой явление, укоренённое в категорическом неприятии мыслителем разума, причины которого следует искать в вольном толковании библейского предания о грехопадении прародителей. В соответствии с шестовской интерпретацией, сущность грехопадения заключалась в соблазнении человека возможностью познания. Данное убеждение легло в основу его религиозно-философских воззрений.

2. В основе феномена парадокса в религиозно-философском творчестве Л. Шестова лежит его вера, которую правомерно определить как веру в Бога, как сверхъестественное Существо, которая имеет ряд существенных отличительных свойств: 1) полное доверие самому акту веры, т.е. тому мистическому состоянию, для которого характерна абсолютная убеждённость в истинности какого бы то ни было необоснованного суждения, вопреки его парадоксальности, безумию даже, и несовместимости с тем, во что «верили всегда, везде и все»; 2) признание необходимости и возможности беспредельной свободы-произвола для человека; 3) отождествление веры и свободы с добром, а разума и необходимости – со злом; 4) нацеленность на человеческое Я и его неразумные стремления. Вера Л. Шестова базируется на его толковании библейского события грехопадения, что и породило имплицитно присутствующее концептуальное единство афористически-разрозненных утверждений философа.

Понятие парадокса в религиозно-философском творчестве Л. Шестова автор диссертации определяет так: это утверждение религиозно-философского происхождения, которое философ позиционирует в качестве абсурдного, но истинного, хотя и принципиально необъяснимого и которое, в соответствии с его замыслом, должно выступать в качестве антирационального. Религиозно-философское происхождение указывает на те источники, которые инициировали развитие его парадоксов, именно: 1) Библия (в неортодоксальном прочтении); 2) философские воззрения анализируемых Шестовым религиозных мыслителей и собственно Шестова; 3) личное переживание и постижение реальности Бога. Термин парадоксализм означает периодическое целенаправленное использование данных парадоксов.

Шестов противопоставляет движение веры процессу познания. Критика разума базируется на классической концепции рациональности, а любая философия или религия, не отвергающая разум, является, по мысли Шестова, рационалистической. Определяющим свойством истин веры становится парадоксальность. Вера Шестова остаётся за пределами определённого вероисповедания, будучи лишь тяготеющей к ветхозаветно-христианскому образу и черпая свои истины из Библии весьма разрозненно и находя оправдание, главным образом, в самой себе. «Безумная», в понимании философа, вера должна быть истинна сама по себе, вне зависимости от того, какую истину она открывает.

В диссертации показано, что вера в Бога для русского философа была, прежде всего, необходимым условием абсолютной свободы, которая разумом исключается. Для него противопоставления вера – разум и вера – несвобода тождественны. Человек в самом акте такой веры достигает свободы, некогда утерянной им в результате грехопадения. Подлинная свобода для Шестова – всевозможность, абсолютный произвол, изначально присущий Богу и, по твёрдому убеждению философа, дарованный Им человеку. Такая свобода нужна Шестову, поскольку она обещает избавление от страданий и «ужасов бытия» – возможность невозможного.

Невозможность как таковая является злом, а причина царящего в мире зла заключена в мотиве грехопадения, когда человек соблазнился миром познаваемой необходимости, предпочтя его миру Божественной неизвестности. Необходимость есть физическое зло, законы природы. Моральное зло вторично по отношению к злу физическому и является следствием бытия в мире необходимости. Шестов по сути оставляет без внимания такой аспект феномена зла, как злоба и порок – для него проблема зла не выходит за пределы проблемы страдания. Вера сама по себе суть добро, ибо она приводит к до-греховному состоянию отсутствия необходимости (= зла). Исключительно важный момент для понимания оснований шестовской веры заключается в его убеждённости в том, что зло появилось после грехопадения: до него всё было «хорошо весьма». Вера-произвол не может нести зла: она была до зла.

Существующие в философии объяснения неизбежности зла суть результат разумного осмысления проблемы зла, которое пренебрегает наиважнейшим для Шестова существом – человеком. Не Бог, но человек, этот, страдающий человек находится в центре религиозно-философского творчества Шестова. Множественность истин, думает Шестов, более человечна, ибо она исключает принуждение. Таким образом, в диссертации показано, что вера Шестова и его парадоксы зиждутся на фундаменте представлений философа о разуме, свободе, добре, зле, человеке, а её краеугольным камнем является толкование грехопадения.

3. Парадоксы Л.Шестова позволяли ему осуществлять критику разума в контексте сопоставления разума и веры. Парадоксалистская критика, в отличие от нигилистического отрицания предшествующего периода, привносит некоторое положительное содержание в затронутую философом проблематику, прежде всего, речь идёт о феноменах веры, разума, свободы. Однако категорическое неприятие любой формы сосуществования разума и веры, нашло выражение в «порочном круге» парадоксализма, как установке на бесконечный поиск парадоксов ради бесконечной критики разума. Основными парадоксами данной группы являются следующие: 1) фарисейский парадокс – добродетель не является гарантом спасения; 2) парадокс порабощённой воли – воля человека не участвует в деле спасения: спасаемые и обрекаемые определены Богом от начала мира; 3) парадокс требования Богом невозможного – Бог требует от человека только невозможного; 4) парадокс выстраданной воли – человек страждущий жаждет осуществления невозможного, вопреки любым разумным доводам; 5) парадокс всемогущества Бога – для Бога нет ничего невозможного. Исследование этих парадоксов позволило обнаружить, во-первых, глубокую зависимость творчества Л. Шестова от рационального мышления, а, во-вторых, то, что целью его движения от разума является абсолютная свобода.

Специфика критики Шестовым разума заключалась в его попытке полностью дистанцироваться от рациональных доводов, предпринимая своего рода «допрос» разума о правах на истину. Парадоксы Шестова призваны были эти права оспорить, противопоставив обоснованным истинам разума свои подчёркнуто-вызывающие, не претендующие на обоснованность истины-откровения. Отсюда стилистическое своеобразие произведений философа, предпочитающего бессистемные «насмешки»-парадоксы убедительным доводам, как единственный антирациональный метод.

Изучая средневековых мистиков, католическую догматику и религиозный опыт М. Лютера, Шестов приходит к заключению, что западное христианство ещё со времен Филона Александрийского подменило веру разумом, о чём, в частности, свидетельствуют церковные догматы католичества, среди которых особое внимание философ уделяет «власти ключей» и спасению добрыми делами. Изучение религиозного опыта Лютера приводит Шестова к фарисейскому парадоксу и парадоксу порабощённой воли. Фарисей напрасно гордится «богоугодными» делами, хотя его гордость была бы вполне разумна. Вера открыла Лютеру, что любая гордость – страшный грех, и потому эта истина важна для Шестова. Философу также исключительно дорога перспектива, которую открывает парадокс порабощенной воли: хотя человек ничего не может сделать в перспективе спасения, зато может безрассудно верить, что всё будет хорошо.

Неизвестность пугает людей: безумным может показаться утверждение «Бог требует от человека невозможного», которое автор диссертации раскрывает под именем парадокса требования Богом невозможного. Невозможное, по Шестову, существует только в пределах разума и для разума, поэтому, когда речь заходит о вере, невозможное растворяется в пространстве всевозможного. Стало быть, требование Богом невозможного означает требование веры, которую разум считает невозможностью. Свидетельством наличия источника, коим питается эта вера, а так же свидетельством ложности истин разума, является упорное существование веры, вопреки развитию науки и философии.

Разум и мораль находятся в отношении глубокого взаимопроникновения: разум постулирует необходимость, а мораль обосновывает действия человека в пределах, намеченных разумом, и скрепляет их указанием на долженствование. Поэтому парадокс выстраданной воли выявляет интенции философа – борьбу за всевозможность и отвержение долга. Волю Бога, могущую не совпадать с волей человека, Шестов неизменно оставляет в стороне. Философ убеждён, что Авраам занёс нож над сыном не в силу покорности Богу, но с абсурдной верой, что Исаак останется жить. Однако абсурдность веры Авраама и Иова была искусственно привнесена философом, отождествлявшим абсурдность и неразумность, причём в контексте своей трактовки рациональности.

Ненависть к разуму и морали вырастает у Шестова из его любви к абсолютной свободе Я, здесь же укореняется парадокс всемогущества Бога. Этот излюбленный (по причине неисчерпаемого потенциала) философом парадокс напротив, как показано в диссертации, наилучшим образом демонстрирует рационалистичность шестовского подхода к истинам религиозной веры. Все претендующие на парадоксальность выводы, сделанные с его помощью и не основанные на Св. Писании, обнаруживают сугубо логический ход мысли, если учитывать цель – «войну» с разумом. Таким образом, рассмотренные парадоксы, с одной стороны, действительно вскрывают специфику религиозной веры и пределы возможностей разума, а с другой – свидетельствуют о тупиковом направлении религиозно-философского творчества Шестова, стремившегося отказаться (но безуспешно) от разума вполне.

4. Главной задачей религиозно-философского творчества Л. Шестова является напоминание об абсолютной свободе человека, которая достижима только вне пределов имманентного мира и только посредством веры во всемогущего Бога. Парадоксы мыслителя вскрывают глубину феномена свободы, а также скрытую потребность человека в свободе, как возможности невозможного, а для Л. Шестова – всевозможности; но, в тоже время, обнаруживают существенные изъяны в его воззрениях на природу свободы, добра и зла. Основными парадоксами данной группы являются следующие: 1) парадокс смерти – смерть противоестественна; 2) парадокс страдания – страдание противоестественно, хотя и необходимо в качестве катализатора веры; 3) парадокс неуспокоенности веры – подлинная вера не приносит умиротворения и суть непрестанный поиск истины; 4) парадокс обмана Бога – Бог по Своей воле может обманывать человека; 5) парадокс хаоса – причина зла заключена в порядке, тогда как в хаосе – свобода-всевозможность и добро. Перспектива свободы, как овладения бытием, для конкретного мученика-человека, «Королевского Я», как ключевая характеристика данных парадоксов, свидетельствует об экзистенциальной направленности религиозно-философского творчества Л. Шестова.

Постоянная парадоксалистская борьба с разумом, моралью, познанием и «всемством» (данный термин Достоевского Шестов перетолковывает как «всё общее»: общая истина, общая вера, общая Церковь и т.д.) религиозно-философского периода творчества Шестова, в конечном итоге, имела своей целью апологию свободы: движение прочь от разума суть движение к свободе. Именно перспектива абсолютной свободы-всевозможности проясняет пафос этой борьбы. Источником экзистенциальной (термин воспринят мыслителем от Кьеркегора), подлинной философии является отчаяние, которое пробуждает тоску о свободе и представляет в ином свете вечные вопросы философии. Так, скажем, обстоит дело со смертью, острое переживание противоестественности которой образует основу шестовского парадокса смерти. Сущность его заключается в том, что, вопреки тем разумным доводам в пользу естественности процесса умирания, которые уже были и ещё будут приведены наукой и философией, непосредственное столкновение человека с реальностью смерти вызывает переживание противоестественности происходящего и, в действительности, смерти не должно быть. Разумное объяснение неизбежности смерти является, по мысли Шестова, отказом от свободы, ибо смертный не может быть свободен. Парадокс смерти указывает философу на имевшуюся некогда у человека свободу не умирать, но обнаруживает удивительную последовательность его мысли, когда причина смерти отыскивается Шестовым всё в том же толковании грехопадения – в познании её неизбежности .

Близкий по смыслу парадокс страдания заключается в том, что страдание (в том числе, смерть) являются злом и должны быть преодолены, но, вместе с тем, они способствуют пробуждению человека от сна жизни, игнорирующей перспективу смерти, и в этом смысле, их появление в жизни человека необходимо. Страдания, нагнетая чувство несвободы, приводят к единственному источнику свободы – Богу. Если разум говорит о неизбежности страданий, то спасение – только в вере: человек освобождается только верою. Таков смысл лютеровского перевода для Шестова.

Парадокс неуспокоенности веры, один аспект которого – «сытому и довольному» вера чужда, а второй – вера не приносит умиротворения, проистекает из стремления отыскать полную свободу в самом акте веры (библейские свобода выбора добра или зла и свобода от зла Шестова не устраивали), а так же из уверенности в отсутствии единой истины. Учителем неуспокоенности веры был для Шестова Паскаль, хотя его «уроки» первый снова «заучил» по-своему. Неуспокоенность веры Паскаля основывалась, прежде всего, на его представлении о греховности человека и сокровенности Бога и поддерживалась единой истиной христианского Откровения. Парадокс русского философа наполняется иным содержанием – это пожизненное экзистенциальное горение к истине без права на её обретение, борьба за тайну веры, олицетворяющей первозданную свободу человека.

Итак, человек, как выясняется по Шестову, до грехопадения ничем особо не отличался от Бога (даже о тварной природе человека философ не стремится упоминать), теперь же – мир в несвободе лежит. Это обстоятельство философу необходимо как-то согласовать со всемогуществом Бога (последовательность Шестова!) и он не находит ничего лучшего, как сформулировать парадокс обмана Бога. Данный парадокс появился в качестве альтернативы тезису Декарта о том, что Бог не может обманывать человека. Шестов, во-первых, подчёркивает, что может, ибо Бог может всё, во-вторых, что хочет, ибо одних Он ослепляет, других делает зрячими (в противном случае люди бы давно прозрели путь к освобождению). Б. Спиноза в контексте данного парадокса выступает в двояком качестве – как слепец и как инициатор всеобщего ослепления. В диссертации показано, сколь изощрённо Шестову приходится объяснять, как философы, олицетворяющие разумное начало, сосуществуют с Богом, Который, в понимании Шестова, разум не приемлет: идея Бога Всемогущего согласуется в мысли Шестова с обилием заблуждений только при условии, что они Богом же инициированы. Далее, Шестов заключает, что поскольку истина разума суть обман, то истины веры таковым быть по его определению не могут. Интересно, что парадокс обмана Бога вовсе не препятствует свободе-всевозможности, поскольку Шестов дополняет его утверждением, что Бог в разные моменты жизни то ослепляет, то просветляет, иными словами, каждый, по сути, может быть свободен.

Парадокс обмана Бога указывает на единственную творческую среду, в которой существует шестовская вера – это хаос. Парадокс хаоса заключается в убеждении философа, что причиной зла является не хаос, но порядок. Хаос, по Шестову, есть «возможность неограниченная» и, если отталкиваться от его понимания сущности зла, как необходимости, то парадокс становится совершенно прозрачен. Порядок плох постольку, поскольку он заключает в себе неизбежность зла необходимости (порядок без зла Шестов вовсе не допускает, т.к. любой порядок не вмещает в себя его стремления к абсолютной свободы). Хаос не может нести зла, ибо в Божественной свободе все «добро зело», – так беспечно верит Шестов. В диссертации показано, что ключевыми положениями религиозно-философского творчества Л. Шестова, на которых основываются и которые обнаруживают все вышеперечисленные парадоксы являются следующие:

1. Бог сотворил человека по образу Своему и благословил. Это загадочнымобразом говорит Шестову о догреховной способности человека творить истину.

2. «И увидел Бог всё, что Он создал, и вот, хорошо весьма» (Быт. 1, 31). На основании этих слов философ заключает об отсутствии зла как такового и добра, как противоположности зла, вплоть до момента грехопадения.

3. Вкусив от дерева познания добра и зла по соблазну разума, человек потерял свободу веры, променяв её на несвободу познания.

4. Зло появилось на свет вместе с познанием и необходимостью.

Перспектива свободы придает смысл вере философа. Абсурдными называет Шестов свою веру и парадоксы потому что они бессмысленны для черпающего из самого себя разума. В этом смысле, абсурдность веры, приписываемая Шестовым Иову, Аврааму, ап. Павлу, Тертуллиану, является экзистенциальной стилизацией, подчёркивающей экзистенциальное содержание его веры, выводящей свободу Бога из потребности в свободе Я и не расстающейся с довлеющими доводами разума. Проблема царящего в мире зла очевидно не может быть адекватно разрешена посредством данных метафизических оснований. Парадоксы Шестова позволяют раскрыть многие проблемы, связанные с феноменом свободы, однако сам философ, в конечном итоге, оказывается заложником собственной веры и парадоксализма по причине страха потерять свободу, который был настолько силен, что не позволил Шестову осуществить «движение веры» от единого Бога к единой истине и единению в вере. Удел веры Льва Шестова – одиночество, а его парадоксов – вечное повторение.

3. Теоретическая и практическая значимость исследования

и апробация его результатов.

Теоретическая и практическая значимость исследования.

Теоретическая значимость диссертации состоит в том, что она обращена к малоисследованной области философского творчества Л. Шестова и призвана восполнить существующий пробел в историко-философском знании. Полученные результаты способствуют более полному освещению его философского наследия и позволяют обнаружить ключевое значение парадокса в религиозно-философском творчестве Л. Шестова, основной формой существования которого стала критика разума, а главной целью – философия свободы.

Практическая значимость диссертационного исследования заключается в том, что его выводы могут найти применение при решении конкретных исследовательских задач, могут служить основой последующих исследований по широкому кругу религиозно-философских проблем. Итоги проведённого исследования могут быть использованы в учебных курсах по истории философии, истории русской религиозной философии, а также при разработке новых общих и специальных курсов и учебных пособий.

Апробация исследования.

Основные теоретические положения и выводы диссертационного исследования обсуждались на заседаниях кафедры истории, философии и культурологии Московского государственного гуманитарного университета им. М.А. Шолохова, а также получили апробацию на международной научной конференции «Оправдание культуры в творчестве В.С. Соловьева и в русской философской мысли», организованной Российским научным центром по изучению наследия В.С. Соловьева «Соловьевский семинар», Иваново 25-26 сентября 2009 г. Материалы исследования использованы автором при разработке и чтении курса «Философия» в Московском государственном гуманитарном университете им. М.А. Шолохова.

Основное содержание и выводы диссертационного исследования отражены в следующих публикациях автора:

I. Статьи в ведущих научных журналах, рекомендованных ВАК:

  1. Фролова А.Ю. Л. Шестов как представитель русской философии начала XX века // Социально-гуманитарные знания. 2008. № 2. С. 240-246 (0,4 п.л.).
  2. Фролова А.Ю. Лев Шестов и Тертуллиан: об эволюции парадоксализма // Социально-гуманитарные знания. 2009. № 3. С. 222-229 (0,4 п.л.).

II. Статьи, опубликованные в других научных журналах:

  1. Фролова А.Ю. Лев Шестов и Ницше на перепутье трагедии (об особенностях нигилизма Л. Шестова) // Материалы Всероссийской научно-практической конференции – М., 2009. С. 32-39 (0,4 п.л.).
  2. Фролова А.Ю. Феномен веры в творчестве Льва Шестова. Парадокс как путь к его постижению // Материалы Всероссийской научно-практической конференции – М., 2009. С. 26-31 (0,3 п.л.).
  3. Фролова А.Ю. Парадокс вечного поиска и вечный поиск парадокса (о специфике парадоксализма Льва Шестова) // Материалы V-й международной научной конференции – М., 2009. С. 150-157 (0,3 п.л.).
  4. Фролова А.Ю. Оппозиция философской рациональности и религиозного парадоксализма в философии Льва Шестова // Соловьевские исследования. Выпуск 3 (23). 2009. С. 48-55 (0,5 п.л.).

Общий объём публикаций по теме исследования – 2,3 п.л.

См.: Асмус В.Ф. Лев Шестов и Кьеркегор. Об отношении Льва Шестова к зачинателю западноевропейского экзистенциализма // Философские науки. 1972. №4; он же. Экзистенциальная философия: её замыслы и результаты (Лев Шестов как её адепт и критик) // Человек и его бытие как проблема современной философии. М., 1978.

См.: Кувакин В.А. Религиозная философия в России: начало XX века. М., 1980; он же. Опровержения и предположения Льва Шестова // Философские науки. 1990. №2, №3.

См.: Kline G.L. Religious Existentialists: Shestov & Berdiaev // Religious and Anti-Religious Thought in Russia. Chicago, 1968.

См.: Wernham J.C.S. Two Russian Thinkers. An Essay in Berdiaev & Shestov. Toronto, 1968.

См.: Милош Ч. Шестов, или О чистоте отчаяния // Шестов Л. Киргегард и экзистенциальная философия (Глас вопиющего в пустыне). М., 1992.

См.: Bayley J. Idealism and Its Critic // The New York Review of Books, vol. 14, no. 12 - June 18. NY. 1970.

См.: Гальцева Р.А. Очерки русской утопической мысли XX века. М., 1992.

См.: Ахутин А.В. Одинокий мыслитель // Шестов Л. Сочинения в 2-х томах. Т. I. М., 1993; он же. Поворотные времена. СПб., 2005.

См.: Мотрошилова Н.В. Мыслители России и философия Запада (В. Соловьёв. Н. Бердяев. С. Франк. Л. Шестов). М., 2006.

См.: Курабцев В.Л. Миры свободы и чудес Льва Шестова: жизнь мыслителя, "странствования по душам", философия. М., 2005.

См.: Поляков С.А. Философия Льва Шестова. М., 1999.

См.: Батова Н.К. Вязь души моей. М., 2000.

См.: Морева Л.М. Лев Шестов. Л., 1991.

См.: Морозова Т.В. «Философия трагедии» и трагедия философа (Жизнь и творчество Л. Шестова). Новосибирск, 1995.

См.: Евлампиев И.И. История русской метафизики в XIX-XX веках. Русская философия в поисках абсолюта. СПб., 2001. Ч. 1-2.

См.: Визгин В.П. Разум на весах откровения: Лев Шестов и современная мысль; Бердяев и Шестов: спор об экзистенциальной философии // На пути к Другому: От школы подозрения к философии доверия. М., 2004; он же. Лев Шестов и экзистенциальная мысль // Философские науки. 2006, №7, №8.

См.: Порус В.Н. В. Соловьёв и Л. Шестов: единство в трагедии // Вопросы философии. 2004. №2; он же. Трагедия философии и философия трагедии (С. Н. Булгаков и Л. И. Шестов) // Полигнозис. 2004. № 3.

См.: Поляков С.А. Философия Льва Шестова: соотношение традиционализма и антитрадиционализма. Дисс. на соиск. уч. степ. канд. фил. наук. М., 1999.

См.: Ширманов Я.И. Проблема богоискательства Л.И. Шестова в контексте западной философии. Автореф. дисс. на соиск. уч. степ. канд. фил. наук. Екатеринбург, 2009.

См.: Синеокая Ю.В. В мире нет ничего невозможного? (Лев Шестов о философии Ф. Ницше) // Фридрих Ницше и философия в России (сборник статей). СПб., 1999.

См.: Жильцова Е.А. Трансформация идей Ф. Ницше в религиозном экзистенциализме Л. Шестова. Автореф. дисс. на соиск. уч. степ. канд. фил. наук. Екатеринбург, 2008.

См.: Мареева Е.В. Творчество Ф.М. Достоевского в зеркале философии Льва Шестова // Вопросы философии. 2007. № 3.

См.: Благова Т.И. Философемы Достоевского: три интерпретации (Л. Шестов, Н. Бердяев, Б. Вышеславцев). Екатеринбург, 2003.

См.: Курабцев В.Л. Ангелы и бесы (Лев Шестов и философия Ф.М. Достоевского) // Вестник Московского университета. Серия 7. Философия. №4. 2003.

См.: Лашов В.В. Метафизика русской литературы Льва Шестова. Автореф. дисс. на соиск. уч. степ. док. фил. наук. М., 2010.

См.: Захарова Т.Н.  Л. Шестов и экзистенциальная философия. Дисс. на соиск. уч. степ. канд. фил. наук. Екатеринбург, 1996.

См.: Лашов В.В. Гуманизм Льва Шестова. М., 2002.

См.: Кудишина А.А. Экзистенциализм и гуманизм в России: Лев Шестов и Николай Бердяев. М., 2007.

См.: Механикова Е.А. Рациональное и иррациональное "Я" в философии Л.И. Шестова. Дисс. на соиск. уч. степ. канд. фил. наук. Краснодар, 2003.

См.: Овсянников А.В. Бытийный статус человеческого Я в религиозном экзистенциализме Н. Бердяева и Л. Шестова. Автореф. дисс. на соиск. уч. степ. канд. фил. наук. Орёл, 2008.

См.: Черных С.С. Антропология Н. Бердяева и Л. Шестова: опыт концептуальной реконструкции. Автореф. на соиск. уч. Степ. канд. фил. наук. Ростов-на-Дону, 2007.

Курабцев В.Л. Ангелы и бесы (Лев Шестов и философия Ф.М. Достоевского), с. 16.

См.: Лашов В.В. Неклассические истины, или парадоксы Льва Шестова // Курабцев В.Л. Миры свободы и чудес Льва Шестова, с. 11.

 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.