WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

Концепция государства в учении евразийцев

Автореферат кандидатской диссертации

 

                                         

На правах рукописи

 

ПАЛКИН                                                                                     Алексей  Геннадьевич

 

 

 

КОНЦЕПЦИЯ ГОСУДАРСТВА                                            В УЧЕНИИ ЕВРАЗИЙЦЕВ

 

 

Специальность 12.00.01-                                                                          теория и история права и государства;

история  учений  о праве и государстве

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

 

 

 

 

Омск – 2009

Работа выполнена                                                                                                       на кафедре теории и истории государства и права

Уральской академии государственной службы

 

Научный                         руководитель:

доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист РФ,                           

Кодан Сергей Владимирович

Официальные                      оппоненты:

доктор юридических наук, профессор                                               Куркин Борис Александрович

 

кандидат юридических наук                      

Огородников Вячеслав Валерьевич

Ведущая организация:

Омская Академия МВД России

Защита состоится 14 мая 2009 года в 11:00 часов   на   заседании диссертационного совета ДМ 212.179.06 при Омском государственном университете им. Ф.М.Достоевского по адресу: 644077, г. Омск, ул. 50 лет Профсоюзов, д.100, ауд. 315 (зал заседаний Ученого совета).

C диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Омского государственного университета им. Ф.М.Достоевского

 

Автореферат разослан «__» апреля 2009 года.

Ученый секретарь                                                                                                диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент

  


                                                                                         И.В. Глазунова

 

 

                          ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

     Актуальность темы диссертационного исследования. Сегодня российское госу­дарство подвергается реформированию, а наука о государстве находится в поиске наилучших организационных форм этого важнейшего социального института. При этом не стоит забы­вать о необходимости творческой интерпретации чужого опыта с уче­том уроков собственной истории, своеобразия нашей культуры. Во избежание новых ошибок и потрясений сегодня было бы не­лишне обратиться к идейному наследию российской науки о госу­дарстве, искавшей решения аналогичных, скорее всего, вечных для России проблем. Таким наследием можно назвать учение евразий­цев. Идей­ный опыт ученых имеет не только познавательное, но и просвети­тельское и прогностическое значение. Творческая интер­претация данного научного наследия дает возможность по-новому взглянуть на нашу историю и современность, нетривиально подойти к проблеме формирования правового государства. Критическое пе­реосмысление опыта прошлого позволяет отсечь утратившее смысл и понять идеи, имеющие непреходящее значение, опреде­ляющие суть современных преобразований в сфере государства и права.

Восприятие евразийцами России в качестве особого мира - Ев­ра­зии, в котором происходит синтез европейских и азиатских социо­культурных элементов, предполагает подход, исключающий без­дум­ное подражательство и обосновывающий государственную мо­дель, органически выражающую уникальную культуру России. Поэтому в условиях критического пересмотра формационных схем, ут­вержде­ния оси культуры актуальны исследовательские подходы евразийцев к российскому государству: познание его цивилизаци­онной специ­фики на основе исторического опыта; стремление к преодолению догматики и созданию новых форм государства с уче­том уникально­сти России; построение взаимоотношений личности и социального целого на паритетных началах; ориентированность на осознанный синтез ценностных принципов Востока и Запада; конст­руктивная на­правленность на восприятие разнообразного положи­тельного опыта. Особое значение интерпретация взглядов евра­зийцев на государство приобретает сегодня, когда государственно-правовая жизнь России определяется стремлением к реализации концепции правового демо­кратического государства. Закрепленная в Конституции РФ данная идея по сей день является предметом научных исследований.

Воззрения евразийцев настолько оригинальны, что намного опе­редили свое время. Они представляют интерес и сегодня. При этом принцип самопознания России - доминирующее начало творчества евразийцев, до сих пор сохраняет свое научно-познавательное зна­чение. Не случайно важнейшей задачей современной отечествен­ной науки остается поиск путей и предпосылок согласования обще­чело­веческих и традиционно-российских ценностей.

Степень разработанности проблемы. Приходится констатиро­вать, что до на­стоящего времени исследований, специально посвящен­ных учению евразийцев о государстве, проведено не было. Само­бытное твор­чество отдельных представителей рассматривалось фрагментарно, в процессе изучения евразийства в целом. Библиогра­фические исследования по евразийской тематике (О.В. Манихин, А.А. Троянов, И.А. Тугаринов и др.) включают как совре­менные ев­разийцам отклики Зарубежья и России, так и появившиеся после некоторого перерыва - послевоенные. Сначала интерес к ев­разий­ству возобновляется за рубежом со стороны эмигрантских и ино­странных авторов. Советские разработки темы «русского зарубе­жья», включающие и евразийство, начинаются с 1965 г., когда вы­ходит в свет произведение Л.Н. Никулина «Мертвая зыбь» о со­труд­ничестве евразийцев с организацией ОГПУ «Трест». Более глубокий анализ евразийства представлен в работах М.И. Черемис­ской, Д.П. Шишкина, А.В. Гусевой. Из оценок современников евразийцев можно отметить негативный отклик на публикацию Н.Н. Алексеева «На пу­тях к будущей России (Советский строй и его воз­можности)» M.B. Вишняка, опубликованный в № 32 «Современных записок» в 1927 г. Критик несправедливо интерпретировал идеи евразийца как отрица­ние опыта европейской цивилизации, право­вого государства, демо­кратии, парламентаризма. Однако в советское время исклю­чалась сама возможность беспристрастного научного изучения немар­ксист­ской идейно-теоретической системы.

С начала 1990-х гг. поток публикаций по евразийской тематике стал нарастать. С 1996 г. тема заняла свое место и в учебной лите­ратуре. В России с середины 1990-х гг., когда увлечение евразийст­вом переросло в евразийский бум, в числе переизданных работ ока­зались и некоторые работы евразийцев о государстве. Обобщая факторы со­временного внимания к евразийству, можно выделить линии идейно-политического, мировоззренческого и науч­ного обращения к этой концепции. При этом активный научный интерес к евра­зийству в целом был продиктован желанием познать исторический опыт, полезный для решения проблем современности (И.А. Исаев,                       С.Ю. Ключников, В.П. Кожинов, Л.И. Новикова, И.Н. Си­земская,                Л.В. Пономарева, А.В. Соболев, С.С. Хоружий и др.).

Диссертационный уровень исследований евразийства представлен достаточно широким кругом работ, но внимание современных ученых к евразийству ограничивается преимущественно проблемами философии, социологии, истории, политики и геополитики. Гораздо меньше внимания уделя­ется государственно-правовым аспектам евразийского наследия в правоведении. Имеются лишь две диссертационные работы - С.П. Овчинниковой «Российская пра­вовая государственность: евразийский проект Н.Н. Алексеева» (Ростов-на-Дону, 2001) и И.В. Новожениной «Государственно-правовые взгляды Н.Н. Алек­сеева» (Уфа, 2002).

При этом многое из научного наследия евразийцев незна­комо науч­ной общественности, поскольку не переиздавалось со времен воз­никновения этого учения или же до сих пор не опублико­вано и хра­нится в архивах. И только в последние годы активно переиздаются отдельные ра­боты. Увидел свет сборник работ Н.Н. Алексеева о го­сударстве «Русский народ и государство». Появились специальные коммента­рии и вступительные статьи к вновь опубликованным рабо­там евра­зийцев (А. Дугин, Д. Тараторин, Г.Г. Бернацкий, В.Г. Собо­лев), а также отдельные статьи в хрестоматиях по истории политиче­ской мысли (И.А. Исаев) и публикации в Интернете. Целостного восприятия науч­ного наследия евразийцев такие краткие аннотации дать не могут. Но в них взгляды на государство самостоятельно не рассматривались, а включенные в антологии работы встраивались в общий ход повествова­ния о евразийстве, иллюстрируя евразийские политические за­мыслы.

Проведенный библиографический анализ свидетельствует об от­сутствии до настоящего времени монографических исследований, посвя­щенных учению евразийцев о государстве. На восполнение данного пробела и направлено данное исследо­вание.

Объект диссертационного исследования представляют взгляды евра­зийцев на государство - становление и развитие миро­воззренческой основы евра­зийцев, а также исходные положения доктрины о госу­дар­стве.

Предмет диссертационного исследования - сущностные при­знаки и характеристики взглядов ев­разийцев о государстве в их цен­ностно-правовом постижении.

Цель диссертационного исследования составляет научная ин­терпретация госу­дарства в учении евразийцев, представляемая в качестве целост­ной совокупности идей: уяснение и раскрытие смысла учения в кон­тексте современных проблем теории и истории государства и права.

Для достижения указанной цели в настоящей работе ставятся следующие основные задачи:

- анализ мировоззренческих и методологических основ уче­ния евра­зийцев о государстве и праве;

- изучение воззрений евразийцев на сущность, специфику и тен­ден­ции развития российского государства;

- сравнительный анализ взглядов евразийцев и «русского западни­чества»;

- рассмотрение государственной модели евразийцев в сопоставле­нии с западной либеральной мыслью и народным идеалом «госу­дар­ства правды»;

- установление государственно-правового идеала и путей усовер­шенствования государства в концепции евразийцев.

Методологические и теоретические основы диссертацион­ного исследования. При написании диссертации автор руково­дствовался принципами историзма, детерминизма, объективности, плюрализма. Использовались общенаучные и частнонаучные ме­тоды: системный, историко-сравнительный, проблемно-теоретиче­ский, хронологический, сочетание цивилизационного и институцио­нального подходов.

Источниковая база диссертацион­ного исследования представлена опубликован­ными научными работами ранних евразийцев, критическими и ана­литиче­скими публикациями современников евразийства. Исследо­вание опирается на анализ трудов основоположников евразийства - Н.С. Трубецкого, П.Н. Савицкого, Н.Н. Алексеева, Л.П. Карсавина, Г.В. Вернадского.

Научная новизна диссертацион­ного исследования обусловлена тем, что впервые исследуется и вводится в науч­ный оборот учение евразийцев о государстве как сис­тема воззрений, обладающая качественным своеобразием и имею­щая социально-историческую детерминацию. Учение евра­зийцев о государстве впервые рассматривается в контексте их фи­лософских, этических и исторических представлений, анализиру­ется в системе историко-правового знания и оценивается с точки зрения преемст­венности, новизны и значения для современности.

Основ­ные положения, выносимые на защиту, состоят в следующем:

  • Смысловую доминанту концепции государства в учении евразий­цев образует триединство: во-первых, направленность учения на раскрытие своеобразия государства России, обу­словленного уни­кальностью культуры; во-вторых, стремление к преодолению «русского западничества», понимаемого как идейное и практиче­ское господство культуры Запада, деформи­рующее традицион­ные русские духовные ценности; в-третьих, противопоставление «русскому западничеству» образцов госу­дарства, которые должны отражать оригинальную культуру Рос­сии. Таким образом, культура, понимаемая как духовное богат­ство народа, является стержнем учения евразийцев.
  • В основе идейно-теоретических систем отдельных представите­лей евразийства находятся общие для всего евразийства миро­воззренческие и теоретико-методологические предпосылки. Од­нако наряду с общеевразийскими компонентами концепции и сферы исследований различных евразийских идеологов разли­чаются. Например, учение государствоведа Н.Н. Алексеева со­держит элементы, отличные не только от взглядов Л.П. Карса­вина, взявшего курс на апологию «русского марксизма», но и ос­новоположника евразийства Н.С. Трубецкого, акцентировав­шего свои взгляды на благе особого культурного мира России-Евразии.
  • Евразийцы актуализируют проблему личного духовного совер­шенства. В целом, учение евразийцев опирается на ценностную иерархию, своеобразие которой состоит в том, что ее вершина – обладающая духовным потенциалом личность, раскрывающая данную культуру и составляющая ее органическое единство.
  • Прогрессивное значение имеет представление мыслителей о взаимовлиянии личного и институционального (государственно-правового) усовершенствования, первоосновой при этом высту­пает духовное развитие личности. Ценность государства опре­де­ляется его способностью быть формой, обеспечивающей су­ще­ствование и развитие культуры, условия духовного совер­шенства личности. Таким образом, государственное совершен­ство также имеет личные - нравственные гарантии.
  • Идея «государство - нравственное целое» является ключевой в учении евразийцев о государстве, отождествивших понятия «го­сударство» и «государственно-организованное общество». Она имеет античные истоки, общие для концепции евразийцев и пра­вового этатизма Гегеля. Такое понимание государства пре­допре­деляет специфичность государственного идеала евразий­цев, от­личающегося как от восточного деспотизма, так и от за­падного либерализма.       
  • Русская революция 1917 г., воспринятая учеными в качестве логи­ческой вехи в истории России и всей мировой истории, сыг­рала решающую роль в формировании мировоззрения и науч­ных взглядов представителей евразийской школы. По их оценке, ре­волюция отразила циклический характер российской истории и вынесла на своей волне народные идеи (народоправ­ства, соци­альной справедливости, твердой власти), перма­нентно опреде­ляющие государственное и правовое бытие Рос­сии, открыв пути формирования новой культуры, нового госу­дарства и права.
  • Государственный идеал евразийцев строится с учетом выявлен­ных ими и переработанных, ориентируясь на общечеловеческие ценности, народных представлений о «государстве правды», от­ражающих синкретность религиозных, нравственных, право­вых и политических воззрений народа. Государство, право и мораль традиционно рассматриваются евразийцами в нераз­рывном единстве.
  • Совершенное государство евразийцев - это «государство правды», которое мыслилось ими в качестве демократического социального правового федеративного государства. Их концеп­ция правового государства, учитывающая приоритеты народ­ного правосознания и выявленные ими особенности России, от­лича­ется от крайне либеральных доктрин опорой на идею це­лого и дополнением правовых начал нравственными, ориента­цией на духовное совершенство. Позитивное значение критики евразий­цами современных им западных демократий состоит в обозначе­нии проблемы реального воплощения идеи демокра­тии, а не только ее формальных атрибутов (представительных органов, народного голосования и т.п.).
  • В результате научной интерпретации учения евразийцев о госу­дарстве возникает возможность получить ответы на те вопросы, которые стоят и перед современной отечественной юриспру­ден­цией: возрождение российской государственности, утвер­ждение ценности идеи государства, восстановление доверия граждан к государственным институтам, построение демократи­ческого со­циального правового федеративного государства и др.

Научно-практическая значимость диссертацион­ного исследования определяется стрем­лением расширить границы познания истории правовых уче­ний, тео­рии государства и права евразийцев. Материалы и выводы настоя­щего исследования могут быть использованы для будущих исследо­ваний политико-правового характера, а также в преподавательской дея­тельности - при чтении лекций и проведении семинарских занятий по истории правовых учений, тео­рии государства и права, а также для создания учебных пособий.

Апробация результатов диссертацион­ного исследования. Диссертация обсуж­да­лась на кафедре теории и истории государства и права Ураль­ской академии государственной службы. Различные аспекты дис­сертаци­онного исследования нашли своё отражение в выступле­ниях автора на следующих научных форумах: Международная научно- практиче­ская конференция «Роль приграничных регионов в развитии Евра­зийского простран­ства». (Костанай, 22-23 апреля 2004); Междуна­родный Евразийский научный форум: «Народы Евразии: культура и общество», посвя­щенный 10-летию Евразийской инициативе Прези­дента Республики Казахстан Н.А.Назарбаева и году России в Казах­стане (Астана, 1-2 октября 2004); Международная научно- практиче­ская конференция «Экстремизм как социальный феномен» (Курган, 1-2 декабря 2005); круглый стол в КГУ им. А. Байтурсынова «Мир против насилия и терроризма» (Костанай, 2005); IV Международная научно- практиче­ская конференция КРСУ «Общечеловеческое и на­циональное в философии» (Бишкек, 25-26 мая 2006); симпозиум с международным участием: V Славянский научный собор «Урал в диалоге культур» «Православие на Урале: исторический аспект, ак­туальность разви­тия и укрепления письменности и культуры» (Челя­бинск, 24-25 мая 2007); Международная научно- практическая конфе­ренция «Иден­тичность и диалог культур в эпоху глобализации» (Ис­сык-Куль, 27-29 августа 2007).

Структура работы. Избранная автором структура диссертации продиктована логикой проведенного исследования. Диссертация со­стоит из введения, трех глав (первая и третья включают по два раз­дела каждая, вторая - три раздела), заключения и списка ис­пользо­ванных источников и литературы. Содержание изложено на 215 страницах, библиография включает 350 наименований.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Введениесодержит обоснование актуальность темы исследова­ния, раскрывает степень научной разработанности проблемы, оп­ределяются объект и предмет исследования, формулирует его цель и задачи, методологические и теоретические основы исследо­вания, показывает источниковую базу, указывает элементы научной но­визны, формулирует основные выводы и положения, выносимые на защиту, показывает научно-практическая значимость работы, а также приводит данные о её апробации и структуре.

В первой главе - «Сущность и происхождение государства в евразийском учении» - рассматриваются критика евразийцами за­падноевропейской концепции правового государства, евразийское понимание сущности, функций «государства правды» и его основ­ные идеи.

В первом параграфе - «Критика евразийцами западноевро­пейской концепции правового государства» - в качестве ис­ход­ного пункта теоретико-методологического анализа ев­разийской кон­цепции государства исследуются оценочные суждения евразийцев по поводу западноевропейской концеп­ции правового государства, учи­тывая при этом, что док­трина евразийцев является вторым вариан­том концепции правового государства.

Научно-теоретический фактор. Евразийцы полагают, что дого­ворная теория государства имеет в качестве предпосылок возник­новения - рационализм Нового времени и «атомизм» в подходах к государству и обществу (именно, анализ атомизма представляет большой интерес в учении Н.Н. Алексеева). Государство предстает при этом как случайное искусственное изобретение, нечто механи­ческое. Напомним, что эти учения признавали действительным только то государство, которое основано на договоре граждан с вла­ствующими или между собой.

Религиозный фактор. Корни договорной теории государства, а отсюда и теории правового государства, лежат в религиозных госу­дарственно- правовых представлениях. Н.Н. Алексеев, на наш взгляд, совершенно точно показал корни юридического мировоз­зре­ния западных народов, среди которых важнейшими яв­ляются като­лицизм и Реформация, послужившие развитию доктрин право­во­го государства.

Юридический фактор. Н.Н. Алексеев прямо указывает на то, что в западной правовой традиции обязанности и права имеют четкое разделение, связь ме­жду ними чисто внешняя, «механическая».

Социально-экономический фактор. Н.Н. Алексеев полагает, что философия Ренессанса все права собствен­ности с Бога перенесла на человека. Н.Н. Алексеев в зависимости от характера правоотно­шений ме­жду собствен­никами и другими членами общества разли­чает безус­ловную (абсолютную) собственность от собственности ог­раничен­ной (относительной или функ­циональной). Идея безусловной соб­ственности родилась преимущественно на римской почве, ус­воена была народами романской культуры и в значи­тельной степени не свойственна ни германцам, ни славянам, ни восточным культурам. Цепочка «права частной собственности» - «гражданское общест­во» — «правовое государство» носит название либерально-демократи­ческой версии правового государства.

Географический фактор. Н.Н. Алексеев, считает, что он оказал мощное влияние и на формы хозяйст­венной деятельности, а отсюда - на развитие разных образ­цов государственно­го управления. Госу­дарства условно можно раз­делить на два вида: океаниче­ские и кон­тинентальные. Океаниче­ские всегда были связаны с морем, в от­ли­чие от континентальных.

Критика доктрины правового государства Н.Н. Алексеевым. Во-первых, государство «ожидает» от своих служащих не только фор­мального исполнения правовых инструкций, но и подвига. Таким об­разом, государство - явление более нравственное, чем право­вое, по своей природе. Во-вторых, в западной традиции права сформирова­лась научная и обыденная уста­новка жесткого разведения юридиче­ских и мо­рально-нравственных регуляторов: право и мораль полу­чают глубо­кое разделение. В-третьих, Н.Н. Алексеев, поддерживая и идею конституции, и идею прав человека в качестве одного из цен­тральных, главных ориентиров существования государства, высту­пает против того, чтобы «декларации прав че­ловека и гражданина» делали из средств цели, формулируя не принцип ду­ховной свободы и духов­ного развития (с точки зрения Н.Н. Алексеева это главные права человека, которые должны гарантироваться государством), а некото­рые конкретные способы его достижения, абсолютизируя ино­гда эти спосо­бы, пренебрегая неразрывной связью каждого права с обязанностью. В-четвертых, европейская доктрина правового госу­дарства про­тиво­поставляет народ и государство. Там, где нет жест­кого рас­слоения общества на классы, на­род перестает чувствовать себя враждебным государству и стремится кон­центрировать свои силы в защиту и поддержку государства. В-пятых, это критика разде­ления властей - одного из необходи­мых элементов правового госу­дарства. Со времен Локка и Монтес­кье западная теория государства исключительно занималась та­кими проблемами, как создать государ­ство, в котором осуществле­ние властных актов было бы макси­мально затруднено и задержано. В-шестых, Н.Н. Алексеев неодно­кратно критикует партийную систему. Политические партии, пользу­ясь особыми приемами - по­литической агитацией и рекламой, мани­пулируют общественным мнением. В-седьмых, идея господства лич­ных прав, прежде всего права частной собственности, приводит к тому, что справедливость ста­новится только формальной. В-вось­мых, правовое госу­дарство либерально-демократической версии - идеал просто не достижимый и не реальный, вводящий в заблуж­де­ние миллионы обывателей.

Евразийцы делают вывод: концепция право­вого государства стала юридическим коррелятом идеологии протестантизма, запад­ного капиталистического модернизма и индивидуальной этики. Толь­ко учитывая все особенности формирования доктрины право­вого государст­ва, можно считать, что речь идет об адекватно пони­маемом явлении.

 Во втором параграфе - «Евразийское понимание сущности, функций "государства правды" и его основные идеи» - иссле­дуются положения евразийцев об отказе от бездумного ко­пирования чужих образцов, познание государственной спе­цифики России и со­образно этому самопознанию стремление к идеалам государства.

Основные разработки в этой сфере принадлежат Н.С. Трубец­кому, Н.Н. Алексееву и Л.П. Карсавину, каждый из которых внес свой вклад в исследование проблемы сообразно своему научному инте­ресу. Н.С. Трубецкой, преодолевая всякий эгоизм и индивидуа­лизм, стремился к благу особого культурного мира России-Евразии. При­оритет Л.П. Карсавина составляло симфоническое единство, обеспе­чиваемое твердой властью. Разработки Н.Н. Алексеева были на­правлены к установлению личного и общественного идеала, а через него - к обоснованию государственного.

В основе евразийской социально-политической доктрины ле­жит три априорных постулата: 1) существование особого конти­нента Ев­разии, характеризующегося специфическими для данного клима­ти­ческого региона природными условиями и ландшафтами; 2) жи­тель­ство на этой территории порождает определенный культур­но-истори­ческий тип нравственности, менталитета, религиозности (в этом по­ложении евразийцы развивали идеи Ш. Монтескье, В.И. Ла­манского и В.О. Ключевского); 3) культурный менталитет и геогра­фические усло­вия жизни народа порождают особую социаль­но-по­литическую орга­низацию на территории Евразии.

Империя Чингиз-Хана, Московское государство, Российская им­пе­рия, СССР, с точки зре­ния евразийцев, несли в себе зародыш буду­щего евразийского государства.

Евразийцы считали общими для всех евразийских государств следующие черты: 1) авторитаризм, сочетающийся с широким ме­стным самоуправлением; 2) определяющая роль религиозно-нрав­ственных принципов в системе социальных и правовых отношений; 3) социальная справедливость.

Евразийский политический метод характеризовался отстаива­нием ценностей «старой московской правды» перед лицом запад­нической и марксист­ской «новой интеллигентской» правды.

Историческим идеалом государства для евразийцев являлось «государство правды», где существовало народное самоподчине­ние религиозно-нравственной правде, где социальные отношения строи­лись на взаимном признании достоинства властей и народа. До евра­зийцев эту сущностную сторону российской государствен­ности под­черкивали славянофилы, пытавшиеся восстановить идею религи­озно-этического провиденциализма, утвердившуюся в Рос­сии еще в XV веке, когда национальное сознание восприняло идею Москвы - Третьего Рима. Главная идея «государства-правды», вы­шедшая из религиоз­но-положительного опыта, состояла в подчине­нии государ­ства «началу вечности». В евразийс­кой модели госу­дарство осуще­ствляло задачи укрепления православия, возвраще­ния правды на землю, выполняло функцию защиты народа от внешней угрозы. Смысл государственной политики евразийцы в конечном итоге ви­дели в религиозном идеале преображения, на­сыщении социально-политических процессов религиозным содер­жанием.

Историческим прообразом «государства правды» евразийцы на­зывали Византийскую империю. Здесь воля правителя и подданных должна была подчиняться Божественной Правде. В целом, ближе всего к идеалу «государства правды» подхо­дила именно русская мо­нархия.

Евразийцы уделяют внимание и вопросу о соотношении «правды» и «справедливости». «Справедливость» - внешнее выра­жение «правды». Евразийцы признавали неотъемлемыми т.н. «ос­новные права» чело­века и общественных союзов и, одновременно, утвер­ждали их не­разрывную связь с обязанностями. Самым глав­ным из прав человека евразийцы считали возможность внутрен­него, духов­ного развития.

Государственный идеал евразийцев строится с учетом четырех идей, выкристаллизованных Н.Н. Алексеевым из различных тече­ний политической интуиции русского народа: 1) идея православной пра­вовой монархии; 2) идея диктатуры; 3) идея казацкой вольности; 4) идея сектантского понимания государства. Н.Н. Алексеев акцен­ти­рует, что все они очень сильно отличались от политических воз­зре­ний иосифлянства, что подтверждается дальнейшей аргумента­цией ученого.

Российское государство будущего, впитавшее народные идеалы, по убеждению Н.Н. Алексеева, - это православное правовое госу­дар­ство, сочетающее твердую власть (начало диктатуры) с народо­прав­ством (начало вольницы) и со служением социальной правде.

Также несомненна идейная связь евразийства с гегелевской эта­тистской версией правового государства, отличной от либерально-демократической версии правового государств, так и архаических и новейших деспотических и тоталитарных форм правления, в кото­рых господствует произвол и насилие.

Во второй главе - «Евразийцы о специфике формирования и развития российского государства» - рассматриваются проблемы возникновения Древнерусского государства, его развитие в Сред­ние века, евразийская оценка роли западничества в общественном раз­витии Российского государства в период империи, Октябрьская рево­люция 1917 года как начало нового этапа в развитии Россий­ского государства.

В первом параграфе - «Проблема генезиса Древнерусского госу­дарства и его развития в Средние века» -  рассматриваются про­блемы первоистоков российской государственности, её генезиса.

Важно подчеркнуть первосте­пенную значимость в евразийской историософии, во всем евра­зийском учении проблемы монголо-та­тарского периода в исто­рии России. Первыми в отсталости мон­голо-татарской культуры в сравнении с русской серьезно усомни­лись ев­разийцы Н.С. Трубецкой, Г.В. Вернадский, П.Н. Савицкий. В методо­логическом плане это сомнение зиждется на культурологи­ческом по­стулате евразийцев о невозможности ранжирования куль­тур по принципу высшие-низшие. Евразийцы создали собственную концеп­цию российской истории. Заметное место в этой концепции занимают представления евразийцев о роли туранского элемента в этногенезе русской нации. Н.С. Трубецкой считал, что истоки рос­сийской госу­дарственности лежат не в Киевской Руси, а в Москов­ском княжестве, ведущем свое прямое проис­хождение от улуса Джучи .

П.Н. Савицкий считал, что русское ду­ховное своеобразие сфор­мировалось во многом под воздействием торговых и политических контактов со Степью. Отсюда сочетание в русской культуре «осед­лой» и «степной» стихий.

Значительное место в создании евразийской концепции русской истории принадлежит Г.В. Вернадскому. Ученый развивал общий для евразийства тезис о позитивном влиянии монголо-татарского господ­ства на развитие России. Тезис о том, что, попав под мон­голо-татар­ское иго, Русь избежала гораздо более опасной для ее культуры ев­ропейской экспансии, был позднее развит Г.В. Вернад­ским в статье «Два подвига св. Алек­сандра Невского»(1925).

Вернадский считал, что духовной основой сущест­вования Мос­ковского царства являются византийские традиции. Трудно сказать, насколько долговечной оказалось бы Древнерусское государство, если бы в конце Х века князь Владимир не начал христианизацию Руси. Замещение юридического закона моральным, то есть право­сознания — религиозно ориентированной совестью, оказалось од­ним из основных свойств древнерусской цивилизации, которое она пере­дала своим последующим, выросшим из нее, формам. Древняя Русь через христианизацию оказалась тесно связанной с Визан­тией. Едва крестившись, Русь в середине XI века оказалась отде­ленной от за­падноевропейской цивилизации непреодолимым веро­исповедным барьером.

Превращение Московии в исключительно своеобразную и дей­ст­вительно обращенную к Востоку цивилизацию способствовали два события в XV веке: разрушение турками-мусульманами право­слав­ной Византии в 1453 году и прекращение зависимости Москвы от Орды в 1480 году. Московские великие князья с помощью цер­ковных книжников осознали себя наследниками традиций «священ­ного цар­ства», царями третьего и последнего христианского «Рима», храни­телями подлинного правоверия.

Таким образом, евразийство, в силу синтетического характера своего политического учения, намеревалось соединить теоретиче­ски и практически татаро-монгольскую и церковно-византийскую полити­ческую концепции. Русский народ получил два богатых исто­рических наследства - монгольское и византийское. Монгольское наследство - евразийское государство. Византийское наследство-православная государственность.

 Во втором параграфе - «Евразийская оценка роли западни­чества в общественном развитии Российского государства в период империи» - рассматриваются проблемы «русского западни­чества», сыгравшего определяющую роль в революционной катаст­рофе. Особые последствия для страны повлекло овладение Запа­дом умами, духовной сферой.

В исторической концепции евразийцев реформы Петра Великого стали переломным моментом в истории России, «первой культур­ной революцией». С этого момента началась утрата российской само­бытности, идейно закрепленная верхами общества.

Как не было единого Запада, так и не могло быть единого запад­ничества. Н.Н. Алексеев выделяет реакционное, либеральное и ра­дикальное западничество. Непродуктивное содержание западни­че­ства заключается, прежде всего, в отрицании самобытности Рос­сии, разрушении национальной культуры и жизненного уклада, «орудием» чего выступала западная культура.

Реакционное, по определению Н.Н. Алексеева, западничество восхищалось прусским порядком, организацией, дисциплиной, ме­тодичностью и даже мелочной регламентацией.

В качестве оппозиционных реакционному западничеству течений Н.Н. Алексеев выделил русский либерализм и радикализм. Право­вед отмечает общность «взгляда на русский народ как на объект куль­турной медицины», проявившийся в стремлении европеизиро­вать «дикий», «отсталый» русский народ. В государстве возникает ради­кальное западничество, стремящееся к полному разрушению импер­ской России. Русский революционер становится служителем рево­люционной общеевропейской идеи.

С философской точки зрения, органический подход Востока про­тивостоит механическому Западу, что находит отражение в госу­дар­ственно-правовой концепции «России-Евразии» Н.Н. Алексеева.

Во-первых, это потустороннее и посюстороннее. Для Запада ха­рактерна посюсторонность, которая противостоит православной уст­ремленности в потустороннее. Другую антитезу составляют покой и движение. Западная куль­тура прославляет активность западного че­ловека, противопостав­ляя ее пассивности человека восточного. На­конец, Восток и Запад, по мысли Н.Н. Алексеева, отличает понима­ние теории и практики. Если западная философия сущест­вовала как «чистая теория», то восточная всегда сохраняла «прак­тический» ха­рактер, преследуя мистическую цель конечного осво­бождения и спа­сения.

Именно евразийство мобилизовалось для осуществления этой задачи вытеснения западничества, как общественного течения, на­ционализмом, который также должен был, по замыслу идеологов ев­разийства, обрести форму общественного движения.

По существу евразийцы противостоят западникам любого толка, строя другую социальную систему, основанную на иных моральных, социальных, философских и религиозных учениях. Однако, истори­ческий момент заставил евразийцев сконцентрировать свои усилия на идеологической борьбе с марксизмом.

Спасение России евразийство связывает с возникновением «из самих недр народных» новой идеологии. И Н.Н. Алексеев остро осознавал предназначение евразийства «способствовать созданию новой «русской правды», новой идеологии русского государства, но­вой национальной идеи» и приложил свои научные знания к обосно­ванию евразийского государственного и правового идеала.

С точки зрения евразийцев, все государствоведение подлежит пересмотру с целью построения новых теорий государства при на­правляющей роли русской науки. Ориентиры для развития науки о государстве и праве России дает опыт евразийца Н.Н. Алексеева. Во-первых, наука о государстве должна освободиться от засилья в ней юридизма. Во-вторых, требуется преодолеть западный эгоцен­тризм в теории государства, вовлечь в орбиту исследования все возможные типы государств различных культур. Наконец, теория государства должна остерегаться применения исключительно на­думанных, апри­орных методологических теорий. Государство должно быть изучено и представлено во всей его богатейшей при­роде.

Понимание Н.Н. Алексеевым специфики России, ее народных идеалов государства и права позволило ученому дополнить «за­пад­ничество» своей евразийской концепцией развития российского госу­дарства. «Государство правды» следующим образом соотно­сится с западным идеалом правового государства с учетом россий­ской спе­цифики: идеократия вместо западного либерализма, демо­тия - демо­кратии в узком смысле, народное представительство в форме сове­тов заменяет западный парламентаризм, единая и единственная партия, объединенная идеей-правительницей вместо западного ре­жима многопартийности. Чисто правовые гарантии за­падной госу­дарственной доктрины Н.Н. Алексеев дополняет нрав­ственными тре­бованиями служения и жертвы. Западное понимание права русский ученый дополняет евразийской идеей правообязан­ности и функцио­нальности субъективных прав. В целом, высшей ценностью для ев­разийцев становится не человек вообще, не инди­вид, а духовная личность, составляющая своеобразие культуры вместе с другими личностями. Исходя из этого, определяется сущ­ность евразийского государства.

Самопознание России, начатое евразийцами (в том числе Н.Н. Алексеевым) в сфере государства и права, позволяет определить организационно-институциональные основы, органично присущие нашей стране, что открывает пути формирования правового госу­дар­ства, адекватные сути России.

В третьем параграфе - «Октябрьская революция 1917 года как начало нового этапа в развитии Российского государ­ства» - ис­следуется общая для евразийцев оценка революции 1917 г., кото­рая, по их мнению, дает России-Евразии последний шанс для со­хранения своей евразийской культуры и государственности в про­тивостоянии агрессивному Западу.

Евразийство, как идеологическое движение, зародилось в 20-е годы XX века в эпоху становления советской государственности и стало своеобразным ответом русской эмиграции на свершившуюся революцию и деятельность большевиков. Евразийцы не приняли коммунистические преобразования, считая классовую марксистскую идеологию чуждой сути государства вообще и чаяниям русского на­рода в частности. Полагая, что «предреченное к смерти» Совет­ское государство недолговечно, евразийцы приступили к созданию мо­дели нового совершенного государства, отвечающего специфике «России-Евразии».

Перефразируя известное выражение, можно сделать заключе­ние, что движущей силой евразийства была русская революция. Сам факт революции и вызванные ею грандиозные перемены дали импульс движению мысли евразийцев.

Для того чтобы использовать этот, последний шанс, по мнению евразийцев, необходимо тщательнейшим образом изучить причины русской революции и сделать все, что требуется для ее преодо­ле­ния, которое становится возможным лишь при пробуждении истори­ческой памяти.

Евразийцы отвергают широко распространенные в то время среди русского зарубежья взгляды на революцию, как на дикий и бессмысленный бунт, напоминающий мятежи Разина и Пугачева. Еще более решительно они выступают против истолкования факта революции как переворота, организованного группой злоумышлен­ников, прибывших «в запломбированных вагонах» и вызвавших все­российский пожар революции на деньги герман­ского Генераль­ного штаба. Такой подход, по мнению евразийцев, не обладает ни науч­ным содержанием, ни глубиной политичес­кого анализа и слу­жит, прежде всего, низкопробным пропаган­дистским целям.

В евразийском понимании, весь ход российской истории - это путь к революции, обусловленный глубокими внутренними причи­нами, главная из которых - угнетающая культуру и государствен­ность Рос­сии европеизация, раскалывающая общество, порождая в нем про­тиворечия, приводящие к деградации. Евразийцы уловили двоякий результат революции, а именно: гибель старой России вместе с ее саморазложившимся правящим слоем и нарождение новой России с ее новым правящим слоем. Европеизация - главная причина отрыва правящего слоя от на­рода, углубления пропасти между ними. Рас­члененность нации, усиление социальной и духов­ной дифференциа­ции, рост классовой борьбы и уменьшение воз­можностей классового, сословного сотрудниче­ства, резкое обост­рение межнациональных отношений, потеря чувства патриотизма и национального самосоз­нания, при которых люди «на­чинают сты­диться своего национального и самобытного», - все эти «прелести» европеизации, по мнению ев­разийцев, испытыва­ла Россия, начиная с реформ Петра I и кончая революцией 1917 г.

Евразийцы положительно оценивают роль русской революции, выполнившей неизбежную историческую задачу. Возврата к ста­рому быть не могло, и эта устремленность вперед была подхвачена моло­дыми учеными.

С 1917 года, по мнению Г.В. Вернадского, начался новый период русской истории, который позволил сохранить государственное един­ство России и успешно противостоять Западу.

Коммунистическая идеология, в которой главными мишенями для евразийской критики оказались атеизм, материализм и интер­нацио­нализм, отрицающий евразийский национализм, по мнению П.Н. Са­вицкого, не выдержала испытания жизнью и погибает.

Относясь резко отрицательно к революции, как к явлению «не­приятному и гнусному», евразийцы принимают факт революции как неизбежный, устанавливая тем самым четкие методологические про­порции: невозможно и бес­смысленно бороться за реставрацию ста­рых порядков, за восста­новление того правящего слоя, чье «разло­жение и гниение» при­вело к революции. Признавая револю­цию неиз­бежным фактом политической истории, евразийцы предла­гают ис­кать пути «пре­одоления революции», то есть выхода из ре­волюцион­ной трагедии, путем создания нового правящего слоя.

Определяющее значение сферы духа в евразийском учении обу­словило вывод «отцов» евразийства о вреде ложных идеологий и жизненной необходимости идеологии истинной. Сама жизнь тре­бует преодоления старых революционных идео­логий, поэтому и идеоло­гия правящей партии (в России - ВКП(б)) «должна засо­хнуть».

Основоположники евразийства не сомневались, что идеологией новой симфонической личности «России-Евразии» станет нацио­нально-патриотическая, православная идеология, носителем кото­рой выступит единственная евразийская (название условное) пар­тия, чьи действия более всего будут соответствовать националь­ным инстинк­там русско-евразийского народа : государственности, религиозности, патриотизму.

В третьей главе - «Взгляды евразийцев на будущее государ­ственное устройство России» - рассматриваются проблемы путей трансформации советской модели и евразийский проект государст­венного устройства России, в частности, концепции «идеократии», «демотии», «гарантийного государства», «социально-технического радикализма».

В первом параграфе - «Евразийцы о путях трансформации советской модели государства» - рассматриваются вопросы соз­дания не только новой синтетической идеологии, но и ее неразрыв­ной взаимосвязи с практикой, прежде всего с практикой политиче­ской. Для этого необходимо создание новой политической партии, которая станет носительницей и материальным воплоще­нием но­вой идеологии. В одном из программных документов евразийцев подчер­кивается, что эта новая евразий­ская партия, построенная на новой евразийской идеологии и при­званная сменить партию боль­шевиков, будет принципиально от­личаться и от европейских поли­тических партий.

В концепцию симфонической личности органично вписывает­ся и учение евразийцев по национальному вопросу, приобретаю­щему особую остроту в период социальных бурь и катаклизмов. Евра­зийцы рассматривают отдельные нации в качестве симфонических лично­стей, которые в своей совокупности вполне закономерно об­разуют единый наднациональный союз. Что касается политических отноше­ний между различными на­циями, входящими в Евразийское государ­ство, то «евразийство стремится к развитию нынешних форм Совет­ской Федерации» и решительно отвергает сепаратист­ский лозунг «самоопределения всех национальностей».

Марксизм, по мнению евразийцев, стремится к созданию проле­тарского интерна­ционализма, а вовсе не союза национальностей. Большевики, как считают евразийцы, хотят обезличить все народы, лишить их ин­дивидуальности, «остричь их под одну национальную скобку».

Главный практический вывод евразийцев в отношении России -политэтнического субъекта: необходимо делать все для сохранения в целостности складывавшегося веками ее «державного тела», а если уж дихотомия «почвы» и «крови» достигнет высшей точки, то есть экстремума, то снятие этого противоречия должно быть осу­щест­в­лено в пользу первого, в противном случае тотальная суве­рениза­ция может привести к катастрофе вселенского масштаба.

Отношение евразийцев к экономическим преобразованиям, про­водившимся в Советском Союзе в 1920-1930-е гг., неоднозначно. Считая своим идеалом «государство трудящихся, госу­дарство спра­ведливости и правды», евразийцы приветствуют экономиче­ские пре­образования в СССР, направленные, хотя бы частично, на воплоще­ние «полуосознанных чаяний и предчувствий русского духа о госу­дарстве социально-экономической правды». В евразийском проекте прямо развивается кон­цепция «подчиненной экономики» в качестве антитезы «воин­ствующему экономизму», к которому евра­зийцы отно­сили марк­сизм.

В теоретическом обосновании социально-экономической про­граммы евразийства проблема собственности играет важную роль. Н.Н. Алексеев приходит к выводу, согласно которому ни буржуаз­ный либерализм с его абсолютизацией частной собственности, ни социа­лизм с аб­солютизацией общественной собственности не со­ответст­вуют глубинным основаниям жизни народов России-Евра­зии. Общий идейно-политический смысл евразийского проекта сво­дится к фор­муле «ни капитализм, ни со­циализм».

Во втором параграфе - «Евразийский проект государствен­ного устройства России» - рассматриваются евразийские концеп­ции государства: «идеократии», «демотии», «гарантийного государ­ства», «социально-технического радикализма»

Концепция «идеократии». Православной России в союзе с му­сульманским и буддистским Востоком («туранскими» народами) суж­дено в своём политическом и культурном раз­витии осуществить чая­ния всего человечества по созданию цельного, справедливого обще­ства, где интересы всех и каждого гармонировали бы в орга­ническом единстве.

Схемой реализации «общего дела» предусматривается нали­чие высшей «идеи-правительницы», органично вытекающей из постула­тов православной церкви, симфонического социума в виде опреде­ленной культуры в ее пространственно-временной реализации (со­циальный пространственно-временной континуум), мощного соци­ального института в лице государства, которое плани­рует и коорди­нирует «общее дело», одухотворяет его посредством государствен­ной идеологии, в необходимости которой у евразийцев не было ни­какого сомнения. Евразийское государство, таким образом, приоб­ретает статус второй по значи­мости (после православной церкви) симфонической личности. Поэтому в евразийской теории вопросам государственности при­дается важное значение.

Для характеристики одной из высших в иерархии симфонических личностей - государства - основатели евразийского учения вводят понятие «идеократии». По мнению евразийцев, это самый перспек­тивный тип социального устройства в мире, особенно в Рос­сии-Ев­разии. «Идеократия» означает подчинение социальной жизни кон­кретному идеалу, естественному «телосу», вытекающему из куль­туры, религии и духа нации и государства, остающегося постоян­ным, несмотря на политические, идеологические, этнические и даже рели­гиозные катаклизмы. Другими словами, под «идеократией» ев­ра­зийцы (в частности, Н.С. Трубецкой) понимают строй, в котором пра­вящий слой отбирается по признаку преданности одной общей идее-правительнице.

Основные черты такого идеократического строя: этатистский мак­симализм, активное и руководящее участие государства, а также по­литической элиты в хозяйственной жизни и развитии само­бытной культуры, воспитание граждан и элиты в духе патриотизма, опреде­ляемого идейной сопринадлежностью каждого с метаидеа­лом, то есть идеей-правительницей.

Новый тип отбора, который вырабатывается жизнью и призван сменить как аристо­кратию, так и демократию, может быть назван идеократией или иде­ократическим строем. По мнению евразийцев, идеократическое государство, в отличие от демократического, имеет свою систему убеждений, свою идею-правительницу, носите­лем ко­торой является правящий слой. Правящий слой сознательно форму­лирует бессознательное народное миросозерцание и осуще­ствляет народную волю.

Идея-правительница должна быть такова, чтобы, во-первых, ради нее сто­ило жертвовать собой и, во-вторых, чтобы жертва рас­ценива­лась всеми гражданами как морально ценный поступок. Без­условная ценность и моральное оправдание идеи-правительницы для                     Н.С. Трубецкого определяются утверждением блага целого, которым вы­ступает «особый мир» как совокупность народов, имеющих общее «месторазвитие» и связанных общностью истори­ческой судьбы, со­вместной работой над созданием культуры или государства. Во взглядах Н.Н. Алексеева идея- правительница по­лучает свое обос­нование с религиозно-этических позиций.

Учитывая, что монархия в европейской цивилизации изжила себя и демократический строй также являет признаки «обветша­ния» и «разложения», евразийцы открыли эпоху создания нового типа пра­вящего отбора и нового типа государства.

Типы отбора правящего слоя существенно важны для характе­ри­стики государства. Тип элитного отбора напрямую зависит от типа передаточного механизма. В связи с этим, механизм власте­распре­деления по критерию служения основан на идеократическом типе отбора, представительский механизм властераспределения больше комплиментарен демократическому и аристократическому. И аристо­кратический, и демократический метод отбора властной элиты в оп­ределенной степени связаны с волюнтаристскими фор­мами государ­ства. Третий тип отбора правящего слоя - идеократи­ческий метод, по нашему мнению, качественно отличается от во­люнтаристских типов отбора элиты.

На протяжении всей русской (российской) истории правящий от­бор существовал в четырех формах: 1) княжеская дружина; 2) слу­живый класс московских государей; 3) дворянство императорского периода; 4) коммунистическая партия. Юридическое оформление и историческое «окружение» каждой из этих форм различны, но ос­нов­ной принцип особым образом собранного и отлаженного правя­щего отбора один и тот же: служение государству. Правящий отбор фор­мируется по признаку мировоззрения, личной годности и заслуг, по­полняясь таким образом все новыми и новыми силами. Он не может быть замкнутой кастой, а должен пополняться элементами из всех слоев народа, чтобы всегда его высшей целью были общие интересы особого мира - Евразии, а не интересы отдельных соци­альных групп. Правящий отбор в совершенном евразийском госу­дарстве должен обладать знанием высшего эйдоса, то есть ему должна быть открыта высшая религиозно-философская истина, которой он должен слу­жить и во имя которой он должен объединять все общество. В даль­нейшем это учение П.Н. Савицкого было рас­пространено на любой политический строй и в любой стране мира.

Соборность, по своей сущности, противоречит многопартийно­сти, ибо соборность основывается на принципах холизма, цельно­сти и целостности идейного фундамента функционирования госу­дарства. Многопартийность и плюрализм истин, в свою очередь, предпола­гают разрушение соборности и релятивизм государствен­ной идеи.

Политический строй идеократии должен быть построен на сис­теме убеждений и иметь единую партию, защищающую интересы государства и личности. Природа такой партии будет коренным об­разом отличаться от партий либеральной демократии. Практиче­ское решение поставленных задач евразийцы связали с созданием спе­цифической партии, являющейся носительницей евразийской идео­логии.

В целом, евразийцы признают как исходный пункт государствен­ную систему, созданную большевиками, которая, по признанию идеологов евразийства, нуждается не в разрушении, а в развитии и поправках, в первую очередь – очищении от коммунизма. То есть, принимая советскую государственную форму, евразийцы стремятся к замене коммунистического основания правящего отбора евразий­ским.

Как бы мы ни относились к евразийскому учению о правящем от­боре, несомненно одно: оно является оригинальным вкладом в тео­рию элит, особенно в приложении к российской элите. В отличие от создателей индивидуалистических социальных концепций (В. Па­рето, Г. Моски, Р. Михельса) евразийцы анализируют не элитар­ные группы, а единую элиту, и отдают приоритет не ма­териальному фак­тору, порождающему противоречия и борьбу между группами элит, а духовности, объединяющей и группы элит, и индивидуумов.

Концепция «демотии». Термин «демотия» евразийцы употреб­ляли, чтобы разграничить между собой механицистское и органици­стское понимание демократического принципа. «Демотия» - это «ор­ганическая демократия», в основе которой лежит принцип «со­участия народа в своей собственной судьбе», по определению Ар­тура Мюл­лера ван ден Брука. Такое соучастие в отличие от либе­ральной де­мократии предполагает соучастие в судьбоносных соци­альных и го­сударственных решениях не только ныне живущих и совершеннолет­них граждан, принадлежащих к конкретной террито­рии и социальной системе, но некоего особого существа или народ­ного духа, который складывается из мертвых, живых, еще не рож­денных, и общего есте­ственного пути народа как общины сквозь историю.

Подлинное представи­тельство народа может быть, как считали евразийцы, обеспечено не с помощью «всеобщего, прямого, рав­ного и тайного голосования», ко­гда представители населения выби­раются из числа функционеров конкурирующих политических пар­тий, а на основе представительства местного самоуправления, культурных и профессиональных союзов. Евразийская демотия обязательно пред­полагает бытовое народо­правство и народотвор­чество.

Евразийцы предлагали заимствовать у Советов «принцип засту­п­ления» одного ор­гана другим, который резко противоречит прин­ципу разделения вла­стей в государствах западной демократии.

Концепция «гарантийного государства». Введение проблемы га­рантийного государства в концептуальное поле евразийского уче­ния обусловлено общим социальным идеалом евразийцев, который под­разумевал обеспечение уважения к человеческому достоинству и основным правам граждан. Политические и правовые интересы гра­ждан должны быть надёжно защищены государством. Евра­зийцы предлагали учесть опыт западных демократий в деле от­стаивания правовых принципов.

Государство именуется гарантийным, прежде всего потому, что обес­печивает осуществление некоторых постоянных целей и задач, что оно явля­ется государством с положительной миссией.

Евразийское гарантийное государство имеет антиподов, к числу которых относились государства «релятивистические» и «доктри­нальные».

Юридически гарантийное государство должно подтвердить свою сущность в Конституции. В ней должны быть декларированы обязан­ности государства перед гражданами и обязанности послед­них перед государственным целым. Приоритет должен быть отдан обязанно­стям государства, которое, как считали евразийцы, должно вырабо­тать положительную программу социального действия: 1. Принцип «материальной интенсификации жизни», конкретизиро­ванный в мак­симальном расширении материально-технической ос­новы общества (с целью избавления от бедности и нищеты). 2. Принцип «подчинён­ной экономики» (широкое культурное строи­тельство).3. Принцип «по­ложительной свободы» (создание необхо­димых внешних условий для проявле­ния творческой активности человека). 4. Принцип орга­низации культуры как сверхнациональ­ного целого на многонацио­нальной основе.

Народ (демос), в его конкретном бытии, олицетворяет в таком го­сударстве момент движения и развития. Постоянная цель и прин­ципы государственной деятельности знаменуют начало устойчиво­сти и постоянства. В гарантийном государстве ведет и действует утвер­жденная в конституции идея. Она вдохновляет ведущий слой, пред­ставляющий собой совокупность ее защитников, «стражей» и слуг. Сочетание статики и динамики образует режим, который Н.Н. Алек­сеев на­зывает демотической идеократией или идеократиче­ской де­мотией. Причем, идеократический элемент выражает идей­ную стати­ческую платформу, а демотический элемент - динамиче­скую.

Концепция «социально-технического радикализма». Евразийская концепция армии парадоксальна и может быть обозначена такими понятиями, как «здоровый прагматизм и реализм» и «идейно-теоре­тический радикализм». Евразийцы провозглашали конечной целью идеократического государства создание принципиально иной ар­мии, отличной от армий аристократических и демократических госу­дарств. Общие моменты евразийской концепции армии таковы:

1. Признание неразрывной связи военного дела с сущностными чертами и характе­ром общественного и государственного строя. 2. В командном составе армии должно присутствовать возможно большее количество профессионально подготовленных членов пра­вящего слоя и государственного актива. В свою очередь, правящий слой должен в значительной степени отбираться из кругов офицер­ства.

В заключениисформулированы выводы по диссертационному исследованию. По мнению евразийцев, идея «правового государ­ства» является продуктом культурно-исторического творчества за­падноевропей­ских народов. Ментальное измерение самобытности российской государст­вен­ности, обоснованное евразийцами, ярко свидетельствует о невоз­мож­ности полноценной реализации запад­ной модели правового государства. Российская государственность, согласно их концепции, должна совмещать в себе твердую власть (начало диктатуры) с на­родоправ­ством (начало вольницы) в деле построения общества правды и социальной справедливости. Евра­зийская социально-политическая теория ба­зируется на следующих концепциях: а) политическом идеале «государства правды» и «госу­дарства мира»; б) концепции идеократии, опреде­ляющей принципы формирования и существования политической элиты (т.н. «ведущего отбора»); в) обязательном присутст­вии демо­тического фактора в управлении государством, с максималь­но воз­можным усилением влияния на процесс государственного строи­тельства со стороны низших по вертикали органов власти; г) кон­цепции гарантийного го­сударства, согласно которой органы управ­ления должны обеспечить соблюдение основных политических и экономических прав граждан; д) социально-техническом радика­лизме, то есть усилении приклад­ного характера политической тео­рии. Неорганичный способ модерни­зации, по мнению евразийцев, наносит непоправимый ущерб отече­ственной культуре и политико - правовому разви­тию, а также, приво­дит к дестабилизации в обще­стве. Анализ стратегии развития отече­ственной государственности, проведенный евразийцами, показывает, что выход из соз­давшейся ситуации может быть найден в евразий­ской государственно-право­вой идеологии, так как иные модели мо­дернизации России, по их мнению, не имеют органической основы либо не реализуемы по целому ряду причин.

Основные положения диссертации отражены в пуб­ликациях:

  • Палкин А.Г. Принцип демотии в учении евразийцев // Вестн. Южно-Уральского ун-та. Сер. «Право». Выпуск 7. 2006. № 5 (60).                  С. 62-66. (0,25 п.л.). Издание рекомендовано ВАК для публикации ос­новных научных результатов диссертаций на соискание ученых степеней кандидата наук.
  • Палкин А.Г. К вопросу об общенациональной идее России (Ар­каим-зороастризм-евразийство) // Вестн. Челяб. ун-та. Сер.10. Вос­токове­дение. Евразийство. Геополитика. 2002. № 1. С. 131-142. (0,68 п.л.).
  • Палкин А.Г. Принцип иерархии и концепция обязанности в клас­сиче­ском и современном евразийстве (на примере трудов Н.Н. Алексеева и А.Г. Дугина ) // Вестн. Челяб. ун-та. Сер.10. Востокове­дение. Евра­зийство. Геополитика. 2003. № 1. С. 111-125.                               (0,87 п.л.).
  • Палкин А.Г. Евразия: безопасность и границы // Евразийский ежегод­ник: Сборник научных статей. Астана, 2005. С. 82-85.                     (0,18 п.л.).
  • Палкин А.Г. Концепция русской культуры в философии евразий­цев // Общечеловеческое и национальное в философии: IV Между­народ­ная научно- практическая конференция КРСУ (25-26 мая 2006 г.). Бишкек, 2006. С. 299-305. (0,37 п.л.).
  • Палкин А.Г. Влияние cтепи на формирование древнерусского го­судар­ства в трудах евразийцев // Идентичность и диалог культур в эпоху глобализации: Международная научно- практическая конфе­ренция. Иссык-Куль, 27-29 августа 2007 г. // Центральная Азия и куль­тура мира. Спец. вып.№1-2(21-22). Бишкек, 2007. С.120-122. (0,12п.л.).
  • Палкин А.Г. Концепция «гарантийного государства» в учении ев­разий­цев // Учение Льва Гумилева и современные народы Евразии: VI Международный евразийский научный форум, 29 октября 2007 г., г. Астана (Казахстан): В 2 ч. Ч.1. Астана, 2007. С.157-160. (0,18 п.л.).
  • Палкин А.Г. Понятие «правящего отбора» в идеократической концеп­ции государства в учении евразийцев // Парадигма совре­менной науки глазами молодых. Материалы международной науч­ной конфе­ренции студентов, аспирантов, молодых ученых. Коста­най, 2008. С. 21-28. (0,43 п.л.).

 

 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.