WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

АНАЛИТИЗМ В ИМЕННОМ СЛОВООБРАЗОВАНИИ СОВРЕМЕННОГО РУССКОГО ЯЗЫКА

Автореферат кандидатской диссертации

 

На правах рукописи

 

 

 

ВИДАНОВ Евгений Юрьевич

 

АНАЛИТИЗМ В ИМЕННОМ СЛОВООБРАЗОВАНИИ

СОВРЕМЕННОГО РУССКОГО ЯЗЫКА

 

Специальность  10.02.01 – русский язык

 

 

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

 

 

 

 

 

Омск – 2011


         Работа выполнена на кафедре исторического языкознания и лингводидактики ФГБОУ ВПО «Омский государственный педагогический университет»

        

Научный руководитель:

доктор филологических наук, доцент

Щербакова Наталья Николаевна

Официальные оппоненты:

доктор филологических наук, профессор

Гридина Татьяна Александровна

ФГБОУ ВПО «Уральский государственный  педагогический университет»

кандидат филологических наук, доцент

Боброва Галина Андреевна

ФГБОУ ВПО «Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского»

Ведущая организация:

ГОУ ВПО «Московский государственный областной университет»

 

         Защита диссертации  состоится  27 декабря 2011 года в 12 часов  на заседании диссертационного совета ДМ 212.179.02 по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата филологических наук при ФГБОУ ВПО «Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского» по адресу: 644077, г. Омск, ул. Нефтезаводская, 11.

         С диссертацией можно ознакомиться  в научной библиотеке ФГБОУ ВПО «Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского».

         Автореферат разослан «___» ноября 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат филологических наук, доцент               Е.А. Никитина                     


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Настоящая работа выполнена в русле системно-структурного подхода и посвящена описанию изменений, происходящих на словообразовательном ярусе современного русского языка. Исследовательский интерес к проблеме языкового развития в аспекте типологии обусловлен стремительной перестройкой системы языка на рубеже XX-XXI вв. вследствие действия экстралингвистических факторов. Обращение к анализу активных языковых процессов важно не только для объективного описания современного русского языка в его динамике, но и для определения вектора языковых изменений в целом, разграничения ведущих и периферийных явлений, происходящих в языке.

Реферируемая  диссертация  продолжает круг исследований, посвященных динамике современного русского языка в постперестроечный период, в этом отношении ориентируясь на научные концепции, представленные в  коллективных монографиях «Русский язык конца XX столетия (1985-1995)» (М., 1996);  «Современный русский язык: Активные процессы на рубеже XX-XXI веков» (М., 2008), «Современный русский язык: Система – норма – узус» (М., 2010); а также в работах     Н.С. Валгиной, Д.Б. Гудкова, Е.А. Земской, В.Г. Костомарова,                Л.П. Крысина, Е.Ю. Скороходовой В.Н. Шапошникова, Н.В. Юдиной и др.

В диссертации рассматриваются процессы, наблюдаемые в русском языке и речи с середины 80-х гг. ХХ века до настоящего времени.  В хронологические рамки исследования мы вслед за авторами коллективной монографии «Русский язык конца XX столетия» (М., 1996) включаем 1985 год, считая его отправной точкой многих изменений, происходящих в языке и по сей день. События второй половины 80-х – начала 90-х годов по своему воздействию на общество и язык подобны революции: под их влиянием возрастает личностное начало в речи, расширяется состав участников коммуникации, единицы нелитературных разновидностей языка (жаргонизмы, просторечные слова и выражения) активно проникают в литературный язык, особенно в его устную форму и т.д. На наш взгляд, следует также учитывать и тот факт, что «укоренение» новых явлений в грамматической системе языка происходит сравнительно медленно, основа большей части таких процессов заложена в период, хронологически предшествующий исследуемому. Именно поэтому то, что получает в языке статус «нового» явления, зачастую связано с последовательным накоплением в предшествующие периоды тех или иных изменений в функционировании языковых единиц.

В этой связи представляется убедительным мнение о двойственной природе исследований изменений языка (М.А. Кронгауз). Данное направление не укладывается в традиционные определения синхронии и диахронии, поэтому необходимо  говорить о бисинхронном подходе как о новом методе изучения синхронного состояния языка с учётом динамических процессов, в нём происходящих. Принимая во внимание бисинхронный подход к анализу языковых фактов, мы рассматриваем вышеназванный синхронный срез в ассоциации с динамикой развития русского языка, что позволяет обнаружить изменения даже в пределах очень короткого периода.

Одной из важнейших черт русского языка на современном этапе его развития большинством исследователей называется тенденция к аналитизму, проявляющаяся как в раздельности выражения языковых значений, так и в появлении новых типологических свойств языковых единиц. Традиционно исследовательские интересы большинства учёных в области аналитизма обращены к морфолого-синтаксической специфике данного явления. Так, анализу подвергались изменения, происходящие в  морфологическом строе (Панов 1968; Гловинская 1996, 1997, 1998, 2000; Астен 2003; Рощина 2005), а также на синтаксическом уровне (Шведова 1966; Акимова 1990). Вместе с тем аналитизму в области лексики, фонетики и словообразования посвящены единичные работы (Русский язык… 1968, II; Развитие фонетики … 1971; Левит 1967; Каленчук 1999).

Настоящее исследование призвано заполнить лакуну в изучении тенденции к аналитизму в области словообразования и структуры производного слова, что может обеспечить, по нашему мнению, целостный взгляд на проблему аналитизма как ведущей линии языкового развития, отражающей динамику процессов, происходящих в современном русском языке.

Актуальность диссертационного исследования обусловлена:

  • терминологической «размытостью» понятия аналитизм в лингвистике;
  • существующим в русистике противоречием между утверждениями о прогрессирующей аналитизации русского языка и представлениями об аналитизме как о «научной фикции»;
  • необходимостью представить системное, последовательное описание аналитизма на словообразовательном уровне современного русского языка;
  • обращением к механизмам именного словопроизводства, позволяющим проанализировать процессы, важные для характеристики флективной морфологии русского языка; обусловленностью  данных механизмов новыми языковыми реалиями.

Как уже было отмечено, исследование аналитизма как ведущего вектора языкового развития проводилось в работах отечественных лингвистов II пол. XX века (М.В. Панов, М.Я. Гловинская, И.П. Мучник, Е.А. Земская и др.), однако, по меткому замечанию А.М. Цывина, созданию тех или иных гипотез мешает «слабое использование свежего языкового материала». В некоторой мере реферируемая диссертация реагирует на высказанное замечание. Необходимо, однако, отметить тот факт, что в исследованиях, посвященных аналитизму в языке, до сих пор отсутствует чёткая поуровневая  характеристика этого явления, что выражается порой в терминологической неоднозначности: что понимать под аналитизмом в морфологии, лексике и словообразовании. В настоящем исследовании осуществлена попытка преодолеть эту трудность в рамках традиционного описания языковых фактов.

Материалом исследования послужили более 20 тысяч производных слов, сгруппированных в 35 именных словообразовательных типов
(далее – СТ).

Эмпирический материал извлекался методом сплошной выборки из нормативных словарей современного русского языка, а также Национального корпуса русского языка [www.ruscorpora.ru; далее – НКРЯ] и поисковых систем сети Интернет. Кроме того, привлекались факты устной речи, тексты СМИ. Обращение к Интернет-источникам обусловлено тем, что традиционная лексикографическая практика часто отстаёт от реальной языковой ситуации, в то время как электронные базы данных активно и своевременно пополняются новым языковым и речевым материалом. Привлечение для анализа некодифицированных производных лексических единиц объясняется тем, что мы разделяем принципиальное мнение об общих для всех разновидностей национального языка механизмах словопроизводства, следовательно, словообразовательному  анализу в аспекте языковой динамики должны подвергаться единицы всех сфер национального языка, поскольку живая разговорная речь служит  ценным источником эмпирического материала. Таким образом, к источникам предъявлялись следующие требования: они должны содержать единицы, отражающие те реальные языковые факты и явления, которые наиболее характерны и существенны для исследуемого периода. Подобные языковые  единицы вслед за Г.Н. Скляревской мы называем актуальной лексикой.

Обращение к именным словообразовательным типам и моделям обусловлено спецификой репрезентации в них тенденции к аналитизму. Представляется, что последний проявляется в сфере имени ярче, чем в других частях речи. Кроме того, взаимодействие флективного словоизменения, с одной стороны, и тенденции к аналитизму, с другой, обладает значимыми характеристиками для описания современного состояния системы русского языка в целом.

Научная новизна исследования состоит в том, что уточняется значение термина аналитизм применительно к различным уровням языковой системы; выявляются общие свойства аналитизма в грамматике и лексике, конкретизируется специфика аналитических тенденций в словообразовании. В работе впервые дана комплексная характеристика проявлений аналитизма на уровне механизмов словообразования и словообразовательной семантики. Кроме того, впервые на репрезентативном словарном материале описаны новые словообразовательные типы, развившиеся в результате тенденции к аналитизму.

Гипотеза исследования: в именном словообразовании русского языка рубежа XX-XXI вв. происходят качественные и количественные изменения, связанные с действием в нём тенденции к аналитизму, проявляющейся в усилении структурной и семантической дискретности морфемы.

Объектом исследования являются производные лексические единицы, принадлежащие именным словообразовательным типам различной семантики.

Предметом исследования являются проявления феномена аналитизма в словообразовательной системе языка в сфере именной деривации.

Цель работы состоит в комплексной характеристике проявлений аналитизма в словообразовательной системе русского языка в свете изменений, происходящих в его структуре. Поставленная цель конкретизируется в следующих задачах:

  • обозначить сущностные характеристики, релевантные для определения аналитизма как ведущей линии развития русского языка;
  • уточнить понятийную составляющую термина аналитизм по отношению к словообразовательной системе языка;
  • рассмотреть специфику реализации аналитического механизма репрезентации языковых значений на различных уровнях системы языка с целью выявления инвариантных механизмов, реализующихся и на словообразовательном уровне;
  • выявить процессы, способствующие росту агглютинации как проявлению тенденции к аналитизму в  структуре производного слова;
  • дать характеристику основным словообразовательным механизмам, усиливающим дискретность производного слова на уровне структуры и семантики;
  • проанализировать семантику производных единиц в зависимости от их функционирования в контексте; оценить роль последнего в передаче языковых значений.

Указанные цель и задачи обусловили выбор основных методов исследования: метод лексикографического отбора, метод компонентного анализа, проводимый на основе словарных дефиниций, метод синхронного анализа мотивационно-словообразовательных связей между дериватом и производящим словом (словообразовательный анализ), метод статистической обработки данных, таксономическое описание словообразовательных типов, метод анкетирования, метод контекстуального анализа, сравнительно-сопоставительный метод.

Методологической основой работы послужили исследования отечественных и зарубежных лингвистов по общему и сопоставительному языкознанию (Ш. Балли, В.Г. Гак, Э. Косериу, И.А. Мельчук,
Н.Б. Мечковская, Е.Д. Поливанов, А.А. Реформатский, Э. Сепир), типологической лингвистике (Т.Б. Астен, Г.П. Мельников, Б.Ю. Норман,
Д.Б. Никуличева, Н.В. и В.М. Солнцевы, Г.И. Тираспольский), дериватологии современного русского языка (О.И. Блинова, Г.О. Винокур, В.В. Виноградов, Е.А. Земская, Е.С. Кубрякова, В.В. Лопатин,
И.Г. Милославский, Г.А. Николаев, И.С. Улуханов, М.В. Панов,
А.Н. Тихонов, Н.М. Шанский), социолингвистике (Л.П. Крысин,
Н.Б. Мечковская, Г.П. Нещименко), а также работы, посвященные активным процессам в современном русском языке (В.В. Борисенко,     Н.С. Валгина, И.Т. Вепрева, М.Я. Гловинская, О.П. Ермакова,
Е.А. Земская, Л.П. Катлинская, В.Г. Костомаров, М.А. Кронгауз,
Е.А. Маринова, Н.А. Николина, Ю.В. Рощина, В.Н. Шапошников,
Н.В. Юдина).

Исследование различных единиц и элементов словообразовательной системы, закономерностей их устройства и функционирования сохраняет свою актуальность в современной дериватологии, поэтому настоящая работа выполнена в русле системно-структурной парадигмы лингвистического знания, предусматривающей описание грамматического строя языка как системы взаимосвязанных элементов, что отражается в классификационном анализе языковых единиц с позиций их категориального статуса и межуровневого взаимодействия. В то же время в исследовании прослеживается функциональный подход, вызванный необходимостью рассмотреть условия и особенности употребления той или иной языковой единицы.

Таким образом, в работе предлагается описание элементов языковой системы, отраженных в речи, связанное, во-первых, с раскрытием специфических свойств словообразовательных единиц с учётом признаков, присущих языковой системе в целом, и, во-вторых, с указанием на действие внеязыковых факторов, влияющих на использование данных единиц  в речи.

Теоретическая значимость работы заключается в развитии идей названных учёных, а также в осмыслении аналитизма как ведущей тенденции развития словообразовательной системы современного русского языка. Важным представляется установление путей, по которым происходит перестраивание словообразовательной системы языка, её переориентация с механизмов фузионной деривации на механизмы аналитического словообразования. В работе используется подход, находящийся в рамках системно-структурной парадигмы языкознания и выработанный для классификации явлений, связанных с действием тенденции к аналитизму именно на уровне словообразования, и их сопоставлении с явлениями смежных ярусов.

Практическая значимость исследования состоит в том, что его результаты могут быть использованы в практике преподавания вузовских курсов теории языка, морфемики и словообразования современного русского языка, а также спецкурсов, посвященных проблемам усиления аналитизма и языкового развития в целом. Материалы диссертации могут быть использованы при составлении словообразовательных словарей актуальной лексики, словообразовательного словаря аналитов.

Материалы диссертации были апробированы на различных конференциях регионального, всероссийского и международного уровня: «Лингвистика. Коммуникация. Культура» (г. Омск, ОмГПУ 2007, 2009, 2011 гг.), «Язык. Человек. Ментальность. Культура» (г. Омск, ОмГУ,
2008 г.), «Русская филология: язык – литература – культура» (г. Омск, ОмГПУ, 2008, 2010 гг.), «Славянские чтения» (г. Омск, ОмГУ, 2009 г.), «Русско-китайские языковые связи и проблемы межцивилизационной коммуникации в современном мире» (г. Омск, ОмГПУ, 2009 г.), «Актуальные вопросы русской словесности» (г. Москва, 2009 г.), «Вопросы развития современного русского языка» (г. Челябинск, ЧГПУ, 2011 г.), «Лингвистические чтения-I: Современные подходы в лингвистических исследованиях» (г. Омск, ОмГУ, 2011 г.) и др. Промежуточные выводы обсуждались на заседаниях кафедры русского языка и кафедры исторического языкознания и лингводидактики Омского государственного педагогического университета.

На защиту выносятся следующие положения:

  • Наблюдаемая в современном русском языке тенденция к аналитизму активизировалась на словообразовательном уровне   под влиянием усиления черт агглютинации в структуре производного слова; вследствие этого в современном русском языке активно формируются словообразовательные типы, аналитичные по своей природе.
  • Черты аналитизма в словообразовании не свидетельствуют о полном разрушении фузионности русского деривата. Вместе с тем большая степень семантической и структурной дискретности морфемы отражает тенденцию к расшатыванию традиционных морфонологических механизмов.
  • Формальная и семантическая структуры производного слова обнаруживают черты изоморфизма, обусловленные действием тенденции к аналитизму.
  • Общеязыковая антиномия «код – тест» применительно к словообразованию на современном этапе развития русского языка разрешается в пользу текста; вторичная реализация словообразовательных моделей – яркое тому подтверждение.

Структура работы определена поставленной целью и решаемыми задачами. Диссертация состоит из введения, трёх глав, заключения и библиографического списка цитируемой и использованной литературы, а также списка лексикографических источников и списка сокращений.

 

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается выбор темы диссертации, её актуальность и новизна; определяются объект, предмет, цели и задачи исследования; выделяются методы и принципы, положенные в основу анализа языкового материала, а также конкретизируются подходы к его отбору; формулируется теоретическая и практическая значимость, приводятся основные положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Аналитизм как внутрисистемное явление русского языка» посвящена общей характеристике явления аналитизма на различных уровнях языковой системы, истории изучения аналитизма в отечественном языкознании, также здесь рассмотрены случаи усиления черт аналитизма в русском языке на современном этапе его развития.

В первом разделе «К лингвистическому определению понятия аналитизм» приводятся различные дефиниции данного термина и выявляются сущностные характеристики обозначаемых ими понятий применительно к различным объектам лингвистических исследований. Будучи генетически связанным с философским понятием анализ, которое предусматривает мысленное или реальное расчленение целого (вещи, свойства, процесса или отношения между предметами) на составные части, выполняемое в процессе познания или предметно-практической деятельности человека (от др.-греч. ???????? – разложение, расчленение), рассматриваемый феномен в языкознании определяется по-разному. Вследствие этого считаем необходимым говорить об омонимии термина аналитизм. Во-первых, аналитизм считается универсальным свойством, присущим любому языку, благодаря которому реализуется его основная функция – коммуникативная. Коммуникация обеспечивается вследствие дискретности смысла языковых единиц и возможности их комбинаторики по определенным правилам, что позволяет продуцировать тексты как сложные знаки с развитой системой модальности. Во-вторых, аналитизм характеризуется как типологическое свойство языковой системы, обусловленное индивидуальным языковым развитием и проявляющееся в раздельном выражении основного (лексического) и дополнительного (грамматического, словообразовательного) значений слова. Аналитизм при таком понимании проявляется в морфологической неизменяемости слова и наличии аналитических (сложных) конструкций и форм. Указанная дефиниция опирается на морфологическую классификацию языков, предусматривающую их деление в зависимости от способа выражения грамматических значений на синтетические и аналитические. В-третьих, аналитизмом некоторые исследователи (З.Н. Левит) называют аналитическую лексическую единицу. По-видимому, четвертым омонимом является аналитизм как специфическая черта морфемной структуры слова, характеризующая механизмы соединения морфем и степень их семантической дискретности.

Применительно к словообразовательному уровню ряд исследователей квалифицирует аналитизм как проявление агглютинативности в структуре производного слова, ср. замечание
Н.Б. Мечковской, которая считает, что агглютинация, в сущности, представляет собой аналитизм в строении слова. В целом принимая данную точку зрения, считаем необходимым отметить имеющуюся в указанной дефиниции терминологическую амбивалентность. Под агглютинацией понимается такой способ слово- и формообразования как присоединение к неизменяемому корню однозначных стандартных аффиксов. Поскольку агглютинация подразумевает создание единого морфемного комплекса, в котором органично сочетаются словообразовательные и грамматические значения, то вполне логичным становится её соотнесение с синтетизмом как свойством языковой системы. Именно синтетизм предполагает синкретическое выражение лексического и грамматического значений. В то же время, отмечая однозначность аффиксов в агглютинативных языках, свободный характер их присоединения, а следовательно, относительную самостоятельность морфемы, необходимо признать за агглютинацией наличие черт, связывающих её с аналитизмом, поскольку последнему свойственна дискретность в выражении тех или иных значений. Показательна в этой связи точка зрения А.А. Реформатского, считавшего, что агглютинация предопределяет аналитическую тенденцию организации высказывания, и этому способствует регулярность образования форм. В настоящем исследовании нами реализовано понимание аналитизма как линии языкового развития, проявляющейся в словообразовании в виде агглютинативной техники соединения морфем, ведущей к их семантической и структурной дискретности, которая способствует определенной автономности морфемы в пределах производного слова.

Второй раздел «Из истории изучения аналитизма в отечественном языкознании» посвящен рассмотрению основных трудов русских лингвистов в свете указанной проблематики. Одним из основных положений русистики является факт гармоничного взаимодействия в  частеречной системе русского языка синтетических и аналитических средств выражения грамматических значений (В.В. Виноградов). Данное утверждение, очевидно, восходит к трудам А.А. Потебни, анализировавшего факты утраты флексий некоторыми славянскими языками. В 70-х годах XIX века вопрос об аналитических элементах  в русском литературном языке был поднят И.А. Бодуэном де Куртенэ, вслед за которым Н.В. Крушевский выдвигает эволюционную идею изменения языка – принцип «вечной переинтеграции его элементов». Позже
В.А. Богородицкий выявляет  и прослеживает наиболее значимые процессы, свойственные строю русского языка в их взаимосвязи и исторической обусловленности. На основании признания ассоциативной сущности речевой деятельности он устанавливает общую тенденцию в функционировании языка: «стремление к экономии духовных сил и удобству памяти».

Очередной этап в изучении аналитизма связан с выходом в 1968 году коллективной монографии «Русский язык и советское общество», в которой тенденция к аналитизму признаётся в качестве одной из наиболее определившихся в современном русском языке, а также даётся указание на «точки роста» этого явления. В качестве одной из таких называется появление новой части речи – аналитических прилагательных, или аналитов (М.В. Панов), главная характеристика которых состоит в их неизменяемости, фиксированной позиции по отношению к определяемому слову, невозможности формировать предикативную основу предложения. Отметим, что классификация аналитов, предложенная М.В. Пановым, достаточна гетерогенна, поэтому границы данного класса до сих пор являются предметом дискуссий (Т.Б. Астен, В. Бениньи,
Д.В. Бондаревский, Л.А. Ким, Ю.В. Рощина).

В исследованиях последнего десятилетия (а это прежде всего работы Т.Б. Астен, Ю.В. Рощиной, М.Я. Гловинской) отмечается тот факт, что русский язык начала XXI века даёт много новых примеров аналитизма. Эти проявления настолько неоднородны, что позволяют классифицировать явление аналитизма, во-первых, как цепь взаимосвязанных процессов: аналитизм номинации, грамматикализации, категоризации (Т.Б. Астен, Г.И. Тираспольский), а во-вторых, с функциональной и структурной сторон в рамках когнитивного направления в языкознании
(Д.Б. Никуличева, И.В. Шапошникова), поскольку «возможности компонентного анализа оказываются ограниченными» (Н.В. Ушкова).

Так, исследование функциональной стороны аналитизма приводит лингвистов к мысли о том, что его механизмы (раздельного, или расчлененного, выражения основного и дополнительного значений) схожи с механизмами познания человеком окружающего мира. В частности,
И.В. Шапошниковой отмечается, что когнитивный аспект аналитизма заслуживает особо пристального рассмотрения, поскольку связан с изучением актуальной для сегодняшней лингвистики проблемы взаимодействия различных семантических ресурсов, которыми располагает человек в процессе категоризации познавательного опыта.

Сопоставление структурного и функционального подходов к изучению аналитизма позволяет утверждать наличие в механизмах аналитизма, агглютинации и изоляции некой базовой стратегии соединения элементов в составе целого. Д.Б. Никуличева предлагает называть такую стратегию синтагматической стратегией дискретности, которая противопоставлена синтагматической теории слитности и проявляется в относительной автономности (модульности) компонентов целого.

Таким образом, можно полагать, что современное представление аналитизма в трёх аспектах: функциональном, структурном и модульном – отражает не только саму сущность данного лингвистического феномена, но и обусловливает особенности его рассмотрения на различных уровнях языковой системы. При этом особенности проявления аналитизма на конкретных участках языковой системы складываются в общую картину аналитических тенденций в языке в целом.

Данному аспекту проблемы посвящен третий раздел «Аналитизм как способ выражения различных типов значений в русском языке».

Аналитизм в лексике может быть рассмотрен с позиций функционального подхода, поскольку лексические единицы аналитического типа характеризуются дискретной семантической связанностью составляющих компонентов. Ср. отношения между компонентами в сочетаниях атмосфера дружбы, вахта памяти, взять курс, где один из элементов является опорным, второй предстаёт десемантизированным, а сочетание в целом – семантическим аналитом. Лексический аналитизм следует отличать от деривационного
(Т.И. Бытева), при котором вторая единица выступает носителем словообразовательного значения: обратить гнев = разгневать; маленький стол = столик, женщина-повар = повариха и под. Данное явление подтверждается наблюдениями Е.А. Земской и О.Ю. Николенко за тем, как в русском языке происходит активное вытеснение однословных терминов родства их описательными аналогами: сестра жены, вм. золовка, брат мужа, вм. деверь. Очевидна связь этого процесса с экстралингвистическими факторами.

Таким образом, традиционные представления об аналитизме как «прерогативе» грамматического строя языка претерпевают изменения. С точки зрения функциональной дифференциации компонентов очевидно, что область аналитических тенденций захватывает и лексическую подсистему языка. Суть этого процесса состоит в том, что если синтетическое слово комплексно выражает совокупность вещественного (лексического) и категоризирующего (грамматического) значений как единая лексема, то для аналитической лексической единицы свойственно выделение двух принципиально различных компонентов, на месте которых

потенциально возможна только одна словоформа, при этом однословное наименование может отсутствовать в узусе, ср: вечная мерзлота, белые ночи, материнский капитал, гражданский брак  и др., однако вся конструкция воспринимается как нечто концептуально целое.

Аналитизм в грамматике может быть рассмотрен как проявление структурной разновидности этого языкового явления, поскольку структурная расчлененность компонентов, присутствующая прежде всего на уровне синтагматики высказывания, позволяет убедиться в наличии «нефлективной» морфологии при выражении различных типов грамматических значений, ср.: городское такси подорожало – городские такси подорожали, где выражение грамматического значения категории числа неизменяемой лексемы такси зависит от её синтагматического окружения.

Характерной чертой аналитизма на уровне высказывания является увеличение числа конструкций с семантическим согласованием по роду, поскольку в настоящее время происходит активное пополнение словарного состава наименованиями лиц по профессии из языков, в которых отсутствует корреляция по роду (полу). Кроме того, указанные конструкции русского языка, прежде свойственные лишь разговорной речи, проникают в письменную форму и представляют достаточно распространенное явление. Например, «В церемонии открытия комплекса приняла участие губернатор Петербурга Матвиенко», «Менеджер пилота сообщила о его решении принимать участие в соревнованиях», «Промоутер хотела ответить грубостью».

В целом необходимо отметить возрастающую роль контекста, точнее дискурсивную соотнесенность высказывания, которая является определяющим фактором для квалификации грамматического (шире – языкового) значения.

Четвёртый раздел «Усиление черт аналитизма в русском языке на современном этапе его развития» посвящен выявлению черт аналитизма, актуализировавшихся в последние десятилетия. Указываются возможные причины активизации данного процесса, среди которых следует отметить возрастающую роль межъязыковых контактов, в результате чего, например, наблюдается заметное пополнение класса аналитических прилагательных, представляющих собой структурные элементы заимствованных слов: бизнес-, шоу-, топ-, микро-, мини-, медиа- и т.д.  Некоторые исследователи говорят о диглоссии как постоянной составляющей русского литературного языка, которая проявляется на современном этапе в американизации: усвоении не только англоязычной лексики, но и морфемики и грамматики. Признавая неоднозначность некоторых из таких положений, в настоящей работе мы оцениваем тенденцию к аналитизму в русском языке как закономерный этап его развития.

Во второй главе «Черты аналитизма в структуре производного слова (морфемно-деривационый аспект)» предпринята попытка обнаружить действие тенденции к аналитизму в механизмах именного словообразования и, как следствие, в структуре деривата.

Как было отмечено, применительно к словообразованию аналитизм проявляет себя в развитии агглютинативности в структуре деривата, поэтому в разделе 2.1. «Агглютинация как системообразующий фактор развития аналитизма в структуре деривата» подчеркивается, что новой продуктивной словообразовательной моделью становится слово как синтагма морфем, в результате чего дериваты образуются механическим присоединением отдельных элементов при сохранении автономии каждого из них, а также увеличивается количество многоморфемных структур, которые складываются без каких-либо явлений приспособления на морфемном шве. Межморфемная граница легко обнаружима: Госдума, гособоронзаказ, Омскоблавтотранс, Роснано, РосУкрЭнерго, Минздравсоцразвития. Отличительной особенностью данных дериватов, которая свидетельствует об аналитическом словообразовании, является принципиальная выводимость их значения как суммы значений составляющих элементов, что подкрепляется в том числе и незатемненной формальной структурой.

Рост агглютинативности системы словообразования литературного языка проявляется не только в структурном аспекте (свободное «склеивание» морфем), но и в плане семантики: словообразовательные морфемы стремятся к однозначности, характеризуются всегда одним и тем же значением. Наиболее ярко это выражается в префиксальном способе производства, роль которого в именном словообразовании в настоящий период резко возрастает. Многие префиксы (как русские, так и заимствованные) характеризуются универсальностью значения в сочетании со словами разных частей речи: семантика ‘против’ (анти-, контр-); семантика ‘превышение’ (сверх-, супер-, архи-, гипер-, ультра-, мега-); семантика ‘ложность, мнимость’ (псевдо-, квази-); семантика ‘временной предел’ (экс-, пост-, после-). Наличие модификационного словообразовательного значения, выражаемого префиксом, согласуется с агглютинативной техникой построения производного слова: во-первых, присоединение префикса к производящей базе носит свободный характер, позволяющий префиксам в отдельных случаях функционировать в отрыве от производящей базы (ср.: Перешагни, перескочи / Перелети, пере- что хочешь…В. Ходасевич), во-вторых, значение деривата легко выводится из значения префикса и производящей базы. Тем самым префиксам свойственна структурная и семантическая модульность – одно из ключевых проявлений аналитизма в словообразовании. Вследствие указанного механизма, в частности, произошло высвобождение приставки супер- из соответствующих словообразовательных пар с образованием новой лексемы супер, которая, в свою очередь, стала формировать собственное словообразовательное гнездо (см. п. 2.3.):

супер

супер-ск-ий

по-суперск-и

 

суперск-и

супер-ов-ый

суперов-о

супер-н-ый

суперн-о

 

сверх-супер

анти-супер

 

К ключевым проявлениям аналитизма на уровне словообразования относится создание аббревиатур и многокомпонентных номинаций. Это объяснятся совокупностью нескольких факторов. Во-первых, словообразовательная структура аббревиатур различных типов агглютинативна по своей природе: механическому соединению подвергаются начальные части исходных компонентов (ГИБДД, ОмГПУ, горизбирком). Во-вторых, возникая вследствие закона экономии языковых усилий, аббревиатуры ведут к увеличению языкового кода, при этом нередко возрастает роль контекста, необходимого для адекватного осознания семантического содержания аббревиатуры (особенно в случаях омонимии): КПД вырос на 5% (КПД – коэффициент полезного действия) и Производительность завода КПД увеличилась на 26 % (КПД – крупнопанельное домостроение). Согласно нашим наблюдениям, в новейших словарях аббревиатур и различных сокращений около 20% омонимичных лексем. В-третьих, морфологическое поведение большого числа аббревиатур сводится к тому, что они оказываются вне словоизменительной парадигмы, проявляя свои грамматические категории через синтаксические связи с другими словами, т.е. аналитически, например: ООН приняла резолюцию (ГЗ женскости, единичности); Омские СМИ выступили с критикой мэра (ГЗ множественности). Также в работе подчеркивается интенсификация процесса заимствования аббревиатур, описываются механизмы их вхождения в систему русского языка, ср: VIP, VIPы, ВИП, ВИПы, вип, випы, вип-персона, ВИП-персона и т.д., обращается внимание на увеличение (преимущественно в письменной речи) целых аббревиатурных комплексов, ср: ФГБОУ ВПО ОмГПУ; БУ ОО ОШВСМ СДЮСШОР № 5; МОУ СОШ № 1 и т.д. Активно включаясь в акты словообразования, аббревиатуры выступают в качестве производящей базы, при этом графически нередко подчеркивается граница между аббревиатурой-базой и формантом: ВИПовский, ЛДПРовец, СМСка, PRщик. В указанном случае мы вновь сталкиваемся с агглютинативной техникой соединения морфем, нашедшей специфическое отражение на уровне графики.

Морфонологические изменения, сопровождающие стык морфем, описаны в п. 2.1.4. Среди основных назовём ослабление чередований (шпага – шпажист, но дайвинг – дайвингист; носить – ношу, но пылесосить – пылесошу (разг.); контакт – контачить, но коннект – коннектить и т.д.) и рост интерфиксации (Е.А. Земская), используемой как средство «приспособления» морфов (Интернет – интернет(ов)ский; ОМОН – омон(ов)ец; ЕГЭ – ЕГЭ(ш)ный, ЕГЭ(в)ский и под.). На основе сопоставления интерфиксальных дериватов с безынтерфиксными (типа интернетский – интернет(ов)ский, спецназец – спецназ(ов)ец), которое было осуществлено с привлечением НКРЯ, поисковых систем Google и Yandex, делается вывод о преобладании среди параллельных дериватов моделей, в состав которых входит интерфикс, что говорит о всё возрастающей агглютинативности русского слова, приводит к его «прозрачной членимости».

Особый интерес представляет исследование производных имен, в состав которых входят аналитические прилагательные, или аналиты. Этому аспекту посвящен раздел 2.2. «Дериваты с аналитическими прилагательными в русском языке начала XXI века». Очевидно, что число аналитов и дериватов с ними в настоящее время растёт быстрыми темпами, и это позволяет придать им статус «фактов языка» (Е.И. Голанова).

Отмеченная выше гетерогенность класса аналитических прилагательных, насчитывающего до 16 типов (М.В. Панов), обусловила необходимость уточнения границ аналитов с учётом их деривационных характеристик. В круг таких единиц, характеризующихся принадлежностью к аналитическим механизмам словопроизводства, мы включаем слова следующих групп:

  • иноязычная / русская приставка + производящая база (антикризисный, суперцена, сверхмодный, ультранелепо, сопродюсер);
  • препозитивный иноязычный элемент (префиксоид) + производящая база (еврорынок, фотоматериалы, радиовещание);
  • препозитивный элемент русского происхождения, полученный редукцией соответствующего прилагательного, + производящая база (Госдума, Роснефть, нацменьшинство);
  • препозитивный элемент (как правило, иноязычного происхождения), имеющий омоним-существительное, + производящая база (бизнес-план, рок-музыкант, эмо-тусовка).

Представляется, что количественный рост производных слов, имеющих структуру [аналит [производящая база]], приводит к качественным изменениям словообразовательной системы русского языка, среди которых особо выделяются: 1) ослабление фузии и усиление агглютинации на морфемных стыках; 2) развитие признаков аналитизма на отдельных участках языковой системы; 3) активное вовлечение в круг словообразовательных средств таких единиц, как  имена собственные, аббревиатуры; 4) возникновение новых СТ.

Среди дериватов первой группы наибольшей продуктивностью обладают СТ, в состав которых входят префиксы анти-, де-, нано-, про-, супер-, пост-. По данным НКРЯ, в русском языке зафиксировано свыше 6500 дериватов с анти-, около 1000 с де-, более 15000 с супер-, что свидетельствует о регулярности использования данных единиц в деривационной системе языка.

Вторая группа дериватов обнаруживает не меньшую активность. Префиксоидный характер препозитивных словообразовательных элементов обусловливает также ряд особенностей, касающихся непосредственно дериватов. Семантическая и отчасти структурная  автономность префиксоида, ведущая к аналитизму на уровне словообразования, приводит к тому, что анализируемые слова являются полумотивированными со структурным типом мотивированности
(О.И. Блинова). В этой связи у данной группы дериватов на первый план выходит мотивационное значение как более расчлененное, жестко связанное с формальными средствами своего выражения (в нашем случае  – префиксоидами). Кроме того, мотивационное значение слов типа авиарынок, видеообзор, фотоальбом отличается большей семантической конкретностью и серийностью по сравнению со словами, образованными при участии «обычных» морфем. Наибольшей продуктивностью, согласно нашим наблюдениям, обладают СТ, включающие форманты авто-1, авто2, видео-, кино-, макро-, микро-.

Обогащение производных слов в рамках СТ первой и второй групп связано прежде всего с процессами детерминологизации русской лексики: элементы, продуктивные прежде лишь в научно-технической литературе, проникли в общий пласт русской лексики, получили новый виток словообразовательных потенций за счёт расширения круга значений производящих баз, ср. многочисленные дериваты, образованные по узуальным СТ, функционирующие в публицистике и разговорной речи: «На сцену вываливает нано-Чубайс и ошарашивает студентов «Российской экономической школы» своим призывом в деле строительства инновационной экономики полагаться на государство» (АПН, 13.07.2010);«В Иркутск едет нано-Чубайс» (Бабр.Ру, 21.10.2009); «Русский экзорцизм: изгнание наночубайсов» (АПН, 13.07.2010); «Приставка нано-, обозначающая размер 10-9, стала самой конъюнктурной приметой нашего времени. Того и гляди, как скоро появятся бренды «нанолингвистика» или «нанополитика» (Новая газета, 17.04.2009).

Третья группа дериватов характеризуется тем, что формантом в них выступает препозитивный элемент, полученный редукцией соответствующего прилагательного: гос – государственный, нац – национальный, рос – российский, спец – специальный и т.д. Важно подчеркнуть, что редукция происходит не на морфемном шве, а сами части обладают практически свободной сочетаемостью, что сближает их с аналитами предыдущих групп. Подавляющее большинство таких элементов активно участвует в образовании многокомпонентных номинаций, поскольку относительно небольшой фонемный состав (3-4, реже 5 фонем) делает их чрезвычайно удобными в функционировании по сравнению с обычными прилагательными.

Наибольшей продуктивностью обладают элементы гос- (госдолг, госслужба), нац- (нацпроект, нацбанк), полит- (политтехнолог, политреклама), тур- (туриндустрия, турперевозки) и др. Возвращается с периферии языка аналит парт- (партбосс, партпраймериз, партблок).

Особую группу продуктивных словообразовательных типов формируют дериваты, в состав которых входят аналиты, образованные от относительных прилагательных со значением принадлежности к той или иной местности: рос- < российский, укр- < украинский, мос- < московский, сиб- < сибирский и т.д.В число дериватов данных словообразовательных типов входят, как правило, имена собственные, обозначающие компании, финансовые организации, различные фирмы: Мосгаз, Мособлбанк, Роснефть, Сибнефть, Сибколбасы, РосУкрЭнерго, Росбизнесконсалтинг и т.д.

Интересным в плане функционирования является употребление в речи жителей города Омска элемента ‘гос’ в качестве полноценной лексемы со значением «Омский государственный университет им.
Ф.М. Достоевского». Данная единица приобрела морфологические характеристики существительного мужского рода, II субстантивного склонения, ср: «– Ты где учишься? – В госе». Высвобождение данной единицы, имеющей агглютинативный характер, из деривата госуниверситет связано, на наш взгляд, с частотностью употребления в речи данного деривата. Отметим, что в разговорной речи представлена ещё одна лексема гос в значении «государственный экзамен»: «У нас на следующей неделе госы, а потом диплом» (из разговора); «Меня из-за одного долга до госов не допускают» (из разговора).

Особое внимание привлекают дериваты четвертой группы, словообразовательный элемент в которых имеет омоним-существительное и выполняет функцию модификатора производящей базы: бизнес-план, Интернет-дневник, фитнес-центр, секс-туризм, рок-музыка, онлайн-сервис и т.д. Активно в круг таких элементов вовлекаются русские имена собственные и аббревиатуры: Горбачев-фонд, Левада-центр, ВАК-журнал.

Заимствованный характер отмеченных формантов выступает одним из условий активизации образований с их участием, поскольку, по мнению В.Г. Костомарова, их «гораздо проще употреблять «аналитически», чем уподоблять грамматическим правилам русского языка с богатой системой склонения». Отметим, что подавляющее большинство анализируемых единиц не способно образовать обычные имена прилагательные: *фитнесовый, *фитнесный, *роковый, *интернетский, *интернетовый.

Перечислим наиболее распространенные тематические группы (ТГ) аналитов, активно участвующих в современном словообразовании: ТГ-1 «экономическая сфера»: бизнес-, шоп-, прайс-, штрих-, топ-, офис- и др. ТГ-2 «технические и компьютерные технологии»: Интернет-, онлайн-, SMS- (смс-), DVD-, PC-, WEB-, CD-, IT-,  MP3- и др. ТГ-3 «социальная и политическая сфера»: мастер-, пресс-, PR- (пиар-), VIP- (вип-, ВИП-) и др. ТГ-4 «музыкально-эстетическая сфера»: рок-, поп-, ретро-, рэп-, хит- и др. ТГ-5 «спорт и здоровый образ жизни»: спорт-, допинг-, фитнес-. ТГ-6 «личная жизнь индивида»: секс-, интим-.

Раздел 2.3. «Формирование класса переходных от морфемы к слову единиц» обращен к качественным изменениям, сопровождающим развитие современного словообразования вследствие тенденции к аналитизму. По нашим наблюдениям, в современном русском языке наметился процесс, обратный тому, который сопровождает появление аффиксоидов, а именно:  активное продуцирование единиц переходного типа, которые демонстрируют движение от основ к аффиксам (пол(у)-, еже-, -вед и др.). В настоящее время ряд единиц (например, мега-, супер-, ультра-, экстра-), генетически являясь морфами, не только развивают собственное лексическое значение, но и обладают возможностью сочетаться с другими аффиксами, т.е. ведут себя как полноценные лексемы, ср.: «Открытие «Меги» в Омске даст толчок строительству дорог в Омске» («Мега» ­– название крупного торгового центра; существительное, изменяется по первому типу склонения; имеет самостоятельное ударение на первом слоге); «По данным ассоциации, в «Ультре» продавалась техника, изъятая со складов других компаний» («Ультра» – федеральная сеть магазинов сотовой связи; существительное, изменяется по первому типу склонения; имеет самостоятельное ударение на первом слоге). «Роман «Наивно. Супер» – бесспорно, самая известная книга Эрленда Лу» (Супер функционирует как самостоятельное слово; особенно это характерно для разговорной речи, ср.: « Как дела? – Супер» (=очень хорошо; неизм.).

Элементам супер, ультра свойственна необычайная словообразовательная активность, выражающаяся в том, что они присоединяют к себе аффиксы, образуя тем самым словообразовательные гнёзда. Особенно характерно данное явление для элемента супер: суперский («Мы сделаем суперскую медицину, и все бесплатно»),  суперски («Хочу в Новый год на корпоративном вечере выглядеть суперски»), суперовый («А вот на шестидесятой минуте суперовый шанс не использовал Кержаков»), суперово («Просто суперово отработал ЦИК во время выборов»); ультровый (ультровые цены). В каком-то отношении перед нами своеобразный лингвистический парадокс: приставка (хоть и бывшая) присоединяет к себе суффиксальный морф. Встречаются также префиксальные варианты: антисупер (настроение антисупер – пять пар с утра), мегасупер (мегасупер рыбалка) и под.

Возникнув как факт речи, данные единицы активно проникают в систему языка, свидетельством чему является их фиксация новейшими лексикографическими источниками:

ЭКСТРА, неизм.; в зн. прил. [от лат. extra – сверх меры, чересчур]

Самый высший, самый лучший (о сорте товара). Масло экстра. Чай экстра (БТС);

СУПЕР. Разг. I. -а; м. = Суперобложка. Книга в супере. Красочный с. II. неизм.; в зн. прил. Отличный, очень хороший, превосходный. У него джинсы просто с. III. в зн. нареч. Отлично, очень хорошо, превосходно. Как дела? – С.! (БТС).

СУПЕР1, -а, мн. -ы, -ов и -а, -ов (суперобложка) (РОС);

СУПЕР2, неизм. (восторженная оценка чего-н., жарг.) (РОС);

СУПЕР, в знач. сказ. (высшая оценка чего-л.) (РОС).

Таким образом, в настоящее время в русском языке активно формируется класс переходных от морфемы к слову единиц, которые в зависимости от синтагматического окружения способны выступать и как морфемы, и как слова.

Третья глава «Изоморфизм формальной и семантической структур производного слова» рассматривает производное слово как особый способ представления языкового знания, в котором ведущую роль играют пропозициональные структуры и их свертывание. Изоморфизм структур деривата предусматривает обращение к проблемам взаимосвязи формального и семантического компонента в его строении. В результате становится возможным объяснение многих механизмов современных словообразовательных процессов, в частности, раскрывается сущность повторной реализации словообразовательных моделей (О.П. Ермакова), наиболее активизировавшейся в области различных наименований лиц.

В разделе 3.1. «Развитие новых деривационных моделей со значением субъекта в современном русском языке» идёт речь о том, что если новое значение слова  формируется в процессе «внесловной» деривации с использованием различных словообразовательных средств, то необходимо говорить прежде всего о словообразовательной мотивации, нежели о семантической, поскольку новое и исторически предшествующее значения имеют одну и ту же мотивирующую основу, однако между ними не возникает отношений семантической обусловленности одного другим. Сравним новые значения существительного чеченец (по данным ННЛ):
1. Российский воин, принимавший участие в военных действиях на территории Чеченской республики в 1995-1996 гг. 2. Чеченский боевик – участник незаконных вооруженных формирований, ведущих борьбу против федеральной власти за независимость Чечни. 3. Член криминальной группировки, главарь или участники которой являются чеченцами, уроженцами Чеченской республики.

Сравним исторически предшествующее значение данного слова (чеченцы – народ, составляющий основное коренное население Чечни (СОШ; 884)) и значение «Российский воин…». Совершенно очевидно, что оба слова образованы по одной и той же словообразовательной модели, имеют одну мотивирующую базу (чеченец (житель) < Чечня  + -ец; чеченец (воин) < Чечня + -ец), однако новое значение и исходное не связаны отношениями мотивированности, семантической выводимости, как в случаях внутрисловной деривации. Такой способ словообразования Н.З. Котелова предлагает называть также агрегатированием, указывая, что новое, мотивированное, значение обычно более сложно по структуре основы, чем мотивирующее слово. Количество таких значений регулируется лишь смысловым потенциалом производящей основы. Иными словами, все значения определяются скрытыми пропозициональными элементами, представленными в семантической структуре деривата. При этом для выявления того или иного значения необходим достаточно широкий контекст, выявляющий все смысловые связи и отношения слов, образованных как вторичные дериваты. Обязательное наличие контекста позволяет причислить данные дериваты к контекстообусловленным формам, появление и активизация которых в русском языке сопряжены с тенденцией к аналитизму. Ср. функционирование деривата военка: российская военка постепенно выходит из кризиса (военка - ‘военная промышленность’); в университете закрыли военку (военка - ‘военная кафедра’); постирал военку (военка - ‘военная форма’) и т.д.

Увеличение числа анализируемых форм также свидетельствует о росте аналитизма в современном русском языке. Кроме того, появление семантических дериватов позволяет говорить об экономии языковых средств на уровне формального (морфемного) словообразования, следовательно, антиномия «код – текст» разрешается в пользу последнего.

Раздел 3.2. «Специализация формантов, выражающих определенные словообразовательные значения»  содержит сведения о том, как тенденция к аналитизму проявляется на уровне семантики морфемы. В настоящее время возрастает число суффиксальных морфем, имеющих единое значение и сочетающихся со строго определенным кругом основ. Следовательно, можно говорить о том, что служебные морфемы стремятся получить одно определенное значение, проявляющееся в их использовании в пределах какого-либо словообразовательного типа. Покажем действие данного механизма на примере словообразовательного макротипа «наименование лица»:

суффикс

значение

примеры

-ник-

1. Лицо по профессии

2. Лицо по предмету торговли

3. Разновидность воров

4. Лицо по болезни

рыночник, термопечатник;

сосисочник, арбузник;

карманник, барсеточник, форточник;

сердечник, инсультник, гастритник

-щик- (-чик-)

Лицо по отношению к сфере труда

компьютерщик, пиарщик, парфюмерщик, рекламщик

-тель -

1. Лицо по роду деятельности

2. Лицо по роду деятельности (шутл.)

дознаватель, доверитель, завещатель, отправитель;

вычёркиватель, чинитель,

поедатель, разноситель

-ик-

(после основ на задне-язычные, с интерфиксами)

Лицо по роду профессиональной деятельности

налоговик, языковик

-ец-

(с интерфиксами -ов-, -ан-, -ин-)

Лицо по отношению к другому лицу или месту проживания, работы

зожевец (‘читатель газеты «ЗОЖ»’), аифовец (‘читатель газеты «АиФ»’), путинец, лимоновец, пентагоновец, кубинец

-ист-

1. Лицо по отношению к виду спорта

2. Лицо по профессии

3. Лицо по характеру деятельности

тениссист, регбист, дзюдоист

двигателист, маникюрист

уклонист

В заключении подводятся итоги исследования, обобщаются результаты, которые соотносятся с исходной гипотезой. Делается вывод о том, что в словообразовании современного русского языка вследствие действующей тенденции к аналитизму происходят качественные и количественные изменения, ведущие к структурной и семантической дискретности морфемы. Перспективы исследования состоят в том, чтобы соотнести факты языка и речи с изменениями, происходящими в языковом сознании  индивида, поскольку очевидно сопоставление аналитизма как средства категоризации мира и отражения человеческого восприятия прежде всего в слове.

 

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

Статья, опубликованная в издании, рекомендованном Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки РФ:

Виданов, Е.Ю. Контекстообусловленные формы в современном русском языке [Текст] / Е.Ю. Виданов // Мир науки, культуры, образования. – № 4. – 2010. – С.61-64.

Статьи, опубликованные в других изданиях:

  1. Виданов, Е.Ю. Прагматика склоняемых вариантов несклоняемых слов [Текст] / Е.Ю. Виданов // Материалы первой региональной научно-практической конференции «Лингвистика. Коммуникация. Культура», Омск, 19 марта 2007 года: Сборник статей / Отв. ред.
    Е.А. Глотова. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2007. – С. 52-56.
  2. Виданов, Е.Ю. К вопросу об агглютинативности в словообразовании русского языка [Текст] / Е.Ю. Виданов // Язык. Человек. Ментальность. Культура. Материалы Всероссийской научной конференции с международным участием. 14-16 декабря 2007 г. Ч. 2. – Омск: Омск. гос. ун-т. им. Ф.М. Достоевского, «Вариант-Омск» 2008. – С. 74-78. 
  3. Виданов, Е.Ю. Динамика деривационных моделей современного русского языка [Текст] / Е.Ю. Виданов // Русская филология: язык – литература – культура: Материалы научно-практической конференции / отв. ред. Е.А. Глотова. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2008. – С.12-16.
  4. Виданов, Е.Ю. Прагматика деривационных моделей в современном русском языке [Текст] / Е.Ю. Виданов // Гуманитарное знание. Серия «Преемственность»: сборник научных трудов. Ежегодник. Выпуск 11. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2008.– С. 79-81.
  5. Виданов, Е.Ю. Проблемы изучения морфонологии заимствованных слов в русском языке [Текст] / Е.Ю. Виданов // Лингвистика. Коммуникация. Культура: материалы Второй региональной научно-практической конференции, посвящённой 200-летию со дня рождения Н.В. Гоголя, Омск, 31 марта 2009 года: сборник статей / отв. ред. Е.А. Глотова. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2009. – С. 112-117.
  6. Виданов, Е.Ю. Об иноязычном влиянии в современном словообразовании [Текст] / Е.Ю. Виданов // Славянские чтения: материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием, 10-11 июня 2009 года / Под. ред.
    Т.П. Рогожниковой. – Омск: Вариант-Омск, 2009. – Вып. XIII. Языки и культуры. – С. 33-37.
  7. Виданов, Е.Ю. Формирование класса переходных единиц в современном словообразовании [Текст] / Е.Ю. Виданов // Русско-китайские языковые связи и проблемы межцивилизационной коммуникации в современном мире: материалы Международной науч.-практ. конф. Омск, 18–19 ноября 2009 года / отв. ред.
    Л.Б. Никитина. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2009. – С. 178-182.
  8. Виданов, Е.Ю. Русская неология, или словообразование «на грани нервного срыва» [Текст] / Е.Ю. Виданов // Русская филология: язык – литература – культура: материалы научно-практической конференции. Омск, 30 марта 2010 года / отв. ред. Е.А. Глотова. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2010. – С. 14-18.
  9. Виданов, Е.Ю. К лингвистическому определению понятия аналитизм (на примере словообразования) [Текст] / Е.Ю. Виданов // Актуальные проблемы лингвистики: антропоцентризм, семантика, прагматика: Сборник научно-методических статей кафедры русского языка и методики преподавания русского языка Челябинского государственного педагогического университета. – Челябинск: Изд-во ЧГПУ, 2011. – С. 23-30.

Будучи способным производить как имена лиц (учитель), так и имена действующих механизмов (выключатель), суффикс -тель, по данным современных исследований, снижает продуктивность в области образования имён лиц, специализируясь на обозначении устройств, механизмов (проигрыватель, водонагреватель, отпугиватель и т.д.). Однако в официально-деловой речи достаточно большое количество имен лиц с данным суффиксом: дознаватель, пользователь, даритель, работодатель и др.

 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.