WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

Практика и её роль в механизме уголовно-правового регулирования

Автореферат кандидатской диссертации

 

На правах рукописи

 

ВИШНЕВЕЦКАЯ Ирина Николаевна

 

 

ПРАКТИКА И ЕЕ РОЛЬ  

В МЕХАНИЗМЕ

УГОЛОВНО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ

12.00.08 – уголовное право и криминология;

уголовно-исполнительное право

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на  соискание ученой степени

кандидата юридических наук

 

 

 

 

Москва – 2008

Диссертация выполнена в Государственном образовательном

учреждении высшего профессионального образования

«Саратовская государственная академия права»

     Научный руководитель –       доктор юридических наук, профессор,                                                                 

РАЗГИЛЬДИЕВ Бяшир Тагирович                                                                             

     Официальные оппоненты:    доктор юридических наук, профессор

                                                          ТОЛКАЧЕНКО Анатолий Анатольевич

                                                          кандидат юридических наук, доцент

ДРОЗДОВ Владимир Юрьевич

 

 

     Ведущая организация –          ВНИИ МВД России       

 

     Защита состоится 13 ноября 2008 года в 14 часов на заседании диссертационного совета Д.212.134.05 при Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Московский государственный лингвистический университет» по адресу:  119034 г. Москва, ул. Остоженка, д. 38, ауд. 87.

     С диссертацией можно ознакомиться в диссертационном читальном зале библиотеки Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Московский государственный лингвистический университет».

     Автореферат разослан «06» октября 2008 года.

  

Ученый секретарь                                     

диссертационного совета,                  

кандидат юридических наук                                                  С.В. Борисова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

         Актуальность темы диссертационного исследования. Эффективное правовое регулирование общественных отношений, осуществляемое с целью их упорядочения, правовой защиты и охраны, является необходимым условием гармоничного развития российского общества. В связи с этим особое значение приобретают не только теоретические, но и практические аспекты правового регулирования и охраны. При этом следует четко следовать общеметодологической установке: теория без практики мертва, а практика без теории беспредметна.

Актуальность темы данного исследования обусловлена новизной самой темы диссертационной работы. В правоведении активно обсуждается проблема юридической практики в общетеоретическом аспекте. Однако данная проблема имеет и отраслевое значение.

В уголовно-правовой науке исследуются не только общетеоретические, но и практические аспекты уголовно-правового регулирования и охраны общественных отношений. Вместе с тем российское уголовное право зачастую игнорирует значительную часть своего собственного предмета – социологию уголовного права .

Знание эмпирического мира, т.е. познание на опыте реальных процессов действия уголовного законодательства – необходимое условие развития теории уголовного права. Изучение такого эмпирического мира в процессе уголовно-правовых исследований связано обычно с непосредственным анализом конкретных фактов юридической практики.

Такой подход имеет право на существование. Однако анализ отдельных эмпирических фактов не может привести к пониманию сущности практики как самостоятельного уголовно-правового явления. Сама практика   нуждается в фундаментальном, комплексном исследовании. Цель такого теоретического анализа  состоит в том, чтобы, опираясь на методологический потенциал философского и общетеоретического рассмотрения понятий  социальной и юридической практики, определиться с сущностным содержанием категории уголовно-правовой практики, ее соотношением с другими понятиями – уголовное право и  законодательство, правомерное и противоправное поведение, реализация уголовного права, уголовное правоотношение и т.д.

Необходимость современного анализа уголовно-правовой практики в широком смысле как накопленного опыта уголовно-правовой законотворческой, интерпретационной и правореализационной деятельности определяется принятием Конституции РФ 1993 г., существенным обновлением всего российского законодательства, включая и уголовное. Уголовный кодекс РФ 1996 г. отразил переход России к этапу постсоциалистического развития, признанию идеологии приоритета общечеловеческих ценностей, обеспечению соответствия уголовно-правовых запретов основам конституционного строя Российской Федерации, целям охраны и защиты прав и свобод человека и гражданина, а также общепризнанным принципам и нормам международного права.

Новые концептуальные основы и приоритеты уголовного права, современные подходы к законотворчеству и уголовному правоприменению обусловили особую актуальность не только их  провозглашения, но и непосредственной реализации  на практике с учетом собственного опыта, а также опыта зарубежных стран, требований  международно-правовых стандартов. Анализ такой практики, социологии уголовного права – необходимое условие его развития и совершенствования с учетом реалий современной российской действительности.

         Степень научной разработанности темы и теоретико-практическая база исследования.  Проблема практики как общефилософская и правовая категория получила свое достаточно глубокое и разностороннее освещение в научной литературе. Общефилософский аспект практики нашел осмысление в трудах представителей философской науки – П.В. Алексеева, В.А. Вороновича, А.С. Кармана, А.В. Панина, А.А. Радугина, С.Я. Свирского, А.Г. Спиркина и др.

Практике как юридической категории и ее отдельным разновидностям посвящены труды не только теоретиков права, но и представителей  различных отраслевых юридических наук, а также практических работников – С.С. Алексеева В.К. Бабаева, С.Н. Братуся, А.Б. Венгерова, К.М. Гарапшина, А. Герлоха, В.М. Горшенева, Ю.И. Гревцова, В.В. Демидова, И.Я. Дюрягина, Н.Д. Железновой, В.М. Жуйкова, В.П. Казимирчука, В.Н. Карташова, В. Кнаппа, В.Н. Кудрявцева, В.М. Лебедева,  В.И. Леушина, М.Н. Марченко, В.С. Нерсесянца, В.И. Радченко, В.П. Реутова  и др.

В уголовно-правовой науке практическим  аспектам уголовно-правового регулирования и охраны общественных отношений уделяется внимание во всех без исключения научных исследованиях по уголовному праву  и, прежде всего, в трудах – В.Г. Беляева, Г.Н. Борзенкова, С.В. Бородина, Г.В. Вериной, Б.С. Волкова, Б.В. Волженкина, Р.Р. Галиакбарова, Л.Д. Гаухмана, И.Э. Звечаровского, Б.В. Здравомыслова, А.Н. Игнатова, Л.В. Иногамовой-Хегай, В.П. Кашепова, С.Г. Келиной, А.И. Коробеева, Л.Л. Кругликова, Н.Ф. Кузнецовой, Н.А. Лопашенко, В.В. Лунеева, С.В. Максимова, В.В. Мальцева, А.В. Наумова, Н.И. Пикурова, Б.Т. Разгильдиева, А.И. Рарога, А.А. Толкаченко,  Н.А. Шулепова, А.И. Эрделевского, П.С. Яни и др.

Исследуются также различные аспекты уголовно-правовой практики: судебная практика как источник уголовного права и ее роль в механизме уголовно-правового регулирования – в трудах А.Э. Жалинского, О.Л. Дубовика, Н.М. Кропачева, В.С. Прохорова, С.С. Пирвагидова и др.; правовой природы постановлений Пленума Верховного Суда РФ – А.В. Мадьяровой, З.И. Незнамовой, А.И. Чучаева и др.;  роли судебного прецедента в уголовном праве – Л.В. Быкодоровой, К.А. Волкова, К.В.  Ображиева, Р.З. Пудовочкина,  А. Кибальника и др. Вместе с тем ученые, анализирующие эмпирические факты, отдельные виды, аспекты уголовно-правовой практики, постоянно вынуждены «натыкаться» на нерешенные общие  проблемы.

Накопленный научный потенциал общетеоретического и отраслевого осмысления юридической практики наряду с философской, историко-правовой, социологической литературой послужили теоретической основой настоящего диссертационного исследования. Большую значимость для разработки проблем диссертационного исследования имели труды великих мыслителей прошлого: Г. Гегеля, И. Канта,  В.И. Ленина, К. Маркса и др. В работе нашли также отражение научные представления дореволюционных русских ученых и зарубежных авторов, относящиеся к данной проблематике.

Отдавая должное ученым, исследовавшим различные стороны, аспекты  уголовно-правовой практики, вместе с тем следует отметить отсутствие в уголовно-правовой науке комплексного теоретико-методологического  исследования практики как целостной, самостоятельной уголовно-правовой категории и ее роли в механизме уголовно-правового регулирования, что и определило выбор темы, актуальность настоящего диссертационного исследования и основные направления его осуществления.

         Объектом диссертационного исследования является практика как уголовно-правовое явление и  возникающие в связи с ее существованием  отношения.

         Предмет диссертационного исследования составляют Конституция РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры, уголовное законодательство и законодательство других отраслей российского права, решения Конституционного Суда РФ, постановления Пленума Верховного Суда РФ, следственная и судебная практика Саратовской и Самарской областей, научная литература по философии, юриспруденции, политологии, социологии и др. отраслям знания по теме диссертационного исследования, данные анкетирования судей, сотрудников правоохранительных органов, опроса научных экспертов.

         Цель диссертационного исследования заключается в выдвижении и обосновании научной концепции практики как целостной и самостоятельной уголовно-правовой категории, определении ее роли и значения в системе правовых средств  уголовно-правового регулирования.

Достижение этой цели обусловило постановку и решение следующих задач:       

– обоснование широкого понимания уголовно-правовой практики как практики уголовного законотворчества, толкования и применения уголовного закона;

– определение структуры уголовно-правовой практики: ее содержания (субъектов, объектов, динамики – действий и операций, целей и результатов) и формы (внутренней и внешней);

– выявление типологии и видового многообразия уголовно-правовой практики;

– обозначение места и роли практики в системе правовых средств уголовно-правового регулирования;

– характеристика функций практики в механизме уголовно-правового регулирования;

– выявление социальной ценности уголовно-правовой практики, определение основных направлений ее совершенствования и повышения роли в достижении целей и решении задач, стоящих перед уголовным правом;

– определение путей и средств конституционализации уголовно-правовой практики;

– выработка конкретных рекомендаций по совершенствованию уголовно-правовой правотворческой и правоприменительной практики.

Методология и методика исследования. Достижение цели и решение поставленных задач осуществлялось посредством использования диалектического метода научного познания, а также общенаучных (анализ и синтез, индукция и дедукция, исторический, логический) и частных методов (формально-юридический, сравнительно-правовой, системно-структурный, функциональный, статистический, конкретно-социологический и др.). Большое внимание уделялось взаимосвязи абстрактного и конкретного, общего, особенного и единичного.

При работе над диссертацией привлекались информационные ресурсы Интернета, справочных правовых систем «Гарант» и «Консультант-Плюс». 

         Эмпирическую основу диссертационного исследования составили постановления и определения Конституционного Суда РФ, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Верховного Суда РФ, определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ, статистические данные о состоянии преступности в Российской Федерации и регионах России, материалы ведомственного статистического наблюдения Управления Судебного департамента Верховного Суда РФ по Саратовской области за 2002-2007 гг., аналитические материалы Саратовской областной прокуратуры, обобщение практики назначения основных видов наказания районными (городскими) и мировыми судами Саратовской области. Выборочно проанализированы материалы 140 уголовных дел, рассмотренных судами Саратовской и Самарской областей в 2002-2008 гг. Проведено анкетирование по специально разработанной анкете 430 судей, сотрудников правоохранительных органов, опрос 85 научных экспертов.

         Научная новизна исследования определяется самой постановкой проблемы и заключается в том, что в диссертации дается комплексный анализ проблем, связанных с характеристикой уголовно-правовой практики как самостоятельной уголовно-правовой категории, а также ее роли и значения в механизме уголовно-правового регулирования. Предпринята попытка обоснования широкого понимания уголовно-правовой практики, что позволяет обеспечить объединение в рамках одной категории практических аспектов как уголовного правообразования, так и правореализации.

Элементы новизны содержатся также в выводах и предложениях, сформулированных по результатам исследования.         

На защиту выносятся следующие основные положения:

1. Уголовно-правовая практика – это практическая юридическая деятельность уполномоченных государственных органов по изданию, толкованию, реализации уголовно-правовых предписаний, рассматриваемая в неразрывной связи с ее результатами и накопленным уголовно-правовым опытом. В соответствии с таким широким пониманием уголовно-правовой практики в ее структуре предлагается выделять правотворческий, интерпретационный и правоприменительный типы уголовно-правовой практики, каждый из которых, в свою очередь, имеет разнообразные виды и подвиды.

2. Уголовно-правовая практика представляет собой сложное, полиструктурное образование, в рамках которого предлагается выделение таких ее важнейших составляющих, как: уголовно-правовая деятельность (динамическая сторона практики) и социально-правовой опыт такой деятельности (статическая сторона практики). Соответственно конституирующими элементами содержания уголовно-правовой практики (правотворческой, интерпретационной, правоприменительной) выступают объекты, субъекты и участники уголовно-правовой деятельности, юридические действия и операции, средства, способы и методы их осуществления (технология), результаты уголовно-правовой деятельности и обобщенный социально-правовой опыт.

3.      Уголовно-правовой опыт является совокупным результатом уголовно-правовой деятельности и ее обобщенным итогом. Такой опыт формируется путем отбора в процессе практической уголовно-правовой деятельности всего наиболее значимого, оптимального и эффективного, имеющего важное  значение для совершенствования уголовно-правовой охраны общественных отношений, дальнейшего совершенствования уголовного законодательства и практики его реализации. Опыт дает определенные ориентиры, типичные образцы, подходы к практическому разрешению уголовно-правовых вопросов.

4.   Уголовно-правовая правотворческая практика призвана обеспечивать охрану интересов личности, общества и государства не на принципах приоритетности, а равноценности этих интересов и соответственно их равной правовой охраны и защиты. В связи с этим предлагается внести изменения в ч. 1 ст. 2 УК РФ, дополнив ее следующим предложением: «Охрана интересов личности, общества и государства обеспечивается уголовным законом на основе признания этих интересов равноценными». Это вовсе не означают равноценности всех объектов уголовно-правовой охраны и защиты. Речь идет лишь о том, что градация ценностей и интересов, охраняемых уголовным законом, должна определяться тем, какие это ценности и интересы, а не чьи.

5.  Интерпретационная практика – это практическая деятельность уполномоченных государственных органов по установлению подлинного смысла уголовного закона и накоплению соответствующего опыта его толкования в целях выработки единого ряда правовых позиций, позволяющих правоприменителю «держать линию», создавать единообразную, непротиворечивую практику.

6.    Разъяснения Верховного Суда РФ по вопросам судебной практики по своей правовой природе можно определить как «смешанный» правовой акт, сочетающий нормативные предписания, элементы толкования и правоприменения. «Квазинормативность» данных разъяснений обусловлена тем обстоятельством, что ими не могут устанавливаться или отменяться уголовно-правовые запреты. Разъяснения Верховного Суда РФ по вопросам судебной практики могут содержать лишь конкретизирующие и детализирующие уголовно-правовые запреты положения, без которых  единообразное понимание и применение уголовного закона практически невозможно, что и позволяет рассматривать их в качестве дополнительных (производных от закона) источников уголовного права.

7.  Практика применения уголовного закона – это единство властной деятельности уполномоченных государственных органов, направленной на вынесение индивидуально-конкретных уголовно-правовых предписаний, и выработанного в ходе такой деятельности правового опыта, определяющего более или менее устойчивые тенденции (линии), целесообразные методы и способы уголовного правоприменения.

8.  Практика является необходимым элементом механизма уголовно-правового регулирования. Наряду с основными (нормативными) средствами механизм уголовно-правового регулирования включает и иные (поднормативные) средства правового регулирования (в том числе уголовно-правовую практику), призванные конкретизировать и детализировать типичные уголовно-правовые предписания применительно к конкретным жизненным ситуациям. Производный и вспомогательный характер таких поднормативных правовых средств не умаляет их роли и значения в механизме уголовно-правового регулирования.

9.    Практика в механизме уголовно-правового регулирования выполняет особые функции, под которыми следует понимать основанные на обобщенном уголовно-правовом опыте основные направления ее воздействия на совершенствование уголовного законодательства и его реализацию в целях решения основных задач уголовного права. Предлагается выделять следующие специально-юридические функции уголовно-правовой практики: функция обновления и корректировки уголовного законодательства; правоконкретизирующая и правообеспечительная функции, сигнально-информационная, ориентирующе-прогностическая функции.

         Научная и практическая значимость исследования состоит в том, что его результаты расширяют основу для дальнейшего научного изучения проблем уголовно-правовой практики как в целом, так и отдельных ее разновидностей; определения  роли и назначения практики в механизме уголовно-правового регулирования и основных направлений ее совершенствования.

Выводы, оценки, предложения, сформулированные в диссертационном исследовании, могут быть востребованы в законотворческой деятельности, а также в практической деятельности судов и иных правоохранительных органов при реализации уголовного законодательства.

Материалы диссертационной работы могут быть использованы в учебном процессе по уголовному, уголовно-исполнительному праву, криминологии, а также отдельного спецкурса по проблемам уголовно-правовой практики в юридических вузах и на курсах повышения квалификации практических работников.

         Апробация результатов исследования. Результаты диссертационного исследования обсуждены и одобрены на заседаниях кафедры уголовного и уголовно-исполнительного права Саратовской государственной академии права, а также отражены в шести научных публикациях.

Основные теоретические положения и практические рекомендации были изложены автором в выступлениях на Всероссийской научно-практической конференции «Уголовно-правовые, пенитенциарные принципы и их реализация: правотворческий, правоприменительный уровни», состоявшейся 28-29 марта 2005 в г. Саратове; Межрегиональной научно-практической конференции студентов, аспирантов, молодых ученых «Проблемы реализации и тенденции развития современного законодательства и права», состоявшейся 20 апр. 2006 г. в г. Саратове.

Материалы диссертационного исследования использовались соискателем при проведении учебных занятий по уголовному праву и уголовному процессу в Московском областном институте управления (Московская обл., г. Балашиха).

         Структура диссертационной работы обусловлена целью и задачами исследования. Работа состоит из введения, двух глав, подразделенных на шесть параграфов, заключения, библиографического списка и приложения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

         Во введении обосновываются актуальность, степень научной разработанности темы, цель и задачи диссертационного исследования, определяются его теоретико-практическая и методологическая основы, научная и практическая значимость, новизна, основные положения, выносимые на защиту, а также данные апробации результатов диссертационного исследования.

Первая глава «Практика как уголовно-правовая категория», состоящая из трех параграфов, посвящена рассмотрению понятия, содержания и структуры уголовно-правовой практики, определению ее типологии и видового многообразия, характеристике практических аспектов уголовного правотворчества, толкования и применения уголовного закона.

В первом параграфе «Понятие, содержание, структура уголовно-правовой  практики» на основе философского осмысления практики и общетеоретического понятия юридической практики предпринята попытка обоснования уголовно-правовой практики как самостоятельной правовой категории, особой разновидности юридической практики наряду с другими ее отраслевыми видами.

Отмечается, что уголовно-правовая практика – это сложное, внутренне дифференцированное единство многих составляющих ее элементов – субъектов и объектов, целей и результатов, практической деятельности и опыта такой деятельности, форм выражения, типов и видов и т.д. Для уголовно-правовой практики как целостного понятия характерна специфическая взаимосвязь  и взаимодействие всех составляющих ее элементов, свойств и признаков, формирующие качественно новое правовое явление, характеризующееся своими особенностями формирования, функционирования и выражения.

В диссертации аргументируется положение о том, что содержательный анализ уголовно-правовой практики предполагает выделение таких ее важнейших составляющих, как: уголовно-правовая деятельность, под которой следует понимать осуществляемую уполномоченными на то государственными органами деятельность (совокупность действий и операций), направленную на принятие уголовного законодательства и достижение определенных уголовным правом целей и задач (динамическая сторона практики),  и ее совокупный результат – социально-правовой опыт такой деятельности (статическая сторона практики). Обе стороны уголовно-правовой практики неразрывно связаны и не должны рассматриваться в отрыве друг от друга. Именно в единстве этих двух проявлений  уголовно-правовой практики наиболее полно проявляется ее природа, содержание и сущность, место и роль в механизме уголовно-правового регулирования.

Важным структурным элементом содержания уголовно-правовой практики являются средства, способы и методы ее осуществления. Применяемые в ходе уголовно-правовой деятельности средства и способы, методы составляют в своей совокупности «технологию» уголовно-правовой практики и должны быть оптимальными и достаточными для достижения поставленных целей.

Самостоятельным компонентом структуры уголовно-правовой практики являются ее результаты. Результат – это всегда то, что получено в завершении какой-нибудь деятельности, работы, ее итог . Результат уголовно-правовой практики воплощает в себе итог соответствующих операций и действий субъектов и иных участников уголовно-правовой деятельности. Именно по результату всегда судят об эффектив­ности уголовно-правовых предписаний и самой уголовно-правовой деятельности.

Результат уголовно-правовой деятельности в механизме правового воздействия на общественные отношения всегда  определяется его соотношением с теми целями, которые ставятся перед субъектами. Сте­пень  совпадения или несовпадения цели и результата определяет эффективность уголовно-правовой деятельности, использованных в ее процессе средств, способов и методов уголовно-правового воздействия.

В структуре уголовно-правовой практики наряду с уголовно-правовой деятельностью важная роль отводится социально-правовому опыту. Уголовно-правовой опыт является совокупным результатом уголовно-правовой деятельности и ее обобщенным итогом. Опыт формируется путем отбора в процессе практической уголовно-правовой деятельности наиболее значимых, оптимальных и эффективных аспектов такой деятельности, имеющих важное значение для совершенствования уголовно-правовой охраны общественных отношений, дальнейшего совершенствования уголовного законодательства и практики его реализации.

Опыт не следует отождествлять с результатами уголовно-правовой деятельности. Результаты всегда  конкретны и индивидуализированны, могут иметь как положительный, так и негативный характер (например, несовершенное уголовное законодательство, ошибки в сфере правореализации). Социально-правовой опыт всегда имеет обобщенный характер и аккумулирует только все позитивное и ценное, отобранное в ходе уголовно-правовой деятельности. Самостоятельная ценность опыта прежде всего связана с тем, что он дает определенные образцы, типичные подходы к практическому разрешению юридических вопросов (правотворческих и правоприменительных). Без учета накопленного социально-правового опыта невозможны ни эффективное уголовное законотворчество, ни его систематизация, интерпретация  и реализация.

Уголовно-правовую практику необходимо рассматривать в диалектическом единстве ее содержания и формы. Содержание позволяет раскрыть единство всех основных элементов и свойств практики, форма – показать внутренние связи практики и внешнее выражение ее содержания.

В диссертации обосновывается широкий подход к понятию уголовно-правовой практики, охватывающий весь спектр практической юридической деятельности по уголовному законотворчеству, толкованию и реализации норм уголовного права, накоплению, аккумулированию в процессе данной деятельности определенного социально-правового опыта. Таким образом, уголовно-правовая практика – это практическая юридическая деятельность уполномоченных государственных органов по изданию, толкованию, реализации уголовно-правовых предписаний, рассматриваемая в неразрывной связи с ее результатами и накопленным уголовно-правовым опытом.

Во втором параграфе «Типология и видовое многообразие уголовно-правовой практики» аргументируется положение о многообразии  различных типов, видов и подвидов уголовно-правовой практики. При этом наиболее существенный характер имеет вопрос о типологии уголовно-правовой практики.

На основе анализа различных точек зрения по поводу типов юридической деятельности диссертант приходит к выводу, что в зависимости от такого существенного критерия, как характер, способ преобразования общественных отношений, следует различать три основных типа уголовно-правовой практики – правотворческий, интерпретационный и правоприменительный  (правореализационный).

Все остальные основания классификации (по субъектам, функциональному назначению и т.д.) носят менее существенный характер и определяют возможности подразделения отдельных типов уголовно-правовой практики на различные виды, которые, в свою очередь, могут делиться на подвиды. Выделение отдельных типов, видов (подвидов) уголовно-правовой практики обусловлено ее разнообразием и многогранностью – спецификой субъектов и участников, объекта деятельности, юридических действий и операций, средств и способов их осуществления, полученных результатов и т.д. Характеристика всех многообразных типов и видов уголовно-правовой практики, выявление их взаимодействия и взаимовлияния позволяет получить целостное представление об уголовно-правовой практике.

         Уголовно-правовая правотворческая практика. Не следует отождествлять понятия правотворчество и правотворческая практика. Под уголовно-правовой правотворческой практикой следует понимать деятельность уполномоченных государственных органов по созданию, изменению и отмене уголовно-правовых норм, взятую в единстве с ее результатами и накопленным социально-правовым опытом. В связи с этим в диссертации анализируются субъекты и участники, объекты уголовно-правовой правотворческой практики, ее технология (средства, способы и методы), цели и результаты (уголовное законодательство) как воплощение накопленного опыта уголовного правотворчества.

С точки зрения видового многообразия уголовно-правовая правотворческая практика рассматривается в форме правоустанавливающей, правоизменяющей, правоконкретизирующей, правоотменяющей практики. Каждая из указанных разновидностей уголовно-правовой правотворческой практики отличается по субъектам и участникам, их полномочиями, способами и методами деятельности и другими проявлениями.

Отмечается, что социальная адекватность и эффективность правотворческой практики непосредственно определяется ее соответствием коренным интересам и потребностям общества, социальных групп, отдельной личности. Кроме того, обосновывается необходимость обеспечения соответствия затрат на уголовное право возможностям общества и их влияния на уровень жизни населения, ход экономических процессов, культуру, образование и пр., а также учета согласия общества, учитывая его дифференциацию, со сложившейся уголовно-правовой практикой .

Для современного уголовного правотворчества характерны деидеологизация и гуманизация, изменение приоритетов в объектах уголовно-правовой охраны, приведение в соответствие с реалиями нового демократического конституционного строя России, общепризнанными нормами и принципами международного права.

В процессе уголовного правотворчества должны неуклонно обеспечиваться основные задачи уголовного закона: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений (ст. 2 УК РФ). Определенные в УК РФ задачи, как верно отмечено Б.Т. Разгильдиевым, ориентируют законодателя на конструирование составов преступлений, обеспечивающих охрану лишь тех объектов, которые уже заложены в качестве таковых в соответствующей уголовно-правовой норме .

При этом уголовно-правовая охрана  интересов личности, общества и государства должна строиться не на принципах приоритетности, а равноценности этих интересов и соответственно их равной правовой охраны и защиты. В связи с этим предлагается внести изменения в ч. 1 ст. 2 УК РФ, дополнив ее следующим предложением: «Охрана интересов личности, общества и государства обеспечивается уголовным законом на основе признания этих интересов равноценными». Данное мнение подтверждается и результатами проведенного социологического исследования. Мнения практических работников по вопросу, чьи интересы в приоритетном порядке должен охранять уголовный закон, разделились следующим образом:

1) интересы личности – 32,9 %;       2) интересы общества – 8,5 %;

3) интересы государства – 4,9 %;     4) равноценная защита – 53,7 %.

Современная  правотворческая практика должна адекватно учитывать состояние и динамику уголовной преступности, преобладание насильственных посягательств и иных преступлений повышенной общественной опасности, появление новых угроз – терроризма, сепаратизма, этнических конфликтов, религиозного экстремизма.

Существенная роль в структуре уголовно-правовой практики принадлежит интерпретационному типу уголовно-правовой практики, практике толкования уголовного закона. Интерпретационная практика – это практическая деятельность уполномоченных государственных органов по установлению подлинного смысла уголовного закона и накоплению соответствующего опыта его толкования в целях выработки единого ряда правовых позиций, позволяющих правоприменителю «держать линию», создавать единообразную, непротиворечивую практику.

В диссертации анализируются круг субъектов интерпретационной практики, ее объекты и предмет, соответствующие действия и операции, направленные на выявление подлинного смысла и содержания уголовного закона, ее технология (средства, приемы, способы толкования). Практика толкования уголовного закона рассматривается не только с точки зрения ее содержания, но и формы (внутренней – интерпретационный процесс и внешней – акты толкования уголовного закона).

Интерпретационная уголовно-правовая практика связана с деятельностью уполномоченных государственных органов и включает официальное обязательное толкование, причем как нормативное (аутентичное и легальное), имеющее общий характер, так и правоприменительное, осуществляемое субъектами реализации уголовного закона и имеющее, как правило, казуальный характер.

Федеральное Собрание РФ вправе осуществлять такое толкование «по праву», другие государственные органы – в силу специально предоставленных полномочий. Так, Конституционный Суд РФ дает не только официальное толкование Конституции РФ, но и в процессе осуществления абстрактного и конкретного нормоконтроля фактически осуществляет толкование уголовного закона, которое носит не целевой, а процедурный характер. Такой «попутный» характер толкования Конституционным Судом РФ уголовного закона не умаляет его значимости и обязательности.

Разъяснения Верховного Суда РФ по вопросам судебной практики, всегда основаны на обобщении большого числа судебных дел, носят общий, неперсонифицированный характер и, чаще всего, воспринимаются правоприменителем как нормативные и обязательные. Так, в 2006 г. Президиумом Саратовского областного суда в связи с принятием постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» пересмотрено более 140 приговоров по уголовным делам, по которым действия лиц, связанные с незаконным оборотом наркотических средств, в порядке надзора были переквалифицированы на покушение на сбыт наркотических средств .

Таким образом, разъяснения Пленума Верховного Суда фактически уже давно являются дополнительным источником уголовного права, что подтверждается и проведенным социологическим опросом. За признание постановлений Пленума Верховного Суда РФ источниками уголовного права и придание им обязательного характера высказались около 55 % судей и сотрудников правоохранительных органов.

Наиболее приемлемой оценкой правовой природы разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по вопросам судебной практики является их рассмотрение в качестве «смешанных», включающих как нормативные предписания, так и элементы толкования и правоприменения. Вместе с тем постановлениями Пленума Верховного Суда РФ не могут устанавливаться или отменяться уголовно-правовые запреты. Таким образом, «квазинормативность» разъяснений Верховного Суда РФ по вопросам судебной практики выражается в том, что они могут содержать лишь конкретизирующие и детализирующие уголовно-правовые запреты положения, без которых  правильное и единообразное понимание  уголовного закона, а также его применение практически невозможно.

В-третьем параграфе «Практика применения уголовного закона» раскрываются содержание и способы организации, существования и выражения практики уголовного правоприменения. Предлагается следующее определение понятия уголовно-правовой правоприменительной практики. Практика применения уголовного закона – это единство властной деятельности уполномоченных государственных органов, направленной на вынесение индивидуально-конкретных уголовно-правовых предписаний, и выработанного в ходе такой деятельности правового опыта, определяющего более или менее устойчивые тенденции (линии), целесообразные методы и способы уголовного правоприменения.

В качестве примера такой устойчивой линии уголовного правоприменения в диссертации приводится ссылка на устоявшуюся практику, в соответствии с которой явка с повинной признается смягчающим наказание обстоятельством и в тех случаях, когда в последующем обвиняемый изменил свою позицию и перестал признавать себя виновным .

Содержание уголовно-правовой правоприменительной практики анализируется с точки зрения ее структуры: субъекты (участники), объекты,      юридические действия и операции, связанные с применением уголовного    закона, средства и способы их осуществления, ее результаты и накопление правоприменительного опыта.

В диссертации обосновывается, что правоприменительную практику в сфере уголовного законодательства в зависимости от субъекта, ее осуществляющего, можно подразделить на судебную, прокурорско-надзорную, следственную, уголовно-исполнительную. Вместе с тем материальная уголовно-правовая составляющая данных разновидностей юридической практики (в отличие от, например, процессуальной) до сих пор законодательно не урегулирована.

Судебную практику по уголовным делам не следует отождествлять с судебным прецедентом. Данные понятия имеют различное смысловое

содержание и объем и не могут рассматриваться как идентичные. Судебный прецедент включает в себя лишь результат судебной деятельности высшей судебной инстанции (Верховного Суда РФ), решения которого по конкретному уголовному делу рассматриваются обычно в качестве «образца» при принятии решений по аналогичным уголовным делам  нижестоящими судами. Судебная же практика связана с деятельностью всех судов и находит свое выражение в выработанных в процессе такой деятельности устойчивых тенденциях (линиях) уголовного правоприменения.

Решения Верховного Суда РФ по конкретному уголовному делу в российской правовой системе не могут рассматриваться как источники права, но та часть судебного решения – «ratio decidendi», на основе которой выносится решение, составляющая суть правовой позиции судьи (обоснование, доводы, мотивировка), фактически является прецедентом толкования уголовного закона, следование которому правоприменительной практики и приводит к формированию определенной «линии судебной практики при рассмотрении конкретных категорий уголовных дел».

Вместе с тем применительно к уголовному праву судебными решениями, имеющими фактически нормативный (обязательный) характер для всех судов, могут рассматриваться:

-правовые позиции и решения Конституционного Суда РФ по поводу оценки конституционности уголовного законодательства;

-постановления Пленума Верховного Суда РФ, разъясняющие судебную практику по уголовным делам.

Практика уголовного правоприменения не исчерпывает всей проблемы реализации уголовного закона. Эффективность реализации уголовного законодательства определяется главным образом его «самореализацией» посредством соблюдения гражданами уголовно-правовых запретов. Перед уголовно-правовой наукой стоит задача найти эмпирические количественно-качественные показатели практики соблюдения уголовно-правовых запретов.

В целях обеспечения единообразия в толковании и применении  судами уголовного законодательства предлагается внести изменения  в УПК РФ (по аналогии со ст. 304 АПК РФ, ст. 389 ГПК РФ), закрепив возможность пересмотра судебных постановлений в порядке надзора по мотивированному представлению Председателя Верховного Суда РФ или заместителя Председателя Верховного Суда РФ в целях обеспечения единства судебной практики и законности.

Мнение, что аналогичная норма должна быть закреплена и в УПК РФ, разделяют 61% опрошенных нами практикующих юристов. Наличие такого положения в уголовно-процессуальном законодательстве позволит в определенной степени установить разумные пределы судейского усмотрения в уголовном судопроизводстве.

Вторая глава «Место и роль уголовно-правовой практики в  механизме уголовно-правового регулирования» посвящена характеристике практики как одному из важнейших поднормативных средств уголовно-правового регулирования, определению ее роли и значения в механизме уголовно-правового регулирования, основных направлений совершенствования уголовно-правовой практики и проблемам ее конституционализации.

В первом параграфе «Практика в системе средств уголовно-правового регулирования»  рассматривается понятие механизма уголовно-правового регулирования, который, по мнению диссертанта, кроме традиционных правовых средств (уголовно-правовых принципов и норм; юридических фактов, приводящих нормы в действие; уголовно-правовых отношений, в рамках которых реализуются субъективные права и юридические обязанности участников данных отношений; мер юридического обеспечения поведения субъектов уголовно-правового правоотношения), включает и иные (поднормативные) средства правового регулирования, имеющие производный  и вспомогательный характер. Такие поднормативные средства правового регулирования, выраженные, например, в форме судебного прецедента, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ и т.п., призваны конкретизировать и детализировать типичные уголовно-правовые предписания применительно к конкретным жизненным ситуациям.

В диссертации обосновывается мысль, что все феномены действующего уголовного права (в том числе и уголовно-правовая практика) объективно объединены в механизме уголовно-правового регулирования, выполняя присущие им функции и назначение.

Определению роли, назначения и функций уголовно-правовой практики в механизме уголовно-правового регулирования посвящен второй параграф «Функции уголовно-правовой практики в механизме уголовно-правового регулирования». Именно в функциях уголовно-правовой практики наиболее наглядно проявляются ее способность воздействовать на все компоненты механизма уголовно-правового регулирования, обеспечивать их «динамизм и работу» в целях достижения целей и решения основных задач уголовного права. Функции уголовно-правовой практики можно определить как базирующиеся на обобщенном уголовно-правовом опыте основные направления ее воздействия на совершенствование уголовного законодательства и его реализацию в целях решения основных задач уголовного права.

В диссертационной работе определяется система и раскрывается содержание специально-юридических функций уголовно-правовой практики, а также механизм их воздействия на совершенствование уголовного законодательства, обеспечение реализации уголовного права, реальное воплощение нормативных предписаний в фактическое поведение участников уголовно-правовых отношений.

Функция обновления и корректировки уголовного законодательства. Данная функция отражает обратное воздействие правоприменительной уголовно-правовой практики на процесс правотворчества. Практика служит показателем качества уголовного законодательства, сигнализирует о его недостатках (пробелах и противоречиях), выявляет назревшие потребности его изменения и совершенствования. Благодаря посылам практики законодатель принимает решение о необходимости обновления уголовного законодательства, его корректировки, восполнения пробелов, внесения соответствующих изменений и поправок в действующий уголовный закон.

Анализируя основные направления взаимодействия уголовного законодательства и практики его толкования и применения, следует также отметить, что сама судебная практика и прежде всего решения Конституционного Суда РФ и постановления Пленума Верховного Суда РФ, фактически приобретают нормативный характер, становятся источниками уголовного права. Кроме того, все более распространенным становится  мнение, что решения Верховного Суда РФ по конкретным уголовным делам можно рассматривать в качестве судебного прецедента, если и не в полной мере (как обязательной нормы), то как прецедента толкования уголовного закона, которому традиционно следует правоприменительная практика.

     Правоконкретизирующая и правообеспечительная функция. Практика является связующим звеном между абстрактными формулами уголовно-правовых норм и реальными обстоятельствами их действия в конкретных жизненных обстоятельствах, что и обусловливает  осуществляемую ею функцию конкретизации и детализации действующего уголовного права, его нормативных положений. Необходимость такой правоконкретизации (правотворческой, интерпретационной, правоприменительной) обусловлена самой природой уголовно-правовой практики. Именно через процесс конкретизации практика существенно обогащает уголовное право, сглаживает его абстрактность, обеспечивает его динамическое развитие.

Правообеспечительная функция уголовно-правовой практики связана с созданием условий для осуществления требований нормативно-правовых предписаний, а также служит средством обеспечения действия всего механизма уголовно-правового регулирования в целом. Уголовно-правовая практика, таким образом, направлена на достижений целей и задач уголовно-правового регулирования, обеспечение эффективной реализации уголовного права, реальное воплощение юридических предписаний в фактическое поведение участников уголовно-правовых отношений.

Сигнально-информационная функция. Именно практика, прежде всего, призвана сигнализировать о состоянии уголовного законодательства, о его недостатках – несовершенстве, противоречивости, пробельности и т.д. Для выполнения практикой данной функции необходимы отлаженные механизмы взаимодействия законодателя и правоохранительных органов, всех органов и должностных лиц, исполняющих уголовный закон. Необходима отлаженная система обобщения уголовно-правовой практики и учета ее результатов, отработанная методика и приемы ее поиска, сбора, обработки, накопления, хранения и распространения,  обеспечения доступности получения информации о практике уголовно-правового регулирования всеми заинтересованными субъектами.

При этом уголовно-правовая практика в состоянии осуществлять присущую ей сигнально-информационную функцию, если поставляемая ею информация отвечает определенным требованиям: является адекватной, достоверной, полной, объективной, своевременной и доступной.

Ориентирующе-прогностическая функция. Одной из основных  функций уголовно-правовой практики является ориентация субъектов уголовно-правовых отношений на реализацию и защиту тех благ и социальных ценностей, которые охраняются и защищаются уголовным законом, выработку наиболее целесообразных способов, стимулирующих социально полезную и ограничивающих общественно опасную деятельность граждан, укрепление законности и правопорядка.

Прогностическая функция уголовно-правовой практики направлена на раскрытие тенденций правовых явлений и процессов, закономерностей их предполагаемого развития. Целью даваемых практикой прогнозов выступает исследование вероятных изменений в уголовно-правовой сфере в целом, в развитии отдельных уголовно-правовых институтов и норм, анализ результатов и эффективности правотворческой и правоприменительной уголовно-правовой деятельности.

В третьем параграфе «Основные направления  совершенствования уголовно-правовой практики и проблемы ее конституционализации» анализируются основные проблемы современной законотворческой, интерпретационной и правоприменительной уголовно-правовой практики, формулируются предложения по ее совершенствованию и повышению роли в решении задач, стоящих перед уголовным правом.

Рассматриваются важнейшие направления совершенствования уголовно-правовой законодательной и правоприменительной практики – определение оптимального соотношения динамизма и стабильности уголовного законодательства, адекватное реагирование на происходящие в обществе процессы, в том числе учет состояния и динамики уголовной преступности, преобладание насильственных посягательств и иных преступлений повышенной общественной опасности, появление новых угроз безопасности граждан, конституционному строю Российской Федерации в форме терроризма, сепаратизма, конфликтов на этнической, межнациональной основе, религиозного радикализма.    

Отмечается, что изменения в уголовном законодательстве зачастую не имеют необходимой социологической и криминологической базы, системного подхода, не сопровождаются прогнозированием позитивных и негативных последствий их действия.

Правотворческая практика должна более оперативно реагировать на  необходимость декриминализации деяний, утративших общественную опасность, с одной стороны, и выявление новых общественно-опасных деяний, требующих адекватного уголовно-правового  реагирования, - с другой. В связи с этим анализируются предложения по установлению уголовной ответственности за такие широко распространившиеся общественно-опасные деяния, как: недобросовестное лоббирование, недружественный захват, склонение к самоубийству на религиозной почве или в отношении несовершеннолетнего, апартеид, преступления, совершаемые в военное время, в боевой обстановке, в т.ч. во время внутренних вооруженных конфликтов и др. Поддерживается мнение, что Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. ошибочно декриминализировано причинение вреда здоровью средней тяжести по неосторожности (как самостоятельного состава этого деяния, так и в специализированных составах). Неверной такую декриминализацию считают 37,8 % опрошенных нами судей и сотрудников правоохранительных органов.

Вместе с тем, несмотря на существенную гуманизацию уголовного законодательства,  криминализация деяний в первые 10 лет действия УК РФ 1996 г. в 2-3 раза опережала декриминализацию. Об избыточности в ряде случаев уголовно-правовой ответственности свидетельствует, например, гл. 22 УК РФ, более половины составов в которой относятся к преступлениям небольшой и средней тяжести. Н.А. Лопашенко считает, что границы и объемы криминализации значительно завышены, неоправданно абсолютизирована сила и возможности уголовного закона в ущерб другим отраслям права (прежде всего гражданского, налогового и др.) .

Существенными проблемами действующего УК РФ 1996 г., вытекающими из его содержания и вызывающими трудности при его применении в следственной и судебной практике являются его бланкетность, обилие оценочных признаков, декларативность, нередко излишняя казуистичность, пробельность и противоречивость .  Явно недостаточно внимания уделяется обеспечению внутренней согласованности и научной обоснованности принимаемых уголовных законов.

Существуют серьезные проблемы правоприменительного плана, связанные с реализацией конвенционных уголовно-правовых предписаний в деятельности судов и других правоохранительных органов. В случае возникновения затруднений при толковании общепризнанных принципов и норм международного права, международных договоров РФ постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. рекомендуется  использовать акты и решения международных организаций, в т. ч. органов ООН и ее специализированных учреждений, а также обращаться в Правовой департамент Министерства иностранных дел РФ, в Министерство юстиции РФ (например, для уяснения вопросов, связанных с продолжительностью действия международного договора, составом государств, участвующих в договоре, международной практикой его применения) .

Актуальным направлением совершенствования уголовно-правовой практики на современном этапе является ее конституционализация, т.е. обеспечение ее соответствия общепризнанным правам и свободам человека и гражданина, праву, принципам свободы в сочетании с ответственностью, справедливостью, равенством, общечеловеческими идеалами и ценностями, объективными тенденциями социального прогресса.

В диссертации рассматриваются основания, порядок и формы осуществления судебного конституционного контроля не только уголовно-правовой законотворческой практики (абстрактный нормоконтроль за уголовным правотворчеством и законодательством), но и практики уголовного правоприменения (конкретный нормоконтроль по жалобам на нарушение конституционных прав граждан и по запросам судов).

Конституционализация уголовно-правовых норм и практики их применения сегодня является необходимым условием и критерием реализации стоящих перед уголовным правом задач по охране интересов личности, общества, государства от преступных посягательств, а также предупреждению преступлений.

Диссертант в целом солидаризуется с мнением, что сложная криминогенная ситуация в стране, рост преступности, особенно организованной, преступлений экстремистской направленности, огромный размах коррупции свидетельствуют о недостаточно высоком уровне социальной результативности современной уголовно-правовой практики .

В заключении подводятся итоги проведенного диссертационного исследования, формулируются основные выводы, излагаются ключевые научно-практические рекомендации.

         Основные положения и выводы диссертационного исследования отражены в следующих публикациях:

         I.  Статьи, опубликованные в ведущих научных журналах и изданиях, указанных в перечне ВАК:

  • Вишневецкая, И.Н. Практика как уголовно-правовая категория /И.Н. Вишневецкая //Вестник Саратовской государственной академии права. Юбилейный выпуск (50). Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права», 2006 (0,2 п.л.).

II. Cтатьи в других изданиях:

  •  Вишневецкая, И.Н. Связь с практикой – необходимое условие совершенствования российского уголовного законодательства /И.Н. Вишневецкая //Уголовно-правовые, пенитенциарные принципы и их реализация: правотворческий, правоприменительный уровни: Материалы Всероссийской научно-практической конференции (г. Саратов, 28-29 марта 2005 г.). Саратов: Изд-во «Саратовская государственная академия права», 2005  (0,2 п.л.).
  • Вишневецкая, И.Н. Толкование уголовного закона: теория и практика /И.Н. Вишневецкая //Проблемы реализации современного законодательства и права: Межрегиональная научно-практическая конференция студентов, аспирантов, молодых ученых (г. Саратов, 20 апреля 2006 г.). /Под ред. П.Г. Великородного. Саратов: Научная книга, 2006. Выпуск 1 (0,2 п.л.).
  • Вишневецкая, И.Н.  Уголовно-правовая практика: понятие, содержание, значение. /И.Н. Вишневецкая //Поиск: Философия. Экономика. Право. Информационные технологии: Ежегодный сборник научных статей МОИУ. М.: Изд-во Московского областного института управления, 2005 (0,5 п.л.).
  • Вишневецкая, И.Н. Уголовно-правовая практика: к определению понятия /И.Н. Вишневецкая //Человек и право на рубеже веков: Альманах Института прокуратуры Саратовской государственной академии права. Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права», 2006. № 1(7)  (0,2 п.л.).
  • Вишневецкая, И.Н. Уголовно-правовая практика в системе правовых средств уголовно-правового регулирования /И.Н. Вишневецкая //Россия: специфика и перспективы социальной модернизации: Материалы научно-практической конференции (Московский областной институт управления, ноябрь 2005 г. / Росс. гос. аграр. заоч. ун-т. М.: Изд-во Российского государственного аграрного заочного университета, 2005 (0,5 п.л.).

 

 

См.: Десять лет Уголовному кодексу Российской Федерации: достоинства и недостатки: Материалы научно-практической конференции  //Государство и право. 2006. №  9. С. 108.

См.: Ожегов С.И.,  Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1992. С. 697.

См.: Десять лет Уголовному кодексу Российской Федерации: достоинства и недостатки: Материалы научно-практической конференции //Государство и право. 2006. № 10. С. 96.

См.: Разгильдиев Б.Т. Задачи уголовного права Российской Федерации и их реализация. Саратов, 1993. С. 57. 

См.: О практике пересмотра судебных решений по уголовным делам и материалам в порядке надзора в 2006 году //Информационный бюллетень Прокуратуры Саратовской области. 2007. № 2. С. 82.

См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11 января 2007 г. № 2 (с изм. от 3 апреля 2008 г.) «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» ////Бюллетень Верховного Суда РФ. 2007. № 4; 2008. № 6;  О практике пересмотра судебных решений по уголовным делам и материалам в порядке надзора в 2005 году //  Информационный бюллетень Прокуратуры Саратовской области. 2006. № 2. С. 74-75.

См.: Кропачев Н.М. Уголовно-правовое регулирование. Механизм и система. СПб., 1999. С. 26-28.

Десять лет  Уголовному кодексу Российской Федерации: достоинства и недостатки: Научно-практическая конференция //Государство и право. 2006. №  10. С. 104.

См.:  Гаухман Л.Д. Проблемы УК РФ: бланкетность, декларативность, казуистичность // Уголовное право в ХХ1 веке: Материалы Международной научной конференции на юридическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова 31 мая-1 июня 2001 г. М., 2002. С.48-61

См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2003. № 12.

См.: Разгильдиев Б.Т. Социальная результативность уголовного законодательства России: ее законодательное и правоприменительное обеспечение //Юридическое образование и наука в России: проблемы модернизации: Тезисы Международной научно-практической конференции, посвященной 75-летию СЮИ-СГАП. Саратов, 2006. С. 121-124.

 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.