WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]

(АДМИНИСТРАТИВНО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ОБОРОТА СПЕЦИАЛЬНЫХ ТЕХНИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПРЕДНАЗНАЧЕННЫХ ДЛЯ НЕГЛАСНОГО ПОЛУЧЕНИЯ ИНФОРМАЦИИ)

Автореферат кандидатской диссертации

 

На правах рукописи

 

КОШЕЛЕВА ОЛЬГА ВЛАДИМИРОВНА

 

 

АДМИНИСТРАТИВНО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

ОБОРОТА СПЕЦИАЛЬНЫХ ТЕХНИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПРЕДНАЗНАЧЕННЫХ ДЛЯ НЕГЛАСНОГО ПОЛУЧЕНИЯ ИНФОРМАЦИИ

 

Специальность 12.00.14 – административное право, финансовое право, информационное право

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Омск-2009

Работа выполнена на кафедре административного права и административной деятельности органов внутренних дел Омской академии МВД России

Научный руководитель:

Заслуженный юрист Российской Федерации,

кандидат юридических наук, профессор

Бекетов Олег Иванович

Официальные оппоненты:

Доктор юридических наук, профессор

Каплунов Андрей Иванович

Кандидат юридических наук

Кальней Максим Геннадьевич

Ведущая организация:

Нижегородская академия МВД России

Защита состоится 26 февраля 2009 года в 11 часов на заседании объединенного диссертационного совета ДМ 212.179.06 по защите докторских и кандидатских диссертаций при государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского» по адресу: 644053, г. Омск, ул. 50 лет Профсоюзов, 100, зал заседаний Ученого совета, ауд. 315.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Омского государственного университета им. Ф. М. Достоевского по адресу: 644077, г. Омск, пр. Мира, 55А.

Автореферат разослан «___» января 2009 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент   _________________                 Глазунова И. В.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Принятый в 2001 г. и вступивший в силу в 2002 г. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (далее по тексту – КоАП) закрепил два новых для Российской Федерации состава правонарушения: ст. 20.23 «Нарушение правил производства, хранения, продажи и приобретения специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации» и ст. 20.24 «Незаконное использование специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, в частной детективной или охранной деятельности».

Впервые в российском законодательстве закреплена административная ответственность за подобного рода деяния, схожие с преступлением, ответственность за которое предусмотрена ст. 138 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УК РФ), но в тоже время существенно отличающиеся от него по ряду признаков.

Для современной преступности характерны масштабность, дерзость, высокая организованность, специализация по совершению различных видов преступлений. Успешная борьба с преступностью во всех ее проявлениях невозможна без негласного получения информации как о лицах, совершивших преступления, так и о лицах, готовящихся их совершить. Это требует высокого уровня технической оснащенности органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность.

Помимо субъектов оперативно-розыскной деятельности, добывающих информацию для выполнения задач защиты личности, общества, государства от преступных посягательств, получить различного рода информацию пытаются лица, для которых она становится либо дорогостоящим товаром, либо средством шантажа.

Так, в течение 2004 г. сотрудниками правоохранительных органов Российской Федерации из незаконного оборота было изъято 70 единиц специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации (далее – СТСНПИ), на сумму 313590 рублей. В течение 2005 г. изъято 23 единицы СТСНПИ на сумму 113390 рублей. Если в первом квартале 2004 г. возбуждено 14 уголовных дел по признакам ст. 138 УК РФ, то за аналогичный период 2005 г. возбуждено 39 уголовных дел, то есть в 2,8 раза больше .

В Сибирском регионе (Республика Хакасия, Омская область, Красноярский край, Алтайский край) в 2004–2005 гг. изъято 42 единицы СТСНПИ .

Невысокие показатели борьбы с преступлениями в данной сфере связаны с объективной сложностью их установления, доказывания и несовершенством действующего законодательства (как уголовного, так и административного), что приводит к безнаказанности лиц, незаконно получающих информацию при помощи СТСНПИ.

Практики привлечения виновных лиц к административной ответственности за правонарушения, предусмотренные ст.ст. 20.23 и 20.24 КоАП, на сегодняшний день нет. Это обусловлено, во-первых, отсутствием теоретических рекомендаций по применению норм административной ответственности за нарушение правил оборота СТСНПИ. Во-вторых, несмотря на значительное количество лет с момента принятия КоАП, для обеспечения действенности ст. 20.24 КоАП так и не закреплены на подзаконном уровне перечни СТСНПИ, которые частные детективы и охранники могут использовать в своей деятельности, что лишает правоприменительные органы возможности привлечения к административной ответственности по ст. 20.24 КоАП виновных лиц.

Спрос на услуги по незаконному добыванию информации, соответственно, порождает спрос на сами СТСНПИ, что, в свою очередь, вызывает необходимость, помимо установления ответственности за нарушение правил оборота СТСНПИ, совершенствования норм, регулирующих их оборот.

Регулирование оборота СТСНПИ в большинстве государств начинается с законодательного закрепления в конституции права граждан на неприкосновенность частной жизни. Преимущественное право использовать СТСНПИ законодатель оставляет за государством, в частности, правоохранительными органами и спецслужбами. При этом, в отличие от законодательства Российской Федерации, определяющего лишь право на использование СТСНПИ специально уполномоченными субъектами оперативно-розыскной деятельности, законодательство многих других государств содержит достаточно большой массив нормативных актов, посвященных порядку использования СТСНПИ в процессе оперативно-розыскной деятельности, что, несомненно, является значительным преимуществом.

Деятельность, связанная с оборотом СТСНПИ, хоть и санкционируется государством путем лицензирования разработки, производства, реализации, приобретения в целях продажи, ввоза в Российскую Федерацию и вывоза из Российской Федерации СТСНПИ либо установлением жестких условий использования СТСНПИ при проведении оперативно-розыскных мероприятий, является социально небезопасной и требует качественного правового регулирования.

До настоящего времени, учитывая новизну норм административного законодательства, регулирующего отношения в данной сфере, в научной литературе исследовались лишь отдельные вопросы, касающиеся проблемы административно-правового регулирования оборота СТСНПИ. Вопросы, касающиеся неприкосновенности конституционных прав и свобод человека и порядка их ограничения в оперативно-розыскной деятельности, в том числе при проведении оперативно-розыскных мероприятий с использованием СТСНПИ, рассматривались в трудах ряда ученых, таких, как А.Х. Ахкубеков, Л.Л. Беломестных, И.С. Борисов, С.А. Воронцов, В.П. Иванский, Е.А. Лукашев, И.Л. Петрухин, Г.Б. Романовский, А.Ю. Шумилов и других.

Общие вопросы лицензирования рассматривались в трудах М.А. Агаповой, А.В. Гущина, Ю.П. Емельянова, Е.В. Титовой и других.

При проведении диссертационного исследования нами учитывались также работы, посвященные определению понятий ответственности и административного правонарушения, рассмотрению производства по делам об административных правонарушениях, а именно работы А.Б. Агапова, Ю.С. Адушкина, Д.Н. Бахраха, С.Н. Братуся, М.И. Еропкина, А.А. Иванова, А.И. Каплунова, Б.В. Россинского, В.Д. Сорокина, В.А. Юсупова и ряда других ученых.

Труды этих ученых, несомненно, являются большим вкладом в разработку исследуемых диссертантом проблем, однако комплексного изучения вопросов административной ответственности за нарушение правил оборота СТСНПИ в рамках отдельных диссертационных исследований еще не проводилось.

Очевидно, что имеющиеся проблемы в нормативном регулировании оборота СТСНПИ, препятствуют единообразному применению норм права в рассматриваемой сфере. Важнейшим фактором, обусловившим актуальность темы диссертационного исследования, является отсутствие практики привлечения к административной ответственности виновных лиц за совершение правонарушений, предусмотренных ст.ст. 20.23 и 20.24 КоАП. Сложившееся положение выявляет необходимость в теоретических разработках правового регулирования указанной сферы общественных отношений, обеспечении органов МВД России и ФСБ России практическими рекомендациями по применению ст.ст. 20.23 и 20.24 КоАП.

Сказанное обусловливает актуальность выбранной темы диссертационного исследования.

Объектом диссертационного исследования являются правоотношения, возникающие в ходе использования СТСНПИ уполномоченными на то органами, отношения, возникающие в процессе лицензирования деятельности, связанной с разработкой, производством, реализацией, приобретением в целях продажи, ввозом в Российскую Федерацию и вывозом из Российской Федерации СТСНПИ, и последующим контролем за соблюдением лицензиатом условий лицензирования. К объекту диссертационного исследования относятся также отношения, возникающие в ходе деятельности органов МВД России и ФСБ России по предотвращению и пресечению незаконного использования СТСНПИ в частной детективной или охранной деятельности.

Предметом исследования являются административно-правовые нормы, регулирующие оборот СТСНПИ и порядок привлечения к административной ответственности за нарушение правил оборота СТСНПИ; практика органов ФСБ России по лицензированию деятельности в сфере оборота СТСНПИ.

Целью исследования является разработка теоретических положений, направленных на совершенствование правового регулирования оборота СТСНПИ, практических рекомендаций правоприменительным органам по применению ст.ст. 20.23 и 20.24 КоАП, а также выработка предложений по устранению существующих в административном законодательстве пробелов.

Для достижения поставленной цели потребовалось решить следующие задачи:

– определение понятия и элементов оборота СТСНПИ, анализ нормативных правовых актов, составляющих правовую основу оборота СТСНПИ;

– проведение исторического и сравнительно-правового анализа регулирования оборота СТСНПИ;

– изучение порядка лицензирования деятельности, связанной с разработкой, производством, реализацией, приобретением в целях продажи, ввозом в Российскую Федерацию и вывозом из Российской Федерации СТСНПИ, а также условий использования СТСНПИ субъектами оперативно-розыскной деятельности;

– исследование норм административного законодательства, предусматривающего ответственность за нарушение правил оборота СТСНПИ;

– выявление процессуальных особенностей производства по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст.ст. 20.23 и 20.24 КоАП;

– уточнение критериев разграничения административной и уголовной ответственности за нарушение правил оборота СТСНПИ;

– разработка рекомендаций по дальнейшему совершенствованию правового регулирования оборота СТСНПИ.

В качестве теоретико-методологической основы исследования использованы материалистическая диалектика как всеобщий метод научного познания; системный и комплексный подходы; нормативный, сравнительно-правовой, исторический, формально-логический и другие методы.

Теоретическую основу исследования составили также научные труды в области общей теории государства и права, административного права, теории оперативно-розыскной деятельности, а также иные научные труды по теме исследования.

Эмпирическую основу диссертации составили материалы практики за период с 1998 г. по 2008 г. в виде десяти лицензионных дел УФСБ России по Новосибирской, Омской, Кемеровской областям. При написании диссертации автором интервьюировались сотрудники предприятий, занимающихся разработкой, производством, реализацией и приобретением в целях продажи СТСНПИ, а также сотрудники отделов лицензирования и защиты государственной тайны УФСБ России по Новосибирской, Томской, Омской, Кемеровской, Сахалинской областям, Красноярскому и Хабаровскому краям.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в использовании системного подхода к исследованию административно-правового регулирования оборота СТСНПИ. Впервые выявлены теоретические и практические проблемы, существующие в сфере оборота СТСНПИ, предложены возможные пути их решения. Дано авторское определение оборота и элементов оборота СТСНПИ, установлены признаки элементов СТСНПИ.

О научной новизне в определенной степени свидетельствуют и основные положения, выносимые на защиту:

1. Под оборотом СТСНПИ предлагается понимать разработку, производство, реализацию, приобретение с целью продажи, использование, ввоз в Российскую Федерацию, вывоз из Российской Федерации СТСНПИ, осуществляемые и контролируемые в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Для всех элементов оборота СТСНПИ характерны следующие признаки: 1) наличие специального разрешения на совершение действий по обороту СТСНПИ; 2) оборот допускается только в отношении СТСНПИ, предусмотренных установленными перечнями; 3) оборот СТСНПИ осуществляется при непосредственном контроле уполномоченных органов за соблюдением условий и требований его осуществления.

Особым элементом оборота является использование СТСНПИ. Отличительной чертой данного элемента является заранее строго ограниченный круг субъектов, имеющих право на использование СТСНПИ.

2. Необходимо закрепить в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» понятие СТСНПИ, определив его как «техническую единицу, представляющую собой функционально и конструктивно законченное устройство, которое без какой-либо доработки или усовершенствования может быть использовано для негласного получения информации».

Для разграничения СТСНПИ и различных бытовых приборов, которые могут быть использованы для негласного получения информации, считаем целесообразным в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» закрепить определение технических средств двойного назначения. Под техническими средствами двойного назначения предлагается понимать «бытовые технические устройства, позволяющие при их усовершенствовании негласно получать информацию».

3. Для устранения существующих разночтений, выявленных при анализе ст. 20.23 КоАП и законодательства, регулирующего оборот СТСНПИ, предлагается внесение следующих изменений в название, ч.ч. 1 и 2 статьи 20.23 КоАП:

– название статьи после слов «нарушение правил» дополнить словом «разработки», после слов «продажи и приобретения» дополнить словами «в целях продажи, ввоза в Российскую Федерацию и вывоза из Российской Федерации специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, порядка сертификации, регистрации и учета указанных технических средств»;

– диспозицию ч. 1 после слов «нарушение правил» дополнить словом «разработки», после слов «продажи и приобретения» дополнить словами «с целью продажи»;

– из диспозиции ч. 2 исключить слово «разработки». Диспозицию ч. 2 после слов «предназначенных для негласного получения информации» дополнить словами «при наличии разрешения (лицензии)».

4. В целях разграничения специальных и иных технических средств, которые субъекты оперативно-розыскной деятельности могут использовать для негласного получения информации при проведении оперативно-розыскных мероприятий, представляется необходимым утверждение Правительством Российской Федерации перечня специальных и иных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации.

5. Для обеспечения действенности ст. 20.24 КоАП предлагаем законодательно закрепить перечни технических средств (при условии, что по техническим характеристикам они не являются идентичными СТСНПИ, предназначенным для использования субъектами оперативно-розыскной деятельности), разрешенных для использования частными детективами и охранниками.

6. Предлагается акцентировать внимание на запрете использования СТСНПИ при осуществлении частной детективной и охранной деятельности. Для этого ч. 2 ст. 5 Закона «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» после слов «и иных средств» необходимо дополнить словами «(за исключением специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, отнесенных Правительством Российской Федерации к специальным техническим средствам, предназначенным для негласного получения информации, используемым при осуществлении оперативно-розыскной деятельности)».

7. Для обеспечения прав и свобод человека и гражданина в ч. 3 ст. 8 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» считаем целесообразным исключить слова: «а также лиц, которые могут располагать сведениями об указанных преступлениях», изложив ее следующим образом: «Прослушивание телефонных и иных переговоров допускается только в отношении лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений средней тяжести, тяжких или особо тяжких преступлений. Фонограммы, полученные в результате прослушивания телефонных и иных переговоров, хранятся в опечатанном виде в условиях, исключающих возможность их прослушивания и тиражирования посторонними лицами».

8. Предлагается усиление предварительного контроля при выдаче лицензий, на осуществление деятельности, связанной с оборотом СТСНПИ. Для этого в Положении о лицензировании деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, утвержденном Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 июля 2002 г. № 526, необходимо предусмотреть основания для отказа лицу в выдаче лицензии.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования. Разработанные автором теоретические положения, сформулированные выводы могут быть использованы в дальнейших научных исследованиях проблем регулирования оборота СТСНПИ, а также административной ответственности в сфере нарушения правил оборота СТСНПИ. Полученные результаты и выводы диссертации могут способствовать совершенствованию организационной, а также контрольной и надзорной деятельности органов МВД России и ФСБ России. Отдельные результаты исследования представляют собой предложения по изменению и дополнению действующего административного и уголовного законодательства.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертационного исследования апробированы на всероссийских научно-практических конференциях в гг. Томске (Томский государственный университет), Омске (Омская академия МВД России), Новосибирске (Институт ФСБ России) в 2005–2008 гг., обсуждались на кафедре административного права и административной деятельности органов внутренних дел Омской академии МВД России и кафедре № 4 Института ФСБ России (г. Новосибирск). Материалы и результаты диссертационного исследования используются в учебном процессе в Институте ФСБ России (г. Новосибирск). Ряд положений диссертационного исследования внедрен в деятельность ГУВД по Новосибирской области и УФСБ по Новосибирской области.

Основные положения диссертации изложены в семи опубликованных научных статьях. Одна научная статья опубликована в ведущем рецензируемом журнале «Вестник Новосибирского государственного университета», входящем в перечень, определяемый Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки Российской Федерации.

Структура диссертации обусловлена объектом, предметом, целью и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, включающих шесть параграфов, заключения, библиографического списка и приложения.

 

 

 

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность выбранной темы диссертационного исследования; определяются цель и задачи исследования, его теоретические и методологические основы; раскрываются научная новизна, практическая значимость и эмпирическая база исследования; формулируются основные положения, выносимые на защиту; приводятся сведения об апробации результатов исследования.

Первая глава «Правовые и организационные основы оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Понятие и правовое регулирование оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации» автором проведено исследование нормативных правовых актов, регулирующих оборот СТСНПИ.

Изучению и анализу подвергаются нормативные акты, непосредственно регулирующие вопросы оборота СТСНПИ, а также нормативные акты, регулирующие смежные с рассматриваемой деятельностью общественные отношения, в частности, в сфере безопасности информации.

Ключевым моментом для осуществления исследования административно-правового регулирования оборота СТСНПИ является уяснение сути и элементов оборота СТСНПИ. Отсутствие в нормативных актах понятия оборота СТСНПИ и элементов оборота (разработка, производство, реализация, приобретение в целях продажи, ввоз в Российскую Федерацию и вывоз из Российской Федерации, использование СТСНПИ) обусловливает необходимость определения сущности указанных понятий.

Автором предлагается под оборотом СТСНПИ понимать разработку, производство, реализацию, приобретение с целью продажи, использование, ввоз в Российскую Федерацию, вывоз из Российской Федерации СТСНПИ, осуществляемые и контролируемые в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Признаками, характерными для всех элементов оборота, на наш взгляд, являются: 1) наличие специального разрешения на совершение указанных действий; 2) оборот допускается только в отношении СТСНПИ, предусмотренных установленными перечнями, определяемыми для отдельных элементов оборота: использования в оперативно-розыскной деятельности, ввоза в Российскую Федерацию, вывоза из Российской Федерации; 3) оборот СТСНПИ осуществляется при непосредственном контроле уполномоченных органов за соблюдением условий и требований его осуществления.

Использование СТСНПИ является особым элементом оборота, основная отличительная черта которого – заранее строго ограниченный круг субъектов, имеющих право на использование СТСНПИ. Если разработку, производство, реализацию, приобретение с целью продажи, ввоз в Российскую Федерацию, вывоз из Российской Федерации могут осуществлять индивидуальные предприниматели и юридические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность (круг которых заранее не определен), при соблюдении условий и требований лицензирования, то на использование СТСНПИ, по мнению автора, должны быть уполномочены: 1) субъекты оперативно-розыскной деятельности в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности»; 2) частные детективы и охранники в соответствии с Перечнями СТСНПИ, предусмотренными для использования в частной детективной или охранной деятельности. В настоящее время перечень СТСНПИ, предусмотренный для использования в частной детективной или охранной деятельности, отсутствует, но при его формировании необходимо учитывать, что СТСНПИ, предназначенные для использования частными детективами и охранниками, по техническим характеристикам не должны быть идентичны СТСНПИ, используемым субъектами оперативно-розыскной деятельности.

Нормативно-правовые акты, регулирующие оборот СТСНПИ, можно разделить на четыре группы . К первой группе относятся основополагающие, фундаментальные источники универсального характера, в частности, Конституция Российской Федерации, кодифицированные нормативные акты: Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и ряд других нормативно-правовых актов.

Вторую группу составляет оперативно-розыскное законодательство и нормативные акты, регулирующие различную деятельность в рамках оборота СТСНПИ. Основным нормативным актом, регулирующим использование СТСНПИ, является Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности».

В числе нормативных актов, относящихся к данной группе, необходимо выделить нормативные акты, определяющие статус органов исполнительной власти, осуществляющих лицензирование деятельности, связанной с разработкой, производством, реализацией, приобретением в целях продажи, ввозом в Российскую Федерацию и вывозом из Российской Федерации СТСНПИ, а также непосредственно регулирующие сам порядок лицензирования указанной деятельности. К ним, в частности, относятся: Федеральный закон от 3 апреля 1995 года № 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности», Федеральный закон от 8 августа 2001 года № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», Указ Президента Российской Федерации от 9 января 1996 года № 21 «О мерах по упорядочению разработки, производства, реализации, приобретения в целях продажи, ввоза в Российскую Федерацию и вывоза за ее пределы, а также использования специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации», Указ Президента Российской Федерации от 11 марта 2003 года № 960 «Об утверждении Положения о Федеральной службе безопасности Российской Федерации» и ряд других нормативных актов.

К третьей группе относятся нормативные акты, определяющие понятия отдельных правовых категорий, связанных с регулированием оборота СТСНПИ. Это такие нормативные акты, как, например, Закон Российской Федерации от 5 марта 1992 года №4235-I «О безопасности», Федеральный закон от 7 июля 2003 года № 126-ФЗ «О связи», Федеральный закон от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и т.д.

К четвертой группе относятся ведомственные нормативные акты органов исполнительной власти, определяющие объем их компетенции в указанной сфере.

В данном параграфе автор анализирует соответствие Конституции Российской Федерации норм оперативно-розыскного законодательства, определяющих порядок ограничения прав и свобод человека при проведении оперативно-розыскных мероприятий с использованием СТСНПИ. Результатом проведенного анализа является предложение о внесении изменений в Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности». Соискателем также выявлен ряд противоречий Закона Российской Федерации «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности» в сфере регулирования использования СТСНПИ. Для устранения противоречий в указанных нормативных актах автор полагает необходимым в формулировке ч. 2 ст. 5 Закона Российской Федерации «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» акцентировать внимание на запрете использования в частной детективной и охранной деятельности СТСНПИ. Предлагается ч. 2 ст. 5 Закона Российской Федерации «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» изложить в следующей редакции: «При осуществлении частной сыскной деятельности допускается использование видео- и аудиозаписи, кино- и фотосъемки, технических и иных средств (за исключением специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, отнесенных Правительством Российской Федерации к специальным техническим средствам, предназначенным для негласного получения информации, используемым при осуществлении оперативно-розыскной деятельности), не причиняющих вреда жизни и здоровью граждан и окружающей среде, а также средств оперативной радио- и телефонной связи».

Второй параграф «Исторический и сравнительно-правовой аспекты регулирования оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации» посвящен изучению российского законодательства по регулированию оборота СТСНПИ с точки зрения его эволюции, а также сравнительно-правовому анализу нормативных правовых актов зарубежных государств, регулирующих общественные отношения в данной сфере.

Результатом проведенного исследования является вывод о том, что в истории российского законодательства нормативное закрепление правил оборота СТСНПИ неразрывно связано с регулированием деятельности правоохранительных органов и спецслужб по негласному добыванию информации.

Нормы, регулирующие оборот (за исключением использования уполномоченными лицами) СТСНПИ, были определены сравнительно недавно. Так, впервые в Российской Федерации нормы, определяющие порядок ввоза и вывоза СТСНПИ, появились в связи с изданием постановления Правительства Российской Федерации от 1 июля 1996 г. № 770 «Об утверждении Положения о лицензировании деятельности физических и юридических лиц, не уполномоченных на осуществление оперативно-розыскной деятельности, связанной с разработкой, производством, приобретением в целях продажи, ввоза в Российскую Федерацию и вывоза за ее пределы специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации, и перечня видов специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации».

Законодательное закрепление института ответственности за нарушение правил оборота и незаконный оборот СТСНПИ в Российской Федерации также отличается новизной.

Уголовный кодекс Российской Федерации, принятый в 1996 году, расширил, по сравнению с Уголовным кодексом 1960 года, уголовно-правовую охрану личных прав и свобод граждан, закрепив ответственность за нарушение неприкосновенности частной жизни (ст. 137) и нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений (ст. 138). Кроме того, ч. 3 ст. 138 УК РФ была предусмотрена уголовная ответственность и за незаконные производство, сбыт или приобретение в целях сбыта СТСНПИ.

Административная ответственность за нарушение правил оборота СТСНПИ впервые была предусмотрена КоАП РФ 2002 года. Так, статья 20.23 предусматривает ответственность за нарушение правил производства, хранения, продажи и приобретения СТСНПИ, статья 20.24 предусматривает ответственность за незаконное использование СТСНПИ в частной детективной или охранной деятельности.

Регулирование оборота СТСНПИ предусмотрено и в законодательстве других государств. Сравнительно-правовой анализ российского и зарубежного законодательства позволил выявить наличие схожих и отличительных норм, регулирующих оборот СТСНПИ.

В отличие от российского законодательства, законодательство многих государств, в частности США и ФРГ, представлено не одним нормативным актом, дающим право субъектам оперативно-розыскной деятельности использовать специальную технику, а достаточно большим массивом нормативных актов, регулирующих данные отношения в зависимости от сферы деятельности уполномоченных органов (борьба с преступностью, контрразведывательная деятельность). По мнению автора, это является несомненным преимуществом, т. к. дает возможность дифференцированно определять условия и порядок использования СТСНПИ правоохранительными органами и спецслужбами в зависимости от задач их деятельности.

Правовое регулирование деятельности, связанной с оборотом СТСНПИ (за исключением использования), во многих государствах представлено нормативными актами, устанавливающими как общие вопросы лицензирования, так и правила лицензирования деятельности непосредственно по обороту СТСНПИ. Ответственность за нарушение правил оборота СТСНПИ предусмотрена в нормах административного и уголовного законодательства государств. Данные способы правового регулирования аналогичны используемым в Российской Федерации.

В третьем параграфе «Организационные основы оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации» автором проведен детальный анализ порядка лицензирования деятельности, связанной с разработкой, производством, реализацией, приобретением в целях продажи, ввозом в Российскую Федерацию и вывозом из Российской Федерации СТСНПИ, а также условий использования СТСНПИ субъектами оперативно-розыскной деятельности.

При рассмотрении элементов оборота (разработка, производство, реализация, приобретение в целях продажи, ввоз в Российскую Федерацию и вывоз из Российской Федерации СТСНПИ, использование) СТСНПИ, возникает необходимость в их разделении в зависимости от субъектов осуществления деятельности, связанной с оборотом СТСНПИ. Так, деятельность, связанная с разработкой, производством, реализацией, приобретением в целях продажи, ввозом в Российскую Федерацию и вывозом из Российской Федерации, может осуществляться индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность.

Использование СТСНПИ может осуществлять только субъектами оперативно-розыскной деятельности или частными детективами и охранниками (из смысла ст. 20.24 КоАП). Учитывая отсутствие нормативно закрепленных перечней СТСНПИ, которые частные детективы и охранники могут использовать при оказании услуг, автором в качестве субъекта использования СТСНПИ рассматриваются только субъекты оперативно-розыскной деятельности. Основными формами регулирования использования СТСНПИ являются, во-первых, предоставление полномочий по использованию СТСНПИ; во-вторых, определение перечней СТСНПИ, которые субъекты оперативно-розыскной деятельности могут использовать при проведении оперативно-розыскных мероприятий; в третьих, судебный и ведомственный контроль, прокурорский надзор за соблюдением условий использования СТСНПИ.

Говоря о других элементах оборота (разработка, производство, реализация, приобретение в целях продажи, ввоз в российскую Федерацию и вывоз из Российской Федерации) СТСНПИ, необходимо учитывать, что основными формами государственного регулирования данной предпринимательской деятельности являются, во-первых, определение перечней СТСНПИ, являющихся предметом оборота; во-вторых, обязательное лицензирование, которое осуществляется ФСБ России и ее территориальными органами; в-третьих, последующий контроль за соблюдением условий лицензирования.

В соответствии с Приказом ФСБ Российской Федерации от 20 февраля 2004 г. № 122 «Об утверждении Правил ведения реестра лицензий на деятельность по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность» все данные о предоставлении лицензии на отдельные виды деятельности, связанной с оборотом СТСНПИ, переоформлении документов, подтверждающих наличие лицензий, приостановление и возобновление действия лицензий и об аннулировании лицензий, выданных органами ФСБ России, вносятся в реестр лицензий. Аналогичные данные, предоставляемые всеми территориальными органами ФСБ, вносятся в сводный реестр лицензий, ведение и хранение которого возлагается на Центр по лицензированию, сертификации и защите государственной тайны ФСБ России. Данный централизованный учет позволяет государству в лице ФСБ России регулировать и контролировать оборот СТСНПИ, что способствует противодействию незаконному обороту СТСНПИ.

При анализе Постановления Правительства Российской Федерации от 15 июля 2002 г. № 526 «Об утверждении Положения о лицензировании деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность», как основного нормативного акта, регулирующего вопросы лицензирования оборота (за исключением использования) СТСНПИ, автором акцентируется внимание на отсутствии в нем превентивных административно-правовых средств предупреждения правонарушений. В связи с этим диссертант приходит к выводу о необходимости усиления функций контроля при выдаче лицензий на осуществление указанной деятельности.

Для достижения этой цели предлагается указанный нормативный акт дополнить следующими основаниями для отказа лицу в выдаче лицензии на осуществление деятельности, связанной с оборотом СТСНПИ:

1) наличие не снятой и не погашенной судимости за тяжкие и особо тяжкие преступления, а также преступления, посягающие на конституционные права и свободы человека и гражданина;

2) совершение лицом два и более раза в течение одного года административных правонарушений, посягающих на общественную безопасность и общественный порядок, а также порядок управления;

3) увольнение из правоохранительных органов и специальных служб по компрометирующим обстоятельствам (в течение трех лет после увольнения);

4) состояние лица на учете в органах здравоохранения по поводу заболевания наркоманией и/или алкоголизмом.

Неотъемлемой составляющей лицензирования, в том числе и оборота СТСНПИ, является контроль лицензирующих органов за соблюдением лицензиатом условий и требований лицензии. Одной из форм контроля является проведение плановых и внеплановых проверок с обязательным документированием их результатов. В настоящее время в Положении о лицензировании деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, отсутствует указание на формы документирования результатов проверок. Соискателем предлагается для нормативного закрепления форм документального оформления результатов проверки пункт 11 указанного Положения дополнить вторым абзацем следующего содержания: «По результатам проверки оформляется акт (справка) с указанием конкретных нарушений и срока их устранения, который подписывается должностным лицом или всеми членами комиссии. Лицензиат (его представитель) должен быть ознакомлен с результатами проверки, и в акте (справке) должна быть сделана запись о факте ознакомления. Если лицензиат отказывается ознакомиться с результатами проверки, должностное лицо или члены комиссии фиксируют этот факт в акте (справке) и заверяют его своей подписью».

Вторая глава «Административная ответственность за нарушение правил оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации» состоит их трех параграфов.

Первый параграф «Административная ответственность за нарушение правил оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, и незаконное использование специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, в частной детективной или охранной деятельности» посвящен исследованию норм административного законодательства, предусматривающего ответственность за нарушение правил оборота СТСНПИ, на предмет выявления проблем его применения.

Автором анализируются элементы составов правонарушений, предусмотренных ст.ст. 20.23 и 20.24 КоАП, в том числе рассматриваются вопросы единообразного регулирования общественных отношений в сфере оборота СТСНПИ различными нормативно-правовыми актами.

Выдвигается и обосновывается предложение о законодательном перемещении ст. 20.23 КоАП в главу 19 КоАП «Административные правонарушения против порядка управления». Данное мнение автора подтверждается анализом родового объекта указанного правонарушения. Ответственность за нарушение правил оборота СТСНПИ в настоящее время предусмотрена ст. 20.23 КоАП в главе 20 «Административные правонарушения, посягающие на общественный порядок и общественную безопасность». Таким образом, родовым объектом данного правонарушения декларируется общественная безопасность и общественный порядок.

Вред общественной безопасности и общественному порядку при совершении данного правонарушения, на наш взгляд, причиняется лишь косвенно. Вряд ли можно признать причиняющим вред общественной безопасности и общественному порядку такое нарушение условий лицензирования, как, например, несвоевременное извещение лицензирующего органа о смене лицензиатом юридического адреса.

Учитывая, что лицензирование отдельных видов деятельности и контроль за соблюдением предусмотренных законодательством условий деятельности является одной из форм государственного управления, направленной на обеспечение единой государственной политики при осуществлении лицензирования, вред при нарушении правил оборота СТСНПИ, прежде всего, причиняется интересам управления в данной сфере. Таким образом, на наш взгляд, было бы целесообразно закрепить ответственность за данное правонарушение в главе о правонарушениях против порядка управления.

Формулируя название ст. 20.23 КоАП, законодатель указывает лишь некоторые проявления правонарушения, не совсем понятным является даже критерий указания именно этих деяний. По мнению диссертанта, если следовать по пути указания в названии деяний, составляющих суть правонарушения, то необходимо указывать все деяния. Мы согласны, что данное перечисление делает название слишком громоздким, но в данном случае оно (название) отражает весь спектр противоправных деяний. Если в названии статьи обобщить все действия в сфере оборота СТСНПИ, составляющие объективную сторону правонарушения, единым термином «нарушение правил оборота», то это будет противоречить Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности», который закрепляет полномочия субъектов оперативно-розыскной деятельности на оборот СТСНПИ без получения лицензии.

Объективная сторона правонарушения, предусмотренного ст. 20.23 КоАП, состоит из двух самостоятельных правонарушений. Часть первая предусматривает в качестве правонарушения нарушение правил производства, хранения, продажи и приобретения СТСНПИ при наличии лицензии. Часть вторая предусматривает ответственность за нарушение правил разработки, ввоза в Российскую Федерацию и вывоза из Российской Федерации СТСНПИ, а также порядка сертификации, регистрации и учета СТСНПИ.

Отмечая нелогичность законодателя при отнесении такого деяния, как разработка СТСНПИ, к правонарушению, предусмотренному ч. 2 ст. 20.23 КоАП, автор приходит к выводу, что разработка СТСНПИ неразрывно связана с их производством. Анализ Положения о лицензировании деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 июля 2002 г. № 526, подтверждает мнение соискателя. Во-первых, оба вида деятельности лицензируются ФСБ России и ее территориальными органами; во-вторых, при определении требований и условий при осуществлении деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи СТСНПИ законодатель употребляет эти два термина во взаимосвязи, используя при этом союз «и»; в-третьих, данные виды деятельности регулируются одним нормативным актом – Положением о лицензировании деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи СТСНПИ индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность; в-четвертых, одним из условий лицензирования является наличие у лицензиата технических заданий на разработку специальных средств, утвержденных в установленном порядке органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, и договоров на их производство, что исключает разработку СТСНПИ без их последующего производства.

Таким образом, на наш взгляд, целесообразно было бы ответственность за нарушение правил разработки СТСНПИ предусмотреть в ч. 1 ст. 20.23 КоАП.

Диспозиция части 2 ст. 20.23 КоАП не содержит в качестве обязательного признака совершения правонарушения, связанного с ввозом в Российскую Федерацию и вывозом из Российской Федерации СТСНПИ, наличие лицензии, что предполагает возможность осуществления данных действий любым лицом и без специального разрешения. Однако согласно Положению о ввозе в Российскую Федерацию и вывозе из Российской Федерации специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 10 марта 2000 г. № 214, данная деятельность осуществляется на основании лицензии, выдаваемой Министерством торговли России. На наш взгляд, для устранения данного противоречия целесообразно ч. 2 ст. 20.23 дополнить словами: «при наличии лицензии». Ответственность за ввоз СТСНПИ в Российскую Федерацию и вывоз из Российской Федерации СТСНПИ без лицензии, автор предлагает предусмотреть в ч. 3 ст. 138 УК РФ, рассматривая это деяние не как нарушение правил оборота, а как незаконный оборот СТСНПИ.

С учетом изложенного, диссертантом предлагается следующая редакция ст. 20.23 КоАП:

 «Статья 20.23. Нарушение правил разработки, производства, хранения, продажи и приобретения в целях продажи, ввоза в Российскую Федерацию и вывоза из Российской Федерации специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, порядка сертификации, регистрации и учета указанных технических средств

1. Нарушение правил разработки, производства, хранения, продажи и приобретения с целью продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, при наличии специального разрешения (лицензии), –

влечет наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от четырех тысяч до пяти тысяч рублей.

2. Нарушение правил ввоза в Российскую Федерацию и вывоза из Российской Федерации, а также порядка сертификации, регистрации и учета специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, при наличии лицензии –

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от двух тысяч до двух тысяч пятисот рублей с конфискацией специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации; на должностных лиц – от трех тысяч до пяти тысяч рублей с конфискацией специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации».

Анализируя диспозицию ст. 20.24 КоАП, автор приходит к выводу о необходимости нормативного закрепления перечня СТСНПИ, которые частные детективы и охранники могут использовать в своей деятельности.

Ответственность по данной статье предусматривается за незаконное использование СТСНПИ в частной детективной или охранной деятельности. Таким образом, допускается, что возможно и законное использование данного рода средств при оказании услуг частного детектива или охранника, что противоречит положениям Конституции Российской Федерации и Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности». При этом законодатель противоправность данного деяния усматривает не в самом факте использования СТСНПИ лицами, не являющимися субъектами оперативно-розыскной деятельности, а только в факте использования частными детективами или охранниками СТСНПИ, не предусмотренными установленными перечнями.

Само определение данных технических средств как «специальных» позволяет вывести следующие признаки СТСНПИ (применительно к рассматриваемому составу административного правонарушения): во-первых, для признания того или иного технического устройства предметом данного правонарушения необходимо, чтобы единственным его предназначением было негласное получение информации; во-вторых, технические характеристики данных средств должны позволять использовать их для негласного получения информации (здесь имеется в виду скрытое наблюдение в ночное время, снятие акустической информации на большом расстоянии от объекта и т. д.); в-третьих, данные технические средства не должны быть предусмотрены установленными перечнями. С помощью данных признаков можно разграничивать собственно СТСНПИ и общедоступные технические устройства, находящиеся в свободном обороте, которые также могут использоваться для негласного наблюдения или фиксации информации (бытовые видеокамеры, диктофоны и т. д.).

Существующие на сегодняшний день перечни СТСНПИ либо заведомо касаются лиц, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность (к числу которых частные детективы и охранники не относятся), либо распространяются на деятельность, связанную с ввозом в Российскую Федерацию и вывозом из Российской Федерации СТСНПИ.

Получается, что законодатель, установив запрет для частных детективов и охранников на использование СТСНПИ, не предусмотренных установленными перечнями, не определил, какие это перечни, что влечет отсутствие состава административного правонарушения и, соответственно, административной ответственности за данное правонарушение.

В качестве меры ответственности за правонарушение, связанное с незаконным использованием в частной детективной или охранной деятельности СТСНПИ, санкцией ст. 20.24 КоАП предусмотрено наложение штрафа с конфискацией незаконно используемых специальных технических средств для частных детективов (охранников) и штрафа для руководителей частных детективных или охранных организаций (объединений, ассоциаций).

Примечательно, что при определении размера штрафа для частных детективов (охранников) установлена только верхняя граница – 2000 рублей. Минимальный размер штрафа, согласно ч. 2 ст. 3.5 КоАП, не может быть менее ста рублей. На наш взгляд, такой размер штрафа за правонарушение, посягающее на общественный порядок или общественную безопасность, не способствует достижению цели предупреждения совершения новых правонарушений – как самим правонарушителем, так и другими лицами. Если же учесть реальную стоимость услуг частного детектива, то становится совершенно очевидно, что уплата штрафа никак не повлияет на материальное положение частных детективов и, соответственно, не остановит их дальнейшую противоправную деятельность при оказании услуг.

По мнению диссертанта, для устранения данного несоответствия совершенного правонарушения предусмотренному за него наказанию следует, во-первых, установить минимальную границу штрафа для частных детективов (охранников), во-вторых, существенно повысить размер штрафа.

Второй параграф «Особенности производства по делам о нарушении правил производства, хранения, продажи и приобретения специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, и незаконном использовании специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, в частной детективной или охранной деятельности» посвящен выявлению процессуальных особенностей производства по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст.ст. 20.23 и 20.24 КоАП.

Материальные нормы, предусматривающие ответственность за правонарушения, реализуются в порядке, предусмотренном процессуальными нормами. Иными словами, эти процессуальные нормы регламентируют производство по делам об административных правонарушениях .

Не рассматривая всех стадий производства по делам об административных правонарушениях, в данном параграфе соискателем анализируются лишь особенности реализации административной ответственности за правонарушения, предусмотренные ст. ст. 20.23 и 20.24 КоАП.

В соответствии с пунктами 1 и 2 ч. 2 ст. 23.3 КоАП полномочия по рассмотрению дел об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 1 ст. 20.23 КоАП, принадлежат органам внутренних дел. В то же время, согласно п. 3 ч. 2 ст. 23.46 КоАП, полномочия по рассмотрению дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 20.23 КоАП, закрепляются за директором ФСБ России, его заместителями, руководителями территориальных органов ФСБ России и их заместителями. При этом процессуальные полномочия данных органов в КоАП не разграничены.

Диссертантом предлагается закрепить полномочия по рассмотрению данной категории дел (ч. 1 ст. 20.23 КоАП) исключительно за ФСБ России как органом, осуществляющим лицензирование деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи СТСНПИ.

Это предложение можно обосновать следующим образом. Во-первых, являясь лицензирующим органом, органы ФСБ России вправе проводить как плановые, так и внеплановые проверки. Представляется весьма маловероятной ситуация, при которой сотрудники органов внутренних дел были бы допущены к документации либо процессу производства СТСНПИ с целью проверки соблюдения всех правил разработки, производства, реализации и приобретения в целях продажи СТСНПИ. Кроме того п. «и» ст. 3 Положения о лицензировании деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, в качестве одного из условий для осуществления данной деятельности содержит запрет на предоставление доступа к информации о специальных средствах и к технической документации о них без письменного запроса органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, или уполномоченного им лицензиата и предварительного согласования возможности предоставления доступа с федеральным органом исполнительной власти, заказавшим разработку специальных средств.

Во-вторых, для разрешения дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 20.23 КоАП, необходимы специальные познания – как в сфере правил разработки, производства, реализации и приобретения в целях продажи СТСНПИ, так и в определении самих СТСНПИ.

При совершении правонарушения, предусмотренного ст. 20.24 КоАП, рассмотрение дел в отношении руководителей частных детективных и охранных организаций (объединений, ассоциаций), служб безопасности в организациях в соответствии со ст. 23.3 КоАП отнесено к компетенции органов внутренних дел.

В то же время, ст. 23.46 КоАП определяет, что дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 20.24 КоАП (причем независимо от того, в отношении кого данные дела ведутся), рассматриваются органами, осуществляющими государственный контроль в области обращения и защиты информации, то есть органами, уполномоченными в области безопасности Российской Федерации (ФСБ России).

На наш взгляд, данное положение является весьма противоречивым. В соответствии со ст. 20.24 в качестве наказания для частных детективов (охранников), наряду со штрафом, предусмотрена конфискация незаконно используемых специальных технических средств. Согласно ст. 3.7 КоАП конфискация назначается судьей. Таким образом, предоставление полномочий органам ФСБ России по рассмотрению административных правонарушений, предусмотренных ст. 20.24 КоАП в отношении частных детективов (охранников), является нелогичным. По мнению автора полномочия по рассмотрению данных дел должны предоставляться органам внутренних дел – в отношении руководителей частных детективных и охранных организаций (объединений, ассоциаций), служб безопасности в организациях, судьям – в отношении частных детективов (охранников).

Согласно ст. 27.10 КоАП в целях пресечения административного правонарушения и обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении допускается изъятие вещей, явившихся предметами административного правонарушения.

Данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении является отраслевой формой государственного принуждения и, соответственно, обладает всеми признаками административно-процессуального принуждения, для которого характерно наличие события административного правонарушения, реализация в рамках правоохранительной деятельности, особый процессуальный порядок фиксации и т. д. .

Изъятие СТСНПИ, по мнению автора, целесообразно лишь при производстве по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 20.24 КоАП. Это связано с тем, что разработка, производство, реализация, приобретение в целях продажи, ввоз в Российскую Федерацию и вывоз из Российской Федерации СТСНПИ может осуществляться только на основе лицензии, заявок субъектов оперативно-розыскной деятельности и только в соответствии с установленными перечнями.

Использование различных технических устройств в частной детективной или охранной деятельности, во-первых, лицензированию не подлежит, во-вторых, без экспертизы СТСНПИ, которая предполагает изъятие этой техники, невозможно дать заключение, соответствует данное СТСНПИ установленному перечню или нет, что исключает правильное рассмотрение дела.

Учитывая, что СТСНПИ являются сложной по своему устройству аппаратурой, и для признания их таковыми необходимо подтверждение наличия специальных технических характеристик, для правильного принятия решения по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 20.24 КоАП, необходимо заключение эксперта о том, является ли то или иное техническое устройство именно специальным техническим средством, предназначенным для негласного получения информации.

Законодатель специально не устанавливает перечень правонарушений, по делам о которых проведение экспертизы обязательно. Но, по мнению диссертанта, без заключения эксперта не всегда возможно однозначно установить, что техническое устройство является именно СТСНПИ. Это связано еще и с отсутствием ответственности за так называемые технические средства «двойного» назначения, которые, по сути, являются обычными бытовыми приборами, но при некоторой доработке могут быть использованы как СТСНПИ.

Поскольку для признания СТСНПИ предметом правонарушения, предусмотренного ст. 20.24 КоАП, а также для правильного принятия решения по делу требуется заключение эксперта о том, что то или иное техническое устройство является именно СТСНПИ, не предусмотренным установленными перечнями, требуется проведение административного расследования.

В ч. 1 ст. 28.7 КоАП закреплен исчерпывающий перечень областей законодательства, при выявлении нарушений в которых возможно проведение административного расследования, что лишает правоприменительные органы возможности проведения административного расследования в случаях, не предусмотренных законом.

Учитывая большое количество дел об административных правонарушениях, для правильного разрешения которых требуется проведение экспертизы, и нецелесообразность определения единого перечня областей законодательства, при выявлении нарушений в которых возможно проведение административного расследования, считаем целесообразным исключить данный перечень из ст. 28.7 КоАП, предоставив возможность правоприменителю самостоятельно определять необходимость назначения экспертизы по тем или иным делам.

В третьем параграфе «Соотношение административной ответственности с другими видами ответственности за нарушение правил оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации» автором проведено соотношение административной ответственности с другими видами ответственности за нарушение правил оборота СТСНПИ, а также определены критерии, которые позволяют разграничить правонарушения и преступления в сфере нарушений правил оборота СТСНПИ.

Анализ законодательства в сфере оборота СТСНПИ показывает, что, во-первых, КоАП и УК РФ оперируют единым понятием СТСНПИ для характеристики различных деяний; во-вторых, административные правонарушения, связанные с оборотом СТСНПИ, зачастую находятся на грани с преступлениями, что требует уяснения их различий; в-третьих, административные правонарушения, связанные с оборотом СТСНПИ, при несвоевременном их пресечении могут способствовать совершению преступлений. Так, предоставление для ознакомления технической документации по разработке и производству СТСНПИ лицу, не уполномоченному на ознакомление с ней (ч. 1 ст. 20.23 КоАП), может способствовать незаконному производству указанных средств (ч. 3 ст. 138 УК РФ).

Соискателем проведен сравнительный анализ составов правонарушений, предусмотренных ст.ст. 20.23 и 20.24 КоАП, и составов преступлений в сфере незаконного оборота СТСНПИ, предусмотренных ст. 138 УК РФ, на предмет уточнения оснований для их разграничения.

Для разграничения ст. 20.23 КоАП и ст. 138 УК РФ автор предлагает выделять следующие основания: а) степень общественной опасности; б) при совершении правонарушения, предусмотренного ст. 20.23 КоАП, лицо действует при наличии у него лицензии на осуществление деятельности, связанной с оборотом СТСНПИ; в) в качестве предмета правонарушения, предусмотренного ст. 20.23 КоАП, могут признаваться собственно СТСНПИ со всеми присущими им техническими характеристиками. При квалификации деяний по ч. 3 ст. 138 УК РФ в качестве предмета, по мнению автора, могут признаваться любые устройства, технические характеристики которых могут не совпадать с предусмотренными для СТСНПИ, но они позволяют негласно получать информацию; г) если субъектом преступлений, предусмотренных ч.ч. 2 и 3 ст. 138 УК РФ (применительно к ч. 2 ст. 138 рассматривается только преступление, совершаемое с использованием СТСНПИ), может быть любое физическое лицо, достигшее возраста 16 лет, то субъектом правонарушения, предусмотренного ст. 20.23 КоАП, может быть только лицо, имеющее лицензию на деятельность, связанную с оборотом СТСНПИ.

Рассматривая составы преступлений, предусмотренных ч.ч. 2 и 3 ст. 138 УК РФ, диссертант приходит к выводу, что понятие «СТСНПИ» в смысле ст. 20.23 и 20.24 КоАП не тождественно понятию, употребляемому уголовным законодательством. Основным признаком СТСНПИ применительно к административным правонарушениям является специальное назначение указанных технических средств только для негласного получения информации. Перечень СТСНПИ, утвержденный Постановлением Правительства Российской Федерации от 1 июля 1996 г. № 770, определяет характеристики технических устройств, используемых в оперативно-розыскной деятельности. Между тем, лица, незаконно использующие СТСНПИ в преступной деятельности, порой сами изготавливают СТСНПИ, которые могут несколько отличаться от предусмотренных параметров, но при этом не теряют своих свойств.

На наш взгляд, для исключения данных противоречий следовало бы в ч.ч. 2 и 3 ст. 138 УК РФ заменить формулировку: «специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации», на: «технические устройства, позволяющие негласно получать информацию».

С помощью СТСНПИ могут совершаться преступления, посягающие не только на тайну телефонных переговоров, почтовых отправлений, но и посягающие на другие стороны жизни человека, которые составляют его частную жизнь, а также преступления, направленные на получение сведений, составляющих коммерческую тайну.

Для более качественной уголовно-правовой защиты различных видов тайны полагаем необходимым включить в качестве квалифицирующих признаков в ст.ст. 137 и 183 УК РФ использование СТСНПИ при совершении преступлений, предусмотренных указанными статьями.

В заключении автором подведены итоги проведенного исследования, сформулированы выводы, предложения и рекомендации, базирующиеся на результатах исследования.

В приложении к диссертации приведены проект Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и другие законодательные акты Российской Федерации», а также проект постановления Правительства Российской Федерации «О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 15 июля 2002 г. № 526 ”Об утверждении Положения о лицензировании деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность”».

Основные положения диссертационного исследования опубликованы

в следующих работах:

Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных

Высшей аттестационной комиссией Минобрнауки России

для публикации результатов диссертационного исследования:

1. Кошелева О.В. Соотношение уголовной и административной ответственности за нарушение правил оборота и использования специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации / О.В. Кошелева // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: Право. – 2007. Т. 3, выпуск 1. – С. 84–92 (0,9 п. л.).

Иные научные публикации:

2. Кошелева О.В. Об ответственности за незаконное использование в частной детективной или охранной деятельности специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации / О.В. Кошелева // Правовые проблемы укрепления российской государственности: сб. статей / Под ред. В.Ф. Воловича. – Томск: изд-во Томского ун-та, 2005. – Ч. 25. – С. 90–94 (0,2 п. л.).

3. Кошелева О.В. Ответственность за незаконное использование в частной детективной или охранной деятельности специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации / О.В. Кошелева // Полицейское право. – 2005. – № 4 (4). – С. 80–82 (0,3 п. л.).

4. Кошелева О.В. Некоторые вопросы административной ответственности за нарушение правил оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации / О.В. Кошелева // Правовые проблемы укрепления российской государственности: сб. статей / Под ред. В.Ф. Воловича. – Томск: изд-во Томского ун-та, 2006. – Ч. 33. – С. 107–110 (0,2 п. л.).

5. Кошелева О.В. Правовое регулирование использования специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, в оперативно-розыскной деятельности (сравнительно-правовой анализ) / О.В. Кошелева // Полицейское право. – 2006.– № 1 (5). – С. 98–102 (0,6 п. л.).

6. Кошелева О.В. Правовые основы деятельности органов ФСБ России в сфере лицензирования оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации / О.В. Кошелева // Полицейское право. – 2006. – № 4 (8). – С. 51–56 (0,4 п. л.).

7. Кошелева О.В. Правовые основы лицензирования оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации / О.В. Кошелева // Правовые проблемы укрепления российской государственности: сб. статей / Под ред. В.Ф. Воловича, А.М. Барнашова, В.М. Зуева. – Томск: ООО «ДиВо», 2007. – Ч. 37. – С. 66–70 (0,2 п. л.).

Информация ГИЦ МВД России за 2004–2005 гг.

Там же.

См.: Громов Ю., Анчуков В. Оперативно-розыскное законодательство, специальные технические средства негласного получения информации // http//www.crime-research.ru.

См.: Бахрах Д.Н., Ренов Э.Н. Производство по делам об административных правонарушениях: пособие для слушателей народных университетов. – М.: Знание, 1989. – С. 7.

См.: Каплунов А.И. Административное принуждение, применяемое органами внутренних дел: теория и практика: монография / под общ. ред. В.П. Сальникова. – СПб.: С.-Петерб. ун-т МВД России, 2004. – С. 306.

 
Авторефераты по темам  >>  Разные специальности - [часть 1]  [часть 2]



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.