WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ПООЩРЕНИЕ И НАКАЗАНИЕ КАК ПАРНЫЕ ЮРИДИЧЕСКИЕ КАТЕГОРИИ

Автореферат кандидатской диссертации по юридическим наукам, праву

 

На правах рукописи

Нырков Владимир Владимирович

ПООЩРЕНИЕ И НАКАЗАНИЕ КАК ПАРНЫЕ ЮРИДИЧЕСКИЕ КАТЕГОРИИ

12.00.01 - теория и история права и государства, история правовых учений

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Саратов 2003

Работа выполнена в Государственном образовательном учреждении

высшего профессионального образования

«Саратовская государственная академия права»

Научный руководитель - доктор юридических наук, профессор Малько Александр Васильевич

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор Сырых Владимир Михайлович кандидат юридических наук, доцент Павлушина Алла Александровна

Ведущая организация - Институт права Тамбовского государственного университета им. Г.Р. Державина

Защита состоится 17 июня 2003 года в 16.°° часов на заседании диссертационного совета Д-212.239.02 при Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Саратовская государственная академия права» (410056, г. Саратов, ул. Чернышевского, 104, ауд. № 2).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Саратовская государственная академия права».

Автореферат разослан мая 2003 года.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор юридических наук,

профессор ^[ГМ^У*^ / И.Н. Сенякин

а 2-7/

з

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В современных условиях социально-полезная активность личности становится важнейшим фактором общественного прогресса. В политике Российского государства одним из приоритетных направлений является задача создания условий для обеспечения достойной жизни и свободного развития его граждан. Устанавливая режим, благоприятствующий выбору активного правомерного варианта поведения для личности, в своей деятельности государство все чаще обращается к инструменту правового поощрения.

Именно с помощью данного средства общество может

непосредственным образом заинтересовывать индивидов, побуждать их к

всестороннему собственному развитию, к творческому использованию своих

способностей в интересах других лиц и государства в целом. Дальнейший

социальный прогресс не только бы затормозил свой постоянно

ускоряющийся ход без гибкого механизма стимулирования, но при

определенных обстоятельствах и отсутствии последнего более вероятна его

остановка и даже регресс в общественной жизни. Поощрение является самым

действенным стимулом правовой системы. На настоящий момент уже

экспериментально доказана несравненно большая эффективность

использования поощрительных санкций нежели карательных.

Значимость поощрения как юридического инструмента постоянно возрастает. И поэтому прав известный итальянский ученый-правовед Н. Боббио в своем утверждении о том, что новым является не возникновение самой «поощрительной функции» права, а ее все более частое применение в современной государственно-правовой жизни. При этом масштаб ее практического использования, по его справедливому мнению, неожиданно обнаруживает большие пробелы в общей теории права, а временами даже неадекватность этой теории социальной практике. Подобное несоответствие возрастает в той мере, в какой юридическая теория продолжает рассматривать правопорядок с точки зрения своих традиционных функций -чисто защитительной и репрессивной1.

См.: Боббио Н. От структуры к функции. Новые исследования в теории права // Право XX века: Идеи и ценности: Сб. обзоров и реферртев-/тШддед.,|1яравИр\1в?1 Ю.С. М.: РАН. ИНИОН Центр социальных научно-информациЬнййх'иаа^ЗД95'В'й'2001]С. 128.

C.netep$JI* %а« \

оэ зово №ТХ12У

4

Однако любая социальная группа окажется на грани распада и состояния хаоса в межличностном взаимодействии, если нейтрализовать механизм защиты от нарушений установленных в ней правил общения. Российское общество, как никакое другое, знает цену поголовной «вседозволенности», «безнаказанности» и ничем неограниченной свободе. Бессмысленно создавать и совершенствовать режим наибольшего благоприятствования для развития личности без установления защиты ее прав и интересов, без достаточно жесткой и продуманной системы правовых наказаний за их нарушение. В противном случае все «благие» начинания будут сведены к нулю. Без поощрения наказание теряет смысл, а без наказания поощрение становится беззащитной социальной фикцией.

Современное государство остро нуждается в научно обоснованной концепции установления оптимального соотношения и взаимодействия поощрений и наказаний в праве. Эффект от применения рассматриваемых юридических средств в любом случае немалый, но он может быть как со знаком «плюс», так и со знаком «минус». Любое неосторожное обращение с этими инструментами почти всегда чревато печальными последствиями, о чем с наглядностью свидетельствует весь ход человеческой истории. Так, еще П.А. Сорокин, размышляя о предназначении поощрений и наказаний, писал: «Вообще говоря: кары и награды - слепые силы. Они чисты и непорочны, как дева, но, как за деву, за них нельзя поручиться - какой плод они дадут. Характер этого последнего будет зависеть от того, от кого будут исходить данные санкции, против кого они будут направлены и какие цели достигаются ими. Если все эти условия положительны - то и плод может получиться хороший. Если они отрицательны - то плод будет никуда не годным»1.

Следовательно, в первую очередь необходимо выяснить, что представляют собой правовые наказания и поощрения, когда и для чего их следует использовать, каковы их возможности, пределы действия и каково их оптимальное сочетание. Из этого вытекает потребность в их своевременном научно-теоретическом анализе и, в частности, исследовании их в качестве категорий общей теории права. Стоит заметить, что наибольшие плоды принесет изучение поощрений и наказаний в их единстве и взаимодействии.

' Сорокин П.А. Преступление и Кара, Подвиг и Награда. Социологический этюд об основных формах общественного поведения и морали. СПб.: Изд-во Русского Христианского гуманитарного института, 1999. С. 218.

5

Научная и практическая значимость работы. Проблема правового поощрения и правового наказания, установления их оптимального баланса является научно и практически значимой для Российского государства. В настоящих условиях без ее периодического осмысления и должной корректировки в зависимости от быстро меняющейся социальной ситуации вряд ли возможна эффективная работа и самого государственного аппарата, и нормальное функционирование всего общества.

Научное значение выполненного исследования заключается, прежде всего, в самой постановке проблемы. Правовое поощрение и правовое наказание в качестве парных юридических категорий на монографическом уровне ранее не рассматривались. Да и вообще, «к сожалению, человеческая мысль не разработала общей теории поощрения (впрочем, так же, как и общей теории наказания)»1.

Последовательное решение вопроса единства и взаимодействия поощрений и наказаний в праве может существенно повлиять на теоретическое осмысление ряда смежных юридических феноменов, например, позволит уточнить или даже пересмотреть имеющиеся взгляды на проблему правовой ответственности, юридических санкций и др. Полученные выводы не безынтересны и для отраслевых юридических наук.

Содержащиеся в работе обобщения, предложения и рекомендации могут найти практическое применение в деле совершенствования правотворческой, правоприменительной, правоинтерпретационной и других форм реализации правовой политики государства.

Практическая значимость проблемы заключается и в том, что результаты диссертационного исследования можно использовать в учебном процессе при преподавании курса теории государства и права, а также специально-отраслевых и других юридических дисциплин, при написании курсовых и дипломных работ по предлагаемой теме, в кружковой работе заведений юридического профиля.

Степень разработанности проблемы. Так или иначе данная тема затрагивалась в трудах видных ученых-правоведов, социологов и мыслителей конца XIX — начала XX вв.: Н.А. Гредескула, А.А. Жижиленко,

Голик Ю.В. Позитивные стимулы в уголовном праве (понятие, содержание, перспективы). Дис... д-ра юрид. наук в виде науч. докл., выполняет также функции автореферата. М.: МГУ, 1994. С. 1.

6

Р. Иеринга, M.M. Ковалевского, А.Н. Радищева, П.А. Сорокина, B.C. Соловьева и др.

Проблематика поощрений и наказаний в праве была также предметом исследования в работах следующих современных авторов: С.С. Алексеева, Б.Т. Базылева, М.И. Байтина, Л.В. Багрий-Шахматова, В.М. Баранова, A.M. Васильева, В.М. Ведяхина, В.М. Галкина, Ю.В. Голика, В.М. Горшенева, В.А. Елеонского, Е.И. Зарецкой, И.Э. Звечаровского, С.С. Карийского, И.И. Карпеца, А.П. Коренева, В.Н. Кудрявцева, О.Э. Лейста, Д.А. Липинского, Н.С. Малеина, А.В. Малько, Н.И. Матузова, А.И. Марцева, В.А. Никонова, И.С. Ноя, Г.М. Петрова, А.А. Пионтковского, СВ. Полубинской, Б.Т. Разгильдиева, Р.А. Сабитова, И.С. Самощенко, И.Н. Сенякина, Л.И. Спиридонова, А.К. Стальгевича, В.М. Сырых, В.А. Тархова, М.Х. Фарукшина, Р.Л. Хачатурова, Е.В. Черных, М.Д. Шаргородского и др.

При этом наиболее обстоятельному анализу, как на общетеоретическом, так и на отраслевом уровне, подверглись аспекты, связанные с проблемой правового поощрения. Вопрос о правовом наказании как общетеоретической категории хотя и поднимался еще дореволюционным ученым-правоведом А.А. Жижиленко, но до сих пор не получил должного освещения в современной научной литературе. Исследованием абстракции «наказание» занимаются в основном только теоретики уголовного права, а в последнее время и на отраслевом уровне указанной проблеме уделяется явно недостаточное внимание. На сегодняшний день в правоведении отсутствуют общетеоретические монографические работы, посвященные комплексному, системному анализу поощрений и наказаний в праве, с исследованием их в единстве и взаимодействии. На основании вышеизложенного представляется необходимым дальнейшая общетеоретическая разработка проблемы поощрений и наказаний в юридической сфере жизни общества, исследование данных феноменов с помощью такой логической формы как парные правовые категории.

Цели и задачи исследования. Основная цель настоящей работы заключается в комплексном теоретическом исследовании поощрений и наказаний в праве с опорой на логико-философские знания, в выяснении их единой природы и сущности, родовидовых признаков, их места и роли в правовой системе, в выявлении особенностей их взаимодействия в различных аспектах юридического воздействия.

7

Для достижения цели диссертационного исследования необходимо было решить следующие основные задачи:

- рассмотреть логико-философские основания выделения в

понятийной структуре общей теории государства и права парных категорий;

установить примерный круг парных правовых категорий и разработать специальный алгоритм их исследования;

- сконструировать первоначальные абстракции «правовое поощрение» и «правовое наказание» путем установления совокупностей их родовидовых признаков;

- проанализировать основные моменты единства и взаимодействия поощрений и наказаний на информационно-психологическом уровне действия права;

- выявить внутренние и внешние связи поощрений и наказаний в структуре правовой системы;

- исследовать проблемы взаимосвязи поощрений и наказаний на нормативно-правовом уровне;

- найти и рассмотреть юридическую категорию, обобщающую в одно целое внутренние и внешние связи пары «правовое поощрение - правовое наказание»;

- внести соответствующие предложения и рекомендации по оптимизации поощрительной и карательной политики современного Российского государства.

Методологическая и теоретическая основы исследования. Методологической базой работы является диалектико-материалистический метод познания правовой действительности, наряду с которым были использованы также общенаучные (логический и исторический, системно-структурный подход, моделирование, анализ и синтез и т.п.) и частнонаучные (социологический, психологический, сравнительно-правовой, формально-юридический и др.) методы.

Теоретическую основу исследования составила специальная юридическая, философская и социологическая литература, посвященная различным аспектам проблемы единства и взаимодействия поощрений и наказаний в праве.

Положения и выводы диссертации основаны также на изучении норм Конституции Российской Федерации, федеральных и региональных законов,

8

иных нормативно-правовых актов, а также опубликованных материалов правоприменительной практики.

Научная новизна исследования обусловлена самой постановкой проблемы, а также намеченными задачами и заключается в том, что диссертация представляет собой первое комплексное монографическое исследование проблемы поощрений и наказаний в праве на уровне общей теории права. Специфика исследования заключается в детальном юридическом анализе категорий «поощрение» и «наказание» в качестве именно парных абстракций с опорой на логико-философскую базу, а также на данные других гуманитарных наук (социологии, психологии, политологии), в рассмотрении данных понятий в единстве и взаимодействии.

По сути, предлагается специфический методологический подход к изучению правовых феноменов, разрабатывается специальная логическая форма для непротиворечивого отражения сложных связей юридической жизни. Поэтому в диссертации, наряду с исследованием общетеоретических аспектов, значительное место уделено рассмотрению логико-философских оснований парности юридических категорий.

Также автором, исходя из полученных теоретических выводов, предпринята попытка построения научно обоснованного алгоритма действий по оптимизации правовой политики современного Российского государства в сфере установления и реализации поощрений и наказаний.

Учитывая сложность и многогранность проблемы, автор не стремился к постановке и рассмотрению всех аспектов выбранной темы. Работа посвящена исследованию ее наиболее важных, базовых вопросов, имеющих теоретическое и практическое значение.

Диссертантом на защиту выносятся следующие основные теоретические положения:

1. Конструирование научных абстракций по родовидовому принципу выступает лишь начальным и предварительным этапом развития правовой категории в теорию, систему знаний. При этом обращается внимание на ограниченность и пределы развития правового научного понятия в рамках формальной логики. Последняя не в состоянии одна дать ответ на вопрос о том, как познать и отразить в мышлении посредством конструирования абстракций сущность юридических феноменов. При помощи формально логического мышления лишь возможно подготовить «почву» для раскрытия сущности явлений права, да и его самого.

9

2. В работе развивается идея о необходимости изучения связей правовой системы с использованием специальной логической формы, которая решает проблему непротиворечивого отражения в мышлении единства и взаимодействия конкретной диалектической пары юридических феноменов. В качестве таких мыслительных конструкций предлагаются парные юридические категории.

3. Правовая система есть ничто иное, как совокупность множества взаимодействующих пар противоположных юридических явлений, характеризующаяся иерархической организованностью. Чем сложнее фрагмент правовой действительности, тем более разветвленной организацией диалектических противоречий он является.

4. Автор выдвигает тезис о том, что изучение отдельных пар правовых понятий выступает необходимым предварительным этапом, предшествующим и одновременно являющимся неотделимым началом непосредственного процесса восхождения от абстрактного к конкретному в общей теории права. В стратегическом плане разработка парных юридических категорий решает задачу построения органической понятийной системы общей теории государства и права.

5. В ходе образования по формально логическим правилам первоначальных абстракций «правовое поощрение» и «правовое наказание» автор обосновывает выбор в качестве их родовых понятий категории «стимул» и «ограничение» соответственно. «Поощрение» и «наказание» представляют собой относительно самостоятельные юридические категории, не дублирующие смежных с ними абстракций общей теории права: «правовое стимулирование», «правовое ограничение», «санкция», «юридическая ответственность», «правовая льгота», «принуждение», «убеждение» и др.

6. Правовое наказание есть вид юридического ограничения, применяемый к виновному лицу за совершение им правонарушения в целях общей и частной превенции; правовое поощрение есть вид юридического стимулирования, применяемый к субъекту за осознанное добросовестное исполнение им своих обязанностей (поступок) или за достижение социально-полезного результата, превышающего обычные требования (заслуга), целями которого является побуждение лица к дальнейшему правомерному поведению и совершение подобных деяний другими гражданами.

10

7. Категориальное отношение «правовое поощрение - правовое

наказание» неразрывно связано с другой парой понятий «правомерное

поведение (заслуга или поступок) - правонарушение». В ходе анализа

взаимосвязи этих пар автор доказывает, что применение формальной логики

в процессе дальнейшего общетеоретического развития указанных категорий

имеет определенные пределы. Но это не мешает уже на предварительном

этапе, благодаря установлению родовых признаков названных абстракций,

продемонстрировать единство поощрений и наказаний в рамках

информационно-психологического действия права.

8. Правовое поощрение и правовое наказание представляют собой единые в своем взаимодействии и одновременно противоположные средства мотивационного юридического воздействия, выступают ядром стимулирования и ограничения в праве. Исследование такого сотрудничества на информационо-психологическом уровне позволило сделать автору предположение о возможном взаимодействии поощрений и наказаний и в процессе правового регулирования, специально-юридического действия права, ибо вышеназванные аспекты едины в своем бытии, и разорвать их можно лишь в ходе теоретического осмысления.

9. Правомерное заслуженное деяние и поощрение, правонарушение и наказание - эти акты правовой жизни не просто существуют рядом друг с другом, один возле другого, но именно «встречаются», «стыкуются», где происходит взаимный процесс учета этих действий, между ними возникает специфическая связь. Это взаимодействие можно представить в виде двух схем: «правонарушение — наказание - правомерное добросовестное поведение - поощрение - снятие наказания (правонарушения)» и «заслуга (или добросовестный поступок) - награда (поощрение) - противоправное деяние - наказание - лишение или уменьшение поощрения».

10. Санкции в праве - есть не элементы структуры норм, а представляют собой относительно самостоятельные поощрительные и охранительные (карательные) юридические нормы, обеспечивающие регулятивные предписания и друг друга посредством их собственного взаимодействия. Поощрения и наказания в нормативно-правовом аспекте образуют единую систему норм-санкций.

11.Признание правового поощрения в качестве санкции с необходимостью приводит автора к выводу о наличии позитивного аспекта у юридической ответственности. В диссертации обосновывается идея о том,

11

что именно в реализации поощрения как санкции за правомерное заслуженное поведение и проявляет себя положительная сторона ответственности. Причем, и в рамках юридической ответственности опять-таки неизбежно обнаруживает себя единство и сотрудничество поощрений и наказаний в праве.

12. Важным аспектом исследования пары «правовое поощрение -правовое наказание» является включение ее во взаимосвязь более высокого уровня. Для осуществления данной теоретической операции автор предлагает использовать категорию «юридическая ответственность», отражающую в единстве внутреннее и внешнее взаимодействие указанных феноменов. Содержанием такой обобщающей абстракции является бесконечное сцепление юридически значимых актов поведения субъектов и ответных реакций со стороны общества и государства на них - правовых поощрений и наказаний.

Апробация результатов исследования. Основные теоретические выводы и положения диссертации обсуждались на заседаниях кафедры теории государства и права Саратовской государственной академии права, отражены в опубликованных статьях. По этой проблеме автор выступал с сообщениями на методологических семинарах, проводимых Саратовским филиалом Института государства и права РАН, и на научно-практической конференции «Российская правовая доктрина в XXI веке: проблемы и пути их решения» (Саратов, 3-4 октября 2001 г.).

Структура диссертации обусловлена целью и логикой исследования и включает в себя введение, три главы, объединяющие 12 параграфов, и библиографию.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается выбор темы, ее актуальность, цели, задачи, новизна, теоретическое и практическое значение исследования, приводятся данные об апробации работы, формулируются основные положения, выносимые на защиту.

Глава 1. - «Логико-философские основания парности юридических категорий» состоит из пяти параграфов, первый из которых - «Некоторые проблемы механизма образования и дальнейшего развития правового

12

научного понятия» - посвящен исследованию научных абстракций правоведения, вопросам процесса и пределов конструирования понятия в рамках формальной логики, а также причин, в силу которых такого построения становится недостаточно для современных потребностей юридической науки.

В вопросе о правовом научном понятии нет полной ясности, нет однозначных и исчерпывающих ответов на него не только в юридической, но и в логико-философской литературе тоже. Одним из важнейших аспектов юридической научной абстракции (понятия) является процесс ее первоначального образования, который становится возможным благодаря методу восхождения от конкретного к абстрактному. Суть этого приема в том, что первоначально образованное правовое понятие формируется из чувственного «хаотического представления о целом» путем мысленного его анализа и разложения на элементы. При этом мышление создает все более и более простые абстракции с целью построения исходной «идеальной», упрощенной структуры исследуемого предмета.

В диссертации подчеркивается, что образованное таким путем правовое научное понятие - есть лишь первоначальное теоретическое представление об отражаемом им юридическом явлении и выступает как простая совокупность его характерных признаков, по которым оно (явление) фиксируется в мышлении. Это лишь первый этап в развитии научного понятия, в результате которого последнее только начинает отрываться от простого эмпирического описания и превращаться в теорию.

Пройдя стадию своего образования, научная абстракция, будучи включенной, в понятийную систему - теорию, продолжает свое развитие от простого теоретического представления (совокупности характерных признаков) к целому комплексу знаний об отражаемом объекте. Понятие «старается» постепенно выйти за рамки простого формального определения, в дополнение к последнему конструируются вспомогательные абстракции о видах отражаемых в нем явлений, формируются дополнительные понятия о его признаках, которые, в свою очередь, делятся на подпризнаки. Путем количественных и качественных изменений, в результате своего развития, научная абстракция постепенно трансформируется из «смысла общих имен» в «понятие как система знаний».

Однако в ходе такого развития научной абстракции возникает целый ряд трудностей. Формальная логика наделяет нас принципами и формами

13

правильного мышления, но ничего не говорит об истинности понятий, о критериях отделения существенных признаков от несущественных, о структурности и элементарности понятий. Она лишь дает нам правила вывода достаточной совокупности признаков для четкого выделения в мышлении группы тождественных явлений из числа феноменов того же класса. В результате построенное по всем логическим канонам правовое научное понятие, хотя и будучи развитым в систему знаний, представляет собой простую сумму четко отграниченных друг от друга частей, элементов - более простых абстракций. А, следовательно, сложное юридическое явление отражается в теории как суммативная структура элементов, в которой потеряно главное - система их взаимодействий, источник их развития и реального единства.

Основной момент формально логически сконструированных абстракций заключен в том, что они односторонни, «оторваны» друг от друга, образованы в результате сознательного разделения единого целого -правовой действительности. Этим самым они позволили детально изучить отдельные стороны, явления, процессы права. Но то, что было «достоинством» на первоначальных этапах развития понятия, теперь на более совершенной стадии его существования как системы становится «препятствием» для создания целостной, органической картины мысленного отражения взаимосвязей юридических средств. Таким образом, остается открытым вопрос - в какой познавательной форме возможно отразить в мышлении многообразие взаимодействий сложных правовых феноменов, выразив этим самым их сущность?

Во втором параграфе - «Метод восхождения от абстрактного к конкретному как способ построения органической понятийной системы общей теории права» - рассматриваются возможные пути преодоления недостатков абстрактного мышления, которые неизбежно возникают при конструировании научных понятий по формально - логическим правилам.

В методе восхождения от конкретного к абстрактному ученые-правоведы (в их числе A.M. Васильев, Д.А. Керимов, В.Н. Крылов, М.Ф. Орзих, Г.С. Остроумов, Ю.А. Денисов, Л.И. Спиридонов, В.М. Сырых) совершенно справедливо, по мнению автора, увидели выход из проблемы теоретического отражения сложных диалектических взаимодействий юридической действительности.

14

Процесс восхождения от абстрактного к конкретному, изучив опыт его использования в юридической литературе, можно условно подразделить на два последовательных этапа: первый - это поиск и, в результате, обоснование выбора реального простейшего отношения (взаимодействия) в праве, которое отражается в паре простейших абстракций; второй - непосредственное построение органической понятийной системы путем развертывания найденного простейшего отношения в более сложные до тех пор, пока не будет сконструировано в теории единое многообразие всех связей правовой жизни.

Рассматривая различные попытки использования данного метода при построении понятийной системы общей теории права, автор приходит к выводу, что в этом направлении научных изысканий ученых-правоведов постигли неудачи по нескольким причинам, но основной является следующая.

Не была предметом специального исследования проблема ограниченности формально - логического взгляда на строение правового научного понятия. Соответственно, до сих пор остается невыясненным вопрос о том, какова же должна быть логическая форма (структура) понятия, его взаимодействия с другими абстракциями, чтобы она была в состоянии фиксировать реальное единство и взаимодействие противоположных правовых феноменов. Пока не преодолен взгляд на научную абстракцию, как на совокупность «псевдосущественных» признаков, до тех пор всякое «восхождение» обречено на неудачу, ибо объективная диалектика права не может быть познана исключительно в «старых» логических формах и нуждается в новых. Необходим критический пересмотр многих уже имеющихся положений о научной абстракции, с целью удержания действительно истинных моментов и внесения новых дополняющих их корректив.

Учитывая вышеизложенные трудности, в заключении параграфа диссертантом предлагается собственный выход из создавшейся ситуации. Для этого представляется необходимым выделение и разработка парных юридических категорий в качестве относительно самостоятельных логических форм, позволяющих познать и отразить в мышлении конкретное диалектическое взаимодействие противоположных явлений правовой действительности. Исследование данной формы и специальное изучение отдельных пар юридических абстракций выступают, по мнению автора,

15

необходимым предварительным этапом, предшествующим и одновременно являющимся неотделимым началом непосредственного процесса восхождения от абстрактного к конкретному в общей теории права. Именно парные юридические категории есть то недостающее звено, без которого всякое «восхождение» обречено на неудачу. В этом видится главный стратегический момент актуальности специального исследования определенных пар научных абстракций в плане дальнейшего развития общей теории права в органическую систему.

В параграфе третьем - «Философские основы парности правовых понятий» - рассматриваются основные моменты закона единства и «борьбы» противоположностей с целью их последующего использования в качестве методологической базы исследования конкретных пар диалектически взаимосвязанных правовых абстракций. Предпринимается попытка обоснования возможности отражения в мышлении диалектических связей юридической действительности посредством именно парных категорий. Другими словами, автор стремится решить ранее обнаруженные логические проблемы, но уже на основе философских знаний.

В диссертации делается вывод, что не стоит «изобретать велосипед» в деле теоретического отражения сложных взаимодействий в праве - некую «специфическую диалектико-логическую» форму мышления, принимающую вид «А и не-А». Диалектика уже разработала свою собственную логическую форму - это ее парные категории. Частным же наукам, включая и правоведение, необходимо на основе логико-философских положений разработать собственную систему парных абстракций, ибо осуществить это их обязывает специфика собственного предмета.

Четвертый параграф - «Научные абстракции общей теории государства и права - как категории правоведения» - посвящен вопросу установления статуса категорий для определенной части понятий юридической науки.

Выделение специально-научных категорий возможно и целесообразно лишь в обособленной и относительно самостоятельной системе частных наук, коей и является в целом юридическая наука. Только в системе теорий возникает необходимость в категориальном синтезе знания. В системе наук правоведения лишь общая теория государства и права может признать свои понятия в качестве юридических категорий в истинном гносеологическом значении данного термина. Деление же внутри одной отдельно взятой теории

16

правоведения абстракций, на являющиеся категориями и не являющиеся таковыми, ведет к тупиковым решениям и не имеет методологического значения.

Основной смысл рассмотрения определенных научных понятий в качестве категорий - это необходимость показать их особый категориально-методологический статус в рамках целой системы юридических наук. Отличительный признак категории правоведения состоит в способности конкретного понятия осуществлять синтез всего правового знания, служить категориальной структурой научно-юридического мышления в целом.

В заключении параграфа акцентируется внимание на том, что в ходе познания правовой действительности порой наблюдается весьма тесное сотрудничество между понятиями общей теории права (категориями) и абстракциями отраслевых юридических наук, в результате которого возможно образование новых категорий правоведения путем обобщения частноправовых понятий. Например, абстракция «правовое поощрение» первоначально разработанная учеными науки трудового права, потом вошла в состав категориального аппарата теории права, а затем распространилась и на другие отрасли юридической науки. По мнению диссертанта, и «правовое наказание» подлежит путем теоретической трансформации введению в категориальный строй правоведения в качестве парной к «правовому поощрению». Представляется необходимым взять понятие «наказание» у науки уголовного права и, рассмотрев его с общетеоретических позиций, перевести в ранг категории всего правоведения.

В пятом параграфе «Парные юридические категории: постановка проблемы, примерный круг, алгоритм рассмотрения» рассматриваются основные моменты предлагаемой логической формы, устанавливаются критерии поиска среди абстракций общей теории права именно парных категорий и демонстрируются гносеологические возможности последних.

Значение явления парности научных понятий для правоведения можно выразить словами Платона: «Но что удивительно и божественно для вдумчивого мыслителя, так это присущее всей природе удвоение числовых значений и, наоборот, раздвоение - отношение, наблюдаемое во всех видах и родах вещей». На «раздвоение» юридических феноменов особое внимание обратил А.М. Васильев1. Он стал автором идеи о необходимости

1 См.: Васильев A.M. Правовые категории. Методологические аспекты разработки системы категорий теории права. М.: Юрид. лит-ра, 1976. С. 238 - 262.

17

рассмотрения парных категорий в качестве специфической логической формы познания диалектических связей правовой жизни. Высказанные ученым-правоведом положения о парных категориях можно определить как постановку проблемы. К сожалению, предложенная им идея до сих пор не получила своего должного развития.

В диссертационном исследовании автор вслед за А.М. Васильевым вновь ставит проблему парности юридических категорий. Обосновывается тезис о том, что противоположные явления пронизывают собой всю правовую реальность и это должно найти свое выражение и в категориальном аппарате. В понятийном ряду общей теории государства и права можно выделить наиболее «явно» противоположные и тесно взаимосвязанные пары абстракций: «государство - право», «частное право -публичное право», «материальное право - процессуальное право», «норма права - правоотношение», «нормативно-правовой акт правоприменительный акт», «позитивная юридическая ответственность -негативная юридическая ответственность», «правовое стимулирование -правовое ограничение», «правовое поощрение - правовое наказание», «субъективное право - юридическая обязанность», «специализация законодательства - унификация законодательства» и другие.

Важнейшим моментом, характеризующим специфику парных абстракций в качестве особых логических форм, является алгоритм их теоретического рассмотрения. Последний представляет собой совокупность взаимосвязанных задач, посредством решения которых исследователь в состоянии достигнуть цели использования данной логической формы -раскрытия сложного единства и взаимодействия познаваемых противоположных правовых явлений.

Весь процесс исследования правовых феноменов в форме парных категорий можно условно разбить на следующие этапы:

1. необходимо осуществить анализ каждого из противоположных правовых явлений в качестве относительно самостоятельного феномена. Здесь следует установить их специфику, виды и т.д., особое внимание стоит обратить на внутренние связи;

2. путем сравнения выявляются общие признаки и различия между исследуемыми явлениями. (Первые два этапа являются предварительными, обеспечивающими непосредственный процесс рассмотрения единства и взаимодействия противоположностей в праве);

18

3. следует раскрыть единство данных явлений в различных аспектах. Другими словами, задача этой стадии на основе установленных ранее общих черт противоположностей нужно выяснить моменты их единства (в рамках одной и той же сущности) в правовой сфере. Это позволит приступить к исследованию их сложного взаимодействия в данных аспектах;

4. исходя из установленных специфических различий, необходимо рассмотреть особенности «взаимовлияния», взаимодействия одного явления на другого в рамках всех выявленных моментов единства, ибо каждая из противоположностей «отрицает» другую по-своему;

5. представить раскрытое взаимодействие, как источник их

«самодвижения», функционирования и развития. Этим самым будет

установлена внутренняя связь данной пары, взаимосвязь между указанными

явлениями, их элементами (видами);

6. следует выявить качественно-количественную неравноценность противоположных правовых явлений в ходе взаимодействия, исследовать доминирование одного из них на определенных этапах развития;

7. установив сложное внутреннее взаимодействие пары явлений, необходимо включить ее во взаимосвязь более высокого уровня. Здесь раскрывается их единство в рамках одной и той же сущности, которая взаимодействует с другой, противоположной себе, системой. Таким образом, представляется возможным учитывать диалектику внутренних и внешних связей определенной пары явлений. При этом следует помнить о ведущей роль внутреннего взаимодействия системы для ее развития по отношению - к внешнему.

Выделение изложенных этапов алгоритма рассмотрения парных юридических категорий носит условный характер, ибо в процессе непосредственного исследования данные стадии тесным образом переплетаются, и их четкое разграничение порой трудно осуществимо. Указанная совокупность задач необходима для общей ориентации исследователя, желающего использовать форму парности правовых понятий. При изучении конкретной пары данный алгоритм может изменяться и дополняться другими задачами, которые обусловлены спецификой рассматриваемых противоположных явлений и их взаимодействия.

Парные юридические категории определяются в работе в качестве специфической логической формы (особой пары понятий), которая имеет целью отразить в общей теории объективное единство и взаимодействие двух

19

противоположных явлений, тенденций, свойств правовой жизни, и характеризуется специальным алгоритмом своего рассмотрения, основанным на логико-философских знаниях. В диссертации выделяются следующие основные познавательные функции парных юридических категорий, которые и составляют значение последних:

1) позволяют преодолеть ограниченность формально-логического подхода в построении понятий, делают возможным непротиворечивое отражение в теоретическом мышлении конкретных диалектических связей правовой формы общества;

2) дальнейшее исследование целого ряда пар категорий, установление специально-юридических особенностей данной логической формы решит проблему поиска начала, «первоосновы» восхождения от абстрактного к конкретному в праве;

3) создав этим самым предварительную базу и восполнив пробелы предыдущих «восхождений», с помощью парных абстракций становится возможным построение органической системы общей теории государства и права, которая бы отражала вес многообразие взаимосвязей государственно-правовой надстройки. Только лишь с позиций парности понятий в полной мере можно осуществить применение метода восхождения от абстрактного к конкретному.

4) использование такого подхода позволит найти среди научных дискуссий антиномии-проблемы и разрешить их посредством диалектического синтеза, устранив при этом односторонность позиций.

На основании изложенного автор делает вывод, что рассмотрение соотносимых юридических понятий в форме парных абстракций в перспективе позволит продолжить их развитие от простой суммативной системы знаний к органической теории, от перечисления признаков и несвязанных элементов к раскрытию многообразия взаимосвязей, взаимодействий правовой сферы бытия.

Глава 2. - «Поощрение и наказание как относительно самостоятельные юридические категории» - состоит из двух параграфов. Первый из них «Правовое поощрение: формирование абстракции» посвящен конструированию по формально-логическим правилам общетеоретического понятия «правовое поощрение». Раскрывается его содержание посредством анализа родовидовых признаков, демонстрируются пределы и недостатки такого построения.

20

В диссертации доказывается, что наиболее перспективно в общей

теории права исследовать поощрение в качестве одного из видов правового

стимулирования. Даже простое обращение к юридической литературе с

убедительностью показывает, что исследование поощрений в основном

производится сквозь призму процесса стимулирования в праве. Подведение

понятия «правовое поощрение» под категорию «стимулирование» '

обосновывается и тем, что последняя в своей теоретической разработке получила более мощный методологический фундамент (теория управления, теория информации, учение о мотивации человеческого поведения и др.) по сравнению с категориями «государственное одобрение», «убеждение». Кроме того, такой выбор родового понятия позволяет затем непосредственно выйти на взаимодействие поощрений и наказаний в рамках пары «правовое стимулирование - правовое ограничение».

Основным видовым отличием правового поощрения выступает такое

его свойство, как применение только за совершение заслуги. Анализ

юридической литературы позволяет выделить несколько определений

понятия «заслуга», но наиболее обоснованной представляется позиция В.М.

Баранова по данному вопросу. Под заслугой он понимает два основных

варианта правомерного поведения: первый - добросовестное выполнение

субъектами своих юридических обязанностей; второй - совершение ими

непредусмотренных правовой нормой таких полезных для общества и (

государства действий, которые превосходят обычные требования1. В

диссертации анализируя каждый из двух видов заслуги, автор проводит

i параллели с правонарушениями, которые подразделяются по степени

общественной опасности на проступки и преступления. Аналогия здесь

заключается в том, что основания применения поощрения >

классифицируются, в свою очередь, по степени социальной значимости на

правомерные добросовестные поступки и собственно особые заслуги. j,

Обращается внимание на тот факт, что именно «раздвоение»

стимулируемого правомерного поведения влечет за собой деление на два

противоположных, но взаимосвязанных вида правового поощрения - за

особые заслуги и за правомерные добросовестные поступки. В этом случае

налицо проявление диалектической связи «правомерное заслуженное

поведение - поощрение». В ходе построения абстракции «правовое

1 См.: Баранов В.М. Поощрительные нормы советского социалистического права. Саратов: СГУ, 1978. С. 36.

21

поощрение» автор столкнулся с формально-логической проблемой порочного круга в определении, когда определяемое понятие раскрывается через определяющее и, наоборот. В итоге формулировалось: основание поощрения есть правомерное заслуженное деяние, в случае совершения которого следует применение мер поощрения; а поощрение представляет собой вид правового стимулирования, применяемого к лицам за совершение ими поощряемого поступка (или заслуги). Посредством этого формальнологическое мышление фиксирует неразрывную связь заслуги и правового поощрения как ее юридического последствия, хотя и безуспешно пытается избежать ее в определении, как некой «ошибки». Но никакой ошибки в данном случае и, как увидим впоследствии, в ситуации со связкой «правонарушение - правовое наказание» нет. А есть лишь своеобразный сигнал о наличии объективной диалектической связи между отражаемыми явлениями и о необходимости наложения ограничения на действие формально-логического правила о недопустимости образования «порочного круга» в определении, ибо иного пути нет, и следует лишь продолжить изучение связи «правомерное поведение - поощрение».

Исследуя вопрос о заслуге, в диссертации обращается внимание и на ее субъективную сторону. Основание поощрения содержит в себе и сознательное отношение лица к совершенному деянию и к его возможным последствиям.

Подчеркивается недопустимость сведения сущности правового поощрения к связи «за совершение заслуги следует поощрение», ошибочность отождествления поощрения с простым воздаянием. Если в случае с наказанием не следует сводить его к возмездию, отплате злом за зло, то в ситуации с поощрением не стоит все представлять как просто воздаяние добром за добро, ибо поощрение не «самоцель», не воздаяние за уже совершенное, а «аванс» на будущее. Чтобы избежать подобного отождествления и упрощенного видения, автором предлагается к основному видовому отличию добавить и другой признак, раскрывающий целевую окраску рассматриваемого явления.

На необходимость исследования вопроса о целях правового поощрения обращается внимание и в юридической литературе (В.М. Баранов, А.А. Гришковец, А.В. Мелешников). В диссертации выделяются две основные цели поощрения в праве: 1. частного побуждения (по аналогии с целью частной превенции у наказания), т.е. стимулирования дальнейшего

22

правомерного поведения поощряемого лица; 2. общего побуждения (по аналогии с целью общего предупреждения у наказания), т.е. ориентации других лиц на совершение заслуг.

Правовое поощрение определяется в работе как вид юридического стимулирования, применяемый к субъекту за осознанное добросовестное исполнением им своих обязанностей (заслуга) или за достижение социально-полезного результата, превышающего обычные требования (особые заслуги), целями которого является побуждение этого лица к дальнейшему активному правомерному поведению и совершение подобных деяний другими гражданами. Логическое содержание понятия может быть расширено за счет рассмотрения дополнительных признаков, выводимых из уже перечисленных. В качестве таковых автором анализируются: добровольность поощряемого поведения; специальная процедура реализации; взаимовыгодность поощрения для общества и субъекта и др.

В диссертации исследуется вопрос о соотношении понятия «правовое поощрение» с такими близкими по смыслу категориями как «правовое стимулирование», «правовая льгота», «убеждение в праве», «вознаграждение», «позитивная санкция», «позитивная ответственность», и делается вывод о том, что «юридическое поощрение» - самостоятельная правовая категория, смысловое содержание которой не поглощается другими близкими к ней по смыслу понятиями.

Во втором параграфе - «Правовое наказание: формирование

абстракции» - осуществляется построение понятия «правовое наказание»

посредством установления совокупности его родовидовых признаков и

демонстрируются пределы развития данной категории в рамках формальной

логики. •

Акцентируется внимание на первоначальном историческом единстве правовых наказаний, исследуются вопросы истории развития абстракции «правовое наказание». Способ неприменения термина «наказание» к другим взысканиям правовой жизни стал традиционным и в настоящий период, как известно, монополию на его использование оставляют за собой ученые уголовного права. Однако применительно к современному состоянию теоретико-правового знания эту традицию ни логически, ни с точки зрения практического использования нельзя признать полезной, и, как демонстрируется в диссертации, с позиций дальнейшего развития

23

общетеоретического и специально-юридического знания она выступает, на сей день, определенным препятствием для данного процесса.

Еще в дореволюционной юридической литературе почти 100 лет назад была предпринята попытка общетеоретического обобщения знаний об отдельных видах правового наказания. Так, А.А. Жижиленко удалось собрать во едино имеющиеся на тот момент теоретические знания о различных видах взысканий в праве и представить некую цельную картину феномена правовое наказание1. Хотя данное теоретическое представление и выглядит не вполне законченным у дореволюционного ученого в силу объективных обстоятельств (того уровня развития юридической науки), но определенный фундамент им в формирование общетеоретической абстракции «правовое наказание», безусловно, заложен.

В советский период указанное понятие своего дальнейшего прямого развития не получило. Знания о наказаниях в праве пополнялись отраслевыми исследованиями, в основном работами теоретиков уголовного права, а в общей теории лишь косвенно посредством изучения смежных категорий. В настоящее время некоторые ученые-правоведы стали высказываться если не за необходимость разработки общетеоретической абстракции «правовое наказание», то хотя бы за саму возможность ее использования юридической наукой (Н.С. Малеин, А.В. Малько, Е.В. Черных, М.Д. Шиндяпина и др.). Из-за терминологических традиций и преобладания, доминирования одной из частей (уголовной) единого целого явления наказания в праве юридическая наука осталась без обобщающей абстракции. И как результат, затрудненным оказался обратный путь синтеза знаний о данном феномене правовой жизни, который должен непременно последовать, завершив тем самым цикл формирования первоначальной общетеоретической категории «правовое наказание». Отсутствие же до сих пор указанного понятия в системе общей теории негативно сказывается на всей юридической науке.

При конструировании абстракции «правовое наказание» в работе обосновывается выбор в качестве родового понятия категории «правовое ограничение». Важнейшей отличительной чертой наказания является факт его применения только за совершение правонарушения. Эта связка отмечается всеми без исключения авторами. Можно сказать, что первое

1 См.: Жижиленко А.А. Наказание. Его понятие и отличие от других правоохранительных средств. Петроград, 1914.

24

выступает юридическим последствием второго. Наказание без правонарушения быть не может, хотя обратную ситуацию закон в ряде случаев допускает. Данный признак есть ядро современной трактовки природы исследуемого явления. От понимания существа связи «правонарушение - наказание» зависит вся теория правового наказания.

Так же, как и в случае с абстракцией «правовое поощрение», при конструировании понятия «правовое наказание» мы сталкиваемся с проблемой порочного круга в определении. Но это не означает ошибочности самого построения, а свидетельствует лишний раз о наличии объективной диалектической связи «правонарушение - наказание» и о недостатках простого формально-логического подхода к данному вопросу.

В диссертации обосновывается недопустимость сведения сущности наказания к каре, возмездию и неправомерность абсолютизации взаимосвязи «правонарушение - наказание». Дабы не допустить изложенных неточностей в качестве обязательного видового признака предлагается осуществить указание на цели правового наказания в его определении. В результате формулируется определение наказания в праве в качестве вида юридического ограничения, применяемого к виновному лицу за совершение правонарушения в целях общей и специальной превенции. Наряду с основным логическим содержанием данное определение может быть дополнено и иными вспомогательными признаками, например: особая процессуальная форма наказания; оценка совершенного правонарушения и его осуждение в рамках наказания; специальное закрепление наказания в нормах права и др.

Автором исследуется и вопрос о соотношении понятия «правовое наказание» с такими смежными юридическими категориями как «правовое ограничение», «государственное принуждение», «санкция», «восстановление права», «юридическая ответственность», и делается вывод о том, что «юридическое наказание» - самостоятельная правовая категория, не дублирующая других близких к ней по смыслу абстракций.

Глава 3. - «Единство и взаимодействие поощрений и наказаний в праве» состоит из пяти параграфов, первый из которых «Информационно-психологический аспект связи «правовое поощрение — правовое наказание»» направлен на раскрытие основных моментов взаимосвязи поощрений и наказаний в праве на мотивационном уровне в рамках пары «правовое стимулирование - правовое ограничение».

25

Участник общественных отношений, поступая каким-либо образом, действует не только ради своей ближайшей цели, но и для того, чтобы последствия его деяния вернулись к нему в виде последующей реакции со стороны социума и государства. Все это прямо запрограммировано в соответствующих нормах права (поощрительных или карательных), посредством закрепления в них единой системы ответных актов - поощрений и наказаний. Таким образом, право осуществляет психологическое воздействие на поведение субъектов, создает определенную сбалансированность их интересов. Указанная двусторонняя, взаимная и объективная связь между первичным и ответным действиями с социологической и психологической точек зрения будет оптимальной и конструктивной, если эти акты могут быть сопоставлены и квалифицированы как позитивные или негативные, правомерные или противоправные, поощряемые или наказуемые.

Другими словами, ответная реакция должна обязательно предусматривать две альтернативы - положительную или отрицательную. Иначе будет невозможно и само мотивационное воздействие. В данном случае, как нельзя более тесно, переплетаются информационный и психологический моменты действия права. С позиций теории информации правовое поощрение и правовое наказание выражают двоичность юридической прогностической информации, что лишний раз подтверждает единство и взаимосвязь исследуемых феноменов1. Обнаруженная связь на информационно-психологическом уровне позволяет сделать предположение

0 ее возможном проявлении и в процессе правового регулирования,

специально-юридического действия права.

При этом подчеркивается, что мотивационный подход к изучению взаимодействия поощрений и наказаний в праве предоставляет возможность увидеть весьма важное преимущество одного из них и обусловленные этим пределы другого. Нельзя не заметить, что поощрение позволяет посредством его применения одновременно удовлетворять и интересы самого индивида, и интересы общества и государства в целом. Социально-полезное активное поведение субъекта права и его должное стимулирование выгодно и социуму. А вот, что касается правового наказания, то оно определенным образом невыгодно и обществу его использующему, и тем более самому

1 См.: Малько А.В. Стимулы и ограничения в праве: Теоретико-информационный аспект.

Саратов: Изд-во СГУ, 1994. С. 78 - 79.

26

правонарушителю. Интересы государства и общества в таком случае не получают своего наиболее полного удовлетворения. Ведь ограничивая негативную активность личность, мы одновременно лишаем ее и всей полноты возможного социально-положительного поведения. Не зря, зачастую, правовое наказание определяют - как необходимое «зло», налагаемое на правонарушителя за ранее совершенное им «зло».

Конечно же, наказание является необходимым инструментом права, но обозначенный выше побочный «негативный» эффект его применения должен постоянно уменьшаться в ходе дальнейшего правового прогресса. И как, здесь не вспомнить слова Н.А. Гредескула: «Приводить в исполнение угрозы, присоединенные к нормам права - это печальная необходимость права, от которой оно во многих случаях охотно бы отказалось, если бы при этом могло каким-нибудь образом сохранить неповрежденной силу выставленных угроз»'.

Во втором параграфе - «Внутреннее и внешнее взаимодействия пары «правовое поощрение - правовое наказание»» - приводится анализ взаимодействия двух пар «заслуга - поощрение» и «правонарушение -наказание», исследуется внутренняя и внешняя связи поощрения и наказания с поведением субъектов права.

В данном случае поощрение и наказание предстают в качестве ответных действий - реакций со стороны общества и государства на соответствующее позитивное или негативное поведение субъектов права. Здесь речь идет не о единичном поступке, не о механизме его реализации, а об особой связи между двумя или несколькими действиями. Другими словами, автор обращается к проблеме теоретического отражения в мышлении сложного социального взаимодействия, предстающего в виде бесконечного сцепления актов поведения и ответных юридических реакций на них. Заслуга и поощрение, правонарушение и наказание - эти акты правовой жизни не просто существуют рядом друг с другом, один возле другого, но именно «встречаются», «стыкуются», где происходит взаимный процесс учета этих действий, возникает специфическая связь.

В диссертации развивается идея, согласно которой связь «правонарушение - наказание» не является абсолютной и на нее накладываются ограничения через взаимодействие с противоположной парой

1 Гредескул Н.А. К учению об осуществлении права. Интеллектуальный процесс требующийся для осуществления права. Харьков, 1900. С. 27.

27

«заслуга - поощрение». Посредством исследования взаимодействия поощрений и наказаний на специально-юридическом уровне автором доказывается ограниченность трактовки сущности наказания как кары или возмездия.

Необходимо задаться одним вопросом - а не слишком ли много мы хотим от правового наказания, ставя перед ним цели и устрашения, и специального предупреждения, и вместе с ней и исправления правонарушителя? По мнению автора, все эти задачи, особенно последняя, «не по зубам» одному лишь наказанию, не обойтись ему без помощи правового поощрения. Выход из создавшейся непростой ситуации видится в следующем.

Во-первых, следует отказаться от абсолютизации связи «правонарушение - наказание», необходимо перестать выдавать «кару» за сущность наказания. Представляется, что не стоит возводить один из признаков данной абстракции, хотя и весьма важный и отражающий внешнюю связь явления, в ранг некой сущности. Определение «псевдосущности» через нахождение, якобы, наиболее существенных признаков и в этом конкретном случае заводит ученых-правоведов в теоретический «тупик». Подобные приемы по сути противоречат самой диалектической логике. Ведь «сущность», как известно, есть основная категория именно диалектики, а, следовательно, ее нельзя искать простым формально логическим путем.

Во-вторых, можно предложить исследовать не только внешнюю связь («правонарушение - наказание»), но и внутреннюю («правовое поощрение -правовое наказание»). Рассматривая «поощрение» и «наказание» как парные юридические категории, мы получим отношение двух связей -правонарушение и наказание во взаимодействии с заслуженным деянием и поощрением. Таким образом, перед нами предстают не две отдельные связи, хотя относительная их самостоятельность и не отрицается, а единое, цельное их взаимодействие. При этом наказание за правонарушение бессмысленно без возможности поощрения последующего правомерного поведения и исправления, оступившейся личности, а поощрение, без наказания вообще беззащитно.

В связи с этим, в диссертации предпринята попытка уточнения диалектической теории наказания Гегеля и ее современной трактовки в юридической литературе. «Отрицание» правонарушения происходит не за

28

счет простого применения наказания, оно лишь готовит почву, создает условия для этого, а посредством последующего правомерного заслуженного поведения нарушителя - через применение соответствующих мер поощрения происходит снятие наказания частично или полностью, а значит и «отрицается» в юридической сфере и само правонарушение как причина его вызвавшая. Правонарушение «снять» можно последующим правомерным заслуженным поступком (чаще всего целой их суммой), а не просто наказанием. Это взаимодействие можно представить в виде цепочки -«правонарушение - наказание - правомерное заслуженное поведение -поощрение - снятие наказания (правонарушения)».

В работе автор приходит к выводу, что правовому поощрению не обойтись без защиты со стороны специальных наказаний. В свою очередь, правовое наказание нуждается в своем обеспечении специфическими поощрениями.

В заключении параграфа связь «правовое поощрение - правовое наказание» рассматривается как постоянно развивающееся отношение. Данная пара явлений, образно говоря, находится в развитии, «самодвижении», в борьбе за «господство» одного над другим. Фиксируя определенное взаимоположение категорий внутри этой связи, мы имеем возможность логически выразить ту последовательность, которая отражает решающую роль либо правовых наказаний, либо правовых поощрений в регулировании общественных отношений в определенный исторический период времени. В настоящий момент вектор правового прогресса необходимо развернуть от наказания к поощрению, причем на первый план должна выйти социально-полезная активность индивида и ее соответствующее развитие с помощью разветвленной системы поощрений, а наказание должно стать, хотя и важным, но вспомогательным инструментом в указанном деле.

Третий параграф - «Поощрения и наказания как санкции-нормы права» - посвящен исследованию основных моментов единства и взаимодействия поощрений и наказаний в праве на нормативном уровне.

В результате анализа дискуссии в общей теории права по поводу возможности выделения поощрительных санкций диссертант приходит к выводу о необходимости синтеза противоположных позиций обеих сторон данного спора.

29

В работе подчеркивается идентичное строение и поощрительной, и карательной норм права. Разрешить спор о «позитивных санкциях» с помощью одной лишь формальной логики довольно сложно, если вообще возможно. Ограничившись лишь рассмотрением нормы права в рамках традиционной концепции, мы обрекаем себя на путь противоречий в деле исследования диалектики взаимодействия поощрений и наказаний в праве. В качестве возможного выхода, автор берет на себя смелость предложить обратиться к имеющемуся в общей теории права учению о двухзвенном строении нормы. Интересен тот факт, что именно санкция выступает своего рода «ахиллесовой пятой» традиционной трактовки.

По мнению диссертанта, можно прийти к следующему компромиссу в споре о «поощрительных санкциях». Не стоит искать в поощрительной норме в качестве ее третьего элемента некой «позитивной санкции», ибо норма права состоит из двух звеньев. Самое главное то, что сама поощрительная норма и есть искомая «положительная» норма-санкция, обеспечивающая регулятивные юридические предписания. Санкции в праве - есть не элементы структуры норм, а представляют собой относительно самостоятельные поощрительные и охранительные (карательные) юридические нормы, обеспечивающие регулятивные предписания и друг друга посредством их собственного взаимодействия. Поощрение и наказание в нормативно-правовом аспекте образуют единую систему норм-санкций, обеспечивающих регулятивные нормы права.

В параграфе четвертом - «Юридическая ответственность - как система связей поощрений и наказаний в праве» предпринята попытка включения пары «правовое поощрение - правовое наказание» во взаимосвязь более высокого уровня посредством подведения ее под категорию «юридическая ответственность».

Вопрос о правовых санкциях (поощрениях и наказаниях) тесным образом связан с не менее сложной проблемой осмысления феномена юридической ответственности. От решения вопроса о санкции в праве во многом зависит и трактовка ответственности и, наоборот. Признание правового поощрения в качестве санкции с необходимостью влечет утверждение о наличии позитивного аспекта у юридической ответственности. Именно в реализации поощрения как санкции за правомерное поведение и проявляет себя положительная сторона ответственности. Причем, и в рамках юридической ответственности опять-

30

таки неизбежно обнаруживает себя единство и сотрудничество поощрений и наказаний в праве.

В работе развивается идея о единстве и взаимодействии позитивного и негативного аспектов юридической ответственности, структуру которой образуют два взаимосвязанных блока: 1) ответственность как реакция (система связей поощрений и наказаний в праве) общества и государства на поведение субъекта права; 2) ответственность как система ответов субъекта права на требования общества и государства (совокупность правомерных заслуженных деяний и правонарушений). Таким образом, взаимодействующие пары «правомерное заслуженное поведение поощрение» и «правонарушение - наказание» представляют собой единое целое - сложный феномен юридическая ответственность.

В параграфе пятом - «Оптимизация поощрительной и карательной политики современного Российского государства» - предлагается в качестве рекомендации законодателю алгоритм поступательных действий, направленный на превращение правового поощрения в одно из приоритетных средств реализации правовой политики, а также на установление наиболее оптимального баланса между поощрениями и наказаниями в праве. Разумное и научно обоснованное сочетание правовых поощрений и наказаний, их надлежащее взаимообеспечение - залог успеха деятельности государства по созданию благоприятного режима для свободного развития личности.

В качестве первого шага на пути оптимизации наградной политики предлагается осуществить закрепление в Основном Законе страны права каждого на справедливое государственное награждение. Оно, по мнению диссертанта, является не менее важным, чем право человека на труд, социальное обеспечение, жилище, охрану здоровья и т. д. Также как индивид имеет право на свободный труд и на вознаграждение за него, так и он должен иметь право на справедливую награду за совершение заслуги (заслуг), гарантируемое Конституцией РФ. Данное нововведение позволит вывести поощрительную политику на должный уровень.

В качестве второго шага в указанном направлении необходимо перенести процесс государственного награждения в сферу деятельности судебной власти, а исполнительные органы соответственно лишить этого правомочия. Категория справедливости всегда тесно связано с понятием «суд», «правосудие». Юстиция, как известно, означает справедливость,

31

законность. Любая деятельность суда в итоге направлена на установление справедливости. Вопрос о награждении - есть вопрос об установлении справедливости, должного соответствия между деянием и воздаянием. За совершение заслуги государство должно награждать, а за совершение преступления - карать. К сожалению, мы являемся свидетелями «односторонней», «одновариантной» социальной справедливости. Общество возложило на судебную власть обязанность определять вид и меру наказания за преступление, но оно не удосужилось позаботиться о возложении на эту же власть обязанности осуществлять награждение за заслуги. Представляется необходимым покончить с данной несправедливостью и включить награждение государственными наградами в число функций судебной власти.

Следующим, третьим по счету, шагом должны стать разработка и принятие Наградного и Наградно-процессуального Кодексов РФ. Наградной Кодекс, по аналогии с Уголовным, может делиться на общую и особенную части. В общей части следует определить: задачи, принципы и цели данного закона; действие его во времени, пространстве и по кругу лиц; основные понятия и начала награждения; систему государственных наград и т. п. Особенную часть желательно разбить на разделы и главы в зависимости от рода и вида общественных, в сфере которых совершаются заслуги. Главы должны состоять из статей, в которых необходимо закрепить конкретные составы заслуг, а также установить вид и меру государственного награждения за их совершение.

В Наградно-процессуальном Кодексе, в свою очередь, следует закрепить основные положения наградного судопроизводства, подсудность, определить круг участников процесса, их права и обязанности, доказательства, порядок возбуждения наградного дела и общие условия его проведения и т. п. В качестве постановки проблемы отмечается, что сторонами в наградном процессе могут выступать сам «поощряемый», его представители или лица, ходатайствующие о его награждении, с одной стороны, и официальные оппоненты (возможно государственные органы или специальные лица), с другой стороны.

Четвертым шагом на пути оптимизации наградной и карательной политики государства должно стать установление новых правовых наказаний, которые охраняли бы от нарушений конституционное право каждого на своевременное и справедливое награждение государственными

32

наградами РФ. Так, по мнению автора, необходимо дополнить главу 19 УК РФ «Преступления против конституционных прав и свобод граждан» статьей со следующим названием - «Воспрепятствование осуществлению права на получение государственной награды». В главу 31 УК РФ «Преступления против правосудия» добавить ряд статей: «Заведомо незаконное награждение государственными наградами», «Заведомо незаконный отказ в возбуждении наградного дела», «Заведомо незаконное лишение лица государственных наград или заведомо незаконная отмена государственного награждения», «Умышленные действия, направленные на незаконное получение государственных наград». Представляется необходимым также установление административной и дисциплинарной ответственности за нарушение наградного законодательства.

Пятым действием в алгоритме будут меры по совершенствованию уголовной политики через расширение действия правовых поощрений в данной сфере. Следует согласиться с мнением В.М. Галкина, который предлагает в общей части УК закрепить общие основания и пределы уголовно-правового поощрения, а зависящие от особенностей отдельных видов преступлений - в особенной части. Также, на наш взгляд, в общей части необходимо закрепить принципы, цели, понятие уголовно-правового поощрения и их систему. Наряду с поощрительными нормами уполномочивающего характера необходимо шире использовать обязывающие поощрительные нормы, которые гарантируют возможность безусловного получения уголовно-правового поощрения за совершение соответствующих действий.

По теме диссертационного исследования автором опубликованы следующие работы:

1. Поощрения и наказания как средства реализации правовой политики // Правовая политика и правовая жизнь. Саратов - Москва: Изд-во Саратовского филиала Института государства и права РАН, 2001. № 3. С. 193 -202. (0,7п.л.);

2. Парные юридические категории как логическая форма познания правовой жизни // Правовая политика и правовая жизнь. Саратов - Москва:

33

Изд-во Саратовского филиала Института государства и права РАН, 2003. № 1.С. 194-196. (0,2 п.л.);

3. Основные пути оптимизации поощрительной и карательной политики государства // Российская юридическая доктрина в XXI веке: Научно-практическая конференции 3-4 октября 2001 г. / Под ред. А.И. Демидова. Саратов: Изд-во СГАП, 2001. С. 42 -43. (0,25 п.л.);

4. Поощрительная и карательная политика современного Российского государства // Вестник Волжского университета им. В.Н. Татищева. Серия «Юриспруденция». Вып. 16. Тольятти: Изд-во ВуиТ, 2001. С. 139 - 150. (0,6 п.л.);

5. Правовые категории: методологический аспект // Трибуна молодых ученых: Субъективные права и законные интересы: теоретические основы и проблемы юридической защиты. Вып. 3. Ч. 1 / Под ред. Ю.Н. Старилова. Воронеж: Изд-во Воронежского гос. ун-та, 2002. С. 156 - 166. (0,5 п.л.);

6. Парные юридические категории: постановка проблемы, примерный круг и алгоритм рассмотрения // Юридическая мысль. СПб.: Изд-во Юридического института Санкт-Петербурга, 2003. № 1. С. 48 - 59. (0,7 п.л.);

РОС НАЦИОНАЛЬНАЯ I

БИБЛИОТЕКА |

С.П«т*рбург {

ОЭ МО W '

Подписано к печати 14.05.2003 г. Усл. печ. л. 2,25. Бумага офсетная. Печать офсетная. Гарнитура «Тайме». Тираж 200 экз. Заказ 4бО,

Издательство Саратовской государственной академии права 410056, Саратов, Чернышевского, 135.

2ооЗ-А 8279

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.