WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

СОЮЗНОЕ ГОСУДАРСТВО РОССИИ И БЕЛОРУССИИ В СИСТЕМЕ ФОРМ ГОСУДАРСТВЕННОГО УСТРОЙСТВА: ПРОБЛЕМЫ ИДЕНТИФИКАЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

Автореферат кандидатской диссертации по юридическим наукам, праву

 

 

На правах рукописи

                                                                                                        

МИРОНОВ Василий Олегович

 

 

СОЮЗНОЕ ГОСУДАРСТВО

РОССИИ И БЕЛОРУССИИ В СИСТЕМЕ ФОРМ

ГОСУДАРСТВЕННОГО УСТРОЙСТВА:

ПРОБЛЕМЫ ИДЕНТИФИКАЦИИ И

ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

 

Специальность 12.00.01 – теория и история права и государства;

история учений о праве и государстве

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

 

 

 

 

 

Владимир 2007


Работа выполнена на кафедре государственно-правовых дисциплин федерального государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Владимирский юридический институт Федеральной службы исполнения наказаний».

Научный консультант:

доктор социологических наук, профессор

Морозов Валерий Михайлович

Официальные оппоненты:

доктор юридических наук, профессор

Исаев Игорь Анатольевич

доктор юридических наук, профессор

Молчанов Борис Алексеевич

доктор юридических наук, доцент

Пашенцев Дмитрий Алексеевич

Ведущая организация – Институт государства и права

Российской академии наук

Защита состоится 14 ноября 2007 г. в 9 часов на заседании диссертационного совета Д 229.004.01 при федеральном государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Владимирский юридический институт Федеральной службы исполнения наказаний» по адресу: 600020, г. Владимир, ул. Б. Нижегородская, 67е. Зал Ученого совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке федерального государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Владимирский юридический институт Федеральной службы исполнения наказаний».

Автореферат разослан «____» июля 2007 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент                                    В. В. Мамчун


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования обусловлена рядом обстоятельств как практического, так и теоретико-методологического свойства.

Менее десяти лет прошло с момента образования Союзного государства России и Белоруссии, однако о значительном прогрессе в этом направлении пока говорить не приходиться. До сих пор неясно, что, в какой срок предполагается сформировать совместными усилиями двух суверенных государств и какое место в системе научно-теоретических конструкций государства займет это формирование, не укладывающееся полностью ни в одну из известных моделей государства – а ведь именно как государство позиционируется российско-белорусский союз в учредительных межгосударственных документах. В этих условиях проблемы идентификации формы Союзного государства России и Белоруссии более чем актуальны. Контуры нового государственного союза окончательно еще не вырисовались, и поиск оптимальной модели политико-правовых связей между народами – составными частями некогда единого советского народа – продолжается.

Не требует усиленной аргументации тезис о том, что государственно-правовое развитие будет стабильным и успешным только в случае достаточного его научно-теоретического обеспечения, опоры на научно обоснованные рекомендации. Игнорирование положений современной государствоведческой науки, равно как и недостаточная научно-теоретическая разработанность принципов, способов и форм государственной интеграции, отсутствие теоретических моделей, способных воплотиться в практике государственного строительства, обрекает его на путь проб и ошибок.

Актуальность обращению к анализу различных аспектов Cоюзного государства придают и усиливающиеся процессы глобализации и универсализации государства и права в современном мире. В каждом случае глобализационные процессы применительно к конкретному государству (объединению государств) специфически преломляются через исторические, культурные, идеологические, демографические, географические и собственно юридические особенности данного государства и оказывают различное (в том числе и негативное) влияние на его развитие. Анализ различных аспектов феномена современного государства необходим еще и для выработки научно-обоснованных ориентиров, рекомендаций, способных не только облегчить процесс российско-белорусской интеграции в государственной сфере на фоне глобализации, но и сформировать совместную позицию по отношению к ним. В противном случае без «такого концептуального позиционирования современного этапа глобализации в контексте всемирно-исторических процессов глобализации, идущих от далекого прошлого через современность в будущее, мы рискуем остаться во власти стихийных процессов без необходимых смысловых ориентиров и эффективных исторически апробированных форм регуляции в хаотической ситуации постмодернистского субъективизма, произвола и неопределенности» .

В свою очередь это диктует необходимость обращения к анализу сущности, понятия и признаков современного государства, форм государственного устройства, видов государственных и межгосударственных объединений. Эти вопросы относятся к числу «вечных вопросов» юридической науки и будут предметом исследовательского интереса до тех пор, пока существует само государство. Как свидетельствует мировая практика, поиск оптимальных форм государства, начатый еще во времена Платона и Аристотеля, продолжается. В изменяющемся мире государство не может не изменяться, и соответственно уровень научных представлений о нем должен быть адекватен уровню его развития. В то же время понятийно-категориальный аппарат современной теории государства в значительной своей части есть результат научно-теоретического осмысления феномена государства в конце XIX–начале XX веков буржуазным государствоведением. В советской юридической науке он модифицировался под влиянием идей марксизма, не все из которых не подтвердили своей жизнеспособности в процессе общественного развития. В связи с этим возникает вполне обоснованное сомнение относительно того, способны ли существующие теоретические конструкции адекватно описать состояние государственности в современном мире. Соответственно, существует острая потребность в ревизии понятийно-категориального аппарата и методологического инструментария теории государства, проверке его «жизнеспособности» в новых условиях, определении его гносеологического и методологического потенциала, его уточнении и совершенствовании, что отвечает также и потребностям самой теоретико-правовой науки.

Нужно учитывать и то, что российско-белорусский союз – это попытка воссоединения не только частей некогда единого государства (Российской империи и Советского Союза), но и частей некогда единого народа, и в связи с этим нуждается в осмыслении не только настоящее, но и прошлое.

В настоящее время в научных публикациях высказываются идеи о том, что и Российская империя, и СССР были государствами унитарного типа, что русский народ не государственный народ, что федерализм чужд российской (советской) государственности (крайности, в известной степени, соотносимые с широко эксплуатировавшейся в советское время характеристикой царской России как «тюрьмы народов»). Отсюда следует вывод: сегодня единственное спасение России от дальнейшей дезинтеграции в унитаризме, и именно унитаристские тенденции усматриваются в проводимых реформах по укрупнению субъектов Российской Федерации, в формировании «вертикали исполнительной власти». Это невольно вызывает мысль о бесперспективности Союзного государства, поскольку речь идет о взаимовыгодном для народов России и Белоруссии союзе государств, а не о включении Белоруссии в состав России в качестве административно-территориальной единицы. Следовательно, решение методологических проблем должно сопровождаться историческим анализом совместной российско-белорусской государственности как в советский, так и в досоветский период.

Таким образом, указанные выше обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что тема настоящего исследования обладает актуальностью и в практическом, и в теоретико-методологическом отношении.

Объектом исследования являются процессы развития государства, характеризующие динамику элементов его формы.

Предметом исследования является форма государственного объединения России и Белоруссии и моделирование вариантов его развития.

Цель исследования заключается в разработке и обосновании теоретической модели оптимальной формы государственного устройства Союзного государства России и Белоруссии, прогнозировании ее развития.

Достижение поставленной цели осуществляется путем решения следующих задач:

– критическое осмысление подходов к пониманию современного государства, его элементов, признаков и выработка операционального определения понятия «государство»;

– выявление взаимосвязей между сущностью, содержанием и формой современного государства на данном этапе общественного развития;

– обзор классификационных моделей форм государства и определение их методологических и гносеологических возможностей применительно к идентификации Союзного государства России и Белоруссии;

– исследование политико-правовой и социальной природы нетипичных форм государственного устройства;

– выявление предпосылок политико-правового союза Белоруссии с Россией, становления и развития белорусской государственности в постсоветский период;

– рассмотрение факторов создания союза России и Белоруссии, определение его правового статуса и правового статуса граждан в нем;

– моделирование возможных вариантов развития Союзного государства;

– разработка конкретных предложений и рекомендаций по развитию и совершенствованию правовых актов Союзного государства и национальных законодательств субъектов, регулирующих функционирование и правовое положение Союзного государства России и Белоруссии.

Степень научной разработанности темы.

Государство и различные его элементы, его понятие, признаки, формы и механизм постоянно находятся в фокусе теоретико-правовой науки досоветского , советского и постсоветского периода .

Вместе с тем представление об исключительной разработанности всех сторон, граней и срезов этого сложнейшего социально-политического феномена обманчиво, прежде всего, в силу того, что государство – сложноорганизованная динамическая система, которая, являясь частью постоянно эволюционирующего общества, не может не изменяться вместе с ним. Каждому конкретно-историческому этапу развития общества соответствует определенное качественное состояние государства.

Особое внимание следует обратить на степень разработанности проблемы классификации форм государства. В отечественной юридической науке предпринято немало попыток создания концепции форм государства, государственного устройства , идентификации государствоподобных образований и международных организаций , однако они оставляют больше вопросов, нежели ответов, что свидетельствует как о плюрализме мнений, так и о том, что научный поиск в этом направлении продолжается.

Современный этап развития общества и государства, характеризующийся активизацией процессов глобализации, оказавший существенное влияние на различные элементы государственности и обусловивший возникновение, наряду с традиционными формами государственных и межгосударственных объединений, новых, не укладывающихся в традиционные схемы, нуждается в новом общетеоретическом осмыслении, определенный вклад в которое призвано внести и настоящее исследование.

Значительной степенью разработанности характеризуются вопросы, связанные с историческими аспектами развития Белорусского государства в составе СССР (исследования касаются непосредственно исторического развития БССР, вступления союзной республики в СССР и ее прав, участия БССР в конституционном оформлении, а также белорусского самосознания и белорусской политики, органов государственного управления БССР) и с историей формирования белорусской государственности, рассматриваемые в работах постсоветского периода Белоруссии.

Большое количество работ посвящено взаимоотношениям Белоруссии и России вследствие создания и дальнейшего развития Союзного государства. В них правовая природа союза двух государств рассматривается также через призму международного опыта, в связи с чем проводится анализ различных интеграционных группировок, уже существовавших в мире и возникших на постсоветском пространстве.

Ряд вопросов, связанных со становлением и развитием Союзного государства России и Белоруссии, рассматривали российские правоведы: И. Н. Барциц, А. А. Выручаев, В. В. Елистратова, А. Т. Лейзеров, Л. И. Никовская, Н. А. Ушаков, Н. Н. Шумской, Ф. Д. Байрамов, В. Г. Вишнякова, Ю. Ф. Година, М. Х. Гукепшоков, Г. А. Князев, Н. Б. Пастухова, И. И. Пляхимович, Р. В. Попов, В. А. Савицкий, Е. Е. Сумина и др., а также их белорусские коллеги: Л. С. Абецедарский, В. Н. Артемов, М. П. Баранова, Г. А. Василевич, В. А. Витушко, Г. А. Воробей, В. C. Каменков, Н. Г. Павлова, В. В. Подгруша, В. О. Сукало, И. В. Фисенко, А. Ф. Шпилевский и др.

Вместе с тем анализ трудов этих авторов не дает оснований для вывода об абсолютной изученности всех политико-правовых проблем, связанных с функционированием и развитием Союзного государства. К тому же в основном эти работы представляют собой научные статьи в периодических изданиях и сборниках.

Таким образом, окончательного своего научного разрешения проблема идентификации формы государственного устройства Союзного государства России и Белоруссии и моделирования вариантов развития в общей теории права и государства не получила. Поиск оптимальной модели государственного союза продолжается, что позволяет сделать предположение о недостаточной научной разработанности проблем, составляющих предмет настоящего исследования.

Методологическую основу диссертации составили разнообразные приемы и средства познавательной деятельности: всеобщий – диалектический подход, общенаучные и частнонаучные методы.

Анализ процессов, характеризующих динамику современной государственности в части взаимоотношений между государствами и внутри них, свидетельствует, что в основе как государственной и межгосударственной интеграции, так и в основе государствообразования вследствие распада сложных государств, лежат, прежде всего, экономические интересы. Они также являются стержнем глобализационных процессов, происходящих в современном мире. И они же зачастую представляют собой истинную подоплеку внешней политики ведущих мировых держав в отношении «недостаточно демократических» режимов и стран.

Поэтому, несмотря на вполне обоснованную критику марксистского учения о государстве и праве, прежде всего, его основы – диалектического материализма, диссертант считает, что гносеологический потенциал этого учения сегодня далеко не исчерпан. Критически переосмысленная материалистическая диалектика вполне способна дать объяснения современному состоянию государственно-правовых феноменов, в связи с чем диссертант счел возможным использовать ее в качестве «стержня» методологической основы настоящего исследования.

Соответственно, базовый уровень использованной методологии образуют диалектико-материалистические принципы (принципы взаимосвязи и детерминизма, объективности и всесторонности рассматриваемого явления) и понятийно-категориальный аппарат диалектики («сущность и явление», «содержание и форма», «часть и целое», «цель, возможность и действительность») в сочетании с различными видами анализа.

Вместе с тем диалектико-материалистический подход не отрицает того, что государство – не только элемент социально-политической надстройки над соответствующим экономическим базисом, но и элемент цивилизации, явление социально-культурного порядка. В связи с этим для анализа культурно-исторических предпосылок создания Союзного государства России и Белоруссии использовался культурологический и исторический подходы.

Необходимость рассмотрения современного государства как единства составляющих его связей, отношений и форм, как системной целостности, обусловила применение системного подхода. Последний также составил основу специфического познавательного инструмента, использованного для анализа компонентов формы государства – метода системной морфологии.

Для поиска теоретической модели оптимального развития союза России и Белоруссии продуктивным стало использование имитационного моделирования и поисково-преобразующего эксперимента.

Нахождение правовых критериев, необходимых для идентификации Союзного государства России и Белоруссии в системе форм государственного устройства, невозможно без ретроспективного и актуального сравнительного анализа нормативной базы, положенной в основу форм государственного устройства, что предопределило применение сравнительно-правового метода.

Для установления технико-юридической достаточности, полноты и непротиворечивости нормативно-правовой регламентации союза России и Белоруссии потребовалось использование метода критики нормативно-правовых актов и нормативно-догматического метода.

Кроме того, достижение цели настоящего исследования, создание непротиворечивой концепции формы государственного устройства российско-белорусского союза не было бы возможным без оперирования основными формами мышления, опорой на законы логики (тождества, непротиворечия, исключенного третьего, достаточного основания), что предопределило необходимость применения формально-логического метода.

Теоретическую основу диссертационного исследования составляют идеи, подходы и концепции видных отечественных дореволюционных и современных ученых-государствоведов, теоретиков права и специалистов в области конституционного права: В. М. Хвостова, Н. М. Коркунова, Б. Н. Чичерина, Е. Н. Трубецкого, И. А. Ильина, Г. Ф. Шершеневича, Л. В. Тихомирова, Г. В. Атаманчука, В. Е. Гулиева, А. И. Денисова, В. И. Ефимова, Ю. А. Тихомирова, В. А. Четвернина, В. Е. Чиркина, В. О. Таненбаума, Л. А. Морозовой, Л. С. Мамута, Б. П. Курашвили, М. И. Байтина, В. К. Бабаева, В. К. Лазарева, С. В. Липеня, А. Б. Венгерова, Г. В. Мальцева, Г. Н. Манова, Л. С. Мамута, О. В. Мартышина, Б. Н. Топорнина, Б. С. Эбзеева и др., а также зарубежных дореволюционных исследователей: Л. Гумпловича, Л. Дюги, Г. Еллинека, Р. Иеринга и др.

Для анализа некоторых сторон государства весьма полезным оказался ряд положений классиков марксизма, содержащихся в работах К. Маркса, Ф. Энгельса, К. Каутского, В. И. Ленина и др.

При исследовании форм межгосударственных объединений существенный интерес представили позиции таких авторов, как: А. С. Автономов, И. П. Блищенко, Л. Е. Бурякова, А. В. Гречко, М. Л. Костенко, Н. В. Лавренова, В. И. Лафитский, В. X. Манько, Н.А Палиенко, В. В. Пустогаров, В. А. Ржевский, Д. Н. Сафиуллин, С. Н. Сильвестров и др.

Существенную помощь при исследовании СССР как формы межгосударственного объединения суверенных государств оказали работы В. П. Бородина, Л. Д. Василенкова, С. С. Гилилова, З. Г. Еникеевой, Д. Л. Златопольского, И. А. Исаева, С. Ф. Кечекьяна, И. М. Кислицына, С. В. Кораблева, А. П. Косицына, С. С. Кравчука, П. П. Кремнева, М. И. Куличенко, В. М. Курицына, А. П. Кучкиной, А. И. Лепешкина, А. И. Мельниковой, Я. Ю. Нестеровича, А. А. Новосельского, В. В. Николаева, Д. А. Пашенцева, О. И. Чистякова, Д. А. Чугаева, С. И. Якубовской и др.

Для анализа истории становления и развития Белоруссии как составной части политико-правового союза с Россией весьма ценными стали материалы, содержащиеся в работах А. И. Азарова, Б. И. Барановского, Г. А. Басова, Ю. П. Бровки, И. Д. Ветрова, С. Р. Вихарева, Л. В. Власовой, Г. Я. Голенченко, А. А. Есакяна, И. М. Игнатенко, И. И. Ковкель, В. А. Круталевича, П. П. Липило, С. П. Маргунского, И. И. Мартановича, В. П. Осмолковского, Л. В. Павловой, В. Ф. Романовского, С. М. Соловьева, Ф. А. Сурганова, И. А. Юхо и др.

Серьезное влияние на авторскую позицию оказали труды, в которых рассмотрены вопросы формирования Союзного государства России и Белоруссии как новой формы регионального межгосударственного союза: В. Н. Артемовой, Р. Ш. Давлетгильдеева, К. К. Калачяна, В. А. Кикаца, Ю. Е. Князева, С. В. Косилкина, О. П. Маликова, Н. А. Михалевой, Г. В. Осиповой, М. И. Пастухова, О. Г. Румянцева, Е. И. Степанова, С. С. Сулакшина, Д. Е. Фурмана, В. Г. Шадурского, А. В. Шарапо, Г. Г. Шинкарецкой и др.

Эмпирическую основу диссертационного исследования составили нормы международного права, определяющие международную правовосубъектность государств, их организаций, государственных союзов; нормы европейского права, регулирующие правовой статус государств и различные аспекты интеграции государств в рамках Европейского союза; нормы внутригосударственного права России и Белоруссии, а также положения правовых актов Союзного государства России и Белоруссии, регулирующие вопросы российско-белорусской государственной интеграции; законодательство Российской империи и Союза ССР в части регулирования вопросов, связанных с формой государственного устройства.

Кроме того, анализировались нормы конституционного права некоторых зарубежных федеративных государств и государств, входивших в свое время в состав сложных государств, а также являющихся сегодня участниками межгосударственных союзов и содружеств государств.

Также диссертант широко использовал материалы, характеризующие практику формирования Союзного государства России и Белоруссии: рабочие материалы органов Союзного государства, материалы парламентских слушаний Парламентского Собрания Союза Беларуси и России, ежегодные доклады о деятельности Совета Министров Союзного государства, ежегодные послания Высшего Государственного Совета о положении в Союзном государстве, опубликованные и содержащиеся в сети Интернет, опубликованные результаты социологических опросов, проводившихся Независимым институтом социально-экономических и политических исследований, аналитические материалы государственных и негосударственных научных центров, результаты социально-правовых и иных исследований и результаты личного участия в научно-информационном проекте «Россия и Белоруссия в координатах Союзного государства» в течение 2004–2006 годов, целью которого было изучение проблем информационного сопровождения соглашений, программ экономического и культурного сотрудничества Москвы с регионами Республики Беларусь.

Научная новизна настоящей работы состоит в том, что в результате комплексного историко-теоретического исследования критически осмыслены существующие концепции государства и предложены авторское определение его понятия, интрепретация его признаков, отражающая современное состояние элементов государства; с идеологически нейтральных позиций описана взаимосвязь сущности государства с его внутренней и внешней формами; проанализированы классификационные модели формы государственного устройства, определены их гносеологические и методологические возможности в современных условиях; выявлена правовая природа Союзного государства России и Белоруссии и особенности его взаимоотношений с входящими в него суверенными государствами; определен правовой статус граждан Союзного государства; обоснована зависимость становления и развития Союзного государства России и Белоруссии от исторических и международных факторов, оказавших первостепенное влияние на российско-белорусскую интеграцию и ставших причинами, обусловившими создание единого Союзного государства; подвергнуто анализу содержание вариантов проектов Конституционного акта и возможные пути реализации их положений; внесены развернутые предложения по совершенствованию правовых актов, регулирующих вопросы российско-белорусской государственной интеграции и иные практические предложения, реализация которых могла бы способствовать дальнейшему государственно-правовому развития Союзного государства.

Кроме того, научная новизна нашла свое отражение в положениях, выносимых на защиту:

1. Обоснование необходимости введения в научный оборот теоретико-правовой науки конструкции «квазигосударство», определяемого как государственно-подобное образование (простое или сложное), обладающее неполным (динамическим или статическим) рядом признаков государства.

Квазигосударство с динамическим рядом признаков (предгосударство, протогосударство) – это государственно-подобное образование разной степени сложности, в котором процесс накопления признаков государства не завершен в силу тех или иных обстоятельств.

Квазигосударство со статическим рядом признаков – простое государственно-подобное объединение, у которого часть признаков государства носит юридически фиктивный характер, либо же объединение государств, стабильно обладающее комбинацией некоторых элементов государства.

2. Для отражения способов внутренней и внешней организации связей между государствами в объединении в зависимости от характера и объема межгосударственной интеграции, обусловливающих степень приближенности формы объединения государств к той или иной «классической» форме государственного устройства, целесообразно выделять квазиконфедерацию (промежуточную форму между объединением государств в международную межправительственную организацию и конфедеративным государством) и квазифедерацию (промежуточную форму между конфедерацией или международной межправительственной организацией и федеративным государством).

3. Вывод о том, что в современном обществе сущность и содержание государства утрачивают классовые черты, становятся классово индифферентными, однако полностью не лишены их. Современное государство все более выполняет роль «социального управляющего», «наемного менеджера» на службе у общества, наделенного политической властью для решения «общих дел» и связанного при ее осуществлении правом.

4. Вывод о том, что разработанная в советской юридической науке типология государства (глобальная типология), включающая классификацию исторических типов государства – мегаклассификацию и классификацию типов форм государства – макроклассификацию, в современных условиях сохраняет свой методологический и гносеологический потенциал. Существование государственно-правовых аномалий – явлений в сфере государственности, не поддающихся исчерпывающему объяснению в рамках понятийно-категориального аппарата глобальной типологии и типологии форм государства, детерминирует развитие классификаций микроуровня и промежуточной между макро- и микроуровнями классификации «среднего уровня», разработка которых пока далека от завершения и находится в постановочной стадии.

5. Анализ норм, составляющих правовую основу Союзного государства России и Белоруссии, практики их реализации, исходных и последующих правовых позиций государств-участников, дает основание утверждать, что в настоящее время российско-белорусская интеграция не достигла еще и конфедеративного уровня, в связи с чем Союзное государство целесообразно рассматривать как квазиконфедерацию, характеризующуюся двойственной юридической природой, имеющую конфедеративная основу, но с сохранением элементов международной межгосударственной организации.

6. В настоящее время у России и Белоруссии имеется уникальный шанс создать конфедерацию нового типа, которая сможет претендовать на самостоятельное место в системе форм государственного устройства, однако ее окончательные контуры еще не вырисовались. Союзное государство обладает динамическим рядом признаков государства, процесс накопления которых в настоящее время приостановлен в силу действия факторов объективного и субъективного характера. Реальное создание конфедеративного государства нового типа в значительной степени зависит от политической воли руководителей России и Белоруссии.

7. Принимая во внимание историко-политическую и историко-культурную близость России и Белоруссии (ставшую одним из генеральных факторов российско-белорусской государственной интеграции), создание Союзного государства выступает как форма государственной реинтеграции и попытка воссоединения братских народов – частей некогда единого советского народа.

8. Характеристика этапов развития Белорусской Советской Социалистической Республики в составе Союза ССР: 1) преобразования в Белорусской Республике, связанные со вступлением в Советский Союз (1922–1926 годы); 2) реформирование основ государственного устройства БССР (1927–1940 годы); 3) развитие Белорусской ССР в период Великой Отечественной войны и послевоенные годы (1941–1950 годы); 4) дальнейшее развитие белорусской государственности (1951–1976 годы); 5) коренное конституционно-государственное реформирование Белоруссии (1977–1991 годы).

Несмотря на то, что правовой статус Белорусской Республики на всех этапах развития в составе СССР определялся как статус независимого суверенного союзного государства, ее развитие напрямую зависело от развития всего Советского Союза, а смена этапов происходила вследствие реформирования политических и экономических основ СССР.

9. Основными периодами становления Белоруссии как национально-государственного объединения в постсоветский период следует считать: 1992 год – апрель 1996 года (курс на интеграцию); апрель 1996 года – апрель 1997 года (Сообщество России и Белоруссии); апрель 1997 года – декабрь 1999 года (Союз Беларуси и России).

10. В процессе построения Союзного государства после подписания Договора о его создании (Союзный договор от 8 декабря 1999 года) выделено два периода: время активного сотрудничества России и Белоруссии на пути к построению Союзного государства (2000–2003 годы) и период, характеризующийся замедлением интеграционного процесса (2004 год – настоящее время).

11. Основными международными факторами создания Союзного государства стали: а) нарастание регионалистских процессов в современном мире: ведущей современной тенденцией в международных отношениях является создание региональных экономических интеграционных объединений, которые выполняют также роль политических межгосударственных союзов. Этот процесс приобретает глобальный характер и подталкивает государства – соседей по региону интегрироваться в тех или иных формах. Указанная тенденция оказала влияние и на российско-белорусские отношения, побудив Россию и Белоруссию к созданию Союзного государства; б) невозможность полноценной динамичной интеграции России и Белоруссии в рамках Содружества Независимых Государств, первоначально создававшегося в качестве формы нового объединения бывших союзных республик; в) наличие общих геополитических интересов России и Белоруссии.

12. За основу строящегося Союзного государства России и Белоруссии принята модель Европейского Союза как организации, в которой межгосударственная интеграция достигла наивысшего уровня. В настоящее время он представляет собой квазифедерацию – союз государств, который в своем развитии от международной межправительственной организации, минуя стадию конфедерации, подошел к стадии государства федеративного типа.

13. Предложения по совершенствованию нормативно-правовой основы Союзного государства России и Белоруссии:

В проекте Конституционного акта Союзного государства:

а) следует закрепить порядок, устанавливающий обязательность согласования государствами-участниками союза международных договоров по вопросам установления и изменения государственной границы Союзного государства с союзными органами, например, через институт одобрения (дополнительной ратификации) заключенных договоров;

б) более строго подойти к разрешению коллизий между национальными конституциями и законами и декретами Союзного государства. Для этого ч. 2 ст. 59 проекта Конституционного акта Союзного государства следует изложить в следующей редакции:

«В случае коллизии нормы закона Союзного государства или Декрета Высшего Государственного Совета и нормы Конституции субъекта Союзного государства действует норма Конституции субъекта Союзного государства, если она не противоречит Конституционному акту Союзного государства»;

в) определить сроки, в течение которых должны приниматься соответствующие национальные нормативные правовые акты, необходимые для реализации правовых актов Союзного государства по предметам совместного ведения Союзного государства и его субъектов, то есть основы законодательства и директивы. Для этого ст. 55 проекта Конституционного акта Союзного государства следует дополнить ч. 3 следующего содержания:

«В течение трех месяцев со дня вступления в силу основ законодательства субъекты Союзного государства обязаны принять меры к внесению в парламенты соответствующих законопроектов, которые рассматриваются ими во внеочередном порядке».

г) дополнить ч. 3 ст. 56 следующим предложением:

«Если иной срок не будет установлен в самой Директиве, в течение трех месяцев со дня вступления в силу Директивы субъекты Союзного государства обязаны принять соответствующие правовые акты, обеспечивающие ее реализацию»;

д) закрепить право отраслевых и функциональных органов Союзного государства, образуемых Высшим Государственным Советом, издавать нормативные правовые акты (приказы, инструкции, положения), обязательные для соответствующих государственных органов субъектов Союзного государства. Для этого надо ввести дополнительную статью в раздел 6 проекта Конституционного акта Союзного государства;

е) следует четко определить компетенцию Суда Союзного государства, придав ему статус Конституционного Суда. Для этого ч. 2 ст. 51 проекта Конституционного акта Союзного государства нужно дополнить следующими положениями:

«…в том числе:

а) разрешает дела о соответствии:

– нормативных правовых актов Союзного государства Конституционному акту Союзного государства;

– конституций, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Союзного государства Конституционному акту Союзного государства;

– законов и иных нормативных правовых актов субъектов Союзного государства законам, декретам и директивам Союзного государства;

– законов Союзного государства основам законодательства Союзного государства;

б) дает толкование Договору о создании Союзного государства, Конституционному акту Союзного государства, законам Союзного государства;

в) разрешает споры о компетенции между:

– органами Союзного государства;

– органами Союзного государства и органами государственной власти субъектов Союзного государства».

14. Альтернативы дальнейшего развития Союзного государства России и Белоруссии:

– стабильное развитие и последовательное преобразование в конфедерацию нового типа, характеризующуюся значительной интегрированностью экономической основы, солидарным суверенитетом (при сохранении суверенитетов субъектов конфедерации, совместно осуществляющих ряд внешних функций (обороны, участия в поддержании международного правопорядка и др.) и субсидарно некоторые внутренние функции (например, культурно-воспитательную, развития образования, науки и новых технологий), и институтом двойного гражданства, и др.;

– сворачивание фактической интеграции при формальном сохранении Союзного государства;

– прекращение существования Союзного государства: а) в связи с преобразованием в квазифедеративное государство по типу Европейского Союза; б) вхождение Белоруссии в состав Российской Федерации на правах субъекта – республики с особым статусом либо нескольких субъектов; в) возвращение на «исходные позиции», восстановление status quo и дальнейшее межгосударственное сотрудничество в рамках существующих на постсоветском пространстве региональных организаций: СНГ и ЕврАзЭС; г) в результате вхождения одного или обоих субъектов в Европейский Союз.

Теоретическая значимость исследования состоит, прежде всего, в том, что его материалы уточняют, конкретизируют и дополняют положения общей теории государства, в частности ее разделы о понятии и признаках, а также о формах государства. Полученные в ходе исследования выводы развивают и дополняют понятийный инструментарий, способствующий более полному осмысления научного содержания категорий «межгосударственное объединение», «конфедерация», «федерация», «союзное государство». В диссертации критическому анализу подверглись важные аспекты функционирования Союзного государства России и Белоруссии, выявлены проблемы и факторы, затрудняющие процесс государственного воссоединения братских народов, и сформулированы предложения по преодолению этих проблем.

Кроме того, результаты диссертационного исследования обладают и историко-правовой значимостью: в работе оригинально интерпретируются исторические факты, связанные с политико-правовым положением субъектов федераций и конфедераций, в том числе и субъектов Союза ССР, вводятся в научный оборот новые фактические данные относительно становления и развития социальных, культурных и правовых аспектов российско-белорусских отношений, тем самым дополняются соответствующие разделы истории государства и права о федеративном устройстве и механизме Советского государства.

Практическая значимость настоящей диссертации заключаются в том, что на ее основе возможно дальнейшее проведение научных исследований в общей теории и истории права и государства, в конституционно-правовой науке при анализе проблем государственного объединения и интеграционных процессов.

Отдельные выводы и предложения диссертанта могут быть использованы в законотворческой и подзаконно-нормотворческой практике органов Союзного государства, а также в формировании системы органов власти Союзного государства России и Белоруссии.

Ряд положений настоящего исследования может быть использован в учебном процессе при преподавании курсов теории и истории государства и права, конституционного права России и стран СНГ, конституционного права зарубежных стран, международного публичного права и европейского права.

Апробация результатов исследования проходила в различных формах: обсуждение диссертационных материалов на научно-практических конференциях, семинарах и совещаниях, подготовка научных публикаций и методических рекомендаций, внедрение соответствующих научных разработок в учебный процесс и практическую деятельность государственных органов.

Основные положения и выводы, содержащиеся в диссертации, докладывались соискателем на заседании круглого стола «Актуальные вопросы развития российско-белорусского интеграционного процесса» (Москва, Государственная Дума, 19 мая 2006 года), интернет-пресс-конференции представителей Союзного государства России и Белоруссии «Социальная политика Союзного государства России и Белоруссии в 2006 году» (23 марта 2006 года); излагались на семинарах: «Актуальные проблемы союзного строительства (к 10-летию Парламентского Собрания)» (Республика Беларусь, 4 июля 2006 года), «Возможности интеграции Белоруссии и России в развитии экспортного потенциала двух стран» (Республика Беларусь, 15 ноября 2004 года), «Диаспора и миграция – два сообщающихся сосуда» (Москва, 18 июня 2002 года); а также на первом белорусско-российском экономическом форуме (Республика Беларусь, 14 сентября 2005 года), научно-практической конференции «Реалии и перспективы развития рынка труда и обеспечения занятости в Союзном государстве Россия-Беларусь» (Москва, 2 ноября 2005 года), международных научно-практических конференциях «Пять лет союзу Белоруссии и России» (Москва, 25 декабря 2002 года) и «Перспективы интеграции на рубеже тысячелетий» (Республика Беларусь, 21 декабря 2000 года); нашли отражение в 30 опубликованных работах общим объемом 62 п.л.

Материалы диссертационного исследования используются в учебном процессе и научной деятельности Владимирского юридического института Федеральной службы исполнения наказаний, Владимирского государственного университета, Владимирского государственного педагогического университета, Владимирского филиала Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации. Имеются также акты об их внедрении в практическую деятельность органов государственной власти России, органов Союзного государства.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, пяти глав, включающих девять параграфов, заключения, списка использованной литературы и нормативно-правовых актов.

Основные выводы проведенного исследования представлены в диссертации по параграфам.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность темы, определены объект, предмет, цель и задачи исследования, описаны методологическая, теоретическая и эмпирическая основы диссертации, раскрыта научная новизна, сформулированы положения, выносимые на защиту, дана характеристика теоретического и практического значения работы, приведены сведения об апробации полученных результатов и ее структуре.

Первая глава «Методологические проблемы исследования формы государственного устройства союза России и Белоруссии» посвящена преодолению методологических проблем, с которыми связано исследование формы государственного устройства союза России и Белоруссии, созданию необходимых теоретических предпосылок для дальнейшего анализа его правовой природы и формирования теоретической модели его оптимального развития как единого государства.

В первом параграфе «Проблема понимания и интерпретации признаков современного государства» диссертант отмечает, что в настоящее время очевидность и определенность устоявшихся теоретических конструкций, отражающих представления о государстве, весьма относительна в силу неспособности юридической науки однозначно и непротиворечиво объяснить многие процессы, состояния и феномены, характеризующие государственность в изменившемся мире. В связи с этим необходимой теоретико-методологической предпосылкой для исследования, объяснения и прогнозирования интеграционных процессов между государствами и внутри них выступает обращение к анализу современного понимания государства, интерпретации его признаков, сущности и форм.

С момента заключения Договора между Российской Федерацией и Республикой Беларусь от 8 декабря 1999 года «О создании союзного государства» прошло без малого десятилетие, однако провозглашенная в нем цель – создание Союзного государства остается целью-декларацией. Сегодня союз России и Белоруссии пока не ассоциируется с единым государством в привычном его понимании, поскольку оно не подходит под существующую модель признаков (единые публичная власть, территория, суверенитет) и не укладывается в наиболее распространенную дихотомическую схему: унитарное – федеративное государство. Если признать этот союз разновидностью федеративного государства, то вполне логичным было бы считать вхождение Белоруссии в состав Российской Федерации на правах субъекта. Однако в договоре о создании Союзного государства такая возможность не предусмотрена, речь шла о равноправном союзе двух суверенных государств. Не дает оснований для этого и практика его реализации. Попытка же идентифицировать этот союз как конфедерацию затрудняется тем, что современная наука не склонна рассматривать конфедерацию в качестве государства, а ведь в данном случае речь идет о создании именно государства.

В связи с этим вполне закономерны вопросы о том, насколько существующие в теоретико-правовой науке представления о государстве отвечают реалиям современного государственно-правового бытия? Можно ли идентифицировать Союзное государство, опираясь на существующую концепцию признаков государства? Является ли классификация современных государств по форме государственного устройства на унитарные и федеративные государства исчерпывающей? Существует ли связь формы государственного устройства с иными элементами формы государства – формой правления и политическим режимом и какое значение она имеет для будущего Союзного государства? Имеется ли взаимозависимость сущности и формы государства? Не является праздным и вопрос о том, насколько совместимы разные экономические основы двух государств: экономика российского государства в результате реформ приобрела ярко выраженные «капиталистические черты», а экономика Белоруссии, несмотря на появление «капиталистических тенденций» в большей степени находится под влиянием «социалистического прошлого».

Диссертант делает вывод о том, что вопрос о форме государственного устройства российско-белорусского союза находится в прямой зависимости, прежде всего, от вопроса о понятии и признаках государства. Говоря о форме явления, нужно иметь четкое представление о нем самом, о его сущности или определиться с тем, о какой именно форме и о форме чего следует вести речь.

Соискатель отмечает, что при обилии юридической литературы, посвященной государству, необходимость в новом обращении к анализу его понятия и признаков может вызвать сомнение, однако анализ данной литературы свидетельствует о том, что до настоящего времени единства по многим принципиальным вопросам не достигнуто.

Достаточно широк спектр определений государства: он представлен как модификациями традиционных определений (марксистского видения в нем аппарата, машины для управления делами классового общества либо трактовки государства как организации территориальной публичной власти, власти территориального публичного коллектива, по существу совпадающей с пониманием государства как союза народа, характерного для русской дореволюционной государствоведческой доктрины), так и предельно абстрактными, «нейтральными» определениями государства как публичной организации, обладающей верховной властью на определенной территории.

Вместе с тем, несмотря на плюрализм мнений в трактовке государства и его признаков, контекстный анализ использования термина «государство» в литературе показывает, что точки зрения различных исследователей на него схожи. Их обобщение в сочетании с анализом норм, официальных документов, процессов и тенденций в сфере современной государственности дает основания считать, что современное государство характеризует такой набор признаков, как: политическая (публичная) власть, организация (институциональное учреждение), осуществляющая эту власть в обществе от имени и в интересах общества, суверенитет, территория и наличие политико-правовой связи с членами общества – постоянным населением, проживающим на этой территории, устойчивый правопорядок на государственной территории как результат деятельности государства-организации.

На основе анализа государство-регламентирующих норм и практики их реализации предлагается авторская интерпретация указанных признаков и формулируется операциональное определение государства, необходимое для использования в процессе дальнейшего исследования: особая политико-правовая, суверенная, территориальная организация, осуществляющая власть в обществе для решения «общих дел» и обеспечивающая в нем правопорядок.

При этом соискатель считает, что в условиях глобализации признаки государства больше не носят абсолютного характера. В современном мире государство больше не верховный суверен, обладающий абсолютной властью на своей территории и в отношении своих подданных, его власть ограничена внутригосударственным законодательством и нормами международного права. Изменился характер взаимоотношений между государством и личностью, которая общепризнанна высшей ценностью. Сфера приложения властных полномочий государства сужается, а сама власть в обществе «делится» с органами местного самоуправления. Формально обладая верховной властью, государство тем не менее вынуждено подчиняться требованиям мирового сообщества, решениям органов региональных межгосударственных объединений, при осуществлении внутренней и внешней политики считаться как с общественным мнением, так и позициями других субъектов международного сообщества.

Относителен и суверенитет государства. Он производен от народного суверенитета и в определенной степени ограничен им, а также членством государства в международных универсальных и региональных организациях. В новом формирующемся мире «глобальный рынок подтачивает основы суверенности, сужает сферу деятельности национальных государств» (С. Стрейндж), часть государственно-властной компетенции государства и соответственно часть его суверенитета может делегироваться наднациональным органам, что подтверждает практика европейской интеграции. Сегодня суверенитет конкретного государства находится в прямой зависимости от глобалистских устремлений держав-мировых лидеров и стоящих за ними транснациональных корпораций, что подтверждают события последних лет в Югославии, Ираке, «бархатные» и «цветные» революции на постсоциалистическом пространстве и собственный российский опыт начала 90-х годов XX века.

Глобализационные процессы оказывают влияние и на территорию государства. В условиях глобализации в известной степени «утрачивает смысл само понятие национальной территории, ибо для транснациональных корпораций и финансово-промышленных групп, действующих на международной арене не существует государственных границ» (В. И. Гойман-Червонюк и др.). Оказывают на нее влияние и такие факторы, как внутригосударственные процессы (например, оптимизация субъектного состава в Российской Федерации, преобразование унитарных государств в федеративные – Бельгия, распад СССР, СФРЮ и пр.). Относительность территории как признака государства проявляется также и в том, что часть территории может передаваться другому государству на основе договора, арендоваться, на территории одного государства может существовать другое государство и пр.

Определенным изменениям подвергся другой признак государства – связь с населением через гражданство. В условиях глобализации правовой статус населения характеризуется мобильностью, приобретает распространение двойное гражданство, возникает институт усеченного субсидиарного европейского гражданства, особым правовым статусом пользуются жители бывших британских колоний и т. п. При этом не всегда поддаются рациональному объяснению с помощью устоявшейся конструкции «население – гражданство» такие феномены, как институт негражданства (страны Балтии), когда «неграждане» составляют чуть менее половины населения, либо ситуация, когда на территории, формально принадлежащей одному суверенному государству, фактически существует другое государство, основная часть населения которого является гражданами третьего (например, Абхазия).

Диссертант указывает на то, что при анализе конкретного государства, государственного или межгосударственного объединения необходимо принимать во внимание и то, что признаки государства – элементы теоретической конструкции предельно обобщенной модели явления, которая в действительности не всегда тождественна реальному явлению – конкретному государству: государственно-правовая действительность значительно богаче.

Кроме того, существующая модель признаков государства не способна описать многие явления, существующие на современной политической карте мира: феномен непризнанных государств, ситуацию, когда глава одного суверенного государства (королева Великобритании) является одновременно главой другого суверенного государства (Австралия, Новая Зеландия, Канада) – понятие «уния» в данном случае малоприменимо. Не укладывается в привычную теоретическую схему Европейский Союз и Союзное государство России и Белоруссии. Возникает закономерный вопрос о том, насколько применим к ним термин «государство», учитывая объективную близость к теоретической модели государства первого и позиционирование в этом качестве второго.

В связи с этим диссертант считает обоснованным оперирование, наряду с понятием «государство», понятием «квазигосударство». По его мнению, квазигосударство – это государственно-подобное образование, признаки которого составляют неполный (динамический или статический) ряд признаков государства.

Приставка «квази» в данном случае употребляется в значении степени подобия, степени приближенности одного явления (предгосударства, протогосудартсва, объединения государств) к другому явлению (государству, к его разновидностям – федерации, конфедерации), при которой ряд признаков не полон (либо не все из классически выделяемых признаков явления в наличии, либо не достигнуто полного подобия в содержании признаков, либо и то, и другое).

Квазигосударства могут быть простыми (унитарными) и сложными. Сложные квазигосударства характеризуются различными субъектным составом, степенью интегрированности и объемом общественных отношений, охваченных интеграцией.

Квазигосударство с динамическим рядом признаков (предгосударство, протогосударство) – это государственно-подобное образование разной степени сложности, в котором процесс накопления признаков государства не завершен в силу тех или иных обстоятельств.

Квазигосударство со статическим рядом признаков – простое государственно-подобное объединение, у которого часть признаков государства носит юридически фиктивный (по сравнению с классическим государством) характер, либо же объединение государств, стабильно обладающих комбинацией некоторых элементов признаков государства (иногда это постгосударство – результат распада сложных государств).

В свою очередь, в зависимости от факта международного признания, квазигосударства со статическим рядом признаков могут быть разделены на две группы: квазигосударства – государства de jure и квазигосударства, не являющимися таковыми, однако существующие как государства ipso facto. В ряде случаев это государства и de jure, и ipso facto. Например, Ватикан, признаваемый субъектом международного права и являющийся носителем внутреннего и внешнего суверенитета, обладающий собственной территорией и даже собственным гражданством, однако фактически представляющий собой организацию религиозной власти, распространяющейся далеко за пределы его территории. К тому же территория его окружена территорией другого суверенного государства.

К числу простых квазигосударств с динамическим рядом признаков – государств ipso facto представляется возможным отнести т.н. «непризнанные государства», фактически имеющие признаки государства (организация политической власти, внутренний суверенитет, постоянное население (государствообразующее население, состоящее из народов исторически проживающих на этой территории), собственная территория, правопорядок), однако при этом не обладающие внешним суверенитетом, не являющиеся субъектами международного сообщества в силу того, что расположены на территории, формально (de jure) составляющей часть территории другого государства (Абхазия, Южная Осетия, Приднестровье). Государством ipso facto долгое время была и Советская Россия (РСФСР и СССР).

Сложными квазигосударствами с динамическим рядом признаков можно считать также Европейский Союз и Союзное государство России и Белоруссии, которые более подробно рассматриваются в последующей части работы.

В заключение диссертант отмечает, что в настоящей работе обращение к исследованию понятия квазигосударства носит второстепенный характер. Оно анализируется постольку, поскольку это необходимо для достижения цели настоящего исследования, а результаты этого анализа не претендуют на охват всех сторон и граней этого феномена, который, несомненно, представляет существенный интерес для теоретико-правовой науки и нуждается в отдельном самостоятельном исследовании.

Во втором параграфе «Проблема взаимосвязи сущности, содержания и формы государства» соискатель отмечает, что проблема сущности государства подверглась основательной разработке в отечественной юридической науке в советский период, однако ее рассмотрение осуществлялось с узкоклассовых позиций, носило догматизированный характер, в результате чего сущность государства сводилась к тому, что государство есть «машина для поддержания господства одного класса над другим» (В. И. Ленин), и постулировался тезис о перерождении этой сущности в общественное самоуправление народа. Последний вывод не нашел всего подтверждения жизнью, действительность оказалась более суровой и к самому марксистскому учению, что, впрочем, не препятствует использованию его научного потенциала, очищенного от догм.

Подобная трактовка с незначительными оговорками до настоящего времени воспроизводится в некоторых учебниках по теории государства и права. При этом сама проблематика объяснения сущности опускается, а объяснение сущности государства сводится лишь к выводу о том, что она проявляется в его роли и назначении в обществе, что соответствует действительности, но вместе с тем не дает ответа на вопрос, что же представляет собой сущность государства.

В конце 80-х – начале 90-х годов прошлого века в отечественной юридической науке появились концепции, альтернативные традиционному марксистскому объяснению сущности государства: заимствованные из западной юридической и социологической науки либо сформированные российскими авторами под ее влиянием. Наибольшее распространение получили, в частности, социологическая, нормативистская и либертарная концепции.

Согласно первой, сущность государства сводится к тому, что государство – это социальная сила, фактические отношения повеления и подчинения, организация и деятельность власти, не связанной собственными законами о власти (Дж. Остин, Л. Гумплович). Ее разновидностью называют марксистско-ленинскую интерпретацию классического марксизма (В. И. Ленин, Н. И. Бухарин, И. В. Сталин), для чего имеются некоторые основания, однако вряд ли их можно поставить в один ряд, поскольку акценты в них существенно различаются.

Нормативистская концепция сущности государства, наиболее разработанная в трудах Г. Кельзена, интерпретирует сущность государства как законную форму власти. Государство сводится к законам о государстве и его власти, которые, в свою очередь, покоятся на «почвенной норме» конституции, в силу чего не государство создает законы, а законы создают власть государства.

Либертарная концепция (В. С. Нерсесянц, В. А. Четвернин) сводит сущность государства к правовой форме власти. При наличии правовых законов организация, осуществляющая власть в обществе, – государство, а при их отсутствии – деспотия. Данная концепция представляет собой своеобразную интерпретацию двух предшествующих с тем, однако, отличием, что в ее основе лежит либертарно-юридическое правопонимание, согласно которому правом является «всеобщая и необходимая форма свободы в общественных отношениях людей, право – это всеобщая справедливость и т. д.» (В. С. Нерсесянц). Соответственно, законодательство государства, не отвечающее этим требованиям, правом не является, как и само государство – государством. Либертарно-юридическое правопонимание подвергалось вполне справедливой критике (М. И. Байтин, О. В. Мартышин), в связи с чем следует ограничиться замечанием о том, что лежащие в его основе идеи, доведенные до абсурда, могут привести к неверному выводу о том, что поскольку рабовладельческое или феодальное право не отвечало представлениям о необходимой форме свободы и всеобщей справедливости, то и права никакого не было и, соответственно, государства.

Считается, что истина находится между полярными мнениями, однако диссертант, солидаризуясь с классиком, считает, что между ними – пропасть. Уставить истину, эклектически соединяя эти концепции, вряд ли удастся, хотя все они в той или иной мере содержат рациональное зерно. Поиск ответа на вопрос о сущности государства следует искать в другой плоскости. Ориентиром для этого является философское понимание сущности как того, что она есть сама по себе, в отличие от других вещей, как единство связей и глубинных связей и отношений, определяющих основные черты и тенденции развития явления.

С этих позиций под сущностью государства следует понимать те связи и отношения, которые отличают его от других социальных явлений и остаются относительно стабильными, в отличие от изменяющихся содержания и форм, и благодаря которым государство в процессе своего развития остается тем же, чем оно было в момент своего возникновения – организацией, осуществляющей руководство, управление обществом с помощью власти. Как считает диссертант, сущность государства состоит в том, что оно является особым социальным институтом, искусственно созданным социальным образованием, публичным учреждением, выполняющим функцию по управлению обществом. Сущностные связи – это устойчивые, стабильные связи институционального и политического (властного) порядков (внутренние), а также связи государства с его экономической, социальной и территориальной основами (внешние).

Вместе с тем сущность государства нельзя воспринимать как нечто неизменное, застывшее во времени и пространстве. Государство, являясь частью общества, эволюционирует вместе с ним. Связи и отношения, образующие сущность государства, нельзя рассматривать изолированно от его социальной, экономической, пространственной и правовой основы. Они детерминируют эту сущность, вызывая ее к жизни, и оказывают влияние на ее бытие, в силу чего изменяется и сама сущность. Меняются, хотя не так динамично, как содержание и форма, сущностные связи и отношения. В разные исторические периоды развития общества и государства сущность последнего претерпевает определенные изменения, не схожими могут быть даже сущности двух разных государств в рамках одного исторического периода.

В свою очередь, сущностные связи детерминируют содержание государства, которое, по мнению диссертанта, образуется следующими элементами: субстанциональным (люди, их коллективы, практически осуществляющие управление обществом), институциональными (система государственных органов, функционирующая на основе принципов субординации, координации и субсидиарности – взаимодополняемости), политическим (политическая власть, осуществляемая на основе разделения «властного труда» и объема полномочий между государственными органами и составными частями в сложных государствах), телеологическим (система целей и задач государства), функциональным (деятельность по решению стоящих перед государством задач и реализации его целей) и правовым (внутригосударственное законодательство и действующие в нем нормы и принципы международного права). 

Не затрагивая в настоящем параграфе проблему классификации форм государства и принимая традиционную для теории права и государства концепцию формы государства (единство формы правления, формы государственного устройства и формы политического режима), диссертант считает необходимым подчеркнуть, что, исходя из философского понимания формы, форма государства – это способы организации элементов содержания государства, объединения их в единую целостность – функциональную систему и ее внешнего выражения в обществе.

Форма оказывает влияние на содержание государства, на состояние образующих его элементов, поскольку они, в известной степени, и есть эта самая форма. Однако и сами элементы оказывают непосредственное влияние на форму. Ведущая роль в этом принадлежит субстанциональному, институциональному и правовому элементам.

Анализ генезиса государства, его сущности, содержания и форм дает основания для вывода о том, что государство, включенное в процесс общественного развития, также развивается. В современном состоянии государственности специфически преломляется общая закономерность устойчивости (сохранения гомеостазиса) и подвижности развития, облекающегося в различные формы. В государстве все более проявляется тенденция к гармонизации: внутренней (между сущностью, содержанием и формой) и внешней (между государством и обществом). Сущность и содержание государства все более утрачивают классовые черты, становятся классово индифферентными. Роль современного государства сегодня сводится к роли «социального управляющего», «наемного менеджера» на службе у общества, наделенного его политической властью для решения «общих дел». Это общая тенденция, в которую не вписываются отдельные государства, поскольку не являются определяющими в «едином оркестре государственности» на политической карте мира.

При этом нельзя полностью исключать влияние классовых начал на сущность государства, даже в условиях, когда классовая структура современного общества размыта, социальная неоднородность, асимметричность не устранена. И вряд ли это возможно в обозримом будущем. Другое дело, что «классовое» в обществе принимает новый облик – интересы доминирующих в обществе экономических элит вуалируются под интересы демократии, их цели маскируются под цели утверждения свободы и прав человека, однако классовая природа транснациональных корпораций отчетливо проявляется в политике государств – проводников их воли, в отношении недостаточно демократических политических режимов и стран третьего мира.

В свою очередь, изменения сущности не могут не отразиться на содержании и форме государства. В содержании государства появляются элементы, которых оно не знало в предшествующие периоды своего развития: государственная власть реализуется на основе разделения, изменяется «архитектоника» государства – оно приобретает характеристики демократического, правового социального; в фокусе целей оказывается человек, его права и свободы, обеспечение достойной жизни членов общества, стабильное и поступательное развитие общества в целом; перестраивается государственный аппарат; наполняются новым содержанием его функции, развивающееся законодательство пополняется новыми отраслями и институтами.

Одновременно происходит трансформация его форм: республиканская форма правления находит более законченное выражение, стираются фактические грани между монархической и республиканской формами; усиливаются процессы регионализации: в унитарных государствах расширяются права автономий, в федеративных – происходит оптимизация субъектного состава, образуются высокоинтегрированные межгосударственные объединения; демократический режим становится господствующей формой политического режима.

Таким образом, заключает диссертант, несмотря на отдельные «отклонения» и «задержки» в развитии, современное государство как сложноорганизованная динамическая система постоянно эволюционирует в направлении поиска оптимальных форм государственной организации общества.

В третьем параграфе «Некоторые методологические проблемы классификации форм государственного устройства» анализируются подходы к классификации форм государства, определяются возможности существующих классификационных подходов адекватно описать многообразие форм конкретных государств и природу государственных и межгосударственных образований.

Диссертант отмечает, что вопрос об идентификации Союзного государства в системе форм государственного устройства находится в тесной связи с вопросом о классификации государств. Долгое время этот вопрос решался в рамках наиболее обобщенной классификации государств – глобальной типологии государства и права, основательно разработанной советской юридической наукой в учении об историческом типе государства и права.

Категориями анализа в рамках глобальной типологии выступают понятия типа «капиталистическое государство», «социалистическое государство» – исторические типы, а также формы правления (монархии и республики), государственного устройства (унитарные, федеративные и конфедеративные государства), политического режима (тоталитарный и демократический (либеральный) – типы форм. Такой подход к классификации («мега- и макроклассификация») связан с тем, что советская юридическая наука, восприняв идеологический лозунг об отмирании государства, не задавалась целью разобраться в многообразии государственных явлений, историческая судьба которых предрешена.

В современной юридической науке наблюдается тенденция отхода от глобальной типологии, центр тяжести переносится на внутритиповую классификацию, ориентированную главным образом на видовые различия. Считается, что последняя более гибка: она позволяет учесть смешение разных элементов государства, их рецепирование одними и экспансирование другими государствами, точно установить сходство и различие государств и межгосударственных объединений. В ее основе морфологический метод, основанный на познании явления через его форму. Анализ государства, предпринимаемый с целью выявления общих закономерностей, осуществляется посредством выделения определенных формообразующих признаков, которые затем анализируются, классифицируются и сводятся в критерии для построения классификационной модели. 

В связи с этим обращает на себя внимание, что в современной государствоведческой науке критически оценивается методологический потенциал существующего подхода к типологии государства, связанной с общественно-экономическими формациями, и высказывается мнение о том, что существующий элементный подход (форма правления, форма государственного устройства и форма политического режима) должен быть дополнен наиболее общей классификацией государственных форм, объединяющих три указанных элемента. Таковыми являются: монократическая («единовластная» государственная форма, имеющая высокоцентрализованный характер, при которой государственная власть находится центра, а разделение властей, подлинная автономия в территориально-политическом устройстве и местное самоуправление не допускаются); поликратическая (многовластная форма, характеризующаяся разделением властей, размежеванием ролей по управлению государством, определенной автономией различных звеньев и территориальных единиц, развитием местного самоуправления, демократическими методами политического режима); сегментарная (структура, складывающаяся из отрезков целого, имеющая в значительной мере олигархический характер, допускающая известное разделение властей, и разделение ролей между различными органами государства, допускающая некоторые элементы автономии и местного самоуправления, демократических элементов в управлении государством, но при этом характеризующаяся отсутствием баланса, равновесия и существованием лидирующего органа, должностного лица (В. Е. Чиркин).

Указанная классификация представляет значительный интерес, однако, несмотря на утверждение о том, что она опирается именно на признаки формы государства, может быть понятна и успешно применяться в практических целях только с опорой на уже существующую классическую модель формы государства с учетом детальной разработанности разновидностей различных форм. Иными словами, применяя ее, следует иметь в виду триаду (форма правления, форма государственного устройства и форма государственного режима) и характеристики государства как правового и демократического. 

Этот подход развивается применительно к формам правления: монократия, олигократия и исократия. В результате деления государств на основе политического правоотношения число его разновидностей, с учетом группы, рода, вида и подвида, составляет более 30 (И. В. Столяров) и фактически отражает не способ «возникновения, изменения и прекращения государственной власти», а приобретения политической власти «гонорантами» (по авторской терминологии) – лицами, приобретающими государственную власть. Признавая терминологическое несовершенство обозначения двух основных форм правления, тем не менее диссертант отмечает, что оно может быть снято детальной их классификацией на микроуровне, а также делением форм на типичные и нетипичные.

Упреки в несовершенстве мега- и макроклассификаций форм в определенной степени справедливы. Разработка классификаций, особенно «среднего уровня», очевидна, и указанные выше подходы могут рассматриваться как вспомогательные. Государство полиморфно, и необходимость в исследовании его формы не вызывает сомнений. При этом нужно учитывать то, что существующая типология форм государства призвана отразить главные черты содержания государства, и эту задачу она выполняет. В связи с этим, полагает диссертант, говорить о том, что и глобальная типология, и типология форм государства утратили свой методологический и гносеологический потенциал, преждевременно. Относительно существования «государственно-правовых аномалий» – явлений в сфере государственности, образовавшихся в результате смешивания различных элементов, неполноты, «гибридности» признаков, не поддающихся исчерпывающему объяснению в рамках существующего понятийно-категориального аппарата глобальной типологии и типологии форм, диссертант полагает, что на современном этапе развития теоретико-правовой науки они в известной степени могут быть объяснены через конструкции «государство переходного типа» (постсоциалистическое государство, постмодернистское государство), «квазигосударство», «квазиконфедерация» и «квазифедерация». Вместе с тем это обстоятельство детерминирует развитие классификаций микроуровня и промежуточного между макро- и микроуровнями, классификации «среднего уровня», разработка которых пока далека от завершения и находится сегодня больше в постановочной стадии. Не ставя перед собой задачу разработки развернутой теории форм государственного устройства, а тем более форм государства, которая неизменно повлекла бы изменения направления настоящего исследования, диссертант считает необходимым, затронув проблему в постановочном плане, предложить варианты решения отдельных аспектов этой проблемы, не выходя за рамки стоящей перед ним исследовательской цели.

Наряду с этим необходимость достижения цели настоящего исследования предопределяет наличие определенных методологических ориентиров, «системы координат», в рамках которых можно идентифицировать Союзное государство. В качестве таковых использовать классическую типологию форм государства, а в рамках последней – классификацию форм государственного устройства. Несмотря на некоторую односторонность, очищенная от идеологических догматов глобальная типология сохраняет методологический и гносеологический потенциал и вполне применима в отношении Союзного государства России и Белоруссии.

Для настоящего исследования существенное значение имеют два самостоятельных исторических типа государства: буржуазно-демократическое (капиталистическое) и социалистическое, а также промежуточный тип – постсоциалистическое государство. С его помощью обозначаются государства, бывшие некогда социалистическими, но изменившие направление дальнейшего развития. К числу таковых относятся те государства, которые после распада социалистического лагеря восприняли либеральные ценности и взяли ориентир на рыночную экономику. При этом постсоциалистические государства находятся на различных стадиях перехода. Такой тезис в полной мере применим и к субъектам Союзного государства. Россия находится в «конце перехода», поскольку ее экономическая основа приобрела ярко выраженные капиталистические черты, в ней налицо институты буржуазного государства, либерально-буржуазная парадигма воспринята и законодательством, однако при этом наблюдается разрыв между целями и практикой их реализации, особенно в социальной сфере, в неразвитом виде его социальная основа – гражданское общество.

В этом смысле весьма показательно, что Белоруссия, находясь на более ранней стадии перехода, экономика которой в большей степени сохранила социалистические черты, при очевидном крене политического режима в авторитарную сторону гораздо более социальное государство, чем Россия. Вместе с тем формально и Россия, и Белоруссия обладают внешними чертами буржуазной государственности: конституционным закреплением прав и свобод человека, институтом разделения властей, независимым судом и пр.

Также существенное значение имеет деление форм государства на унитарные, федеративные, конфедеративные государства и империи. Форма государства может быть рассмотрена в качестве типологической характеристики более низкого типа, нежели исторический тип государства.

Не разделяя точки зрения относительно того, что формы существующих или существовавших в прошлом государств укладываются в дихотомическую схему «унитарное – федеративное государство», и считая ее примером типичных форм, диссертант полагает необходимым различать нетипичные формы сложных государств (конфедерации и союзы), а также переходные, предгосударственные или постгосударственные сложные формы (унитарные квазигосударства, квазиконфедерации и квазифедерации). 

К числу простых, унитарных квазигосударств представляется возможным отнести так называемые непризнанные государства, фактически имеющие все признаки государства (организация политической власти, внутренний суверенитет, постоянное население (государствообразующее население, состоящее из народов исторически проживающих на этой территории), собственная территория, правопорядок), однако при этом не обладающие внешним суверенитетом, не являющиеся субъектами международного сообщества в силу того, что расположены на территории, формально (де юре) составляющей часть территории другого государства (Абхазия, Южная Осетия, Приднестровье).

Сложными квазигосударствами с динамическим рядом признаков можно считать Европейский Союз и Союзное государство России и Белоруссии.

Поскольку понятие конфедерации, как, впрочем, федерации и империи, определяется через союз, объединение (при этом прилагательные «государственное» или «межгосударственное» имеет не только терминологическое различие, поскольку, хотя деление и основывается на иных критериях, оно отражает существенные характеристики этих объединений, ибо международная организация – это тоже объединение государств), диссертант обращается к анализу межгосударственных объединений, уделяя особое внимание региональным межгосударственным объединениям, историческим аспектам их развития и правовой природе.

Результаты этого анализа позволяют выделить ряд специфических признаков, отличающих конфедерацию от родовой категории «международные организации» и на основе которых соискатель предлагает определение понятия «межгосударственное объединение»: региональный союз государств, созданный в целях интеграции государств-участников, которые сохраняют свой суверенитет, но передают определенную часть своих полномочий надгосударственным органам, с помощью которых координируют свою деятельность и деятельность самого объединения. Из определения следует, что межгосударственные объединения выступают вторичными субъектами международного права. При этом в доктрине международного права нет единства мнений о правовой природе межгосударственных объединений. Вопрос о правосубъектности этих образований тоже остается дискуссионным.

Неоднозначно определяются правовая природа и правосубъектность Европейского Союза, Содружества Независимых Государств и Союзного государства России и Белоруссии, хотя при регистрации Договора и Устава Союза Беларуси и России в ООН в сентябре 1997 года он был признан международной межправительственной организацией.

В настоящее время большинство межгосударственных объединений имеет двойственную природу. С одной стороны, они представляют собой результат скоординированной деятельности различных государств и с этой точки зрения являются международными образованиями, с другой – многие особенности данных объединений делают их похожими на федерацию. Анализ интеграционных процессов в Европе свидетельствует, что их отличительной особенностью является своеобразное преломление в них элементов конфедеративных и федеративных образований. Государственные начала в ЕС проявляются в унифицированном законодательстве, а также в единой Конституции Европейского Союза (которая, образно говоря, продолжает трудный путь к вступлению в силу – после неодобрения на референдумах ее населением Франции и Нидерландов она тем не менее имеет все шансы стать Основным законом объединенной Европы). Кроме того, специфический характер ЕС проявляется в наличии центральных органов ЕС, их структуре и компетенции. Налицо классическая триада властей, которую осуществляют Европарламент, Совет, Комиссия и Суд. При решении вопросов, отнесенных к его компетенции, ЕС обладает полной самостоятельностью, он наделен правом принятия обязательных решений по регулированию функционирования общего рынка. Также обращает на себя внимание и то, что во взаимоотношениях с третьими странами ЕС выступает самостоятельным субъектом международного права, а в соответствии с Маастрихтским договором по истечении переходного периода государства, входящие в ЕС, лишаются суверенных прав заключения торговых соглашений с другими государствами и передают их в общую компетенцию Евросоюза. Однако пока преждевременно рассматривать ЕС в качестве сложившегося государства.

Европейский Союз, созданный изначально как региональная международная организация экономического характера, не позиционировал себя в качестве государства. В процессе дальнейшего развития интегративнные процессы распространились на политическую, социальную и правовую сферы. Наметилась тенденция к политической и юридической централизации. С момента подписания государствами-участниками 7 февраля 1992 года Договора о Европейском Союзе (Маастрихтский договор), зафиксировавшего переход к новому международному статусу, интеграция вышла за пределы экономики и затронула другие сферы деятельности государств-членов.

В настоящее время его международно-правовой статус не идентифицирован – с момента подписания Маастрихтского договора ЕС выходит за рамки уже известных ранее политико-правовых объединений и не укладывается ни в одну из существующих теоретических схем государства и межгосударственного союза, поскольку, строго говоря, он не является государством в обычном понимании и не подпадает ни под признаки федерации либо конфедерации. Это еще не федерация, но и вместе с тем уже не классическая конфедерация. Поэтому, думается, наиболее точно состояние государств, образующих Европейский Союз, можно охарактеризовать с помощью конструкции квазифедерации.

Понятие квазигосударства применимо и к Союзному государству России и Белоруссии, которое в правовых актах позиционируется как государство и пока не обладает классическим набором признаков государства, поскольку находится в стадии перехода к ним. Какова дальнейшая его судьба, состоится ли этот переход вообще, станет ли его конечным пунктом классическая конфедерация, квазифедерация, полноценная федерация или совершенно новый, доселе не известный тип формы государственного устройства, – в области гипотез с более или менее высокой степенью вероятности.

Вторая глава «Нетипичные формы современного государственного устройства: историко-теоретические аспекты» посвящена анализу сложных государств, не укладывающихся в современную дихотомическую схему «унитарное – федеративное».

В первом параграфе «Конфедерация: историческая характеристика и правовая основа» отмечается, что проблема идентификации в известной степени связана с необходимостью формирования целостного представления о конфедерации. Поэтому диссертант обращается к историческим аспектам конфедеративных союзов, к анализу их правовой основы и возможным перспективам их развития с учетом современных тенденций.

Диссертант отмечает, что термин «конфедерация» достаточно часто использовался и используется до сих пор в юриспруденции. В основном он применялся для обозначения одной из форм государственного устройства, а сама конфедерация как одна из правовых категорий изучалась в рамках формы государства, причем с оговоркой о том, что конфедерация формой государства не является. Это, полагает диссертант, не вполне логично: возникает вопрос о целесообразности ее рассмотрения в числе других явлений, к которым она не относится.

Русскими дореволюционными правоведами конфедерация определялась как союз государств, современными государствоведами – как объединение государств для решения каких-либо политических, военных, экономических, социальных задач. Такое определение основывается на том, что практика создания конфедераций ограничивается незначительным количеством конфедеративных союзов: Швейцарское клятвенное товарищество (1815-1848 гг.), США (1781–1791 гг.), Объединенная Арабская республика (1958–1961 гг.), Сенегамбия (80-е г. XX века) – и сравнительно коротким периодом их существования, по истечении которого они либо распались (ОАР, Сенегамбия), либо преобразовались в федеративное государство (США, Швейцарская конфедерация, сохранившая слово «конфедеративный» только в названии).

Считается, что субъекты конфедеративного союза обладают правом сецессии и сохраняют суверенитет, которого нет у самой конфедерации, нет и единого конфедеративного гражданства, конституции и законодательства, а имеется только договор о создании конфедерации. Органы конфедерации обладают правом издания нормативных правовых актов, но при этом действует правило нуллификации. Отсутствуют единый бюджет и единая денежная единица.

В юридической науке в последнее время наметились определенные изменения категории «конфедерация». Проблемность ситуации заключается в несоответствии существующего уровня научных знаний о конфедерации современным потребностям, в их недостаточности для решения новых задач познания.

Наиболее остро устаревшие характеристики конфедерации обнаруживают свою несостоятельность в вопросе о ее правовых основах, ибо решение этого вопроса обусловливает изучение конфедерации конкретной отраслью юридической науки. Промедление с решением данного вопроса может привести к тому, что конфедерация в дальнейшем перестанет быть предметом изучения как в общей теории права и государства, так и в теории конституционного и международного права. Важно создать теоретическую основу для дальнейших исследований конфедерации, причем, в первую очередь, путем отнесения исследуемого феномена к конкретной области знаний, а также получения первичных результатов о ее базовом признаке – правовой основе.

В большинстве научных работ, посвященных конфедерации, указывается на международно-правовой характер союзного договора. Однако высказывались мнения и об эволюционирующей двойственной или возможной внутрифедеральной правовой природе этого договора. И та, и другая позиции по-своему правильны, так как союзный договор, являясь источником государственного права, может быть применен и в качестве источника международного права.

Учредительный акт конфедерации является межгосударственным соглашением и, следовательно, международно-правовым актом. Любой учредительный акт конфедерации, который является международным соглашением, следует считать международно-правовым актом. Однако только по особенностям субъектного содержания невозможно определить правовую форму договора, так как одно и то же содержание способно принимать разные формы.

Вместе с тем, по мнению диссертанта, цель союзного договора между Россией и Белоруссией не укладывается в рамки международного права. Такой договор заключается с целью урегулирования вопросов создания, как правило, нового государства – первичного субъекта международного права. Но эти вопросы не могут регулироваться международным правом, поскольку это противоречило бы принципу первичности государств как субъектов международного права, который заключается в том, что никто не создает их в качестве таковых, они существуют как объективная историческая реальность.

Конфедерация, основывающаяся на одном только союзном договоре, не может считаться окончательной, так как принятие решения и его осуществление суть два различных юридических факта. Единое государственно-правовое пространство в конфедерации возникает не в силу заключения союзного договора, а в результате его исполнения. Сам по себе союзный договор не дает оснований говорить о существовании единого государственно-правового пространства.

В этой связи наличие высокоинтегрированных межгосударственных союзов, в которых интеграционные процессы не прекращаются, сложных квазигосударств с динамическим рядом признаков государства, не позволяет рассматривать конфедерацию как исторический анахронизм или отклонение в государственном развитии. Наряду с классическими конфедерациями возможны и постклассические конфедерации – союзы государств (межгосударственные союзы), создаваемые на постоянной основе и характеризующиеся значительной интегрированностью экономической основы, солидарным суверенитетом (при сохранении суверенитетов субъектов конфедерации, совместно осуществляющих ряд внешних функций (обороны, участия в поддержании международного правопорядка и др.) и субсидарно некоторые внутренние функции (например, культурно-воспитательную, развития образования, науки и новых технологий), и институтом двойного гражданства, и др.;

Думается, что одним из вариантов развития союзной российско-белорусской государственности может стать и постклассическая конфедерация. Ее организационные и правовые контуры можно было бы очертить предварительно на теоретическом уровне в рамках междисциплинарного исследования с участием российских и белорусских специалистов различных отраслей юридической науки: теории права и государства, конституционного, международного, административного, бюджетного права и др., а также других отраслей научного знания и, прежде всего, социологии.

Во втором параграфе «СССР как особая форма государственного объединения суверенных государств» анализируется политико-правовая природа Союза ССР как нетипичного государственного объединения.

Образование Союза ССР явилось прямым следствием отношений, сложившихся между независимыми советскими республиками. В Конституции 1918 года было закреплено полное наименование нового государства – Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика, то есть в названии был отражен и тип государства.

Среди причин образования СССР важное место занимали внешние факторы: угроза новой военной интервенции, экономическая изоляция советской страны, дипломатические конфликты на Западе. К 1922 году централизация руководства обороной была налицо. Определенные успехи имелись и в объединении республик по линии дипломатической и внешнеторговой деятельности. Однако полного единства между республиками еще не было, а послевоенная обстановка выдвинула на первый план именно это требование.

Наконец, перехода к новым формам взаимоотношений республик друг с другом требовала необходимость укрепления дружбы народов, устранения проявлений шовинизма и национализма. Образование Союза ССР увенчало развитие отношений независимых советских республик, зародившихся после Октябрьской революции 1917 года. Оно означало, что существовавшее довольно несовершенное по форме объединение республик превратилось в единое союзное государство. Создание Советского Союза завершилось принятием союзной Конституции.

Процессу объединения в союзное государство предшествовал этап развития государственно-правовых отношений между советскими республиками, суть которого состояла в заключении договоров, регулировавших определенные правоотношения между ними. Наиболее ярким примером может служить заключенный между РСФСР и Белорусской ССР 16 января 1921 года рабоче-крестьянский договор, а также имели важное значение договоры, заключенные РСФСР с другими республиками: 30 сентября 1920 года – с Азербайджанской ССР (договор о военно-экономическом союзе), 28 декабря 1920 года – с Украиной (рабоче-крестьянский договор), 30 сентября 1921 года – с Арменией (соглашение по экономическим вопросам) и – с Грузией (рабоче-крестьянский договор).

Таким образом, советские республики встали на путь взаимного сотрудничества, которое развивалось по двум основным направлениям: во-первых, активное сотрудничество в области экономики, развитие внешних отношений, во-вторых, совместная защита государственных границ, необходимость в которой была продиктована иностранной интервенцией. 

Военно-хозяйственные договоры между советскими республиками можно рассматривать как первый шаг на пути к объединению в союзное государство. Независимые республики, заключая такие договоры, налаживали основные направления сотрудничества, которое в дальнейшем переросло в создание объединенного Советского государства.

Во исполнение хозяйственных договоров происходило также объединение государственных органов. Единство высших органов власти и управления проявлялось в том, что все независимые советские республики посылали своих делегатов на всероссийские съезды Советов. Их представители имелись и во ВЦИК. Поэтому решения высших органов власти РСФСР другие советские республики считали для себя законом.

Приведенные соискателем примеры сотрудничества советских республик свидетельствуют о том, что эти республики в тот период встали на путь объединения в союзное государство. В то же время существует мнение, что договорные отношения между советскими республиками до образования Союза ССР можно характеризовать как сложившиеся государственные отношения. Так, С. И. Якубовская – сторонник идеи существования договорной федерации до образования СССР, которая в дальнейшем была преобразована в юридически оформленное союзное государство.

Следует отметить, что сложность правоотношений между советскими республиками, сочетавших в себе элементы федерализма и конфедерализма, была характерна для всего периода, предшествовавшего образованию Союза ССР. Однако заключенные между республиками хозяйственные договоры и соглашения не привели ни к образованию договорной федерации, ни к юридическому оформлению конфедеративных отношений в истинном их понимании. Отношения между советскими республиками до образования Союза ССР следует считать подготовительными к объединению в союзное государство. 

Рассмотрев организацию государственной власти в СССР, диссертант сделал вывод о том, что она была построена по уже сложившейся в союзных республиках, главным образом в РСФСР, схеме.

Что касается административно-территориального устройства Союза ССР, то соискатель отметил, что оно развивалось поступательным образом, и именно административно-территориальное устройство СССР отражало сущность Советского государства как межгосударственного объединения суверенных государств.

Проанализировав взаимоотношения союзных республик до образования СССР и затем в его составе, сущность и принципы этого объединения и ответив на главный вопрос параграфа, определенный его названием, диссертант пришел к заключению, что Союз Советских Социалистических Республик как форма межгосударственного объединения суверенных государств представлял собой конституционно закрепленное политическое объединение социалистического типа между юридически равноправными и сформировавшимися советскими республиками в целях взаимовыгодного сотрудничества в политических и экономических сферах на принципах свободы, равенства и суверенитета, хотя ему были присущи и некоторые элементы имперской формы в части высокой централизации государственной власти Союза ССР и способов дальнейшего увеличения субъектного состава и расширения государственной территории (присоединение территории Западной Украины и Западной Белоруссии, а также фактическая инкорпорация прибалтийских республик, впоследствии воспользовавшихся правом сецессии).

Третья глава «Исторические предпосылки политико-правового союза Белоруссии с Россией» включает три параграфа, посвященных этапам этнополитического развития Белоруссии как суверенного государства, рассмотрению ее как составной части СССР и развитию белорусской государственности в постсоветский период.

В первом параграфе «Этапы этнополитического развития Белоруссии как суверенного государства» исследуется проблема влияния политического и исторического прошлого Белоруссии на процессы развития национальной самоидентификации и государственности.

История формирования белорусской государственности имеет определенные особенности, поскольку достаточно насыщена различного рода союзными отношениями с разными государствами и государственными образованиями. По мнению диссертанта, указанные союзные отношения оказали большое влияние на создание белорусской государственности, более того они стали этапами этнополитического развития Белоруссии как суверенного государства.

Последующее исследование указанных союзов Белоруссии имеет серьезное прикладное значение для определения основ государственности Республики Беларусь как одного из ближайших соседей и стратегических партнеров Российской Федерации и приоритетных направлений развития российско-белорусских отношений в рамках Союзного государства.

В XIII веке белорусские княжества, проводившие активную политику колонизации балтских земель, сумели при помощи литовских князей, которые приглашались на княжение, подобно варягам на Руси, объединить вокруг белорусского города Новогрудок белорусские и балтские земли и создать одно из государств средневековой Европы – Великое княжество Литовское. Процесс формирования этого княжества как суверенного государства начался в конце XII веке, когда объединились некоторые белорусские и литовские княжества, и продолжался в XIII-XIV веках, когда в его состав вошли украинские и некоторые русские княжества.

В результате появилось государство, объединявшее несколько самостоятельных национальностей, являвшееся по своей правовой природе феодальной монархией, управлявшееся государем, который именовался великим князем, реже – королем. Власть великого князя не была абсолютной и ограничивалась, с одной стороны, верхами класса феодалов, а с другой – сеймом (законодательным органом).

Структура государственных органов Великого княжества Литовского была идентичной (за некоторыми исключениями) структуре большинства славянских государств того времени. В составе указанного государственного образования белорусский народ, хотя и избежал ассимиляции, вместе с тем не выделялся наличием самостоятельной государственности даже в самом наименьшем ее проявлении – в виде автономии, либо тех или иных национальных привилегий. Основным достижением белорусского этноса в тот период следует считать сохранение и развитие культурных традиций, на основе которых впоследствии была построена белорусская государственность.

В 1569 году Великое княжество Литовское и Королевство Польское объединились на федеративной основе в новое государство – Речь Посполитую. С принятием Люблинской унии династическая уния Королевства Польского и Великого княжества Литовского была заменена реальной межгосударственной унией, следствием которой стало появление на свет федеративного государства – Речи Посполитой. Люблинская уния 1569 года существенно ограничила государственный суверенитет Великого княжества Литовского, хотя полностью свою государственность Литва не утратила.

Развитие Белоруссии в составе Речи Посполитой существенно не изменило ни систему формирования и осуществления государственной власти, ни социальную структуру белорусского народа. Коренные изменения в белорусской государственности произошли только после вхождения последней в состав Российской империи. После раздела Речи Посполитой в 1772, 1793, 1795 годах территории современной Белоруссии были присоединены к Российской империи с включением их в общероссийскую хозяйственную систему и с перестройкой экономических отношений по российскому образцу.

В итоге автор констатировал, что Белоруссия как самостоятельное государство существует непродолжительное время: в период XIII – начала ХХ веков она в качестве такового не существовала, а период ее пребывания в составе СССР по историческим меркам очень мал. Учитывая, в частности, схожесть культур и этнографических признаков, Россия и Белоруссия имеют общие исторические корни, что является одним из катализаторов процесса интеграции в Союзное государство, продолжающегося в настоящее время.

Во втором параграфе «Белоруссия как составная часть СССР: эволюция правового статуса» рассматриваются этапы эволюции правового статуса БССР в составе Союза ССР. Диссертант в результате исторического анализа правового статуса Белоруссии в составе Союза ССР считает возможным разделить период его развития на пять этапов.

Первый этап – преобразования в Белорусской Республике, связанные со вступлением в Советский Союз (1922–1926 годы), диссертант разделил на четыре стадии:

– принятие Конституции союзного государства;

– изменение административно-территориального деления БССР;

– развитие промышленности и сельского хозяйства (индустриализация народного хозяйства);

– политика возрождения национальной культуры.

Второй этап – конституционное и административно-территориальное реформирование Белорусской ССР (1927–1940 годы) – разделен автором на следующие стадии:

– принятие Конституции БССР 1927 года;

– принятие Конституции БССР 1937 года;

– вхождение Западной Белоруссии в состав СССР.

Охарактеризовав этот этап, можно сделать вывод, что в связи с образованием нового государства – Союза Советских Социалистических Республик в Белоруссии возникла необходимость реформирования основ государственного устройства, для того чтобы политико-административное устройство Белорусской Республики соответствовало правовому положению Союза ССР. Таким образом, реформирование основ государственного устройства Белоруссии заключалось в последовательном принятии конституций БССР 1927 и 1937 годов, в которых был закреплен правовой статус Белорусской ССР как союзного Советского государства. После проведения реформ в конституционной сфере возникла необходимость административно-территориального реформирования. Продолжая политику, направленную на формирование территориальной целостности Белорусской Республики, Правительство СССР присоединило к ней территории Западной Белоруссии. За счет этого площадь и население белорусского государства увеличились в два раза. Соответственно возросли влияние, политический вес Белоруссии в составе Советского Союза.

Третий этап – развитие Белорусской Республики в годы Великой Отечественной войны, последствиями которой стало практически полное разрушение народно-хозяйственного потенциала Белорусской ССР. Однако дальнейшее активное восстановление промышленности и народного хозяйства с помощью союзных республик и, прежде всего, РСФСР вывело Белоруссию на новую ступень развития, сделав ее крупным, промышленно развитым государством.

Развитие Белорусской ССР в период Великой Отечественной войны и послевоенные годы (1941–1950 годы) включает в себя следующие стадии:

– война и ее влияние на дальнейшее развитие Белоруссии;

– восстановление разрушенного хозяйства;

– реформирование системы государственных органов;

– развитие белорусской государственности (1951-1976 годы).

Четвертый этап – изменение административно-территориального деления Белоруссии – связан с политикой расширения прав БССР и вступлением Белорусской ССР во внешние отношения с другими государствами.

Четвертый этап характеризуется развитием белорусской государственности в различных направлениях. Результатом проведенных преобразований в административно-территориальном устройстве Белоруссии стало сокращение пяти областей в ее составе. Во внешних отношениях особенностью рассматриваемого этапа стало расширение прав союзных республик, в том числе Белоруссии. Также на данном этапе значительным стал факт активного участия БССР в международных отношениях, что положительно сказалось на развитии ее правового статуса. Международным сообществом Белоруссия стала восприниматься в качестве полноценного субъекта межгосударственных отношений.

Пятый этап – коренное конституционно-государственное реформирование БССР (1977–1991 годы) под влиянием следующих факторов: принятие Конституции СССР 1977 года, развитие промышленности Белоруссии и процессы перестройки в СССР в 80-е–90-е годы XX века.

Главной причиной проведения конституционного реформирования стало принятие Конституции СССР 1977 года, что повлекло за собой необходимость приведения конституционного законодательства республик в соответствие с союзным. Результатом этого стала Конституция БССР 1978 года, в которой была сделана попытка закрепления правового статуса Белоруссии на конкретном этапе государственного развития. Однако, несмотря на то, что Конституцией 1978 года Белоруссия позиционировалось как индустриально развитое промышленное государство, в сфере производства материальных ценностей наметились процессы застоя, что потребовало дальнейшего реформирования государственной системы.

В третьем параграфе «Государственность Белоруссии в постсоветский период» рассматриваются этапы, особенности и проблемы становления белорусской государственности в постсоветский период и анализируется развитие белорусского государства в условиях суверенитета, обусловленного распадом СССР и выходом республики из его состава.

27 июля 1990 года Верховный Совет Белорусской Республики принял Декларацию о государственном суверенитете. Принятием данного документа было положено начало строительства нового национально-государственного объединения. Значимость Декларации состояла в том, что у Белоруссии появилась возможность строительства независимого, суверенного государства. До этого события говорить о Белоруссии как о национально-государственном объединении вряд ли возможно, поскольку исторические традиции ее государственности формировались непоследовательно. Таким образом, рассматривать становление Белоруссии как национально-государственного объединения необходимо с момента обретения ею независимости и суверенитета, то есть в постсоветский период.

Формирование Белоруссии как полноценного национально-государственного объединения происходило путем развития основных государственных институтов: принятие новой Конституции, соответствующей государственному устройству и политическому режиму; избрание Президента Республики; создание системы местного самоуправления, а также политической и экономической системы общества.

Диссертант проанализировал основные факторы, положенные в основу белорусской государственности, сделал выводы, касающиеся целесообразности, последовательности процессов, послуживших базой для образования современной Республики Беларусь.

Соискателем исследованы основные положения Декларации о государственном суверенитете и Конституции Республики Беларусь 1994 года, а также выявлены причины принятия Основного закона государства, коллизии, противоречия и влияние Конституции на общественный строй и государственные преобразования, произошедшие вследствие ее утверждения.

Положительной следует считать новеллу Конституции Республики Беларусь о закреплении демократических принципов в государственно-правовом строительстве Белоруссии. Основное же значение Конституции заключается не только в том, что она составила ядро правовой системы нового национально-государственного образования, но также имела стабилизирующее значение для всего государства.

Диссертант отметил продолжительный процесс подготовки и обсуждения Конституции Республики Беларусь, что, видимо, стало одной из причин невнятной конституционной формулировки о положении исполнительной и законодательной властей, а затем повлекло за собой противоречия и развитие определенного государственного конфликта.

Наряду с рассмотрением конституционного реформирования Белоруссии в работе проведен анализ правового положения Президента Республики Беларусь. В новой редакции Конституции, принятой на референдуме в 1996 году, полномочия Президента значительно расширены. Наибольшими полномочиями он обладает в законотворческом процессе. Это подтверждается, например, тем, что Президент – один из немногих субъектов законодательной инициативы имеет право вносить предложения об изменении действующей Конституции. Проанализировав институт президентства, диссертант пришел к выводу о том, что Белоруссия является суперпрезидентской республикой, и этот факт, наряду с Конституцией Республики Беларусь, имеет большое значение при формировании ее как полноценного национально-государственного объединения.

В становлении Белоруссии как национально-государственного объединения важную роль играет экономическая сфера. Только с помощью формирования стабильной, четко отлаженной экономики возможно дальнейшее развитие любого государства, включая и Республику Беларусь. В качестве основных проблем в экономике Белоруссии выделены такие, как наличие теневой экономики, полярность между богатыми и бедными, недостаточная социальная защищенность населения, разрыв между сферами и регионами в распределении основных государственных фондов. Совершенствованию экономической системы, а следовательно, и всей Белоруссии как национально-государственного объединения будет способствовать повышение ответственности Правительства Республики Беларусь перед гражданами за реализацию государственных программ посредством публичного информирования, а также четкое планирование экономического развития государства.

Автор уделил внимание состоянию политического сектора, проанализировал точки зрения ученых-правоведов относительно политического режима, сложившегося в Белоруссии, дал оценки положительным и отрицательным моментам становления жесткой президентской власти.

В качестве перспективы развития Республики Беларусь как национально-государственного объединения определен ее союз с Российской Федерацией, проанализированы основные этапы формирования белорусско-российских отношений и их положительные и отрицательные результаты.

Итоги анализа становления и развития Республики Беларусь как национально-государственного объединения в постсоветский период позволили сделать следующие выводы.

Конституции Республики Беларусь 1994 и 1996 годов стали основой формирования национально-государственного объединения, заложив ключевые принципы его развития:

– Белоруссия как национально-государственное объединение сформировалась в виде суперпрезидентской республики;

– экономическая система Белоруссии нуждается в реформировании посредством ужесточения ответственности Правительства перед населением;

– жесткая президентская власть в Белоруссии способствует формированию определенного имиджа этого государства на международной арене.

Основными периодами становления Республики Беларусь как национально-государственного объединения в постсоветский период следует считать:

–1992 год – апрель 1996 года (курс на плотную интеграцию). Этот период характеризуются стремлением России и Белоруссии сохранить тесные связи двух государств и народов, которые существовали в рамках Советского Союза, придав им новую форму, основанную на двухсторонних договоренностях. Уже в 1992–1993 годах между Россией и Белоруссией было заключено 42 межгосударственных соглашения. К 1995 году их число возросло до полутора сотен, охватив все сферы сотрудничества, среди которых Соглашение о таможенном Союзе между Российской Федерацией и Республикой Беларусь от 6 января 1995 года, которое стало одной из основ российско-белорусской интеграции;

– апрель 1996 года – апрель 1997 года (Сообщество России и Белоруссии). 2 апреля 1996 года в Москве был подписан Договор об образовании Сообщества России и Белоруссии, главной особенностью которого явилось то, что он учредил наднациональные органы Сообщества: Высший Совет, Парламентское Собрание, Исполнительный Комитет и отраслевые органы управления;

– апрель 1997 года – декабрь 1999 года (Союз Беларуси и России). Ровно через год – 2 апреля 1997 года Сообщество России и Белоруссии было преобразовано в Союз Беларуси и России, о чем двумя государствами был заключен соответствующий Договор. 23 мая 1997 года был утвержден Устав Союза Беларуси и России, в котором закреплено введение союзного гражданства, наделение Союза международной правосубъектностью, определены задачи Союза в политической, экономической, социальной и иных сферах.

Четвертая глава работы «Формирование российско-белорусского Союзного государства как новой формы государственного союза» включает три параграфа, в которых анализируются исторические и политические факторы создания нового Союзного государства на постсоветском пространстве, его правовой статус, соответствие внутригосударственного законодательства государств-субъектов правовым актам Союзного государства и нормам международного права, а также правовому статусу населения России и Беларуси.

В первом параграфе «Исторические и международные факторы создания Союзного государства России и Белоруссии» предпринимается попытка исследования историко-политических причин и условий, способствующих созданию Союза Беларуси и России. Соискатель провел комплексный анализ предпосылок создания Союзного государства.

8 декабря 1999 года между Российской Федерацией и Республикой Беларусь был заключен Договор о создании Союзного государства, согласно которому государства-участники образовали Союзное государство, знаменующее собой новый этап в процессе единения народов двух стран в демократическое правовое государство. Создание Союзного государства – это объективный процесс, обусловленный рядом причин.

В качестве одного из основных факторов российско-белорусского сближения выступают исторические предпосылки. Россия и Белоруссия всегда были исторически близки. Белорусский этнос начал формироваться в VI–VII веках на базе славянских этнических общностей. С конца XVIII века по 1991 год XX века Белоруссия и Россия имели общую государственность сначала в рамках Российской империи, а затем – в составе Советского Союза.

Их долгое совместное существование в рамках единого государства обусловило современную культурную близость русского и белорусского народов. Белорусы считают россиян самым близким братским народом, а многие ассоциируют себя с русскими. Так, социологическое исследование, проведенное в марте 2003 года в Белоруссии, показало, что на вопрос: «Чем белорусы отличаются от русских?», 37,5 процента опрошенных ответили: «Ничем».

Союзное государство, прежде всего, региональное экономическое сообщество. Его роль как политического и военного Союза Беларуси и России вторична. Согласно ст. 2 Союзного Договора одной из целей создания Союзного государства является образование единого экономического пространства для обеспечения социально-экономического развития на основе объединения материального и интеллектуального потенциалов государств-участников и использования рыночных механизмов функционирования экономики; проведение согласованной социальной политики, направленной на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. При этом принятая в целях реализация Союзного договора Программа действий Российской Федерации и Республики Беларусь направлена именно на достижение полноценной экономической интеграции России и Белоруссии.

При помощи сравнительного анализа положений Союзного договора и принципов Европейского Союза автор пришел к выводу, что Европейский Союз – это та модель, которая была взята в качестве основы для образования Союзного государства России и Белоруссии: провозглашено создание единого экономического пространства, единого валютного союза, создание органов власти Союзного государства, в том числе его представительного органа – Парламента и другие.

В целом можно заключить, что создание Союзного государства вписывается в современные мировые процессы, характеризующиеся повышением роли региональных экономических сообществ. Кроме того, опыт существования таких сообществ свидетельствует о возможности объединения на их основе разных по территории, количеству населения, уровню экономического и социального развития государств.

Союз Беларуси и России возник как альтернатива сотрудничеству между государствами – бывшими республиками СССР в рамках Содружества Независимых государств. Формат СНГ не позволял динамично двигаться по пути интеграции, так как предполагал равноскоростную интеграцию всех государств-членов СНГ. Кроме прочего, нельзя не учитывать, что интеграция выгодна как России, так и Белоруссии с геополитической точки зрения.

Во втором параграфе «Правовой статус Союзного государства России и Белоруссии» рассмотрена сущность российско-белорусской интеграции в конституционно-правовом аспекте.

Среди конституционалистов анализ юридической природы созданного интеграционного объединения Российской Федерации и Республики Беларусь вызывает неоднозначную трактовку. Одни считают, что Россия и Белоруссия образовали внутри СНГ свой союз – фактически конфедерацию внутри конфедерации (К. В. Арановский), что Союзный договор о конфедерации требует одобрения на референдумах в двух государствах (И. П. Блищенко). Другие, полагают, что модель Союзного государства, определенная учредительным Договором, несет в себе черты не только конфедеративного, но и федеративного союза, считают его новой разновидностью государства (Н. А. Михалева, Ю. А. Тихомиров).

В этой связи диссертант отмечает, для того чтобы понять конституционно-правовой статус российско-белорусского объединения, необходимо было провести системный анализ основных его элементов, причем не только в абстрактном нормативно-текстуальном контексте, но и с учетом фактически сложившихся отношений. Для этого подвергаются анализу следующие институты российско-белорусского объединения и основные вопросы, имеющие важное значение для раскрытия темы:

1. Территориальность Союзного государства:

– внешние его границы;

– внутреннее единство территории;

– право граждан на свободное перемещение по территории Союзного государства;

– создание единого экономического пространства (таможенный и валютный союз);

– формирование единого правового пространства (унификация законодательства субъектов Союзного государства и формирование системы собственного законодательства Союзного государства).

2. Гражданство Союзного государства.

3. Разграничение предметов ведения Союзного государства и его субъектов, суверенитет.

4. Система органов власти Союзного государства.

5. Международная правосубъектность Союзного государства.

6. Вопрос о наличии у Союзного государства фискальной функции.

В результате проведенного анализа автор заключает, что Союзное государство можно рассматривать в качестве субъекта международного права, но только в отдельных случаях, связанных с заключением международных договоров по вопросам его исключительной компетенции.

При уяснении конституционно-правовой природы Союзного государства важно также отменить отсутствие фискальных функций у его органов. Согласно ст. 32 Союзного договора, его бюджет формируется за счет ежегодных согласованных отчислений государств-участников, что характерно для международных организаций, а также конфедераций.

Вместе с тем диссертант отмечает, что предусмотренные Союзным договором и подготовленным на его основе проектом Конституционного акта Союзного государства институты российско-белорусского объединения во многом схожи с институтами, свойственными федеративному государству: разграничение предметов ведения на вопросы исключительной компетенции Союзного государства и вопросы совместного ведения союза и его субъектов, единое гражданство, наличие центрального государственного аппарата, общая государственная граница, единое экономическое пространство, включая монетарный союз и другое.

В третьем параграфе «Правовой статус граждан наднационального объединения России и Белоруссии и механизм его нормативно-правового закрепления» анализируется состояние правового статуса населения на территории образуемого Союзного государства и перспективы его развития, рассмотрены вопросы фиксации и реализации основных прав, свобод и обязанностей граждан наднационального объединения России и Белоруссии.

Поскольку Договором между Российской Федерацией и Республикой Беларусь «О создании Союзного государства» было провозглашено создание единого государства, возник вопрос о правовом статусе граждан российско-белорусского интеграционного объединения. Пунктом 1 ст. 14 Союзного договора установлено, что граждане государств-участников являются одновременно гражданами Союзного государства. Тем самым учрежден институт союзного гражданства. Следовательно, союзное гражданство не заменяет национальных институтов гражданства России и Белоруссии, а существует параллельно с ними. На уровне союзного законодательства планируется осуществлять регулирование иных, кроме приобретения и прекращения, вопросов гражданства, таких, как, например, покровительство и защита граждан Союза, находящихся за пределами Союзного государства, вопрос о едином документе, удостоверяющем личность гражданина Союзного государства и некоторые другие.

Соискатель отмечает, что учредительные документы Союзного государства предполагают введение специфического института конфедеративного гражданства, аналогичного существующему в Европейском Союзе (ст. 8 Договора о Европейском Союзе от 7 февраля 1992 года), который, установив гражданство союза, определил, что его гражданином является каждый гражданин государства-члена. При этом Договор о Европейском Союзе, как и Договор о создании Союзного государства, не затронул вопросы регулирования приобретения и прекращения гражданства, оставив их в национальной компетенции каждого государства в отдельности. Указанное обстоятельство существенным образом отличает конфедеративное гражданство от гражданства в федеративных государствах, вернее, в тех из них, которые допускают существование, наряду с союзным гражданством, гражданства субъектов федерации. В федеративных государствах регулирование вопросов приобретения и утраты гражданства полностью либо в значительной части относится к компетенции федерации.

Рассмотрев национальные институты гражданства России и Белоруссии, диссертант пришел к выводу о необходимости преодоления различий в их законодательстве о гражданстве путем установления в Законе Союзного государства о гражданстве не только норм, регулирующих вопросы союзного гражданства, но и базовых норм, определяющих основания и порядок приобретения и прекращения национального гражданства государств-участников Союзного государства.

В ходе анализе института союзного гражданства встал вопрос о соотношении понятий «гражданин Союзного государства» и «иностранный гражданин». Диссертант, изучив законы, регулирующие правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации и Республике Беларусь, сделал вывод о том, что институт союзного гражданства пока не является полноценным правовым механизмом, с помощью которого определяется статус граждан российско-белорусского интеграционного объединения. В качестве такового он выступает в настоящее время лишь при наделении граждан России и Белоруссии правом избирать и быть избранным в Парламент Союзного государства, правом назначаться на должности в органы Союзного государства, а также правом на создание союзных общественных объединений.

В целом анализ внутреннего законодательства России и Белоруссии и заключенных между ними международных договоров привел к следующим выводам:

Во-первых, механизм определения правового статуса граждан России и Белоруссии на территории друг друга сводится к предоставлению им правового режима иностранных граждан.

Во-вторых, в основу определения правового статуса иностранцев в России и Белоруссии положен национальный режим, означающий уравнивание прав иностранцев в той или иной области с правами собственных граждан государства пребывания.

В-третьих, и в России, и в Белоруссии национальный режим установлен с условием: иностранцам предоставляются равные с гражданами права и обязанности, если иное не установлено соответствующим правовым актом. Такая оговорка является основой для формирования специального режима иностранцев, который в России и Белоруссии сводится к изъятию из правоспособности иностранных граждан определенных прав, для обладания которыми необходимо наличие гражданства данного государства, а также к возложению на иностранцев дополнительных обязанностей.

Рассмотрев составляющие правового статуса граждан Союзного государства, в особенности их политические права, диссертант выделил три уровня избирательных прав:

Первый – избирательное право союзного уровня.

Второй – право избирать и быть избранным в органы государственной власти субъектов Союзного государства.

Третий – право избирать и быть избранным в органы местного самоуправления.

Посредством анализа политических прав граждан России и Белоруссии выявлена неполнота как национального, так и союзного законодательства в урегулировании данных прав. В связи с этим в работе предлагаются конкретные рекомендации по ликвидации пробелов и его усовершенствованию.

В частности, законодательство обоих государств едино в запрете на участие иностранцев в политических партиях. Но, учитывая необходимость предоставления гражданам Российской Федерации, постоянно проживающим в Республике Беларусь, и гражданам Белоруссии, постоянно проживающим в России, избирательных прав на выборах в органы местной власти, а в перспективе – в органы государственной власти субъектов Союзного государства, следует также предоставить им право на участие в политических партиях, так как это право является важным, а при системе голосования по партийным спискам – необходимым условием реализации пассивного избирательного права.

Диссертант обращает внимание на то, что при рассмотрении вопроса о личных правах и свободах, необходимо иметь в виду, что большинство таких прав и свобод человека относится к основным неотчуждаемым правам и не связано с наличием либо отсутствием гражданства того или иного государства. Поэтому среди личных прав интерес представляет, прежде всего, право на свободу передвижения и выбор места жительства. Это право имеет особую значимость в условиях конфедеративного объединения. В Договоре о создании Союзного государства ничего не сказано о праве граждан данного государства на свободное передвижение по его территории. Лишь с принятием Конституционного акта Союзного государства предполагается гарантировать право граждан свободно передвигаться, выбирать место пребывания и место жительства в пределах Союзного государства. Существующие между двумя государствами договорные нормы значительно упрощают перемещение граждан Союзного государства по его территории, но не могут быть признаны достаточными.

Конструктивной критике подвергнуто сохранение института вида на жительство, многие положения которого (аннулирование вида на жительство, его срочность и другие) противоречат принципам Союзного государства. Поэтому в целях более полной реализации права граждан на свободу передвижения по территории Союзного государства необходимо упразднение института вида на жительство и введение на его территории единой системы регистрационного учета. Следует отметить также и непоследовательность в определении срока пребывания, по истечению которого возникает обязанность регистрации граждан в компетентных органах.

Исследовав проблему обеспечения социальных прав, диссертант установил, что в целях более эффективной их реализации гражданами Союзного государства необходимо принятие ряда двухсторонних договоров, таких, как: Соглашение между Правительством Республики Беларусь и Правительством Российской Федерации о порядке оказания медицинской помощи гражданам Республики Беларусь в учреждениях здравоохранении Российской Федерации и гражданам Российской Федерации в учреждениях здравоохранения Республики Беларусь, Соглашение между Республикой Беларусь и Российской Федерацией о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения и другие.

Завершающая работу пятая глава «Практика становления и перспективы Союзного государства России и Белоруссии» не имеет параграфов и посвящена анализу проблем российско-белорусской государственной интеграции, поиску путей их разрешения и перспективам развития совместной российско-белорусской государственности, а также историко-прогностическому анализу развития Союза Беларуси и России.

Некоторое охлаждение отношений между Российской Федерацией и Республикой Беларусь на протяжении нескольких последних лет вызвало споры о будущем союза двух государств, о возможности их дальнейшего сближения. Серьезные разногласия на официальном уровне наблюдаются и в отношении приемлемой модели интеграции. В этой связи обращение к анализу этапов развития и оценке перспектив российско-белорусской интеграции является актуальным.

В процессе построения Союзного государства после подписания Союзного договора диссертант выделил два периода:

– время активного сотрудничества России и Белоруссии на пути к построению Союзного государства (2000–2003 годы);

– период, характеризующийся замедлением интеграционного процесса (2004 год – настоящее время).

При оценке перспектив развития российско-белорусской интеграции в рамках Союзного государства автором учтены:

– имеющиеся на настоящий момент результаты реализации положений Союзного договора;

– сложившееся общественное мнение в России и Белоруссии об интеграционных процессах;

– опыт создания и функционирования Европейского Союза;

– внутриполитическую ситуацию в России и Белоруссии;

– геополитические факторы.

Отмечено, что никаких серьезных, тем более непреодолимых, препятствий для укрепления и дальнейшего строительства Союзного государства, если при наличии соответствующей политической воли к нему действительно обоюдно стремиться, не существует.

Однако на процесс построения Союзного государства существенным образом влияют внутри- и внешнеполитические факторы, что делает возможным развитие российско-белорусской интеграции по двум направлениях:

1) реальное создание Союзного государства на основе реализации положений Союзного договора. Этот процесс растянется во времени и пройдет следующие основные этапы:

– в экономической сфере – формирование таможенного союза, формирование единого экономического пространства, формирование валютного союза;

– в политико-правовой сфере – принятие Конституционного акта Союзного государства, выборы в его Парламент, формирование правовой системы и принятие Конституции Союзного государства.

Необходимо иметь в виду, что в Союзном договоре предусмотрено построение государства конфедеративного типа. История же свидетельствует, что конфедерация является переходным, непостоянным интеграционным объединением, которому свойственно либо преобразование в федерацию, либо распад. Учитывая различия в экономическом потенциале России и Белоруссии, различные формы государственного устройства, а также разницу в размерах территории и численности населения, очевиден вывод о невозможности создания в ближайшее время федерации равных субъектов – России и Белоруссии.

Альтернативой распаду Союзного государства может быть включение Белоруссии в Российскую Федерацию в качестве одного (например, республики с особым статусом) либо нескольких субъектов. В этой связи перспектива Союзного государства в немалой степени зависит и от того, каким в процессе его построения сформируется окончательное мнение белорусского общества и его политических элит по данному вопросу. Этот вариант диссертант считает наименее вероятным, поскольку это противоречит интересам правящей белорусской элиты.

2) сворачивание российско-белорусской интеграции, которое может выразиться, прежде всего, в отказе от принятия Конституционного акта, проведения выборов в Парламент Союзного государства, введения единой валюты. Этот вариант развития межгосударственных отношений не будет означать полное прекращение российско-белорусского сотрудничества. Существующие органы Союзного государства, видимо, сохранятся и будут выполнять некоторые координирующие функции. При этом постепенное углубление экономической интеграции государств-членов Евразийского экономического сообщества, участниками которого являются Россия и Белоруссия, приведет к тому, что сохранившиеся элементы Союзного государства будут постепенно растворены в рамках ЕврАзЭС.

Нельзя полностью исключать и такой вариант развития, при котором один из субъектов российско-белорусского союза (возможно, и оба субъекта) изъявят желание войти в состав Европейского Союза. Безусловно, такой вариант событий маловероятен и зависит от множества факторов, среди которых желание и намерение России или Белоруссии стать участником этого союза не являются основными.

Таким образом, по мнению диссертанта, в концентрированном виде набор возможных сценариев развития российско-белорусского союза выглядит следующим образом:

– стабильное развитие и последовательное преобразование в конфедерацию нового типа, характеризующуюся значительной интегрированностью экономической основы, солидарным суверенитетом (при сохранении суверенитетов субъектов конфедерации, совместно осуществляющих ряд внешних функций (обороны, участия в поддержании международного правопорядка и др.) и субсидарно некоторые внутренние функции (например, культурно-воспитательную, развития образования, науки и новых технологий), и институтом двойного гражданства, и др.;

– сворачивание фактической интеграции при формальном сохранении Союзного государства;

– прекращение существования Союзного государства: а) в связи с преобразованием в квазифедеративное государство по типу Европейского Союза; б) вхождение Белоруссии в состав Российской Федерации на правах субъекта – республики с особым статусом либо нескольких субъектов; в) возвращение на «исходные позиции», восстановление status quo и дальнейшее межгосударственное сотрудничество в рамках существующих на постсоветском пространстве региональных организаций: СНГ и ЕврАзЭС; г) в результате вхождения одного или обоих субъектов в Европейский Союз.

В заключении подведены итоги исследования и сформулированы основные теоретические выводы и практические предложения по совершенствованию союзного и внутригосударственного законодательства и практике его применения.

В конце работы приведен список использованной литературы и нормативных правовых актов.

По теме диссертационного исследования автором опубликованы следующие работы:

Монографии и иные научные издания:

1. Миронов, В. О. Россия и Беларусь: история воссоединения: Монография / В. О. Миронов, И. Н. Барциц. – М. : Историческая книга, 2000.

– 7,0 / 5,63 п. л.

2. Миронов, В. О. История и перспективы государственно-правовых отношений России и Белоруссии : Монография / В. О. Миронов. – М. : Манускрипт, 2004. – 7,5 п. л.

3. Миронов, В. О. Правовое становление союзного государства России и Белоруссии : Монография / В. О. Миронов. – М. : Манускрипт, 2006. – 23 п. л.

Статьи, опубликованные в журналах, рекомендованных ВАК

Министерства образования и науки Российской Федерации:

4. Миронов, В. О. Взаимоотношения советских республик до образования Союза ССР / В. О. Миронов, Д. Л. Златопольский // Правоведение.

– 1972. – № 6. – 1,26 / 0,84 п. л.

5. Миронов, В. О. Государственно-правовые отношения России и Белоруссии в 1917–1922 гг. / В. О. Миронов // Государство и право. – 2004.

– № 12. – 1,25 п. л.

6. Миронов, В. О. Становление Союза Белоруссии и России / В. О. Миронов // «Черные дыры» в российском законодательстве. – 2005. – № 2. – 2,39 п. л.

7. Миронов, В. О. Национальные и союзные интересы России и Белоруссии : государственно-правовой аспект / В. О. Миронов // «Черные дыры» в российском законодательстве. – 2006. – № 3. – 0,54 п. л.

8. Миронов, В. О. Правовые системы России и Белоруссии и правовая культура (историко-правовой аспект) / В. О. Миронов // «Черные дыры» в российском законодательстве. – 2006. – № 3. – 0,54 п. л.

9. Миронов, В. О. Правовой статус граждан наднационального объединения Белоруссии и России и механизм его нормативно-правового закрепления / В. О. Миронов // Современное право. – 2006 – № 8 (1) – 1,88 п. л.

10. Миронов, В. О. Понятие, классификация и формы межгосударственных объединений / В. О. Миронов // Современное право. – 2006.

– № 10 (1). – 1,06 п. л.

Статьи, опубликованные в иных изданиях:

11. Миронов, В. О. Целесообразность использования опыта государственно-правовых отношений между Российской Федерацией и Республикой Беларусь / В. О. Миронов // Информационный бюллетень Парламентского Собрания Союза Белоруссии и России. – 1999. – № 1. – 0,56 п. л.

12. Миронов, В. О. Союз Белоруссии и России: как это уже было / В. О. Миронов, И. Н. Барциц // Российская Федерация сегодня. – 1999.

– № 7. – 0,38 / 0,25 п. л.

13. Миронов, В. О. Российская правовая культура и взаимопроникновение национальных правовых систем / В. О. Миронов // Нравственно-правовое состояние российского общества и современность: региональные аспекты : Сб. науч. докл. и  сообщ. ; Администрация Владимирской области, Маркарт. – Владимир, 2000. – 0,31 п. л.

14. Миронов, В. О. Россия и Белоруссия : от Советского Союза до Союзного государства / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2002. – № 49 (6).

– 0,75 п. л.

15. Миронов, В. О. Формирование государственно-правовых отношений России и Белоруссии в 1917–1920 годах / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2003. – № 52 (9). – 0,88 п. л.

16. Миронов, В. О. Развитие государственно-правовых отношений России и Белоруссии в процессе образования Союза ССР / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2003. – № 53 (10). – 1,19 п. л.

17. Миронов, В. О. Белоруссия в составе Союза ССР : историко-правовой аспект / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2003. – № 54 (2).

– 0,94 п. л.

18. Миронов, В. О. Правовые вопросы построения Союзного государства России и Белоруссии / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2003.

– № 56 (4). – 1,13 п. л.

19. Миронов, В. О. Правовые аспекты становления Союза Белоруссии и России / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2003. – № 60 (8). – 1,44 п. л.

20. Миронов, В. О. К вопросу о правовой культуре взаимодействия правовых систем России и Белоруссии / В. О. Миронов // Проблемы России: история и современность : Сб. науч. ст. ; Владимирский государственный университет. – Владимир, 2003. – 0,31 п. л.

21. Миронов, В. О. Правовое обеспечение интеграционных процессов на постсоветском пространстве / В. О. Миронов // Право и жизнь.

– 2004. – № 66 (2). – 0,44 п. л.

22. Миронов, В. О. Правовые проблемы гражданства Союзного государства России и Белоруссии / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2004.

– № 69 (5). – 0,44 п. л.

23. Миронов, В. О. Опыт создания федерации в Чехословакии и государственно-правовое строительство Союзного государства России и Белоруссии / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2005. – № 82 (5). – 0,5 п. л.

24. Миронов, В. О. Институт гражданства Союзного государства // Гражданин и право. – 2006. – № 2. – 0,75 п. л.

25. Миронов, В. О. Перспективы федеративного объединения Российской Федерации и Республики Беларусь / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2006. – № 98 (8). – 0,38 п. л.

26. Миронов, В. О. Конституционно-правовой статус межгосударственного союза России и Белоруссии / В. О. Миронов // Право и жизнь.

– 2006. – №100 (10). – 2,44 п. л.

27. Миронов, В. О. СССР как форма межгосударственного объединения суверенных государств / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2006.

– № 100 (10). – 1,88 п. л.

28. Миронов, В. О. Правовые системы России и Белоруссии и правовая культура (теоретико-правовой аспект) / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2006. – № 101 (11). – 0,38 п. л.

29. Миронов, В. О. Конфедеративные союзы: историческая характеристика и правовая основа / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2006.

– № 102 (12). – 1,81 п. л.

30. Миронов, В. О. Правовые системы России и Белоруссии и правовая культура (историко-теоретический анализ) / В. О. Миронов // Право и жизнь. – 2006. – № 103 (13). – 0,75 п. л.

Общий объем опубликованных автором работ составляет 62 п.л.


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

МИРОНОВ Василий Олегович

 

 

СОЮЗНОЕ ГОСУДАРСТВО

РОССИИ И БЕЛОРУССИИ В СИСТЕМЕ

ФОРМ ГОСУДАРСТВЕННОГО УСТРОЙСТВА:

ПРОБЛЕМЫ ИДЕНТИФИКАЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

 

 

 

 

 

 

 

Подписано в печать 19.07.07. Формат 60х84 1/16. Усл. печ. л. 3,26. Тираж 100 экз.

 

Организационно-научный и редакционно-издательский отдел

федерального государственного образовательного учреждения

высшего профессионального образования «Владимирский юридический институт

Федеральной службы исполнения наказаний».

600020, г. Владимир, ул. Б. Нижегородская, 67е.

E-mail: rio@vui.vladinfo.ru.


 

Нерсесянц В. С. Процессы универсализации права и государства в глобализирующемся мире // Государство и право. 2005. № 5. С. 39.

См., напр.: Тихомиров Л. А. Монархическая государственность. СПб., 1992; Ильин И. А. Общее учение о государстве // Теория права и государства. М., 2003; Чичерин Б. Н. Общее государственное право. М., 2006 и др.

См., напр.: Ленин В. И. О государстве // ПСС. Изд. 5. Т. 39; Байтин М. И. Государство и политическая власть. Саратов, 1972; Витченко А. М. Теоретические проблемы исследования государственной власти. Саратов, 1982; Гулиев В. Е. Современное империалистическое государство: Вопросы теории. М., 1973; Денисов А. И. Советское государство: Возникновение, развитие, сущность, функции. М., 1967; Манов Г. Н. Государство и политическая организация общества. М., 1974; Петров В. С. Сущность, содержание и форма государства. М., 1978; Таненбаум В. О. Государство: система категорий. Саратов, 1971; Тихомиров Ю. А. Власть и управление в социалистическом обществе. М., 1968. и др.;

См.: Атаманчук Г. В. Новое государство: поиски, иллюзии, возможности. М., 1996; Бабурин С. Н. Территория государства: правовые  и геополитические проблемы. М., 1997;  Гулиев В. Е., Колесников А. В. Отчужденное государство. М., 1998; Ефимов В. И. Система государственной власти. М., 1994; Любашиц В. Я. Эволюция государства как политического института общества. Ростов-н/Д, 2004; Мамут Л. С. Государство в ценностном измерении. М., 1998; Морозова Л. А. Проблемы современной российской государственности: Учеб. пос. М., 1998; Четвернин В. А. Демократическое конституционное государство: введение в теорию. М., 1993; Чиркин В. Е. Современное государство. М., 2001 и др.

См.: Хабибуллин А. Г. Теоретико-методологические проблемы типологии государства: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. СПб., 1997; Федощева Н. Н. Форма государственного устройства: теоретические и исторические аспекты: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2000; Цыцугин А. В. Современные виды объединений государств: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2001; Попов Р.В. Конфедерация государств: история и современность: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2002; Максимова А. С. Правовые основы конфедерации (теория и практика): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб, 2002; Михайлова С. Ю. Конфедерация как международно-правовое объединение государства: вопросы теории и практики: Дис. … канд. юрид. наук. Уфа, 2006; Синенко Ю. С. Типология государства: сравнительно-правовой анализ: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2007. и др.

Капустин А. Я. Международно-правовые проблемы природы и действия права Европейского Союза: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2001; Моисеев Е. Г. Международно-правовые проблемы деятельности Содружества Независимых Государств: Автореф. дис. ... д-ра юид. наук. М., 2002; Сумина Е. Е. Содружество наций: правовая природа, структура, принципы и формы деятельности: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 1999 и др.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.