WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ПОЛИТИКО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ФОРМИРОВАНИЯ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ (НА ПРИМЕРЕ ВЛАДИМИРСКОЙ ГУБЕРНИИ)

Автореферат кандидатской диссертации по юридическим наукам, праву

 

На правах рукописи

 

Лобачев Сергей Вадимович

ПОЛИТИКО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ

ФОРМИРОВАНИЯ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ

(НА ПРИМЕРЕ ВЛАДИМИРСКОЙ ГУБЕРНИИ)

Специальность 12.00.01 – теория и история права и государства; история учений о праве и государстве

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

 

Нижний Новгород – 2007


Работа выполнена на кафедре государственно-правовых дисциплин Негосударственного образовательного учреждения «Нижегородская правовая академия» (институт).

Научный руководитель:      доктор юридических наук, профессор

Галай Юрий Григорьевич

Официальные оппоненты:  доктор юридических наук, профессор

Романовская Вера Борисовна;

доктор юридических наук, профессор

Кодан Сергей Владимирович

Ведущая организация:                  Владимирский юридический институт

Федеральной службы исполнения наказаний

Защита состоится «____» апреля 2007 года в 9 часов на заседании диссертационного совета Д-203.009.01 при Нижегородской академии МВД России по адресу: 603600, г. Н. Новгород, ГСП-268, Анкудиновское шоссе, д. 3. Зал ученого совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Нижегородской академии МВД России.

Автореферат разослан «____» февраля 2007 года.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент                                    Миловидова М.А.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В настоящее время проблемы изучения взаимоотношений между властью и обществом в самых различных аспектах продолжают привлекать пристальное внимание российских исследователей. Ученые пытаются осмыслить как содержательную сторону воздействия общества на государство, так и природу саморегулирования общества, учитывая воздействие на него государственных структур. Эти вопросы приобретают особое значение в связи с попытками провести в современной России очередной комплекс реформ, связанных с функционированием государственного управления и местного самоуправления, социальной сферы.

На новом демократическом этапе развития отечественного права и государства формирование политико-правовой системы современной России является логическим продолжением тех процессов, которые отчетливо прослеживаются во всей предыдущей истории нашей Родины. В связи с этим современные ученые все чаще обращаются к прошлому опыту российской государственно-правовой науки и юридической практики. Для правовой науки большое значение имеет изучение становления и развития институтов государства и права, поэтому приобретают особую значимость историко-правовые исследования. Через анализ тенденций исторического становления того или иного института происходит процесс познания закономерностей функционирования государства и права в конкретной сфере общественных отношений. Не является исключением и зародившийся в начале XX века институт народного представительства в лице Государственной думы Российской империи, работа которой была прервана общеизвестными революционными событиями 1917 года.

Нередко можно слышать, что Государственная дума образца 1906–1917 годов не смогла предотвратить гибель исторической России и ее ценностей, спасти страну от революции и гражданской войны, а значит, опыт первого русского парламентаризма оказался провальным. Это не совсем так. Как раз у Думы был хороший шанс спасти Россию от революции, но вмешалась мировая война, обрушившая четыре империи, включая и Российскую. Конечно, утвердившийся в 1917 году коммунистический строй на 70 лет прервал формирование в нашей стране демократических институтов, пресек развитие парламентаризма. Но все же ростки политической демократии и парламентаризма не были полностью искоренены из российской почвы. Они пробили себе дорогу в ходе начавшейся на рубеже 80–90-х годов XX столетия процесса демократизации советской государственной системы. Уже в декабре 1993 года борьба между советской системой и демократическими силами вступила в фазу силового противостояния. Эти драматические события ускорили процесс формирования нового этапа российской государственности, одно из центральных мест в котором было отведено возрождению парламентских традиций в форме функционирования органа всероссийского народного представительства Государственной Думы, нижней палаты Федерального Собрания.

Таким образом, становление парламентской власти опиралось и опирается на определенные политико-правовые идеи, которые, совершенствуясь и развиваясь, обусловливают направление движения России к подлинному правовому государству. С этой точки зрения правовой опыт зарождения и развития главного представительного органа страны первых двух десятилетий XX века может сыграть положительную роль в деле укрепления и модернизации подлинных государственно-правовых традиций первого российского парламента в работе как Государственной Думы, так и Федерального Собрания в целом. В этом и заключается актуальность выбранной темы настоящего диссертационного исследования.

Степень научной разработанности темы. Изучение парламентской истории России от начала XX века до октября 1917 года остается одной из ключевых тем в российской историографии, в трудах историков государства и права, политико-правовой мысли, хотя анализ степени изученности темы позволяет сделать вывод об отсутствии специальной комплексной работы, системно раскрывающей исключительно правовые основы формирования и деятельности Государственной думы, а также отдельных исследований, освещающих особенности процесса формирования представительного органа власти на региональном уровне.

В целом историографию работ по проблемам, имеющим отношение к теме становления и развития политико-правовых основ деятельности Государственной думы Российской империи, можно разделить на следующие временные периоды:

а) дореволюционные публикации об основах российской государственности в начале XX века, включая правовое регулирование деятельности представительных органов – Государственной думы и Государственного совета, В.П. Алексеева, В.М. Гессена, Ф. Дана, А.О. Жижиленко, В.В. Ивановского, Н.М. Коркунова, С.А. Котляревского, Н.И. Лазаревского, А.Е. Лосицкого, П.И. Люблинского, Б.Э. Нольде, А. Пажитнова, Н.И. Палиенко, Л.А. Шаланда и др.;

б) работы ученых советского периода по вопросам становления и развития российского самодержавного строя нового порядка в начале XX века, затрагивающие историю функционирования Государственной думы отдельных созывов: А.Я. Авреха, Б.В. Ананьича, Н.И. Васильевой, Г.В. Вернадского, В.М. Давидовича, В.С. Дякина, Н.П. Ерошкина, Ф.И. Калинычева, С.М. Сидельникова, Е.Д. Черменского, К.Ф. Шацилло, В.В. Шелохаева, А.Е. Шепелева и др.;

в) постсоветские исследования в трудах В.А. Демина, О.Г. Малышевой, В.Г. Кошкидько, Ю.В. Пуздрача, А.Ф. Смирнова, В.М. Шевырина и др. Особенностью данных работ является то, что они лишены идеологической окраски и вводят в научный оборот разнообразный пласт документов и материалов об истории становления и функционирования Государственной думы Российской империи.

Из современных произведений особо следует выделить работу В.А. Демина «Государственная дума России: механизм функционирования». Здесь впервые предпринята попытка сосредоточить свое внимание на истории образования Государственной думы, затрагивая анализ правовых основ ее деятельности. Автор рассматривает круг полномочий Думы и ее отношения с другими органами государственной власти, порядок формирования этого представительного учреждения, анализирует правовой и социальный статус ее членов. Имеет также большое значение монография А.Ф. Смирнова «Государственная дума Российской империи 1906–1917 гг.: историко-правовой очерк», где автор впервые последовательно рассматривает деятельность Думы всех четырех созывов, начиная от истоков возникновения этого органа в государственной системе Российской империи и заканчивая прекращением его деятельности в ходе Февральской революции 1917 года.

В завершение обзора историографии проблемы можно сделать обоснованный вывод о том, что в отечественной историко-правовой и исторической литературе обстоятельно, на показательном фактическом материале рассмотрены вопросы истории появления и функционирования Государственной думы дореволюционной России на фоне реформирования государственного строя Российской империи в первые десятилетия XX века, различные аспекты формирования депутатского корпуса Думы разных созывов в общегосударственном масштабе, даны разнообразные политические оценки ее деятельности. Вместе с тем, почти не имеется специальной литературы юридического характера, содержащей комплексный анализ правовой базы образования и деятельности Государственной думы в период с 1905 по 1917 год.

Более того, практически не изучен системно процесс по выборам депутатов в Государственную думу на региональном уровне: не исследован значительный пласт местных архивных документов и региональной печати, дающих более полное и детальное представление об особенностях порядка реализации избирательного права подданных на выдвижение своих представителей в Государственную думу.

Объектом исследования является совокупность общественных отношений, связанных с введением, формированием и функционированием Государственной думы как представительного органа власти Российской империи.

Предметом исследования выступают политико-правовые основы образования и деятельности Государственной думы, особенности процесса формирования депутатского корпуса в целом и его части во Владимирской губернии.

Цель работы заключается в осуществлении комплексного историко-правового исследования правовой базы деятельности Государственной думы как нижней палаты первого в истории России парламента и особенностей формирования данного органа власти в рамках регионального масштаба на примере Владимирской губернии.

Сформулированная цель конкретизируется в ряде следующих основных задач:

– раскрыть основные социально-правовые предпосылки введения учреждения народного представительства в Российской империи в начале XX столетия;

– изучить историю становления и развития законодательства о Государственной думе;

– проанализировать сферу полномочий представительного органа власти;

– выявить особенности правового статуса депутатов Государственной думы;

– определить влияние особенностей компетенции Государственной думы на характер пореформенного государственного строя Российской империи в начале XX века;

– выявить особенности в процедуре формирования членского корпуса Государственной думы во Владимирской губернии;

– раскрыть полномочия и характер деятельности в сфере выборного производства местных органов власти Владимирской губернии, занимавшихся организацией и проведением выборов в Государственную думу;

– изучить фактологические и сущностные аспекты участия политических партий в думских избирательных кампаниях, проходивших во Владимирской губернии и показать роль партий в формировании части депутатского корпуса от Владимирского региона;

– выделить общее и установить специфику в формировании Государственной думы как органа народного представительства на губернском уровне.

Методологическую основу исследования составляет комплекс методов научного познания социальных процессов, нашедший отражение в системном подходе к предмету диссертационного исследования: диалектико-материалистический метод познания окружающего мира, относимый к всеобщему, и вытекающие из него общенаучные методы (анализа и синтеза, дедукции и индукции и др.), а также ряд частнонаучных методик (качественного и количественного анализа, классификации правовых явлений жизни общества, аналитической обработки правового материала и архивных документов, систематизации и классификации экстраполяции, моделирования и др.).

В ходе изучения объекта и предмета диссертационного исследования использовались методы, характерные только для юридической науки: историко-правовой, формально-юридический, сравнительно-правовой и др.

Теоретической базой исследования является монографическая и другая научная и учебная литература таких отраслей знаний, как теория государства и права, история отечественного государства и права, конституционное право и другие; статьи в ведущих периодических изданиях, как дореволюционных, так и современных, об актуальных проблемах развития дореволюционного российского парламентаризма, а также диссертационные работы, тематика которых не выходит за рамки настоящего объекта исследования.

Эмпирическую базу исследования составили нормативно-правовые акты, архивные материалы официального и секретного делопроизводства, опубликованные источники и местная периодическая печать.

Первую группу источников составляют сосредоточенные в Полном собрании законов Российской империи законодательные акты, регламентировавшие порядок формирования и деятельность Государственной думы, полномочия и порядок избрания ее депутатов.

Центральное место в диссертационном исследовании отводится материалам Государственного архива Владимирской области. Большое значение имеют дела Владимирского губернского по земским и городским делам присутствия (фонд 205), содержащие в себе циркуляры Министерства внутренних дел, постановления городских дум и комиссий по выборам в Государственную думу, отчеты о выборном производстве на разных стадиях, поступавшие в присутствие от должностных лиц на местах и от уездных исправников и полицмейстеров. Большой интерес вызывает и фонд Канцелярии Владимирского губернатора за номером 14, содержащий важнейшие циркуляры губернатора уездным исправникам по поводу выборного производства, переписку губернских начальников с МВД, рапорта уездных исправников и полицмейстеров о ходе избирательной кампании в уездах.

К группе опубликованных источников относятся протоколы секретных совещаний в высших кругах под председательством императора Николая II по разработке проектов законодательных актов об органах народного представительства, стенографические отчеты заседаний Государственной думы и мемуары. Сосредоточенные в них сведения позволяют объективно оценить первые в истории страны избирательные законы общеимперского уровня, понять место, отводимое в сложившейся государственной системе Думе, ее функции и полномочия.

К последней группе источников можно отнести материалы владимирской периодической печати, сообщавшие читателям данные о подготовке, ходе и результатах думских избирательных кампаний и содержащие отдельные статистические данные по выборам в Государственную думу, проходившим во Владимирской губернии.

Научная новизна диссертационной работы заключается в том, что это – первое в отечественной историко-правовой науке комплексное исследование процесса формирования членского корпуса Государственной думы Российской империи на примере Владимирской губернии. С этой целью в работе были впервые системно проанализированы правовые условия и порядок функционирования первого в истории России представительного учреждения, а также особенности практической реализации избирательного права в Государственную думу в региональном масштабе. Научная новизна конкретизируется в следующих результатах:

– произведены анализ и обобщение обширного и разнообразного круга источников по исследуемой проблеме, которые вводятся в научный оборот впервые;

– впервые персонифицировано и осуществлено исследование характера выборов в Государственную думу на материалах Владимирской губернии;

– выявлено общее и особенное в избирательном процессе по формированию Государственной думы во Владимирской губернии.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Усиление революционного движения в России в самом начале XX века заставило правительство предпринять конкретные шаги по разработке законодательства о народном представительстве для подавления волнений в стране. Результатом этой работы явилось создание двухпалатной системы представительной власти, состоящей из выборной Думы с законодательными полномочиями и назначаемого императором Госсовета. Это было высшим достижением в области конституционных ограничений единоличной власти императора.

2. Власти, разрабатывая и вводя в действие законодательство о Государственной думе как учреждении представительном, были настроены крайне недоверчиво к самой идее народного представительства и делали все возможное, чтобы максимально ограничить права и полномочия Государственной думы как до начала ее открытия, так и в процессе ее функционирования.

3. Существенно ограниченные полномочия Государственной думы, вынужденной делить законодательную власть с императором, предопределили место представительного органа в системе государственной власти, складывающейся по типу конституционной дуалистической монархии. Законодательная власть принадлежала императору и двухпалатному парламенту, высшая исполнительная – императору и ответственным перед ним министрам, высшая судебная и контрольная – Правительствующему сенату.

4. Законодательство, характеризующее правовое положение членов Государственной думы, было неясным и противоречивым. При составлении статей Учреждения Государственной думы 1906 года, посвященных правовому статусу народных избранников, использовалось, во-первых, европейское законодательство, которое предусматривало независимость депутатов и их безответственность за речи и голосования, во-вторых, противоречащее этому принципу русское дореформенное законодательство о статусе членов Государственного совета, которые были не народными представителями, а чиновниками и несли ответственность за преступления по должности.

5. Куриальность, многоступенчатость, невсеобщий и цензовый характер, выборов в Государственную думу, проходивших в рамках общеимперской концепции думского избирательного процесса, предопределили непростой многоуровневый ход избрания парламентариев во Владимирской губернии. Наблюдались и отдельные отклонения от требований законодательства, которые касались в основном правил включения лиц в избирательные списки и порядка обеспечения возможности участвовать подданным в избирательных собраниях.

6. Во Владимирской губернии организация и использование административного ресурса при выборах в Государственную думу шли типичным образом. Владимирский губернатор оказывал определяющее воздействие на подчиненные ему органы и должностные лица, занятые в избирательном процессе, действуя по указке царского правительства, заинтересованного в формировании депутатского корпуса правого политического толка. Содействовала ему в решении организационных вопросов впервые созданная подсистема комиссий по делам о выборах в Государственную думу. Но основной целью деятельности избирательных комиссий, помимо выполнения чисто организационных задач, было рассмотрение и разрешение возникающих в процессе проведения выборов споров и неоднозначных ситуаций (например, разрешение жалоб лиц на невключение их в избирательные списки).

7. В ходе выборного производства на территории Владимирской губернии имели место факты намеренного учинения администрацией препятствий к свободному волеизъявлению избирателей с целью подтасовки результатов выборов. В некоторых ситуациях было налицо влияние фактора злоупотребления чиновниками, организующими проведение выборов, административным ресурсом.

8. Во Владимирской губернии характер деятельности политических партий на думских выборах в целом соответствовал общеимперскому вектору развития, но имел свои отличительные черты, особенно ярко проявившиеся в период проведения выборов в Государственную думу второго созыва. Так, упавший процент представительства кадетов во второй Думе совершенно не соотносился с результатами избрания депутатов во Владимирской губернии, где они опять пользовались большой поддержкой. Более того, на вторых выборах политический спектр депутатов от Владимирского региона, в отличие от полного думского состава, был абсолютно левого направления благодаря также и энергичному включению в борьбу социал-демократов, которые даже в третью и четвертую особо неблагоприятные для оппозиционных партий избирательные кампании успешно проводили по одному своему кандидату.

Теоретическая значимость исследования состоит в том, что привлеченный исторический материал и сформулированные в диссертации положения и выводы дополняют и расширяют сферу научного знания в области историко-правовых дисциплин.

В результате проведенного исследования получены новые данные и обобщены ранее известные историко-юридические материалы, которые могут быть использованы в дальнейшем при разработке проблем, связанных с историей становления и развития российского парламентаризма.

Практическая значимость работы состоит в том, что выводы, полученные в ходе исследования, можно использовать при разработке актуальных вопросов истории права государства, истории политических и правовых учений, конституционного права, а также истории России, политологической и социологической науки. Собранный и систематизированный материал может использоваться при разработке нормативно-правовых актов, учебных и учебно-методических пособий по истории государства и права России, истории политических и правовых учений.

Апробация результатов исследования. Диссертация обсуждена и одобрена на заседании кафедры государственно-правовых дисциплин Нижегородской правовой академии. Основные положения и результаты исследования изложены в монографии, учебном пособии и семи статьях общим объемом 12,53 п. л. Выводы и рекомендации по теме исследования сообщались на Международной молодежной научной конференции «XXXII Гагаринские чтения», региональном владимирском конкурсе научных работ «Обеспечение прав человека и правовое просвещение», проводимом Ассоциацией юристов России, Молодежным союзом юристов и комитетом по молодежной политике администрации Владимирской области, а также на научно-практической конференции аспирантов и молодых ученых Муромского филиала Московского психолого-социального института.

Объем и структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, объединяющих шесть параграфов, заключения и библиографического списка.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновываются актуальность и степень научной разработанности темы диссертационной работы, определяются объект, предмет, цель и задачи исследования, его теоретическая и методологическая основы, дается описание эмпирической базы, формулируются положения, выносимые на защиту, обосновывается его научная новизна и практическая значимость, представлены формы апробации результатов научного поиска.

Первая глава «Правовые основы организации и деятельности Государственной думы» состоит из трех параграфов и посвящена выявлению основных социально-правовых предпосылок введения учреждения народного представительства в Российской империи в начале XX столетия, анализу истории становления и развития законодательства о Государственной думе, сферы полномочий представительного органа власти, а также особенностей правового статуса депутатов Государственной думы.

В первом параграфе «Законодательство о Государственной думе» проанализированы причины введения представительного учреждения в России начала XX столетия, раскрыты основные этапы разработки и развития думского законодательства.

Российскому государству и раньше, во времена сословно-представительной монархии, было известно участие представительных органов в законодательстве. Однако два с половиной века абсолютной монархии исключили всякое участие населения в законодательствовании.

В конце XIX – начале XX века активизация общественного брожения, конституционные требования либералов, а главное – стремление предупредить надвигавшуюся революцию, побудили правительство Николая II встать на путь посулов и маневров, чтобы стабилизировать ситуацию в стране. 12 декабря 1904 года был опубликован царский указ Правительствующему сенату «О предначертаниях к усовершенствованию государственного порядка», в котором давался ряд обещаний.

Но всеобщее возбуждение, охватившее страну в связи с расстрелом мирной демонстрации 9 января 1905 года на Дворцовой площади Петербурга, заставило царя 18 февраля дать министру внутренних дел гофмейстеру А.Г. Булыгину высочайший рескрипт, в котором император предписал образовать под председательством Булыгина особое совещание для обсуждения путей усовершенствования государственного благоустройства.

21 мая А.Г. Булыгин закончил составление проекта, ставшего итогом совещательной работы, который был изложен в «Соображениях министра внутренних дел об осуществлении высочайшего рескрипта 18 февраля 1905 года». Министр внутренних дел предлагал создать два законосовещательных учреждения – Государственную думу и Государственный совет. Дума должна состоять из лиц выборных, считающих себя представителями населения, а Госсовет должен назначаться верховной властью и состоять из чиновников. Причем Булыгин стремился ограничить компетенцию Думы как органа, представлявшего выборных от населения. Она должна была стать нижней палатой по отношению к Государственному совету. Законодательные права сохранялись только за царем. В целом же компетенцию Думы предлагалось определить по аналогии с законосовещательными функциями Госсовета.

6 августа император издал манифест «Об учреждении Государственной думы», который сопровождали Учреждение Государственной думы и Положение о выборах в Государственную думу. Созвать представительные учреждения предполагалось не позднее середины января 1906 года.

Актами 6 августа было провозглашено создание двухпалатной системы законосовещательных органов с выборной Государственной думой в качестве нижней палаты и назначаемым Государственным советом в качестве верхней.

Но массовое революционное движение, требовавшее расширения избирательного права и увеличения полномочий народного представительства, все больше нарастало. Поэтому царская власть была вынуждена пойти на еще большие уступки.

Главной уступкой было обещание законодательной Думы в Манифесте 17 октября 1905 года. Правда, Манифест говорил об этом весьма гибко и уклончиво. Царь поручал правительству «установить как незыблемое правило, чтобы никакой закон не мог воспринимать силу без одобрения Государственной думы», обещал Манифест и расширение избирательного корпуса, установление контроля Думы за исполнительной властью .

Для выполнения монаршей воли Совет министров создал особое совещание под председательством С.Ю. Витте, которое подготовило проект указа об изменении Положения о выборах в Государственную думу от 6 августа 1905 года и проект Правил о выборах в Государственную думу от рабочих в предприятиях фабрично-заводской, горной и горнозаводской промышленности.

Совещание заседало в начале декабря 1905 года в момент высшего подъема революции. Под влиянием этого и был подписан 11 декабря 1905 года избирательный закон, опубликованный в тот же день. Декабрьские совещания, которые проходили в Царском Селе, в отличие от петергофских, касались, таким образом, не всей проблемы Государственной думы, а лишь изменения избирательного закона.

Опубликованный 11 декабря царский указ об изменении Положения о выборах в Государственную думу сохранил куриальную систему выборов в Думу, прибавив только к ранее установленным куриям – землевладельческой, городской и крестьянской – рабочую курию и увеличив число городских избирателей.

Одновременно с подготовкой к выборам в Думу по новому избирательному закону продолжалась законотворческая работа исполнительной власти. Весь февраль шло Совещание под председательством государя по пересмотру Положения о Государственной думе. 20 февраля 1906 года были обнародованы два весьма важных указа и высочайший манифест «Об изменении Учреждения Государственного Совета и пересмотре Учреждения Государственной думы». В соответствии с манифестом Государственный совет преобразовывался в верхнюю палату парламента. Опубликованные одновременно с манифестом императорские указы «Учреждение Государственной думы» и «О переустройстве Учреждения Государственного совета» определяли состав и устройство обеих палат.

Итогом разработки законодательства о народном представительстве стало издание новой редакции Основных законов 23 апреля 1906 года, куда были включены наиболее значимые положения актов, принятых ранее.

Существуют неоднозначные оценки содержания новой редакции Основных законов с точки зрения их конституционности: одни полагают, что их издание не изменило ни сущности самодержавной власти, ни формы правления (А.Я. Аврех, Н.П. Ерошкин). По мнению других, за основными законами можно было признать значение конституционного акта (Е.Д. Черменский, А.М. Давидович).

Автор в диссертационном исследовании доказывает точку зрения, согласно которой Основные законы 23 апреля 1906 года можно относить к категории конституционных законов, обращая внимание на то, что, в общем, новые основные государственные законы по своему содержанию значительно отличались от основных законов, действовавших до 1906 года. Отличие заключалось в добавлении новых статей и глав. Кроме того, новые Основные законы выделялись особой юридической силой. Для их изменения устанавливался особый порядок, они могли быть пересмотрены только по инициативе императора, но в текст законов нельзя было внести коррективы в порядке чрезвычайного законодательства.

В дальнейшем власти, видя спад революционного движения, пошли по пути приведения нового думского законодательства в соответствие со старым. Это привело к тому, что постановления о новых представительных учреждениях и их законодательных правах теряли свою силу.

Так, в частности, в июне 1907 года в связи с обострением отношений с Думой по аграрному вопросу самодержавие, почувствовав себя хозяином положения, решило нанести революции последний удар. 3 июня появился Манифест «О роспуске Государственной думы, о времени созыва новой Думы и об изменении порядка выборов в Государственную думу». В соответствии с Манифестом тогда же, 3 июня, были изданы: Указ о роспуске Думы и Указ об утверждении нового Положения о выборах в Государственную думу. Причем издание этих актов явилось прямым нарушением статьи 87 Основных законов Российской империи 1906 года, которая запрещала вносить изменения в постановления о выборах в Государственную думу во время прекращения ее занятий, а также статьи 84, провозглашавшей, что «Российская империя управляется на твердых основаниях законов, изданных в установленном порядке», и статьи 86, устанавливавшей, что «никакой новый закон не может последовать без одобрения Государственного совета и Государственной думы».

Новое Положение о выборах в Государственную думу исключило из числа избирателей нелояльных, с точки зрения правительства, подданных, сократило представительство рабочих и крестьян, расширило избирательные права помещиков (голос одного помещика был равен 260 голосам крестьян и 543 голосам рабочих). Всего активным избирательным правом пользовалось лишь 15% населения Российской империи.

В заключение данного параграфа автор дает оценку действиям власти по разработке законодательства о Думе и отмечает, что вся законодательная инициатива оставалась в руках высших государственных чиновников, большинство из которых были настроены крайне недоверчиво к самой идее народного представительства и сделали все возможное, чтобы максимально ограничить права и полномочия еще не родившейся Государственной думы.

Второй параграф «Компетенция представительного органа власти» представляет собой историко-правовой анализ полномочий Государственной думы и определение влияния особенностей компетенции Государственной думы на характер пореформенного государственного строя Российской империи в начале XX века.

Согласно статье 7 Основных законов 1906 года, император осуществлял законодательную власть в единении с Государственным советом и Государственной думой. Участие палат в законодательной работе определялось общим нормативным требованием, что «ни один закон не может восприять силы без согласия Думы и Совета». При этом сфера законодательной инициативы обеих палат была существенно ограничена, так как инициатива изменения Основных законов оставалась у монарха. Император также сохранял право абсолютного вето.

А в сфере финансовых полномочий Основные законы наделяли парламент фактически законосовещательными полномочиями. Госсовет и Дума вправе были обсуждать и утверждать бюджет, но отклонение бюджета не влекло за собой значительных правовых последствий. В этом случае в силе оставался последний утвержденный в установленном порядке бюджет, а министерства получали кредиты в «размерах действительной потребности». Кроме того, парламентскому обсуждению и контролю не подлежали важные статьи бюджетных расходов: расходы Министерства императорского двора, чрезвычайные сверхсметные кредиты на потребности военного времени и предвоенные приготовления. Государственные займы для покрытия расходов также устанавливались императором.

Основные законы 1906 года и Учреждение Государственной думы, сводя до минимума права Думы, в то же время признавали за ней (как и за Государственным советом) право проверять полномочия своих членов по выборам, то есть право объявлять действительность или недействительность выборов и в последнем случае назначать выборы. В дальнейшем по избирательному закону 3 июня 1907 года Государственная дума могла отменить лишь голосование в губернских избирательных собраниях.

Занимая определенное место в системе государственной власти, Дума не могла обойтись без необходимых отношений с правительством империи. Правовое регулирование этих взаимоотношений имело место в Основных законах 1906 года и в Учреждении Государственной думы. Причем взаимоотношения между Думой и имперским правительством складывались не в пользу первой.

Так, право императора на издание указов в порядке верховного управления создавало возможности для широкой интерпретации принятых законов, а право объявлять военное или исключительное положение позволяло выводить целые местности из-под действия обычного законодательства.

К тому же в период прекращения заседаний Думы предусматривалась возможность принятия правительством с согласия императора актов, имеющих силу закона. После возобновления заседаний надлежащий законопроект должен был вноситься на рассмотрение Думы в течение первых двух месяцев, в противном случае он прекращал свое действие (ст. 87 Основных законов).

Дума получала право обращаться с запросами к представителям высшей администрации, включая министров. Однако это право нивелировалось правом министров отказаться от разъяснений Думе по государственным соображениям. В случае же конфликта между Думой и министрами заявления парламента о незаконных действиях министров подлежали рассмотрению императором, для чего передавались в Государственный совет.

Из изложенного видно, что характер компетенции Государственной думы, закрепленный в Основных законах 1906 года, в Учреждении Государственной думы 20 февраля 1906 года и других базовых правовых актах довольно неоднозначный по своему содержанию. На первый взгляд, законодательная компетенция Думы была намечена довольно широко. Ей предоставлено право обсуждения законопроектов, бюджетное право, и, наконец, она обладала правом законодательной инициативы. Но более детальный анализ полномочий Думы показывает, что такая широта – это только видимость. Государственная дума, вынужденная делить власть с имперским правительством, не обладала всей полнотой законодательных полномочий. Это прямым образом наложило отпечаток на государственный строй страны, который претерпел весьма существенные изменения после проведения соответствующих преобразований.

В литературе можно встретить довольно неоднозначные оценки государственного строя после принятия Основных законов. Обобщив точки зрения крупнейших правоведов – специалистов в области русского государственного права, автор приходит к заключению, что в Российской империи после принятия Основных государственных законов и с началом деятельности Государственной думы установилась конституционная дуалистическая монархия, в которой законодательная власть принадлежала императору и двухпалатному парламенту, высшая исполнительная – императору и ответственным перед ним министрам, высшая судебная и контрольная – Правительствующему сенату.

В третьем параграфе «Правовой статус депутатов Государственной думы» рассматривается характер законодательства, определявшего правовое положение депутатов Государственной думы.

Правовое положение депутата Государственной Думы в Российской империи определялось манифестом «Об изменении Учреждения Государственного совета и пересмотре Учреждения Государственной думы», а также «Учреждением Государственной думы» от 20 февраля 1906 года.

Анализ указанных нормативных актов позволяет утверждать, что в царской России была принята доктрина национального представительства, в соответствии с которой, депутаты представляли не избирателей своего округа, а нацию в целом. Избиратели не могли давать членам Думы наказов и отзывать их. Депутатам предоставлялась свобода в высказывании мнений и суждений по делам, относящимся к ведению Думы.

Звание члена Государственной думы в дореволюционной России было несовместимо с любой должностью на государственной службе с окладом, кроме министра или главноуправляющего отдельной частью. Это положение допускало возможность образования парламентского правительства. Следует отметить, что понятие «государственная служба» в то время означало лишь коронную службу и не включало работу в органах местного самоуправления. Другими занятиями члены Думы могли заниматься на общих основаниях. Так, членов Государственной думы привлекали на должности директоров, членов правлений, в редакции газет и журналов.

За свою деятельность депутаты прежней Думы получали денежное вознаграждение. Первоначально МВД предлагало выплачивать депутатам 2400 рублей в год и прогонные (компенсация проезда на сессию и обратно из расчета 5 копеек на версту от места жительства до Санкт-Петербурга). При обсуждении проекта Совет министров предложил выплачивать членам Думы не фиксированный оклад, а суточные в размере 10 рублей за каждый день сессии, а также путевые издержки. На суточные не могли обращаться взыскания. Эти положения действовали до 1908 года (п. 23 Учреждения Государственной думы от 20 февраля 1906 г.). В июле 1908 года был утвержден закон, по которому депутаты вместо суточных получали 4200 рублей в год, которые уже могли обращаться на покрытие претензий. Содержание депутатов составляло большую часть расходов Думы (например, в 1911 г. – 1,9 млн. рублей из 2,7).

По Учреждению 1906 года члены Думы не могли подвергаться административному преследованию или личному аресту за долги. Им предоставлялась «полная свобода» слова по обсуждаемым делам. Для ареста члена Думы во время сессии требовалось согласие Думы, кроме задержания на месте преступления или на следующий день после него. Уголовный департамент Правительствующего сената разъяснил в 1907 году, что депутаты могут задерживаться полицией, если она заменяет судебного следователя. Он же разъяснил в 1909 году, что для ареста члена Думы на основании вошедшего в силу приговора суда согласия Думы не требуется. Что касается свободы слова депутатов, то существовали разные толкования содержания данного института по законодательству Российской империи. Сами составители Учреждения Государственной думы придерживались такого толкования, по которому члены Думы имели лишь «право вполне свободного обсуждения и критики всех… вообще дел», однако сохраняли «обязанность подчиняться действиям законов… разрешалась свобода критики, но не свобода брани и оскорблений или свобода призыва к преступным деяниям». Поэтому согласия Думы не требовалось для ареста ее члена в случае учинения депутатами «преступлений при исполнении или по поводу исполнения обязанностей, лежащих на них по сему званию». Введение этой статьи мотивировалось необходимостью карать депутатов за оскорбление императора.

В завершение данного параграфа автор делает заключение, что законодательство о свободе слова депутатов и их неприкосновенности было противоречивым и, как следствие, неясным. Это было обусловлено тем, что при составлении соответствующих статей Учреждения 1906 года использовали, во-первых, европейское законодательство, которое предусматривало независимость депутатов и их безответственность за речи и голосования, во-вторых, противоречащее этому принципу русское дореформенное законодательство о статусе членов Государственного совета, которые были не народными представителями, а чиновниками и несли ответственность за преступления по должности.

Во второй главе «Практическая реализация избирательного права в Государственную думу на примере Владимирской губернии», состоящей из трех параграфов, системно исследуется порядок формирования Государственной думы на региональном уровне, а именно во Владимирской губернии, одной из важнейших центрально-промышленных губерний империи.

В первом параграфе «Общее и особенное в избирательной процедуре на региональном уровне» наряду с общей характеристикой думского избирательного процесса выявляются особенности в порядке проведения выборов в Государственную думу во Владимирской губернии.

Избирательная система по выборам в Государственную думу строилась на четырех главных законодательных принципах: куриальность выборов, невсеобщность выборов, неравенство выборов, многостепенность выборов. Обозначенные базисные положения и предопределили весь характер избирательного процесса, который начинался с составления списков избирателей на местах.

Общее руководство составлением списков лиц, имеющих право участвовать в выборах в Думу, осуществлял министр внутренних дел. Учреждениям, на которые возлагалось составление избирательных списков, в частности городским управам, предоставлялось право получать необходимые сведения в подлежащих присутственных местах и от должностных лиц.

Бывало, что отдельные городские управы вносили в избирательные списки некоторых лиц на том только основании, что они значатся в прежде составляемых списках, не считаясь с тем соображением, что лица эти на промежуток времени между составлением прежних и новых списков могли утратить вовсе избирательные права в силу утраты того или иного избирательного ценза. Поэтому владимирский губернатор И.Н. Сазонов, например, 23 июня 1907 года постановлял городским управам в непременную обязанность во всех случаях, когда в управах не имеется точных и положительных данных об избирательных правах лиц, запрашивать о них соответствующие вышеуказанные учреждения и только после этого вносить таких лиц в избирательный список.

В свою очередь, городские управы постоянно делали запросы на имя владимирского губернатора о порядке определения того или иного ценза у лица и о возможности включения их в избирательные списки, а губернатор давал необходимые разъяснения и указания.

Составленные избирательные списки подлежали публикации за шесть недель до выборов во «Владимирских губернских ведомостях» и, кроме того, должны были быть объявлены во всеобщее сведение способом, наиболее обеспечивающим гласность этих списков.

В течение двух недель со дня опубликования избирательных списков в местных ведомостях заинтересованные лица были вправе подавать жалобы и заявления о неправильности и неполноте избирательных списков в уездную по делам о выборах комиссию или в губернскую по делам о выборах комиссию по принадлежности. Изучение архивных материалов фонда 205 Государственного архива Владимирской области показывает, что жалобы о неправильности и неполноте избирательных списков подавались довольно часто и представителями всех социальных слоев.

После рассмотрения избирательных списков и поступивших жалоб и заявлений подлежащая комиссия объявляла лицам, подавшим жалобы и заявления, о своих постановлениях. Изменения, внесенные в первоначальные списки, также публиковались во Владимирских ведомостях и, кроме того, объявлялись во всеобщее сведение способом, наиболее обеспечивающим гласность этих изменений.

Избирателям каждого избирательного участка предоставлялось право в течение месяца до срока, назначенного для выборов, устраивать для совещания о лицах, достойных быть избранными, особые подготовительные собрания. В целях исполнения данного положения закона, губернатор издавал соответствующее циркулярное распоряжение полицмейстерам и уездным исправникам Владимирской губернии.

Анализ содержания рапортов уездных исправников владимирскому губернатору о ходе проведения предвыборных собраний, показывает, что приставы, помощники, а также председатели предвыборных собраний тщательно следили за тем, чтобы на собрании не присутствовали лица, не внесенные в избирательный список конкретного съезда или городского избирательного участка и, следовательно, не относящиеся к данной курии, а также за тем, чтобы участники не произносили разные речи революционного толка и не учиняли беспорядок.

После проведения предвыборных собраний кандидаты на последующих ступенях избрания выдвигались из числа уполномоченных, а также выборщиков на избирательных собраниях. Следует отметить, что по распоряжению министра внутренних дел уездными по делам о выборах комиссиями съезды землевладельцев, съезды городских избирателей, съезды уполномоченных от волостей могли быть разделены на отделения. Критериями разделения выступали такие принципы, как территориальность, размер ценза, и национальность. Так, например, 15 ноября 1906 года в связи с выборами во Вторую Государственную думу Гороховецкая уездная по делам о выборах комиссия приняла решение о разделении предварительных съездов на два ввиду отдаленности северной части уезда от города Гороховца. То есть был применен территориальный критерий.

Выборы членов Государственной думы в избирательных собраниях проводились в один и тот же день. День этот определялся царским указом, который министр внутренних дел передавал Правительствующему сенату для опубликования. Поэтому Владимирский губернатор должен был утвердить расписание сроков производства выборов по губернии на сходах, съездах фабрично-заводских предприятий и железнодорожных мастерских в соответствии с датой выборов членов Думы в губернском избирательном собрании, назначенной императором. Расписание печаталось во «Владимирских губернских ведомостях».

Избирательные съезды открывались в двенадцать часов дня. Как показывают данные владимирской печати, лица, прибывавшие после начала заседания, к участию в избирательном съезде не допускались.

Исход результатов выборов на разных ступенях во многом зависел от активности избирателей. Судить о характере явки избирателей во время проведения всех четырех избирательных кампаний по выборам членов Государственной думы во Владимирской губернии непросто. Это связано с тем, что удалось обнаружить сведения о явке лиц в избирательные собрания на выборах только в Государственную думу второго созыва, проходивших в начале 1907 года. Но и эти данные могут сказать нам о многом. Так, довольно большой процент явки на выборы во Вторую Государственную думу наблюдался только у уполномоченных от волостей на соответствующих съездах – 88,5%. А в целом активность избирателей была очень низкой – количество пришедших в избирательные собрания в остальных съездах даже не составляло 50%. Причем наименьшую активность проявили мелкие землевладельцы и уполномоченные от церквей (явка – 13%), недалеко ушли от них и рабочие (явка – 28,8%).

Анализ рапортов уездных исправников губернатору о ходе выборов на избирательных собраниях разных курий позволяет выявить причины неявки избирателей следующего характера:

1) игнорирование выборов в силу недоверия формируемой Государственной думе;

2) неимение свободного времени явиться на избирательное собрание;

3) сложные социально-бытовые условия, затрудняющие явку на выборы (большое расстояние от места проживания избирателя до места проведения выборов, плохое транспортное сообщение между территориями, большие дорожно-транспортные расходы и др.);

4) большой процент опоздавших на избирательное собрание, которые уже не могли принять участия в баллотировке.

Процедура голосования мало напоминала сегодняшнюю. На избирательных собраниях до 500 человек голосовали шарами, свыше 500 – избирательными записками (бюллетенями).

Изучение стенографических отчетов Государственной думы, материалов Владимирских губернских ведомостей и других данных, позволило автору собрать сведения о членах Государственной думы от Владимирской губернии по всем четырем думским кампаниям. Информация о народных представителях представлена в виде соответствующей таблицы.

Проверка прав избранных членов Государственной думы производилась самой Думой. Процедура утверждения прав избранных членов Государственной думы на ее заседании проходила довольно быстро и занимала немного времени.

В завершение данного параграфа автор делает обоснованный вывод, что в ходе проведения выборов членов Государственной думы во Владимирской губернии наблюдались отдельные отклонения от требований законодательства. Они касались в основном правил включения лиц в избирательные списки и порядка обеспечения возможности участвовать подданным в избирательных собраниях. Во многом эти нарушения закона были вызваны сложным характером избирательного законодательства, требования которого было непросто усвоить должностным лицам на местах без необходимых разъяснений губернатора.

Во втором параграфе «Административный ресурс при выборах в Государственную думу» раскрываются полномочия и характер деятельности в сфере выборного производства местных органов власти Владимирской губернии, занимавшихся организацией и проведением выборов в Государственную думу.

Анализ состава и полномочий государственных органов, занимающихся организацией и проведением выборов в Государственную думу, позволяет прийти к заключению, что центральное место в системе управления выборным производством занимал губернатор (градоначальник) как глава соответствующей части Российской империи. Он непосредственно подчинялся Министерству внутренних дел и выполнял связанные с избирательным процессом прямые распоряжения и указания главы этого ведомства, направленные, в частности, на обеспечение четкого хода выборов. Поэтому и полный контроль за ходом выборов на региональном уровне проводил именно глава отдельной части империи, в частности Владимирский губернатор, реализовавший к тому же жестко идущую сверху линию имперского правительства, которая диктовала характер действий местной администрации на тот или иной период проведения избирательной кампании.

Такая система управления избирательным процессом заведомо предопределила возникновение фактов злоупотребления со стороны должностных лиц административным ресурсом при организации и проведении выборов с целью подтасовки их результатов начиная с самого Владимирского губернатора и заканчивая членами избирательных комиссий в уездных городах.

Последние были составной частью впервые сформированной отдельной подсистемы органов Министерства внутренних дел – комиссий по делам о выборах в Государственную думу. Возглавляла такую подсистему на уровне рассмотренного региона Владимирская губернская по делам о выборах комиссия, которая, в частности, рассматривала жалобы лиц на действия уездной по делам о выборах комиссии, а последняя формировала так называемые участковые избирательные комиссии и руководила их работой. Комиссии разделяли надзорные и организационные функции губернатора по проведению выборов, но предназначались главным образом для разрешения спорных и казуистических вопросов, связанных с реализацией избирательного права подданных, таких, например, как включение или невключение лица в избирательный список, применения или неприменения отдельного цензового правила в отношении лица и т. п. Практика проведения выборов во Владимирской губернии показала, что избиратели нередко прибегали к обжалованию действий и решений нижестоящих уездных избирательных комиссий, но часто не знали правильного порядка такого обжалования и обращались с этими вопросами непосредственно к Владимирскому губернатору, вынужденному указывать, что надлежит обращаться именно в Губернскую по делам о выборах в Государственную думу комиссию.

В завершении данного рассмотрения автор заключает, что во Владимирской губернии организация и использование административного ресурса при выборах в Государственную думу шли типичным образом. Владимирский губернатор оказывал определяющее воздействие на подчиненные ему органы и должностные лица, занятые в избирательном процессе, действуя по указке царского правительства, заинтересованного в формировании депутатского корпуса правого политического толка.

Третий параграф «Роль политических партий в формировании депутатского корпуса» посвящен изучению различных аспектов участия политических партий в думских избирательных кампаниях, проходивших во Владимирской губернии, и определению роли партий в формировании части депутатского корпуса от Владимирского региона.

Четырежды в России проводились избирательные кампании в Государственную думу. Две первые состоялись в условиях революционного кризиса (март-апрель 1906 г. и январь 1907 г.). Поэтому оппозиционные правительству партии находили большую поддержку среди взволнованного населения. Таковыми в первую думскую кампанию были прежде всего конституционные демократы, развернувшие бурную пропаганду на выборах. Им противостояли октябристы. Но отсутствие в действиях членов «Союза 17 октября» хотя бы видимости демократизма и их открытая поддержка правительства не позволили им взять вверх над кадетами. Яркое позиционирование кадетов правительству в глазах населения многочисленной империи было вызвано также неучастием в избирательной борьбе социалистических партий, которые бойкотировали первые выборы, не видя в будущей Думе реального способа выйти из сложившейся кризисной ситуации в стране.

Активное включение во вторую избирательную кампанию социал-демократов создало для кадетов ярких леворадикальных оппонентов. Поэтому кадеты со второй думской кампании пришли к решению более четко отграничить свою тактику от тактики социал-демократов. Во время второй предвыборной кампании устраивалось много «диспутов» между кадетами и социалистами, между кадетами и октябристами, что указывает на определенный диалог между либеральными и социалистическими партиями. Более того, нередко кадеты на избирательных собраниях даже блокировались с социал-демократами с целью провести своих кандидатов. Правым же партиям в этом диалоге было отказано со стороны кадетов, и они держались в стороне, устраивая собрания только для своих.

Две последние избирательные кампании пришлись на период относительной политической стабильности (сентябрь-октябрь 1907 г. и сентябрь-октябрь 1912 г.). К тому же, правительство П.А. Столыпина крепко взяло в свои руки дело проведения выборов в Государственную думу, пойдя на такой антизаконный шаг, как издание нового избирательного закона 3 июня 1907 года, сократившего представительство в Думе и установившего жесткие рамки проведения избирательной процедуры, при которых состав депутатского корпуса был не иначе как консервативного и правого толка. Более того, усилился контроль над деятельностью леворадикальных партий. Поэтому, несмотря на активную деятельность политических партий (кадетов и социал-демократов), имевших в I и II думах существенное представительство, в последующие выборы им не удалось провести большое количество свои кандидатов. Теперь, как и ожидало царское правительство главенствующую роль в III и IV Думе играли правые, центральное место среди которых занимали октябристы.

Автор полагает, что во Владимирской губернии характер деятельности политических партий в целом соответствовал общеимперскому вектору развития, но имел свои отличительные черты, особенно ярко проявившиеся в период проведения выборов в Государственную думу второго созыва. Так, упавший процент представительства кадетов во Второй Думе совершенно не коррелировал с результатами избрания депутатов во Владимирской губернии, где кадеты опять пользовались большой поддержкой. Более того, на вторых выборах политический спектр депутатов от Владимирского региона, в отличие от полного думского состава, был абсолютно левого направления благодаря также и энергичному включению в борьбу социал-демократов, которые даже в последующие особо «проправые» избирательные кампании стабильно ухитрялись проводить по одному своему кандидату.

В заключении сформулированы общие выводы по результатам диссертационного исследования, отражающие его теоретическую и практическую значимость.

Основные положения диссертации отражены в следующих опубликованных работах автора:

Статьи в рецензируемых изданиях, рекомендованных ВАК Минобрнауки России для публикации результатов диссертационных исследований:

1. Лобачев С.В. Государственная дума в начале XX в. Бюджетно-финансовые полномочия как отражение законосовещательного характера ее деятельности // Закон и право. – 2006. – № 12. – С. 101–102.

Иные публикации:

2. Лобачев С.В. Сравнительный правовой статус депутатов Государственной Думы дореволюционной и современной России // Человек и общество: на рубеже тысячелетий: Международный сборник научных трудов / Под общ. ред. О.И. Кирикова. – Воронеж: ВГПУ, 2006. – Вып. XXXII. – С. 84–88.

3. Лобачев С.В. История развития законодательства о Государственной думе Российской империи: политико-правовой аспект // XXXII Гагаринские чтения, Москва, 4–8 апреля 2006 г.: Научные труды Международной молодежной научной конференции: В 8 т. – М.: МАТИ, 2006. – Т. 7. – С. 137–138.

4. Лобачев С.В. Законодательные полномочия Государственной думы Российской империи: историко-правовой анализ // Человек и общество: на рубеже тысячелетий: Международный сборник научных трудов / Под общ. ред. О.И. Кирикова. – Воронеж: ВГПУ, 2006. – Вып. XXXIII. – С. 139–147.

5. Лобачев С.В. Политико-правовые основы организации и деятельности Государственной думы Российской империи: Учебное пособие. – М.: МПСИ, 2006. – 80 с.

6. Лобачев С.В. Изучение основ становления думского конституционализма в России – необходимый компонент в профессиональном образовании будущего юриста // Защита прав и свобод граждан в современном российском обществе: Сборник научных работ. – Владимир: Собор, 2006. – С. 113–116.

7. Лобачев С.В. Законодательство о «Булыгинской Думе» как основополагающий этап введения народного представительства в России начала XX века // Материалы первой научно-практической конференции аспирантов и молодых ученых МФ МПСИ 12 апреля 2006 года: Сборник научных трудов. – Муром, 2006. – С. 122–136.

8. Лобачев С.В. Государственная дума Российской империи: компетенция в свете отношений с царским правительством и проблема сущности государственного строя России начала XX века // Материалы первой научно-практической конференции аспирантов и молодых ученых МФ МПСИ 12 апреля 2006 года: Сборник научных трудов. – Муром, 2006. – С. 136–147.

9. Лобачев С.В. Практическая реализация избирательного права в Государственную думу дореволюционной России (на примере Владимирской губернии): Монография. – М.: МПСИ, 2007. – 102 с.

Общий объем опубликованных работ составляет 12,53 п. л.

 


Корректор Т.Р. Краснолобова

Компьютерная верстка Г.А. Федуловой

 

 

 

Тираж 100 экз. Заказ № _________

Отпечатано в отделении оперативной полиграфии

Нижегородской академии МВД России.

603600, г. Н. Новгород, Анкудиновское шоссе, 3.

См.: Законодательные акты переходного времени 1904–1908 гг. – СПб., 1909. – С. 151.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.