WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ПРАВОСУБЪЕКТНОСТЬ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В КОНТЕКСТЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА

Автореферат кандидатской диссертации по юридическим наукам, праву

 

 

ДИПЛОМАТИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ

Министерства иностранных дел Российской Федерации

 

На правах рукописи

 

 

КУЛАГИНА ИРИНА АЛЕКСАНДРОВНА

 

 

ПРАВОСУБЪЕКТНОСТЬ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

В КОНТЕКСТЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА

 

 

Специальность 12.00.10 – Международное право. Европейское право

 

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

 

 

 

 

 

 

Москва, 2007

Работа выполнена на кафедре международного права Дипломатической академии Министерства иностранных дел Российской Федерации

 

Научный руководитель:

 

доктор юридических наук,

профессор

С.В. Черниченко

 

Официальные оппоненты:

 

доктор юридических наук,

профессор

Р.А. Каламкарян

кандидат юридических наук,

доцент

Н.Ю. Ильин

 

Ведущая организация:

 

Всероссийская академия внешней торговли

Министерства экономического развития

и торговли Российской Федерации

Защита состоится 28 сентября 2007 года в 15 часов на заседании диссертационного совета Д.209.001.03 при Дипломатической академии МИД России по адресу: 119992, г. Москва, ул. Остоженка 53/2. С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Дипломатической академии МИД России.

Автореферат разослан «     » _____________ 2007 года.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор юридических наук

 

 

Б.Л. Зимненко

 

 

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

 

Актуальность темы диссертационного исследования. В науке международного права проблемы правосубъектности государств, возникающие при некоторых территориальных изменениях, всегда вызывали огромный интерес и ожесточенные споры между учеными-международниками. Так, в XIX  веке в течение длительного времени шли споры о правосубъектности Италии — является ли она новым государством или государством, продолжающим под иным названием международную правосубъектность Сардинского королевства, о правосубъектности германских государств, а также Австрии и Венгрии . В первой половине XX  столетия вопросы правосубъектности поднимались при появлении в 1918 г. Югославии, а также отделении Пакистана от Индии .

Возникновение спорных в данной области вопросов объясняется, по мнению Д. Анцилотти, отсутствием как в теории международного права, так и в практике межгосударственных отношений универсально действующих критериев для определения факта прекращения существования государства как субъекта международного права .

Такое положение вещей безусловно влечет за собой возникновение проблем и в области правопреемства государств, отправной точкой для решения которых (для случаев правопреемства, связанных с международной правосубъектностью государства ) является либо факт прекращения существования государства-предшественника, либо факт отделения от государства части его территории с образованием на ней нового государства

Следует отметить, что Венская конвенция «О правопреемстве государств в отношении договоров» от 23 мая 1978 г. и Венская конвенция «О правопреемстве государств в отношении государственной собственности, государственных архивов и государственных долгов» от 8 апреля  1983 г. (далее – Венские конвенции 1978 и 1983 гг.) также не внесли ясности в вопрос о том, каким образом можно объективно установить факт прекращения существования государства.

Безусловно, Венская конвенция 1983 г. определяет, что, например, в случае разделения государства имеет место прекращение его существования , но в то же время обязательно действующих норм, позволяющих определить, что именно имело место – разделение или отделение, она не содержит.

«Развал» Союза ССР и образование на его территории ряда новых государств вновь поставили на повестку дня не только юристов-международников, но и всего мирового сообщества вопросы, связанные с международной правосубъектностью государств: имеет ли место континуитет международной правосубъектности Союза ССР либо все возникшие на его территории государства являются новыми государствами?

От ответа на поставленный вопрос зависит и решение тесно связанных с международной правосубъектностью государств следующих вопросов правопреемства: имеет ли место полное (в случае, если Союз ССР как субъект международного права прекратил свое существование, а все возникшие на его территории государства являются новыми) или частичное (при условии, что Союз ССР как субъект международного права продолжает свое существование) правопреемство в отношении комплекса имущественных и неимущественных правоотношений Союза ССР.

Принимая во внимание значимость и роль, которую Союз ССР играл на мировой арене, включая и имевшуюся систему международной безопасности, базировавшуюся на основе многосторонних и двусторонних договоров, участником которых в большинстве случаев являлся Союз ССР, становится ясно, почему вопрос о международной правосубъектности Российской Федерации, претендующей на продолжение международной правосубъектности Союза ССР, вызвал неподдельный интерес практически всех ведущих стран мира, международных организаций, известных юристов-международников.

Богатое «наследство» способствовало и возникновению спорных ситуаций с некоторыми бывшими союзными республиками, претендующими на раздел активов Союза ССР, включая комплекс недвижимого имущества Союза ССР, расположенного на  территориях третьих стран.

Однако параллельно с вопросом о международной правосубъектности Российской Федерации возник вопрос и о ее внутренней правосубъектности.

Следует отметить, что вопросы о правосубъектности Российской Федерации возникают не только на международной арене, в том числе при внесении изменений в кадастровые книги иностранных государств в части изменения названия собственника расположенного на их территории недвижимого имущества, ранее записанного за Союзом ССР, с Союза ССР на Российскую Федерацию, но и на внутригосударственной арене, в частности, при рассмотрении в судебных органах Российской Федерации гражданских дел, связанных с финансовыми обязательствами СССР.

Судам при рассмотрении дел по существу, зачастую, приходится искать ответ на вопрос: корреспондируется ли международная правосубъектность России с ее внутригосударственной правосубъектностью? Если принять за аксиому, что международная правосубъектность Союза ССР продолжается под наименованием «Российская Федерация», то влияет ли это на внутригосударственные отношения? Другими словами, несет ли Российская Федерация, по аналогии с международными обязательствами, ответственность, в том числе и финансовую, по всем внутренним обязательствам Союза ССР?

Исходя из вышеизложенного, особый интерес представляет комплексное рассмотрение проблемы правосубъектности Российской Федерации в контексте международного права, а именно, ее международного и  внутригосударственного аспектов.

В качестве объекта исследования автор выделяет отдельные составляющие системы отношений Российской Федерации, возникшие в результате «развала» Союза ССР, урегулированные нормами международного права.

Предметом исследования является правосубъектность Российской Федерации в контексте международного права.

Цель и задачи исследования. Намеченные объект и предмет исследования позволяют сформулировать его цель – комплексное исследование международного и внутригосударственного аспектов правосубъектности Российской Федерации в свете «развала» Союза ССР.

В связи с поставленной целью основными задачами исследования являются:

– определение понятия правосубъектности, выявление особенностей внутригосударственной и международной правосубъектности государства;

– комплексное исследование теоретических аспектов проблем правопреемства, континуитета и идентичности государств;

–  анализ существующих позиций относительно международной правосубъектности Российской Федерации;

– системное изучение международных правовых актов, внутреннего законодательства Российской Федерации и нотной переписки по вопросу международной правосубъектности Российской Федерации;

–  анализ внутригосударственного законодательства Союза ССР и РСФСР, а также международных правовых актов в целях установления, чью именно внутригосударственную правосубъектность – Союза ССР или РСФСР – продолжает Российская Федерация;

– изучение судебной практики по вопросу о внутренней правосубъектности Российской Федерации.

Теоретическую основу исследования составляют труды таких отечественных ученых по общей теории права, общим проблемам международного права, а также в области международной правосубъектности и правопреемства государств, как М.М. Аваков, С.С. Алексеев, Ю.Г. Барсегов, К.А. Бекяшев, Р.Л. Бобров, М.М. Богуславский, М.И. Брагинский, С.Н. Братусь, П.П. Виткявичус, Н.В. Власова, В.Н. Дурденевский, Т.Т. Загайнов, Н.В. Захарова, Г.В. Игнатенко, А.А. Ковалев, Ф.И. Кожевников, Ю.М. Колосов, В.М. Корельский, О.А. Красавчиков, П.П. Кремнев, В.И. Кузнецов, Г.И. Курдюков, И.И. Лукашук, Л.Х. Мингазов, А.В. Мицкевич, Л.А. Моджорян, В.С. Нарсесянц, В.Д. Перевалов, В.С. Салтанов,               А.Н. Талалаев, Г.И. Тункин, Н.А. Ушаков, Д.И. Фельдман, О.Н. Хлестов, С.В. Черниченко, Е.А. Шибаева и других. В тексте исследования имеются ссылки не на всех вышеупомянутых авторов, однако все они, в той или иной степени, послужили его теоретическим фундаментом.

В диссертации использованы также труды зарубежных ученых: А. Анцилотти, Х.Э. Аречаги, Я. Броунли, Р. Вольфрума, Г. Гроция, Я. Клабберса, М. Коскенниеми, Г. Лаутерпахта, О’Коннелла, Л. Оппенгейма, О. Риббелинка, А. Фердросса, А. Циммермана, Ч. Хайда, Т. Швайсфурта и других.

Исследование проводилось также на основе изучения и анализа международных правовых актов, законодательства Российской Федерации, материалов судебных дел, заключений Арбитражной комиссии по урегулированию спорных вопросов, возникших на территории бывшей Югославии и нотной переписки.

Методологическая основа исследования. Из общих методов исследования автор использует методы анализа, сравнения, системного и структурного подхода. Из специальных и частных методов применялись такие методы, как формально-юридический, сравнительно-правовой, методы толкования норм права и другие методы исследования.

Состояние научной разработанности темы исследования. Следует отметить, что специальных монографических работ, одновременно посвященных международному и внутреннему аспектам правосубъектности Российской Федерации в свете «развала» Союза ССР, не было. В науке международного права затрагивались лишь проблемы международной правосубъектности Российской Федерации в контексте различных исследований, связанных в своем большинстве с «развалом» Союза ССР и возникших в связи с этим проблем правопреемства.

Так, международная правосубъектность Российской Федерации привлекала внимание таких специалистов в области международного права, как Я. Броунли,  Р. Вольфрум, Г.В. Игнатенко, Я. Клабберс, М. Коскенниеми, О. Риббелинк, А. Циммерман, С.В. Черниченко, Т. Швайсфурт, Г.Г. Шинкарецкая и некоторых других.

Научная новизна исследования заключается в том, что в нем впервые сделана попытка проведения комплексного анализа международной и внутригосударственной правосубъектности Российской Федерации в свете «развала» Союза ССР.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Государства обладают внутригосударственной и международной правосубъектностью, взаимосвязь которых весьма неоднозначна.

В теории международного права, при определении понятия государства как субъекта международного правоотношения, раскрываются  в первую очередь такие его признаки, как территория, население и власть. Согласно общепризнанным положениям теории континуитета, внутригосударственные изменения не влекут прекращения международной правосубъектности государства. В общей теории государства и права подчеркиваются такие признаки государства, как наличие государственного суверенитета, административно-территориального устройства, публичной власти, правовой и налоговой систем. При этом, если основной особенностью международной правосубъектности государств является ее универсальный и всеобщий характер, то специфическая черта, характеризующая внутригосударственную правосубъектность государств, состоит в тесной взаимосвязи государства с политической системой общества. Поэтому, тогда как при кардинальных изменениях в политической системе общества и внутренней организации государства международная правосубъектность государства остается незатронутой,  продолжение существования той же самой внутригосударственной правосубъектности государства вызывает сомнения.

2. Отсутствие международных правовых актов, четко и в полном объеме регулирующих возникающие при правопреемстве государств вопросы , а также критериев, позволяющих объективно определить, имело ли место прекращение существования «старого» государства и все ли возникшие государства являются новыми государствами, порождает субъективный подход к проблемам континуитета и правопреемства со стороны третьих государств. Указанное влечет не только хаотичную практику в области правопреемства государств, но и переводит данную проблему из разряда правовых в политические.

3. В настоящее время отсутствует единая позиция среди ученых-международников относительно международной правосубъектности Российской Федерации.

Некоторые ученые, находящиеся в меньшинстве, рассматривают Российскую Федерацию в качестве нового государства, являющегося правопреемником Союза ССР. Единицы поддерживают позицию, заключающуюся в том, что Российская Федерация является одновременно государством-правопреемником и государством-продолжателем Союза ССР. Также существует точка зрения, согласно которой Российская Федерация продолжает международную правосубъектность РСФСР. Наиболее аргументированной и получившей широкую поддержку со стороны международного сообщества является точка зрения, согласно которой международная правосубъектность Союза ССР продолжается под наименованием «Российская Федерация».

Указанная многогранность позиций объясняется не только имеющимся по сути правовым «вакуумом», но и наличием определенных противоречий между подписанными бывшими союзными республиками соглашениями по вопросу «развала» Союза ССР и урегулированию возникших в связи с этим вопросов правопреемства и последовавшими вслед за этим действиями Российской Федерации, мирового сообщества и судебной практикой.

4. Анализ подписанных бывшими союзными республиками соглашений по вопросам правопреемства не позволяет сделать объективный вывод о правосубъектности Российской Федерации.

Несмотря на то что в текстах большинства из вышеуказанных соглашений Российская Федерация объявляется государством-правопреемником Союза ССР, существует целый ряд объективных факторов, позволяющих усомниться в правильности данного утверждения. К ним относятся практика международных организаций, сложившаяся в отношении членства Союза ССР, признание со стороны третьих государств, судебная практика, а также подписанные между Российской Федерацией и рядом иностранных государств международные договоры.

5. В законодательной практике Российской Федерации не вполне устоялась терминология, касающаяся вопросов ее международной правосубъектности.

Так, в некоторых законодательных актах Российская Федерация именуется государством-продолжателем, а в ряде актов ­­­– одновременно государством-правопреемником и продолжателем. Такое положение вещей объясняется последствиями вышеуказанных противоречий, а также отсутствием на внутригосударственном уровне одинакового понимания международной правосубъектности Российской Федерации как среди законодательных, так и исполнительных органов государственной власти.

6. «Развал» Союза ССР не привел к прекращению его международной правосубъектности. Международная правосубъектность Союза ССР продолжается под наименованием «Российская Федерация».

Такое продолжение международной правосубъектности Союза ССР подтверждается тем, что к России «перешло» место Союза ССР в ООН и в ряде других международных организаций; Российская Федерация не была признана новым государством; к ней, несмотря на протесты со стороны Украины, перешла вся недвижимая собственность Союза ССР за рубежом, что подтверждается соответствующими записями в кадастровых книгах иностранных государств (исключение составляют лишь некоторые страны), в которых в качестве собственника недвижимого имущества Союза ССР указана (в связи с изменением наименования собственника) Российская Федерация.

7. Сложившаяся к настоящему времени практика международных отношений и судебная практика показали на примере Российской Федерации, что признанию статуса государства как нового или как «старого» государства, чья международная правосубъектность продолжается, со стороны третьих государств и международных организаций придается большее значение, чем подписанным между  ­­государствами-правопреемниками и «старым» государством договорам.

8. Континуитет международной правосубъектности Союза ССР не означает сохранения в автоматическом порядке всех его внутренних обязательств как субъекта внутригосударственного права.

Анализ подписанных бывшими союзными республиками соглашений по вопросам раздела внутреннего долга, урегулирования некоторых имущественных и пенсионных вопросов позволяет сделать следующие выводы:

1) Российская Федерация приняла на себя строго определенные внутренние обязательства Союза ССР;

2) значительная часть внутренних долговых обязательств Союза ССР осталась неурегулированной.

Указанное, а также изменения, произошедшие в политической системе Союза ССР, ликвидация его административно-территориального устройства, государственного аппарата, правовой и налоговой систем, обоснованно, на наш взгляд, ставят под сомнение и продолжение существования внутригосударственной правосубъектности Союза ССР.

9. Принятие на себя Российской Федерацией как субъектом внутригосударственного права только четко определенных ее внутренними правовыми актами обязательств Союза ССР, возникших исключительно на территории РСФСР, сохранение (за некоторым исключением) административно-территориального устройства РСФСР, признание органов исполнительной власти Российской Федерации правопреемниками соответствующих упраздненных органов государственного управления РСФСР, прекращение с принятием Конституции Российской Федерации действия Конституции РСФСР (что подчеркивает связь правовой системы России и РСФСР) и некоторые иные признаки позволяют сделать вывод о продолжении Российской Федерацией как субъектом внутригосударственного права внутренней правосубъектности РСФСР.

Практическая значимость исследования. Практическая значимость результатов диссертационного исследования определяется актуальностью и новизной поднятых в диссертации проблем правосубъектности Российской Федерации в контексте международного права.

Автор активно применяет результаты проведенного исследования в своей трудовой деятельности в качестве сотрудника Юридической службы МИД России.                              

Общие теоретические выводы, полученные автором в результате проведенного исследования, могут быть использованы органами государственной власти Российской Федерации при формировании позиции на переговорах с бывшими союзными республиками по вопросам правопреемства, разработке проектов нормативных документов, а также при разрешении спорных ситуаций в судебных органах по вопросам, касающимся внутренних обязательств Союза ССР  и союзных органов государственной власти.

Свое применение основные положения работы могут найти также и при чтении общих и специальных учебных курсов по международному праву. 

Апробация результатов исследования. Диссертация выполнена и обсуждена на кафедре международного права Дипломатической академии МИД России.

Основные выводы диссертации получили апробацию в практической работе автора в качестве сотрудника Юридической службы МИД России, в ходе защиты интересов Правительства Российской Федерации и МИД России в ряде гражданских дел в судебных органах Российской Федерации.

Основные положения диссертации опубликованы в трех научных статьях.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, в составе двух разделов каждая, заключения, списка использованной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается выбор темы и ее актуальность, формулируются объект и предмет исследования, а также положения, выносимые на защиту, ставятся цели и задачи исследования, указываются методологическая и теоретическая основы диссертации, степень разработанности проблемы, показывается новизна и практическая значимость исследования, указываются апробация результатов исследования и структура диссертации.

Глава I. Правосубъектность государств

В первом разделе – «Особенности правосубъектности государств» – автор рассматривает теоретические аспекты понятия правосубъектности, широко  разработанные в общей теории права (которая служит теоретической основой науки международного права ), включая некоторые вопросы внутригосударственной правосубъектности государств, а затем переходит к анализу понятия и особенностей международной правосубъектности государств. 

Исследуя понятие правосубъектности, автор пришла к выводу, что на сегодняшний день не существует единого мнения среди ученых-правоведов относительно содержания правосубъектности. Некоторые рассматривают правосубъектность как совокупность правоспособности и дееспособности. Другие – дополнительно включают в перечисленные элементы деликтоспособность, а также права и обязанности, непосредственно вытекающие из действия законов. Тем не менее, несмотря на существующие расхождения в элементном составе правосубъектности, большинство авторов определяют правосубъектность как предусмотренную нормами права способность (возможность) быть участником правоотношения .

Специфика внутригосударственных отношений не может не наложить отпечаток на правосубъектность такого особого их участника, как государство. Особенность внутригосударственной правосубъектности государства заключается в том, что оно является не только участником внутригосударственных отношений, но и их основным регулятором, обладающим властными функциями, включая и функцию принуждения. Специфической чертой внутригосударственной правосубъектности государства является то, что оно всегда остается субъектом политической системы общества . Особыми являются и признаки государства как субъекта внутригосударственных отношений. Среди них выделяются такие, как наличие государственного суверенитета, административно-территориального деления, публичной власти, правовой и налоговой систем .

Иная ситуация складывается в международных отношениях. Международные отношения также обладают своей спецификой, отличной от специфики внутригосударственных отношений. Поэтому международная правосубъектность, помимо таких элементов, как правоспособность и дееспособность, включает в себя дополнительные элементы, присущие исключительно субъектам международных отношений.

Проанализировав имеющиеся воззрения на дополнительные элементы международной правосубъектности, можно сделать следующий общий вывод. Те авторы, которые признают в качестве субъектов международных отношений исключительно государства и нации, борющиеся за самоопределение, в качестве основного элемента международной правосубъектности выделяют суверенитет. Другие, расширяющие субъектный состав участников международных отношений за счет включения в них индивидов и транснациональные корпорации, дополнительно выделяют лишь обладание правами и обязанностями в силу международного права.

Вопрос о международной правосубъектности физических и юридических лиц остается до сих пор спорным и дискуссионным в теории международного права. Современное международное право признает в качестве субъектов государства, нации и народы, борющиеся за реализацию своего права на самоопределение, международные межправительственные организации, а также государствоподобные образования .

Исходя из субъектного состава участников международных отношений, выделяются такие основные признаки международной правосубъектности, как обладание международными правами и обязанностями, их независимое осуществление, а также способность участвовать в выработке норм международного права посредством заключения от своего имени международных договоров.

Суверенитет рассматривается как специфическая особенность государств, предопределяющая характерные особенности их правосубъектности. Согласно теории международного права, государство представляет собой сочетание таких элементов (признаков ), как территория, население и власть . Следует отметить, что международное право не ставит международную правосубъектность государств в зависимость от изменений, произошедших в их государственном или политическом устройстве.

В результате проведенного анализа были сделаны выводы, что международная правосубъектность государств: носит универсальный характер; непосредственно вытекает из норм международного права; проявляется в способности владеть и пользоваться международными правами и обязанностями; выражается в способности наделять качествами международной правосубъектности другие единицы; не зависит от изменений, произошедших во внутреннем устройстве государства.

Также, исходя из особенностей международной и внутригосударственной правосубъектности государств и тех признаков государства, которые выделяют международное право и общая теория государства и права, автор пришла к выводу, что взаимосвязь международной и внутригосударственной правосубъектности государств весьма неоднозначна. Поэтому, тогда как при кардинальных изменениях в политической системе государства, его административно-территориальной организации, органах государственного управления, а также правовой и налоговой системах международная правосубъектность государства остается незатронутой, продолжение существования той же самой внутригосударственной правосубъектности государства вызывает сомнения. Более подробно эти вопросы исследуются на примере Российской Федерации в третьей главе диссертационного исследования.

Во втором разделе – «Отдельные теоретические аспекты правопреемства, континуитета и идентичности государств» – были проанализированы тесно связанные с проблемой правосубъектности государств вопросы правопреемства, а также отдельные положения теории континуитета.

«Развал» Союза ССР поставил перед мировым сообществом целый ряд вопросов, связанных с правосубъектностью Российской Федерации: является ли Россия государством-правопреемником Союза ССР (то есть новым государством) или международная правосубъектность Союза ССР продолжается под наименованием «Российская Федерация»?

Независимо от того, на какой из поставленных вопросов будет дан положительный ответ, он будет означать возникновение в том или ином ракурсе тесно связанных с правосубъектностью государств вопросов правопреемства. Частичного (для бывших союзных республик, за исключением РСФСР) – в случае продолжения Россией международной правосубъектности Союза ССР или полного правопреемства, если Союз ССР как субъект международного права прекратил свое существование. Рассмотрение вопросов продолжения или прекращения существования государства как субъекта международного права невозможно без обращения к основам теории континуитета.

В первую очередь автором были выделены возможные правомерные случаи правопреемства государств и дано понятие правопреемства государств, а также кратко рассмотрены существовавшие теории правопреемства.

Дальнейшее рассмотрение вопросов правопреемства проводилось исключительно применительно к случаям распада и отделения, представляющим первостепенный интерес в рамках предмета исследования – правосубъектности Российской Федерации в контексте международного права.

В указанных целях были проанализированы случаи разделения государств и отделения от государства части его территории в свете положений Венских конвенций 1978 и 1983 гг.

Также автором были затронуты некоторые вопросы, не урегулированные указанными конвенциями, например, вопросы правопреемства, касающиеся членства в международных организациях, представляющие особый интерес для установления правосубъектности Российской Федерации.

Как известно, определенным показателем правосубъектности государства как нового государства или как государства, продолжающего свою международную правосубъектность, является решение вопроса о его членстве в международных организациях: сохраняется ли за ним членство в организации или государство проходит процедуру приема в члены организации?

В результате проведенного анализа автор пришла к выводу, что правовая база, которая регламентировала бы весь спектр возникающих при правопреемстве государств вопросов, на сегодняшний день отсутствует. Венские конвенции 1978 и 1983 гг. помимо вышеуказанного недостатка отличаются также и тем, что большинство из содержащихся в них норм носит диспозитивный характер, что не упрощает государствам и без того сложный процесс правопреемства, особенно в случае возникновения споров.

Также следует отметить, что указанные конвенции не содержат объективных критериев, позволяющих точно установить, что именно имело место в том или ином случае – отделение частей территории государства, что не приводит к прекращению международной правосубъектности государства, или распад государства, приведший к прекращению государства как субъекта международного права. Оперативному решению возникающих при правопреемстве государств вопросов также не способствует и сложившаяся в данной области противоречивая практика.

Такое положение вещей затрудняет объективную оценку произошедших изменений и формирование однородной практики правопреемства государств.

В указанном разделе автор рассмотрела существующие точки зрения на соотношение понятий идентичности и континуитета.

В результате наиболее обоснованной представляется позиция, согласно которой континуитет и идентичность – разные понятия, применение которых зависит от такого факта, как прерывность или непрерывность существования государства как субъекта международного права. Несмотря на то, что вопросы континуитета международной правосубъектности государства поднимаются в основном при внутренних изменениях в государстве или при оккупации его территории, понятие континуитета применимо, на наш взгляд, и к иным случаям, ставящим под вопрос продолжение существования государства как субъекта международного права. Например, при значительных территориальных потерях государства.

Поскольку, как уже было указано выше, в международном праве отсутствуют критерии, позволяющие определить, какая потеря территории является критической для продолжения существования государства как субъекта международного права, вопросы континуитета носят в своем большинстве субъективный характер, и определить, имела ли место непрерывность международной правосубъектности государства, возможно только по таким косвенным признакам, как членство в международных организациях, признание со стороны третьих государств, а также возможной судебной или арбитражной практики. При этом признание континуитета исключает в отношении этого субъекта международного права постановку вопроса о правопреемстве.

Глава II. Международная правосубъектность Российской Федерации

В первом разделе – «Анализ существующих позиций относительно международной правосубъектности Российской Федерации» – рассматриваются существующие точки зрения как отечественных, так и зарубежных ученых-международников, анализируется их содержание, также рассматриваются позиции Украины и Дании на основе материалов судебного дела, инициированного Украиной.

Проведенный анализ показал, что в настоящее время существуют четыре самостоятельные точки зрения по вопросу международной правосубъектности Российской Федерации: Россия является государством-правопреемником Союза ССР; Российская Федерация продолжает международную правосубъектность Союза ССР; Россия является одновременно государством-правопреемником и государством, продолжающим международную правосубъектность Союза ССР; Россия – государство, продолжающее международную правосубъектность РСФСР.

Изучение вышеуказанных позиций показало, что авторы, рассматривающие Российскую Федерацию в качестве государства–правопреемника опираются на подписанные союзными республиками соглашения, касающиеся образования Содружества Независимых Государств и раздела активов и пассивов Союза ССР. Следует отметить, что позиции, заключающейся в том, что Россия – государство-правопреемник, придерживается также и Украина, аргументация которой анализируется автором на примере судебного дела, рассматривавшегося в течении нескольких лет в судебных органах Дании по вопросу перерегистрации на Российскую Федерацию расположенного на территории Дании недвижимого имущества, зарегистрированного ранее на Союз ССР.

Ученые, отстаивающие концепцию государства-продолжателя, исходят из признания Российской Федерации в таком качестве третьими странами и  международными организациями. При этом в качестве контраргумента содержанию подписанных соглашений, касающихся в том числе раздела зарубежного имущества Союза ССР, что обычно имеет место при расчленении государства-предшественника и прекращении его существования, они ссылаются на уже упоминавшуюся нами диспозитивность положений Венской конвенции 1983 г., которая хотя и не вступила в силу, но обобщает в некоторой степени имеющуюся в данной области практику правопреемства государств и кодифицирует действующие в данной области обычные нормы международного права.

Позиции, заключающиеся в «раздвоении» международной правосубъектности Российской Федерации, якобы являющейся частично правопреемником и частично – правопродолжателем, а также в том, что Российская Федерация продолжает международную правосубъектность РСФСР, не получили широкого признания и были рассмотрены автором в целях более полного освещения существующей проблемы правосубъектности Российской Федерации.

Во втором разделе – «Анализ международно-правовых актов, внутригосударственных актов Российской Федерации, нотной переписки и заявлений относительно международной правосубъектности Российской Федерации» – исследуются документы, касающиеся «развала» Союза ССР и раздела его активов и пассивов, затем – признание Российской Федерации и бывших союзных республик третьими государствами и международными организациями, в последнюю очередь – внутригосударственные акты и международные договоры Российской Федерации, а также позиция России, озвученная в ходе судебных процессов в Дании.

В результате проведенного анализа автор приходит к следующим выводам:

1. Анализ положений соглашений и решений по вопросам правопреемства в целях изучения международной правосубъектности Российской Федерации представляется нецелесообразным, поскольку нормы Венских конвенций 1978 и 1983 гг. не носят обязательного характера и предоставляют заинтересованным государствам право самостоятельно определить объект и условия правопреемства. В связи с этим условия, заложенные в подписанных между заинтересованными государствами соглашениях и принятых решениях, могут быть не характерными как для случаев продолжения существования государства, так и его прекращения. Например, ничто не препятствует «старому» государству и государству-правопреемнику подписать соглашение о разделе зарубежных активов, хотя в соответствии со статьей 17 Венской конвенции 1983 г. государство-правопреемник не вправе на них претендовать.

Кроме того, несмотря на то что в текстах большинства из вышеуказанных соглашений Российская Федерация объявляется государством – правопреемником Союза ССР, существует целый ряд объективных факторов, позволяющих усомниться в правильности данного утверждения. К ним относятся: практика международных организаций, сложившаяся в отношении членства Союза ССР, признание со стороны третьих государств, судебная практика, а также подписанные между Российской Федерацией и рядом иностранных государств международные договоры.

2. В законодательной практике Российской Федерации не вполне устоялась терминология, касающаяся вопросов ее международной правосубъектности.

Так, в некоторых законодательных актах Российская Федерация именуется государством-продолжателем, а в ряде актов ­­­– одновременно государством-правопреемником и продолжателем, что позволяет сделать вывод о «смешивании» и возможной подмене законодательными органами Российской Федерации понятий «правопреемник» и «продолжатель».

3. «Развал» Союза ССР не привел к прекращению его международной правосубъектности. Международная правосубъектность Союза ССР продолжается под наименованием «Российская Федерация».

Такое продолжение Россией международной правосубъектности Союза ССР подтверждается тем, что:

– к России «перешло» место Союза ССР в ООН и в ряде других международных организаций;

– Российская Федерация не была признана в качестве нового государства. Некоторые государства официально заявили о том, что рассматривают Россию как продолжателя Союза ССР ;

– к России, несмотря на протесты со стороны Украины, перешла недвижимая собственность Союза ССР за рубежом, что подтверждается соответствующими записями в кадастровых книгах иностранных государств (исключение составляют лишь некоторые страны), в которых в качестве собственника недвижимого имущества Союза ССР указана (в связи с изменением наименования собственника) Российская Федерация;

– в большинстве международных договоров, подписанных Россией с третьими государствами, Россия именуется как государство-продолжатель Союза ССР;

– озвученная представителями России позиция в ходе судебных процессов в Дании при обжаловании Украиной решений судей кадастровых отделов, осуществивших перерегистрацию на Российскую Федерацию недвижимого имущества, зарегистрированного в Дании на Союз ССР, также явно свидетельствует о том, что Россия рассматривает себя как государство, продолжающее международную правосубъектность Союза ССР.

4. Сложившаяся к настоящему времени практика международных отношений и судебная практика показали на примере Российской Федерации, что признанию статуса государства как нового или как «старого» государства, чья международная правосубъектность продолжается, со стороны третьих государств и международных организаций придается большее значение, чем подписанным между  ­­государствами-правопреемниками и «старым» государством договорам.

Глава III. Внутренняя правосубъектность Российской Федерации

В первом разделе – «Континуитет России и ее внутренняя правосубъектность» – проводится анализ  отдельных правовых актов, принятых Союзом ССР и РСФСР, а также подписанных бывшими союзными республиками документов, связанных с урегулированием внутреннего долга Союза ССР, вопросов собственности и пенсионных вопросов.

Первоначально автор проанализировала применительно к признакам государства, выделяемым общей теорией государства и права, принятые Союзом ССР и РСФСР правовые акты, касающиеся существовавших в СССР и РСФСР политических систем, административно-территориального устройства, органов государственного управления, правовой и налоговой систем.

Затем были проанализированы подписанные бывшими союзными республиками соглашения об урегулировании внутреннего долга, вопросов собственности и пенсионных вопросов.

Так, в результате исследования было установлено следующее:

1. Достаточно большой объем внутренних долговых обязательств Союза ССР остался «за скобками» подписанных бывшими союзными республиками соглашений. При этом Российская Федерация не приняла на себя в полном объеме внутренние долговые обязательства Союза ССР. Указанное достаточно обоснованно позволяет сделать вывод, что континуитет международной правосубъектности Союза ССР не означает сохранения в автоматическом порядке всех его внутренних обязательств как субъекта внутригосударственного права.

Тот факт, что определенная часть внутренних долговых обязательств Союза ССР осталась неурегулированной, а также изменения, произошедшие в политической системе Союза ССР, ликвидация его административно-территориального устройства, государственного аппарата, правовой и налоговой систем, обоснованно, на наш взгляд, ставят под сомнение и продолжение существования внутригосударственной правосубъектности Союза ССР.

2. Российская Федерация как субъект внутригосударственного права продолжает внутригосударственную правосубъектность РСФСР. В пользу данного вывода говорят следующие факты:

– Российская Федерация приняла на себя только четко определенные ее внутригосударственными актами внутренние обязательства Союза ССР;

– Россия сохранила, за некоторыми исключениями, административно-территориальное устройство РСФСР;

– вновь созданные органы исполнительной власти Российской Федерации были признаны правопреемниками соответствующих упраздненных органов государственного управления РСФСР;

– поскольку в переходных положениях Конституции Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. содержится норма, прекращающая действие Конституции РСФСР 1978 г., это подтверждает, на наш взгляд, связь правовой системы, действовавшей в РСФСР, с правовой системой Российской Федерации.

Во втором разделе – «Анализ примеров из судебной практики, связанных с попытками взыскания с Российской Федерации денежных средств в погашение внутреннего долга Союза ССР»    автор рассматривает материалы нескольких гражданских дел,  связанных с попытками граждан Российской Федерации взыскать с Российской Федерации принадлежавшие им денежные средства, неправомерно, по их мнению, перечисленные до 1991 г. в бюджет Союза ССР, а также денежные средства в погашение долговых товарных обязательств Союза ССР и сберегательных сертификатов Сбербанка Союза ССР, приобретенных не на территории РСФСР.

Анализ принятых судебными органами Российской Федерации решений позволяет сделать вывод о том, что имевшие место многочисленные судебные процессы также не привели к законному возложению на Российскую Федерацию не принятых ею на себя внутренних долговых обязательств Союза ССР. Указанное, на наш взгляд, подтверждает отсутствие  факта продолжения Российской Федерацией внутренней правосубъектности Союза ССР.

В Заключении сформулированы выводы и основные положения, содержащиеся в диссертационном исследовании.

По теме диссертационного исследования автором опубликованы следующие работы:

1. Анализ действующего законодательства Российской Федерации, а также нотной переписки и заявлений глав государств по вопросу международной правосубъектности России: Сб. науч. тр./Рос. акад. госуд. службы при Президенте РФ, кафедра государственного строительства и права. – Вып. 18. – М.: Изд-во Московского гуманитарного университета, 2006. – С. 163–170.

2. От Аристотеля до наших дней. Продолжает ли РФ внутреннюю правосубъектность СССР? // Международная жизнь. – 2006. – № 11. – С. 116–­­­­123.

3. Правосубъектность Российской Федерации: международный и внутригосударственный аспекты // Закон и право. – 2006. – № 5. – С. 6–8. (входит в Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий)

См.: Захарова Н.В. Правопреемство государств. М., 1973. С. 29.

См.: Там же. С. 29.

См.: Анцилотти Д. Курс международного права. Т. 1. М., 1961. С. 177.

Дело в том, что такие территориальные изменения, как переход части территории одного государства под юрисдикцию другого государства, хотя и вызывают постановку вопроса о правопреемстве, не связаны тем не менее с международной правосубъектностью государства.

Хотя теоретически продолжение существования государства при отделении от него части его территории не должно в его отношении поднимать вопросы правопреемства, поскольку оно сохраняет принадлежащие ему права и обязанности как тот же самый субъект международного права, невозможность на практике установить, что именно имело место (отделение или раздел), например, при крупных территориальных ??потерях,?вызывает зачастую споры о «наследстве» между новыми государствами и продолжающим свое существование «старым» государством.                                                          

В связи с этим следует отметить, что некоторые ученые-международники придерживаются мнения, согласно которому при распаде или расчленении государство может и не прекратить своего существования как субъект международного права. (См.: Хайд Ч. Международное право, его понимание и применение Соединенными Штатами Америки. Т. 2. М., 1951. С. 123.)

Здесь и далее под «развалом» Союза ССР мы будем понимать не ликвидацию государства как субъекта международного права, а произошедшие с ним территориальные, конституционные и иные изменения.

Как известно из Венских конвенций 1978 и 1983 гг., в силу вступила только Венская конвенция 1978 г. Кроме того, указанные конвенции не только оставили в стороне целый комплекс возникающих при правопреемстве государств вопросов, но и положили в основу регулирования принцип диспозитивности, позволяющий государствам самостоятельно определять условия решения появляющихся вопросов.

По мнению Н.А. Ушакова, изучение международной правосубъектности, являющейся одной из важнейших проблем не только теории международного права, но и теории права вообще, должно основываться на положениях общей теории права. (См.: Ушаков Н.А. Субъекты современного международного права // Советский ежегодник международного права, 1964–1965. М., 1966. С. 60.)

См., например, Теория государства и права: Учебник/ Под ред. В.М.Корельского и В.Д.Перевалова., М., 1997. С. 343; Хропанюк В.Н. Теория государства и права: Учебное пособие. М., 2003. С. 309.

См.: Алексеев С.С. Общая теория права. Т.II. М., 1982. С. 153.

См.: Курдюков Г.И. Государства в системе международно-правового регулирования. Казань, 1979. С. 101.

См.: Международное право: Учебник/ Под ред. А.А. Ковалева, С.В. Черниченко. М., 2006. С. 160–165.

См.: Курдюков Г.И. Указ. соч. С. 101.

См.: Международное право: Учебник / Отв. ред. Ю.М. Колосов, В.И. Кузнецов. М., 1995. С. 59.

См.: Аман Э. Взгляд европейских юристов на распад СССР// http://pravoved. jurfak. Spb.ru//old/default.asp?cnt=743.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.