WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ОТНОШЕНИЙ ИНФОРМАЦИОННОЙ СОБСТВЕННОСТИ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ (теоретико-прикладной аспект)

Автореферат кандидатской диссертации по юридическим наукам, праву

 

Диссертация выполнена на кафедре теории государства в права Московского университета МВД России

Научный руководитель:   доктор юридических наук, профессор Коровников Александр Бенедиктович

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор Уткин Николай Иванович

кандидат юридических наук Яцкова Анна Павловна

Ведущая организация: Санкт-Петербургский университет МВД России

Защита состоится 3 июня 2003 г. в

час. на заседании

диссертационного совета по присуждению ученой степени доктора юридических наук   Д 203.019.01 при Московском университете МВД России (117437, Москва, ул. Волгина, д. 12).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского университета МВД России.

Автореферат разослан «У О» СД^^вЛ^.   2003 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук,

старший научный сотрудни^/Х //^^ / ив- Голованев


I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования обусловлена теоретической и практической значимостью вопросов, связанных со становлением и развитием в современной России действенных механизмов правового регулирования отношений информационной собственности.

В последние десятилетия человечество переживает процесс перехода от индустриального общества к обществу информационному. Происходит кардинальная смена способов производства, мировоззрения людей, методов социального управления. Уровень развития информационного пространства определяющим образом влияет на важнейшие сферы социальной жизнедеятельности и в конечном счете определяет специфику государственного функционирования.

Отношения, возникающие в связи с владением, пользованием, распоряжением информацией, ведут к созданию единого мирового информационного пространства, в рамках которого производится накопление, обработка, хранение и обмен информацией между людьми, организациями, государствами. Формируется единая глобальная информационная система, в которую включены сегодня все наиболее развитые страны мира. Таким образом, с развитием информационных технологий информация из национального ресурса превращается в ресурс мировой. Происходит резкое возвышение информационных потребностей людей и общества, на их удовлетворение ориентируется все больше и больше отраслей и сфер экономики.

Массовое применение новых технических средств и информационных технологий, составляющих основу бурно развивающегося процесса информатизации, изменяют образ жизни миллионов людей. Под воздействием информационных технологий меняются формы экономической деятельности, трансформируются социальные отношения, связанные с владением, распоряжением и использованием результатов экономической деятельности.

В сложившейся ситуации, когда информация становится фундаментальной ценностью, важнейшим экономическим ресурсом государства и общества,

3


существенным образом актуализируется проблема правового регулирования отношений информационной собственности. Представляется, что сегодня в значительно большей мере, чем еще несколько десятилетий назад, должны учитываться интересы личности, общества, государства именно в информационной сфере. Квинтэссенцией, формой концентрированного выражения этих интересов являются отношения информационной собственности, которые в условиях цивилизованного государства должны закрепляться и гарантироваться, прежде всего, при помощи правовых средств.

Все вышеизложенное позволяет констатировать особую актуальность проблемы правового регулирования отношений информационной собственности в условиях становления институтов информационного общества и в конечном итоге обусловливает выбор темы диссертационного исследования.

Степень разработанности темы. В отечественной юридической науке разработка вопросов связанных с правовым регулированием отношений информационной собственности осуществлялась по трем основным направлениям: 1) исследование информации в рамках предметной сферы информационного права; 2) исследование правоотношений собственности в рамках предмета гражданского права производных от него отраслей; 3) исследование феномена «правовое регулирование» в контексте общей теории права.

Исследованию информации в качестве специфического объекта правоотношений, посвятили свои работы такие ученые, как Ю.М. Батурин, В.М. Боер, К.А. Зуев, А.В. Коровников, В.Н. Лопатин, И.Ю. Никодимов, А.И. Ракитов, С.И. Семилетов и др.

Исследование правоотношений собственности представлено значительно более широким круг ученых. К их числу, прежде всего, следует отнести М.М. Агаркова, Г.А. Андрееву, Ю.Г. Басина, М.И. Брагинского, С.Н. Братуся, А.Г. Быкова, Л.Б. . Гальперина С.А. Герасименко, В.А. Дозорцева, О.С. Иоффе, Ю.Х. Калмыкова, В.П. Камышанского, Н.В. Капаеву, С.М. Корнеева, Т.Л. Левшиной, А.Л. Маковского,


В.П. Мозолина, В.В. Момотова, Б.И. Пугинского, М.Г. Розенберга, Г.П. Савичева, О.Н. Садикова, Д.Н. Сафиуллина, АЛ. Сергеева, К.И. Скловского, В.Т. Смирнова, Е.А. Суханова, Ю.К. Толстого, Н.И. Уткина, Г.С. Шапкину, Р.О. Халфину и др.

Из множества теоретико-правовых исследований проблемы правового регулирования, прежде всего, следует выделить работы Н.Г, Александрова, С.С. Алексеева, М.И. Байтина, В.М. Баранова, В.И. Гоймана, Т.В. Кашаниной, С.А. Комарова, А.В. Малько, Н.И. Матузова, В.А. Сапуна, А.С. Шабурова и др.

Несмотря на достаточно широкий круг работ посвященных вопросам информации, праву собственности и правовому регулированию, на сегодняшний день в юридической науке отсутствует комплексное исследование теоретико-прикладного характера, посвященное исследованию проблематики, определившей выбор темы исследования. Представленная диссертация является своего рода синтезом обозначенных отдельных аспектов, и посвящена не отдельным вопросам, а комплексному системному исследованию правового регулирования отношений информационной собственности.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования выступают правоотношения собственности, возникающие в процессе получения и хранения информации, а также в ходе информационного обмена.

Предмет диссертационного исследования включает структурные элементы, в комплексе образующие институт информационного правоотношения; феномен информации, выступающий в качестве специфического нематериального объекта отношений собственности; факторы, в комплексе определяющие специфику государственно-правового регулирования отношений собственности в информационной сфере.

Цели и задачи исследования. Цель диссертационного исследования заключается в построении оптимальной, приемлемой для современной России теоретико-правовой модели механизма правового регулирования отношений информационной собственности, позволяющей с наибольшей эффективностью реализовать законные интересы личности общества и государства в информа-

5


ционной сфере.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

-    исследовать собственность в качестве базового социально-экономического отношения;

-    сформулировать понятие и осуществить структурный анализ правоотношения собственности как юридически формализованного экономического отношения.

-    проанализировать феномен информации, определить его место и роль в системе нематериальных объектов правоотношения собственности;

-    выделить факторы, определяющие специфику государственно-правового регулирования в информационной сфере;

-    рассмотреть государственную гарантированность и обеспечение реализации субъективных прав информационной собственности в качестве основных условий развития информационного общества.

Методологическую основу диссертационного исследования составили как общенаучные методы: восхождения от абстрактного к конкретному, единства исторического и логического, системного подхода, так и специальные:

конструирование теоретической модели, отнесение к ценности и др.

Общенаучные методы преимущественно использованы в теоретическом обосновании проблемы, при раскрытии вопросов понимания феноменов «информация» и «информационная собственность», определения их места и роли в механизме правового регулирования информационных отношений.

Особое значение диссертантом в ходе исследования придавалось функциональному и системно-структурному подходу к объекту исследования. В процессе работы использовались методы историко-правового и сравнительно-юридического анализа.

Исследование вопросов, связанных с правовьм регулированием отношений информационной собственности, предполагает комплексный теоретико-прикладной междисциплинарный подход. Этим была обусловлена необходимость использования в работе системного метода, в рамках которого осуществ


ляется интегрирование теоретических абстракций, положений закрепленных в действующем законодательстве и эмпирических материалов из области юридической практики правотворческой и правоприменительной деятельности.

Теоретическую основу диссертационного исследования составили работы современных отечественных юристов: Ю.Е. Аврутина, С.С. Алексеева, В.К. Бабаева, М.И. Байтина, В.М. Баранова, В.М. Боера, В.В. Бородина, С.Н. Братуся, А.М. Величко, И.А. Возгрина, Ю.И. Гревцова, Х.С. Гуцериева, А.В. Зиновьева, Н.В. Капаевой, А.И. Королева, Э.В. Кузнецова, В.Н. Лопатина, А.В. Коровникова, В.С. Нерсесянца, И.Ю. Никодимова, Л.А. Николаевой, Р.А. Ромашова, В.П. Сальникова, В.А. Сапуна, С.И. Семилетова, К.И. Скловского, В.Д. Сорокина, Л.И. Спиридонова, С.В. Степашина, Е.А.Суханова, И.Е. Тарханова, Н.И. Уткина, В.П. Федорова, Р.О. Халфиной, Е.Н. Щендригина и др.

Помимо работ вышеперечисленных авторов, источниками диссертационного исследования стали: Конституция России, действующие нормативно-правовые и правоприменительные акты Российской Федерации, регулирующие отношения собственности в сфере информационного обмена как на федеральном, так и на региональном уровнях, а также нормы международного права и фактологические материалы, имеющие отношение к исследуемой проблематике.

Научная новизна работы определяется комплексным, системньм характером исследования проблематики определившей выбор темы диссертации.

Диссертантом предпринята попытка углубленного изучения структуры и содержания правоотношений в информационной сфере, при этом особое внимание уделяется анализу отношений собственности, складывающихся из взаимодействий по поводу получения, владения, пользования и распоряжения информационными ресурсами. В работе исследуются факторы, определяющие специфику государственно-правового регулирования в информационной сфере, определяется место и роль информации в системе нематериальных объектов правоотношений собственности.

7


В диссертации определяются и подвергаются развернутому анализу многочисленные проблемы, связанные с конкретизацией и унификацией понятийного аппарата, используемого в процессе правового регулирования информационных отношений, формулируются принципы соотношения государства и гражданского общества в информационном пространстве, выдвигаются гипотезы перспективного развития средств и методов правового воздействия в данной области.

Теоретические положения, выносимые на защиту:

1. Процессы становления информационного общества, развития информационных технологий, определяющим образом влияют на все сферы человеческой жизнедеятельности. Информационное преимущество, определяемое правомочиями владения, пользования и распоряжения информационными ресурсами, становится важной социальной силой, способствующей перераспределению экономических, социальных и политических ресурсов, что в конечном счете ведет не только к информационной дифференциации общества, но и к социально-экономическому дисбалансу. Поэтому сегодня в качестве приоритетного направления государственно-правового регулирования в информационной сфере выдвигается обеспечение условий для развития и защиты всех форм собственности на информационные ресурсы.

2. Феномен информационной собственности представляет собой урегулированное правом отношение субъекта к информации, складывающееся в связи с ее получением, владением, пользованием и распоряжением. При этом субъективное право собственности на информации может рассматриваться в двух аспектах: материальном и нематериальном.

3. В условиях становления информационного общества важнейшей задачей правового регулирования отношений владения, пользования и распоряжения информационными ресурсами является достижение баланса частной и коллективной форм собственности на информацию. Подобный баланс может быть достигнут посредством оптимального сочетания императивного метода, связанного с централизованным государственным управлением в данной области,


и диспозитивного метода, предполагающего реализацию принципа автономии воли субъектов информационных правоотношений.

4. Анализ российского законодательства, направленного на регулирование общественных отношений в информационной сфере, позволяет сделать вывод о неоднозначности законодательной интерпретации термина «информация», что определяется не только субъективными факторами, но и многогранностью, сложностью феномена информации, множественностью форм его объективного проявления.

5. Как специфический объект права собственности информация отличается от иных объектов по ряду сущностных признаков: 1) нематериальная природа информации; 2) ценность объекта определяет содержательная составляющая информации; 3) одна и та же информация как объект права собственности может одновременно находиться у неограниченного круга субъектов соответствующих правоотношений; 4) многовариантность проявления (множественность форм) информации; 5) одновременная виртуальная доступность информации со стороны неограниченного числа субъектов (пользователей) независимо от их территориального местонахождения; 6) информация как объект права собственности может быть быстро репродуцирована неограниченное количество раз; 7) производство, копирование, публичное представление, распространение, накопление, доступность и использование информации практически не требуют затрат материальных ресурсов; 8) невозможность применения к информации как объекту права собственности института залога.

6. Информационные ресурсы, информационные технологии и информационная инфраструктура в совокупности образуют информационное пространство современного общества. Информационное пространство является системообразующим фактором всей общественной жизни, фундаментальным основанием политики современных государств и одновременно средой реализации права информационной собственности во всех его проявлениях.

Теоретическая ценность диссертации заключается в том, что положения и выводы, формулируемые и обосновываемые в ней, во многом дополняют,


развивают и конкретизируют такие разделы теории права и государства как теория правоотношений, механизм правового регулирования, реализация права и т.д. Кроме того, комплексный характер диссертации предопределяет значимость результатов исследования для информационного права, истории государства и права, истории политических и правовых учений, государственного, административного и гражданского права.

Практическая значимость работы состоит в том, что выводы, содержащиеся в ней, могут быть использованы:

а) в научно-исследовательской работе при анализе современного состояния и перспектив развития отношений собственности в информационной сфере;

б) в преподавании общей теории права и государства, информационного права, истории государства и права, конституционного и административного права и пр.;

в) в практической деятельности органов и должностных лиц вовлеченных в юридически значимые отношения в области информационных технологий.

Апробация результатов исследования. Рукопись диссертации была обсуждена и одобрена на заседании кафедры теории права и государства Московского университета МВД России. Результаты изысканий диссертанта получили отражение в опубликованных научных работах, а также получили апробацию в выступлениях автора на межвузовском семинаре «Проблемы укрепления правопорядка в условиях реформирования России» (Академия управления МВД России, 2002 г.) и на международной конференции «Актуальные проблемы административного и административно-процессуального права» (Московский университет МВД России, 2003 г.).

Структура работы обусловлена целью и задачами исследования и включает введение, две главы, объединяющих пять параграфов, заключение и список литературы.

10


И. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность выбранной темы исследования, показывается степень ее разработанности, определяются цели, задачи, теоретические и методологические основы исследования, его новизна, приводятся основные положения, выносимые на защиту, а также теоретическая и практическая значимость работы.

В первой главе - «Отношения информационной собственности: социально-экономическая природа и формально-юридическое выражение»—

выделены параграфы: «Собственность как социально-экономический феномен»; «Правоотношения собственности: понятие и структура»; «Информация как объект правоотношений собственности».

Анализ социально-экономической природы и формально-юридического выражения отношений информационной собственности диссертант начинает с исследования феномена «собственность», который рассматривается в качестве базового социально-экономического отношения. В этой связи отмечается, что собственность - это отношение между индивидами и коллективными организациями, развивающееся в соответствии с изменениями социально-экономических условий жизни общества и характеризующее распределение (присвоение) результатов производственной деятельности между различными субъектами (индивидами, социальными группами, государством). Получив формально-юридическое закрепление, будучи законодательно урегулированными государством социально-экономические отношения собственности приобретают правовую форму и, таким образом, выступают в качестве разновидности правоотношений.

Соискатель определяет правовое отношение собственности как урегулированное нормами права социально-экономическое отношение, в рамках которого реализуются субъективные права и обязанности субъектов, возникающие по поводу владения, пользования и распоряжения предметами материальной и нематериальной собственности.

11


Как любое социальное отношение, отношение собственности и регулирующие её правовые нормы имеют исторический характер. На разных этапах эволюции политико-правовой системы правоотношения собственности претерпевали изменения соответствующие определенному состоянию и уровню производительных сил.

Исторически первой юридически незакрепленной формой собственности была коллективная общинная собственность, которая основывалась на совместном труде и социальном равенстве членов общины. В результате длительного исторического процесса, сопровождавшегося развитием производительных сил и переходом от коллективного труда и общего хозяйства к индивидуальному, парцеллярному труду и обособленным друг от друга мелким хозяйствам, происходило разложение общины и возникновение частной собственности. Скот, инвентарь и другое движимое имущество, а затем и земля превратились в объекты исключительной собственности отдельных семей. Первоначально частная собственность основывалась на собственном труде семьи. Но с течением времени обусловленный развитием производительных сил процесс роста имущественного неравенства привёл к появлению частной собственности, основанной на присвоении результатов чужого труда. Общество раскалывается на классы, возникают политико-правовые формы организации социума, появляются первые рабовладельческие государства. Получившие свое юридическое закрепление отношения собственности начинают строиться на присвоении труда раба, который, как и другие средства производства, сам выступал в качестве объекта имущественных прав.

Основу феодальной частной собственности составляла собственность на землю и эксплуатация лично зависимых, крепостных крестьян. В отличие от раба, крепостной являлся субъектом правоотношений собственности, поскольку владел мелким земельным участком и средствами производства, необходимыми для его обработки. Для феодализма характерна такая форма собственности, при которой земля не принадлежала исключительно отдельному лицу. Взаимные отношения как внутри класса феодалов (сеньоров, вассалов), так и

12


его связи с непосредственными производителями строились на личном господстве и подчинении. Это была не свободная и полная частная собственность на землю, а условная, ограниченная отношениями личного господства и подчинения земельная собственность, с которой непосредственно связывалась политическая и военная впасть феодалов.

С феодальным способом производства связывается и возникновение правоотношений собственности, не связанных с прикреплением производителей к земле. Кроме мелкой частной собственности свободных крестьян, существовала отделившаяся от земельной собственности и свободная от крепостной зависимости собственность городских ремесленников, изготовлявших продукты для продажи. С развитием производительных сил и товарного производства возникает существенно отличающаяся от предшествовавших форм собственности собственность капиталистическая. Эта форма собственности основана на формальном равенстве и формальной свободе частных лиц как субъектов правоотношений собственности.

Претерпевая изменения на разных исторических этапах, наполняясь каждый раз новым содержанием определяемым развитием производственных процессов, отношения собственности не претерпевали существенных изменений в формально-юридическом смысле. Как разновидность правовых отношений, отношения собственности всегда имели и имеют сложную структуру (состав), включающий: субъектов, содержание и объект.

Субъектами правовых отношений собственности являются лица, выступающие в качестве носителей предусмотренных юридической нормой устанавливаемых государством субъективных прав и обязанностей, определяемых спецификой экономических связей, в частности состоянием присвоенности социальных благ. История права собственности свидетельствует о постепенном расширении круга субъектов, которых государство рассматривает в качестве участников соответствующих правоотношений. Основными этапами эволюции субъектного состава правовых отношений собственности явились признание права собственности юридических лиц, переход от рабовладения к феодальным

13


отношениям, последующий отход от феодальных привилегий, тормозящих развитие отношений собственности, уравнивание в правах собственности мужчин и женщин и т.д.

По общему правилу субъекты правоотношений собственности должны обладать таким комплексным свойством как правосубъектность, т.е. они должны обладать правоспособностью и дееспособностью. Вместе с тем в рамках имущественных отношений возможно и разделение правосубъектности. Так, например, лицо может быть правоспособным, выступать субъектом имущественного права, но в то же время оно может быть неспособным самостоятельно это право реализовывать - не иметь дееспособности.

В теоретическом правоведении субъекты правоотношений традиционно подразделяются на две основные группы - индивидуальных и коллективных субъектов. Такая градация соответствует и правоотношениям собственности, которые представляют собой разновидность правовых отношений, а их субъектный состав, в конечном счете, определяет формы собственности - общественную и частную.

В качестве индивидуальных субъектов отношений собственности выступают физические лица, обладающие правосубъектностью. К коллективным же субъектам относятся такие участники правоотношений собственности как государство, общественные организации, муниципальные образования и т.д. Для того чтобы стать правосубъектными указанные коллективные образования должны обладать определенным организационным единством и получить статус юридических лиц.

Содержание правовых отношений собственности составляют субъективные права и юридические обязанности субъектов. Субъективное право - это мера возможного поведения субъекта правоотношения и, следовательно, мера его социальной свободы. Структура субъективного права включает три составляющие: возможность действовать определенным образом, возможность требовать от другой стороны в правоотношении соответствующего поведения и возможность прибегнуть к защите со стороны государства в случае неисполнения

14


другой стороной своих юридических обязанностей.

Субъективное право собственности в юридической науке традиционно рассматривается как специфическая система, в качестве структурных элементов которой выступают правомочия субъекта отношений собственности. В отечественной юридической науке система элементов субъективного права собственности рассматривается как триада правомочий: владения, пользования, распоряжения. При этом правомочие владения означает возможность фактического обладания результатами производства (материального или духовного), удержания этих благ в своей власти. Правомочие пользования характеризуется возможностью извлечения из результатов производственной деятельности полезных свойств (это возможность эксплуатации соответствующих благ и получения от них доходов). Правомочие распоряжения результатами производственной деятельности - это возможность собственника по своему усмотрению совершать действия, определяющие юридическую судьбу соответствующих благ путем изменения их принадлежности, состояния или назначения (продажа, залог и др.).

Субъективное право неразрывно связано с юридической обязанностью, которая представляет собой меру должного поведения участников правоотношения. Обязанности субъектов правовых отношений собственности определяются как необходимостью несения бремени собственности, так и необходимостью соблюдения субъективных прав других участников отношений собственности. Таким образом, пределы права собственности обусловлены правами третьих лиц и законными интересами общества. Субъективному праву собственника соответствуют определенные обязанности несобственников.

Объект правоотношения - это то на что направлена деятельность субъектов, т.е. то, на что направлены их субъективные юридические права и обязанности. В качестве объекта правоотношения могут выступать: вещи, а также продукты духовного творчества, поведение участников правоотношения и результаты этого поведения, личные блага неимущественного характера (жизнь, здоровье, честь, достоинство человека). Объектами же правовых отношений

15


собственности выступают результаты материального или духовного производства.

Развитие социально-экономических отношений способствует трансформации системы объектов права собственности. Изменения осуществляются по трем основным направлениям. Во-первых, появляются новые виды имущества. Во-вторых, центр тяжести правового регулирования отношений собственности перемещается с недвижимого имущества на движимое (ценные бумаги различных видов, права требования и т.п.). В третьих, объектом права собственности все чаще выступают не отдельные вещи и права, а их совокупности, объединенные хозяйственным или иным назначением (предприятия, имущественные комплексы)'.

Совокупность социальных благ, принадлежащих конкретному субъекту (собственнику), составляет объект социально-экономических отношений собственности. Чаще всего это имущество соответствующего лица материализованное в конкретных вещах. Поэтому правоотношения собственности часто называются также имущественными правоотношениями, а применительно к субъекту право собственности часто отождествляется с вещными правами. Подобная точка зрения, по мнению диссертанта, представляется недостаточно корректной, так как понятием «имущество» и тем более понятием «вещь» явно не охватываются объекты правоотношений собственности, носящие нематериальный характер. Термином вещное право не охватывается, например, феномен интеллектуальной собственности, под которым понимается совокупность исключительных прав как личного, так и имущественного характера на результаты интеллектуальной и в первую очередь творческой деятельности, а также на некоторые иные приравненные к ним объекты, конкретный перечень которых устанавливается законодательством.

Диссертант отмечает, что в качестве специфического нематериального объекта правоотношений собственности выступает информация.

' Кулагин М.И. Избранные труды. М., 1997. С.251. 16


Согласно Федеральному Закону «Об информации, информатизации и защите информации»2 информационные системы, технологии и средства их обеспечения могут являться объектами собственности. Собственником информационной системы, технологии и средств их обеспечения признается физическое или юридическое лицо, на средства которого эти объекты произведены, приобретены или получены в порядке наследования, дарения или иным законным способом (ч. 2. ст. 17).

Также Федеральным Законом «Об информации, информатизации и защите информации» устанавливается, что информационные ресурсы могут быть государственными и негосударственными и как элемент состава имущества находятся в собственности граждан, органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций и общественных объединений. Информационные ресурсы могут быть товаром, за исключением случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации (ст. 6).

В Законе так определяются лица, использующие информационные ресурсы и системы:

собственник информационных ресурсов, информационных систем, технологий и средств их обеспечения - субъект, в полном объеме реализующий полномочия владения, пользования, распоряжения указанными объектами;

владелец информационных ресурсов, информационных систем, технологий и средств их обеспечения - субъект, осуществляющий владение и пользование указанными объектами и реализующий полномочия распоряжения в пределах, установленных Законом;

пользователь (потребитель) информации - субъект, обращающийся к информационной системе или посреднику за получением необходимой ему информации и пользующийся ею (ст. 2).

Вместе с тем соискатель указывает на то, что информация - это весьма

2 Федеральный закон РФ от 20 февраля 1995 г. 24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации» // СЗ РФ. 1995. № 8. Ст.609.

17


специфический объект права собственности, в полной мере несовпадающий по своим сущностным признакам не только с объектами вещных прав, но и с объектами промышленного и авторского права. Как сложный феномен информация может рассматриваться во многих аспектах. Так по определению, данному Н. Винером, «информация - это обозначение содержания, полученного из внешнего мира в процессе нашего приспособления к нему и приспособления к нему наших чувств»3. В юридической литературе информация рассматривается как специфический нематериальный объект права. Так, например, под информацией предлагается понимать «создаваемые в процессе интеллектуальной деятельности сведения (данные) об окружающем мире и протекающих в нем процессах или сообщения, осведомляющие о положении дел» (В .А. Копылов).

В дефинитивных нормах права информация определяется более конкретно, но по понятным причинам менее содержательно. В Федеральном законе «Об информации, информатизации и защите информации» (ст.2.), информация определяется как «сведения о лицах, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах независимо от формы их представления». В этой же статье дается определение документированной информации как зафиксированной на материальном носителе информации с реквизитами, позволяющими ее идентифицировать4. Закон РФ «О средствах массовой информации» от 27 декабря 1991 г. определяет массовую информацию как «предназначенные для неограниченного круга лиц печатные, аудио, аудиовизуальные и иные сообщения и материалы» (ст. 2). Федеральный закон «Об участии в международном информационном обмене» не дает общего определения информации, но дает определения документированной информации, конфиденциальной информации и массовой информации. Под информацией в данной статье понимаются любые знания, све-

Винер Н. Кибернетика и общество. М., 1958. С.31.

4 Федеральный закон РФ «Об информации, информатизации и защите информации» // СЗ РФ.1995.№8.Ст.609.

5 Закон РФ «О средствах массовой информации» // Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1992. №7. Ст. 300.

18


дения или данные о чем-либо или о ком-либо, которые объективно существуют, где-то хранятся или куда-то передаются независимо от места, формы и формата их представления6.

ГК РФ (ст.28) определяет информацию как один из видов объектов гражданских прав, наряду с другими видами объектов: вещи, в т.ч. имущественные права; работы и услуги; результаты интеллектуальной деятельности (в т.ч. интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

Таким образом, при определении информации как специфического объекта правоотношений в отечественном законодательстве используются такие термины и понятия, как: «информация», «документ», «массив документов», «официальная информация», «массовая информация», «данные», «банки данных», «информационный ресурс»; «компьютерная информация», «файл», «сайт», «страница», «электронно-цифровая подпись»; «общероссийское достояние», «правовая информация» и т.д. Диссертант поддерживает существующую в современной юридической науке точку зрения, согласно которой перечисленное множество терминов можно рассматривать как основание для теории системы объектов информации, выступающей в качестве специального предмета правового регулирования7. Но при этом следует отметить, что в настоящее время такая система еще не сложилась, прежде всего, из-за различий в толковании этих терминов и невозможности установить их системную зависимость и структурную связь.

Во второй главе - «Государственно-правовое регулирование отношений информационной собственности в условиях становления информационного общества» - выделены параграфы: «Специфика государственно-правового регулирования в информационной сфере»; «Государственная гаран-тированность и обеспечение реализации субъективных прав информационной собственности как условия развития информационного общества».

6 Федеральный закон РФ «Об участии в международном информационном обмене» // СЗ РФ.

1996. №28. Ст. 3347.

7 Бачило И.Л. Информация и информационные отношения в праве // НТИ. Сер.1. 1999. №8.

•                                                     19


Рассматривая проблему правового регулирования отношений информационной собственности, соискатель, прежде всего, акцентирует внимание на ее этатистском аспекте, т.е. на роли государства в обозначенном процессе. В этой связи правовое регулирование рассматривается как государственное функционирование, регулятивное воздействие, управление в информационной сфере осуществляемое при помощи юридических средств. Перечисленные виды государственной деятельности, по мнению диссертанта, охватывается такой комплексной категорией как «государственно-правовое регулирование в информационной сфере».

В современной юридической науке право, чаще всего рассматривается как особый социальный регулятор, как специфический инструмент социального управления, посредством которого государство через установление дозволений и запретов, стимулов и наказаний осуществляет регулирование общественных отношений, в том числе и социальных отношений складывающихся в информационной сфере.

Термин «регулирование» произошел от лат. «ге^иЬ» - «правило» и обозначает подчинение определенному порядку, упорядочение, приведение в порядок. Таким образом, само смысловое содержание термина «регулирование», подталкивает на мысль о том, что особую роль в системе социальной регуляции призвано играть право. Именно оно, с рядом его уникальных свойств, выраженных главным образом во всеобщности, возможности строгой определенности по содержанию и высокой обеспеченности максимально соответствует запросам общества в наличии объективных нормативных начал, призванных обеспечивать надлежащий уровень организованности и упорядоченности общественных отношений.

Государственно-правовое регулирование осуществляется в самых разных сферах жизнедеятельности общества - экономической, политической, идеологической и т.д. Не является исключением в этой связи и информационная сфера, которая в ст.2. Федерального закона РФ «Об участии в международном информационном обмене» определяется как «сфера деятельности субъектов, свя-

20


занная с созданием, преобразованием и потреблением информации» .

Вместе с тем рассматриваемый в качестве специфического объекта права собственности, феномен информации имеет существенные отличия от иных объектов соответствующих отношений. Эти отличительные черты, в конечном счете, детерминируют специфику правового регулирования отношений собственности в информационной сфере.

Выделяя информацию в качестве объекта отношений собственности, соискатель указывает на то, что отождествлять информацию и ее материальный носитель нельзя так как право собственности на носитель информации не равнозначно праву на саму информацию. Информация как объект права собственности по своей сути отличается от иных объектов права собственности по ряду сущностных признаков: 1) нематериальная природа информации;     2) ценность объекта определяет содержательная составляющая информации; 3) одна и та же информация как объект права собственности, может одновременно находиться у неограниченного круга субъектов соответствующих правоотношений; 4) многовариантность проявления (множественность форм) информации;

5) одновременная виртуальная доступность информации неограниченному числу субъектов (пользователей) независимо от их территориального местонахождения; 6) информация, как объект права собственности может быть быстро репродуцирована неограниченное количество раз; 7) производство, публичное представление, распространение, накопление, доступность и использование информации практически не требуют затрат материальных ресурсов; 8) невозможность применения к информации как объекту права собственности института залога.

Феномен информации, определяя специфику базисных отношений собственности, оказывает существенное влияние на целый комплекс социальных отношений. Информационные процессы лежат в основе всех эволюционных из-

8 Федеральный закон РФ «Об участии в международном информационном обмене» // СЗ РФ. 1996. № 28. Ст. 3347.

21


менений окружающего нас мира. Информация играет ключевую роль в функционировании общественных и государственных институтов и в жизни отдельно взятого человека. Каждый человек значительную часть своей жизни посвящает информационному обмену: общению с другими людьми, усвоению культурного наследия, самовыражению в речи или письме. Процессы информационного обмена являются условием и предпосылкой существования всякого человеческого общества.

В настоящее время происходят глубинные изменения в экономических и -социальных структурах передовых стран мира и во взаимоотношениях между ними. Основа этих изменений - увеличение значения информации в современной политической системе общества, реализуемое в процессах информатизации и информационного управления. Во всем мире сегодня информационный сектор - информация, знания, информационные услуги — растет быстрее, чем экономика в целом.

Информационные ресурсы, информационные технологии и информационная инфраструктура в совокупности образуют информационное пространство современного общества. Это информационное пространство является системообразующим фактором всей общественной жизни, фундаментальным основанием современной политики государств во всех ее областях.

Традиционный рыночный тип хозяйствования, основу которого состаьля-ет индустриальный способ производства, трансформируется под влиянием достижений научно-технической и информационной революции. Особое значение в условиях становления информационного общества приобретают информационные технологии как сфера приложения интеллектуального труда и, которые, являются предметом регулирования со стороны права интеллектуальной собственности а, в первую очередь, авторского права. В ст. 18 ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации» 9 указывается, что право авторства и право собственности на информационные системы, технологии и средства их

9 Федеральный закон РФ «Об информации, информатизации и защите информации» // СЗ

РФ. 1995. № 8. Ст.609.

22


обеспечения могут принадлежать разным лицам, и собственник информационной системы, технологии и средств их обеспечения обязан защищать права их автора в соответствии с законодательством Российской Федерации.

С учетом конкретизации предмета регулирования также действуют Законы Российской Федерации «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» 10 и «О правовой охране топологий интегральных микросхем»". Указанные нормативно-правовые акты регулируют отношения, возникающие в связи с созданием и использованием объектов авторского права: произведений науки, литературы и искусства, а также фонограмм, исполнений, постановок, передач организаций эфирного или кабельного вещания (смежные права). К объектам авторского права законы относят такие основополагающие элементы информационных технологий, как программа для ЭВМ, база данных для ЭВМ и топология интегральных микросхем.

В сфере регулирования промышленного использования информационных технологий действует Патентный закон Российской Федерации, регулирующий имущественные и личные неимущественные отношения, возникающие в связи с созданием, правовой охраной и использованием объектов промышленной собственности: изобретений, полезных моделей и промышленных образцов.

Использование информационных технологий имеет место в большинстве отраслей российской экономики и сфер общественной жизни, что находит свое закрепление в нормативно-правовых актах различного уровня. Чем сильнее зависимость отрасли экономики от информационных технологий, тем больше количество специальных предметных нормативно-правовых актов, В основном, это акты федеральных органов исполнительной власти Российской Федерации и органов власти субъектов федерации. Меньше существует постановлений и распоряжений Правительства Российской Федерации и указов Президента Рос-

10 Закон РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» // Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. №42. Ст. 2325. '' Закон РФ ««О правовой охране топологий интегральных микросхем» // Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. №42. Ст. 2328.

23


сийской Федерации. Однако и в ряде федеральных законов имеется упоминание о процессах информатизации, использовании информационных технологий, систем и ресурсов в отраслях экономики и государственной деятельности12.

Функционирование современной политико-правовой системы общества строится на основе многосторонних информационных воздействий социальных институтов и отдельных граждан. На передний план сегодня выходит информация, наука становится непосредственной производительной силой, а экономика приобретает сверхсложный характер. В конечном счете, именно многосторонние информационные взаимодействия обеспечивают движение капиталов, технологий и людей - основу современного общественного развития. В информационном обществе первичным становится не стоимость труда, а стоимость информационных ресурсов. Наряду с традиционными формами богатства все большее значение приобретает накопление богатства информационного. Все большее значение в производственной деятельности приобретают процессы присвоения информационных благ.

Таким образом, информационное преимущество является важной социальной силой, способствующей перераспределению экономических, социальных и политических (властных) ресурсов. Вместе с тем информационное неравенство ведет к неравенству социально-экономическому13. Поэтому в условиях становления информационного общества в качестве приоритетного направления государственно-правового регулирования в информационной сфере выдвигается «обеспечение условий для развития и защиты всех форм собственности на информационные ресурсы»14.

В заключении диссертации формулируются основные выводы и положения обобщающего характера, а также определяются перспективные направ-

12 Наумов В.Б. Право и Интернет: Очерки теории и практики. М-, 2002. С.278.

13 Никодимов И.Ю. Информационно-коммуникативная функция государства (опыт теоретико-правового моделирования). СПб.2000. С.80.

14 Указ Президента РФ от 20 января 1994 г. №170 «Об основах государственной политики в сфере информатизации».

24


ления исследований в данной области.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях автора:

1. Информация как объект правовых отношений собственности. // Проблемы развития государства и права в современном российском обществе. Сборник научных сообщений. Выпуск первый «Сущность и характерные черты современного законотворчества». М., МА МВД России. 0,3 п.л.

2. Отношение собственности: социально-экономическая природа, структура и юридическое закрепление. // Вестник Калининградского юридического института. 2001. №1. 0,4 п.л.

3. Некоторые вопросы правового регулирования отношений информационной собственности в условиях становления информационного общества. // Проблемы развития государства и права в современном российском обществе. Сборник научных сообщений. Выпуск второй «Единство мирового опыта и отечественной традиции в развитии российской государственности». М., МосУ МВД России. 2003. 0,4 п.л.

4. Правоотношения информационной собственности: поюггие, структура, актуализация в условиях развивающегося информационного общества, // Криминологический журнал. 0,5 п.л. (в печати).

Подписано к печати й0- ОУ 0^

Объем 1 п.л. Заказ Ч Об Тираж Юв

ОП РИО МосУ МВД России

25


На правах рукописи

Ибрагимова Зарифа Алисухбатовна ^^•^^^-е^Л^р

Особенности расследования преступлений в сфере оборота

контрафактной продукции

Специальность 12.00.09 - уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Воронеж - 2003


Работа выполнена в Воронежском государственном университете

Научный руководитель: доктор юридических наук, доцент Трухачев Вадим Викторович

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор Бахин Владимир Петрович

кандидат юридических наук Хмелева Алла Владимировна

Ведущая организация: Воронежский институт МВД России

/V" Защита состоится   1 июля 2003 года в / ' часов на заседании

диссертационного совета Д.212.038.04 при Воронежском государственном университете по адресу: 394006, г. Воронеж, пл. Ленина, д. 10. ауд. 18.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Воронежского государственного университета

^0

Автореферат разослан «У^ » апреля 2003 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

•-^ ^'гра^г ""                      ЕфановаВ.А.


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. На современном этапе развития преступность в Российской Федерации представляет собой угрозу национальной безопасности. Несмотря на достаточно активные усилия руководства  страны  и  работников  правоохранительных  органов, существенных улучшений в сфере борьбы с преступностью не произошло. Более того, в связи с ростом научно-технического прогресса отдельные виды преступной деятельности развиваются активно, превращаются в мощные криминальные индустрии. К таким направлениям, в частности относятся нарушения авторского и смежных прав, которые выражаются в выпуске и обороте контрафактной продукции.

Как следует из информационного письма Генеральной прокуратуры РФ « О- практике применения законодательства по защите интеллектуальной собственности, состоянии прокурорского надзора и мерах по усилению борьбы с пиратством в аудиовизуальной сфере»     на российском потребительском рынке отмечается постоянный прирост контрафактной продукции.

Торговые убытки России ежегодно в связи с нарушениями Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах» - (аудио, видео, компьютерные программы, компакт-диски книги) по некоторым оценкам составляют около 1 млрд. долларов США, в том числе в сфере видео бизнеса в пределах 600 млн. долларов США, а процентный показатель объема пиратских товаров от общего объема соответствующего типа товаров на рынке нашей страны составляет порядка 90 % (в сфере видеобпзнеса -80%). Чрезвычайно высоким остается уровень контрафактности программного обеспечения. Например, по оценкам компании «Мюгозой» он составляет 92%.


Указанный вид преступной деятельности не только нарушают авторские и смежные права, но и подрывают экономическую основу Российской Федерации, снижают ее международный авторитет.

Отметим, что правоохранительные органы Российской Федерации в последние годы повысили активность борьбы с выпуском и оборотом контрафактной продукции. Так, если в 1999. год)' в Российской Федерации было выявлено 366 преступлений, предусмотренных ст. 146 УК.РФ, то в 2000 году таких преступлений выявлено 773. Если в 1999 году в России было выявлено лишь 156 лиц, совершивших преступления по ст. 146 УК РФ, то в 2000 году уже 256 таких лиц.

Между тем, как свидетельствуют результаты проведенного автором опроса,   следователи и иные работники правоохранительных органов испытывают   потребность в методических и научных разработках, посвященных методике расследования выпуска и незаконного оборота контрафактной продукции. Наличие такой потребности отметило 67% опрошенных следователей прокуратуры.

В последние годы данная потребность была частично реализована, поскольку был выпущен ряд пособий, посвященных защите нарушенных авторских и смежных прав. В частности вышли работы Ю.В. Трунцевского. «Видеопиратство: уголовная ответственность, раскрытие и расследование преступлений» (М.. 2000)»; О.А. Дворянкина « Защита авторских и смежных прав» (М., 2002); Защита авторских и смежных прав по законодательству России / Под ред. И.В. Савельевой) (М., 2002); Основы расследования преступлений против авторских и смежных прав /Под ред. В. Н. Исаенко (М.,2002); Нарушение -авторских , смежных, изобретательских и патентных прав /Под ред. И.Д. Близнеца (М.,2002) и некоторые другие. В 1999 году Р.Б. Хаметовым   защищена   кандидатская   диссертация   «Расследование преступных нарушении авторских прав». Тем не менее, потребность


практики в научном   обеспечении расследования указанной категории преступлений далеко не реализована.

Как свидетельствует изучение данных источников, (некоторые из которых были написаны с участием автора данной диссертации), как правило ведущее место в них занимает характеристика гражданско-правовых вопросов, касающихся интеллектуальной собственности и ее защиты. Собственно расследованию преступлений, предусмотренных ст. 146 УК РФ ««Нарушение авторских и смежных прав» посвящено лишь коллективное исследование   «Основы расследования авторских и смежных прав», изданного под редакцией В.Н. Исаенко, и диссертация Р.Б. Хаметова. Причем создавались данные работы в период, когда не вступил в действие УПК РФ 2001 года.

. Кроме того, в данных работах, как правило, речь идет о расследовании всех видов нарушений авторского смежных прав. В то же время, как показало проведенное автором данной диссертации изучение уголовных дел, свыше 90% уголовных дел возбуждается и расследуется по такому виду нарушения авторских прав как выпуск и оборот контрафактной аудио-видеопродукции, а также программных продуктов.

До конца не преодолено предубеждение некоторых следователей прокуратуры, работников оперативных подразделений о том, что указанный вид преступлений не представляет большой общественной опасности, а расследование таких преступлений не сопряжено со значительными сложностями. Результатом этого, как отмечалось в указанном письме Генеральной Прокуратуры РФ является поверхностное отношение к расследованию.

Данные положения обусловили выбор автором темы диссертационного исследования.


Объектом  исследования  являются  преступная  деятельность, связанная с выпуском и оборотом контрафактной аудио и видеопродукции, программного обеспечения и теория и практика расследования данного вида преступлений в современных условиях.

Предмет исследования — объективные закономерности указанной преступной деятельности и объективные закономерности деятельности лиц, производящих расследование данного вида преступлений.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования является всесторонняя разработка проблем расследования   преступной деятельности, связанной с выпуском и оборотом конткрафактной аудио' и видеопродукции и программного обеспечения.

Данная цель, по мнению автора, достигается путем постановки и решения следующих задач:

- критического  анализа уголовно-правовых  средств  борьбы  с нарушением авторских и смежных прав;

- обоснования рекомендаций по совершенствованию уголовного законодательства, направленного на борьбу с выпуском и оборотом контрафактной аудиовидеопродукии и программного обеспечения;

- конструирования       криминалистической        характеристики рассматриваемого вида преступлений;

- анализ положений, регулирующих порядок и основания возбуждения уголовных дел о преступлениях рассматриваемой категории;

- разработка рекомендаций по совершенствованию тактики проведения доследственной проверки по делам о преступлениях рассматриваемого вида;

- разработка рекомендаций по совершенствованию тактики проведения отдельных следственных действий при расследовании указанного вида


преступлений (следственного осмотра, обыска и выемки, допросов

подозреваемых и обвиняемых, назначения экспертиз).

Методологическая и теоретическая основы исследования.

Методологической основой исследования явились общенаучные методы познания: сравнительно-правовой, формально-логический, системно-структурный и статистический анализ. В работе также использовался метода моделирования, анкетирования, интервьюирования, логические схемы анализа,  синтеза,  индукции,  дедукции,  обобщения  сравнения  и сопоставления полученной информации.

Теоретическую основу исследования составили   труды видных российских и зарубежных криминалистов, а также специалистов в области защиты интеллектуальной собственности: Т.В. Аверьяновой, О.Я. Баева, Р. С. Белкина, В.И. Батнщева, В.П. Бахина, В.М. Быкова. Э.П. Гаврилова, О.А. Дворянкина, А.В. Дулова, В.А. Жбанкова, Б.Д. Завидова, В.В. Крылова, В.Н. Исаенко, А.М. Ларина, В.А. Мещерякова, Е.Р. Российской, А.П. Сергеева, И.В. Савельевой, Ю. В. Трунцевского, Р.Б. Хаметова и других исследователей.

Нормативно-правовая база исследования.   Нормативной базой исследования являются положения Конституции Российской Федерации, Женевской Конвенции об охране интересов производителей фонограмм от незаконного воспроизводства этих фонограмм 1971 года, других документов международного характера.   Значительное внимание в работе уделено Закону РФ от 9 июля 1993 года « Об авторском праве и смежных правах»-как базовому правовому акту в области защиты интеллектуальной собственности. Автором также подробно исследовались положения Уголовного и уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, а также законодательство некоторых зарубежных стран, касающееся защиты интеллектуальной собственности.


Эмпирическая база исследования. Эмпирическую базу составляют результаты изучения 110 уголовных дел и приговоров о преступлениях, предусмотренных ст. 146 УК РФ, расследованных в г. Москве, Московской области, г. Воронеже и других регионах России. Также проанализировано более 30 материалов проверок, по результатам которых в возбуждении уголовного дела было отказано.

Кроме того, автором по специальной программе проведено анкетирование   130 следователей прокуратуры, которым в указанных регионах РФ приходилось расследовать уголовные дела по ст. 146 УК РФ.

Научная новизна диссертационного исследования. Научная новизна исследования  предопределяется недостаточной разработанностью темы работы в юридической литературе, так и с конкретизацией предмета расследования. Автором    предложено оригинальное    комплексное монографическое исследование, касающееся расследования выпуска и оборота контрафактной аудио и видео продукции, а также программного обеспечения. Ранее данные вопросы рассматривались лишь как часть общей проблемы защиты интеллектуальной собственности.

На защиту выносятся следующие основные положения.

- Обоснованность установления уголовной ответственности за преступления в сфере оборота контрафактной продукции в отдельной части ст. 146 УК РФ.

- Обоснованность установления в УК РФ количественного показателя, определяющего крупный и особо крупный размер ущерба при выпуске и обороте контрафактной продукции;

- Содержание криминалистической характеристики рассматриваемого вида преступлений;


- Анализ методов взаимодействия правоохранительных органов -и организаций, занимающихся борьбой с выпуском и оборотом «пиратской» продукции;

- Криминалистические рекомендации, касающиеся взаимодействия следователя прокуратуры и оперативных работников МВД, осуществляющих оперативно-розыскное обеспечение расследования указанных видов преступлений;

- Анализ специфики возбуждения уголовных дел данной категории и проведения доследственой проверки;

-Тактические рекомендации, касающиеся проведения проверочной закупки;

-Криминалистические  рекомендации,  касающиеся  оптимизации отдельных следственных действий при расследовании преступлений о выпуске и обороте контрафактной аудио- видео- продукции или программного обеспечения.

Теоретическая и практическая значимость работы. Теоретическая значимость работы определяется тем, что разработанные в ней положения существенно расширяют и углубляют знания в области расследования преступной деятельности, заключающейся в выпуске и обороте контрафактной аудио- видео- продукции или программного обеспечения.

Практическая значимость работы заключается в том, что изложенные в ней положения могут быть непосредственно использованы следователями, прокурорами, работниками оперативных подразделений при расследовании преступлений, предусмотренных ст. 146 УК РФ.

Кроме того, положения и выводы, содержащиеся в диссертации, могут быть использованы в учебном процессе при подготовке студентов юридических вузов в ходе изучения курса «Криминалистика», спецкурсов «Расследование   отдельных   видов   преступлений»,   «Преодоление


10

противодействия предварительному расследованию» и .ряда других. Они также могут быть использованы на курсах повышения квалификации. следственных и оперативных работников, а также иных работников правоохранительных органов и судей.

Апробация результатов исследования. Основные положения и выводы диссертации неоднократно обсуждались на ряде научно-практических конференциях.

Основные положения диссертации изложены автором в 10 публикациях. Он является соавтором 2 фундаментальных научно-практических пособий, посвященных вопросам уголовно-правовой защиты и расследования нарушений авторских и смежных прав.

Структура работы обусловлена ее темой, целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, включающих 8 параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложений.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении диссертации обосновывается выбор темы исследования ее актуальность, степень разработанности, определяются цель и задачи исследования, характеризуются методологическая и эмпирическая база, определяются основные положения, выносимые на защиту, научная и практическая значимость исследования, его апробация.

Первая глава «Правовой и криминалистический анализ преступлений в сфере оборота контрафактной продукции» состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «Уголовно-правовые средства борьбы с нарушением авторских и смежных прав» посвящен анализу состава преступлений, предусмотренного ст. 146 УК РФ.


В связи с этим, необходимо учитывать следующие обстоятельства. В силу объективных причин, прежде всего краткосрочного периода существования новой редакции ст. 146 УК РФ, автор ограничился кратким сравнением в работе действующей редакции ст. 146 УК РФ и предыдущей редакцией данной статьи.

Даже краткий сравнительный анализ показывает, что в   целом законодатель положительно воспринял предложения, которые на протяжении нескольких последних лет высказывались на страницах печати рядом криминалистов, в том числе и автором данной работы. К ним в частности относится:

-закрепление в уголовном законодательстве термина контрафактность продукции ( произведений или фонограмм) и закрепление повышенной уголовной ответственности за эти действия по сравнению,  с иными нарушениями авторских и смежных прав, например, присвоением авторства

-введение понятия особо крупный ущерб при выпуске или обороте контрафактной продукции;

-определение в примечании к ст. 146 УК РФ четких количественных показателей, характеризующих крупный либо особо крупный ущерб при обороте контрафактной продукции;

-установление в качестве квалифицирующего признака использование лицом своего служебного положения;

-введение в санкцию указанной статьи (в часть 3) возможности конфискации имущества.

При этом необходимо уточнить, что диспозиция ст. 146 УК РФ является бланкетной. В связи с этим, необходимо иметь ввиду, что слово « контрафактность» (от сопп-еГасоп.- фр.) означает нарушение прав интеллектуальной собственности. Закон РФ «Об авторском Праве и смежных


12

правах», в частности, в ст. 48, в п.4 ст. 49 и в ст. 50 указывает, что контрафактными являются экземпляры произведения и фонограммы, изготовление и распространение которых влечет за собой нарушение авторских и смежных прав.

Именно выпуск либо незаконный оборот контрафактной продукции в подавляющем большинстве случаев является наиболее опасным и квалифицированным видом нарушения авторских и смежных прав. Как показало изучение следственной и судебной практики, иные виды нарушения указанных прав, как правило, решаются в   порядке гражданского судопроизводства. В случае же массового выпуска конктрафактной продукции, помимо нарушения прав граждан, несомненно, происходит-нарушение стратегических интересов государства в сфере интеллектуальной собственности и в экономической сфере. В связи с этим следует поддержать решение законодателя, который в новой редакции ст. 146 УК РФ четко сформулировал в отдельной (второй) части ст. 146 УК РФ действия, заключающихся в приобретении, хранении, перевозке контрафактных экземпляров произведений или фонограмм и установил за эти действия повышенную уголовную ответственность по сравнению с присвоением авторства.

В то же время, ущерб в 100 минимальных размеров оплаты труда, наличие которого делает преступными нарушение авторских и смежных прав, указанных в ст. 146 УК РФ, по мнению автора диссертации, слишком мал. С учетом распространенности данного вида действий, указанное законодательное нововведение буде способствовать резкому увеличению числа лиц, которые на государственном уровне будут признаваться преступниками и осуждаться. В данном случае, как полагает автор работы, цель общей превенции будет «срабатывать», если лица, совершившие выпуск


13

' и оборот контрафактной продукции в небольших размерах (до двухсот минимальных  размеров   оплаты   труда)  будут  привлекаться   к административной ответственности.

Второй параграф первой главы «Криминалистическая характеристика преступлений в сфере оборота контрафактной продукции». «К числу обязательных элементов криминалистической характеристики преступлений рассматриваемого вида относятся:

1) Сведения о лицах, осуществляющих выпуск и оборот контрафактной продукции,  наличии  преступных  связей; 2)Предмете  преступного посягательства;   3)Механизме следообразования; 4)Способе совершения преступной   деятельности;   5)Месте   изготовления   (тиражирования контрафактной продукции) и месте ее реализации

Как свидетельствуют материалы следственной практики, лиц, занимающихся незаконным оборотом контрафактной продукции в сфере аудио и видеоиндустрии, а также установления программного обеспечения, можно условно разделить на следующие группы:

1 )организатор - изготовитель - лицо, которое непосредственно организует изготовление, и затем продает продукцию оптом в условиях конспирации покупателям крупных партий;2) изготовитель-реализатор -лицо, которое непосредственно изготавливает и сам активно участвует в процессе оптовой либо розничной реализации; 3) оптовый реализатор -лицо, которое покупает готовую контрафактную продукцию данного вида у изготовителей и оптом реализует ее в различных местах; 4) розничный реализатор - лицо, которое покупает готовую контрафактную продукцию у оптовых реализаторов и продает ее в розницу либо мелкими партиями.5) реализатор-наемник -лицо, которое не владеет контрафактным товаром, но выступает в роли продавца, получая за это определенный процент.


14

В области контрафактного оборота программного обеспечения можно выделить еще одну фигуру - «инсталлятора». Данные лица занимаются установлением     программного  обеспечения  и  незаконным  его тиражированием.

В   работе   приводятся   подробные   статистические   данные, характеризующие каждую из названных групп преступников.

Применительно к рассматриваемой нами категории преступлений в механизм следообразования входят следующие элементы:

Предметы преступного посягательства: В области аудио и видеотехники к ним относятся   контрафактные аудиокассеты и их упаковка, компакт-диски и их упаковка. В работе приводится подробный перечень признаков, указывающих на контрафактность продукции рассматриваемого вида. Помимо предметов посягательства, в систему типовых следов данной категории преступлений входят орудия и средства производства контрафактной продукции. К ним, в первую очередь относятся видеомагнитофоны, аудиомагнитофоны, другая аудио и видеоаппаратура. Часто используются сканер и принтеры, при помощи которых возможно тиражирование   упаковок,   этикеток,   наклеек,   «подтверждающих» лицензионность продукции.

Важная для дела информация может храниться в памяти компьютеров. Поэтому, при обнаружении компьютера следователь должен обратить на него особое внимание и с участием специалиста извлечь интересующую следствие информацию. Носителем следовой информации по указанным категориям дел являются также полиграфическое оборудование, на котором печатались упаковки, а также полуфабрикаты сырья, из которого производилась контрафактная продукция.


15

./

Следовоспринимающим объектом, на котором остаются важные для расследования указанной категории дел следы, является различная документация, носящая как официальный характер, так и черновые записи, которые ведут участники преступной деятельности для расхода материалов, подсчета и распределения доходов и т.д.

Характеризуя способы рассматриваемого вида преступлений следует отметить, что подготовительная часть указанного вида преступлений обычно включает в себя следующие действия: установление преступных связей с лицами, занимающимися незаконным оборотом контрафактной продукции;

изучение преступного опыта лиц, ранее занимающихся указанным видом преступной деятельности; установление мест оптового или розничного сбыта или реализации указанной контрафактной продукции; изучение конъюнктуры рынка, продукции, пользующейся наибольшим спросом;

приискание помещения, где будут производиться выпуск, хранение, либо реализация контрафактной аудио или видеопродукции; приискание (покупка) оборудования, необходимого для выпуска, хранения, либо транспортировки контрафактной продукции; подбор соучастников, если преступление планируется совершать группой лиц; их инструктаж, найм работников, которых первоначально не планируется посвящать в преступный характер деятельности.

Особый  интерес представляют действия,  которые, хотя  и осуществляются на стадии подготовки к совершению преступления, но осуществляются в целях сокрытия преступной деятельности. Отметим, что эти действия в большинстве случаев (83%) реализовывались, когда выпуск контрафактной продукции и ее оборот осуществляли преступные группы, а не распространители - одиночки. Другой важной криминалистической


16

особенностью является то, что указанные действия составили большинство (свыше 90%) общих действий, направленных на сокрытие преступлений.

В систему указанных действий как, показало изучение уголовных дел могут входить: заранее обдуманное или непреднамеренное использование регистрации в качестве предпринимателя без образования юридического лица либо образование юридического лица в целях придания выпуску контрафактной продукции внешне легального бизнеса (способ встречался в 74% изученных дел); заключение в целях маскировки   выпуска и распространения оборота контрафактной продукции договоров с фирмами правообладателями (при этом выпуск лицензионной продукции составлял лишь малую часть от действительного объема продукции) (11 % изученных дел); заключение договоров с правообладателями на право тиражирования и распространения аудио или видеопродукции на небольшой срок и выпуск под таким «прикрытием» контрафактной продукции длительное время (9% изученных дел) и др.

Отметим, что 34% следователей прокуратуры отнесли к трудностям установления   изготовителей   контрафактной   продукции   наличие коррумпированного прикрытия работниками МВД.

Способы реализации аудио и видеопроизведений сходны: они либо поступают в продаж)', либо    сдаются в прокат (характерно для контрафактной видеопродукции).

Свои особенности имеют способы выпуска и оборота контрафактного программного обеспечения. Они осуществляются путем копирования оригинальных программ на лазерных дисках для СО-КОМ, инсталляции программного обеспечения, приобретенного на легальной основе.


17

Элементом  криминалистической  характеристики  преступлений являются также сведения о месте изготовления, хранения и реализации контрафактной аудио или видеопродукции.

Как показало Обобщение судебной практики, контрафактная аудио и видеопродукция, изготавливается в следующих местах: в жилых помещениях; в нежилых непроизводственных помещениях, специально арендованных для выпуска контрафактной продукции. В дальнейшем они оборудуются для выпуска контрафактной продукции в производственных помещениях, в которых имеется оборудование, которое частично может быть использовано для выпуска контрафактной продукции.

Инсталляция    нелицензионного    программного    обеспечения производится в большинстве случаев в помещениях небольших фирм и организаций.    Как правило, крупные предприятия и организации устанавливают лицензионноеГпрограммное обеспечение.

Вторая Глава «Возбуждение уголовного дела и тактика проведения отдельных следственных действий при расследовании преступлений в сфере оборота контрафактной продукции».

Первый параграф «Порядок возбуждения уголовного дела в сфере оборота контрафактной продукции». Прежде чем начать расследование уголовного дела по признакам ст. 146 УК РФ, следователь должен изучить тот минимум  нормативного  материала,  который  позволяет  ему ориентироваться в области по существу, гражданского права, то есть в той, в которую следователь вторгается достаточно редко.

Факты возбуждения уголовных дел по ст. 146 УК РФ по инициативе «антипиратских» организаций следует в целом оценить положительно, однако это не снимает с правоохранительных органов обязанности по активному выявлению и пресечению фактов выпуска и оборота


18

контрафактной продукции. В то же время следует достаточно осторожно относится к самостоятельным проверкам сведений о реализации контрафактной продукции, производимым работниками данных организаций без участия сотрудников правоохранительных органов, так как это может «спугнуть преступников».

Основная информация о выпуске и обороте контрафактной продукции определенными лицами стала известной органами расследования: в результате оперативно-розыскных мероприятий, проводимых ОБЭП (36%); в результате проверок иных подразделений органов внутренних дел (7%); от представителей правообладатеяей той или иной продукции (22%); в ходе анализа рекламы различных фирм и частных лиц о производстве услуг по выпуску и обороту продукции (9%), которая может выпускаться контрафактным путем; в ходе расследования иных уголовных дел, прежде всего экономической направленности (8%); от представителей иных правоохранительных органов и ведомств, прежде всего налоговых и таможенных органов (7%); от зарубежных правоохранительных органов(1%);

от отдельных граждан и организаций, направивших письма и иные сообщения в правоохранительные органы (5%); иным способом (5%)

Параграф второй «Доследственная проверка»    Проведению проверочной закупки, осмотру места происшествия и получению объяснений от лица, заподозренного в выпуске или обороте контрафактной продукции, должна предшествовать серьезная подготовительная работа. В ходе данной работы, используя все возможности оперативно-розыскной деятельности, необходимо получить информацию о принадлежности тех или иных смежных прав, узнать, как выглядит оригинальный продукт правообладателя;

при необходимости провести отбор образцов продукта для сравнительного


19

исследования; исследовать его; в ходе наблюдения произвести разведку местности, получить иную необходимую информацию.

Проведению проверочной закупки должны сопутствовать некоторые мероприятия,   в  результате  которых  можно  получить   важную доказательственную информацию. В частности, необходимо получить информацию из администрации рынка, (магазина, торгового комплекса) о том, как давно проверяемое лицо арендует торговое место, имеются ли в договоре на аренду указание какого вида товар продается, сколько торговых мест арендует это лицо. В том случае, если одним предпринимателем арендуется несколько торговых мест, необходимо проверить и эти точки.

Параграф третий «Следственный осмотр». Объектами следственного осмотра по делам о расследовании выпуска и оборота контрафактной продукции являются: помещения, в том числе жилые, где производится крнтрафактная   продукция   либо   устанавливается   нелицензионное программное обеспечение; помещения либо иные хранилища, в которых хранится контрафактная продукция; автотранспорт, в котором перевозится контрафактная продукция; место реализации контрафактной продукции;

предметы преступления - аудио или видеокассеты с признаками кортрафактности, их упаковка и маркировка, компакт-диски, их упаковка и маркировка;   компьютерная  техника,  на  которой  инсталлировано нелицензионное программное обеспечение; орудия и средства совершения преступления - оборудование для изготовления аудио или видеозаписей, компакт-дисков,  их  упаковки;  документы,   подтверждающие   или опровергающие факт выпуска и оборота контрафактной продукции.

Параграф четвертый «Обыск и выемка». Изучение уголовных дел рассматриваемой категории показало, что на практике иногда  обыск подменяется  следственным осмотром, так как процессуальный режим


20

проведения осмотра является более упрощенным. На наш взгляд, этому способствуют и некоторые рекомендации некоторых авторов, приводимые в криминалистической литературе.

Путем выемки и обыска по делам рассматриваемой категории могут быть получены документы, подтверждающие, что проверяемое лицо занимается торговлей на конкретном месте длительное время, отчитывается о своей деятельности перед налоговыми органами и другие указанные ранее объекты    - носители материальных следов преступной деятельности. Параграф содержит ряд практических рекомендаций, касающихся тактики проведения обыска и выемки рассматриваемой категории преступлений.

Параграф пятый. Как показало изучение уголавных дел, в ходе судебного разбирательства полностью признали себя виновными по ст. 146 УК РФ 58% субъектов, занимающихся указанной преступной деятельностью без соучастников; 26% признали свою вину частично (причем примерно треть от указанного числа отрицали   свою вину в распространении порнографической видеопродукции, а не распространение контрафактной видеопродукции); лишь 16 % полностью отрицали свою вину.

Если преступление, предусмотренное ст. 146 УК РФ совершалось группой лиц, то, напротив, лишь 18% полностью признали свою вину в ходе судебного разбирательства; частично признали себя виновными 39%;

полностью не признали себя виновными 43% подсудимых. В основном участники преступных групп, отрицая свою вину стремились «переложить», основную долю вины на соучастников.

Ложные мотивировки преступников, занимающихся незаконным выпуском и оборотом контрафактной продукции в составе группы, более сложны. Как показывает изучение уголовных дел, в основном их можно свести к двум направлениям: деятельность по выпуску и обороту указанной


21

продукции была законной, имели место лишь незначительные финансовые нарушения; указанная деятельность была незаконной, но допрашиваемое лицо играло в структуре группы второстепенную роль, выступало лишь в качестве пособника, либо вообще знало об этом понаслышке.

Исходя из сложившейся ситуации 'расследования, следователь определяет оптимальную линию поведения, определяет последовательность применения тактических приемов. В  первом случае, когда на первоначальном этапе получены данные о том, что преступление совершил преступник-одиночка и он с высокой степенью вероятности не будет отрицать своей вины, целесообразно применение следующих тактических

приемов:

Использование метода убеждения, основанного на изучении свойств

личности допрашиваемого лица, а также использование части доказательств, добытых следствием с возможно подробным техническим комментарием специалиста, который может разъяснить в ходе допроса очевидную несостоятельность ложных оправдательных мотивировок допрашиваемого.

К числу эффективных тактических приемов такого рода относится н так называемая «демонстрация возможностей расследования».

Когда речь идет о членах организованных преступных групп, занимающихся оборотом контрафактной продукции, такие тактические приемы как «убеждение», «использование» положительных качеств личности допрашиваемого, обычно успеха не имеют.

В связи с этим, важной целью реализации тактических приемов в ходе допроса членов преступных групп является их разобщение. В структуре данных противоречий выделяются две следующие группы: ^противоречия между организаторами (руководителями) и иными активными членами


группы, образующими ее «руководящее ядро». В данную группу обычно входят следующие противоречия

- противоречия между распределением ролей в преступной организации;

— противоречия в распределении доли преступного дохода. Другую группу противоречий, которые можно использовать в ходе расследования рассматриваемой преступной деятельности в составе группы является противоречие между собственниками (владельцами) предприятий, либо крупных партий товара и лицами, выполняющими второстепенные роли. В данном случае, следует учитывать действие нескольких факторов, в том числе и социальных.

Следует признать обоснованной практику полного либо частичного освобождения от уголовной ответственности по делам данной категории лиц, занимающих второстепенное месте в выпуске и обороте контрафактиой продукции в целях установления и изобличения организаторов указанной преступной деятельности.

Параграф шестой «Назначение и проведение экспертизы по делам о выпуске и обороте контрафактной продукции». Как показало изучение судебной и следственной практики, следователи и суды по-разному именуют экспертизы по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 146 УК РФ: в уголовных делах такого рода экспертизы назывались техническими, технико-криминалистическими,   почерковедческими,   видеофонографическими, автороведческими или авторскими.

Понятие «контрафактность», является сугубо юридическим, поскольку связано с различными формами использования права: в соответствий с законом или в нарушение закона. Таким образом, необоснованно, на наш взгляд, ставить перед экспертом чисто юридический (правовой) вопрос о


23

контрафактности определенной продукции. На данный вопрос должен ответить следователь. Эксперт в ходе экспертного исследования при помощи специальных познаний и технических средств, прежде всего устанавливает, имеют ли представленные на его исследование экземпляры продукции

технические признаки контрафактиости.

Также выходящим за пределы компетенции эксперта является вопрос о

том, является ли крупным размер ущерба, причиненный выпуском или

оборотом контрафактной продукции.

Параграф завершается рядом практических рекомендаций по

проблемам назначения рассматриваемого вида экспертизы.

В заключении излагаются основные выводы и предложения,

-

отражающие основные положения проведенного исследования.

Основные положения диссертации опубликованы в следующих

работах:

1. Ибрагимова З.А. Мошенничество в сфере высоких технологий / З.А.

Ибрагимова, Б.Д. Завидов // Современное право и экономика -2001. -№4-

С.22-27 (0,4 п.л.-0.2 авт).

2. Ибрагимова ЗА. Комментарий к ст. 146 УК РФ / Ибрагимова З.А.

Лаптев Е.Г. / Комментарий к УК РФ. Расширенный уголовно-правовой анализ. - М.: Экзамен,2002- С.285-287 (0,2 п.л.- авт 0,1п.л.).

3. Ибрагимова З.А. Основы расследования преступлений против авторских и смежных прав /О.Б. Гусев, Б.Д. Завидов, З.А. Ибрагимова и др. -М.: Экзамен, 2002. - 256с. (13,4 п.л. — авторство не разделено).

4.Ибрагимова З.А. Правовое положение гражданского истца и потерпевшего по уголовным делам о нарушении авторских и смежных прав /З.А. Ибрагимова, Б.Д. Завидов // Интеллектуальная собственность.


24

Авторское право и смежные права .-2001'.- №8- С.61-69. (0,4 п.л. - авт.0,2 п.л.).

5. Ибрагимова З.А. Экспертизы по определению контрафактности продукции в аудиовизуальной сфере /Б.Д. Завидев, С.Ю. Лапин, ЗА. Ибрагимова // Российский следователь. - 2001.-.№6.-С.10-14. (0,3п.л.- авт.-0,1п.л,).

6. Ибрагимова З.А. Поводы, основания и порядок , возбуждения уголовного дела о преступных нарушениях авторских и смежных прав / З.А. Ибрагимова// Российский следователь.-2001.-№8.- С. 11-13. (0,2п.л.)

7. Ибрагимова ЗА. Нарушения авторских, смежных, изобретательских и патентных прав (Вопросы практического расследования и теоретических исследований) / Под ред. Близнеца ИА. - М.: Приор,2002.-^ЮОс. (авторство не разделено).

8. Ибрагимова З.А. Признание лица гражданским истцом и предъявление иска по делам о преступных нарушениях авторских и смежных прав / З.А. Ибрагимова // Российский следователь.-2001.-№7.С.П-14 (0,2п.л.).

9. Ибрагимова З.А. Законодательное регулирование вопросов защиты авторских и смежных прав и причины роста пиратства в России / Б.Д. Завидов, З.А. Ибрагимова //Юрист-№7.С.26-28 (0,2п.л.- 0,1 авт).

10. Ибрагимова З.А. Вопросы назначения и проведения экспертиз по делам о нарушении авторских и смежных прав/ Б.Д. Завидов, С.Ю. Лапин, З.А. Ибрагимова // Российский следователь .-2002.-№2.С.7-11. (0,3 п.л. -0,1 п.л. авт).

Лицензия ИД X» 00437 от 10.11.99. Заказ № 275. Формат 60х84 '/,„ Объем 1,5 пл. Тираж 100 экз.

Типография ВГУ. 394000, г. Воронеж, ул. Пушкинская, 3.


На правах рукописи

Ситдикова Роза Иосифовна

МЕЖДУНАРОДНЫЕ СТАНДАРТЫ И ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ОХРАНА КОМПЬЮТЕРНЫХ ПРОГРАММ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Специальность 12.00.03 - гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Казань - 2003

ВА МВД России СЕКРЕТАРИАТ

Вх.Ые   ^^

.листов


Работа выполнена на кафедре гражданского права в процесса Казанского

государственного университета.

Научный руководитель кандидат юридических наук, доцент Н.Е. ТЮРИНА

Официальные оппоненты:

доктор юридических наук, профессор В.П. ВОЛОЖАНИН кандидат юридических наук А.ИАБДУЛЛИН

Ведущая организация:

Самарский государственный университет

Защита состоится 17 июня 2003 года в 10.00 часов на заседании Диссертационного совета Д 212.081.13 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора наук в Казанском государственном университете им. В.И. Ульянова-Ленина (420008, г. Казань, ул. Кремлевская, д. 18, ауд. 326).

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке им. Н.И. Лобачевского Казанского государственного университета.

Автореферат разослан 7^ мая 2003 г.

Ученый секретарь Диссертационного совета Кандидат юридических наук, доцент

А.Р.Каюмова


Актуальность исследования. На современном этапе право интеллектуальной собственности является одной из самых активно развивающихся нормативных систем как на международном так и национальном уровне, что обусловлено резким повышением роли и значения результатов творческой деятельности не только в культурной, но и в экономической сфере современного общества. Об этом свидетельствует и тот факт, что в июне 2000 года под эгидой Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности была принята Всемирная декларация по интеллектуальной собственности, в которой говорится, что «в двадцать первом веке мир станет свидетелем ускоренной интеграции экономики различных стран и развития общества, основанного на знаниях, и что в таких условиях интеллектуальная собственность будет играть большую роль в жизнедеятельности человека, чем когда-либо раньше за всю его историю»'. Одним из наиболее значительных факторов, влияющих на формирование общества двадцать первого века, как указывается в подписанной Президентом РФ Окинавской Хартии Глобального Информационного Общества от 22 июля 2000 года, является развитие информационно-коммуникационных технологий, важной составляющей которых является программное обеспечение компьютеров. При этом подчеркивается большое значение защиты прав интеллектуальной собственности на информационные технологии в условиях их широкого внедрения и развития конкуренции. Правительства стран, подписавших Хартию, подтвердили обязательство использовать только лицензированное программное обеспечение, в связи с чем вопросы правового регулирования отношений по поводу охраны и использования компьютерных программ как одного из объектов интеллектуальной собственности приобретают особую актуальность.

Отличительной особенностью прав на объекты интеллектуальной собственности, как известно, является их территориальный характер, когда охрана объектов интеллектуальной собственности на территории других государств предоставляется только на основании международного соглашения. В условиях развития современных средств коммуникации значение международных договоров в деле охраны объектов интеллектуальной собственности значительно возрастает. В частности, повышается их роль в формировании национальных законодательств различных стран и в процессе их унификации. В то же время наличие соответствующего международным стандартам национального законодательства об охране интеллектуальной собственности является непременным условием вхождения государства в международ-

' Интеллектуальная собственность.. 2002.- 4.-С.14-17.


ное экономическое сообщество, что весьма актуально для Российской Федерации. Так, приведение отечественной правовой системы охраны компьютерных программ, как одного из важнейших объектов интеллектуальной собственности, участвующих в международном товарообмене, в соответствие с международными стандартами является составной частью обязательств, исполнение которых служит условием для вступления Российской Федерации во Всемирную Торговую Организацию.

Необходимо отметить также, что и международные стандарты и законодательство Российской Федерации о защите интеллектуальной собственности не являются статичными системами. В настоящее время на международных форумах широко обсуждаются вопросы совершенствования охраны прав авторов и использования произведений в связи с развитием новых технологий и расширением международного сотрудничества, уже разработано несколько новых международных договоров и готовятся проекты других. В Российской Федерации также наблюдается повышенное внимание к данной сфере правового регулирования: дискутируется "вопрос о необходимости кодификации законодательства об интеллектуальной собственности, предложены проекты изменений Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах», в декабре 2002 года внесены изменения и дополнения в Закон РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных». Все это говорит о том, что исследования в области правовой охраны интеллектуальной собственности приобретают особую актуальность и значимость с точки зрения правовой теории и практики.

Степень разработанности темы. Общие доктринальные положения относительно правовой охраны объектов интеллектуальной собственности в целом и объектов авторского права, в частности, получили освещение в работах А.П, Сергеева, В.А, Дозорцева, Э.П. Гаврилова, Г.Ф.Шершеневича, Никитиной М.И., С, А Чернышевой, С.В.Петровского, А.Корчагина, С.А. Барышева и др.

Вопросы международно-правовой охраны интеллектуальной собственности на международном универсальном и региональном уровне исследовались в работах по международному частному праву   М.М. Богуславского, Ю.Г.Матвеева, М.Н.Кузнецова,  В.П.Звекова,  А.М.Минкина,  А.Э.Толстухина,  Ю.Базедова, А.И.Абдуллина и др.

Проблемам правового регулирования охраны компьютерных программ посвящены   работы А.Б.Гелб, Л.С.Симкина, Г.В.Виталиева, Л.И.Подшибихина,


Ю.Т.Гульбина, В.И.Еременко, Ф.В.Широкова, Д.В. Огородова, Расторгуева С.О., А.Титова и др.

Особенности защиты нарушенных авторских прав и отдельная судебная практика по этим вопросам анализируются в работах Л.С.Симкина, Э.П.Гаврилова, В-А.Хохлова,   Д.Гроувер,   А.Б.Глебовского,   С.К.Вождалова,   С.В.Бубнова .И.В.Савельевой и др.

В работах Л.Кравец, Е.В.Куликовой, В.Кравченко, А.Симоновой и др. рассматривается некоторые аспекты влияния современных технологий на развитие авторского права на современном этапе. Среди зарубежных авторов этому вопросу посвящены работы Маркус Стефанобломе, Небила Мезгани, Андре Керевер и др.

Отдельные вопросы соотношения международных и национальных норм об охране объектов интеллектуальной собственности исследовались в работах отечественных и зарубежных авторов: М.М. Богуславского, А.П.Сергеева, Э.П.Гаврилова, Н.Е.Тюриной, С.Сударикова, И.Силонова, П.Б.Мэггса, М.Эделмана, Шахид Алиха-на, Небила Мезгани, Никола Раур, О. Олтеану и др.

Однако специального комплексного исследования проблемы, которая поднимается в данной диссертационной работе, в отечественной юридической науке еще не было.

Цели и задачи исследования. Целью настоящего исследования является установление соотношения правового регулирования охраны и защиты компьютерных программ в Российской Федерации и требований международных соглашений в области авторского права, современных мировых тенденций его развития.

В соответствии с данной целью были поставлены следующие задачи:

- определить особенности правовой охраны компьютерных программ как нетрадиционного объекта интеллектуальной собственности;

- проследить становление и проанализировать современное состояние международной и отечественной систем правовой охраны компьютерных программ;

- проанализировать основные положения об охране объектов авторского права в актах, действующих на универсальном и региональном уровне с точки зрения их эффективности в отношении компьютерных программ;

- изучить точки зрения отечественных и зарубежных авторов по вопросам, составляющим предмет исследования.


Методология исследования. При написании работы применялись общенаучные и частнонаучные методы исследования. Из общенаучных методов были использованы: метод системного и комплексного анализа, исторический и формальнологический методы. Из частнонаучных - сравнительно-правовой метод, метод толкования закона и технико-юридический анализ.

Научная новизна работы. Научная новизна работы заключается в том, что настоящая диссертация является первым комплексным исследованием правового регулирования охраны компьютерных программ в Российской Федерации с точки зре-•ния его соответствия его международным стандартам и современным тенденциям в рассматриваемой области. В рамках диссертационного исследования

- осуществлен комплексный анализ системы международно-правового ре-'      - гулирования охраны компьютерных программ;

'   - проанализированы роль и значение положений Директив ЕЭС для форми-'рования национального законодательства об охране компьютерных программ в Российской Федерации и других государствах;

- проанализировано законодательство Российской Федерации об охране и защите компьютерных программ в аспекте их соответствия положениям международных договоров;

- выдвинут ряд предложений по совершенствованию охраны и защиты ;         компьютерных программ в Российской Федерации в плане приведения в соответствие законодательства Российской Федерации с требованиями международных стандартов в области охраны интеллектуальной собственности;

- выявлены некоторые противоречия между Законом РФ «Об авторском праве и смежных правах», нормы которого являются общими в области правового регулирования охраны авторских прав в Российской Федерации, и специальным Законом РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» и выдвинуты предложения по устранению выявленных противоречий;

- исследованы способы защиты в случае нарушения авторских прав на

компьютерные программы.

В результате проведенного исследования были сформулированы следующие положения, выносимые на защиту:


1. Компьютерные программы, безусловно, являются объектом интеллектуальной собственности, как результат творческой деятельности, однако имеют ряд отличий от традиционных объектов авторского или патентного права. Эти отличия обусловлены тем, что компьютерные программы предназначены для осуществления управления работой технического устройства - компьютера, но при этом являются решением не технической задачи, а логико-математической. В то же время, объективная форма их выражения позволяет чрезвычайно быстро и дешево изготавливать копии, не отличающиеся по качеству от оригинала. Отмеченные особенности и информационный характер объекта требуют особого подхода к правовому регулированию охраны компьютерных программ, в котором принципиальное значение имеет защита от копирования.

2. Содержание понятия объекта авторского права, заложенное в международных соглашениях, позволяет предоставить охрану компьютерньм программам на основе авторского права как литературным произведениям без соблюдения каких-либо формальностей и включить их в международную систему охраны авторских прав. Такое приравнивание компьютерных программ к литературньм произведениям не означает их полного отождествления, а осуществляется только в целях предоставления правовой охраны.

3. Международная система авторского права не позволяет учитывать многих особенностей использования компьютерных программ, вытекающих из специфики объекта охраны и характера его назначения. Специальные положения об охране компьютерных программ, дополняющие универсальные нормы авторского права, разработаны на региональном уровне и содержатся, частности, в Директиве Совета ЕЭС   от 14 мая 1991 года об охране компьютерных программ (91/250/ЕЭС). Эти нормы оказали существенное влияние на формирование национальных законодательств об охране компьютерных программ не только в странах ЕС, но и в государствах, не входящих в Союз, в том числе и в Российской Федерации. Данный факт свидетельствует о целесообразности принятия специального международного соглашения о правовой охране компьютерных программ, за основу которого могут быть взяты принципиальные положения указанной Директивы ЕЭС. Принятие специального международного соглашения об охране компьютерных программ вполне согласуется с нормами международного авторского права, поскольку в соответствии со ст. 20 Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений, участницей которой


является и Российская Федерация, за государствами-членами Бернского Союза сохраняется право заключать между собой самостоятельные соглашения, не противоречащие ее нормам, предоставляющие более широкие права, чем установлено конвенцией, или содержащие иные положения.

4. Участие Российской Федерации в универсальных конвенциях по авторскому .праву: Бернской конвенции об охране литературных и художественных произве-дений и Всемирной конвенции по авторскому праву обеспечивает минимальную охрану прав авторов компьютерных программ в странах участницах соответствующих союзов путем предоставления им охраны как объектам авторского права на основе национального режима.

5. Законодательство Российской Федерации об охране компьютерных программ • формировалось под влиянием мировых тенденций и в соответствии с положениями международных соглашений различного уровня в рассматриваемой области. Нормы универсальных международных конвенций в области авторского Права имплементированы в правовую систему Российской Федерации путем Прямого включения на основании конституционных положений и издания внутригосударственных актов об охране объектов авторского права, инкорпорирующих положения международных договоров. Положения специальных региональных актов об охране компьютерных программ были использованы при подготовке специального закона Российской Федерации об охране компьютерных программ.

6. В настоящее время, в связи с разработкой и принятием новых международных договоров в сфере охраны интеллектуальной собственности и развитием новых технологий, законодательство Российской Федерации об охране объектов авторского права в целом и об охране компьютерных программ как особого объекта интеллектуальной собственности нуждается в совершенствовании. Необходимо законодательно закрепить положение о том, что нормы, на основе которых осуществляется правовое регулирование авторских прав, применяются в цифровой среде, уточнить нормативное содержание имущественных прав авторов компьютерных программ и ввести нормы, относящиеся к информации об управлении правами и регулирующие применение технологических средств защиты.

7. Особое значение для осуществления надлежащей охраны компьютерных программ имеет эффективная система правоприменения, особенно в контексте борьбы с изготовлением контрафактных экземпляров программ. Данная система


предполагает наличие широкого спектра разноотраслевых юридических процедур реализации субъективных прав авторов. При этом, в российском законодательстве, так же как и в международном праве, наблюдается тенденция к ужесточению ответственности за нарушение авторских прав.

8. Имеющиеся правовые средства защиты в случае нарушений авторских прав на компьютерные программы позволяют привлечь к ответственности нарушителей, но не позволяют в полной мере реализовать профилактическую функцию ответственности и предотвратить нарушения. В решении этой проблемы большое значение приобретают технические средства защиты программных продуктов от несанкционированного копирования. Отсюда вытекает необходимость правового регулирования применения указанных технических средств, в которой можно выделить два аспекта: установление оснований применения технических средств защиты и ответственности за обход технических средств защиты. Предлагается ввести в законодательство об охране компьютерных программ положение о том, что применение технических средств защиты не должно наносить вред нормальному использованию программы.

9. Юридическая ответственность за обход технических средств защиты должна быть дифференцированной в зависимости от цели обхода и наличия и характера наступивших последствий. Кроме того, необходимо предусмотреть случаи правомерного обхода технических средств защиты компьютерных программ, вызванные необходимостью обеспечения их нормального функционирования или достижения взаимодействия с другими программными продуктами, а также для правоохранительных целей.

На основе разработанных теоретических положений предлагается ряд практических рекомендаций по совершенствованию правовой охраны компьютерных программ в Российской Федерации, которое на наш взгляд может осуществляться в двух направлениях,

Первое направление совершенствования правового регулирования охраны компьютерных программ в Российской Федерации связано с модернизацией правового регулирования объектов интеллектуальной собственности в связи с развитием новых технологий и средств коммуникаций. На международном уровне были разработаны и уже ратифицированы новые правовые акты, содержащие положения, направленные на регулирование авторских прав в цифровой среде. Среди таких актов особое значение имеют Договор об авторском праве 1996 г. и Соглашение ТРИПС.


10

Для приведения российского законодательства в соответствие с международными стандартами с учетом подготовки к вступлению в ВТО предлагаются следующие изменения в законодательство РФ:

- необходимо уточнение понятия воспроизведения компьютерной программы. С этой целью предлагается внести изменения в Закон РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных», а именно, дополнить определение воспроизведения в ст. 10 словами: «в том числе и цифровым способом»;

- включить в перечень имущественных прав право на изготовление временных копия, изложив п. 3 ст. 10 закона об охране программ в следующей редакции;

«постоянное или «ременное воспроизведение компьютерной программы или базы данных (полное или частичное) в любой форме, любым способом;

- вместо права на сообщение для всеобщего сведения по кабелю в п. 2 ст. 16 Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах» ввести право на сообщение для всеобщего сведения, понимая под ним такое действие как сообщение произведения (включая показ, исполнение, передачу в эфир) для всеобщего сведения по кабелю, проводам, средствами беспроволочной связи или с помощью других технических средств, в том числе и таким образом, что представители публики могут осуществлять доступ к произведениям, из любого места и в любое время по их собственному выбору:

- ввести понятие «информация об управлении правами», определив, в соответствии со смыслом, содержащемся в Договоре ВОИС по авторскому праву 1996 года, как    « информацию, в том числе и в виде любых цифр и кодов, которая идентифицирует произведение, его автора или правообладателя, информацию об условиях использования произведения, когда эта информация или любой из ее элементов приложен к произведению или появляется в связи сообщением произведения для всеобщего сведения;

- включить в законодательство об охране компьютерных программ нормы, регулирующие применение технических средств, при этом ввести положение о том, что применение технических средств защиты не должно наносить вред нормальному использованию программы;

- при разработке норм об ответственности за обход технических средств рекомендуется:

- дать определение технических средств защиты;


11

- дифференцировать ответственность за обход технических средств защиты в зависимости от цели обхода и наличия и характера наступивших последствий;

- предусмотреть случаи правомерного обхода технических средств защиты компьютерных программ, вызванного необходимостью обеспечения нормального функционирования компьютерной программы или достижения взаимодействия с другими программными продуктами, а также для судебных целей.

Второе направление связано с тем, что в Российской Федерации нормы об охране компьютерных программ закреплены, в основном, в двух законах: Законе РФ «Об авторском праве и смежных правах» и Законе РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных», которые в некоторых случаях вступают в противоречие и содержат терминологические неточности. С целью их устранения предлагается внести следующие изменения:

- абзац 4 ст. 9 Закона РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» изложить в редакции: право на имя - то есть право использовать или разрешать использовать программу для ЭВМ или базу данных под подлинным именем, псевдонимом или анонимно и определять форму указания имели или псевдонима, что более соответствует доктринальным положениям авторского права, чем определение права на имя, как право определять форму указания имени автора в программе для ЭВМ, содержащееся в действующей редакции указанной статьи;

- изменить название ст. 4 Закона РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных»: «г Условия признания авторского права» на более точно отражающее ее содержание; «Возникновение авторского права»;

- в соответствии с последними изменениями Закона РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» и положениями ст. 15 закона РФ «Об авторском праве и смежных правах» право на выпуск в свет (опубликование) относится к неимущественным личным правам авторов компьютерных программ и баз данных. Однако в специальном законе об охране программ это право упоминается среди норм, посвященных регулированию имущественных отношений. В связи с изложенным, на наш взгляд в Закон РФ «О правовой охране


12

программ для электронных вычислительных машин и баз данных» необходимо внести изменение:

- слова «выпуск в свет» исключить из абзаца 9 п. 1 ст.. 1;

- слова «путем выпуска в свет (опубликования) программы для ЭВМ

или базы данных» исключить из абзаца 4 ст. 9.

- ст. 25 Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах» и ст. 15 закона РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных», посвященные регулированию особых случаев свободного воспроизведения программ для ЭВМ и баз данных, хотя и совпадают по смыслу, но редакционно значительно отличаются. При этом следует признать более удачной формулировки ст. 25 Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах», однако, нецелесообразньм -" дублирование специальных норм в общем законе. Поэтому представляется целесообразным исключение норм, регулирующих особые случаи и условия свободного использования программ для ЭВМ, не имеющие применения для других объектов авторского права, из Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах» и включение их в специальный закон о правовом регулировании отношений по поводу создания, использования и охраны программ для ЭВМ и баз данных, которым является Закон РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных», сохранив формулировки ст. 25 Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах».

Практическая значимость исследования. Предложения и выводы, сформулированные в результате проведенного диссертационного исследования, могут быть использованы в учебном процессе при преподавании в высших учебных заведениях дисциплин международного частного права, гражданского права, права интеллектуальной собственности, информационного права, а также для дальнейших научных исследований правовых проблем, связанных с охраной объектов интеллектуальной собственности. Сформулированные автором практические рекомендации могут быть учтены правотворческими органами в процессе совершенствования законодательства.

Апробация результатов исследования. Основные положения представленного диссертационного исследования нашли свое отражение в опубликованных научных и научно-методических работах, а также в выступлениях методологическом семинаре кафедры гражданского права и процесса Казанского государственного университета (Казань, 2002 г.), на Международном семинаре по проблемам защиты


13

интеллектуальной собственности (Казань, 1998 г.), на конференции «Предпринимательство, инновации, инвестиции, сотрудничество» в рамках Выставки «Казанский Салон инноваций и инвестиций» (Казань, 2003 г.).

Диссертация была обсуждена на совместном заседании кафедры гражданского права и процесса и кафедры конституционного и международного права Казанского государственного университета.

СТРУКТУРА И СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, перечня основных нормативно-правовых актов и списка использованной литературы.

Во введении обосновывается актуальность избранной темы, оценивается степень ее научной разработанности, определяются цель и задачи диссертационного исследования, характеризуются методологические и теоретические основы, раскрывается научная новизна диссертации, формулируются положения, выносимые на защиту, и излагаются сведения об апробации полученных результатов.

Первая глава диссертации «Становление правовой охраны компьютерных программ » представлена двумя параграфами.

В первом параграфе «Компьютерная программа как новый объект интеллектуальной собственности» исследуется особенности компьютерных программ с точки зрения их правовой охраны. Компьютерные программы являются результатом творческой деятельности, и правовой режим института собственности на материальные вещи к ним неприемлем. Для обозначения прав авторов произведений науки, литературы, искусства и других областей творческой деятельности человека в современный период применяется обобщенное понятие - интеллектуальная собственность. Поскольку данное понятие и его содержание продолжает оставаться предметом научных дискуссий вначале параграфа дается краткий обзор становления правовой охраны результатов интеллектуальной деятельности в международном праве и в России. Определение, ставшее официальным, содержится в ст. 2 Стокгольмской конвенции, учредившей в 1967 году Всемирную организацию интеллектуальной собственности (ВОИС), в соответствии с которьм под интеллектуальной собственностью понимаются все права, относящиеся к интеллектуальной деятельности в производственной, научной, литературной и художественной областях. Российская Федерация, как участница ВОИС с 19 сентября 1968 года, в соответствии с п. 4 ст:

15 Конституции РФ от 25 декабря 1993 года должна обеспечить охрану интеллекту-


14

альной собственности на своей территории в соответствии с нормами международных договоров. Поэтому в работе подчеркивается, что несмотря на различные точки зрения по поводу понятия «интеллектуальная собственность», имплементапия его в национальное законодательство в соответствии со смыслом, который вкладывается универсальными международными соглашениями, способствует выполнению международных обязательств Российской Федерации и терминологическому единообразию в сфере правового регулирования отношений по поводу создания, использования и охраны результатов творческого труда. Дефиниция понятия «интеллектуальной собственности в работе рассматривается с точки зрения применимости его к охране компьютерных программ. Показывается, что содержание понятия интеллектуальной собственности, данное в Стокгольмской конвенции и действующем Гражданском кодексе Российской Федерации, как права на результаты творческой деятельности, позволяет включать в сферу правового регулирования правом интеллектуальной собственности новые результаты творческой деятельности, к которым относятся и компьютерные программы.

Вместе с тем особый способ охраны компьютерных программ сложился не сразу. Данный факт во многом обусловлен характером объекта охраны, имеющим существенные отличия как от литературных, художественных и научных произведений, так и изобретений. Показано, что главная особенность компьютерной программы, определяющая сложность выбора способа правовой охраны, заключается прежде всего в том, что программа, даже, если она и порождает визуальные изображения, предназначена не для чувственно-эстетического восприятия, как традиционные объекты авторского права, а остается инструментом, обеспечивающим функционирование компьютера, либо управляющим его работой, и сам текст программы представляет собой формализованное изложение последовательности математических и логических операций. Кроме того, наибольшую ценность представляет алгоритм программы, выражающий ее сущность. С учетом этих характеристик компьютерные программы больше схожи с техническими решениями, что усугубляется тесной связью аппаратной и программной частей вычислительных комплексов. Но, не смотря на это, компьютерные программы были исключены из объектов международной патентной охраны на том основании, что они являются решением не технической, а логико-математической задачи, что, как показано в работе, нашло отражение во внутреннем законодательстве и судебной практике экономически развитых стран.


15

Сходство компьютерных программ с традиционными объектами авторского права состоит в том, что они нуждаются в защите от буквального копирования, поскольку объективная форма их выражения в виде магнитной или цифровой записи позволяет чрезвычайно быстро и дешево изготавливать копии, не отличающиеся по качеству от оригинала. Содержание понятия объектов авторского права, к которым в соответствии со ст.2 Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений относятся все произведения в области литературы, науки и искусства, каким бы способом и в какой бы форме они ни были выражены, и, безусловно, творческий характер деятельности при их создании, позволяет компьютерным программам предоставить охрану нормами института авторского права.

Подчеркивается, что отнесение компьютерных программ к объектам авторского права, хотя и не решает всех проблем их охраны, следует признать целесообразным, так как это позволяет включить их в международную систему охраны авторских прав и, автоматически, без соблюдения каких-либо формальностей, предоставить минимальную охрану всем программным продуктам в соответствии с нормами авторского права и международными соглашениями в данной области.

Во втором параграфе «Развитие законодательства Российской Федерации об охране компьютерных программ» в историческом аспекте рассматривается становление правовой охраны компьютерных программ в России. Показано, что в России в процессе ее становления и дискуссиях по этому поводу поднимаются те же вопросы, что и на международном уровне. Для правовой охраны компьютерных программ пытались адаптировать существующие правовые институты авторского и патентного права. Однако в России этот процесс имел свои особенности, выражающиеся в законодательно закрепленной возможности более широкого, чем это было предусмотрено международными документами, безвозмездного использования результатов творческой деятельности в интересах государства и общества.

Анализ становления правовой охраны компьютерных программ показывает, что при выборе способа охраны решающее влияние оказали международные тенденции в этой области, в соответствии с которыми, для охраны компьютерных программ было отдано предпочтение авторско-правовой концепции. С принятием в 1992 году Закона РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» в законодательстве Российской Федерации было прямо закреплено, что компьютерные программы охраняются нормами авторского права на уровне литературных произведений. Чуть позже, в 1993 году был принят Закон РФ


16

«Об авторском праве и смежных правах», ставший основным законом, регулирующим отношения в связи с созданием, использованием и охраной объектов авторских и смежных прав на территории Российской Федерации. В указанных законах нашли отражение экономические и политические преобразования, произошедшие в стране, с их принятием правовое регулирование объектов авторского права, в том числе и компьютерных программ в России впервые приблизилось к международным стандартам в этой сфере и уровню охраны авторских прав в большинстве развитых стран.

Вторая глава «Международно-правовые основы охраны компьютерных программ» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Роль международных договоров в сфере авторского права в обеспечении правовой охраны компьютерных программ» рассматривается правовое регулирование авторских прав на конвенционном уровне с точки зрения применения норм авторского права к охране компьютерных программ.

Основными международными многосторонними соглашениями в области авторского права являются Бернская конвенция об охране литературных и художественных произведений и Всемирная конвенция об авторском праве, Кроме того, к отношениям по поводу охраны компьютерных программ применяются и положения новых международных соглашений: Соглашение о торговых аспектах прав на интеллектуальную собственность (ТРИПС), Договор ВОИС об авторском праве (ДАП) и относящиеся к нему Согласованные заявления, содержащие специальные положения, касающиеся компьютерных программ и цифровых технологий.

Соглашение ТРИПС, разработанное в рамках Уругвайского раунда переговоров о многосторонней торговле, вступило в силу 1 января 1995 года'. Оно является обязательным для всех участников Всемирной Торговой организации (ВТО) и направлено на регулирование имущественных прав на объекты интеллектуальную собственности, влияющих на международную торговлю. Договор ВОИС об авторском праве, принятый в Женеве 20 декабря 1996 года, является специальным соглашением в смысле ст. 20 Бернской конвенции и был подготовлен ВОИС для того, чтобы «предоставить новые международные правила и облегчить толкование определенных существующих правил, чтобы предусмотреть адекватные решения вопросов, порожденных новым экономическим, социальным, культурным и технологическим

' Минков. А.М. Международная охрана интеллектуальной собственности. —СПб: Питер, 2001.- 720.


17

развитием»'. Среди положений Договора ДАП, направленных на решение'указанных задач, особое значение в деле охраны компьютерных программ имеют нормы, регулирующие отношения в цифровой среде, нормы об «информации об управлении правами» и использовании технологических средств защиты. Подчеркивается, что Всемирная конвенция. Договор ДАП и Соглашение ТРИПС являются продолжением и развитием международной системы охраны авторского права, основополагающие принципы которой изложены в Бернской конвенции.

Решающее значение Бернской конвенции состоит в том, что с момента ее заключения, впервые было провозглашено, что литературным и художественным произведениям, указанным в данной конвенции, предоставляется охрана во всех странах Союза в течение жизни автора и 50 лет после его смерти на основе "национального режима". Хотя компьютерные программы и не названы прямо среди охраняемых произведений, однако понятие литературных и художественных произведений, к которым в соответствии с ст. 2 (1) Бернской конвенции относятся все произведения в области литературы, науки и искусства, каким бы способом и в какой бы форме они не были выражены, позволяет и компьютерные программы отнести к произведениям, охраняемым международной системой авторского права. Положение о том, что компьютерные программы охраняются как литературные произведения в соответствии со смыслом ст. 2 Бернской конвенцией независимо от метода или формы их выражения, было прямо закреплено позже в ст. 10 ТРИПС и ст. 4 Договора ДАП. Примечательно, что таким образом получила свое нормативное закрепление преобладающая доктрина правового регулирования охраны компьютерных программ.

Далее в работе осуществляется комплексное исследование правового регулирования прав авторов компьютерных программ в соответствии с нормами международного авторского права. Принципиальное значение при этом имеет то, что охрана предоставляется компьютерньм программам, являющимся результатом творческой деятельности, независимо от их назначения и достоинства, без проведения какой -либо экспертизы, без регистрации и соблюдения формальностей. Однако авторское право охраняет только внешнюю форму программы и не распространяется на идеи и принципы, лежащие в ее основе, то есть сам алгоритм программы авторским правом не охраняется, что является одним из основных недостатков авторско-правовой концепции охраны компьютерных программ.

Журнал международного частного права. -1998.- 4 (22). -С.55- 62.


18

Бернская конвенция вводит разделение авторских прав на личные и имущественные и раскрывает их содержание. Причем, в отношении имущественных прав Бернская конвенция содержит ряд материально-правовых положений, напрямую предоставляющих авторам компьютерных программ некоторые исключительные права, независимо от того предусмотрены ли они национальным законодательством, а именно: право на воспроизведение, право на передачу в эфир и публичное сообщение. Особо отмечается, что исключительное право автора на воспроизведение в ряде случаев мешает нормальному использованию компьютерных программ правомерными пользователями, поскольку многие действия, осуществляемые в процессе работы программы формально являются нарушением права на воспроизведение в контексте понимания данного права в Конвенции. Кроме того, закрепленное в Бернской конвенции личное неотчуждаемое право на целостность произведения, запрещающее внесение в него каких-либо изменений, не позволяет, например, исправлять явные ошибки в программе, адаптировать к конкретному техническому устройству или обеспечивать взаимодействие с другой программой и т.д. Конвенция устанавливает ограниченный срок охраны имущественных прав: в течение жизни автора и 50 лет после его смерти. Анализируя, существующую в настоящее время тенденцию к увеличению срока охраны до 70 лет после смерти автора, в работе обосновывается вывод о том, что в отношении компьютерных программ даже существующий срок охраны является чрезмерным и дельнейшее увеличение его нецелесообразно.

В Договоре ДАП вводятся дополнительные авторские правомочия: право на сообщение для всеобщего сведения любьм способом, в том числе и таким, когда « представители публики могут осуществлять доступ к произведениям из любого места и в любое время по их собственному выбору»; исключительное право на коммерческий прокат компьютерных программ; право на распространение, под которым понимается доведение до общего сведения экземпляров произведений путем продажи или иной передачи права собственности. При совместном прочтении с Согласованными заявлениями следует, что экземпляры произведения -это копии, зафиксированные на материальном носителе. При таком понимании остаются неурегулированными случаи распространения компьютерных программ еетевьм способом.

Как на особенность Бернской конвенции указывается, что, провозглашая необходимость защиты нарушенных прав, она содержит мало механизмов его реализации, оставляя этот вопрос на разрешение национальным законодательством страны, в которой потребуется охрана. Только в отношении контрафактных экземпляров


19

содержится жесткое требование об их аресте, которое действует без отсылки к национальному законодательству и обязательно к исполнению во всех странах Союза. Требования к национальному законодательству о принятии норм о принудительном выполнении положений об охране авторских прав содержатся в Договоре ДАП. Конкретные меры обеспечения защиты нарушенных прав авторов, включающие гражданско-правовые, административные и уголовно-правовые процедуры, наиболее подробно регламентированы в соглашении ТРИПС.

В результате проведенного анализа был сделан вывод о том, что позитивное значение международных договоров в сфере авторского права в обеспечении правового регулирования охраны компьютерных программ заключается в том, что они, хотя и не учитывают всех особенностей использования и применения компьютерных программ, вытекающих из специфики данного объекта интеллектуальной собственности и характера его назначения, но позволяют включить компьютерные программы в международную систему охраны авторских прав и закладывают минимальные стандарты для их охраны национальным законодательством.

Во втором параграфе "Участие Российской Федерации в международных договорах в сфере авторского права» рассматриваются международные договоры по авторскому праву, универсального и регионального характера, участницей которых является в настоящее время Российская Федерация, и значение этого факта в обеспечении отечественной правовой охраны компьютерных программ.

Прежде всего, отмечается, что в соответствии с вербальной грамотой Министерства иностранных дел РФ, врученной 26 декабря 1991 года Генеральному директору ЮНЕСКО, Российская Федерация стала рассматриваться как государство-продолжатель СССР по всем договорам, заключенным им в рамках ЮНЕСКО, в том числе и в области охраны интеллектуальной собственности.' В настоящее время Российская Федерация является участницей всех универсальных конвенций в области авторского права: Стокгольмской конвенции 1967 года- с 19 сентября 1968 года;

Всемирной конвенции об авторском праве (в редакции 1952 года) - с 27 мая 1973 года; Всемирной конвенции об авторском праве (в редакции 1971 года) - с 9 марта 1995 года и с 13 марта 1995 года участницей Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений (в редакции 1971 года^. Поскольку большинство государств, участников этих конвенций совпадают, применительно к Всемирной конвенции была принята специальная Декларация к ст. ХУЛ, в соответствии


20

с которой Всемирная конвенция «не применяется в отношениях между странами Бернского союза в той степени, в которой она касается охраны произведений, страной происхождения которых по Бернской конвенции является одна из стран Бернского союза2». Отсюда следует, что уровень правовой охраны произведений в Российской Федерации определяется в соответствии с положениями Бернской конвенции.

Отметим только, что в отношении компьютерных программ практическое .значение имеет тот факт, что с присоединением России к Бернской конвенции, то есть с 13 марта 1995 года, в России стали охраняться произведения иностранных авторов, не перешедшие в разряд общественного достояния вследствие истечения срока правовой охраны, которые ранее правовой охраной не пользовались. Произведения российских авторов, выпущенные в свет до 13 марта 1995 года, с этого времени получили охрану во всех странах Бернского союза.

',     Кроме того. Российская Федерация является участницей ряда двусторонних соглашений о взаимной охране авторских прав с Польшей, Болгарией, Венгрией, Австрией, Швецией, Арменией, Китаем, в соответствии с которыми государства предоставляют на своей территории охрану произведениям науки, литературы и искусства авторов, являющихся гражданами этих государств, на тех же условиях, ка-. кие установлены внутренним законодательством в отношении собственных граждан независимо от даты публикации или создания произведений,

В области авторского права кроме универсальных соглашений появились соглашения, регламентирующие отношения на уровне стран - участниц Содружества Независимых Государств (СНГ). Так, 24 сентября 1993 г. одиннадцать республик бывшего СССР: Азербайджан, Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, Молдова, Россия, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан, Украина подписали "Соглашение о сотрудничестве в области охраны авторского права и смежных прав", что можно •считать началом формирования правового пространства, разрушенного после распада СССР, в бывших союзных республиках в области охраны авторских и смежных прав. Данное соглашение относится к числу так называемых рамочных и устанавливает лишь общие принципы взаимодействия в данной области, в соответствии с которыми, государства - участники обязались предпринять необходимые меры для разработки и принятия законопроектов, обеспечивающих охрану авторского права и

' Бюллетень по авторскому праву. ЮНЕСКО. Т. ХХУП. -1994. -№ 1.- С. 11. 2 Труд и право. -1999.- № 5-6.- с. 19.


21

смежных прав на уровне требований Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений (ст.2). В дальнейшем были приняты и другие акты в развитие данного соглашения, среди которых особо отмечается постановление межпарламентской Ассамблеи государств-участников Содружества Независимых Государств от 9-го декабря 2000 года «О предложениях по совершенствованию национального законодательства СНГ в области интеллектуальной собственности с учетом требований международных стандартов», в котором признается необходимым дальнейшее развитие и гармонизация законодательства стран СНГ в области охраны интеллектуальной собственности'. При этом особо подчеркивается актуальность принятия этих мер в сфере телекоммуникационных, компьютерных и цифровых технологий.

Таким образом, Российская Федерация в настоящее время, являясь участницей вышеназванных международных конвенций и соглашений, входит как полноправный член в международную систему охраны объектов авторского права, к которым относятся и компьютерные программы. Значение указанных конвенций и соглашений состоит в том, что они обеспечивают реальную правовую охрану компьютерных программ в странах - участницах соответствующих союзов путем предоставления охраны последним как объектам авторского права.

Присоединение России к основным международным соглашениям в области авторского права означает также обязательное выполнение предусмотренных в них минимальных стандартов охраны объектов авторского права на территории Российской Федерации. В п. 2 ст. 7 части первой ГК РФ устанавливается, что международные договоры РФ применяются к отношениям, регулируемым Гражданским кодексом, «непосредственно, кроме случаев, когда из международных договоров следует, что для его применения требуется издание внутригосударственного акта». Поскольку, универсальные международные Конвенции по авторскому праву содержат и те и другие нормы, особо подчеркивается, что международные договоры по авторскому праву, участницей которых является Российская Федерация, не только являются частью правовой системы РФ об охране компьютерных программ, но и оказывают влияние на нормотворческий процесс в данной области.

Важные положения, определяющие перспективы развития охраны интеллектуальной собственности в РФ, заложены в Соглашении о партнерстве и сотрудничестве между Европейским сообществом и Российской Федерацией от 24 июня 1994

' Патенты и лицензии. -2001.- К» 2.


22

года^вступившее в силу для Российской Федерации с 1 декабря 1997 года), в соответствии со ст.1 Приложения № 10 которого Россия «продолжает совершенствование Механизмов охраны интеллектуальной собственности с целью обеспечения к концу пятого года после вступления настоящего Соглашения в силу уровня защиты, аналогичного уровню, существующему в Сообществе, включая эффективные средства обеспечения соблюдения таких прав». Указанное обязательство о совершенствовании охраны интеллектуальной собственности было включено и в ст. 18 Временного соглашения о торговле и связанных с торговлей вопросах между Европейским сообществом по атомной энергии, с одной стороны, и Правительством Российской Федерации, с другой стороны, от 17 июля 1995 г., которое действует до момента присоединения России к Генеральному соглашению по тарифам и торговле (ГАТТ) и фактически содержит комплекс мер, направленных на подготовку для вступления России в ВТО. В связи с этим для выполнения в полной мере обязательства о достижении уровня охраны интеллектуальной собственности, аналогичного существующему в Европейском сообществе, Российской Федерации необходимо также присоединиться к Договору ДАЛ и Соглашению ТРИПС. Приведение охраны компьютерных программ в Российской Федерации, как одного из объектов интеллектуальной собственности, в соответствие с уровнем охраны в Европейском сообществе является одной из важных составляющих выполнения названных требований и вхождения России в современное международное экономическое сообщество.

В третьем параграфе «Значение Директивы ЕЭС об охране компьютерных программ для формирования национальных законодательств» рассматриваются положения указанной Директивы, вводящие специальные нормы о правовом регулировании использования компьютерных программ, учитывающие отмеченные ранее особенности объекта охраны, неурегулированные нормами авторского права.

Эти специальные положения, базируясь на основных принципах Бернской конвенции, предусматривают, с одной стороны, расширение случаев свободного использования компьютерных программ законными пользователями в результате предоставления им права на адаптацию и внесения изменений в целях обеспечения взаимодействия с другими программами и техническими средствами; права на изготовление резервных копий; права на декомпелирование программы в случаях, предусмотренных законодательством; с другой стороны, - ограничение прав законных

' Собрание законодательства Российской Федерации.-1998.-№ 16.-Ст. 1802.


23

пользователей компьютерных программ, в частности в результате введения запрета на копирование в личных целях и коммерческий прокат компьютерных программ.

При этом. Директивой вводятся положения, не характерные для авторского права и направленные на охрану содержания компьютерной программы - запрет на разглашение сведений, ставших известными в результате декомпелирования, и использование их для создания новой программы.

В работе показано, что основные положения Директивы оказали существенное влияние на развитие национальных законодательств об охране компьютерных программ практически всех стран, в том числе и за пределами ЕС и послужили основой для разработки соответствующих законов в этих странах, включая и Российскую Федерацию.

В результате мы видим, что нормы традиционного института авторского права в отношении компьютерных программ стали применяться с существенными изъятиями и дополнениями, что свидетельствует о появлении особого института охраны, имеющего авторско-правовую природу. С учетом данного факта делается вывод о целесообразности принятия отдельного международного соглашения о правовой охране компьютерных программ, базой для разработки которого могут послужить основные положения Директивы ЕЭС.

Третья глава «Соотношение охраны прав авторов компьютерных программ в международном праве и в Российской Федерации» содержит два параграфа.

В первом параграфе «Содержание авторского права на компьютерные программы» исследуется правовое регулирование охраны компьютерных программ в Российской Федерации с точки зрения соответствия его международным стандартам

и тенденциям в данной области.

Правовое регулирование охраны компьютерных программ в Российской Федерации, являясь частью гражданского законодательства, детальную регламентацию получило в двух законах: Законе РФ «Об авторском праве и смежных правах» и Законе РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных», в которых прямо закреплено, что они являются объектами авторского права. В работе показывается, что в этих законах инкорпорированы нормы международных универсальных конвенций по авторскому праву и учтены положения специальных региональных актов об охране компьютерных программ.


24

Так, в соответствии с требованиями универсальных конвенций, имплементи-рованными в российское законодательство по авторскому праву, предусматривается, что

- охрана компьютерным программам, являющимся результатом творческой деятельности, предоставляется с момента их создания, без регистрации;

- авторское право охраняет объективную форму выражения и не распространяется на идеи и принципы, лежащие в основе программы или организации интерфейса или алгоритма, а также языки программирования;

- авторское право на компьютерную программу не связано с правом собственности на материальный носитель;

- охрана предоставляется с момента создания программы в течение всей жизни автора и 50 лет после его смерти;

- автору в отношении созданной им компьютерной программы принадлежат все исключительные права;

При разработке российского закона в полной мере были использованы положения Директивы ЕЭС об охране компьютерных программ, в соответствии с которыми

- введены новые авторские правомочия; право на адаптацию, право на мо-•        дификацию и право на декомпелирование;

- некоторые авторские правомочия наполнились новым содержанием, в частности, под распространением компьютерной программы понимается предоставление доступа к воспроизведенной в любой материальной форме программе, в том числе и сетевым способом, а под воспроизведением -наряду с изготовлением экземпляров в материальной форме, запись в память ЭВМ; запись компьютерной программы в память ЭВМ признается одним из видов ее опубликования;

- введены специальные случаи свободного использования программ, связанные с необходимостью обеспечения их функционирования и взаимодействия с другими программами и аппаратными средствами;

- введены нормы запрещающие использование сведений, ставших доступными в результате декомпелирования программы, для создания другой, существенно схожей программы.

В результате, можно констатировать, что российское законодательство об авторском праве в целом и об охране компьютерных программ, как одного из его объ-


25

ектов, после его реформирования в 1992-94 годах значительно приблизилось к международным стандартам в данной области, что имеет большое значение для вхождения России, как полноправного члена, в мировое экономическое сообщество. Однако произошедшие положительные сдвиги в российском законодательстве в деле охраны прав авторов компьютерных программ не исключают необходимости его совершенствования в соответствии с нормами новых международных договоров: ТРИПС и Договора ДАЛ и современными тенденциями. В связи с этим автором выдвинуты конкретные предложения по совершенствованию законодательства, изложение в автореферате.

Во втором параграфе: «Защита авторских прав на компьютерные программы» рассматриваются способы защиты, предусмотренные российским законодательством в случае нарушения авторских прав.

Особое значение для повышения эффективности охраны компьютерных программ имеет эффективность системы правоприменения, в случае нарушения авторских прав. Отмечается, что нарушение авторских прав на компьютерную программу отличается по своему характеру от нарушения авторских прав на традиционные объекты авторского права и может быть происходить двумя способами:

- создание новой компьютерной программы, отличной по внешнему выражению, но достаточно сходной по своему содержанию и алгоритму;

незаконное воспроизведение и распространение точных копий. Последний вид нарушения получил наибольшее распространение. Причем, воспроизведение и распространение незаконных копий компьютерных программ также возможно не только путем ввоза, изготовления и распространения контрафактных экземпляров, но и путем копирования непосредственно в память компьютера без изготовления дополнительного экземпляра на материальном носителе, с одного легально приобретенного экземпляра компьютерной программы в количестве, превышающем предусмотренное лицензионным соглашением, либо сетевым способом.

Подчеркивается, что в отношении первого вида нарушений - создание схожей программы - авторское право не содержит механизмов противодействия, поскольку охраняет только внешнюю форму произведения и не распространяется на идеи и принципы, то есть на содержание компьютерной программы. В этом проявляется существенный недостаток охраны компьютерных программ авторским правом. Исключение составляют только случаи, когда, доказано, что существенно схожая


26

программа была создана на основе информации, полученной в результате декомпе-лирования.

Меры защиты, предусмотренные авторским правом, направлены в основном против нарушения в виде изготовления незаконных копий. Эти меры на международном уровне получили наиболее детальную регламентацию в Соглашении ТРИПС. В связи с подготовкой к вступлению России в ВТО актуальными являются вопросы реализации требований Соглашения ТРИПС в отношении мер защиты в

случае нарушений авторских прав на компьютерные программы в законодательстве

Российской Федерации.

Среди методов зашиты наиболее детально разработаны и имеют практическое значение гражданско-правовые методы, особенно меры, направленные на возмещение имущественного ущерба, причиненного правообладателю в результате нарушения авторских прав на компьютерные программы. Указывается, что особенностью нарушений в отношении компьютерной программы является то , что изготовление незаконных копий не требует больших материальных затрат, поэтому убытки выражаются в той прибыли, которая могла бы быть получена при их правомерном использовании. В связи с этим и, учитывая широкий размах нарушений авторских прав, российским законодательством предусмотрены особенности при возмещении имущественного вреда, заключающиеся в следующем:

- убытки взыскиваются в полном объеме, включая упущенную выгоду;

вместо взыскания убытков может быть взыскан доход, полученный нарушителем;

. - выплата компенсации в размере, установленном законодательством, вместо возмещения убытков или взыскания дохода;

•   - компенсация взыскивается при доказанности правонарушения, независи-,,       мо от факта причинения при этом убытков.

Наибольшее распространение на практике получила такая мера, как взыскание компенсации. В работе анализируются последние изменения, внесенные законодателем в ст. 18 Закона об охране программ. Критически оценивается исключение положения о том, что компенсация в случае нарушения авторских прав на компьютерные программы и базы данных взыскивается только в случае, когда нарушение было совершено с целью извлечения прибыли. С учетом легкости копирования компьютерных программ, которое может произойти случайно, а также технологических особенностей объекта охраны представляется целесообразным установление ответственности в зависимости от целей копирования.


27

Анализ возможных юридических мер защиты нарушенных авторских прав, позволяет сделать вывод о том, что российском законодательстве, установлена повышенная ответственность за нарушение субъективных прав, имеющая, так же как и на международном уровне, тенденцию к ужесточению. Об этом свидетельствуют и иные меры защиты нарушенных авторских прав, в том числе и прав на компьютерные программы: обязательная конфискация контрафактных экземпляров и материалов и оборудования, используемых для изготовления и воспроизведения контра-фактной продукции. Кроме того предусмотрены специальные меры, направленные на обеспечение исков о нарушении авторских прав и на пресечение этих нарушений , что полностью соответствует положениям Соглашения ТРИПС, по которому меры защиты нарушенных прав на объекты интеллектуальной собственности должны быть достаточно быстрыми и эффективными.

Анализ динамики правонарушений в отношении компьютерных программ показывает, что не смотря на столь детальную регламентацию, юрисдикционные метода защиты позволяют привлечь к ответственности нарушителей, но не могут предотвратить сами нарушения.  Для решения этой проблемы программистами все больше используются технические средства зашиты программных продуктов, направленные на предотвращение их несанкционированного использования в связи с чем, возникает проблема правового регулирования применения указанных технических средств, по решению которой в контексте соответствия положением новых международных договоров в работе высказаны конкретные предложения.

В плане приведения российского законодательства в соответствие с требованиями Договора ВОИС по авторскому праву 1996 года указывается также на необходимость введения мер правовой защиты в отношении информации об управлении правами, включающих меры ответственности за несанкционированное устранение или изменение указанной информации.

В Заключении излагаются основные выводы диссертационного исследования и рекомендации по совершенствованию российского законодательства об охране компьютерных программ. При этом подчеркивается, что российское законодательство об охране компьютерных программ и других объектов авторского права в настоящий момент продолжает развиваться и совершенствоваться. Этот процесс тесно связан с развитием всей международной системы охраны интеллектуальной собственности, и в нем прослеживается ярко выраженная тенденция сближения российского законодательства с международными стандартами в этой области. Отмечается


28

в целом обоснованность и целесообразность вносимых в последнее время изменений в законодательство об охране авторских прав и указывается на необходимость комплексного подхода при принятии решений, направленных на совершенствование правового регулирования охраны компьютерных программ, что является залогом экономической безопасности и технического прогресса. Публикации по теме исследования:

1. Илюшина М.Н., Ситдикова Р.И. «О некоторых особенностях правовой защиты программ для ЭВМ и баз данных»// В сборнике «Современные проблемы права интеллектуальной собственности». -Казань: Изд-во Казан. Ун-та, 1998.- С.95-102.

2. Илюшина М.Н., Ситдикова Р.И. «Особенности правовой охраны программ для ЭВМ и баз данных» - Тезисы докладов на Международном семинаре по проблемам защиты интеллектуальной собственности. Казань. 1998 год.

3. Ситдикова Р.И. «История развития законодательства России об охране программ для ЭВМ» // Сборник аспирантских научных работ юридического факультета КГУ. Выпуск 2.-Казань: Изд-во Казан. Ун-та, 2001.- С.192-205.

4. Тюрина Н.Е., Ситдикова Р.И. « Охрана программ для ЭВМ в меэкдународ-ном праве» // Ученые записки. Т. 142.- Казань; Изд-во Казан. Ун-та, 2002,- С.193-202.

5. Ситдикова Р.И. «Директива ЕЭС о правовой охране компьютерных программ» // Ученые записки Казанского государственного университета.- сдано в печать в феврале 2003 года.

Отпечатано с готового оригинал-макета в Центре оперативной полиграфии «УНИПРЕСС» ЦВИД КГУ Тираж 120 экз. Заказ 05/22 420111 Казань, ул. Университетская, 17

' Тел. 38-05-96, 31-55-34


На правах рукописи

Котельников Николай Васильевич

ПРАВА НА ПРОГРАММЫ ДЛЯ ЭВМ И БАЗЫ ДАННЫХ КАК ОБЪЕКТЫ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ

Специальность 12.00.03 - Гражданское право;

предпринимательское право; семейное право;

международное частное право

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Волгоград 2003


Работа выполнена на кафедре гражданско-правовых дисциплин Волгоградской академии МВД России.

Научный руководитель:

— кандидат юридических наук, доцент Цветков Сергей Борисович.

Официальные оппоненты:

— доктор юридических наук, профессор Рыбаков Вячеслав Александрович;

кандидат юридических наук, доцент Мохов Александр Анатольевич.

Ведущая организация: Саратовская государственная академия

права.

Защита состоится 4 июня 2003 г. в 11 часов на заседании диссертационного совета К 203.003.02 в Волгоградской академии МВД России (400089, г. Волгоград, ул. Историческая, 130).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Волгоградской академии МВД России.

Автореферат разослан

» апреля 2003 г.

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат юридических на' доцент

". Н. Цирульнико»


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования. Программы для ЭВМ и базы данных - сравнительно новый объект интеллектуальной деятельности человека. Первоначально программное обеспечение находилось в ведении производителей ЭВМ и передавалось пользователям в комплекте с ЭВМ. Но с появлением персональных компьютеров возник спрос на разнообразное программное обеспечение. Компьютерные программы начинают приобретать черты товарной продукции, являясь в то же время объектами нематериальными. А всякие товарные отношения опираются на наличие у товаровладельца определенной монополии. Такая монополия для нематериальных результатов интеллектуальной деятельности выражается в институте исключительных прав.

Как отмечают исследователи, впервые в мире программа для ЭВМ в качестве объекта исключительных прав была признана в США в 1961 г. На территории нашей страны на законодательном уровне программы для ЭВМ и базы данных в качестве объектов интеллектуальной собственности впервые были выделены в Законе РСФСР «О собственности в РСФСР», принятом 24 декабря 1990г. Следовательно, мы имеем дело с относительно «молодой» и еще недостаточно изученной группой правоотношений.

Для сферы использования программ для ЭВМ и баз данных характерен высокий уровень правонарушений. По различным данным контрафактное программное обеспечение составляет от 35% в США до 90-97% в странах Восточной Европы и Китае. Очевидно, что система саморегулирования гражданского оборота явно не обеспечивает защиту правообладателей программно-информационного обеспечения ЭВМ. Поэтому считаем, что борьба с «компьютерным пиратством» должна вестись с широким применением мер административного характера, в то время как проблемы, стоящие перед цивилистами, лежат в несколько иной плоскости.

На сегодняшний день еще не сформировалась устойчивая концепция правовой охраны подобных результатов интеллектуальной деятельности. В частности, в науке гражданского права до сих пор нет однозначного решения о формах правовой охраны как продуктов программирования, так и баз данных. Законодатель рассматривает их в рамках авторского права, приравняв новые объекты авторских прав к более традиционным: программы для ЭВМ - к литературным произведениям, а базы данных - к сборникам.

Согласно нормам законодательства охраняются только те произведения, которые являются результатом творческой деятельности. Однако критерии творчества в отношении к процессу создания программ пока не нашли должного отражения. Как известно, в авторском праве творческими признаются результаты объективно новые и неповторимые. Причем требование ориги-

3


нальности относится к таким элементам литературного произведения, как художественные образы и художественный язык. Очевидно, что к программе данные понятия не применимы, поэтому существует необходимость разработки критериев новизны и оригинальности применительно и к программированию.

И, наконец, учитывая «нетрадиционность» рассматриваемых результатов творческой деятельности и их связь с техникой, можно предположить наличие специфики содержания правоотношений в области создания и использования таких произведений, а также в сфере защиты прав на них.

Таким образом, актуальность темы диссертационного исследования определяется, во-первых, необходимостью разрешить существующий в литературе спор, определив место программ для ЭВМ и баз данных среди объектов исключительных прав, во-вторых, недостаточной разработанностью вопросов в области защиты авторских прав на программное обеспечение ЭВМ.

Цель работы - на основе действующего законодательства определить систему защиты исключительных прав на программы для ЭВМ и базы данных, а также выработать рекомендации по совершенствованию российского законодательства об исключительных правах.

Для достижения поставленной цели предстояло решить следующие задачи: 1) определить место программ для ЭВМ и баз данных в системе объектов прав на результаты интеллектуальной деятельности; 2) установить особенности субъектного состава правоотношений, возникающих по поводу использования программного обеспечения для ЭВМ; 3) раскрыть особенности личных неимущественных и имущественных прав на программы для ЭВМ и базы данных; 4) исследовать проблемы правовой охраны программных продуктов и баз данных; 5) охарактеризовать действия по защите личных неимущественных и имущественных прав на программы для ЭВМ и базы данных.

Объектом исследования выступают общественные отношения, возникающие по поводу использования программ для ЭВМ и баз данных и защиты прав на эти объекты.

Предметом исследования является правовое регулирование отношений в сфере использования программ для ЭВМ и баз данных как объектов гражданских прав и правовая защита этих прав.

Теоретической и методологической основой диссертации являются основные теоретические положения науки гражданского права, международного частного права, общей теории права, а также экономики, кибернетики, информатики и психологии. При проведении научного исследования применялись диалектический, исторический, логический, сравнительно-правовой и другие методы научного познания.

Автор в работе над диссертацией использовал труды таких известных отечественных цивилистов, как Б. С. Антимонов, М. И. Брагинский, В. В. Вит-рянский, Э. П. Гаврилов, М. В. Гордон, В. П. Грибанов, В. А. Дозорцев, В. Я. Ио-

4


нас, О. С. Иоффе, И. Э. Мамиофа, В. А. Рясенцев, А. П.Сергеев, В. И. Сереб-ровский, Л. С. Симкин, Е. А. Суханов, П. М. Филиппов, Е. А. Флейшиц, Г. Ф. Шершеневич и других.

В работе также широко использовались труды в области кибернетики, информатики и психологии, относящиеся к проблематике диссертационного исследования.

Исследование базируется на действующем отечественном законодательстве о правовой охране результатов интеллектуальной деятельности.

Научная новизна диссертации заключается в том, что она является одним из первых комплексных исследований правоотношений в области гражданско-правовой защиты субъективных прав на программы для ЭВМ и базы данных в абсолютном правоотношении. Несмотря на то, что в настоящее время имеется большое количество публикаций и монографических работ, касающихся изучаемой проблемы, как правило, они затрагивают лишь отдельные ее аспекты. Так, главным образом, исследованию оснований возникновения правоотношений в области создания и использования программных продуктов (в том числе регистрации прав на программы для ЭВМ и базы данных, предусмотренной ст. 13 Закона РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» (далее - ЗоПЭВМ) посвящено диссертационное исследование Б. М. Асфандиарова. Проблем объекта прав на компьютерные программы и их охраны касается в диссертационной работе О. В. Ревинский. В последнее время активно изучаются общие вопросы теории исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности (Е. Ю. Малышева, В. О. Калягин и др.).

В диссертации предпринята попытка осуществить всесторонний анализ правоотношений, возникающих в сфере использования программного и информационного обеспечения ЭВМ, и исследовать способы гражданско-правовой защиты прав и охраняемых законом интересов правообладателей.

Основные положения выносимые на защиту:

1. Устанавливается, что в структуре программы для ЭВМ и базы данных можно выделить группы юридически значимых (форма произведения) и юридически безразличных (содержание произведения) элементов. В структуре программного средства содержанием является решение задачи, представленное в виде математической модели. Форму произведения составляют элементы внутренней (алгоритм) и внешней (программный код) формы. Содержание базы данных включает информацию и материалы, из которых она составлена. В качестве юридически значимого элемента выступает форма подбора, организации и представления этих материалов.

2. Утверждается, что различные аудиовизуальные отображения, порождаемые при выполнении программы, не являются элементами математического обеспечения ЭВМ, но могут выступать самостоятельными объектами авторского права.

5


3. Обосновывается, что законодательное определение понятия «программа для ЭВМ» должно включать совокупность элементов математического обеспечения в творческом произведении. В связи с этим формулируется определение программы для ЭВМ как объекта исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности. Под программой для ЭВМ предлагается понимать объективную форму представления алгоритма решения задачи, предназначенного для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств с целью получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ.

4. Доказывается необходимость признания за юридическими лицами возможности являться авторами таких произведений творчества, как компьютерные программы и автоматизированные базы данных.

5. Утверждается, что договоры о передаче прав на программы для ЭВМ и базы данных являются самостоятельным типом гражданско-правовых договоров. Это означает, что на договорные отношения в рассматриваемой сфере распространяются как общие положения гражданского права (например, условия действительности сделок), так и общие нормы обязательственного права. В то же время эти договоры не могут рассматриваться ни как договоры купли-продажи имущественных прав, ни как договоры об уступке прав (цессия).

6. Доказывается, что при регулировании отношений в области использования любого объекта авторского права в электронной форме, в ряде случаев целесообразно применять аналогию закона, то есть нормы ЗоПЭВМ.

7. Формулируется вывод, согласно которому исполняемая программа, созданная при помощи программ-компиляторов, рассматривается как производное  произведения.   Несанкционированное  использование  языка-компилятора лишает автора несамостоятельного произведения имущественной составляющей авторских прав.

8. Утверждается, что «модифицированные» нормы авторского права вполне удовлетворяют потребностям охраны прав на программы для ЭВМ. Кроме того, постепенная адаптация института авторского права к условиям научно-технического прогресса не только необходима, но и возможна. Патен-тование целесообразно лишь в отношении аппаратно-программных комплексов, где программа (алгоритм) выступает в качестве одного из существенных признаков формулы изобретения.

9. Устанавливается, что в отличие от более традиционных объектов авторских прав программы для ЭВМ (меньше - базы данных) предоставляют широкие возможности правообладателю по самозащите своих прав, что обусловлено некоторыми техническими свойствами этих объектов. В связи с этим актуальным является вопрос о правомерности средств защиты.

10. Утверждается, что средства технической защиты могут быть самостоятельными объектами исключительных прав. С одной стороны, они явля


ются элементом основной программы, с другой стороны, - это отдельный результат интеллектуальной деятельности.

Практическое значение диссертации состоит в том, что сделанные выводы и сформулированные предложения могут быть использованы для совершенствования законодательства об исключительных правах на программы для ЭВМ и базы данных, в правоприменительной деятельности коммерческих организаций, Российского агентства по патентам и товарным знакам и других лиц. Также настоящая работа может быть использована в качестве учебного материала при изучении авторского права в юридических вузах. Содержащиеся в диссертации положения и выводы могут послужить исходным материалом для последующих исследований правоотношений по использованию результатов интеллектуальной деятельности.

Апробация результатов работы. Диссертация была обсуждена и одобрена на кафедре гражданско-правовых дисциплин Волгоградской академии МВД России. Положения диссертации отражены в публикациях автора и выступлениях на научно-практических конференциях.

Структура диссертационного исследования обусловлена целью и поставленными задачами. Диссертационное исследование состоит из введения, двух глав, объединяющих шесть параграфов, заключения и библиографического списка использованной литературы.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, определяются предмет, цели и задачи диссертационного исследования, его теоретические и методологические основы, характеризуется новизна и практическая значимость диссертации, раскрываются положения, выносимые на защиту.

Первая глава диссертации - «Гражданские правоотношения в области создания и использования программ для ЭВМ и баз данных» - состоит из четырех параграфов.

В первом параграфе данной главы дается характеристика программ для ЭВМ и баз данных в качестве объектов гражданских правоотношений. Согласно действующему законодательству правообъектное компьютерное программное обеспечение состоит из программы для ЭВМ, включая подготовительные материалы и порождаемые ею аудиовизуальные отображения, и базы данных, реализуемые с помощью ЭВМ.

Законодатель причислил программы для ЭВМ и базы данных к объектам авторского права, включив их в круг литературных произведений и сборников соответственно. Поэтому диссертант предпринял попытку определить, насколько указанные объекты соответствуют признакам произведения. Учитывая, что легальное определение понятия «произведение» отсутствует, срав-

7


нение основывается на сложившемся в теории авторского права понимании данного термина. Наиболее полно вопрос о понятии произведения в гражданском праве освещен в работах Г. Ф. Шершеневича, В. И. Серебровского, В. Я. Ионаса и др.

Конститутивным признаком правообъектного произведения в гражданском праве является наличие творчества. Традиционным в авторском" праве является подход, при котором творческими признаются оригинальные результаты (объективно новые и неповторимые). При этом, хотя закон считает объектом авторского права произведение в целом, в структуре произведения выделяют юридически значимые (форма произведения) и юридически безразличные (содержание произведения) элементы. К юридически значимым и, следовательно, обязательно оригинальным элементам произведений литературы относят образы (внутренняя форма) и язык произведения (внешняя форма).

Обращение к специальным наукам позволило выделить в структуре программного средства такие элементы, как поставленная задача, ее решение в виде математической модели, компьютерный алгоритм и собственно компьютерная программа. Подробный анализ этих элементов осуществлялся с использованием достижений как специальных наук, так и трудов ученых-юристов (Ю. М. Батурин, Э. П. Гаврилов, А. Б. Гельб,  А. Я. Лащев, И. Э. Ма-миофа, Л. И. Подшибихин, О. В. Ревинский, П. Г. Чистобородов и др.).

В результате проведенного исследования автор пришел к следующим выводам. Элементы творческой работы присутствуют в создании математической модели, компьютерного алгоритма и компьютерной программы. Однако действительно неповторимыми являются компьютерный алгоритм и компьютерная программа, которые и подлежат охране нормами авторского права в качестве внутренней формы (алгоритм) и внешней формы (программа) произведения творчества. Содержание этого произведения - математическую модель решения задачи (то есть общий алгоритм) - в литературе предлагается рассматривать в качестве изобретения. Представляется, что даже несмотря на исключение алгоритма из перечня непатентоспособных объектов, действующее патентное законодательство не позволяет рассматривать алгоритм как самостоятельный объект изобретения.

Следует иметь в виду, что кроме «объективной формы представления совокупности данных и команд», в понятие программы для ЭВМ законодательством включаются подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения. На наш взгляд, их включение в понятие программы для ЭВМ ошибочно. Соответственно предлагается внести в п. 1 ст.4 Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах» (далее - ЗоАП) и п. 1 ст. 1 ЗоПЭВМ изменения, исключив из определения термина «программа для ЭВМ» упоминание об «аудиовизуальных отображениях».


Полученное легальное определение, с нашей точки зрения, полностью соответствует задачам правового регулирования в области создания и использования результатов интеллектуальной деятельности. Однако более точным представляется определение программы для ЭВМ как объективной формы представления алгоритма решения задачи, предназначенного для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств с целью получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ.

База данных есть объективная форма представления и организации совокупности данных (статей, расчетов и т. д.), систематизированных таким образом, чтобы они могли быть найдены и обработаны с помощью ЭВМ. Такое определение позволило некоторым исследователям сделать вывод о том, что база данных - это в принципе традиционный объект авторского права (сборники и другие составные произведения), лишь закрепленный в особой форме. В этом случае мы имеем дело с так называемым составительским творчеством. Установлено, что «... систематизация, то есть приведение в единство разрозненных научных, литературных или иных материалов, если она самостоятельна, представляет собой вид творчества, с которым связаны определенные правовые последствия»'. С точки зрения авторского права, такой подход вполне логичен, ведь как и во всяком сборнике результат творческой деятельности выражается в особом подборе, расположении и организации данных.

Поэтому можно утверждать, что содержание базы данных составляют информация и материалы, из которых база данных составлена. В качестве юридически значимого элемента выступает форма подбора, организации и представления этих материалов.

Второй параграф посвящен изучению субъектного состава исследуемых правоотношений. Рассматриваемые правоотношения являются абсолютными. Поэтому наше внимание концентрируется на субъекте права - лице, являющемся правообладателем исключительных прав. Поэтому субъектами авторских прав являются авторы программ для ЭВМ и баз данных, их наследники, а также любое физическое или юридическое лицо, которое обладает исключительными имущественными правами, полученными в силу закона или договора.

Первоначальное авторское право приобретает автор. Под автором понимается физическое лицо, творческим трудом которого создана программа для ЭВМ или база данных. Само по себе обладание правами автора отнесено к гражданской правоспособности граждан (ст. 18 ГК РФ). Для признания

' Ионас В.Я. Произведения творчества в гражданском праве. М., 1972. С.65. 9


физического лица автором не имеет значения ни его возраст, ни состояние дееспособности.

Действующее российское законодательство не предусматривает возможности возникновения права авторства у юридических лиц. То есть, становиться авторами произведений юридические лица не могут ни при каких условиях. Юридические лица могут приобретать определенные авторские права лишь в порядке правопреемства - на основании закона или договора. Исключение составляет авторское право на энциклопедии, энциклопедические словари, периодические и продолжающиеся сборники научных трудов, газеты, журналы и другие периодические издания. На эти объекты (а, следовательно, и на базы данных) авторское право возникает у издателя.

Диссертант обращает внимание на то, что важнейшей чертой такого результата интеллектуальной деятельности, как программные средства ЭВМ является их сложность. Следует подчеркнуть, что они представляют, пожалуй, самые сложные продукты человеческой деятельности. Поэтому примеры мелких фирм, крайне ограниченным составом исполнителей создавших программные продукты-бестселлеры, относятся к эпохе становления этой индустрии. Сегодня крупные программные средства (операционные системы, системы искусственного интеллекта, пакеты прикладных программ САПР) разрабатываются крупными организациями, в штате которых работают сотни высококлассных программистов.

Право авторства несет не только социальную функцию (защита интересов личности как таковой), но и является основанием возникновения имущественных прав. И несмотря на то, что авторство не обладает основным (характерным) для гражданского права экономическим содержанием, оно несет и «имущественную нагрузку», которая, по мнению некоторых исследователей (В. А. Дозорцев и др.), является базовой и первичной.

Вопрос о том, может ли юридическое лицо быть обладателем первоначального авторского права, то есть приобретать право авторства, долгие годы оставался в отечественной науке спорным. Вместе с тем ранее законодательство в определенных случаях допускало признание первоначального авторского права за юридическим лицом (ст. 484-486 ГК РСФСР). Причем практически юридическое лицо подставлялось на место человека и наделялось такими же правами.

Основываясь на положениях советского авторского законодательства, в соответствии с которыми авторские права на научные сборники, словари, энциклопедические издания, журналы, кинофильмы и т.п. возникали у выпустивших их в свет организаций, некоторые ученые (Б. С. Антимонов, Е. А. Флейшиц и др.) полагали, что авторское право юридических лиц возникает в результате творческой деятельности самих организаций, которая необходима для объединения самостоятельных произведений отдельных авторов в единое целое произведение.

10


По мнению других ученых, юридическое лицо по самой своей природе не может стать субъектом первоначального авторского права. Поэтому, какова ни была бы роль юридического лица в создании произведения, сам процесс создания остается делом отдельных физических лиц. Выявить же какую-либо особую творческую деятельность юридического лица, не охватываемую творчеством конкретных физических лиц, невозможно. Здесь уместно говорить лишь «об организационной деятельности юридического лица, о создании им материальной базы для творчества физических лиц и т. д., однако указанные действия не являются основанием для признания за юридическим лицом первоначального авторского права»2. С точки зрения сторонников такого мнения, наделение в некоторых случаях юридических лиц авторскими правами первоначального характера являлось лишь правотворческим приемом, преследующим конкретные цели.

Конструкция первоначального авторского права юридического лица способствовала устранению правовой неопределенности, возникающей в силу отсутствия обладателя авторского права на все произведение, в частности, облегчала использование произведений. Большой, а иногда и недостаточно определенный круг лиц, внесших творческий вклад в создание сложного составного произведения, вкупе с отсутствием правовых отношений между конкретными авторами, участвовавшими в его создании, делают целесообразным признание обладателем авторского права на произведение в целом одного лица. А ведь нередко в создании программно-информационного обеспечения ЭВМ определяющее значение имеют не отдельные лица, а многочисленные авторские коллективы, работа которых носит служебный характер. При этом персональный состав этих групп и степень творческого участия могут меняться, и не всегда соавторство может быть установлено традиционными мерами. В то же время, как показало исследование, использование такого инструмента, как «служебные произведения» не решает всех проблем, возникающих и при заключении авторских договоров, и при судебном рассмотрении споров.

Поэтому целесообразно признание за юридическим лицом возможности считаться автором программ для ЭВМ и баз данных. Конечно, юридическое лицо лишь условно может быть признано автором произведения, так как в действительности его творцами являются конкретные физические лица. Однако такой юридический прием, являющийся своеобразной юридической фикцией, в ряде случаев был бы вполне оправдан по изложенным выше соображениям.

Как уже отмечалось, программы для ЭВМ и базы данных нередко создаются не одним, а несколькими лицами. Если программа для ЭВМ создана в

2 Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. 1 2000.С.171.

11


результате совместной творческой деятельности двух или более физических лиц, то каждое такое лицо признается автором данной программы, то есть возникает соавторство. Доктрина и судебная практика связывают возникновение соавторства с рядом условий, которые следуют из действующего законодательства. Во-первых, соавторство имеет место лишь в том случае, если в результате совместных усилий нескольких лиц создано единое коллективное произведение.

Условие единства произведения в авторском праве выявляется с учетом как содержания произведения, так и его формы. Применительно к нашей теме данный аспект представляет особый интерес в связи с существованием такой разновидности программных средств, как мультимедиа. Она представляет собой комбинированное программное обеспечение ЭВМ, в состав которого входят и иные объекты авторского права, в том числе аудиовизуальные произведения.

Представляется, что такое единство внутренней формы аудиовизуального произведения - образов и внутренней формы программного средства - компьютерного алгоритма практически невозможна. Поэтому его создатели не могут с точки зрения традиционного авторского права рассматриваться как соавторы. Это также доказывает необходимость исключения из легального определения программы для ЭВМ «аудиовизуальных отображений».

Во-вторых, для соавторства требуется, чтобы участие двух или нескольких лиц в создании произведения носило творческий характер.

Авторское право может признаваться и за автором составных и, так называемых «производных», несамостоятельных объектов программного обеспечения и баз данных, при создании которых заимствуются элементы других (чужих) произведений. Лица, осуществившие «переработку», являются авторами, так как вложили творческий труд, но в случае если использованы юридически значимые элементы оригинальных произведений, их авторские права зависят от авторских прав создателей первоначальных результатов творчества.

Как уже отмечалось, база данных имеет правовой режим сборника. Содержание ст. 11 ЗоАП и ст. 5 ЗоПЭВМ, предъявляющих определенные требования к творческой работе авторов традиционных сборников и авторов баз данных, полностью совпадают.

Как производные следует рассматривать и программы, созданные с использованием различных компиляторов, так как при компиляции к программе неизбежно присоединяются некоторые части средства программирования, с помощью которого она разрабатывается (например, различные библиотеки, а при работе с объектно-ориентированными средствами программирования -уже готовые объекты - базовые классы). Программы, созданные таким образом, обязательно будут содержать юридически значимые элементы, созданные другими лицами. Поэтому есть все основания считать такую работу производной. Несанкционированное использование языка-компилятора лишает

12


автора несамостоятельного произведения имущественной составляющей авторских прав.

Носителями производного авторского права выступают наследники и иные правопреемники автора. Производные имущественные авторские права могут приобретать как физические, так и юридические лица.

В третьем параграфе исследуются юридические факты, свойственные правоотношениям в области создания и использования таких объектов авторского права, как программы для ЭВМ и базы данных.

Для возникновения авторского права не требуется регистрации произведения, депонирования экземпляров, оплаты сборов, выпуск в свет экземпляров произведения и т. д. Предусмотренная ст. 13 ЗоПЭВМ регистрация программных средств носит факультативный характер, так как осуществляется по желанию правообладателя.

Передача имущественных прав на программы для ЭВМ и базы данных, а также их использование третьими лицами (пользователями) осуществляется на основании договора с правообладателем за исключением случаев, предусмотренных законом.

Анализируя авторский договор, все специалисты подчеркивают его гражданско-правовой характер. Это означает, что на авторско-договорные отношения распространяются как общие положения гражданского права, так и общие нормы обязательственного права.

В то же время представляется неверным мнение о возможности применения к этим договорам общих положений о купле-продаже и цессии. Хотя в законе сделки, направленные на приобретение авторских прав, определяются как авторский договор о передаче прав, считаем, что положения действующего законодательства не позволяют рассматривать этот договор в качестве формы отчуждения (уступки) имущественных авторских прав. В частности, законодательство запрещает дальнейшую передачу приобретенных прав, если нет прямого разрешения в первоначальном договоре; в договоре должен быть указан конкретный срок передачи, а в случае его отсутствия, у автора появляется возможность расторжения договора по истечении пяти лет. Представляется также, что на авторский договор заказа не распространяются положения договора подряда или договоров на выполнение научно-исследовательских работ (гл. 38 ГК РФ).

В рамках настоящей работы рассмотрены особенности различных видов авторских (лицензионных) договоров, которые заключаются для осуществления передачи прав на компьютерные программы, а также возникновение прав на программы для ЭВМ и базы данных, созданные в порядке выполнения служебного задания. Законодательство устанавливает некоторые особенности авторских договоров на передачу прав на программно-информационное обеспечение ЭВМ. Это особый порядок заключения договоров при продаже экземпляров программ для ЭВМ и баз данных массовым пользователям.

13


Четвертый параграф посвящен содержанию рассматриваемого гражданского правоотношения. Признание программ для ЭВМ и баз данных разновидностью литературных произведений и распространение на них режима авторско-правовой охраны побуждает обратить особое внимание на соотношение прав, закрепленных за автором программных продуктов, и прав автора любого произведения, перечисленных в ЗоАП.

Законодательство об авторском праве устанавливает деление авторских прав на личные неимущественные и имущественные. Выделяются следующие личные права, принадлежащие автору программы для ЭВМ или базы данных: право авторства; право на имя; право на неприкосновенность (целостность); право на обнародование.

Применительно к компьютерному программному обеспечению особого рассмотрения требует право на неприкосновенность (целостность). Право на неприкосновенность в классическом авторском праве возникло в связи с необходимостью защиты произведения от искажений и иных посягательств, способных нанести ущерб чести и достоинству автора. Технические свойства рассматриваемых нами произведений обуславливают особый подход к вопросу об осуществлении и ограничении данного права их создателя.

Во-первых, программы, являясь, как правило, произведением большой сложности и объема, написаны в довольно трудно воспринимаемой для человека форме. Вследствие этого многие программные продукты содержат ошибки. В связи с этим важное значение имеет закрепление за пользователем права на исправление явных ошибок. Во-вторых, каждому лицу, правомерно владеющему экземпляром программы для ЭВМ или базы данных, разрешается ее адаптация, то есть внесение изменений, осуществляемых исключительно в целях обеспечения функционирования программы для ЭВМ или базы данных на конкретных технических средствах пользователя или под управлением конкретных программ пользователя.

Исходя из положений действующего законодательства, право пользователя на адаптацию является ограничением имущественных прав. Однако представляется, что самостоятельная адаптация пользователем программы не влияет на имущественные интересы правообладателя. В то же время содержанием права на защиту репутации автора признается запрещение без согласия автора вносить какие-либо изменения как в само произведение, так и в его название. Это позволяет рассматривать адаптацию как ограничение личных неимущественных прав автора программы для ЭВМ или базы данных.

К имущественным правам автора относятся правомочия, которые условно объединяют в право на использование программы для ЭВМ или базы данных. Следует обратить внимание на то, что «использование» не связано с функционированием программных средств или их выполнением с целью получения требуемого результата.

14


Согласно законодательству и автору программы для ЭВМ или базы данных, и иному правообладателю принадлежит исключительное право осуществлять и (или) разрешать осуществление следующих действий: воспроизведение программы для ЭВМ и базы данных (полное или частичное) в любой форме, любыми способами; распространение программы для ЭВМ и базы данных; модификация программы для ЭВМ и базы данных, в том числе перевод с одного языка на другой; иное использование программы для ЭВМ и базы данных. В литературе отмечается тот факт, что «электронная форма» произведений (а именно такая форма наиболее свойственна и компьютерным программам и базам данных) значительно расширяет возможности иных способов использования. Причем наиболее распространенные способы использования произведений - воспроизведение, распространение, сообщение произведения до всеобщего сведения путем передачи в эфир, публичное исполнение - в их традиционном понимании часто не охватывают «электронные» способы.

Для интересующих нас объектов авторского права эта проблема не так актуальна. Дело в том, что нормы ЗоПЭВМ, естественно, уже учитывают специфику электронной формы. Так, предоставление доступа к программе для ЭВМ и базе данных сетевыми способами признается распространением.

С учетом того, что практически любое произведение сейчас может существовать и использоваться в электронной форме, необходимо найти адекватный способ решения проблем, возникающих в сфере их использования. На наш взгляд, при регулировании отношений в области использования любого объекта авторского права, существующего в электронной форме, в ряде случаев (и в первую очередь при определении использования) целесообразно применять аналогию закона, то есть нормы ЗоПЭВМ.

В диссертации также проанализированы особенности правомочий право-обладателя программных продуктов. Специфика воспроизведения программы для ЭВМ и базы данных заключаетсяв иной регламентации воспроизведения в рамках свободного использования.

Поскольку именно определение распространения произведения в законодательстве об авторском праве не приспособлено к новым способам использования произведений, предлагается изменить абз. 2 п. 2 ст.16 Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах», изложив его в следующей редакции: «распространять экземпляры произведения любым способом: продавать, сдавать в прокат, предоставлять доступ к воспроизведенному в любой форме произведению, в том числе способами электронно-вычислительных сетей, и так далее (право на распространение)».

Вторая глава диссертации - «Охрана и защита авторских прав на программы для ЭВМ и базы данных» - включает два параграфа.

В первом параграфе второй главы соискатель исследует позиции юристов, дискутирующих о вариантах правовой охраны компьютерных программ

15


и баз данных. Для компьютерных программ наиболее перспективными, кроме авторского права, являются патентная охрана и самостоятельный институт правовой охраны программ для ЭВМ, которые и нашли поддержку большинства ученых.

По поводу альтернативных (авторскому праву) вариантов диссертант приходит к следующим выводам. Из существующих ныне институтов охраны прав на результаты интеллектуальной деятельности наибольший интерес для правообладателей может представлять лишь патентное право. Преимущества патентной охраны заключаются в сфере использования обобщенных алгоритмов. Учитывая выводы, полученные в первой главе работы, а также изучив мнения И. Э. Мамиофы, О. В. Ревинского, Б. В. Наумова и других ученых, считаем введение возможности патентования программ (алгоритмов) допустимым, но нецелесообразным шагом.

Такое преимущество охраны прав на результаты интеллектуальной деятельности авторским правом, как отсутствие дополнительных формальностей для возникновения правовой охраны делает ее незаменимым инструментом регулирования отношений в области использования рассматриваемых объектов. Отсутствие требования регистрации компьютерных программ, презумпция оригинальности (а значит, отсутствие необходимости проведения экспертизы на новизну, необходимости дожидаться обнародования и т. д.), делают этот вид охраны весьма привлекательным для разработчиков программного обеспечения. Кроме того, учитывая, что полностью отказаться от правовой охраны компьютерных программ нормами авторского права, на наш взгляд, невозможно, патентование программ и алгоритмов неизбежно порождает различного рода коллизии. Помимо этого, для рассматриваемых объектов практически невозможно определить грань между «идеей» и «содержанием» изобретения. Это позволяет использовать в формуле изобретения максимально обобщенный алгоритм решения задачи. Представляется, что такие изменения приведут к дисбалансу интересов общества и правообладателей в пользу последних.

В рассматриваемой сфере патентование допустимо лишь в отношении аппаратно-программных комплексов, где программа (алгоритм) выступает в качестве одного из существенных признаков формулы изобретения, что допускается и действующим законодательством.

Однако логично предположить, что поскольку мы имеем дело со столь специфичным объектом исключительных прав, то специальный институт правовой охраны был бы наиболее эффективным. Представляется, что такая система уже формируется на основе «модификации» норм авторского права. Специальные нормы содержатся не только в специальном законе (ЗоПЭВМ), но и в ЗоАП (например, п. 2 ст.7, п. 2 ст. 18, ст. 25, п. 2 ст. 32). Хотя, с другой стороны, о полноценном и самостоятельном законодательстве зю депепз для математического обеспечения ЭВМ говорить, конечно, рано. Компьютерные

16


программы четко отнесены к объектам авторского права (ст. 2 ЗоПЭВМ и ст. 7 ^ЗоАП), а ЗоПЭВМ входит в систему законодательства Российской Федерации об авторском праве и смежных правах (ст. 2 ЗоАП).

Соотношение норм упомянутых законов, по мнению диссертанта, должно быть следующим: специальные нормы, содержащиеся в ЗоАП, обладают приоритетом по отношению к нормам ЗоПЭВМ, так как приняты позже; нормы ЗоПЭВМ обладают приоритетом по отношению к остальным положениям ЗоАП, так как являются специальными.

«Модифицированные» нормы авторского права, направленные на регулирование отношений в сфере создания и использования программ для ЭВМ, позволяют правообладателю дополнительно воспользоваться институтом коммерческой тайны для защиты своих прав, поскольку ст. 25 ЗоАП и ст. 139 ГК РФ делают практически невозможным правомерное заимствование алгоритма программы без разрешения правообладателя.

В отношении правовой охраны баз данных взгляды юристов не так разнообразны и противоречивы. Из существующих на сегодняшний день институтов права интеллектуальной собственности авторское право представляет собой наиболее подходящий вариант, однако и он не в полной мере отвечает потребностям существующих правоотношений.

В этой связи юристы единодушны во мнении о необходимости создания специального законодательства об охране баз данных (А. П. Сергеев, О. В. Ревинский и др.), основные положения которого уже разрабатываются на международном уровне.

Во втором параграфе автор рассматривает предусмотренные законом меры, которые направлены на восстановление и признание нарушенных прав и охраняемых законом интересов правообладателя.

Под нарушением авторских прав на программы для ЭВМ и базы данных диссертант понимает их несанкционированное использование, в том числе путем воспроизведения (полного или частичного), распространения, модификации (нарушения имущественных прав), а также действия, нарушающие личные неимущественные права автора.

Наиболее эффективно защита авторских прав на программы для ЭВМ и базы данных осуществляется в судебном порядке, что обеспечивается применением предусмотренных законом способов защиты. На основании ст. 12 ГК РФ, ст. 49 ЗоАП и ст. 18 ЗоПЭВМ в диссертации определяется система способов защиты прав на компьютерные программы и базы данных. Она включает: признание права; восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; выплаты компенсации; возмещение убытков; компенсация морального вреда; иные способы, предусмотренные законом.

Далее диссертант более подробно исследовал отдельные способы защиты прав на программы для ЭВМ и базы данных.

17


Необходимость в таком способе защиты, как признание авторских прав на программы для ЭВМ и базы данных возникает тогда, когда наличие у лица авторского права подвергается сомнению, авторское право оспаривается, отрицается или имеется реальная угроза этих действий. Зачастую неопределенность авторского права приводит к невозможности его использования и защиты или, по крайней мере, затрудняет такие действия. Поэтому, даже когда правообладатель намерен воспользоваться каким-либо способом защиты своих субъективных прав, признание его права часто будет необходимой предпосылкой. Требование о признание права может быть направлено и на личные неимущественные права авторов и на имущественные права.

Восстановление положения, существовавшего до нарушения права, как способ защиты, применяется тогда, когда нарушенное авторское или смежное право в результате правонарушения не прекращает своего существования и может быть реально восстановлено путем устранения последствий правонарушения. И хотя в области авторского права восстановление прежнего положения чаще невозможно, эта мера защиты в некоторых случаях все же может быть применена (расторжение уже заключенных договоров, связанных с использованием спорных программных продуктов; уничтожение кон-трафактных экземпляров программ, в том числе модифицированных и т. д.).

Пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, так же, как и признание права, может применяться в сочетании с другими способами защиты, например взысканием убытков, или иметь самостоятельное значение. В отличие от предыдущего способа, в случае факта нарушения авторских прав на компьютерное программное обеспечение данная мера может применяться практически всегда, но обычно применяется при длящемся правонарушении. Типичными примерами реализации данного способа защиты в рассматриваемой сфере являются запрещение дальнейшего распространения программных продуктов, запрет на использование модификаций программы, «закрытие» информационных ресурсов и т. п.

Наиболее эффективными и распространенными способами защиты авторских прав считаются возмещение убытков и выплата компенсации. Согласно ст. 18 ЗоПЭВМ основной формой компенсации причиненного потерпевшему ущерба является возмещение убытков, в размер которых включается сумма доходов, неправомерно полученных нарушителем. В рассматриваемой области убытки возмещаются в полном объеме.

Убытки при нарушении исключительных прав на программные продукты, как правило, заключаются в той упущенной выгоде, которая могла быть получена в условиях нормальной реализации прав и обязанностей участников правоотношений (в качестве примера реального ущерба обычно приводят расходы, затраченные на выявление правонарушения и изобличение нарушителя, и т. п.). В этом случае упущенная выгода может состоять из: 1) стоимости незаконно воспроизведенных либо незаконно распространенных эк-

18


земпляров программ для ЭВМ и баз данных, или стоимость лицензий на их распространение (обычно предполагается, что каждая контрафактная копия, по крайней мере, приводит к срыву продажи легальной копии); 2) доходов, полученных нарушителем вследствие нарушения авторских прав на программные продукты,

Поскольку доказать наличие убытков и обосновать их размер, особенно в части упущенной выгоды, бывает не всегда просто, потерпевшие могут взыскать с нарушителя в свою пользу весь доход, полученный им вследствие нарушения авторских и смежных прав. Нужно отметить, что в литературе, посвященной вопросам защиты исключительных прав, встречаются различные толкования понятия «доход» (Р. Хаметов, А. П. Сергеев и др.). По нашему мнению, под доходом следует понимать все полученное нарушителем от незаконного использования произведения, а не только прибыль.

Обладатели нарушенных авторских прав могут потребовать от нарушителя выплаты компенсации. Как показывает судебная практика последних лет, требование о выплате компенсации является самым распространенным способом защиты авторских прав и в частности прав, объектом которых являются компьютерные программы и базы данных. Причина такой избирательности объясняется тем, что истец в данном случае должен доказать лишь сам факт нарушения его имущественных прав, что подразумевает и причинение ему убытков, но не обязан обосновывать их размер. Размер компенсации определяется по усмотрению суда или арбитражного суда на основании иска потерпевшего в установленных законом пределах. Как правило, компенсация рассчитывается исходя из предполагаемого размера убытков правообладателя и доходов нарушителя. Представляется, что это единственный критерий определения размера компенсации.

Как видно, возможность предъявления требования о компенсации значительно улучшает положение правообладателей: они освобождаются от необходимости документального подтверждения размера своих убытков. Ранее требование о выплате компенсации было возможно лишь в случаях, когда цель нарушения прав на программы для ЭВМ и базы данных - извлечение прибыли. На наш взгляд, это требование вполне отвечало особенностям правового регулирования отношений в сфере использования программ для ЭВМ и баз данных. В частности, обратим внимание на положения ч. 2 ст. 18 Зо-АП, которые фактически запрещаютвоспроизведение в личных целях программ для ЭВМ (за исключением случаев, предусмотренных ст. 25 ЗоАП) и баз данных. Учитывая, что на математическое обеспечение не распространяется и ст. 26 ЗоАП, можно утверждать, что ограничение применения рассматриваемой меры ответственности нарушениями, преследующими цель извлечения прибыли, было разумным балансом интересов общества и правообладателей. Поэтому предлагается возвратить норму о возможности взыскания компенсации только при нарушениях, направленных на извлечение прибыли. Для этого необходи-

19


мо дополнить п. 1 ст. 18 ЗоПЭВМ абзацем 5 следующего содержания: «...выплаты нарушителем компенсации, определяемой в соответствии с законодательством Российской Федерации об авторском праве и смежных правах, в случаях нарушения с целью извлечения прибыли».

В диссертации утверждается, что выбор конкретной формы возмещения причиненного вреда осуществляется исключительно по усмотрению самого потерпевшего, который не обязан обосновывать его перед судом.

Законодательство РФ об авторском праве не предусматривает такого способа защиты, как компенсация морального вреда, поэтому требование о компенсации морального вреда полностью регулируется ст. 150-152 и 1099-1101 ГК РФ. Считается, что в сфере авторского права моральный вред подлежит компенсации лишь в тех случаях, когда нарушены какие-либо личные неимущественные права. Однако, как отмечается в литературе (С. Лапин), имущественные права автора тесно связаны с личными неимущественными авторскими правами, поэтому представляется рациональным предусмотреть компенсацию морального вреда за нарушения имущественных авторских прав.

Неюрисдикционная форма защиты охватывает собой действия граждан и организаций по защите гражданских прав и охраняемых законом интересов, которые совершаются ими самостоятельно, без обращения за помощью к государственным органам. В научной литературе средства неюрисдикционной формы защиты дифференцируют на самозащиту гражданских прав и применение управомоченным лицом мер оперативного воздействия.

Считается, что в области защиты авторских прав значение неюрисдикци-онных мер защиты незначительно. Однако есть основания утверждать, что программы для ЭВМ (в меньшей степени - базы данных) являются исключением из этого правила. Перечень средств самозащиты существенно расширяется, главным образом, за счет действий технического (как правило, программно-технического) характера, которые предусматривают создание искусственных преград, затрудняющих воспроизведение и распространение программных продуктов. В диссертации определяются границы использования мер самозащиты. Во-первых, необходимо предупреждение пользователя о наличии и свойствах технических приемов зашиты. Во-вторых, недопустимо применение этих приемов, если они прямо предназначены для причинения вреда аппаратным или программным средствам пользователя.

Утверждается, что сами программно-технические средства защиты нуждаются в правовой защите. Как правило, они являются результатами творческой деятельности, а, следовательно, объектами субъективных гражданских прав.

Диссертант приходит к выводу, что система способов защиты авторских прав на программы для ЭВМ и базы данных довольно эффективна. Тем не менее, учитывая особый характер авторских прав, представляется целесообразным дополнить эту систему, предусмотрев возможность компенсации мо-

20


рального вреда и в случае нарушения имущественных авторских прав. Для этого необходимо дополнить п. 1 ст. 49 Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах» и п. 1 ст. 18 Закона РФ «О правовой охране программ для ЭВМ и баз данных» частью следующего содержания: «...компенсации морального вреда в случае нарушения имущественных прав».

В заключении подводятся итоги диссертационного исследования.

Основные положения диссертационного исследования опубликованы в следующих работах:

1. Правовая культура отношений в области создания и использования программного обеспечения для ЭВМ // Правовая культура в России на рубеже столетий: Материалы Всероссийской науч.-теорет. конф. / Под ред. Н. Н. Во-пленко. - Волгоград: Изд. группа ВРО МСЮ, 2001г. - 0,1 п. л.

2. Программы для ЭВМ и базы данных как объекты права интеллектуальной собственности // Свобода, право, рынок. Вып. второй: Сб. науч. тр. / Ред-кол.: П. М. Филиппов (отв.ред) и др. - Волгоград: Изд. - ВА МВД России, 2001 г.-О, 35 п. л.

3. К вопросу об использовании знака охраны авторских прав // VI Межвузовская конференция студентов и молодых ученых г. Волгограда и Волгоградской области: Тез. докл. - Волгоград: Изд. - волгу, 2002. - 0,2 п. л.

4. Некоторые проблемы осуществления гражданско-правовой защиты авторских прав на компьютерное программное обеспечение // Пути развития российской юридической науки и образования в XXI веке. - Волгоград: Изд. -волгу, 2002. - 0, 25 п. л.

5. Правовое значение отдельных элементов программы для ЭВМ // Свобода. Право. Рынок. - Волгоград: Изд. - «Перемена», 2002. - 0, 38 п. л.


Котельников Николай Васильевич

ПРАВА НА ПРОГРАММЫ ДЛЯ ЭВМ И БАЗЫ ДАННЫХ КАК ОБЪЕКТЫ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Волгоградская академия МВД России 400089, г. Волгоград, ул. Историческая, 130.

Подписано в печать 14.04 2003. Формат 60х84/16. Физ. печ. л. 1,25. Тираж 100. Заказ № 101/85.

ООП ВА МВД России. 400131, г. Волгоград, ул. Коммунистическая, 36

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.