WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ФАКТОР В ГОСУДАРСТВЕННОМ УСТРОЙСТВЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Автореферат кандидатской диссертации по юридическим наукам, праву

 

На правах рукописи

УДК 342.24

 

 

Замышляев Дмитрий Владимирович

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ФАКТОР В ГОСУДАРСТВЕННОМ УСТРОЙСТВЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Специальность: 12.00.01 – теория и история права и государства;

история учений о праве и государстве

 

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

 

 

Нижний Новгород – 2004

 

Работа выполнена на кафедре государственно-правовых дисциплин Нижегородской академии МВД России.

 

Научный руководитель: кандидат юридических наук, доцент

Гриб Владислав Валерьевич

 

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор,

заслуженный деятель науки РФ

Карташов Владимир Николаевич;

кандидат юридических наук, доцент

Макарейко Николай Владимирович

 

Ведущая организация: Российская академия правосудия

 

 

Защита состоится 17 ноября 2004 года в 9 часов на заседании диссертационного совета Д-203.009.01 при Нижегородской академии МВД России по адресу: 603600, г. Н. Новгород, ГСП-268, Анкудиновское шоссе, д. 3. Зал ученого совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Нижегородской академии МВД России.

 

 

Автореферат разослан “__” октября 2004 года.

 

 

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент Миловидова М.А.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

 

Актуальность темы диссертационного исследования. В современном мире количество народов многократно превышает количество государств, что неизбежно приводит к необходимости сосуществования в рамках одного государства нескольких различных народов.

Процессы реформирования государства в России, активно протекающие в последние два десятилетия, в значительной мере обусловили эскалацию напряженности в межнациональных отношениях, проявившейся в росте националистического настроя и сепаратистских тенденций в субъектах Российской Федерации, выделенных по национальному признаку: Чеченская Республика, Республика Татарстан, Республика Башкортостан и др.

Конфликты, происходящие в мире и в России на почве межнациональных противоречий, отличаются высокой степенью сложности. Во многом возникновение и ход межнациональных конфликтов определяются взаимоотношениями нации с государством, на территории которого она проживает.

В настоящее время в российской и зарубежной государственно-правовой науке и политической практике довольно остро стоит вопрос о поиске оптимальных форм организации государства, в особенности его политико-территориального устройства, с целью предотвращения конфликтов на этнической почве и гарантирования народам права на самоопределение.

Многонациональный характер государства требует особого внимания к исследованию “национального фактора” при рассмотрении проблемы оптимальной формы политико-территориального устройства государства.

Степень научной разработанности темы. Проблемы решения национального вопроса, политико-территориальной организации государств, асимметричности федеративных отношений и возможности оптимизации политико-территориального устройства Российской Федерации освещались в юридической науке в основном в рамках общей теории федерализма и теории межнациональных отношений.

Значительный вклад в разработку данной и смежной проблематики внесли С.А. Авакьян, А.С. Автономов, Н.Н. Алексеев, А.Н. Аринин, В.М. Баранов, А.А. Воронин, Л.Н. Гумилев, А.Г. Дугин, Д.Н. Замятин, Н.Ю. Замятина, Л.М. Карапетян, А.Е. Козлов, Ф.Ф. Конев, И.А. Конюхова, В.Н. Лысенко, Н.М. Мириханов, А.В. Никонов, В.Д. Перевалов, А.С. Саломаткин, П.А. Сорокин, Л.А. Стешенко, Э.В. Тадевосян, В.А. Толстик, Т.Я. Хабриева, С.В. Черниченко, В.Е. Чиркин, С.М. Шахрай, Б.С. Эбзеев и др.

Объектом исследования выступают государственно-правовые аспекты политико-территориальной организации государства.

Предметом диссертационного исследования являются влияние национального фактора на организацию государства в той или иной политико-территориальной форме устройства; исторические закономерности государственного развития России; современное состояние государственного устройства Российской Федерации и возможные перспективы его оптимизации.

Целью исследования являются изучение теоретических основ политико-территориального устройства государства, обобщение исторического опыта развития Российского государства и отдельных зарубежных стран, выявление факторов и закономерностей, действующих в сфере межнациональных отношений в их взаимосвязи с формами политико-территориальной организации государства и определение возможных направлений оптимизации политико-территориального устройства России.

Названная цель обусловила необходимость решения следующих задач:

– дать характеристику существующих форм политико-территориальной организации государства;

– изучить влияние национального и территориального фактора на выбор формы политико-территориального устройства государства;

– рассмотреть историю развития форм политико-территориального устройства в России в своей взаимосвязи с изменениями в межнациональных отношениях;

– проанализировать и обобщить различные предложения по совершенствованию политико-территориальной организации государства в отечественной доктрине;

– выработать предложения по оптимизации существующей в России формы политико-территориальной организации с учетом отечественного и зарубежного опыта.

Методологическая основа диссертационного исследования. Основой методологии научного исследования являются положения Конституции РФ 1993 года, общепризнанные нормы и принципы международного права, а также специальные нормы и принципы государственного строительства.

Исследование правовых явлений, составляющих предмет настоящей диссертации осуществлялось на базе общенаучного диалектического метода познания и вытекающих из него частнонаучных методов: исторического, формально-юридического, метода сравнительного правоведения и правового моделирования и др. При этом изучение опиралось на совокупность принципов, выработанных в сфере юридических наук и присущих любому исследованию, которые в общей форме выражаются как принципы индукции и дедукции, анализа и синтеза, единства исторического и логического. При работе с правовым материалом осуществлялась классификация юридических норм, юридических фактов, уяснялся смысл юридической терминологии, на основе которой вырабатывались обобщения и определения. Данная методологическая основа обеспечивала целостность и всесторонность исследования проблематики научной работы во взаимосвязи и взаимодействии со средой функционирования.

Теоретическую основу диссертационного исследования составили труды отечественных и зарубежных ученых как в области юриспруденции: теории государства и права, конституционного права, так и истории, политологии, социологии, философии, а также основополагающие подходы, выработанные наукой при исследовании государственно-правовых явлений, монографические исследования и труды российских ученых-правоведов: С.А. Авакьяна, А.С. Автономова, С.С. Алексеева, С.Б. Глушаченко, В.Н. Лысенко, И.А. Покровского, И.А. Умновой, Т.Я. Хабриевой, В.Е. Чиркина, С.М. Шахрай, Г.Ф. Шершеневича.

Эмпирическую основу диссертации составили национальные и международные нормативные правовые акты, решения Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации

Научная новизна исследования заключается в комплексном подходе к проблеме влияния национального фактора на выбор формы политико-территориального устройства государства. Автором на основе анализа исторического отечественного и зарубежного опыта выработаны рекомендации по оптимизации политико-территориальной формы государственной организации в России.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Федеративные отношения, развиваясь в государствах, устроенных с использованием национально-государственного принципа, увеличивают изначально заложенную в федеративной модели децентрализацию, усиливая сепаратистские тенденции.

2. Федеративная форма политико-территориального устройства государства, закрепленная в Конституции РФ, учитывая исторические, этнические и иные особенности развития Российского государства, не является единственно подходящей для России, а в чем-то, напротив, ее можно считать не вполне неоправданной и неадекватной сложившимся в стране условиям.

3. Модель политико-территориального устройства, сочетающая национально-государственный и территориально-государственный принципы территориального размежевания, установленная в Российской Федерации, является неадекватной не только российским условиям, но и самой теории федерализма.

4. Необходимо обратить внимание на недопустимость наделения территорий компактного проживания народов особым статусом, поскольку уступки в форме наделения национальных регионов большим государственно-правовым статусом порождают большие претензии, “порочный круг”, выход из которого в конечном итоге может быть осуществлен только путем проведения сецессии.

5. Большую роль в нормализации межэтнических отношений должно играть проведение комплексной политики. Оптимальной в российских условиях является политика, основанная на принципах евразийства, т. е. признании культурной и этнической уникальности народов, проживающих на территории государства, и сохранении совокупности проживающих на территории государства народов как суперэтноса.

6. Самоопределение народов должно рассматриваться как нацио-нально-культурное, а не национально-территориальное, в связи с чем оптимальной формой самоопределения в России автору видится самоопределение через национально-культурную автономию.

7. На основании проведенного теоретического и исторического исследования автор считает оптимальными для России формами политико-территориального устройства либо симметричную федерацию, либо унитарное государство с автономиями; при этом, как уже неоднократно указывалось, необходимо избегать при территориальном размежевании создания мононациональных территориальных единиц.

8. Современные тенденции развития Российского государства доказывают мнение автора о цикличности развития форм политико-территориального устройства, при которой основной фазой цикла является унитарное политико-территориальное устройство, в связи с чем автор не исключает возможности возврата к тому положению, которое существовало в РСФСР: юридически закрепленная федерация со временем трансформировалась в de facto унитарное государство. Таким образом, с большой вероятностью будет реализована вторая из оптимальных для России моделей политико-территориального устройства – унитарное государство с автономиями.

Теоретическая и практическая значимость исследования состоит в возможности использования положений и рекомендаций, изложенных в диссертации, для совершенствования законодательства и правоприменительной практики по вопросу эффективного политико-территориального устройства Российской Федерации. Полученные выводы и обобщения вносят определенный вклад в развитие теории государства и права. Материалы диссертационного исследования могут быть использованы в учебном процессе при преподавании курсов теории государства и права и конституционного права.

Апробация результатов исследования. Диссертация обсуждена на кафедре теории государства и права Нижегородской академии МВД России. Основные выводы исследования отражены в опубликованных работах и докладах на научных конференциях, использованы в учебном процессе при преподавании курса теории государства и права, конституционного права в ряде юридических вузов г. Москвы.

Структура исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, девяти параграфов, заключения и списка использованной литературы.

 

 

 

 

 

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

 

Во введении обосновывается актуальность избранной темы, раскрывается степень ее научной разработанности, определяются объект, предмет, цель, задачи и методологическая основа исследования, формулируются положения, выносимые на защиту, обосновывается научная новизна и практическая значимость.

Первая глава “Теоретические аспекты политико-территориальной организации государства” состоит из трех параграфов, в которых определяются методологические основы исследования, анализируются существенные подходы к определению понятий “федерализм”, “федеративное государство”, “национальный фактор”, “территориальный фактор”.

В первом параграфе диссертации “Формы политико-террито-риальной организации государств”автор исследует теоретическую разрабо-танность категории “форма государственного устройства”.

Диссертант констатирует, что в определении понятий унитарного и федеративного государства в литературе существуют значительные разногласия. Выделяются различные виды унитарных и федеративных государств, сложившиеся вследствие неоднородности государств.

Исследование соотношения унитарного государства и федерации автор ограничивает определением характерных черт данных моделей государственного устройства.

Выделяются следующие признаки федерации, отличающие ее от унитарного государства: наличие трех уровней власти (в России: федеральные органы власти, органы власти субъектов Федерации и местное самоуправление), причем все уровни власти, как правило, наделены правом законотворчества; отсутствие единой системы управления по вертикали, когда представители нижестоящих уровней власти назначаются вышестоящими; больший объем полномочий региональных органов власти. Федерализм характеризуется тем, что компетенция распределена между центральной властью и властями субъектов федерации так, что не может быть изменена ни одним уровнем власти в одностороннем порядке.

Унитарная форма государственного устройства отличается подчинен-ностью территориальных единиц центральной власти и возможностью отмены делегированных им полномочий центральной властью.

Во втором параграфе “Национальный фактор в организации территории государства”автор, анализируя международные и внутригосу-дарственные правовые акты, детально исследует понятие “национальный фактор” и право народов на самоопределение.

Диссертант отмечает, что ни в теории государства и права, ни в доктрине конституционного и международного права нет единой точки зрения на сущность права народов на самоопределение.

Обычно под самоопределением народов понимается право самостоятельно решать вопрос о своей судьбе, право определенных коллективов, социальных и этнических групп самостоятельно избирать формы своей организации, однако некоторые авторы расширяют рамки данного понятия, например, М.С. Джунусов под самоопределением нации понимает право каждой национальности свободно, без какого-либо принуждения выбирать государственную форму своего существования, право волеизъявления населения, самостоятельного решения вопросов организации, федерального и конфедеративного государства или образования обособленного отдельного государства. В конце 80-х – начале 90-х годов было высказано мнение, согласно которому государственное отделение не является той формой самоопределения, которая при реализации права на самоопределение играет основную роль.

Автор полагает неправомерным отождествление понятия самоопре-деления народов с их правом на образование собственного государства. Поскольку не существует моноэтнических территорий, политическое само-определение этносов вызывает серьезные территориальные конфликты, и даже при их относительно благополучном разрешении вновь возникшее “независимое” государство неизбежно строится по этническому принципу, т. е. разделяет граждан (подданных) на коренных (титульных) и некоренных (нетитульных).

В основу построения федеративных государств могут закладываться национально-государственный, а также территориально-государственный принципы в чистом виде либо в своем сочетании. Классическая теория федерализма не предполагает национально-государственного принципа при построении государства (он присутствует в государственном устройстве Индии и Канады). Большинство современных федеративных государств построены по территориально-государственному принципу (США, Германия, Австралия, Австрия и др.).

Опыт Канады показывает, что уступки в форме наделения национальных регионов большим государственно-правовым статусом, порождают “порочный круг”, выход из которого в конечном итоге может быть осуществлен только путем проведения сецессии. В целях избежания подобной практики необходимо изначально отказаться от национально-территориального принципа самоопределения, ограничив самоопределение народов национально-культурными рамками.

На примере США, Канады, Индии, Германии, Испании, Китая диссертант показывает, что национальный вопрос может решаться путем наделения особым статусом территорий, где титульная нация составляет большинство проживающего на данной территории населения. Это особенно важно для России, которая является единственной страной, где титульные нации субъектов, выделенных по национально-государственному принципу, не составляют их большинства (кроме четырех субъектов).

Автор приходит к заключению, что ни одна из форм политико-территориальной организации государств не дает полной гарантии от сепаратистских и националистических проявлений на национальных территориях. Решение национального вопроса должно носить комплексный характер, и та или иная форма политико-территориальной организации государства должна соединяться с соответствующей политикой в идеологической, культурной и иных сферах.

Диссертант выступает не за лишение национальных регионов особого государственно-правового статуса, а, напротив, за наделение национальных регионов особым государственно-правовым статусом, поскольку это позволяет в максимальной степени учесть особенности того или иного этноса. При этом недопустимо соединение особого статуса национальных местностей с принципом самоопределения как порождающее неоправданные амбиции сепаратистских сил.

В третьем параграфе “Территориальный фактор в устройстве государства отмечается, что на выбор той или иной формы политико-территориальной организации оказывают влияние многие факторы, однако доминирующими являются национальный и территориальный.

Территориальный фактор может быть определен как зависимость управляемости государства от размера его территории: чем больше терри-тория государства, тем сложнее оно управляется из единого центра.

Автор полагает, что от дискуссии о понятии унитарной и федеративной моделей государственного устройства следует перейти к уяснению понятия “степень централизации”, являющегося одной из основных характеристик моделей политико-территориального устройства государств, позволяющего определить базовые черты требуемой модели.

На разных этапах существования федеративного государства в зави-симости от различных факторов (исторических, политических, демогра-фических и т. п.) возможно увеличение или уменьшение степени центра-лизации путем перераспределения предметов ведения и полномочий (между федеральным центром и субъектами федерации).

В рамках сохранения государственного единства крайней степенью децентрализации выступает федерация, а централизации – построение властной вертикали, в которой не развито местное самоуправление.

По мнению автора, наиболее логично было бы определять степень децентрализации в зависимости от объема автономных прав (определяемых в свою очередь через анализ соотношения предметов ведения и полномочий федерального центра и субъектов федерации) как универсального критерия, показывающего степень зависимости (самостоятельности) местных властей от центральных.

Как еще один фактор, влияющий на необходимость децентрализации помимо региональной специфики и скорости решения конкретных вопросов, автор предлагает учитывать чрезмерный объем решаемых центральной властью задач.

Процессы централизации и децентрализации протекают параллельно не только в сфере политико-территориального устройства государства, но и во всей политической сфере. Трудно представить подлинную федерацию в государстве с авторитарным или тоталитарным режимом или в государстве с монархической формой правления. Напротив, республиканская форма правления и демократические принципы располагают к эволюции в сторону форм с большей мерой децентрализации (например, Франция, Польша).

Российское же государство традиционно тяготело к авторитарным формам государственного устройства (монархическим и диктаторским формам правления, полицейским и тоталитарным режимам), что было связано с унитаристскими началами в политико-территориальной организации государства (как в Российской Империи, так и в Союзе ССР).

Большая по размеру территория является фактором, объективно способствующим снижению контроля над регионами по мере удаления их от центра, а, следовательно, региональные особенности субъектов с удалением их к окраинам государства проявляются все более ярко.

Таким образом, федерация, организованная на большой территории, балансирует между угрозой распада и централизацией.

Исторический опыт развития России доказывает объективную предрасположенность российского общества и государства к централизованной форме организации, в которой сильны “унитаристские” начала.

Во второй главе “Историческое развитие форм политико-территориального государственного устройства России” проводится исторический анализ развития форм политико-государственного устройства в России: изучается опыт Российской Империи, опыт РСФСР и СССР и опыт преобразования государственного устройства в конце 80–90-х годов.

В первом параграфе “Унитарное государство Российской Империи автор отмечает, что значимость досоветского опыта государственного развития заключается в том, что в течение веков оно отражало народные представления о формах государственного устройства, в том числе политико-территориального.

Автор признает вполне закономерным превращение СССР со временем в унитарную федерацию, поскольку форма политико-территориального устройства, являясь продуктом деятельности общества, представляет собой большей частью результат деятельности психических структур, в основном бессознательных, которые и фиксируют традиции.

Федерализм же в России всегда был лишь идеей – временной мыслью, распространявшейся большей частью в кризисные моменты российской истории (при кризисе самодержавия в начале ХХ века, при кризисе советского строя в конце ХХ века) как реакция на чрезмерную абсолютизацию власти. В остальные же периоды истории идеи федерализма принимались в основном только частью интеллигенции и не имели широкого распространения в массовом сознании.

Говоря об управлении Российской Империей, нужно сказать, что оно было далеким от единого образца и допускало дифференцированные варианты связей центра с различными регионами, при этом центральные власти широко опирались на местные правящие элиты, подключая их к управлению государственными делами.

Население Российской Империи, не относящееся к русской националь-ности, в дореформенный период лишь незначительно подвергалось русифи-кации. В то же время этнические правящие элиты ассимилировались гораздо быстрее – входили в российское дворянство и пользовались благами своего привилегированного положения, получая поддержку центральной россий-ской власти, а следовательно, и стабильность правления и защищенность от посягательств.

Национализм был чертой правления лишь Александра III (и в какой-то мере Николая II, продолжившего его политику), который начал политику русификации окраинных территорий и унификации подданных народов. При Александре III была окончательно ограничена автономия Финляндии, Польша была переименована в Привислинский край, был запрещен украинский язык и т. д. Однако такое проявление национализма было лишь временной политикой, не имевшей ничего общего с традиционной русской веротерпимостью.

Дискриминация в правах тех или иных категорий населения прово-дилась скорее не в соответствии с критерием принадлежности к определенной национальности, а в соответствии с вероисповеданием.

Российская Империя являлась типичным унитарным государством, в котором территориальные образования не обладали политической самостоя-тельностью и статус которых напрямую зависел от текущих актов центральной власти. В то же время, учитывая особенности исторического развития, в рамках Российской Империи выделялись автономии – территории с особым статусом (Финляндия, Польша).

Территория Российской Империи делилась на губернии, которые в свою очередь подразделялись на уезды, в среднем по 10–12. В уездах селения крестьян и прочих сельских обывателей соединялись в волости. Ряд губерний были объединены в группы, носившие название генерал-губернаторств или наместничеств. В начале ХХ века в России насчитывалось 10 генерал-губернаторств, 78 губерний, 14 областей.

Институт генерал-губернаторов был институтом политических представителей царя в укрупненных российских регионах, занимавшим промежуточное место между императором и губернаторами.

В определенный период (с 1797 года до учреждения министерств) губернатор по своему статусу был единственным и полномочным представителем центральной власти в губернии. Однако с появлением министерств губернатор стал не хозяином, а начальником губернии, и роль существо-вавшего при нем губернского правления свелась к роли своеобразного распорядительного органа. В 1837 году наказ губернаторам явился попыткой повысить статус губернатора; фактически его статус был приближен к рангу служащего Министерства внутренних дел.

Столицы и некоторые наиболее важные в торговом и политическом отношениях населенные пункты (например, Одесса, Севастополь, Керчь, Николаев, Ростов-на-Дону, Баку) были выделены из состава губерний и образовывали особые административные единицы, которые получили название “градоначальство”.

Таким образом, национальный фактор сам по себе не привел к крушению Империи.

Следовательно, на примере опыта Российской Империи нельзя говорить об ущербности унитарной формы политико-территориального устройства для полиэтнического государства. Стабильность государства и базировалась на таком свойстве государствообразующего русского народа, как толерантность к иным этносам и веротерпимость, а также разумной национальной политике правящей элиты.

Во втором параграфе “"Унитарная федерация" советского периода развития Российского государства анализируется развитие не только РСФСР, но и СССР, поскольку, во-первых, именно СССР территориально являлся преемником Российской Империи, воспроизводя ее границы, а, во-вторых, РСФСР являлась только частью СССР, в которой отражались тенденции и особенности, присущие всему СССР.

РСФСР, образовавшись как унитарное государство и унаследовав такую форму политико-территориального устройства от Российской Империи, оставалась таковой непродолжительное время: ее социалистический унитаризм сменился социалистическим федерализмом. Причем необходимо заметить, что Конституция РСФСР 1918 года закрепила национально-территориальный принцип в политико-территориальном устройстве государства.

По общему правилу, федерации состоят из однопорядковых элементов, субъектов (республик, штатов, земель, провинций), но в РСФСР было три вида субъектов:

– автономные республики;

– автономные области;

– автономные (национальные) округа.

В других федерациях субъекты имеют одинаковые, равные права. РСФСР отличалась тем, что в ее составе равными между собой были соответственно республика с республикой, область с областью и округ с округом, но ни в коей мере область не приравнивалась по правовому статусу к республике и т. д. Иными словами, налицо было множество неравноправных субъектов. В силу этой причины РСФСР стала развиваться как крайне асимметричная федерация.

С созданием СССР и принятием союзной Конституции 1924 года можно вести речь об окончании этапа преобразования унитарной Российской Империи через разрозненные самостоятельные государства в РСФСР и в конечном итоге в федеративный СССР, который объединил не только союзные, но и все другие республики, в том числе автономные, а также автономии иных видов.

Дальнейшее развитие советского государства шло по нескольким направлениям: изменялся состав СССР в результате образования новых союзных республик, вырабатывались наиболее целесообразные государственно-правовые формы решения национального вопроса, постепенно усиливалась роль Союза и увеличивалась компетенция его органов.

Модель взаимоотношений автономных республик и областей в составе РСФСР с федеральным центром сходна с моделью взаимоотношения автономий в составе Российской Империи с центральной властью.

В 50-х годах, с приходом к власти Н.С. Хрущева сложившаяся на тот момент степень централизации была признана чрезмерной, и в 1954–1955 годах был осуществлен ряд мер по расширению прав союзных республик.

СССР как преемник Российской Империи фактически воспринял характерную для Российской Империи модель политико-территориального устройства (речь идет о фактически сложившихся правоотношениях, а не конституционных декларациях).

В свою очередь, говоря об РСФСР, нужно отметить, что она сложилась и на протяжении большей части времени своего существования являлась по существу унитарным государством.

В третьем параграфе “Преобразование государственного устрой-ства в конце 80-х и 90-х годах ХХ века диссертант отмечает многообразие точек зрения по вопросу о начале зарождения российского федерализма и прослеживает историю федеративных отношений до наших дней.

Автор приходит к выводу, что тенденция централизации, в том числе в федеративных отношениях, продолжится и в течение длительного периода будет усиливаться, подобно тому, как “увлечение федерализмом” после революции 1917 года сменилось усилением “централистских” начал и преобразованием СССР в “унитарную федерацию”.

Подобная централизация не оказывает негативного влияния на динамику межнациональных отношений в России, поскольку не ущемляет фундаментальных потребностей проживающих на территории РФ народов.

Третья глава “Современное состояние территориально-государ-ственного устройства Российской Федерации и перспективы его оптими-зации” состоит из трех параграфов.

В первом параграфе “Философские аспекты решения национального вопроса автор рассматривает три пути разрешения национальных противо-речий: националистическая политика государствообразующего этноса, направленная на форсированную ассимиляцию иных народов, находящихся на территории государства; политика, направленная на создание на базе всех народов, населяющих территорию государства, нового единого народа (в качестве примера можно привести попытку создания так называемого “советского” народа в СССР); политика, направленная на признание культурной и этнической уникальности народов, проживающих на территории государства, “диалог культур”, сохранение совокупности проживающих на территории государства народов как суперэтноса.

Первый из указанных вариантов – националистический, основанный на признании государствообразующей нации более значимой, чем другие, и наделении ее представителей de facto или de juro большими, чем представителей других наций, правами. Характерными чертами такой политики могут быть предпочтение лиц государствообразующей нации при занятии государственных должностей, ограничение представителей других национальностей в политических, культурных и иных правах и т. д.

Второй подход к национальной политике можно признать довольно эффективным средством решения национальных проблем, а также сплочения всех граждан (подданных) государства.

Третий вариант национальной политики, представляющий собой признание культурной и этнической уникальности народов, проживающих на территории государства, и сохранение совокупности проживающих на территории государства народов как суперэтноса, наиболее ярко в российской общественно-политической мысли воплощен в концепции евразийства, впервые оформившейся в 20-е годы ХХ века и получившей свое развитие в 90-е годы ХХ века.

Автор считает евразийскую концепцию решения межнациональных проблем наиболее адекватной исторически сложившимся в России условиям (прежде всего имеется в виду ее многонациональный характер и большой размер территории). Принцип уважения национальной самобытности народов, проживающих на территории государства, имманентный рассматриваемой концепции, несомненно, благоприятствует мирному решению межнациональных проблем.

Факторами, объективно способствующими интеграции народов, являются единство мировоззрения, судьбы и хозяйственные потребности проживающих на территории Российского государства народов.

Во втором параграфе “Асимметричность Российской Федерации (конституционно-правовой аспект) автор отмечает дискуссионность понятия “равноправие”. Он считает, что равноправие как конституционный принцип должно пониматься как паритет конституционно-правовых статусов субъектов РФ, гарантирующий равные возможности при реализации своей воли субъектами РФ.

Проблема неравноправия субъектов РФ имеет два измерения (два аспекта): юридический и фактический. Юридический аспект заключается в неравноправии de juro, т. е. законодательном закреплении неоднородности субъектов, различий в их статусе, и носит исключительно правовой характер. Фактический аспект заключается в неравноправии de facto, т. е. при реализации субъектами РФ своих прав и обязанностей на практике, и носит экономический, политический, демографический и иного рода характер.

При делении России на субъекты в основу было положено сразу два принципа – национально-государственный (например, при выделении рес-публик) и территориально-государственный (например, при выделении областей).

Автор не подвергает сомнению необходимость дифференцированного подхода к каждой территории и каждому народу, проживающему на территории России, однако констатирует, что в законодательстве и на практике реализация дифференцированного подхода ведет к нарушению установленного в статье пятой Конституции РФ принципа равноправия субъектов Федерации, а также самих основ теории федерализма.

В правовой сфере России имеются значительные нарушения принципа равноправия субъектов, причем даже в самом тексте Конституции, в котором положения о федеративном устройстве Российской Федерации противоречат основам конституционного строя. Наиболее отчетливо это проявляется в делении субъектов Федерации на виды, при том, что каждый вид имеет свои особенности, выражающиеся в своеобразии своего статуса.

В третьем параграфе “Возможности оптимизации политико-территориального устройства Российской Федерации автор констати-рует, что закрепленная в современной Конституции РФ форма политико-территориального устройства государства не является адекватной современным реалиям в России.

Государство, будучи организованным на обширной территории, изначально содержит в себе элементы децентрализации, что вызвано невозможностью однородного и одновременного управления всеми его частями. Федеративные отношения усиливают децентрализацию, усугубляя сепаратистские тенденции, особенно в субъектах, выделенных по национально-государственному принципу, и субъектах, имеющих границу с другими государствами.

В Российской Федерации в настоящее время самоопределение народов осуществлено в следующих формах: государственное самоуправление в виде республики как субъекта Федерации (национально-государственное); автономный округ, автономная область (национально-территориальное); национально-культурная автономия (экстерриториальное самоопределение); национальный район, поселок; национальное самоуправление на личностной основе (свобода гражданина самостоятельно определять свою национальность).

Обращая внимание на необходимость решения проблемы дискриминации представителей нетитульных народностей, автор видит три возможных варианта ее решения. Во-первых, изменение границ субъектов и наделение национальным статусом только территорий компактного проживания народов; во-вторых, отказ от национально-государственного принципа деления вообще; в-третьих, оставление существующих границ субъектов, но воздействие федеральной власти на процессы в национальных регионах с целью изменения пропорций представительства различных народностей в органах власти.

Первый из предложенных вариантов является наихудшим, поскольку в стратегической перспективе ведет к возникновению сепаратистских движений.

Автор является сторонником отказа от принципа национально-территориального деления с оставлением возможности создания национа-льно-культурных автономий (НКА), поскольку тем самым достигается выведение права на национальное самоопределение из политической в культурную сферу, что в свою очередь влечет за собой снятие территориальных противоречий и достижение действительного равноправия всех народов (институт НКА гарантирует возможность реализации собственной культурной уникальности, культурного самоопределения, а все остальные общегражданские права реализуются на паритетных началах с другими народами).

Указанное предложение может быть реализовано, в частности, путем: унификации статусов существующих субъектов Российской Федерации и отказа от особого положения республик в составе Федерации; укрупнения субъектов, выравнивания их по своей политической силе и экономическому потенциалу; отказа от существующей договорной практики взаимоотношений между субъектами федерации и федеральным центром.

По мнению автора, вопрос о сохранении культурной уникальности и идентичности в рамках вопроса о самоопределении отнюдь не предполагает необходимости наделения народов государством или государствоподобными образованиями – государство лишь должно гарантировать и охранять культурные права представителей различных этносов, а также предоставлять им право в управлении собой.

Диссертант предлагает соединить национально-культурную автономию с механизмами местного самоуправления. Цель национальных групп – создание своего государства – является на самом деле воплощением стремления сохранить свои традиции, в том числе и в сфере управления; возможности использования институтов местного самоуправления в соединении с возможностями использования институтов национально-культурной автономии как раз и позволяют эффективно, без ущерба для стабильности государства и межнациональных отношений сохранять свою культурную идентичность.

В заключении автор приходит к выводу, что национальный фактор является важной составляющей при решении вопроса о выборе той или иной формы политико-территориального устройства государства. Закрепленная в Конституции РФ федеративная форма политико-территориального устройства государства не является единственно возможной для России.

В государствах, устроенных с использованием национально-государственного принципа, изначально заложен механизм децентрализации. Это особенно опасно для России как многонациональной страны. Автор предлагает реформировать федеративные отношения и отказаться от национально-государственного деления, хотя это и не означает, что он выступает за лишение национальных регионов особого государственно-правового статуса.

Оптимальной, по мнению диссертанта, в российских условиях является политика, основанная на принципах евразийства, что приобретает особую актуальность при реформировании федеративных отношений, когда неизбежно возникает вопрос о возможном нарушении права народов на самоопределение.

При решении национального вопроса сегодня автору представляется интересным опыт Российской Империи как относительно стабильного, несмотря на сложные условия формирования и функционирования, государства.

Оптимальными для России формами политико-территориального устройства в современных условиях автор считает либо симметричную федерацию, либо унитарное государство с автономиями. Альтернативным проектом может быть отказ от автономий по национальному признаку с предоставлением возможности всем народам реализовывать свое право на самоопределение посредством создания национально-культурных автономий.

Таким образом, действительно, для решения национального вопроса необходима не только обоснованная историческими, культурными и иными условиями форма политико-территориального устройства государства, но и соответствующая комплексная политика в идеологической и демографической сферах.

 

Основные положения диссертации отражены в следующих работах:

    1. Замышляев Д.В. Национальные интересы и обеспечение национальной безопасности государства в рамках концепций международных отношений // Международное публичное и частное право. – 2003. – № 1. – 1,1 п. л.
    2. Замышляев Д.В. Конституционно-правовые аспекты изменения состава субъектов Российской Федерации // Реформа законодательства России: проблемы и перспективы: Материалы межвузовской научной конференции студентов и аспирантов. – М., 2003. – 0,8 п. л.
    3. Замышляев Д.В. Реализация права законодательной инициативы в парламентах субъектов как стадия законодательного процесса. Региональные особенности // Научные труды Российской академии юридических наук. – М., 2003. – Вып. 2. – 0,6 п. л.
    4. Замышляев Д.В. Принцип федерализма в законодательном процессе // Конституция РФ и развитие законодательства в современный период: Материалы научной конференции. – М., 2003. – 0,5 п. л.
    5. Замышляев Д.В. Национальный фактор в организации территорий государства // Международное частное и публичное право. – 2004. – № 3. – 0,6 п. л.
    6. Замышляев Д.В. Территориальный фактор в устройстве государства // Государственная власть и местное самоуправление. – 2004. – № 2. – 0,4 п. л.
    7. Замышляев Д.В. Унитарное государство Российской Империи // История государства и права. – 2004. – № 4. – 0,7 п. л.
    8. Замышляев Д.В. “Унитарная федерация” советского периода развития российского государства // Государственная власть и местное самоуправление. – 2004. – № 3. – 0,7 п. л.
    9. Замышляев Д.В. Философские аспекты решения национального вопроса // Государство и право. – 2004. – № 11. – 0,4 п. л.
    10. Замышляев Д.В. Возможности оптимизации политико-территориального устройства Российской Федерации // Вестник МГУ им. М.В. Ломоносова. – 2004. – № 4. – 0,7 п. л.
    11. Замышляев Д.В. Опыт радикальной модернизации афганского государства в 20–30-е годы ХХ века // Научные труды Российской академии юридических наук. – М., 2004. – Вып. 3. – 0,4 п. л.
    12. Замышляев Д.В. Характеристика политической системы по первой афганской Конституции 1923 года // История государства и права. – 2004. – № 3. – 0,2 п. л.
    13. Замышляев Д.В. Преобразование государственного устройства в конце 80-х и 90-х годах XX века // Конституционное и муниципальное право. – 2004. – № 5. – 0,4 п. л.

 

Общий объем опубликованных работ – 7,5 п. л.

 

 

 

 

 

 

 

 

Тираж 100 экз. Заказ № ____

 

Отпечатано в отделении оперативной полиграфии

Нижегородской академии МВД России.

603600, г. Н. Новгород, Анкудиновское шоссе, 3.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.