WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ГОСУДАРСТВЕННОЕ УСТРОЙСТВО И СУВЕРЕНИТЕТ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: ВОПРОСЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ

Автореферат кандидатской диссертации по юридическим наукам, праву

 

На правах рукописи

 

Грачев Николай Иванович

 

ГОСУДАРСТВЕННОЕ  УСТРОЙСТВО И СУВЕРЕНИТЕТ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: ВОПРОСЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ.

 

 

Специальность 12.00.01. –

теория и история права и государства;

история учений о праве и государстве.

 

АВТОРОФЕРАТ

диссертации на соискание

ученой степени доктора юридических наук

 

 

Волгоград 2009

Работа выполнена в Негосударственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Волгоградский институт экономики, социологии и права» на кафедре теории и истории государства и права.

Официальные оппоненты:                    доктор юридических наук, профессор

                                                   Бабурин Сергей Николаевич;

доктор юридических наук, профессор,

заслуженный юрист России

Сенякин Иван Николаевич;

доктор юридических наук, профессор,

заслуженный юрист России

Шахрай Сергей Михаилович

Ведущая организация:                           Московский государственный

 университет им. М. В. Ломоносова  

Защита состоится «___»  октября 2009 года в «__» часов на заседании диссертационного совета Д 203.022.02 при Академии экономической безопасности МВД России по адресу: 129329, г. Москва, ул. Кольская, д. 2 (зал Ученого совета).                                                          

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Академии экономической безопасности МВД России                           

Автореферат разослан «____»____________2009 года

Ученый секретарь

диссертационного совета                                   В.И. Гладких

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В настоящее время мировая цивилизация столкнулась с серьезным системным кризисом, одним из проявлений которого является трансформация национально-территориальной государственности, в течение последних столетий выступавшей основной политической формой существования наций и народов. В условиях экономической, информационной и политической глобализации традиционное содержание понятия «государство» и суверенная государственность как явление все чаще ставятся под сомнение. Государство все чаще рассматривается как изживающая себя сущность, в которой современный мир более не нуждается. На место государства, в качестве более актуальной политической структуры, пытаются поставить «мировое сообщество», как некий единый субъект, исходя из интересов которого должна проводиться политика всех стран и народов. Понятие государства нередко заменяется категориями федерализма, автономии, регионализма, которые выступают как некая альтернатива угасающей территориальной государственности.

Соответственно, происходит отрицание суверенитета как необходимого и значимого качественного признака государства. В связи с глобализацией экономического, культурного и политического пространства в зарубежной науке выдвигаются альтернативы международному и государственно-правовому принципу суверенитета. В качестве более приемлемого правового инструмента организации общественной жизни предлагается принцип автономии в условиях федерализма, который рассматривается уже не как одна из форм территориально-государственного устройства, а гораздо шире – как форма полицентризма власти в различных социальных и политических системах. В целом ряде случаев государственный суверенитет заменяется народным или национальным суверенитетом или рассматривается не как самостоятельный политико-правовой феномен, а как производное от них явление.

В то же время в различных исследованиях, высказываниях некоторых государственных деятелей и политиков, в международном праве указывается на фундаментальный характер принципа суверенной государственности, что в конечном итоге предполагает верховенство государственной власти конкретных стран на своей территории и независимость соответствующих государств в отношениях с другими странами при проведении ими внутренней и внешней политики.

Вышеуказанное определяет значимость и

Актуальность изучения феномена государственного суверенитета в связи с наличием проблем политико-территориального устройства современных государств и тенденциями его развития в глобализирующемся мире. Подобный подход обусловлен как общей направленностью развития суверенной государственности в мире, так и особой остротой данного вопроса для Российской Федерации, которая в последние годы «столкнулась с  системным вызовом государственному суверенитету и территориальной целостности» .

За годы президентства В. В. Путина была восстановлена целостность российского государства и укреплен его суверенитет. Но в мировой политике в последние десятилетия можно было наблюдать, «как прикрываясь высокими лозунгами свободы, открытого общества – подчас уничтожается суверенитет целых стран и регионов» , как делается попытка установления однополярного мира на основе экономического, политического, военного и геостратегического превосходства США, система права которых «перешагнула свои национальные границы во всех сферах: и в экономике, и в политике, и в гуманитарной сфере – и навязывается другим государствам» .

Что касается Российской Федерации, то в связи с проводимой в нашей стране реформой федеративных отношений, созданием федеральных округов, введением института ответственности органов власти субъектов Федерации за нарушение федерального законодательства, изменением порядка формирования их исполнительных органов и т. д. в юридической науке появились различные концепции изменения государственного устройства России, что еще более обостряет проблему суверенитета в нашей стране.

В связи с этим следует отметить, что на протяжении всего существования федеративной государственности ни в теории, ни на практике так и не сложилась общая для всех федераций концепция государственного суверенитета. Это справедливо и в отношении отечественной юриспруденции. В российской правовой науке существуют серьезные разногласия по вопросам принадлежности всей полноты суверенитета Федерации, его делимости между федеральной властью и субъектами Федерации, возможности существования у последних ограниченного суверенитета и др. Продолжаются споры по поводу некоторых статусных характеристик различных субъектов Российской Федерации. Данные вопросы не только по-разному трактуются учеными, но и неодинаково решаются в сфере нормативно-правового регулирования на разных уровнях федеративного устройства и для различных субъектов Федерации.

Основные формы государственного устройства – унитаризм, регионализм, федерация – многократно выступали в качестве объекта и предмета научных исследований. Однако в непосредственной связи с проблемой суверенитета, со способами и формами организации верховной власти они практически не исследовались.

Кроме того, в настоящей работе рассматриваются основные черты империи как особой формы государственного устройства и характерные черты имперского суверенитета, что является практически первой попыткой такого рода в отечественной юриспруденции. Такое исследование является весьма актуальным, так как традиции и идея империи не умерли и сохраняются в XXI веке. На рубеже тысячелетий империя вновь «обретает плоть». О возрождении имперских форм политической организации в настоящих условиях свидетельствуют тенденции развития государственности в современном мире. Одновременно с глобализацией экономических и культурных обменов, формированием глобального рынка и кругооборотом производства и финансов возникает и новый политический порядок, новый вид суверенитета, наилучшее уяснение которого обеспечивается обращением к понятию «империя» .

По этим причинам представляется весьма актуальным рассмотрение проблем суверенитета современного государства в целом и Российской Федерации в частности сквозь призму комплексного исследования различных форм государственного устройства, на основе которых возникают или формируются различные способы организации верховной власти.

Такой подход способствует уяснению особенностей развития территориальной организации российского государства и адекватности избранной им формы федеративного устройства. Он позволяет критически оценить исторический путь развития отечественного федерализма, найти правильное соотношение между конституционными принципами государственного суверенитета и федерализма, определить оптимальную модель политико-территориальной организации российского государства, гарантирующую ему самостоятельность, независимость, государственную целостность и конкурентоспособность на международной арене, способность стать центром интеграционных процессов на евразийском пространстве.

Степень научной разработанности темы. Многогранностью и комплексностью темы диссертационного исследования продиктована необходимость глубокого изучения работ классиков политико-правовой мысли, посвятивших себя выяснению содержания таких основополагающих категорий, как «государство», «суверенитет», «власть» и «верховная власть», «форма государства», «государственное устройство», «федерация», «империя» и т. д. Это, прежде всего, труды таких авторов, как

Н. Н. Алексеев, Аристотель, Р. Арон, Ж. Боден, М. Вебер, А. Гамильтон,

Г. В. Ф. Гегель, Т. Гоббс, А. Д. Градовский, Г. Гроций, Г. Д. Гурвич,

Г. Еллинек, А. Дайси, Л. Дюги, М. Дюверже, Р. Иеринг, И. А. Ильин,

И. Кант, П. Е. Казанский, Г. Кельзен, Ф. Ф. Кокошкин, С. А. Котляревский, Н. М. Коркунов, И. Д. Левин, В. И. Ленин, А. И. Лепешкин, Дж. Локк,

Дж. Мэдисон, А. А. Мишин, Ш. Л. Монтескье, Ф. Ницше, М. Ориу,

Х. Ортега-и-Гассет, Н. Палиенко, Л. И. Петражицкий, Платон, Полибий,

Ж. Ж. Руссо, П. А. Сорокин, Б. Спиноза, И. В. Сталин, П. Струве,

Л. А. Тихомиров, А. Токвиль, Н. В. Устрялов, Б. Н. Чичерин, О. И. Чистяков, К. Шмитт, Ф. Энгельс, А. Ященко и др.

Рассмотрение проблем суверенитета и государственного устройства, территориальной организации власти и управления в современном государстве предопределило обращение к исследованиям современных специалистов в области теории государства и конституционного права, в том числе к работам, содержащим в себе страноведческий материал по вопросам территориальной организации государства, способов построения верховной государственной власти и правового статуса высших государственных органов. При изучении этих вопросов автор опирался на труды таких отечественных и зарубежных авторов, как С. А. Авакьян, Г. Н. Андреева,

К. В. Арановский, Г. В. Атаманчук, И. Н. Барциц, С. Н. Бабурин,

М. В. Баглай, Г. Берман, Д. Д. Басу, А. А. Безуглов, Л. Ф. Болтенкова,

Г. Брэбан, Н. В. Варламова, Ж. Ведель, А. М. Величко, А. Б. Венгеров,

Н. В. Витрук, В. Г. Вишняков, Д. Гарнер, М. В. Глигич-Золотарева,

С. Грохальски, Н. И. Дегтярева, Ю. А. Дмитриева, А. Н. Домрин, Р. Драго,

Н. М. Добрыдин, Д. Дж. Елазар, Р. В. Енгибарян, Ж. П. Жаке, В. В. Иванов, М. Ф. Ирибарне, И. А. Исаев, Л. М. Карапетян, Г. В. Каменская,

Е. Р. Кастель, С. Ю. Кашкин, С. И. Коданева, А. Е. Козлов, Е. И. Козлова,

А. Н. Кокотов, И. А. Конюхова, А. Н. Кольев, П. Кинг, М. ван Кревальд,

Б. С. Крылов, О. Е. Кутафин, Б. М. Лазарев, С. Лейкофф, О. Э. Лейст,

И. В. Лексин, И. И. Лукашук, Е. А. Лукьянова, В. О. Лучин, Р. Х. Макуев,

Л. С. Мамут, Б. Л. Манелис, Н. И. Матузов, В. М.  Манохин, М. Н. Марченко, Л. А. Морозова, А. Н. Медушевский, Н. А. Михалева, Ю. В. Наумкин,  В. С. Нерсесянц, О.А.Омельченко, В. Остром, П. Пенталер, Н. Б. Пастухова, В. В. Перская, А. В. Поляков, М. Прело, Дж. Ролз, Р. Саква, В. И. Савин, И. Н. Сенякин, В. Н. Синюков, С. Солник, Э. В. Тадевосян, Ю. А. Тихомиров, Н. А. Ушаков, А. Г. Хабибулин, Т. Я. Хабриева, В. А. Черепанов, В. Е. Чиркин, С. М. Шахрай, В. С. Шевцов, В. С. Эбзеев, В. А. Юсупов, Л. С. Явич и др.

При исследовании проблемы истоков становления современной государственности, вопросов суверенитета при различных формах государственного устройства, тенденций развития государства и суверенитета в условиях глобализации автор опирался на работы представителей других отраслей знаний – философии, политологии, социологии, религиоведения, истории, культурологии, этнографии, геополитики и др.

Среди них: Я. Ассман, Ж. Батай, З. Бжезинский, Т. Болл, У. Бек,

А. И. Бергер, Ф. Бродель, П. Бурдье, Л. С. Васильев, Г. В. Вернадский,

К. С. Гаджиев, Р. Генон, Л. Н. Гумилев, А.-Н. З. Дибиров, А. Г. Дугин,

Ж. Дюмезиль, Л. Дюмон, М. В. Ильин, А. Б. Зубов, С. И. Каспэ, Э. Карр,

Г. Киссинджер, В. О. Ключевский, А. Кожев, В. В. Колесов, Г. Л. Курбатов, Ж. ле Гофф, В. Г. Ледяев, Н. Луман, В. С. Малахов, Ж. Маритен,

А. И. Миллер, Т. Моммзен, Н. А. Нарочницкая, А. Негри, А. С. Панарин,

Т. Парсонс, Э. А. Поздняков, В. С. Полосин, Э. Тоффлер, А. И. Уткин,

С. А. Утченко, А. Файоль, А. Ф. Филиппов, С. Хангтингтон, М. Хардт,

О. Шпенглер, Ю. Эвола, М. Элиаде и др.

Интерес к проблемам суверенитета не угасает в политико-правовых науках. В начале XXI столетия в юриспруденции и политологии обозначился новый всплеск исследований по вопросам суверенитета. За последние годы появились диссертационные работы по этой проблеме таких авторов, как

Ф. И. Валяровский, К. Э. Гарибян, В. В. Горюнов, Д. В. Шумков,

А. Р. Халатов, Л. Ю. Черняк.

Все большее внимание начинает уделяться проблемам трансформации суверенной государственности в условиях глобализации современного мира. За последние годы этим вопросам были посвящены работы

М. В. Богдановой, В. Н. Волкова, С. Н. Диденко, А. А. Моисеева.

Однако, несмотря на обилие работ по проблематике государственного устройства и суверенитета, попытки рассмотреть суверенитет сквозь призму комплексного исследования форм политико-территориальной организации современного государства и тенденций их развития в настоящее время в научной литературе еще практически не предпринимались. Единственным исследованием, проведенным с указанных позиций, является кандидатская диссертация Л. В. Фрунзы, написанная в 2003 году. Проблемам суверенитета в федеративном государстве была посвящена кандидатская диссертация Н. А. Эрмялиевой. Однако в данных работах не уделено должного внимания трансформации государственного устройства и суверенитета в условиях глобализирующегося мира.

В то же время научная разработка отечественными и зарубежными учеными указанных выше вопросов и проблем заложили серьезный научный фундамент для подобного рода исследований, на основе которого и выполнена настоящая работа.

Объектом диссертационного исследования являются публично-правовые отношения, связанные с организацией и осуществлением верховной, суверенной власти в процессе формирования и функционирования различных форм государственного устройства в России и других странах.

Предметом диссертационного исследования выступает правовое регулирование организации и реализации верховной государственной власти при различных формах государственного устройства, а также основные тенденции развития суверенной государственности в современном мире в связи с эволюцией политико-территориального устройства.

Цель диссертационного исследования заключается в выявлении основополагающих тенденций эволюции территориальных  форм современной суверенной государственности и определении оптимальной модели организации политического пространства России, позволяющей ей с наибольшей степенью вероятности сохранить и обеспечить суверенитет и государственную целостность.

Достижение указанной цели обеспечивается посредством решения следующих научных задач:

? установить цели и назначение государства, определить его идею и сущность;

? выявить роль и значение суверенитета как необходимого элемента и признака государства, основополагающей характеристики его идеи и сущности;

? определить понятие суверенитета и выяснить его политико-правовую природу и содержание;

? рассмотреть различные формы политико-территориальной организации государства, выявить их основные правовые признаки и установить характер политико-правовых связей между центральной и местной властью, свойственные каждой из них на современном этапе;

? установить основные особенности организации и осуществления верховной власти при различных формах государственного устройства;

? показать роль и значение различных форм государственного устройства в обеспечении территориальной и политической целостности государства, его самостоятельности и независимости в международных отношениях;

? проанализировать основные направления и тенденции развития суверенной государственности в современном мире в связи с эволюцией форм государственного устройства в условиях политической глобализации;

? рассмотреть основные особенности государственного устройства и организации верховной власти Российской империи, СССР и РСФСР;

? проанализировать концепцию государственного суверенитета, закрепленную в действующей Конституции Российской Федерации, раскрыть ее политико-правовое содержание и выявить проблемы ее реализации;

? исследовать организационно-правовые формы, пути и средства осуществления проводимых преобразований в государственном устройстве России в настоящее время;

? определить основные направления дальнейшего реформирования территориальной организации российского государства в целях нахождения оптимальной модели его политико-территориального устройства, обеспечения суверенитета, государственного единства и целостности в условиях глобализирующегося мира. 

Методологическую основу диссертационного исследования составили диалектический метод осмысления состояния современной государственности и основанные на нем общенаучные и частнонаучные методы: системный, сравнительно-правовой, формально-юридический, конкретно-исторический, логический, структурно-функциональный, методы моделирования и поиска альтернатив и др. Применялись также общелогические методы познания: анализ, синтез, индукция, дедукция.

Использование различных методов исследования и последних достижений в области общественных наук в их сочетании позволило раскрыть объект и предмет диссертации в обобщающих закономерностях их существования и развития, способствовало достижению обозначенной цели и решению поставленных задач.

Теоретическую и эмпирическую основу исследования составили научные труды отечественных и зарубежных ученых в области юриспруденции, философии, политологии, геополитики, истории, посвященные общим проблемам сущности и организации государства, политико-правовой природы государственной власти, общим вопросам государственного устройства и организации верховной власти, специфическим проблемам государственного суверенитета, а также рассматривающие государственное строительство на уровне целого ряда конкретных стран и межгосударственных образований, в частности, Российской Федерации, Европейского Союза и др.

В работе использованы международно-правовые акты, конституции и законодательство зарубежных стран, нормативно-правовые акты Российской Федерации. При написании диссертации автор опирался на фактический материал, нашедший свое отражение в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, посланиях Президента Российской Федерации Федеральному Собранию, материалах научно-практических конференций, семинаров, сообщениях средств массовой информации и др. Научно-теоретические, нормативно-правовые, социологические материалы в их совокупности стали той информационной базой, которая способствовала достижению научной обоснованности и достоверности формулируемых в диссертации положений и выводов.

Научная новизна диссертации заключается в том, что она является практически первым комплексным теоретическим исследованием проблем государственного суверенитета в их соотношении с эволюцией различных форм политико-территориальной организации государства, связанной с глобализацией политических и правовых процессов в современном мире. Проведено исследование сущности и основополагающей идеи государства и суверенитета, многоаспектный анализ различных форм государственного устройства в их связи с организацией верховной власти государства, вопросами обеспечения его независимости и самостоятельности в условиях глобализирующегося мира.

В работе проведено исследование эволюции различных форм государственного устройства на современном этапе существования суверенной государственности сквозь призму классической концепции государственного суверенитета.

Практически впервые в юридической литературе рассмотрены государственно-правовые признаки территориальной организации империи и особенности имперского суверенитета, определены основные направления развития имперской государственности в современных условиях.

В диссертации проведено исследование основных этапов становления и современного состояния федеративной организации российского государства в ее соотношении с конституционной концепцией государственного суверенитета. Намечены пути дальнейшего совершенствования государственного устройства России и укрепления ее суверенитета как внутри страны, так и на международной арене.

Итогом проведенной работы явились определенные выводы и рекомендации, касающиеся обобщения основополагающих закономерностей и тенденций развития суверенной государственности в современном мире,  построения оптимальной политико-правовой модели государственного устройства России, с наибольшей вероятностью позволяющей ей сохранить суверенитет, государственную и территориальную целостность, обеспечить проведение интеграционной политики на постсоветском пространстве.

Положения, выносимые на защиту:

  1. Суверенитет есть самая важная качественная политическая и правовая характеристика государства. Он представляет собой основной элемент, признак и цель государственно организованного общества. Именно в суверенитете максимально полно проявляется идея и сущность государства.
  2. В государственно-правовых отношениях, суверенитет выступает как признанная государствообразующим народом (легитимная), внешне непроизводная, постоянная, юридически неограниченная верховная власть, обладающая универсальным полномочием на управление государством в целом и концентрирующая монопольное право на принятие окончательных решений по всем вопросам общегосударственного значения.

         С организационно-правовой точки зрения верховная власть представляет собой высшую инстанцию в иерархически организованной системе государственной власти, наделенную правом и обладающую способностью принимать и проводить в жизнь решения, своевременное и адекватное выполнение которых позволяет существовать государству как независимой и самобытной политической и культурной целостности.

3. Юридическое содержание суверенитета составляют функции и полномочия верховной власти, которые в совокупности могут быть определены как исключительная компетенция государства.

Основными функциями верховной власти являются: учредительная функция, функция организации и управления государственной жизнью, функция поддержания и охраны политико-правового порядка, функции стабилизации и развития общественно-политического строя государства. При их осуществлении верховная власть выполняет одну, свойственную только ей задачу организации государственного аппарата и управления его деятельностью.

4. Основу юридической конструкции суверенитета составляют суверенные права государства, которые реализует своими актами верховная власть. Суверенные права выступают основой правового статуса государства и его верховной власти. Данные права составляют правовую сущность верховной власти и юридическое содержание ее деятельности. В отличие от других правомочий государства, суверенные права осуществляются непосредственно верховной властью и не могут быть переданы производным от нее государственным органам или уровням власти либо другим государственным или международным союзам без риска потери внешнего и внутреннего суверенитета либо его значительного ограничения. К суверенным правам относятся правомочия по решению таких вопросов, самостоятельное решение которых позволяет государству и его народу существовать независимо от других государств и народов, а власти, принимающей эти решения и организующей их исполнение, – быть высшей, верховной.

5. В идеале, исходя из смысла идеи суверенитета, которая есть полновластие, суверенные права должны быть присущи носителю верховной власти всегда целиком и без остатка. Поэтому формально-юридически суверенитет рассматривается как неограниченная, неотчуждаемая и неделимая верховная власть государства. Однако, как показывает практика государственного строительства, объем полномочий суверенного характера может быть поделен между несколькими высшими органами государства или осуществляться ими совместно. Это приводит к определенной конкуренции между ними за реальную прерогативу более полного контроля над реализацией суверенных прав. Тем не менее, это свидетельствует о том, что по своему юридическому объему суверенитет делим, и что возможно обладание суверенными полномочиями по определенному кругу вопросов, так же, как и их концентрация в одном органе или разграничение между несколькими органами либо уровнями государственной власти.

6. На организацию верховной власти и порядок принятия решений по вопросам суверенного значения оказывает влияние форма государственного устройства. Она выступает более фундаментальным элементом структуры формы государства, чем форма правления и политико-правовой режим. В самом явлении государственного устройства и в понятии его объясняющем прямо и непосредственно связываются все субстанциональные элементы и признаки государства: территория, народ, публичная (государственная) власть и суверенитет.  Указанные элементы, взаимодействуя между собой, оказывая влияние друг на друга, определяют степень и форму политического единства государства в конкретных исторических условиях. Они непосредственно связанны с распределением суверенных прав между верховной властью и территориальными единицами, чем и определяются различные политико-правовые модели (формы) государственного устройства.

7. Основополагающими политико-правовыми принципами, определяющими территориальное устройство современных государств, являются принципы унитаризма и федерализма. Другие принципы – централизации и децентрализации, административной и политической автономии, местного самоуправления – могут присутствовать и сочетаться в территориальном устройстве любых государств. При этом их применение в практике государственного строительства унитарных государств, как и отдельных элементов территориального представительства в парламентах некоторых из них не меняет их политико-правовой природы. Осуществление верховной государственной власти в любом унитарном государстве организуется по принципу концентрации всех функций и полномочий суверенного характера на общегосударственном уровне. Суверенные права в унитарном государстве в полном объеме принадлежат единой системе высших органов государственной власти. Региональные образования и их органы  не принимают участия в осуществлении суверенных прерогатив государства.

8. Особенности территориального устройства и организации верховной власти федераций порождают значительные сложности в определении юридической природы и построении непротиворечивой концепции суверенитета федеративного государства. Это привело к возникновению нескольких теоретических концепций суверенитета государств с федеративным устройством: принадлежности всей полноты суверенитета федеральной власти; его делимости между федерацией и ее субъектами; ограниченного суверенитета субъектов федерации и др. Каждая из них отражает специфику организации верховной власти при одной из моделей федеративного устройства на определенном этапе ее существования (американской, германской, швейцарской, советской и др.). Но все они неоправданно претендуют на универсальное объяснение природы федерации и ее суверенитета. Практика федеративного строительства свидетельствует о том, что не может существовать единой доктринальной концепции государственного суверенитета, подходящей для всех федеративных государств. Ее юридическое содержание в каждой конкретной федерации зависит от многих обстоятельств объективного и субъективного характера.

Это свидетельствует о фактической и юридической возможности существования «полусуверенных» государств и государств с фактически и юридически ограниченным суверенитетом. Такие государства являются, как правило, членами межгосударственных, конфедеративных и государственно-правовых союзов или входят в состав империй.

9. В государственном устройстве империи соседствуют и сочетаются принципы унитаризма и федерализма, централизации и децентрализации, автономии и местного самоуправления, конфедерализма и протектората. Империя, кроме административных единиц, включает в себя разностатусные этнополитические образования, находящиеся в различной степени политико-правовой зависимости от имперского центра.

Характерная черта имперского суверенитета заключается в том, что конкретные варианты распределения суверенных правомочий между верховной имперской властью и местными властями существенно разнятся от территории к территории в соответствии с их спецификой и статусом в рамках империи. При этом основными особенностями осуществления имперского суверенитета являются сохранение за империей всей полноты суверенных прав внешнеполитического характера и непрямые формы и методы властвования по отношению к периферийным образованиям. Последние достаточно часто сохраняют за собой государственный либо иной политический статус, формальную независимость и  традиционный образ правления. Однако, суверенные прерогативы имперского центра в отношении внешней политики позволяют ему достаточно эффективно контролировать также внутреннюю политику своих «союзников», протекторатов и сателлитов непрямыми методами, при помощи установления и навязывания им определенной политической программы действий, практически без использования прямого принуждения и насилия.

10. Процессы глобализации, происходящие в современном мире выступают фактором разрушающим суверенную национальную государственность и существенным образом трансформирующим классические формы государственного устройства. Возрастающая неспособность современных государств к регулированию глобальных процессов и, как следствие, ослабление их суверенитета – носят достаточно объективный характер. Это ведет к всеобщей трансформации государственности в современном мире, видимыми признаками которой является реновация имперский моделей государственного устройства и возникновение нового вида имперского суверенитета. В связи с этим обозначились две противоречивые тенденции: одна – это расширение исключительных правомочий верховной власти по отношению к территориальным подразделениям, что хорошо видно на примере увеличения объема компетенции федеральной власти в целом ряде федеративных государств; другая – это региональная децентрализация и автономизация, федерализация и конфедерализация современных государств, которые идут параллельно с передачей их суверенных прав на более высокий уровень – различным международным организациям и союзам или сопровождаются их добровольным ограничением в пользу более могущественных в экономическом и политическом отношении держав и союзов конфедеративного типа, эволюционирующих в сторону федеративных империй.

11. Новая форма мирного существования может быть формой равновесия больших государственных (имперских) образований. В настоящее время существенная роль и значение в большей (международной) политике, а также привилегии фактического суверенитета становятся монополией очень немногих макрорегиональных и мировых держав имперского типа со сложным территориальным устройством непременно концентрирующих в своих руках суверенные полномочия внешнеполитического характера. Остальные, формально суверенные, государства перестают в сущности быть таковыми. Они становятся фактически и юридически подконтрольны этим супердержавам, хотя, возможно, и не будут претерпевать значительного изменения своего статуса в сферах внутренней организации и управления. Приближается время новых форм политико-териториальной организации государственности весьма отличных от тех, которые существуют в мире в течении последних столетий, хотя и сохраняющих многие их черты.

12. Начиная с XVI в. российское государство строилось и функционировало как империя. Не утратило оно отдельных элементов имперской организации и в настоящее время. Существует объективная необходимость исследования имперской природы государственного устройства России с точки зрения наследования ею отдельных черт и признаков прежних имперских форм и освобождения понятия империи от негативного смыслового содержания. Империя есть лишь одна из сложносоставных форм государственного устройства, имеющая свои особенности, достоинства и недостатки. При этом, как показывает исторический опыт, развитие отдельных стран и народов подводит их на определенном этапе к необходимости образования имперской государственности, создающейся объективно-исторически, а не по чьей-то субъективной воле. Строительство империй – вполне закономерный путь становления и развития великих держав. Это в значительной степени относится и к России. Существование России в качестве независимого и самостоятельного государства предполагает имплантацию некоторых имперских практик в современную организацию ее государственного устройства, отражающих суверенную и демократическую природу ее государственности.

13. Задачи модернизации российского общества и государства, соответствующих современным условиям и тенденциям мирового развития, могут быть успешно решены, если будут опираться на соприродные культурно-историческому коду России политико-правовоые формы и методы управления. В связи с важностью и значимостью задач, решаемых российским государством на современном этапе, обновленная форма государственного устройства, содержащая элементы имперской организации может оказаться не только востребованной, но жизненно необходимой.

         Обладать суверенитетом в современном российском государстве может только центральная общефедеральная власть. Его политико-территориальной организации в полной мере соответствует конституционная концепция абсолютного государственного суверенитета. Статус тех или иных территориальных образований внутри страны и конституционно-правовая модель ее государственного устройства являются подчиненными по отношению к принципу абсолютного верховенства федеральной власти, которой в полном объеме должны принадлежать все суверенные права и прерогативы российского государства.

14. Этнополитическая, культурная, религиозная, экономическая гетерогенность территориального пространства России диктует неоднородные и более сложные формы взаимоотношений между центром и регионами, чем те, которые описываются классическими понятиями унитаризма и федерализма. Наличие элементов имперской специфики в организации российского государства предполагает сочетание различных принципов государственного устройства применительно к различным региональным образованиям, при полной элиминации возможностей конфедерализации страны и доминировании принципов унитаризма как общей константы дальнейшего развития ее внутренней организации.

Принципы федерализма, конфедерализма, протектората, ограниченного и разделенного суверенитета могут быть использованы в качестве политико-правового инструментария при целенаправленном формировании интеграционных процессов для образовании нового содружества наций на постсоветском пространстве.    

Теоретическая и практическая значимость диссертации заключается прежде всего в том, что ее материалы способствуют углублению научных знаний в области теории и практики государственного строительства и эволюции суверенной государственности в современных условиях. В первую очередь, это касается проблемы организации верховной власти в государствах со сложным государственным устройством, имеющих в своем составе государствоподобные и автономные образования, к числу которых относится и Российская Федерация.

Теоретическая значимость работы состоит в определенной новизне подхода к государственному суверенитету как феномену верховной власти, от организации и деятельности которой зависят самостоятельность, независимость и конкурентоспособность государства на международной арене. Это касается также анализа имперской формы государственного устройства и эволюции суверенной государственности в условиях глобализации. Для ее содержания характерен высокий уровень обобщения основных закономерностей и тенденций развития суверенной государственности в современном мире.

Практическая значимость исследования определяется возможностью использования его основных положений и выводов в практике государственного строительства Российской Федерации, прежде всего, в вопросах распределения государственно-властных полномочий между федеральной властью и субъектами Федерации, совершенствования их статуса, установления оптимальных пропорций централизации и децентрализации в государственном управлении регионами.

Положения и выводы, содержащиеся в диссертации, представляют интерес для дальнейшего проведения научных исследований по проблемам государственного устройства и организации суверенной власти в России и других странах и регионах мира.

Основные положения диссертационной работы могут быть использованы в процессе преподавания таких учебных дисциплин, как «Теория государства и права», «История отечественного государства и права», «История государства и права зарубежных стран», «Конституционное право России», «Конституционное право зарубежных стран», «Муниципальное право», а также различных спецкурсов по вопросам теории государства и государственного устройства, практическим аспектам государственного строительства. Выводы и предложения, сформулированные в работе, могут быть учтены в практической деятельности органов государственной власти и правотворческой деятельности.

Апробация и внедрение результатов исследования осуществлялись по следующим направлениям:

1. Отдельные положения и предварительные результаты исследования излагались в докладах на научно-теоретических, научно-практических конференциях и семинарах. Среди них: ежегодная IX Международная научно-практическая конференция «Право на защите прав и свобод человека и гражданина (посвященная 15-летию Конституции Российской Федерации и 60-летию принятия Всеобщей декларации прав человека)» (Москва, 2008 г.); Международная научно-практическая конференция «Теоретико-практические проблемы социально-экономического развития общества в первой половине XXI в.» (Волгоград, 2008 г.); III Всероссийская научно-практическая конференция «Теория и практика административного права и процесса» и круглый стол «Актуальные проблемы отраслей, смежных с отраслью административного права» (Небуг, Краснодарский край, 2008 г.);

II Межрегиональная научно-практическая конференция «Проблемы правопонимания и правоприменения: теория и практика» (Волжский,

2008 г.); II Всероссийская научно-практическая конференция «Теория и практика административного права и процесса» (Небуг, Краснодарский край, 2007 г.); Международная научно-практическая конференция «Право и правосудие в современном мире» (Краснодар, 2006 г.); Межрегиональная научно-практическая конференция «Современное общество: актуальные проблемы и тенденции развития» (Волгоград, 2006 г.); Межрегиональная научно-практическая конференция «Социально-экономическое и правовое развитие современной России» (Волгоград, 2005 г.); Межвузовская научно-практическая конференция «Право как ценность и средство государственного управления» ( Волгоград, 2004 г.); Межрегиональная научно-практическая конференция «Конституционное развитие России: история, современность, перспективы» (Волгоград, 2003 г.); II Российская научно-методическая конференция «Наука и образование в начале XXI века: состояние, проблемы, поиски» (Сочи, 2002 г.) и другие.

2.  Целый ряд положений и идей диссертационного исследования нашли отражение в преподаваемых автором учебных дисциплинах: «Теория государства и права», «Конституционное право Российской Федерации» на юридическом факультете Волгоградского института экономики, социологии и права и Волгоградской академии МВД России, при чтении спецкурса для аспирантов НОУ ВПО «ВИЭСП» «Формы государственного устройства и суверенитет в современном мире».

3. Положения и выводы диссертации использованы в учебном процессе при разработке и внедрении рабочих и учебных программ по дисциплинам «Теория государства и права», «Конституционное право Российской Федерации», спецкурсу «Формы государственного устройства и суверенитет в современном мире».

4. Содержание работы, ее основные идеи и теоретические положения изложены в четырех монографических исследованиях: «Государственный суверенитет и формы территориальной организации современного государства: основные закономерности и тенденции развития» (27,2 п. л.); «Происхождение суверенитета: Верховная власть в мировоззрении и практике государственного строительства традиционного общества» (20 п.л.); «Суверенитет федеративного государства: проблемы теории и конституционного регулирования» (16,3 п. л.); «Формы правления и институт президентства в странах СНГ» (9,77 п. л.); научных статьях, тезисах выступлений на конференциях, включая публикации в ведущих правовых журналах, рекомендованных ВАК: «Закон и право», «Вестник Саратовской государственной академии права», «Философия права», «Юрист-правовед».

Структура и объем диссертации определены целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, шести глав, включающих восемнадцать параграфов, заключения и библиографии.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается выбор темы диссертации, раскрываются ее актуальность и степень научной разработанности, определяются объект, предмет, цели и задачи; обосновываются методология и методика, научная новизна, теоретическая и практическая значимость результатов исследования; излагаются положения, выносимые на защиту; характеризуется достоверность и обоснованность полученных результатов, приводятся данные об их апробации.

Глава I «Государство и суверенитет: соотношение понятий, политико-правовое содержание, идея и сущность» посвящена исследованию понятия, целей, идеи и сущности государства как основной политической и культурной формы жизнедеятельности наций и народов; рассмотрению понятия, политико-правовой природы, идеи и содержания суверенитета как феномена верховной государственной власти и необходимого элемента и признака государства; анализу соотношения понятий государства и суверенитета.

В первом параграфе «Понятие и цели государства. Его идея и сущность» рассматривается понятие государства в широком и узком смыслах, исследуются его необходимые элементы и признаки. На основе этого делается вывод, что общепринятую трехчленную структуру государства – территория, народ, публичная власть – необходимо дополнить еще одним необходимым элементом – верховной, суверенной властью.

Верховная власть выступает как объединяющая волевая сила, реальный, жизненный авторитет, дающий народу организационно-правовое единство, делающий из него политическое целое, именуемое государством, и позволяющий постоянно поддерживать и сохранять такое единство. Государство не может сформироваться, пока в государствообразующем  народе не сложилось осознание необходимости собственной верховной власти и не появились ее конкретные выразители и носители. Государство появляется как создание верховной власти. Затем верховная власть в лице высшего органа (органов) государства выступает его официальным представителем в международном общении и в отношениях с собственным населением. В отличие от других субъектов властной деятельности, верховная власть распространяет свои функции и полномочия на всю территорию и все население государства, объединяет в единую систему все государственные органы, определяет их правовое положение и компетенцию.

Рассмотрение элементов и признаков государства в широком понимании, как политически организованного общества, дает возможность исследовать его назначение и цели. Практически все авторы, начиная с Платона и Аристотеля, считают основной целью государства общее благо. Внутри государства общее благо выражается в установлении и поддержании относительно справедливого государственно-правового порядка, отвечающего в определенной степени социально-нравственному идеалу государствообразующего народа, выражающемуся в его мифологии, верованиях, обычаях, традициях, нравах. Из этого вытекает высшая реальная (практическая) цель государства, заключающаяся в обеспечении условий для самого существования, воспроизводства и развития народа, составляющего его этносоциальный субстрат. В свою очередь, достижение внутренних целей предполагает независимость и самостоятельность государства в международных отношениях. Они представляют собой основополагающую внешнюю цель государства и на практике проявляют себя в его политическом, экономическом и военном могуществе, самобытной духовной и материальной культуре.

Идея и сущность государства максимально полно проявляются в целях, внутренних структурных элементах и необходимых признаках государства. Они представляют собой наиболее содержательные, качественные компоненты феномена государства на всем протяжении его существования и развития. Определение идеи и сущности государства требует выяснения того общего качества, которое присутствует как основополагающая составная часть в элементах, признаках и целях государства одновременно. Внимательное рассмотрение показывает, что таким общим качеством является суверенитет. Суверенитет, проявляемый внешне как самостоятельное и независимое существование государственно организованного народа среди других стран и народов, есть основополагающая цель государства, ради которой оно создается. Как свойство верховенства государственной власти по отношению к другим социальным силам внутри страны, суверенитет есть необходимый признак и элемент государства, позволяющий обеспечить внутренний политико-правовой порядок, справедливый мир и согласие, создать условия для обретения необходимой мощи и культурного роста государства и государствообразующего народа.

Во втором параграфе «Суверенитет как феномен верховной государственной власти. Ее понятие и политико-правовая природа» определяется понятие суверенитета государства, рассматривается его содержание, выясняются его политико-правовая природа и основополагающая идея.

Исходя из этимологии категории «суверенитет», подхода к данному явлению основателя теории классического суверенитета Ж. Бодена и его последователей – Н. Н. Алексеева, Г. В. Ф. Гегеля, Т. Гоббса, П. Е. Казанского, Л. А. Тихомирова, Б. Н. Чичерина, К. Шмитта – автор приходит к выводу, что суверенитет как политико-правовое явление есть феномен верховной власти государства. Наличие в государстве собственной верховной власти выступает как реальное, фактическое выражение его суверенитета. Как феномен верховной власти суверенитет есть самый важный элемент и признак государства, при утрате которого государство превращается в сателлит другой, более могущественной, державы. Таким образом, существует неразрывная связь феномена государственного суверенитета с институтом верховной власти и наличием в государстве ее конкретных носителей – высших органов государственной власти. В государственно-правовых отношениях суверенитет выступает как признанная государствообразующим народом (легитимная), внешне непроизводная, постоянная, юридически неограниченная верховная власть,  обладающая полновластием, то есть универсальным полномочием на управление государством в целом, и концентрирующая монопольное право на принятие окончательных решений по всем вопросам общегосударственного значения. В этом и заключается ее политико-правовая природа и основополагающая идея.С организационно-правовой точки зрения верховная власть представляет собой последнюю, высшую инстанцию в иерархически организованной системе государственной власти, наделенную правом и обладающую способностью принимать и проводить в жизнь окончательные решения по вполне определенным вопросам, своевременное и адекватное исполнение которых позволяет существовать государству как независимой и самобытной политической и культурной целостности. Поэтому следует признать, что присущие государству признаки суверенитета – внутреннее верховенство (наличие собственной верховной власти) и внешняя независимость и самостоятельность – тесно связаны между собой, предопределяют друг друга, являются взаимообусловленными. Без собственной верховной власти государство и его народ не могут быть независимыми в международных отношениях. В отсутствие независимости от других государств неосуществимо и верховенство государственной власти в пределах своей территории, а также господство в жизни государствообразующего народа его базовых ценностей. И народ, и государство без собственной, национально ориентированной верховной власти утрачивают качество суверенности и существенно ограничиваются в реализации собственного политического и социально-нравственного идеала.

Народный и национальный суверенитеты как явления не существуют и не могут существовать сами по себе – отдельно от государства и помимо него. Нация или народ в качестве политического субъекта всегда выступают как один из элементов государства, его этносоциальная основа и источник (иногда один из источников) государственного суверенитета. Но собственно суверенитет как феномен верховной власти принадлежит исключительно государству.

В третьем параграфе «Юридическое содержание суверенитета: функции и полномочия верховной власти» определяется юридическое содержание суверенитета, исследуются функции и полномочия верховной государственной власти, как основы правовой конструкции суверенитета.

Юридическое содержание суверенитета составляют функции и полномочия верховной власти, которые в совокупности могут быть определены как исключительная компетенция государства. Верховная власть играет роль государственного центра, как места принятия важнейших политических решений, имеющих прямое отношение к самому образованию, существованию и преобразованию (реформированию) государства. Поэтому ее основными функциями являются: учредительная функция; функция организации и управления государственной жизнью;  функция поддержания и охраны политико-правового порядка; функции стабилизации и развития общественно-политического строя государства. При осуществлении этих функций верховная власть выполняет одну, свойственную только ей задачу организации государственного аппарата и управления его деятельностью.

Верховной власти юридически принадлежит весь объем государственно-властных полномочий по осуществлению задач и функций государства. Однако в силу невозможности осуществлять их из одного центра, бoльшую их часть она передает подчиненным, производным от нее органам, звеньям и уровням государственного аппарата. Но наиболее важные из этих полномочий, касающиеся положения государства в целом, всегда остаются в ведении органов верховной власти. Эти правомочия получили название суверенных прав. Они представляют собой фундамент юридической конструкции суверенитета, выступают основой правового статуса государства и образуют квинтэссенцию исключительной компетенции верховной власти. Эти права составляют правовую сущность верховной власти и юридическое содержание ее деятельности. В отличие от других правомочий государства, суверенные права осуществляются верховной властью непосредственно и не могут быть переданы производным от нее государственным органам или уровням власти либо другим государственным или международным союзам без угрозы потери своего верховенства внутри страны и утраты государством своей независимости и самостоятельности, либо их ограничения.

К суверенным правам относятся правомочия по решению таких вопросов, самостоятельное решение которых и позволяет государству и его народу существовать независимо от других государств и народов, а власти, организующей их жизнедеятельность, – быть высшей, верховной. К таким правам относятся: право на конституирование (учреждение и реформирование) политико-правового порядка (принятия и изменения конституции); право организации и реорганизации системы государственной власти (государственного аппарата); право установления территориального устройства государства; право заключения международных договоров; право решения вопросов войны и мира, обороны и безопасности государства; право введения и отмены чрезвычайного положения; право определения мер и средств принуждения и наказания, а также их целей, видов и способов; право установления налоговой и финансовой системы; право принятия бюджета и денежной эмиссии.

Глава II «Государственно-территориальное устройство и государственный суверенитет» посвящена исследованию формы государства и ее основных элементов – формы правления, государственного устройства, государственного режима – как основных способов организации и осуществления верховной власти. В ней рассматриваются основополагающие принципы государственно-территориального устройства, выявляются характерные признаки унитарной государственности, ее виды, определяются особенности организации верховной власти в унитарных государствах.

В первом параграфе «Форма государства, суверенитет, и территориальная организация государства» анализируется понятие формы государства и ее основные элементы – форма правления, государственное устройство, государственный режим – как важнейшие проявления содержания и сущности государства. В результате делается вывод, что не существует единой идеальной формы государственной жизни, в том числе формы правления, формы государственного устройства и политического режима, одинаково пригодных для всех стран и народов. Государственная форма не может быть результатом свободного, рационального выбора. Она вырастает из реальной жизни государствообразующего народа, составляя единую субстанцию с его культурой, традициями и нравами. Поэтому, каждый народ, доросший до образования собственной государственности порождает определенный тип политической культуры, составной частью которой является вполне определенная политико-правовая конструкция его государственной организации. Однако данная конструкция оказывается также формой объективации его суверенитета, включающей в качестве своей основы естественно сложившееся устройство верховной власти, как реальное, фактическое выражение суверенного существования нации.

Таким образом, все элементы формы государства – форма правления, государственное устройство, государственный режим – выступают как политико-правовые формы организации и осуществления верховной власти, как внутреннее и внешнее выражение государственного суверенитета. В то же время форма государства и все ее элементы выступают как наиболее устойчивые, прочные основания структуры государства по отношению к внешнему миру, способные обеспечить его самостоятельность и независимость, в случае, если они покоятся на национально-культурной традиции и отвечают требованиям современности.

Форма государства есть политико-правовое явление, обусловленное потребностями самостоятельного и независимого существования государства и составляющего его народа в среде других государств и народов. Исходя из этого должны определяться и устанавливаться те или иные конституционные модели формы правления, государственного устройства и политического режима в каждой конкретной стране.

При этом форма государственного устройства должна рассматриваться в качестве более фундаментальной структуры государства, нежели форма правления и государственный режим. Во-первых, и форма правления и государственный режим всегда устанавливаются в рамках определенной территориальной организации государства и должны способствовать его территориальному и политическому единству. Во-вторых, государственное устройство оказывает в некоторых случаях достаточно серьезное влияние на форму правления и политический режим. В-третьих, в самом явлении государственного устройства и в понятии его объясняющем прямо и непосредственно связываются все субстанциональные элементы и признаки государства: территория, как пространственная основа существования государствообразующего народа и его распределения по территориальным единицам; собственно народ, осуществляющий свою жизнедеятельность на этой территории и находящийся под юрисдикцией государственной власти; публичная (государственная) власть, осуществляющая функции организации и управления данным народом; суверенитет как определенная организация верховной власти, наличие которой гарантирует государству и его народу независимость и самостоятельность, и как высшая инстанция, которая как раз и определяет территориальную организацию государства, государственной власти и населения. Все указанные элементы, взаимодействуют между собой, оказывая влияние друг на друга, определяют степень и форму политического единства государства в конкретных исторических условиях. Они оказываются непосредственно связанными с распределением суверенных прав между верховной властью и территориальными единицами, чем и определяются различные политико-правовые модели (формы) государственного устройства.    

Исходя из того, каким органам принадлежат суверенные права и как они распределяются между ними, выделяют различные виды организации верховной власти и ее реализации, получившие наименование форм правления. При любой из этих форм – абсолютной или конституционной монархии, парламентарной или президентской республике и т.д. – верховная власть всегда в идеале должна представлять собой единый и единственный, наивысший уровень принятия общегосударственных решений, являя собой властный центр, находящийся на вершине государственной пирамиды и концентрирующий все полномочия суверенного значения.

Однако на организацию верховной власти, порядок принятия решений по вопросам суверенного значения и распределение суверенных правомочий оказывает влияние также форма государственного устройства, определяющая степень политико-правового единства для каждой страны в сложившихся исторических условиях.

Во втором параграфе «Автономия, местное самоуправление и децентрализация в государственно-территориальном устройстве современных государств» рассматривается и анализируется содержание основополагающих политико-правовых принципов, на основе которых организуется территориальное устройство современных государств.

Государственное устройство есть политико-правовое явление, представляющее собой обусловленное географическими, внешне и внутриполитическими условиями и местными особенностями разделение территории страны на определенные  составные части, в соответствии с которыми строится структура и осуществляется деятельность органов государственной власти и управления.

Основными политико-правовыми принципами, определяющими форму государственного устройства той или иной страны являются принципы унитаризма, федерализма, автономии, централизации (деконцентрации), децентрализации, местного самоуправления. На их основе институт государственного устройства осуществляет правовое структурирование (деление) территории государства, определяет правовой статус центральной власти, статус субъектов федерации, административных единиц, муниципальных коллективов и других территориальных образований, их органов власти и управления, а также характер политико-правовых связей между ними.

Наиболее естественной формой территориальной организации государственной власти является централизация, при которой формирование и деятельность всех местных органов целиком зависит от вышестоящих государственных уровней и звеньев. При этом местным органам может быть делегирована весьма широкая компетенция путем деконцентрации полномочий, однако, их объем в любое время может быть пересмотрен, так как вышестоящие уровни власти и управления полностью контролируют деятельность нижестоящих. Поэтому деконцентрация власти имеет сугубо административную природу, хотя и может быть закреплена законом. Централизация и деконцентрация в той или иной степени присутствуют в государственном устройстве любой страны.

Децентрализация государственной власти имеет место и в унитарных, и в федеративных государствах. Она может носить как политический, так  и административный характер. Административная децентрализация обеспечивает на основе закона перераспределение в пользу территориальных единиц многих полномочий управленческого характера. Ее результатом является возникновение муниципальных образований и местной национально-территориальной автономии. Основной формой административной автономии является местное самоуправление. Национальная автономия обладает по сравнению с муниципиями рядом дополнительных прав, но все они связаны с особенностями этнического состава и быта населения.

Формой политической децентрализации являются политически автономные образования в унитарных государствах, которые создаются, как правило, по национальному принципу. Они близки по своему статусу к государственно-территориальным образованиям (субъектам федерации) в федеративных государствах. Однако в унитарных государствах политическая автономия носит исключительно асимметричный характер.

В третьем параграфе «Политико-территориальное устройство и суверенитет унитарного государства» проводится классификация унитарных государств, анализируются отличительные черты территориального устройства каждого из его видов, рассматриваются особенности организации верховной власти при унитарной форме государственного устройства.

В зависимости от наличия либо отсутствия в территориальной организации унитарных государств автономных образований, их подразделяют на простые и сложные. Наиболее сложное устройство характерно для государств, имеющих в своем составе политически автономные образования, близкие по своему статусу к субъектам федерации в федеративных государствах: Шотландия, Уэльс, Северная Ирландия в Великобритании; Корсика во Франции; Гренландия и Фарерские острова (Дания) и др. Однако политико-административную самостоятельность в данном случае получают лишь отдельные регионы, занимающие небольшую часть территории страны с незначительным количеством населения по отношению к его основной части. Основная часть территории и населения страны никакой степенью политической самостоятельности по отношению к верховной власти не обладает. Поэтому весьма спорным является утверждение о федерализации государственного устройства в странах, имеющих в своем составе политически автономные единицы. Политической правосубъектностью в них обладают лишь отдельные территориальные образования. Причем эта правосубъектность имеет иную правовую природу и содержание, чем статус субъектов федеративных государств.

В последнее время под влиянием национально-этнического фактора в целом ряде стран мира происходят процессы автономизации и регионализации. Появились государства, территориальное устройство которых строится всецело на принципе автономии, то есть, вся территория страны состоит из автономных единиц – так называемые «региональные» или «регионалистские» государства (Испания, Италия, ЮАР, Шри-Ланка). Это отражает одну из основных тенденций развития унитарных государств на современном этапе – регионализацию их политико-правового пространства и политическую децентрализацию государственной власти.

Однако наличие элементов политической автономии, развитого местного самоуправления и признаков территориального представительства в парламентах регионалистских государств не может изменить политико-правовой природы унитарного государства. Осуществление  государственной власти и управления в нем организуется по принципам концентрации всех властных функций и полномочий законодательного (политического) характера на общегосударственном уровне. Суверенные полномочия в унитарном государстве в полном объеме принадлежат единой системе высших органов государственной власти. Территориальные (местные и региональные) образования и их органы не принимают участия в осуществлении суверенных прерогатив государства.

Глава III «Политико-территориальное устройство и суверенитет федеративного государства» посвящена исследованию политико-правовых признаков федеративного государства, его конституционных моделей, особенностей статуса субъектов федерации, проблемы принадлежности суверенитета в федеративном государстве и рассмотрению основных концептуальных подходов к этой проблеме сквозь призму эволюции федеративной государственности на протяжении ее существования.

В первом параграфе «Основные черты федеративного устройства» определяются понятие и государственно-правовые признаки, отличающие федерацию от унитарного государства. К ним относятся следующие:

  • Территория федерации состоит в основном из территории ее субъектов.
  • Как и федерация в целом, ее субъекты обладают статусом государства или государственно-территориального образования, что находит свое выражение в наличии у них различных атрибутов и признаков политической автономии.
  • Верховная государственная власть на территориях субъектов федерации существует и осуществляется двумя относительно самостоятельными системами высших государственных органов – федеральными органами и органами соответствующего субъекта федерации.
  • В федерации проводится достаточно четкое разграничение властных функций и полномочий (компетенции) между верховной федеральной властью и субъектами федерации, которое касается не только вопросов управленческого, сугубо административного характера, но и вопросов политического, государственного значения. Среди полномочий субъектов федерации можно выделить некоторые суверенные правомочия по отношению к своей территории и населению.
  • И федерация, и субъекты федерации имеют свою конституцию как основной закон и законодательство на обоих уровнях государственной власти, что свидетельствует о наличии у субъектов федерации элементов собственной учредительной власти.
  • Субъекты федерации, в отличие от территориальных образований унитарных государств обладают некоторыми элементами международной правосубъектности.
  • Организация и реализация верховной федеральной власти происходит при непосредственном участии субъектов федерации, которые на конституционной основе призываются к ее осуществлению посредством деятельности верхней палаты федерального парламента и участия в изменении федеральной конституции путем ратификации поправок.

Во втором параграфе «Классификация федераций и правовые модели федеративных государств» продолжается исследование особенностей федеративной государственности путем проведения классификации федеративных государств и выделения нескольких видов конституционных моделей федераций. На основе этого делается вывод о том, что единая в своей основе сущность федерализма в различных условиях места и времени получает многообразные формы своего проявления.

Любое федеративное государство соединяет в себе: а) общие признаки, присущие всем федерациям, которые собственно и выражают сущность федеративного устройства; б) особенные свойства, характерные для определенной группы федеративных государств и отражающие своеобразие какой-то формы проявления единой сущности федерализма у данной его разновидности, например, конституционная или договорная, симметричная или асимметричная, централизованная или децентрализованная федерация; в) индивидуально-специфические признаки данной конкретной федерации. Каждое федеративное государство представляет собой неразрывное единство общего, особенного и индивидуально специфического. Каждое из них, обладая всем тем общим, что составляет суть федерализма, значительно отличается от других по своей структуре, организации, функционированию и развитию. На основании этого строятся различные модели федерализма, выражающие групповые особенности федеративных государств в рамках единой сущности федерализма. Несмотря на то, что любая модель всегда предполагает отвлечение (абстрагирование) от какого-то числа параметров оригинала и представляет собой упрощенное, определенным образом схематизированное отражение последнего, она, тем не менее, дает возможность более углубленного изучения признаков и структуры изучаемого объекта, а, следовательно, и проникновения в его сущность. Это относится к научному моделированию государственного устройства в целом, а также к отдельным типам и видам унитарного и федеративного государств.

В третьем параграфе «Особенности статуса субъектов федерации и проблема определения принадлежности суверенитета в федеративном государстве» исследуется правовое положение субъектов федерации и анализируется существо проблемы определения принадлежности суверенитета в федеративном государстве, которая связана со статусом этих субъектов.

Анализ статуса субъектов федерации позволяет сделать вывод, что во всех федерациях суверенные права формально делятся между федеральной властью и субъектами федерации. Это позволяет утверждать о возможности делимости суверенитета, т. к. юридически суверенитет выражается посредством закрепления исключительной компетенции государства за определенными органами или уровнями государственной власти. Практически такая делимость подтверждается конституционным законодательством некоторых федеративных государств – Швейцарии (ст. 3 Конституции), Мексики (ст. 40), ОАЭ (ст. 3), конституциями ряда штатов в США, где содержатся положения о наличии у них собственного суверенитета (ст. 4 Конституции Массачусетса). О возможности сохранения суверенитета при передаче целого ряда суверенных прав на более высокий государственный и международный уровень свидетельствует опыт СССР и Европейского союза.

Практика федеративного строительства свидетельствует о том, что на протяжении всего периода своего существования федеративные государства постоянно эволюционировали в направлении более тесного политического и правового единства, практически приближаясь к унитарной организации власти и управления. Однако формально у субъектов федерации по-прежнему сохраняются некоторые суверенные права, важнейшим из которых является право на участие в осуществлении верховной федеральной власти. Это создает значительные сложности в определении юридической природы федеративного государства и построении непротиворечивой концепции государственного суверенитета в федерации, служит основанием для регионального и этнополитического сепаратизма.

В четвертом параграфе «Основные концептуальные подходы к проблеме суверенитета в федерации и практика федеративного строительства» исследуется содержание основных теорий суверенитета федеративных государств в связи с практикой их формирования и конституционного строительства.

Сложности в определении юридической природы федерации привели к возникновению нескольких теоретических концепций суверенитета федеративного государства: полного суверенитета федерации и его отсутствия у субъектов (унитарная теория); принадлежности всей полноты суверенитета субъектам федерации (сепаративная теория); делимости суверенитета между федерацией и ее субъектами; ограниченного суверенитета субъектов федерации; участия субъектов федерации в осуществлении общефедерального суверенитета; синтетического суверенитета федерации, осуществляемого ею совместно со своими субъектами; потенциального суверенитета субъектов федерации; органичного сочетания суверенитета союза с суверенитетом союзных республик; кооперативного федерализма.

Анализ этих теорий в сопоставлении с практикой федеративного строительства в целом ряде федераций показывает, что эти концепции имеют право на существование, каждая из них отражает практику организации верховной власти при какой-то одной модели федеративного устройства на определенном этапе ее существования (американской, германской, швейцарской, советской и др.). Но все они неоправданно претендуют на универсальное объяснение природы федерации и ее суверенитета.

Практика федеративного строительства свидетельствует, что не может существовать единой концепции государственного суверенитета для всех федеративных государств. Ее юридическое содержание в каждом конкретном государстве зависит от многих обстоятельств объективного и субъективного характера. В федерациях, как и в унитарных государствах, возможна концентрация всех суверенных полномочий на уровне федеральной власти. В этом случае основной отличительной чертой федеративного государства будет выступать тот юридически значимый факт, что суверенитет в нем  организуется и осуществляется верховной федеральной властью при участии субъектов федерации. В то же время за субъектами федерации может признаваться ограниченный суверенитет, а политико-территориальное устройство федерации – основываться на разделении суверенных правомочий между федеральными и региональными властями. Все это свидетельствует о фактической и юридической возможности существования «полусуверенных» государств и государств с фактически и юридически ограниченным суверенитетом. Такие государства являются, как правило, членами межгосударственных, конфедеративных или государственно-правовых союзов.

Глава IV «Империя и иные формы политико-территориального устройства» посвящена исследованию особенностей конфедерации, протектората и империи как сложных форм политико-территориальной организации общества, в которых достаточно специфически проявляются отношения, связанные с организацией верховной власти и осуществлением суверенитета.

В первом параграфе «Конфедерация и протекторат» рассматриваются основополагающие черты конфедерации и протектората как межгосударственных союзов, обладающих признаками государственности. Выявляя общее и особенное в конфедеративных объединениях и протекторате, автор приходит к выводу, что их потенциал в XXI веке далеко не исчерпан. Процессы интернационализации международной интеграции и глобализации ведут в настоящее время к изменению традиционной роли национальных государств и выявляют потребность в учреждении более крупных, наднациональных форм публично-правовых союзов, способных управлять обществом в масштабах больших географических регионов и континентов. В процессе их формирования вполне могут быть задействованы политико-правовые формы конфедерации и протектората.

Второй параграф «Империя как форма государственного устройства» посвящен исследованию основных политико-правовых свойств и признаков империи как особого типа суверенной государственной организации и формы государственного устройства. В параграфе дается классификация имперских государств и обосновывается актуальность имперской тематики в современных условиях.

Исторический анализ показывает, что империя является особой, но совсем не уникальной формой государственного устройства. Это одна из самых древних и наиболее устойчивых форм политической организации общества, часто выступающая государственно-правовой оболочкой существования локальной цивилизации.

Политико-территориальное устройство империи основывается на специфическом сочетании самых разнообразных принципов территориальной государственной организации. В устройстве империи соседствуют и сочетаютсяэлементы унитаризма и федерализма, централизации и децентрализации, автономии и местного самоуправления, конфедерализма и протектората.

При этом основным направлением эволюции имперской государственности является стойкая тенденция к унитаризму посредством использования различных промежуточных форм для большинства или некоторых территориальных подразделений, входящих в ее состав или находящихся в орбите ее влияния: союзов, содружеств, автономий, муниципий и т. д. Данная тенденция никогда не достигает своего логического завершения, оставаясь только лишь парадигмальным направлением развития империи. Радикальная централизация и унитаризация политико-правового пространства «подтачивает» имперскую организацию и в конечном счете разрушает ее, что подтверждается историческими фактами.  

Имперское единство всегда в какой-то степени проблематично и должно достигаться посредством использования не только сугубо политико-правовых средств, но и идеологических инструментов, включая мифологическую идею сакральной всемирной державы, которая в идеале может охватывать весь окружающий мир. Поэтому империя рассматривается как высшее состояние государства, вырастающее из иерархии человеческих союзов, перерастающего свои национальные границы и объединяющего под одной, единой верховной властью различные этносы и народы, государства и политико-территориальные образования. При этом суверенные права верховной власти империи по отношению к некоторым региональным частям юридически по своему объему могут быть, даже у'же, чем во многих федеративных государствах, чаще всего будучи ограничены вопросами обороны и внешней политики. Хотя на практике, они, как правило, осуществляются в более полном объеме. По отношению к другим территориям суверенные правомочия имперской власти не ограничиваются.

Понятие империи предполагает, поэтому, прежде всего, определенную форму государственного устройства, где территория включает в себя, кроме административных единиц, разностатусные этнополитические образования (протектораты, доминионы, субъекты федерации, автономии и т. д.), находящиеся в различной степени политической, административной и  правовой зависимости от имперского центра.

Идеи и традиции империи показывают свою актуальность в условиях нарастающей глобализации. Поэтому существует необходимость «освободить» политико-правовое понятие империи от негативного употребления и восстановить его в отечественной научной традиции.

В третьем параграфе «Особенности имперского суверенитета» исследуются отличительные черты организации и легитимации верховной власти империи, а также характер концентрации и распределения суверенных правомочий при имперской форме государственного устройства.

Характерной чертой имперского суверенитета является то, что он практически всегда формируется в рамках культурно доминирующей национальной политико-правовой традиции. Это придает верховной имперской власти сакральный характер даже в секуляризированном, светском обществе. Поэтому в основании всякой имперской организации находится принцип безусловного духовно-идеологического авторитета и легитимности верховной власти империи, что позволяет ей править с минимально необходимой степенью принуждения и насилия.

Основной особенностью осуществления верховной власти империи является господство непрямых форм и методов властвования (правления). Верховная власть империи всегда осуществляет непосредственное управление какой-то достаточно обширной частью территории – национальным ядром имперской организации и некоторыми другими территориями. В отношении остальных периферийных частей имперский центра позволяет существовать двум важным элементам непрямого правления: 1) сохранение их государственного либо иного политического статуса; 2) признание их формальной независимости и существующего в них образа правления (организации власти и управления). Однако, в любом случае, конкретные варианты распределения суверенных полномочий между верховной имперской властью и местными властями весьма сильно разнятся от территории к территории в соответствии с ее спецификой и статусом в рамках империи. К суверенным правам имперской власти всегда относятся вопросы обороны (вопросы войны и мира), внешней политики (международные дела) и все, что с ними связано. Достаточно глубокой унификации подвергается культурная политика империи, основными инструментами которой являются: единообразная система образования: унифицированная во многих (но не во всех) сферах и областях жизни система права; общая идеология и контроль над символами; господство единого общегосударственного языка. Во всех остальных вопросах вполне возможна существенная степень автономии многих территориальных подразделений империи.

В то же время суверенные прерогативы имперского центра в отношении внешней политики позволяют ему достаточно эффективно контролировать также внутреннюю политику своих «союзников», протекторатов и сателлитов непрямыми методами, при помощи установления и навязывания им определенной политической программы действий, практически без использования прямого принуждения и насилия.

Проблематика имперской государственной организации и особенностей суверенитета становится актуальной в связи с процессами нарастающей политической глобализации современного мира.

Глава V «Эволюция форм государственного устройства и проблемы суверенитета в условиях глобализации» посвящена изучению влияния процессов глобализации на эволюцию суверенной государственности, исследованию трансформации форм государственного устройства и суверенитета в условиях глобализирующегося мира.

В первом параграфе «Глобализация как основополагающий фактор трансформации современного мира и ее политико-правовое содержание» делается попытка определить понятие глобализации, раскрыть ее политико-правовое содержание и последствия для дальнейшего развития суверенной государственности.

Анализ процессов глобализации показывает, что в своем политическом аспекте она ведет к созданию нового мирового порядка, разрушающего прежнюю систему международных отношений, основанную на принципах суверенного равенства государств, равновесия сил и невмешательства во внутренние дела других стран. Глобальные проблемы современности требуют решения в мировом масштабе и на макрорегиональных уровнях, что предполагает обеспечение определенной степени их управляемости. Это ведет к размыванию государственных границ, постепенному уходу государства из некоторых сфер жизнедеятельности общества и отмиранию ряда государственных функций, которые переходят к международным организациям и союзам, ставят государства в экономическую зависимость от деятельности транснациональных корпораций (ТНК). В результате многие государственные институты приходят в упадок, а в правовой системе большинства стран все больший удельный вес приобретают международное право и корпоративное право.

Процессы глобализации бросают вызов национальному государству и его суверенитету. Современное государство и его верховная власть больше не в состоянии осуществлять полноту суверенитета на принадлежащей ему территории. Это ведет к поиску путей и средств, способных модифицировать форму и содержание суверенной государственности, прежде всего, принципы и организацию территориального устройства современного государства.

Во втором параграфе «Государственный суверенитет и тенденция к возрождению имперских форм государственного устройства в условиях глобализирующегося мира» анализируются изменения, происходящие в территориальном устройстве современных государств и тенденции, определяющие появление новых форм политико-территориального устройства и нового вида суверенитета, связанные с процессами глобализации.

Глобализация выступает фактором, разрушающим суверенную национальную государственность и существенным образом трансформирующим классические формы государственного устройства. Возрастающая неспособность современных государств к регулированию глобальных процессов и, как следствие, ослабление их суверенитета – носят достаточно объективный характер. Это ведет к всеобщей трансформации государственности в современном мире, видимыми признаками которой является реновация имперских моделей государственного устройства и возникновение нового вида имперского суверенитета. В связи с этим обозначились две противоречивые тенденции в развитии политико-территориальной организации современных государств. С одной стороны – это расширение исключительных правомочий верховной власти по отношению к территориальным подразделениям, что хорошо видно на примере увеличения объема компетенции федеральной власти в целом ряде федеративных государств (США, ФРГ, Индийский Союз, Россия, латиноамериканские федерации). С другой – это процессы региональной децентрализации, автономизации, федерализации и конфедерализации современных государств, которые идут параллельно с передачей суверенных прав государств на более высокий уровень – различным международным организациям и союзам, их добровольное ограничение в пользу более могущественных в экономическом и политическом отношении держав (США, Китай), международных организаций (НАТО и др.), союзов конфедеративного типа, эволюционирующих в сторону федеративных империй (Европейский Союз).

Процессы глобализации и проявившиеся в связи с ними тенденции развития государственно-территориального устройства в мире позволяют сделать вполне определенные выводы. Новая форма мирного сосуществования может быть исключительно формой равновесия больших государственных (имперских) образований. Существенная роль и значение в большой (международной) политике, а также привилегии фактического суверенитета все больше становятся монополией очень немногих макрорегиональных или мировых держав имперского типа со сложным политико-территориальным устройством, концентрирующих в своих руках суверенные полномочия внешнеполитического характера. Остальные, формально суверенные, государства перестают в сущности быть таковыми. Они становятся фактически и юридически подконтрольны этим супердержавам, хотя, возможно, и не изменят своего статуса в сферах внутренней организации и управления. Приближается время новых форм политико-территориальной организации государственности, весьма отличных от тех, которые существовали в мире в течение последних столетий, хотя и сохраняющих многие их черты.

Некоторые из современных государств уже переросли в политическом и экономическом смыслах масштабах национальных государств. Тенденции современного политического развития ведут к образованию больших политических миров макрорегионального или эксрегионального характера. Становятся видимыми ясные признаки того, что именно подобным «федеративным империям» принадлежит будущее.

Все вышесказанное делает крайне актуальным политико-правовой анализ тенденций их развития для исследования современного состояния российского государства.

Глава VI «Государственное устройство и суверенитет Российской Федерации» посвящена исследованию политико-правовой природы государственного устройства России, проблемам обеспечения ее внешнего и внутреннего суверенитета, а также тенденциям развития суверенной российской государственности на современном этапе.

В первом параграфе «Природа и особенности государственного устройства СССР и РСФСР» рассматриваются процессы эволюции государственного устройства и организации верховной власти в России на протяжении XX столетия – от имперского периода до начала либерально-демократических реформ в 90-х годах XX века.

Автор разделяет точку зрения, что федеративное устройство не имеет прочных корней в России, хотя на протяжении почти всей истории для нее было характерно наличие территориальных единиц с особым статусом, включающим элементы политической автономии и самоуправления. Однако это не противоречит тому факту, что начиная с XVI века российское государство строилось и функционировало, как централизованная континентальная империя. Не стало оно классической федерацией и после социалистической революции.

В настоящее время в юридической науке отсутствует единство мнений по поводу правовой природы государственного устройства СССР и РСФСР. Это не случайно, так как в политико-территориальном устройстве СССР сочетались элементы автономии, федерализма и конфедерализма (например, во взаимоотношениях со странами социалистического содружества), при наличии стойкой тенденции к унитаризму и централизации. Исходя из этого, наиболее адекватной представляется точка зрения, высказанная в отечественной и зарубежной политологической литературе, согласно которой СССР являлся продолжателем и наследником российской имперской традиции и обнаруживал в своей организации явные признаки соответствия идеальному типу империи. После революции руководство большевистской партии действительно попыталось «ввести» федерацию, им были предложены принципиально новые парадигмы организации российского гео- и этнополитического пространства. Но эти парадигмы оказались нежизнеспособными. Поэтому восстановление российской государственности, осуществляемое в новой, превращенной, советской форме, неизбежно повлекло за собой возрождение прежних, имперских механизмов и установок – иной альтернативы для сохранения единого государства не было. Изменились идеология, терминология, внешний облик, политико-правовая оболочка российского государства, но его суть осталась прежней – имперской. Именно имперский характер советской государственности и обусловил своеобразное сочетание конфедерализма, федерализма и автономии при устойчивой тенденции к унитаризму, что весьма свойственно государственному устройству континентальных империй. СССР, как и Германская империя (1871 – 1916 гг.), был ярким представителем одновременно и федеративной, и имперской государственности, классическим образцом федеративной империи. В этом же направлении происходит и развитие Европейского союза, в территориальном устройстве которого некоторые авторы видят черты формирующейся империи , имеющей своим истоком древние традиции Западной Римской империи и Священной Римской империи германской нации.

Что касается государственного устройства РСФСР в составе СССР, то следует присоединиться к преобладающей в настоящее время точке зрения, что она была унитарным государством с наличием национально-территориальной автономии (политической и административной) и лишь формально называлась федерацией, не имея необходимых юридических признаков последней.

Во втором параграфе «Конституционная концепция суверенитета и проблемы ее реализации в федеративном устройстве России в 90-е годы XX столетия» анализируются процессы федерализации государственного устройства нашей страны в 90-е годы прошлого века, рассматриваются противоречивые тенденции конфедерализации и унитаризации ее политического пространства с позиции их соответствия концепции государственного суверенитета, закрепленной в Конституции Российской Федерации 1993 года.

Процессы реальной федерализации России началась в 1990 году, когда в период с июля по ноябрь почти всеми автономными республиками были приняты декларации о суверенитете. Федеративный договор от 31 марта 1992 года, ставший составной частью действовавшей в то время Конституции, по существу закрепил делимость суверенитета между Российской Федерацией и ее субъектами, что постепенно вело страну к дезинтеграции и распаду.

Принятие Конституции Российской Федерации 1993 года, закрепившей унитарную концепцию государственного суверенитета, несколько стабилизировало обстановку в стране. Конституционная концепция суверенитета утверждала верховенство федеральной власти и устраняла суверенный статус республик в ее составе. Однако эта концепция входила в противоречие с их государственным статусом и этнополитическим принципом организации. Это подразумевало наличие в них государствообразующих наций, каковыми считались титульные этносы, что по сути узаконивало претензии республик на собственный государственный суверенитет. Данные претензии нашли свое выражение в конституциях республик, в которых закреплялись верховенство республиканской власти над федеральной, международная правосубъектность, добровольность их вхождения в состав России, делегированность суверенных полномочий от субъектов к Федерации, приоритет республиканского законодательства по отношению к федеральному. Практика договорных отношений между Федерацией и ее субъектами, правовой основой которых стала ч. 3 ст. 11 Конституции России, нарушала иные положения Конституции, так как договорами предусматривалась передача исключительных полномочий Федерации органам власти ее субъектов. И хотя Конституция Российской Федерации закрепляла унитарную концепцию суверенитета, реальными чертами российского федерализма стали: фактическое признание за республиками определенного объема суверенной власти; возможность самостоятельного определения субъектами Федерации своего статуса в обход федеральной Конституции; постоянные коллизии между федеральной и региональными властями.

Весьма отрицательную роль в процессе федерализации страны играл в этот период Совет Федерации – верхняя палата федерального Парламента, функции, полномочия и место которого в системе высших федеральных органов были весьма значительны. Он формировался из руководителей региональных органов и объективно превратился в политическую корпорацию региональных элит в федеральной политике, отстаивающую их интересы и навязывающую свою волю федеральному центру. В системе высших федеральных органов Совет Федерации стал играть контрпродуктивную, дезинтегрирующую роль. «Благодаря» этому федеративное устройство эволюционировало в сторону все большей политической децентрализации, регионального и национального сепаратизма, а фактически – в направлении конфедерализации страны.

Все это противоречило целям и задачам российского государства, закрепленным в Конституции Российской Федерации, нарушало конституционную концепцию государственного суверенитета и ставило под вопрос наличие верховной власти в российском государстве.

В третьем параграфе «Реформа федеративного устройства и государственный суверенитет современной России» анализируется проводимая в стране реформа федеративных отношений и рассматриваются пути дальнейшего совершенствования политико-территориального устройства российского государства с целью создания такой его организации, которая бы позволила обеспечить внешний и внутренний суверенитет России, ее единство, целостность, внешнюю самостоятельность и независимость.

Реформа федеративной системы, проведенная в годы президентства

В. В. Путина (2000 – 2008 гг.) позволила сохранить и укрепить российскую государственность. Как показывает анализ всего комплекса федеральных актов, принятых и проведенных в жизнь за то время, – они были направлены не только на укрепление позиций федеральной власти, но также на централизацию управления и унитаризацию государственного устройства.

Наиболее значимыми результатами реформы стало: а) фактическое изменение существующего политико-территориального устройства путем его укрупнения посредством образования федеральных округов; б) изменение порядка формирования верхней палаты федерального Парламента, результатом чего стало резкое уменьшение роли субъектов Федерации в принятии решений общегосударственного значения; в) наделение Президента и президентских структур власти в регионах обширными полномочиями по контролю за деятельностью региональных органов и привлечению их к ответственности за нарушение федерального законодательства; г) отстранение региональных административной и хозяйственной элит от участия в деятельности федеральных органов или существенное ослабление их влияния на характер принимаемых ими решений; д) восстановление в государственно-правовой практике конституционной концепции государственного суверенитета (унитарной по своему юридическому содержанию).

Указанные меры фактически создали новый централизованный тип государственного устройства, сохраняющий элементы федерализма, но имеющий устойчивую тенденцию к унитарной модели организации. Вне зависимости от различных оценок реформы эта тенденция носит вполне объективный характер. Усиление унитарной компоненты в территориальной организации страны оказалось совершенно необходимым условием сохранения суверенитета, как непременного условия существования Российского государства.

Несмотря на достигнутый положительный эффект, федеративная реформа вызвала «глухое недовольство» руководства многих республик. Корректировка республиканских конституций происходила с большим трудом. Реформа подверглась критике со стороны различных зарубежных и отечественных ученых и публицистов как не соответствующая стандартам классического федерализма.

В научной литературе вновь возникают различные теоретические подходы к решению проблемы суверенитета в России, иногда полярно противоположные: от единого и неделимого суверенитета Федерации до признания полного суверенитета республик. Выдвигаются концепции ограниченного суверенитета субъектов Федерации, наличия у них суверенной государственности или признаков суверенности при отсутствии суверенитета, в связи с чем подвергаются критике решения Конституционного Суда РФ 2000 – 2001 гг., полностью исключившие признак суверенитета применительно к статусу субъектов Федерации. Этому весьма способствует тот факт, что указание на наличие ограниченного суверенитета сохраняется в новых редакциях Конституции Татарстана

(2002 г.) и Чеченской Республики (2003 г.), что входит в прямое противоречие с решениями Конституционного Суда.

Все это свидетельствует о том, что федеративное устройство остается для России проблемой, но не данностью. В России по-прежнему существует тенденция к делению суверенитета между Федерацией и ее субъектами и продолжается борьба между ними за обладание суверенными правами и прерогативами. По мнению автора, это связано как с противоречивостью самой формы федеративного устройства, предполагающей отсутствие однозначного подхода к суверенитету, так и с неорганичностью федеративного устройства для постсоветской России.

Основополагающей задачей государственного строительства в России по-прежнему остается нахождение оптимальной формы политико-территориального устройства, которое было бы способно обеспечить государственную целостность, внешнюю и внутреннюю безопасность и суверенитет страны. Исходя из этого, автор считает необходимым рассмотреть возможность  использования ряда имперских практик в государственном устройстве России применительно к современным условиям. Россия не утратила отдельных элементов имперской специфики и в настоящее время. Само ее существование в качестве суверенного государства уже предполагает имплантацию целого ряда имперских форм и методов в организацию ее государственного устройства. Характерной чертой организации власти управления современной России является преемственность по отношению к прежним имперским, в том числе и советским, организационным структурам, что лишний раз было подтверждено легкостью построения «новой властной вертикали» в 2000 – 2005 гг., во многом имперской по форме и назначению. Существует и естественное пространство для расширения сферы политического влияния России – республики бывшего СССР и некоторые страны бывшего социалистического содружества. При целенаправленном формировании интеграционных процессов на этих территориях в полной мере могут быть задействованы принципы федерализма, конфедерализма и протектората. Их использование является важным организационно-правовым инструментом возрождения и наращивания потенциала России в качестве центра притяжения сопредельных стран и народов, а также ее самоактуализации в качестве системообразующего элемента при образовании нового содружества наций на евразийском пространстве.

В связи с важностью решаемых нашей страной задач, обновленная форма государственного устройства, содержащая необходимые элементы имперской организации может оказаться не только востребованной, но жизненно необходимой. Поэтому обладать суверенитетом в России может только центральная, общефедеральная власть. Ее политико-территориальной организации в полной мере соответствует лишь конституционная концепция абсолютного государственного суверенитета. Статус тех или иных государственных образований внутри страны и конституционно-правовая модель ее государственного устройства являются подчиненными по отношению к принципу абсолютного верховенства федеральной власти, которой в полном объеме должны принадлежать все суверенные права и прерогативы российского государства.

За субъектами Федерации формально сохраняется право на участие в осуществлении федерального суверенитета посредством деятельности верхней палаты федерального Парламента и ратификации конституционных поправок. Сохранение иных суверенных правомочий за отдельными территориальными подразделениями возможно. Но их осуществление должно проходить под жестоким контролем федеральных структур и, в случае необходимости, легко приостанавливаться или прекращаться при помощи законодательно установленной правовой процедуры. Такой проект «гибкого федерализма» требует ликвидации государственного статуса подавляющего большинства республик и иных субъектов в составе Российской Федерации, но не противоречит действующей российской Конституции, которая представляет собой достаточно открытый нормативно-правовой документ, позволяющий вырабатывать в установленных ею рамках различные варианты построения и деятельности властных организационных структур, политических режимов и моделей взаимодействий центральной и региональных властей.     

В то же время этнополитическая, культурная, религиозная, экономическая гетерогенность территориального пространства России диктует неоднородные и более сложные формы взаимоотношений между центром и регионами, чем те, которые описываются классическими понятиями унитаризма и федерализма. Имперская специфика российской государственности предполагает сочетание различных принципов государственного устройства применительно к различным региональным образованиям, при полной элиминации возможностей конфедерализации страны и доминировании принципов унитаризма и централизации как общей константы ее внутренней организации. Исходя из конкретной политической ситуации, вполне возможно сохранение государственного статуса и признание ограниченного суверенитета за некоторыми республиками (Чечня, Татарстан), предоставление особого статуса некоторым окраинным регионам (Калининградская область). Но это ни в коем случае не должно посягать на полноту суверенных прав федеральной власти при решении вопросов общегосударственного значения.

В заключении диссертации обобщаются основные результаты проведенного исследования, излагаются те положения, на основе которых были сделаны наиболее значимые выводы, намечаются пути дальнейшей разработки темы.

Основные положения и выводы диссертационного исследования отражены в научных работах общим объемом 128,3 п.л., личный вклад соискателя в эти работы – 126,1 п.л., из них – 4 монографии объемом

73,3 п.л., 67 статей и публикаций, из которых 14 опубликованы в научных изданиях, включенных в Перечень ВАК.

Основные положения диссертации отражены автором в следующих публикациях.

Монографии:

  • Грачев, Н. И. Государственный суверенитет и формы территориальной организации современного государства: основные закономерности и тенденции развития / Н. И. Грачев. – М.: ООО «Книгодел»; Волгоград: Издательство ВИЭСП, 2009. – 468 стр. – 27,2 п.л.
  • Грачев, Н. И. Происхождение суверенитета: Верховная власть в мировоззрении и практике государственного строительства традиционного общества: Монография / Н. И. Грачев.– М.: ИКД «Зерцало-М», 2009. – 320 с. – 20 п. л.
  • Грачев, Н. И. Суверенитет федеративного государства: проблемы теории и конституционного регулирования: Монография / Н. И. Грачев,

    Н. А. Эрмялиева. – Волгоград: Издательство ВИЭСП, 2007. – 260 с. –

    16,3 п. л. (соавторство не разделено).

  • Грачев, Н. И. Формы правления и институт президентства в странах СНГ: Монография / Н. И. Грачев, Э. А. Гаджи – Заде. – Волгоград: Волгоградская академия МВД России, 2005. – 168 с. – 9,77 п. л. (соавторство не разделено).

Научные статьи, опубликованные в изданиях, рекомендованных ВАК:

  • Грачев, Н. И. Суверенитет и федерализм: правовые проблемы организации верховной власти в федеративном государстве / Н. И. Грачев,

    Н. А. Эрмялиева // Закон и право. – 2007. – № 1. – С. 10 – 13. – 0,6 п. л. (соавторство не разделено).

  • Грачев, Н. И. Суверенитет как феномен верховной власти /

    Н. И. Грачев // Закон и право. – 2007. – № 2. – С. 3 – 5. – 0,5 п. л.

  • Грачев, Н. И. Государственный и народный суверенитет во «внешнем» и «внутреннем» выражении / Н. И. Грачев // Закон и право. – 2007. – № 3. – С. 18 – 21. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. Происхождение суверенитета: государство и верховная власть в традиционном мировоззрении / Н. И. Грачев // Философия права. – 2006. – №1 (17). – С. 88 – 94. – 0,7 п. л.
  • Грачев, Н. И. Понятие  и политико-правовая природа федерации / Н. И. Грачев // Юрист-правовед. – 2006. – №1 (16). – С. 21 – 25. – 0,5 п. л.
  • Грачев, Н. И. Проблемы государственного устройства России в свете тенденций общемирового политического развития / Н. И. Грачев // Вестник Саратовской государственной академии права. Юбилейный выпуск. – 2006. – (№ 50). – С. 12 – 20. – 0,75 п. л.
  • Грачев, Н. И. Империя как форма государственного устройства и тенденции развития суверенной государственности в современном мире /

    Н. И. Грачев // Вестник Саратовской государственной академии права. – 2006. – № 5 (51). – С. 8 – 15. – 0,75 п. л.

  • Грачев, Н. И. Суверенитет как феномен верховной власти /

    Н. И. Грачев // Вестник Саратовской государственной академии права. – 2006. – № 6 (52). – С. 13 – 18. – 0,6 п. л.

  • Грачев, Н. И. Система государственной власти в федерации: особенности организации и гарантии единства / Н. И. Грачев, В. И. Дмитриев // Вестник Волгоградского государственного архитектурно-строительного университета. Серия: Гуманитарные науки. Выпуск 8 (22). – Волгоград: ВолГАСУ, 2006. – С. 114 – 120. – 0,6 п. л. (соавторство не разделено).
  • Грачев, Н. И. Государственный и народный суверенитет в их «внешнем» и «внутреннем» выражении / Н. И. Грачев // Философия права. – 2006. – № 4 (20). – С. 27 – 31. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. Суверенитет как правовая категория / Н. И. Грачев // Вестник Саратовской государственной академии права. – 2005. – № 1 (42). – С. 39 – 44. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. Местное самоуправление и государственная власть: история и современность / Н. И. Грачев // Вестник Саратовской государственной академии права. – 2005. – № 2 (43). – С. 129 – 134. – 0,5 п. л.
  • Грачев, Н. И. Легитимность Конституции Российской Федерации и проблемы ее адаптации к российской социокультурной среде //

    Н. И. Грачев // Вестник Саратовской государственной академии права. – 2004. – № 4 (41). – С. 60 – 64. – 0,6 п. л.

  • Грачев, Н. И. Местное самоуправление и государственная власть: история и современность / Н. И. Грачев // Вестник Саратовской государственной академии права. – 2004. – № 4 (41). Часть 2. – С. 239 – 242. – 0,5 п. л.

Публикации в иных изданиях:

  • Грачев, Н. И. Верховное управление и исполнительная власть в деятельности современного государства / Н. И. Грачев // Вестник Евразийской Академии административных наук. – 2009. – № 1(6). – С. 18-24. –  0,7 п.л. 
  • Грачев, Н. И. Концепция народного суверенитета: происхождение, практика реализации и основные противоречия / Н. И. Грачев // Философия социальных коммуникаций. – 2009. – №7. – С. 36-52. –1,5 п.л.
  • Грачев, Н. И. Проблемы суверенитета и государственного устройства в современной России / Н. И. Грачев // Проблемы правопонимания и правоприменения: теория и практика: материалы межрегиональной научно-практической конференции г. Волжский, 16–17 мая 2008 г. Часть 1 / редкол.: А. Э. Ушамирский (отв. ред.) и др.; МОУ «ВИЭПП», юридический факультет. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2008. С. 28-35.– 0,4 п. л.
  • Грачев, Н. И. Конституционный принцип единства системы государственной власти в Российской Федерации / Н. И. Грачев,

    А. А. Тихонов // Ученые записки (выпуск девятый). Редкол.: В. А. Юсупов и др. – Волгоград: Издательство Волгоградского института экономики, социологии и права, 2008. – С. – 0,4 п. л.

  • Грачев, Н. И. Президент и Правительство как субъекты высшей управительной власти в Российской Федерации / Н. И. Грачев // Теория и практика административного права и процесса: материалы Всероссийской научно-практической конференции (пос. Небуг, 9–11 октября 2008 года) / Отв. ред.: проф. В. В. Денисенко, доц. А. Г. Эртель. – Краснодар: Изд-во «Кубанькино»; Ростов-на-Дону: РЮИ МВД России, 2008. – С. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. Концепция государства и верховной власти в политической традиции Византийской империи / Н. И. Грачев // Философия социальных коммуникаций. – 2008. – № 5.– С. 61 – 74. – 1 п. л.
  • Грачев, Н. И. Имперская форма государственного устройства и имперский суверенитет в контексте процессов политической глобализации / Н. И. Грачев // Философия социальных коммуникаций. – 2008. – № 6.– С. 40 – 55. – 1,5 п. л.
  • Грачев, Н. И. Назначение конституции, государственный суверенитет и права человека / Н. И. Грачев // Право по защите прав и свобод человека и гражданина: Материалы IX Международной научно-практической конференции, посвященной 15-летию принятия Конституции Российской Федерации и 60-летию принятия Всеобщей декларации прав человека. – М.: Изд-во МГУ, 2008. – С.  – 0,4 п.л.
  • Грачев, Н. И. Суверенитет федеративного государства: проблемы организации верховной власти / Н. И. Грачев // Ученые записки (выпуск восьмой): Сборник статей. – Волгоград: Издательство Волгоградского института экономики, социологии и права, 2007. – С. 179 – 190. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. Политическая глобализация, суверенитет и возрождение имперских форм государственного устройства в современном мире // Философия социальных коммуникаций. – 2007. – № 3.– С. 57 – 71. – 1,4 п. л.
  • Грачев, Н. И. Верховное управление и исполнительная власть в деятельности современного государства / Н. И. Грачев // Теория и практика административного права и процесса: материалы Всероссийской научно-практической конференции (пос. Небуг, 5–7 октября 2008 года) / Отв. ред.: проф. В. В. Денисенко, доц. А. Г. Эртель. – Краснодар: Изд-во «Кубанькино», 2007. – С. 60 – 68. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. Суверенитет федеративного государства: новое прочтение / Н. И. Грачев // Очерки новейшей камералистики. – 2007. – № 4.– С. 12 – 16. – 0,5 п. л.
  • Грачев, Н. И. Эволюция политико-правовой природы федеративного государства / Н. И. Грачев, Н. А. Эрмялиева // Современные гуманитарные проблемы: Сб. науч. трудов. Вып. 3 / Редкол.: П. В. Анисимов и др. – Волгоград: Волгоградская академия МВД России, 2006. – С. 128 – 136. – 0,6 п. л. (соавторство не разделено).
  • Грачев, Н. И.  Цели государства: ценностно-коммуникативный подход / Н. И. Грачев // Философия социальных коммуникаций. – 2006. – № 1 (1). – С. 29 – 34. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. Пути реформирования современного государственного устройства России / Н. И. Грачев, В. П. Стародубцев // Право и правосудие в современном мире: Материалы международной научно-практической конференции (г. Краснодар) – Краснодар: Изд-во Северо-Кавказского филиала Российской академии правосудия, 2006. –

    С. 219 – 222. – 0,4 п. л. (соавторство не разделено).

  • Грачев, Н. И. Государственный суверенитет и права человека /

    Н. И. Грачев, Н. А. Эрмялиева // Научные труды Евразийской академии административных наук. – М.: Издательство ВИЭСП, 2006. – С. 98 – 103. – 0,4 п. л. (соавторство не разделено).

  • Грачев, Н. И. Автономия, местное самоуправление и децентрализация в территориальном устройстве современных государств /

    Н. И. Грачев // Ученые записки (выпуск седьмой) / Редкол.: В. А. Юсупов и др. – Волгоград: Издательство Волгоградского института экономики, социологии и права, 2006. – С. 78 – 89. – 0,6 п. л.

  • Грачев, Н. И. Политическая глобализация и проблемы государственного устройства России / Н. И. Грачев // Философия социальных коммуникаций. – 2006. – № 2 (2). – С. 80 – 88. – 0,8 п. л.
  • Грачев, Н. И. Политическая и административная автономия в территориальной организации современного государства / Н. И. Грачев // Кооперативная мысль – практике кооперативного строительства: Сборник научных статей профессорско-преподавательского состава по итогам научно-практической конференции. – Волгоград: Волгоградское научное издательство, 2006. – С. 185 – 195. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. Пути реформирования государственного устройства России в условиях политической глобализации / Н. И. Грачев // Ученые записки. Выпуск III (юбилейный): Сборник научных и научно-методических трудов Северо-Кавказского филиала РОУ ВПО «Российская академия правосудия» (г. Краснодар): В 2-х т., Т. 1. – Краснодар, 2006. – С. 16 – 24. – 0,75 п. л.
  • Грачев, Н. И. О статусе русского народа в контексте формирования «гражданской нации» и национального государства в России / Н. И. Грачев // Вестник Волжского университета им. В. Н. Татищева. Серия «Юриспруденция». Выпуск сорок девятый. – Тольятти: ВУиТ, 2005. – С. 136 – 150. – 1 п. л.
  • Грачев, Н. И. Система государственной власти в федерации: особенности организации и гарантии единства / Н. И. Грачев, В. И. Дмитриев // Вестник Калининградского юридического института МВД России. – 2005. – № 1 (7). – С. 93 – 100. – 0,6 п. л. (соавторство не разделено).
  • Грачев, Н. И. Проблемы легитимации Конституции Российской Федерации в российской социокультурной среде / Н. И. Грачев // Конституционное развитие России: история, современность, перспективы: Материалы науч.-практ. конференции. – Волгоград: Изд-во ВАГС, 2004. –

    С. 90 – 99. – 0,6 п. л.

  • Грачев, Н. И. Особенности организации системы государственной власти в федеративном государстве / Н. И. Грачев,

    В. И. Дмитриев // Ученые записки (выпуск пятый) / Редкол.: В. А. Юсупов и др. – Волгоград: Издательство Волгоградского института экономики, социологии и права, 2004. – С. 4 – 15. – 0,5 п. л. (соавторство не разделено).

  • Грачев, Н. И. Понятие и цели государства / Н. И. Грачев // Актуальные проблемы государства и права Азербайджанской Республики. –№ 9. – Баку: Издательство Азербайджанской Академии наук, 2004. – С. 117 –127. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. Юридическое содержание суверенитета /

    Н. И. Грачев // Право как ценность и средство государственного управления обществом. Выпуск 1. Сборник научных трудов / Редкол.: П. В. Анисимов (отв. ред.) и др. – Волгоград: ВА МВД России, 2004. – С. 150-158. – 0,6 п.л.

  • Грачев, Н. И. Легитимность Конституции Российской Федерации и проблемы ее адаптации к российской социокультурной среде / Н. И. Грачев // Конституция России и формирование правового государства: к 10-летию принятия Конституции Российской Федерации: Материалы межвуз. науч.-практ. конф. – Волгоград: ВА МВД России, 2004. – С. 3 – 12. – 0,5 п. л.
  • Грачев, Н. И. Влияние Конституции Российской Федерации на форму правления в странах СНГ / Н. И. Грачев, Э. А. Гаджи-Заде //  Конституция России и формирование правового государства: к 10-летию принятия Конституции Российской Федерации: Материалы межвуз. науч.-прак. конф. Волгоград: ВА МВД России, 2004. – С. 48 – 56. – 0,5 п. л. (соавторство не разделено).
  • Грачев, Н. И. К вопросу об ограниченности государственного суверенитета правами человека / Н. И. Грачев // Свобода, право, рынок. Вып. 4: Сб. научн. трудов / Редкол.: П. М. Филиппов (отв. ред.) и др. – Волгоград: ВА МВД России, 2003. – С. 86 – 91. – 0,4 п. л.
  • Грачев, Н. И. Верховная власть как реальное выражение суверенитета государства / Н. И. Грачев // Право и правоприменение: история, проблемы, тенденции, перспективы: Сборник науч. трудов /

    Отв. ред. С. Л. Никонович. – Липецк: МИПиЭ, 2003. – Вып. 2. – С. 24 – 32. – 0,6 п. л.

  • Грачев, Н. И. Особенности формы правления Азербайджанской Республики / Н. И. Грачев, Э. А. Гаджи-Заде // Право и правоприменение: история, проблемы, тенденции, перспективы: Сборник науч. трудов /

    Отв. ред. С. Л. Никонович. – Липецк: МИПиЭ, 2003. – С. 33 – 38. – 0,5 п. л. (соавторство не разделено).

  • Грачев, Н. И. Президент в системе исполнительной власти

    Н. И. Грачев // Административное право. Общая часть: Учебник / Под ред.

    В. А. Юсупова и В. Д. Симухина. – М.: ИМУ ГУК МВД России, 2003. –

    С. 44 – 60. – 1 п. л.

  • Грачев, Н. И. Современный федерализм и проблемы суверенитета / Н. И. Грачев // Право и жизнь. – 2003. – № 55 (3). – С. 24 – 35. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. Мифология и суверенитет: Верховная власть сквозь призму сакральных традиций / Н. И. Грачев // Право и жизнь. – № 49 (6).

    – С. 13 – 24. – 0,6 п. л.

  • Грачев, Н. И. Президент в системе исполнительной власти /

    Н. И. Грачев // Российское административное право. Общая часть: Учебник / Под ред. д. ю. н. В. А. Юсупова и к. ю. н. доц. В. Д. Симухина. – Волгоград: ВА МВД России, 2002. – С. 56 – 75. – 1 п. л.

  • Грачев, Н. И. О внешнем и внутреннем аспекте государственного суверенитета / Н. И. Грачев // Наука и образование в начале XXI века: состояние, проблемы, поиски: Материалы Второй Российской научно-методической конференции, 24 мая 2001 г., филиал МГСУ в г. Сочи. – Сочи: Издательство «Стерх», 2002. – С. 13 – 16. – 0,3 п. л.
  • Грачев, Н. И. Мифология и суверенитет: Верховная власть в сакральных традициях древности / Н. И. Грачев // Ученые записки (выпуск второй). Т. 1. / Отв. ред. В. А. Юсупов. – Волгоград: Издательство Волгоградского института экономики, социологии и права, 2001. – С. 52 – 63. – 0,5 п. л.
  • Грачев, Н. И. Государственный суверенитет – гарантия устойчивого развития Российской Федерации и ее субъектов / Н. И. Грачев // Современные проблемы регионального правотворчества: Материалы межрегиональной научно-практической конференции (10 – 11 декабря 1999 года). – Краснодар: КГУ, 2000. – С. 90 – 94. – 0,25 п. л.
  • Грачев, Н. И. Тенденции развития современного федерализма и государственный суверенитет / Н. И. Грачев // Ученые записки (выпуск первый) / Редкол.: В. А. Юсупов и др. – Волгоград: Изд-во Волгоградского института экономики, социологии и права, 2000. – С. 4 – 15. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. Права человека, конституция и государственный суверенитет / Н. И. Грачев // Права человека в России: проблемы гарантий на современном этапе: Материалы межвуз. конф. / Редкол.: П. В. Анисимов (отв. ред.) и др. – Волгоград: ВЮИ МВД России, 1999. – С. 9 – 12. – 0,3 п. л.
  • Грачев, Н. И. Федерация, субъекты Федерации, местное самоуправление: проблемы взаимоотношений на современном этапе /

    Н. И. Грачев // Конституция России и проблемы местного самоуправления: Материалы городского постоянно действующего круглого стола «Актуальные проблемы формирования политической системы» / Сост. проф. А. Н. Вырщиков. – Волгоград: Перемена, 1999. – С. 28 – 31. – 0,3 п. л.

  • Грачев, Н. И. Местное самоуправление: понятие и система /

    Н. И. Грачев // Основы муниципального права Российской Федерации: Учеб. пособие / Колл. авторов. – Волгоград: ВЮИ МВД России, 1999. – С. 5 – 19. – 1 п. л.

  • Грачев, Н. И. Концепция государственного суверенитета и принцип федерализма / Н. И. Грачев // Федеративное устройство: проблемы взаимодействия регионов и центра: Материалы научно-практической конференции / Под ред. П. В. Анисимова. – Волгоград: Волгоградская областная Дума; Волгоград. юрид. ин-т МВД России, 1998. – С. 26 – 29. – 0,3 п. л.
  • Грачев, Н. И. Правовая природа местного самоуправления /

    Н. И. Грачев // Муниципальное управление в России и адаптация зарубежного опыта: Сб. статей. – Волгоград: Комитет по делам печати, 1995. – С. 4 – 12. – 0,5 п. л.

  • Грачев, Н. И. Основы Конституции Российской Федерации (учебное пособие) / Н. И. Грачев, Е. В. Гончаренко, И. В. Ростовщиков // Основы Конституции Российской Федерации. Волгоград: ВЮИ МВД России, 1995. – 56 с. – 3,5 / 3,0 п.л.
  • Грачев, Н. И. Концепция реформы местного самоуправления в

    г. Волгограде / Н. И. Грачев, Е. Н. Мельниченко, М. А. Сукиасян и др. // Концепция реформы местного самоуправления в г. Волгограде. – Волгоград: Комитет по делам печати, 1995. – 1,6 п. л.

  • Грачев, Н. И. Некоторые проблемы обеспечения прав и свобод человека и гражданина на уровне субъектов Российской Федерации /

    Н. И. Грачев // Права человека и правоохранительная деятельность: тезисы докладов и сообщений по итогам совместной российско-французской конференции / Редкол.: Б. П. Смагоринский (отв. ред.) и др. – Волгоград: ВЮИ МВД России, 1995. – 0,2 п. л.

  • Грачев, Н. И. Федеративное устройство России / Н. И. Грачев // Основы государства и права России: Учеб. пособие / Под ред.

    Б. П. Смагоринского, Н. И. Пикурова. – Волгоград: Волгоградский ин-т МВД России, 1995. – 176 с. – 10,23 / 1,2 п. л.

  • Грачев, Н. И. Права человека: Учебное пособие / В. Г. Беляев,

    Н. И. Грачев, И. А. Кузнецов и др. / Под ред. Ф. М. Рудинского и

    В. С. Ломова. – Волгоград: ВСГИ МВД России, 1994. – 104 с. – 6,5 / 1,0 п.л.

  • Грачев, Н. И. Правовой статус Президента и задачи исполнительной власти в Российской Федерации / Н. И. Грачев // Механизм исполнительной власти в Российской Федерации: Сб. науч. ст. – Волгоград: ВФ МИЭПП, 1994. – С. 43 – 52. – 0,6 п. л.
  • Грачев, Н. И. К вопросу о возникновении конституционализма в России / Н. И. Грачев // Российская государственность: традиции и перспективы: Материалы научной конференции (Волгоград, февраль 1993 года). – Волгоград: Волгоградский институт управления, 1994. – С. 194 – 200. – 0,4 п. л.
  • Грачев, Н. И. Некоторые проблемы изменения правового статуса органов управления в условиях перестройки / Н. И. Грачев // Юридическая наука в свете новых задач: Доклады научной конференции. – Свердловск: Изд-во Свердловский институт, 1990. – С. 13 – 20. – 0,5 п. л.
  • Грачев, Н. И. Правовой порядок формирования организационных структур регионального управления и проблемы его демократизации /

    Н. И. Грачев // Советская правовая система в период перестройки: Сб. научных трудов. – Волгоград: ВолГУ, 1990. – С. 40 – 48. – 0,5 п. л.

  • Грачев, Н. И. Перестройка и реформа структур территориального управления / Н. И. Грачев // Административное право и ускорение НТП: Межвуз. тематич. сборник науч. трудов. – Калининград: КГУ, 1988. – С. 21 – 27. – 0,5 п. л.
  • Грачев, Н. И. Социальная справедливость и территориальное управление / Н. И. Грачев // Интернационализм, патриотизм, гуманизм, социальная справедливость: Тезисы докладов межнацион. научно-практич. конференции. – Волгоград, Изд-во ВолГУ, 1987. – С. 60 – 62. – 0,2 п. л.

См.: Бабурин С. Н. Мир империй: Территория государства и мировой порядок. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2005. – С. 671.

Путин В. В. Путь к эффективному государству (О положении в стране и основных направлениях внутренней и внешней политики государства): Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию. – М.: Известия, 2000. – С. 9.

Путин В. В. Выступление на расширенном заседании Государственного Совета «О стратегии развития России до 2020 года». URL: http://www.nacproject.viperson.ru

Выступление В. В. Путина на Мюнхенской конференции по вопросам политики безопасности 1 марта 2007 года. URL: http://www.imperiya.ru/poletic3-122.

См.: Хардт М., Негри А. Империя. – М.: Праксис, 2004. – С. 11–12.

Валяровский Ф. И. Суверенитет в конституционном строе Российской Федерации: автореф…. дис. к.ю.н. М., 2003; Гарибян К. Э. Теоретические проблемы государственного суверенитета Российской Федерации: дис….к.ю.н. М., 2003; Горюнов В. В. Суверенитет Российской Федерации: сущность, содержание, гарантии: автореф….дис….к.ю.н. Екатеренбург, 2007; Шумков Д. В. Социально-правовые основания государственного суверенитета Российской Федерации: Историко-теоретический анализ: дис….д.ю.н. Санкт-Петербург, 2002; Халатов А.Р. Суверенитет как государственно-правовой институт: автореф….дис…к.ю.н. Волгоград, 2006; Черняк Л. Ю. Общетеоретические проблемы государственного суверенитета: автореф….дис….к.ю.н. Челябинск, 2007.

Богданова М. В. Государство в современных международных отношениях: эволюция понятия «суверенитет»: дис….к.ю.н. М., 2008; Волков В. Н. Суверенизация институтов Российской государственной власти в условиях глобальной политико-правовой унификации: автореф….дис….к.ю.н. Ростов-на-Дону, 2008; Диденко Н. С. Трансформация политико-правового содержания государственного суверенитета на рубеже XX-XXI вв.: Теоретико-правовое исследование: автореф….дис…к.ю.н. Ростов-на-Дону, 2006; Моисеев А. А. Соотношение суверенитета и надгосударственности в современном международном праве в контексте глобализации: автореф….дис….к.ю.н. М., 2007.

Фрунза Л. В. Социодинамика государственного устройства и проблемы государственного суверенитета: Теоретико-правовой анализ: дис….к.ю.н. Санкт-Петербург, 2003.

Эрмялиева Н. А. Суверенитет федеративного государства: проблемы конституционного закрепления и регулирования: дис….к.ю.н. Волгоград, 2007.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.