WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

СОВРЕМЕННОЕ РОССИЙСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО: СОСТОЯНИЕ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ В УСЛОВИЯХ СОЦИАЛЬНЫХ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ

Автореферат кандидатской диссертации по юридическим наукам, праву

 

На правах рукописи

Глебов Виктор Александрович

СОВРЕМЕННОЕ РОССИЙСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО:

СОСТОЯНИЕ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ

В УСЛОВИЯХ СОЦИАЛЬНЫХ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ

Специальность: 12.00.01 – теория и история права и государства; история учений о праве и государстве

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Москва — 2007


2 Диссертация выполнена на кафедре теории и истории государства и права Российского университета дружбы народов


Научный руководитель:


доктор юридических наук, профессор Муромцев Геннадий Илларионович



Официальные оппоненты:


доктор юридических наук, профессор Оксамытный Виталий Васильевич, Институт международного права и экономики имени А.С. Грибоедова


кандидат юридических наук Захарова Мария Владимировна, Московская государственная юридическая академия


Ведущая организация:


Российская академия правосудия при Верховном Суде РФ и Высшем Арбитражном Суде РФ


Защита состоится «14» ноября 2007г. в 17-00 час. на заседании диссертационного совета Д 212.203.21 в Российском университете дружбы народов по адресу: 117198, Москва, ул. Миклухо-Маклая, д.6, ауд. 347.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Российского университета дружбы народов по адресу: 117198, Москва, ул.   Миклухо-Маклая, д.6

Автореферат разослан « _____  » ________________  2007 года.


Ученый секретарь диссертационного совета, кандидат юридических наук


Е.П. Ермакова


3 I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования обусловлена рядом факторов. Это, прежде всего, вступление России в новую историческую полосу развития, что предполагает необходимость критической переоценки прошлого опыта, в том числе государственно-правового, теоретического осмысления процессов и явлений, происходящих ныне в этой области, разработки новых подходов к их исследованию.

Законодательство есть стержневой элемент правовой системы во всяком цивилизованном обществе. Современное российское законодательство в этом контексте занимает особое место. Прежде всего, потому что, сохраняя немалую юридико-техническую преемственность с советским законодательством, оно принципиально отличается от него своим содержанием и социально-политической направленностью, отражающими специфику исторических условий его формирования и развития, а также незавершенность данного процесса.

Хотя законодательство является основным инструментом российских демократических реформ, однако теоретические аспекты этих преобразований далеко не всегда осмыслены, что предопределяет порой их непоследовательность и низкую эффективность. Поэтому, несмотря на значительное число публикаций по данной теме, немало ее важных аспектов остаются не до конца изученными. Одной из причин этого является несовершенство методологии исследования российского законодательства.

Совокупность данных обстоятельств и факторов делает обращение к исследованию выбранной темы весьма актуальным.

Цель диссертации заключается в комплексном системном исследовании российского законодательства в условиях перехода страны от тоталитарного советского строя к демократическому.

Диссертант поставил перед собой следующие задачи:

  1. раскрыть этимологию понятия «законодательство», а также его содержание в единстве юридического и культурологического компонентов;
  2. показать, что в России нового и новейшего времени понятие законодательства несло на себе печать недостаточного (по европейским меркам) развития капитализма, многовекового режима самодержавия и последующего советского тоталитаризма;

-          обосновать, что в постсоветский период основным противоречием в

правовой сфере, прежде всего, в сфере законодательства, стало противоречие между

заимствованными извне институтами и принципами, отражающими буржуазно-

либеральную правовую культуру, и российской правовой культурой, сложившейся в

условиях самодержавия и тоталитаризма;


4

  1. показать, что в условиях указанного перехода России именно оно обострило и усугубило противоречивость, несогласованность, крайне низкую эффективность российского законодательства;
  2. раскрыть технологию формирования законодательства в современной России, обусловленную прежде всего уникальностью исторических условий, в которых осуществляется движение страны к новому общественному строю;
  3. раскрыть влияние глобализации на российское право и законодательство;
  4. раскрыть роль законодательства как инструмента социальных преобразований;
  5. показать, что развитие современного российского законодательства отражает тенденцию постепенного повышения уровня его системности, которая находится однако лишь в начальной стадии.

Объектом исследования является современное российское право на историческом изломе, переживаемом сегодня Россией.

Предмет исследования – российское законодательство как стержневая конструкция этого права, специфика его становления, природы, структуры, роли в обществе.

Методологическую основу диссертации составляет прежде всего историко-культурный метод, предполагающий исследование права и законодательства как элементов культуры общества в контексте исторического процесса. В ходе исследования использованы и другие общенаучные и специальные приемы познания: описательный, сравнительный, системный и логико-юридический методы, факторный анализ. Учтены научные результаты, полученные в разные годы представителями общей теории и философии права, а также некоторых отраслевых юридических наук.

Автором использованы труды отечественных исследователей: С.С. Алексеева, В.К. Бабаева, М.И. Байтина, С.В. Бошно, Т.В. Кашаниной, С.Л. Зивса, В.В. Лапаевой, О.Э. Лейста, А.И. Ковлера, Р.З. Лившица, Е.А. Лукашевой, Г.В. Мальцева, М.Н. Марченко, Н.И. Матузова, А.В. Мицкевича, Г.И. Муромцева, В.С. Нерсесянца, А.И. Полякова, А.С. Пиголкина, С.В. Полениной, А.И. Саидова, А.А. Тилле, Ю.А. Тихомирова, А.Ф. Черданцева, А.Ф. Шебанова, Л.С. Явича и других.

Большую помощь диссертанту оказали фундаментальные труды дореволюционных русских ученых – историков и правоведов Н.Н. Алексеева, И.А. Ильина, В.О. Ключевского, Н.М. Коркунова, Б.А. Кистяковского, И.Б. Михайловского, Г.Ф. Шершеневича и др.

Ценным подспорьем оказались труды иностранных авторов – Э.Аннерса, Г.Дж. Бермана, Г. Бержеля, Р. Давида и др.

Научная новизна диссертации состоит в том, что она представляет собой первое комплексное монографическое исследование современного российского законодательства,


5 проведенное прежде всего с позиций культурологического, исторического и системно-структурного подходов.

Совокупность научных результатов и положений, выдвигаемых для публичной защиты, формулируется в следующих тезисах:

1.         Под законодательством диссертант понимает известным образом

структурированную совокупность законодательных актов в рамках той или иной правовой

системы. Содержание данного понятия варьируется от эпохи к эпохе и от одной правовой

культуры к другой в силу неодинакового понимания понятия «закон», лежащего в его

основе.

В любом случае термин «законодательство» может иметь двоякий смысл: под ним понимают либо совокупность только законов («узкое» понимание), либо совокупность законов и иных подзаконных актов (нормативных актов в целом) («широкое» понимание). Первая его трактовка преобладает в странах с развитой системой парламентаризма, вторая – в странах, где эта система отсутствует либо является фиктивной (тоталитарные режимы), а также там, где институты буржуазной демократии находятся в процессе становления (современная Россия). Вместе с тем в исследовательских целях вполне допустимо использование данного понятия в любом из указанных смыслов.

2.   Структурированный характер законодательства предполагает его системное

строение. Термин «система законодательства» является в отечественной теории права

общепринятым. Однако вопросы внутренней структуры этого понятия и его соотношения

с понятием «система права» остаются дискуссионными. Автор полагает, что при

сложившейся системе категорий отечественной теории права отраслевое построение

системы законодательства является некорректным. Если под понятием «закон», лежащим

в основе понятия «законодательство», понимают источник права в формальном смысле,

то, следовательно, система законодательства должна иметь лишь вертикальную структуру.

Отраслевое его деление означает вольную или невольную подмену формы права его

содержанием и приводит к последующим некорректным выводам.

3. Современное российское законодательство формируется в ходе перехода страны

от тоталитарного советского строя к строю либерально-буржуазному. Уникальность

технологии его формирования и развития обусловлена исторической спецификой этого

перехода. Она видится в том, что будучи реформистским по форме, он революционен по

существу, поскольку направлен на замену одного общественного строя другим. Этот

переход проходит в условиях, когда в стране прервана и существенно деформирована

историческая традиция в развитии как общества, так и права. Поэтому данный переход

начался при фактическом отсутствии в советском обществе буржуазных отношений

собственности, а также класса, который был бы носителем как этих отношений, так и


6 новой политической и правовой идеологии. В таких условиях формирование нового российского права – и законодательства как важнейшей его формы – могло осуществляться только «сверху», через структуры власти путем заимствования опыта более развитых стран. При этом законодательство опережало реальные отношения в том смысле, что несло в себе их новую идеальную модель, внедрявшуюся «сверху». Сами эти модели, как правило, заимствовались (рецепировались) из права развитых стран, в том числе представляющих разные правовые культуры. Поэтому формирование современного российского общества начиналось именно с законодательства. Законодательные акты выступали здесь инструментом политики. При этом в известном смысле размывается грань между правовой политикой, направленной на становление и совершенствование права либо законодательства, и иными ее разновидностями – экономической, социальной и т.д., поскольку, преобразуя общество, право преобразует и самое себя.

4.   Основным противоречием переходного периода в правовой сфере является

несовместимость (крайне слабая совместимость) западной либеральной правовой

культуры, отражающей демократические традиции общества, и российской правовой

культуры, несущей печать тоталитаризма и предшествовавшего ему самодержавия.

Отсюда новые законы, даже технически весьма совершенные, как правило, оказываются

неэффективными вследствие системной незавершенности права, явлений правового

нигилизма, правового беспредела, массовой коррупции и т.д.

5.    Представляется, что такая ситуация отражает явление исключительной

самостоятельности права в условиях переходного периода. Автор, не претендуя на

широкое обобщение, предлагает собственное видение данного понятия применительно к

российскому опыту. Исключительная самостоятельность права в 90-е годы XX века

проявилась здесь в том, что: 1) законодатель выражал в актах правотворчества интересы

классов и слоев, теоретически присутствующих в обществе, которое лишь предстояло

создать, и поэтому еще не сложившихся, то есть по сути свои собственные интересы; 2)

законодательные акты при этом воспроизводили большей частью заимствованные нормы,

принципы и институты, сложившиеся на почве отношений иного типа, чем существующие

в данном обществе.

Такая ситуация обычно складывается в начале переходного периода в условиях системного кризиса. По мере обеспечения социальной базы преобразований, исключительная самостоятельность права и государства постепенно превращается в их относительную самостоятельность по отношению к обществу.

6.  Автор исходит из возможности двоякого понимания понятия глобализации в

сфере права: как процесса становления некой мировой модели права с единой

доктриной, структурой и механизмом действия и как результата этого процесса. В


7 диссертации оно понимается в первом смысле. При этом диссертант исходит из того, что процесс глобализации по сути сводится здесь к приданию универсального значения институтам европейской правовой культуры, которая в известных своих аспектах несовместима с неевропейской правовой культурой (африканской, исламской и т.д.). Кроме того, сегодня отнюдь не сокращается разрыв в уровнях развития наиболее развитых и отсталых стран. Это приводит диссертанта к выводу о невозможности в обозримом будущем истолкования глобализации в сфере права как завершенного процесса.

В сфере права процесс глобализации идет в направлении от наиболее развитых стран и регионов к мировой периферии (к которой относится пока и Россия), и состоит в восприятии странами, не входящими в мировую элиту (либо в навязывании им) правовых идей, принципов и норм, сложившихся в развитых странах и в отношениях между ними.

7. В России влияние глобализации на законодательство проявляется по ряду направлений. Одно из них - процесс международного взаимодействия правовых систем, в который все более втягивается Россия, ведущий к их известному сближению и унификации, в том числе под влиянием правотворчества наднациональных органов в рамках международных организаций. Это обусловливает усиление взаимодействия международного и национального права в процессе правового регулирования, возрастающее влияние международного права на содержание норм российского законодательства.

Влиянием глобализации объясняется повышение в России, как и повсюду в мире, значения и объема использования диспозитивного метода правового регулирования.

Этим же фактором объясняется активное внедрение в сферу права информационных систем.

Глобализация влияет на рост комплексных межотраслевых структурных образований в сфере законодательства (об охране здоровья, об образовании и т.д.).

Ее следствием является, кроме того, универсализация законодательства о борьбе с терроризмом, а также существенное изменение системы источников права РФ (включение в правовую систему общепризнанных принципов и норм международного права, а также международных договоров РФ; признание обязательности прецедентов Европейского суда по правам человека, возрастание роли нормативного договора и т.д.).

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования состоит в возможности использования его результатов в дальнейших исследованиях данной проблемы. В деятельности по совершенствованию существующего законодательства; в системе юридического образования при чтении учебного курса


8 общей теории государства и права, а также специальных курсов; при выработке научно обоснованных рекомендаций по совершенствованию правовой политики государства и прогнозов развития общества, государства и права.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертационного исследования были обсуждены и одобрены на заседаниях кафедры теории и истории государства и права Российского университета дружбы народов.

Апробация основных положений диссертации осуществлена также в научных публикациях автора, в его выступлениях на научно-практических конференциях и семинарах.

Структура и содержание диссертации определяются целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, включающих пять параграфов, заключения, списка использованных нормативно-правовых актов и научной литературы.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, характеризуется состояние ее научной разработанности, определяются объект, предмет, цель и задачи исследования, раскрываются его теоретическая база и методологическая основа, а также научная новизна и практическая значимость, формулируются положения, выносимые на защиту, даются сведения об апробации результатов исследования.

Глава первая диссертации «Российское законодательство: теоретико-методологические проблемы» включает в себя три параграфа.

В первом параграфе «Законодательство и его система: теоретические аспекты» рассматривается этимология понятий «закон» и «законодательство», их историческая эволюция и современное соотношение. Диссертант понимает под законодательством некую совокупность законодательных актов, известным образом структурированную и выполняющую определенные функции в правовом регулировании. При этом отмечается, что содержание понятия «закон» может варьироваться от эпохи к эпохе и от одной правовой культуры к другой.

В работе отмечается тесная взаимосвязь и взаимозависимость понятий «закон» и «законодательство» по ряду важных параметров. Так, в рамках определенной правовой системы понятие законодательства нельзя изучать в отрыве от понятия «закон», содержание которого напрямую зависит от характера правопонимания. Вместе с тем и сам закон, рассмотренный вне связи с правовой системой, элементом которой он является, утрачивает ряд своих существенных качеств.


9

Закон и законодательство – понятия исторические и как таковые обладают, по мнению автора, двумя особенностями. Во-первых, исторически они «младше» права.

Вторая их особенность состоит в том, что закон – как понятие и как явление – появляется в истории значительно раньше законодательства. Появление законодательства отражает: 1) развитие структуры государства; 2) постоянство его функции законотворчества и, как следствие, увеличение численности законов, и, наконец, 3) объективно необходимую их структуризацию. Диссертант отмечает неодинаковый характер этого процесса в Европе и в странах Востока, а также различное понимание закона в этих правовых культурах.

Развитие законодательства отражает процесс существенного изменения правопонимания: исходящий от государства закон начинают отождествлять с волей парламента, как выразителя воли народа, а не с волей монарха, как это было ранее. Важным аспектом характеристики закона становится особая процедура его принятия.

Диссертант рассматривает эволюцию понятия закона, его соотношения с понятием права в рамках различных концепций правопонимания – естественно-правовой, юридико-позитивистской, социологической и т.д., а также зависимость содержания этого понятия от характера правовой и политической культур, выступающих своеобразной «системой координат», в рамках которых возникает и развивается закон

К факторам, воздействующим на содержание данного понятия, автор относит, кроме того, характер политического режима в той или иной стране и обусловленной им официальной политической и правовой идеологии. Так, в условиях тоталитарных режимов, где отсутствует разделение властей, понятие «закон» существенно отличается по ряду «параметров» от аналогичного понятия в странах, где этот принцип реализован. Диссертант иллюстрирует этот тезис примерами советского законотворчества. Так, принцип единства советской власти, которому следовал режим, имел своим следствием наличие не одного, а нескольких законодательных органов, что, в свою очередь, обусловило множественность форм выражения законодательной воли и размытость границ между законом в собственном смысле и актами подзаконной силы.

Принцип единогласия, действовавший при принятии законов в Верховном Совете СССР, имел своим следствием утрату практического смысла в делении законов на обыкновенные и конституционные, а большинство голосов депутатов на простое и квалифицированное. В итоге поправки в Конституцию СССР 1936г. порой вносились посредством Указов Президиума Верховного Совета СССР.

Исходя из необходимости всестороннего исследования понятия «законодательство», диссертант рассматривает его не только извне, но и «изнутри»,


10 сквозь    призму    его    внутренней    структуры.    Исследуя    внутреннее    строение законодательства, его систему и структуру, диссертант рассматривает их в тесной связи с проблемой соотношения системы законодательства и системы права.

Обзор литературы по основным дискуссионным аспектам данной проблемы приводит диссертанта к выводу, что многолетняя дискуссия о соотношении системы права и системы законодательства представляется теоретически во многом надуманной и практически мало полезной. Ей, по его мнению, не достает исторического, а также широкого сравнительно-правового взгляда на проблему. Он предлагает рассматривать структуру права и законодательства с позиций культурологического и системно-структурного подходов, в рамках которых право предстает на разных стадиях истории как инструмент структурной организации общества и управления им на его микро- и макроуровнях.

По его мнению, основу системно-структурной организации права должны составить три фактора: 1) человек как био-социальное существо, т.е., с одной стороны, наделенный интеллектом продукт живой природы, с другой – член общества; 2) характер этого общества, его структура, отношения собственности и т.д. и 3) характер государства, посредством которого осуществляется управление этим обществом. Каждый из этих факторов обусловливает существование известного блока, или комплекса отношений, которые подлежат регулированию посредством права в рамках исторически изменчивого правопонимания. Так, природу человека как био-социального существа, отражают отношения брака и семьи, имущественные и наследственные отношения, а также – трудовые, земельные, в области социального обеспечения, образования, здравоохранения и т.д. Отношения в области организации и структуры власти обусловливают возникновение (в рамках романо-германской правовой семьи) конституционного, административного, уголовного и процессуального права и т.д.

Развитие общества и усложнение власти влекут появление все новых сфер, требующих государственного управления и, следовательно, правового регулирования (отношения в сфере экологии, лесного хозяйства, горного дела и т.д.). Их комплексный характер отражает процесс дифференциации и интеграции общественных отношений в ходе развития общества и структуры государства.

По мнению автора, структура права формируется как бы с двух противоположных направлений: «снизу», из системы отношений, обусловленных природой человека, и характером общества, и «сверху», из разрастания структуры государства и сферы его воздействия на общественные отношения. Эти факторы и должны быть определяющими при рассмотрении структуры права.


11

Диссертант критикует сложившуюся методологию исследования системы законодательства за известный догматизм, недооценку исторического и сравнительно-правового ее аспектов. Это проявляется, по его мнению, в подходе к проблеме с позиций примата системы права по отношению к системе законодательства; в попытках рассматривать понятие «система права» и «система законодательства» в качестве универсальных, присущих правовым системам всех развитых стран мира. Между тем деление права на отрасли появляется лишь в странах романо-германского права после буржуазных кодификаций. Таким образом, система права есть понятие историко-культурное, имеющее в своей основе доктринальные построения и их юридико-техническое воплощение.

Диссертант считает непоследовательным использование понятийного аппарата при исследовании системы права и системы законодательства как парных категорий, когда законодательство рассматривается, с одной стороны, в качестве формы системы права (т.е. системы правовых норм), с другой, - как само право, т.е. опять же как система норм. Он считает возможным называть такую конструкцию системой законодательства, (понимая, что законодательство есть известный «резервуар», носитель норм), либо как систему права, (понимая, что составляющие ее нормы выражены в соответствующих актах). Однако в любом случае предметное (отраслевое) построение ее структуры должно иметь в своей основе нормы, а не акты. В качестве аргумента в пользу искусственности понятия «система законодательства» в его нынешнем виде автор ссылается на факт отсутствия данного понятия в системе правовых категорий стран континентальной Европы, не говоря уже о странах англосаксонского права.

Второй параграф называется «Технология формирования и функционирования российского законодательства как отражение его культурно-исторической специфики» . В нем отмечается, что указанная специфика обусловлена утратой российским обществом в условиях кризиса качества системности, поэтому российское законодательство, как и право в целом, отличают системная незавершенность и противоречивость, свойственные праву и законодательству любого переходного общества. Вместе с тем, автор обосновывает тезис об исторической уникальности перехода России от одной общественной системы к другой, которая видится в том, что здесь была прервана и существенно деформирована традиция буржуазного развития российского права, что обусловило переход к новому обществу (и, следовательно, праву) практически с нуля при отсутствии его предпосылок в советском обществе. Это привело к беспрецедентной по глубине и масштабам противоречивости социальных процессов, в том числе и в сфере законодательства.


12

Указанный переход, будучи реформистским по форме (поскольку осуществляется путем реформ), является по сути революционным, так как направлен на замену одного общественного строя другим. Законодательство выступает здесь инструментом преобразования общества, отражая историческую уникальность ситуации, где новые законы, объективно выражая волю буржуазии, принимались не ею, а за нее – в силу ее отсутствия.

Поэтому, преобразуя общество, право и законодательство преобразовывали себя самое, а правовая политика, т.е. политика по формированию и совершенствованию нового права, сливалась с иными разновидностями политики (экономической, социальной, культурной и т.д.). Новое законодательство было тем юридико-техническим инструментом и информационным каналом, с помощью которого закладывались основы правовой системы нового общества, формировалось соответствующее политическое и правовое сознание. Важнейшее значение в этом смысле имела Конституция РФ 1993г.

Поэтому можно утверждать, что процесс создания нового общества и самого буржуазного класса начинался именно с законодательства как идеальной модели тех будущих общественных отношений, которые на момент принятия новых актов, как правило, отсутствовали.

Итак, технология формирования нового законодательства, как и права в целом, была обусловлена технологией построения нового общества: социальное здание строили «с крыши» путем заимствования чужого опыта и при отсутствии в обществе класса – носителя новых отношений собственности и соответствующей политической и правовой идеологии.

Диссертант рассматривает технологию формирования российского законодательства с трех точек зрения: социально-политической, доктринальной и юридико-технической. Социально-политический аспект проблемы отражает степень социальной поддержки проводимых демократических реформ. В основу такого подхода кладутся стадии развития переходного периода – кризис, стабилизация, подъем. Каждой из них, по мнению диссертанта, соответствует определенная «технология» формирования законодательства, включающая: 1) технологию, характерную для начальных стадий переходного периода, когда государство в новых законодательных актах выражает интересы еще отсутствующих либо лишь зарождающихся классов и социальных групп буржуазного общества, весьма плохо осознающих цели и направленность демократических реформ. Эти реформы осуществляются посредством законодательства, рецепирующего новые институты и нормы права развитых стран, в том числе представляющих разные правовые культуры. Они (реформы) не имеют сколь-


13 нибудь существенной поддержки «снизу», при этом на процесс законотворчества пытаются активно воздействовать всевозможные иностранные эксперты, советники, консультационные центры и т.д. Диссертант отмечает, что процесс формирования нового законодательства начался еще до распада СССР, в ходе демонтажа тоталитарной системы в конце 80-х годов. По его мнению, такая «технология» отражает ситуацию исключительной самостоятельности права по отношению к обществу. Ее проявление автор видит как в культурно-историческом несоответствии новых принципов, институтов и норм права условиям постсоветсткой России, так и в том, что государство в лице российских демократов законодательствует от имени классов и социальных групп, которые лишь начинают формироваться и в силу этого остаются «классами в себе». Постепенное превращение исключительной самостоятельности государства и права в относительную самостоятельность связано с укреплением социальной базы государства в ходе формирования законодательно закрепленной модели нового общества.

2)      Для стадии стабилизации характерна технология, обусловленная

продвижением демократических реформ и постепенным формированием новых

политических структур, а также «среднего класса» как основы гражданского общества.

В ходе этого процесса начинает «работать» социальная основа права, представленного

прежде всего законодательством, процесс формирования которого идет уже не только

«сверху», но в нарастающей мере и «снизу».

3)        Технология завершающей стадии переходного периода, когда государство

из «диспетчерского пункта», определяющего направленность развития общества,

модель которого еще во многом не ясна, превращается в структуру для выражения и

защиты интересов этого в основном системно завершенного общества, его классов и

социальных групп. Последние уже достаточно осознают свои интересы и воздействуют

на процесс законотворчества через институты гражданского общества.

По мнению автора, российское законодательство (также, как право и общество) находится сегодня где-то на второй стадии переходного периода. Это означает, что формирующееся позитивное право, т.е. прежде всего законодательство, в возрастающей степени выражает интересы того нового общества, инструментом построения которого оно является.

В диссертации технология формирования российского законодательства исследуется также сквозь призму научной категории «правотворчество».

Диссертант выделяет в понятиях «правотворчество» и «законотворчество» содержательную и технологическую составляющие. Процесс формирования права начинается с созревания в обществе идеи о необходимости принятия (изменения,


14 отмены)    нормативно-правового    акта    и    последующего    «вхождения»    ее    в законодательные структуры, где в рамках законодательного процесса с помощью приемов юридической техники она воплощается в проекте нормативно-правового акта, а затем и в действующем акте.

В условиях современной российской действительности, особенно начала 90-х годов, данная схема практически во всех своих узловых моментах «пробуксовывала» из-за отсутствия в обществе социально-культурных предпосылок ее реализации. В этих условиях, когда формирование права, или правообразование было не обязательным компонентом правотворчества: идея акта сплошь и рядом зрела не в обществе, а «наверху», во властных структурах, которые «думают» за общество. При этом в условиях незавершенности политических структур, а также периодического обострения ситуации в ходе политической борьбы законодательные акты могли приниматься не на том уровне правотворческих структур, на каком обычно издается закон, без соблюдения необходимых процедур и крайне низкого юридико-технического качества.

Наконец, технология формирования российского законодательства рассматривается также сквозь призму юридической техники. Диссертант отмечает, что техника создания новых актов несет на себе печать переходного периода. Его влияние на технику нормотворчества сказывается весьма своеобразно. Так, с одной стороны, равнение на международно-правовые стандарты и правовые институты развитых стран обусловливает весьма высокий уровень юридической техники отдельных правовых актов (кодексов, законов), включая Конституцию. С другой стороны, переходный характер права и законодательства влечет системную незавершенность и несогласованность нормативного массива, когда нормы федеральной Конституции не имеют продолжения в нисходящем законодательстве, законодательство субъектов Федерации противоречит федеральному законодательству, в том числе Конституции, когда законодательствует не только Федеральное Собрание и т.д. Так, принцип верховенства Конституции и федеральных законов действует при отсутствии в стране закона о нормативно-правовых актах. Порой одни и те же явления отражаются в разных актах с помощью понятий, имеющих неодинаковый смысл либо, напротив, одни и те же понятия получают различное истолкование в законодательных актах разной предметной направленности (например, в сфере гражданского и налогового права).

Законодательные акты содержат немалое число новых терминов, как правило воспринятых их иностранного или международного права, в том числе и на конституционном уровне. Некоторые из них вводятся по «советской технологии», когда сначала понятие закрепляется, а потом начинаются дискуссии, вызванные неясностью


15 его   смысла   (пример   тому   –   понятия   общепризнанных   принципов   и   норм международного права, федерального коллизионного права и т.д.).

Серьезную проблему составляет адекватность отражения в законодательстве общественных отношений. В силу того, что их модель, как правило, насаждается «сверху», законодатель нередко «бьет мимо цели». Отражением низкого качества законодательства является тот факт, что основную массу актов в законодательном массиве составляют акты о внесении поправок в уже действующее законодательство.

Едва ли в этих условиях следует признать целесообразным подготовку Свода законов Российской Федерации: ведь он будет включать акты переходного периода.

В рамках этого автор выделяет несколько его подпериодов или стадий. Это – 1) советская его стадия – от начала демонтажа тоталитарной политической системы до развала СССР в декабре 1991 г.; 2) постсоветская стадия – от развала СССР до принятия Конституции Российской Федерации 1993г.; 3) последующая «конституционная» стадия, распадающаяся на два отрезка – кризиса (до конца 90-х годов) и стабилизации и экономического роста (с начала 2000-х годов). Каждая из выделенных стадий наложила свой отпечаток на процесс формирования нового законодательства, прежде всего, - с социально-политической точки зрения.

В диссертации выделяются основные противоречия каждого из указанных подпериодов. Автор дает их анализ и влияние на развитие российского законодательства.

В третьем параграфе «Российское законодательство и процесс глобализации» диссертант отмечает, что понятие глобализации в сфере права толкуется в литературе двояко: как процесс эволюции правовых систем в направлении их сближения и становления в будущем некой мировой модели права с единой доктриной, структурой и механизмом действия, и как результат этого процесса. В диссертации понятие глобализации толкуется в первом смысле. При этом диссертант исходит из того, что процесс глобализации в целом и в сфере права в частности в обозримом будущем не получит своего завершения. Он обосновывает свою позицию, во-первых, тем, что в правовой сфере процесс глобализации сводится по сути к приданию универсального мирового значения институтам европейской правовой культуры, которая по ряду важных параметров несовместима с правовыми культурами стран Востока и Африки. Другой аргумент состоит в том, что плодами глобализации в экономической и научно-технической сферах пользуются в первую очередь наиболее развитые страны и регионы мира. При этом отнюдь не уменьшается, а становится все большим разрыв в уровнях развития передовых и наименее развитых стран и регионов.


16

Диссертант исходит из того, что процесс глобализации в сфере права идет в направлении от наиболее развитых стран и регионов к мировой периферии (к которой относится пока и Россия), и состоит в восприятии странами, не входящими в мировую элиту (либо в навязывании им) правовых идей, принципов и норм, сложившихся в развитых странах и в отношениях между ними.

В свете сказанного в диссертации выделяются основные направления воздействия глобализации на развитие российского права и законодательства. Это, прежде всего, усиление взаимодействия международного и национального права в процессе правового регулирования. Оно проявляется, прежде всего, в возрастающем влиянии международного права на содержание норм российского законодательства. Это, прежде всего, конституционный каталог прав и свобод человека и гражданина.

Влияние международного права проявляется также на уровне законодательства. Так, ныне действующий ГК РФ принят с учетом ряда международных актов (Конвенции ООН о договоров международной купли-продажи товаров, Женевской конвенции по вексельному праву и других). В валютном законодательстве России активно использован заключенный в 1945 г. и затем неоднократно модифицированный Договор о Международном валютном фонде и т.д.

Процесс международного взаимодействия национальных правовых систем, в который втянута и Россия, ведет к их известному сближению и унификации вследствие: а) ратификации национальными государствами международно-правовых конвенций, соглашений, договоров, регулирующих отношения, распространяющиеся на национальные правопорядки. Такая имплементация международно-правовых норм предполагает порой существенное изменение национального законодательства. б) В условиях глобализации национальные правопорядки испытывают влияние правотворчества наднациональных органов в рамках международных организаций, членами которых являются национальные государства. Поэтому процесс глобализации начинается сначала с интеграции на региональном уровне в рамках наиболее развитых регионов и постепенно распространяется вширь. Неотъемлемым условием его успеха является достаточно высокий уровень развития капитализма и политико-правовых институтов в странах-участницах. в) Приведение в соответствие с международными стандартами правовых норм, регламентирующих правоприменительную деятельность, прежде всего, в правоохранительной сфере. Именно на это нацелена российская судебная реформа, где достижение международных стандартов на нормативном уровне по-прежнему сочетается с низкой эффективностью судебной системы.


17

В России, как и всюду в мире, проявляется тенденция повышения значения и объема использования диспозитивного, или частноправового метода правового регулирования, основанного на договорных отношениях между субъектами права.

Влияние мировой научно-технической революции проявляется, с одной стороны, в появлении новых сфер правового регулирования (космонавтика, информатика и автоматизированные системы управления, трансплантация тканей и т. д.), с другой стороны, - в активном внедрении в сферу права ее достижений, прежде всего, информационных систем. Глобализацией обусловлено также включение в сферу правового регулирования проблем международной преступности и международного терроризма.

Диссертант поддерживает высказанную в юридической литературе мысль о том, что глобализация влияет на рост комплексных межотраслевых структурных образований в сфере законодательства.

Воздействие глобализации на систему источников права Российской Федерации проявилось, прежде всего, во включении общепризнанных принципов и норм международного права, а также международных договоров с участием Российской Федерации в правовую систему РФ (п. 4 ст. 15 Конституции РФ).

Сегодня признаются источником права решения Конституционного суда, содержащие правовые позиции. В таком же качестве выступают решения общих и арбитражных судов об оспаривании нормативно-правовых актов.

В условиях нынешней Федерации существенно повысилась роль нормативного договора как источника права, а со вступлением России в Совет Европы – признаны таковым прецеденты Европейского суда по правам человека. В сложившихся условиях в научной литературе явно возросло число сторонников признания в качестве источника национального права судебного прецедента.

Наконец, развитие в России рыночных отношений обусловило признание в качестве источника права обычая делового оборота (ст. 5 ГК РФ).

Вторая глава диссертации – «Российское законодательство в контексте социальных преобразований» включает в себя два параграфа. В первом параграфе – «Законодательство и федеративное строительство в России» диссертант отмечает сложность и противоречивость процесса создания федерации в постсоветской России, объясняемую такими причинами, как: 1) отсутствие в стране опыта федеративного строительства, поскольку Советский Союз был скорее унитарным государством, чем федерацией; 2) развитие центробежных тенденций, обусловленных распадом СССР и системным кризисом власти в условиях начального перехода к капитализму. Поэтому Конституция РФ 1993г. закрепила лишь общие принципы федеративного устройства,


18 оставляя «на потом» разработку как соответствующей доктрины, так и механизмов ее реализации. В этих условиях проблема федерализации страны, требовавшая децентрализации государственной власти в пользу субъектов федерации, «пересекалась» с проблемой сохранения ее территориальной целостности, решение которой предполагало, напротив, усиление федерального центра. В дальнейшем обе тенденции нашли отражение в развитии Федерации.

Диссертант считает обоснованным разделение процесса развития российского федерализма на три периода. Первый период (1993-1997 гг.) получил в литературе название субъектно-договорного1 или периода «децентрализованного федерализма»2.

В работе отмечается, что отличительной чертой этого периода является отсутствие концептуального законодательства, призванного регулировать федеративные отношения. Вместо этого доминирует индивидуальное (на уровне конституций/уставов/субъектов Федерации и их двухсторонних договоров с федеральным центром) регулирование, тенденция к усилению асимметричности Федерации и даже конфедератизации страны. Такой механизм отражал остроту проблемы национально-государственного сепаратизма, государственного суверенитета республик, несоответствия конституций, уставов и законов субъектов Федерации Конституции РФ и федеральным законам, а также проблемы неконституционного разграничения предметов ведения и полномочий между Федерацией и субъектами РФ.

Второй период (1996-1999 гг.) – или период стабилизации, перехода от «децентрализованного» к «централизованному» федерализму, предполагающий унификацию правового положения субъектов Федерации, обеспечение верховенства федеральной Конституции. В этот период предпринимаются практические шаги по устранению массового несоответствия основных законов субъектов Федерации Конституции РФ и федеральным законам. Издается ряд законов, регулирующих федеративные отношения, среди которых наибольшее значение имел Федеральный закон от 06.10.1999 № 94-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации». При этом, с одной стороны, по мере укрепления позиций федерального центра в него вносились принципиальные изменения и дополнения. С другой стороны, значительную роль в развитии этого процесса сыграли решения Конституционного Суда, способствовавшие постановке федеративных отношений в конституционное русло.

1 См.: Варламова Н.В. Современный российский федерализм: конституционная модель и политико-правовая

динамика. М., 2001, с.25.

2 Глобализация и федерализм // Государство и право. 2007. № 7. С. 8.


19

Третий период развития российского федерализма начался в 2000 г. и продолжается в настоящее время. Его характеризует тенденция централизации и даже унитаризации на фоне решения проблемы национально-государственного федерализма и перераспределения властных полномочий в пользу федеральных органов государственной власти. Укрепляется конституционная основа договорного процесса в рамках Федерации. Так, согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 7 июня 2000г. нормы Федеративного Договора от 31 марта 1992 г. могут применяться лишь в том случае, если они не противоречат Конституции и федеральным законам, а государственный суверенитет принадлежит только Российской Федерации и не может принадлежать ее субъектам3.

Ослаблению позиций субъектов РФ в Федеральном Собрании способствовало существенное изменение порядка формирования Государственной Думы и Совета Федерации, а также порядка принятия федеральных законов, означавшее фактический контроль Президента РФ за этими процессами.

Учреждаются институты федерального принуждения и временного замещения органов государственной власти субъектов РФ федеральными органами (возможность роспуска законодательного органа субъекта РФ и отрешения от должности высшего должностного лица субъекта РФ; временного отстранения от должности высшего должностного лица субъекта РФ в случае предъявления ему обвинения в совершении преступления и т.д.).

Вследствие активизации контрольной (надзорной) деятельности федеральных органов государственной власти достигается существенный прогресс в обеспечении соответствия нормативных актов субъектов РФ Конституции РФ и федеральным законам.

Устанавливается федеральный контроль за формированием высших органов государственной власти субъектов РФ.

Укрепляется «вертикаль исполнительной власти» путем создания федеральных округов и новой системы территориальных федеральных органов государственной власти.

Наконец, происходит процесс объединения ряда субъектов РФ.

Диссертант считает оправданными указанные меры, проведенные посредством федерального законодательства и указов Президента РФ, объясняя их спецификой социально-политических условий современной России. Однако, он видит в этом и потенциальную опасность неоправданной концентрацией власти в руках главы государства.

См.: Собрание законодательства РФ. 2000. № 25. Ст. 2728.


20

Во втором параграфе – «Российское законодательство и проблемы формирования гражданского общества» диссертант, отмечая неоднозначность самого понятия «гражданское общество», понимает под ним такое социально-культурное образование, которое сочетает плюрализм в области идеологии, политики и форм собственности с эффективными механизмами а) разрешения социальных конфликтов; б) воздействия на государство.

В отличие от Западной Европы, где гражданское общество формировалось «снизу», в ходе развития капитализма, в современной России этот процесс осуществляется «сверху», через законодательство, реализующее государственную политику, проводимую по следующим направлениям: 1) права человека; 2) политическая система общества; 3) его экономическая основа; 4) самоуправление. При этом стержневым направлением является первое из них.

Автор отмечает, что неадекватность социальной структуры и общественного сознания общества «параметрам» гражданского общества европейского типа порождает противоречия формы и содержания, когда законодательство, как правило, соответствующее европейским стандартам, дает «на выходе» совершенно иные результаты, чем, например, в странах Европы. Поэтому, хотя российская Конституция закрепляет принципы буржуазного общества, однако еще долго мы не сможем называть его гражданским в силу отсутствия ряда важнейших аспектов характеристики последнего, в частности, достаточного уровня правовой и политической культуры. Конституционный каталог прав и свобод человека и гражданина, соответствующий международным стандартам, также не во всем адекватен российским условиям и посему порой «не срабатывает».

При этом в положении Конституции о высшей ценности прав и свобод человека (ст. 2) диссертант видит реакцию на коллективистские принципы советского права и считает такую позицию законодателя противоречащей логике и здравому смыслу.

Хотя в России обновлено гражданское, уголовное, административное и соответствующее процессуальное законодательство, правосудие остается громоздким, перегруженным и не всегда справедливым.

Законы о политических партиях, о выборах разного уровня, о референдуме, предполагают демократическую основу выборов и политического процесса в целом, однако, сами эти партии, как правило, формируются «сверху», не отражая структуры общества, а выборы, как правило, сопровождаются грязными технологиями.

По мнению диссертанта, такая ситуация во многом объясняется незавершенностью социальной структуры российского общества, которая также в немалой степени формируется «сверху».


21

Важную роль в создании экономической основы нового общества сыграло принятие Гражданского кодекса РФ, дополненного рядом других кодексов (Земельным, Лесным и т.д.). На его основе возрождено частное право, не существовавшее в стране три четверти века. Однако требуется время, чтобы на экономической основе, закрепленной этими актами, сложился достаточно развитый «средний класс».

Основы местного самоуправления закрепляются в Федеральном законе от 6 октября 2003г. «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации». При всей его значимости он не снял, однако, проблем в области разграничения территории муниципальных образований, а также компетенции образований разного уровня.

Нынешнее положение в области создания гражданского общества диссертант рассматривает как неизбежный этап перехода от тоталитарной политической и правовой культуры к культуре буржуазно-либеральной.

В заключении подведены общие итоги и сформулированы основные научные результаты.

ОСНОВНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ДИССЕРТАЦИОННОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ОТРАЖЕНЫ В

СЛЕДУЮЩИХ ПУБЛИКАЦИЯХ АВТОРА:

1.   Глебов В.А. Социальная функция права в расширении международного

сотрудничества // Международное право — International Law. 2003. № 1-2 (15-16).

С. 67-71. (0,3 п.л.).

2.       Глебов В.А. Теоретические основы современного российского

законодательства // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия:

Юридические науки. 2006. № 2 (20). С. 11-19. (1,4 п.л.).

  1. Глебов В.А. Законотворческая практика: методика и юридическая техника // Вестник Московской академии рынка труда и информационных технологий. 2006. № 13 (35). С. 39-42. (0,6 п.л.).
  2. Глебов В.А. Состояние современного российского законодательства // Вестник Московской академии рынка труда и информационных технологий. 2006. № 14 (36). С. 22-26. (0,7 п.л.).

22

Глебов Виктор Александрович

СОВРЕМЕННОЕ РОССИЙСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО: СОСТОЯНИЕ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ В УСЛОВИЯХ СОЦИАЛЬНЫХ

ПРЕОБРАЗОВАНИЙ

Диссертация представляет собой комплексное исследование современного российского законодательства в условиях перехода от тоталитарного советского строя к буржуазно-либеральному. В работе рассматриваются вопросы исторической специфики, природы, структуры и механизма действия российского законодательства как инструмента социальных преобразований.

Glebov Viktor Alexandrovich

MODERN LEGISLATION OF RUSSIA: IT,S STATE AND TENDENCIES OF DEVELOPMENT AT SOCIAL TRANSFORMATIONS

The thesis is a complex study of Russian modern legislation at the period of transition from Soviet totalitarian regime to liberal system. The study focuses on historic peculiarity, essence, structure and realizations mechanism as a method of social transformation.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.