WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ИНСТИТУТ СУДЕБНЫХ СЛЕДОВАТЕЛЕЙ В ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ (ИСТОРИКО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ)

Автореферат кандидатской диссертации по юридическим наукам, праву

 

На правах рукописи

УДК 343.1(019)

 

Волчкова Анна Александровна

 

ИНСТИТУТ СУДЕБНЫХ СЛЕДОВАТЕЛЕЙ

В ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ (ИСТОРИКО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ)

Специальность: 12.00.01 – теория и история права и государства;

история учений о праве и государстве

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

 

Нижний Новгород – 2005

 

 

 

 

 

«Институт судебных следователей в дореволюционной России (историко-правовой анализ)»

Работа выполнена на кафедре государственно-правовых дисциплин Нижегородской академии МВД России.

Научный руководитель:      доктор юридических наук, профессор,

заслуженный работник высшей школы РФ

  Галай Юрий Григорьевич

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор

  Романовская Вера Борисовна;

кандидат юридических наук, доцент

  Михеева Ирина Вячеславовна

Ведущая организация:         Чувашский государственный университет

им. И.Н. Ульянова

Защита состоится 5 октября 2005 года в 9 часов на заседании диссертационного совета Д-203.009.01 при Нижегородской академии МВД России по адресу: 603600, г. Н. Новгород, ГСП-268, Анкудиновское шоссе, 3. Зал ученого совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Нижегородской академии МВД России.

Автореферат разослан «___» августа 2005 года.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент                         Миловидова М.А.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

 

Актуальность темы диссертационного исследования. В Российской Федерации человек, его права и свободы признаются высшей ценностью, гарантируется их государственная защита. Охрана правового статуса личности требует наличия ряда предпосылок: законодательного закрепления соответствующих прав и обязанностей; обеспечения реализации прав и свобод юридическими гарантиями; наличия специального правоохранительного аппарата. В этой связи представляет интерес содержание и историческое развитие правового института предварительного следствия, закрепляющего процессуальные юридические гарантии, определяющего полномочия и структуру следственных органов. От эффективности функционирования этого института во многом зависит качество судебной защиты прав граждан, что является одним из показателей степени развития государства.

Современное состояние российского предварительного следствия нельзя назвать идеальным. Неэффективное распределение сил и средств, несовершенство структуры следственных органов, формальность процессуальной независимости следователя и другие проблемы аппаратов предварительного следствия негативно влияют на качество расследования. Сказанное обусловливает актуальность вопроса о реформе органов предварительного расследования.

В качестве одного из вариантов построения следственных органов рассматривается создание единой федеральной службы расследований, которая объединит следователей всех ведомств, наделит их большей процессуальной самостоятельностью, но сохранит их принадлежность к исполнительной власти.

Альтернативой является предложение реставрировать дореволюционный институт судебных следователей . В основе этой реформы лежит передача полномочий по производству предварительного следствия от исполнительной власти судебному ведомству.

Не менее актуален вопрос об оптимизации процедуры предварительного следствия. Так, на VI Всероссийском съезде судей Председатель Верховного Суда РФ В.М. Лебедев прямо указал на необходимость существенного упрощения процедуры дознания и предварительного следствия по очевидным преступлениям в отношении преступлений большой и средней тяжести. Он предложил на стадии предварительного расследования «не тратить длительное время на оформление доказательств, предъявление обвинения, все это можно упростить и дело быстро направить в суд для рассмотрения. В суде будут более четко работать такие принципы правосудия, как непосредственность исследования доказательств и состязательность и равноправие сторон» .

В связи с изложенным особый научный интерес приобретает изучение исторического опыта построения органов предварительного расследования в России во второй половине XIX – начале XX столетия. Реформы 1860–1864 годов демонстрируют попытку поэтапного реформирования отечественного уголовного судоустройства и судопроизводства.

В настоящей диссертации на основе исследования законодательства XIX – начала XX века, архивных материалов и научных трудов современников анализируются достоинства и недостатки дореволюционного опыта перевода следственного аппарата из ведения исполнительной власти в систему судебных органов, выявляются внешние факторы, влияющие на эффективность функционирования обновленных следственных органов. Результаты исследования исторического опыта реформ предварительного следствия позволяют по-новому взглянуть на возможности совершенствования органов предварительного следствия современной России.

Все это свидетельствует об актуальности темы, избранной для настоящего диссертационного исследования.

Степень научной разработанности проблемы. В дореформенной период публикации о следственной деятельности в основной своей массе носили прикладной характер, представляли собой сборники образцов процессуальных документов, краткие комментарии к законодательству, а также справочные таблицы к многочисленным изменениям и дополнениям действую­щих законов. Среди их авторов можно отметить Е. Колоколова, В. Лукина. Попытки более глубокого изучения тех или иных аспектов дореформенного следствия нашли отражение в работах Я.И. Баршева, В.Н. Латкина, В.А. Линовского, М.М. Сперанского и др .

После принятия Судебных уставов 1864 года появляются достаточно крупные работы, посвященные судебной реформе в целом. Основными исследователями этой проблемы явились Н.А. Буцковский, И.В. Гессен, Г.А. Джаншиев, А.Ф. Кони, Н.В. Муравьев, В.К. Случевский, М.А. Филиппов, И.Я. Фойницкий, С.Г. Щегловитов и др. Достаточно подробно отражены процесс подготовки Судебной реформы, ее практическая реализация, рассмотрены отдельные судебные институты в юбилейных изданиях начала XX века: «Министерство юстиции за сто лет: 1802–1902. Исторический очерк» (СПб., 1902), «Судебная реформа» под редакцией Н.В. Давыдова и Н.Н. Полянского (М., 1915), «Судебные уставы 20 ноября 1864 года за 50 лет» (Пг., 1914). Непосредственно реформе предварительного следствия среди дореволюционных исследований было посвящено только несколько крупных публикаций. Среди них можно отметить работы В.П. Даневского, А.А. Квачевского, А.А. Левенстима, Е.А. Пушкина. Реформирование следственного аппарата обсуждалось и на страницах юридических периодических изданий, где, кроме вышеназванных авторов, публиковались работы М.М. Абрашкевича, П. Александрова, М. Висмонта, А.К. Вульферта, Я. Городыского, Н.В. Да­выдова, И. Закревского, Г. Лопатина, П. Люблинского, П.В. Макалинского, П.Н. Обнинского, А. Соколова, Ф. Сологуба, В. Федотова-Чеховского и др .

В советский и постсоветский периоды вопросы реформирования суда и органов предварительного расследования второй половины XIX – начала XX столетия рассматривались Н.И. Биюшкиной, М.А. Бтикеевой, Б.Ф. Виленским, Ю.Г. Галаем, М.В. Королевым, А.В. Корневым, М.Г. Коротких, А.Г. Мамонтовым, М.В. Немытиной, И.В. Оржеховским, М.Ю. Пановым, А.Д. Поповой, А.С. Смыкалиным, Ю.В. Сорокиной, А.В. Тарасовым, А.Л. Цыпкиным, В.В. Шимановским и др .

Отмечая высокий профессиональный уровень работ указанных выше авторов, необходимо, вместе с тем, заметить, что большинство из них не являются комплексными исследованиями реформ следственных органов России второй половины XIX – начала XX столетия. В указанных работах не проводилось сравнительного исследования российского уголовно-процес­суального законодательства, регламентирующего производство предварительного расследования и аналогичного законодательства других государств. Также во многих работах сокращены хронологические рамки, что не позволяет проследить судьбу института судебных следователей с момента зарождения и до его ликвидации после 1917 года, не изучен механизм практической реализации реформы следствия в конкретных губерниях государства, в частности Нижегородской.

Таким образом, можно признать, что до настоящего времени изучены далеко не все аспекты создания и функционирования одного из важнейших институтов судопроизводства дореволюционной России. Данная проблема нуждается во всестороннем исследовании.

Объектом диссертационного исследованияявляется совокупность общественных отношений, возникших в связи с реформированием судопроизводства 1864 года и, в частности, учреждением и функционированием уголовно-процессуального института судебных следователей в России в указанных хронологических рамках.

Предметом диссертационного исследования служат нормативно-правовые акты, документы официального делопроизводства, а также другие источники, характеризующие правовой механизм организации и функционирования судебных следователей в досоветской России.

Целью работы является комплексное историко-правовое исследование возникновения и развития института судебных следователей в России во второй половине XIX – начале XX века.

Названная цель обусловила постановку следующих задач:

–провести анализ процессуальной деятельности органов, осуществляющих производство предварительного расследования в России в дореформенный период в первой половине XIX столетия, сформулировать выводы о степени эффективности функционирования следственной части и обоснованности ее реформирования;

– определить механизм разработки и практической реализации законодательства об учреждении института судебных следователей в 1860–1862 годах;

– проанализировать уголовно-процессуальное законодательство западноевропейских государств второй половины XIX века, регламентировавшего досудебное производство, выявить основные тенденции его реформирования;

– рассмотреть положение института судебных следователей в период подготовки Судебной реформы и по Судебным уставам 1864 года; сформулировать выводы о значении Судебной реформы для развития следственного института;

– исследовать и обобщить правотворческую деятельность Российского государства в области организации предварительного расследования в пореформенный период и в начале XX века;

– сформулировать выводы и предложения о возможности модернизации дореволюционного института судебных следователей в современном Российском государстве.

Хронологические рамки исследования обусловлены генезисом и эволюцией института судебных следователей, охватывают период с момента возникновения следственного института во второй половине XIX века до его ликвидации большевиками в начале XX века.

Методологической основой диссертационного исследования выступает диалектическая теория познания, благодаря которой явления рассматриваются в их развитии и взаимосвязи. В работе также использованы общенаучные методы: исторического познания, анализ, синтез, индукция и дедукция. Применялись специальные методы: логический, системный, функцио­нальный, статистический. Из частнонаучных методов использовались прежде всего методы сравнительного правоведения и формально-юридический. Применение перечисленных методов в едином комплексе позволило выполнить задачи исследования и достичь его цели.

Теоретическую основу диссертации составили труды дореволюционных, советских и современных авторов, посвященные исследованию проблем реформирования предварительного следствия, деятельности института судебных следователей (В.П. Даневского, А.А. Квачевского, И.Я. Фойницкого, Ю.Г. Галая, М.В. Немытиной, Ю.В. Сорокиной и др.), а также работы отечественных специалистов по общей теории права, истории, истории права и государства России, уголовному процессу, философии.

Нормативно-правовая база исследования содержит более 80 нормативных правовых актов законодательного и подзаконного характера, составляющих правовую основу деятельности органов предварительного расследования в целом и судебных следователей в частности в дореволюционной России XIX – начала XX века.

Эмпирической базой диссертации являются сведения, хранящиеся в фондах Государственного учреждения «Центральный архив Нижегородской области», опубликованные проекты законодательных актов, статистические сведения, характеризующие основные показатели работы судебных следователей: нагрузку, сроки расследования дел, количество оконченных производством, возвращенных и прекращенных уголовных дел, а также статистические данные экономического, социального характера, кроме того, воспоминания, дневники, записки государственных и общественных деятелей назван­ного периода времени, касающиеся существа исследуемой темы.

Научная новизна работы заключается в том, что впервые на монографическом уровне предпринята попытка комплексного историко-правового изучения возникновения и развития института судебных следователей в России во второй половине XIX – начале XX века; проведено сравнительно-правовое исследование российского и западноевропейского законодательств по данной проблеме; впервые проанализированы практические показатели работы следственного аппарата, содержащиеся не только в официальных отчетах Министерства юстиции, но и в первичных донесениях, направляемых в окружные суды отдельными следователями; а также подробно проанализирован механизм реализации законодательства об учреждении и реформировании института судебных следователей в Нижегородской губернии как типичного центрального региона Российской империи и в этой связи в научный оборот были введены новые архивные источники регионального уровня.

Положения, выносимые на защиту:

1. До 60-х годов ХIХ столетия производство предварительного следствия входило в компетенцию административных органов, было построено на феодально-крепостнических отношениях. Господствовал инквизиционный (следственный) процесс, основными чертами которого были: тайна следствия, сословный характер, признание формальной теории доказательств, отсутствие состязательности, совмещение в лице следователя функций исполнительной и судебной власти, что влекло за собой коррупцию и низкое качество расследования. Это стало осознаваться на правительственном уровне, в связи с чем появляется ряд законопроектов по реорганизации следствия, которые, правда, так и не были реализованы.

2. Основной причиной реформы предварительного следствия 8 июня 1860 года являлось объективное неудовлетворительное состояние следственной части, но она носила промежуточный характер. Предварительное следствие изымалось из ведения полиции, в структуре судебной власти учреждался институт судебных следователей; в предварительном расследовании выделялись две самостоятельные формы – дознание и предварительное следствие, следователи наделялись широкими процессуальными полномочиями, устанавливался судебный контроль за их деятельностью. Вместе с тем сохранялись зависимость следователя от административной власти в лице губернатора, сословный характер производства, формальная теория доказательств, отсутствие состязательности.

3. Практическая реализация реформы предварительного следствия 1860 года не была гладкой и легкой. Возникшие трудности были вызваны формально-правовыми условиями и причинами, обусловленными экономическим, социальным и политическим уровнем развития российской государственности. Став первым звеном в ряде законов, реформирующих судебную власть, учреждение института судебных следователей сложно принималось существующим строем старой дореформенной юстиции. Вместо реальной поддержки, судебные следователи часто встречали в судебных местах и полиции явное противодействие своим законным и обоснованным действиям; нередко старые суды возвращали следователям дела с указанием и предписанием, прямо противоречащими букве и духу закона.

4. Для полноценного и эффективного функционирования нового следственного института требовалось кардинально изменить административную и судебную системы. Отмена крепостного права явилась мощным импульсом для ускорения работ по судебной реформе. Принятие 29 сентября 1862 года Основных положений преобразования судебной части в России продолжило реформу предварительного следствия, законодательно закрепив основные принципы будущей судебной реформы: разделения властей, признания преимуществ обвинительного процесса перед следственным, оценки доказательств по внутреннему убеждению. Ликвидируется сословный принцип производства, реорганизуется прокуратура, которой передаются функции уголовного преследования и надзора за правоохранительными органами.

5. Правотворчество континентальных западноевропейских стран второй половины ХIХ – начала ХХ века в области реформирования предварительного следствия происходило по пути отказа от инквизиционного процесса и признания необходимости введения элементов состязательности. Все эти вопросы были весьма актуальными и для российского уголовного процесса и не могли не дискутироваться, рассматриваться в ходе разработки Судебной реформы 1864 года.

6. Судебные уставы 1864 года создали правовую базу, благоприятную для успешной реализации институтом судебных следователей своих функций в полном объеме, обеспечили его гармоничное интегрирование в систему нового уголовного судопроизводства, распространили на судебных следователей принцип независимости и несменяемости, что должно было обеспечить их самостоятельную деятельность на благо правосудия.

7. Противостояние новым судебным учреждениям со стороны администрации приводит к концу 80-х годов ХIХ века к постепенной ликвидации важнейших принципов организации и деятельности института судебных следователей: несменяемости, независимости от администрации, всесословного судопроизводства или равенства всех перед судом. На законодательном уровне решен вопрос об отстранении судебных следователей от расследования значительной категории дел.

8. Взятый администрацией курс на завуалированное сворачивание Судебной реформы нашел свое отражение в проектах новой редакции Судебных уставов, подготовленных в 1899 году комиссией для пересмотра законоположений по судебной части под руководством министра юстиции Н.В. Муравьева. Они предусматривали полную ликвидацию института судебных следователей и передачу процессуальных полномочий следователей судьям, однако проекты не были утверждены Государственным советом и не получили практического воплощения.

9. В начале XX века на законодательном уровне разрешались некоторые отдельные проблемы деятельности института судебных следователей, позитивно повлиявшие на деятельность судебного института. Среди них большое значение имели вопросы кадрового обеспечения и улучшения материального положения судебных следователей.

Теоретическая значимость диссертации состоит в том, что ее содержание и выводы дополняют и расширяют сферу научного знания в области историко-правовых дисциплин. Полученные в ходе работы результаты могут быть использованы в дальнейших научных исследованиях правотворческой и правоприменительной деятельности Российского государства в эпоху проведения буржуазных реформ во второй половине XIX века, а также в пореформенный период.

Практическая значимость исследования. Полученные в процессе диссертационного исследования положения и выводы могут быть использованы в преподавании курсов истории права и государства России, уголовного процесса, в подготовке учебно-методических пособий, научных работ, а также при разработке специальных курсов по истории российских следственных и правоохранительных органов.

Важное практическое значение работы состоит также в возможности использования содержащихся в диссертации положений и выводов для осмысления современной концепции проведения реформы правоохранительных органов в целом и реформы предварительного следствия в частности.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации нашли отражение в 6 научных публикациях автора, среди которых очерки в учебном пособии «Очерки по истории государства и права России XVIII – начала XX века». Результаты исследования докладывались на конференциях, семинарах, «круглых столах».

Результаты диссертационного исследования обсуждались на кафедре государственно-правовых дисциплин Нижегородской академии МВД России.

Структура диссертации определяется целью и задачами исследования и состоит из введения, двух глав, объединяющих шесть параграфов, заключения, библиографии и одиннадцати приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

 

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, показывается степень ее научной разработанности, определяются объект и предмет, цель и задачи исследования, указываются хронологические рамки работы, ее теоретическая и методологическая основы, формулируются положения, выносимые на защиту, обосновывается научная новизна, теоретическая и практическая значимость, приводятся сведения об апробации результатов исследования.

Первая глава «Положение следственной части до Судебной реформы 1864 года» состоит из трех параграфов.

Первый параграф «Следственный порядок до закона 8 июня 1860 года» посвящен анализу дореформенного предварительного следствия, выявлению его основных особенностей и обоснованию необходимости его реформирования.

В XVIII – первой половине XIX столетия органом, осуществляющим функцию предварительного расследования, являлась общая полиция, которая как специальный государственный орган по борьбе с преступностью и охране общественного порядка была создана в самом начале XVIII века.

Органы полиции отличались по своей структуре в зависимости от мест­ности: земский суд – в сельской местности и управы благочиния – в городах. В Нижегородской губернии они были созданы в 1779 и 1780 годах, соответственно. С учреждением в сентябре 1802 года новых государственных органов – министерств, руководство полицией было возложено на Министерство внутренних дел.

В 1826 году создается подчиняющееся непосредственно царю «III отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии», задачей которого являлось обеспечение государственной безопасности, в том числе осуществление политического сыска и следствия. Таким образом, предварительное расследование по этой категории дел из ведения общей полиции было изъято.

Общая полиция осуществляла множество различных функций. Согласно принятому в 1837 году «Положению о земской полиции», ее обязанности излагались в 56 пунктах, среди которых, наряду с обеспечением чистоты на улицах, сбором сведений об урожаях, количестве населения, болезнях, сбором налогов, указывались охрана общественного порядка, розыск и задержание преступников, осмотр трупов и выяснение причин их смерти, профилактическая работа, производство предварительного следствия, судебное разбирательство по некоторым категориям дел, исполнение приговоров, содержание тюрем и др.

Слияние исполнительных и судебных функций в руках полиции, отсутствие самостоятельных ветвей власти объясняется природой абсолютизма, предполагавшего сосредоточение всей власти в руках одного человека – императора, интересы которого на местах представляли губернаторы.

Дореформенный порядок расследования преступлений регламентировался нормами книги II «Законы уголовные» тома XV Свода законов Российской империи, был построен на феодально-крепостнических отношениях и имел все признаки следственного (инквизиционного) процесса. К основным чертам, присущим дореформенному следствию, можно отнести: смешение в лице полицейского чиновника функций по производству следствий, по отправлению правосудия и исполнительного производства; тайность следствия; искусственное разделение предварительного расследования на предварительное и формальное следствие; сословный характер судопроизводства; господство формальной теории доказательств; отсутствие состязательности процесса; отсутствие независимости следствия и суда от администрации; отсутствие должного контроля и надзора да деятельностью следователя; низкий профессиональный уровень следователей и др.

Результат выливался в полицейский произвол, использование незаконных методов производства следствий, фактическое отсутствие защиты обвиняемого, процветание взяточничества, необоснованное затягивание расследования, отсутствие гарантий правильного применения закона с тем, чтобы каждый совершивший преступление был бы подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был бы привлечен к уголовной ответственности.

Автором проводится анализ сроков расследования уголовных дел, выявляются факты необоснованного затягивания предварительного следствия, в некоторых случаях, достигавшего 28 лет. На примере деятельности Нижегородской уголовной палаты исследуется качество деятельности системы судопроизводства. Из всех дел, поступивших в суд, только по 38% были вынесены обвинительные приговоры, при этом только 6% от общего числа подсудимых были осуждены, 5% – оправданы, а 89% – оставлены в подозрении, то есть и не осуждены, и не оправданы.

В связи с чем можно сделать вывод о крайне неудовлетворительном состоянии дореформенного следствия и необходимости его реформирования.

Во втором параграфе «Реформирование и практическая деятельность следственного аппарата в 1860–1862 годах» исследуютсязаконодательные проекты по реформе следствия первой половины XIX века, которые во многом послужили теоретической базой реформы 1860 года, а также закон 8 июня 1860 года и его практическая реализация в 1860–1862 годах.

Идеи о необходимости реформирования следствия и суда появляются в России задолго до реформы 1860 года. В самом начале XIX века проекты реформ составлялись М.М. Сперанским, который в «Плане государственного преобразования», указывал на необходимость разделения ветвей власти, однако все же сохранял правительству некоторые надзорные полномочия за судом. Проект интересен тем, что в нем впервые Сперанский формулирует проблему определения места предварительного следствия в системе органов государственной власти. На вопрос: «Кому принадлежит производить следствие: полиции или суду?» – он отвечает, что «следствие не есть суд, но основание его. Оно есть действие полиции… А посему и производить следствие принадлежит полиции; но рассматривать его принадлежит суду» .

В проекте М.А. Балугьянского 1827 года «Рассуждения об учреждении губерний» делаются попытки отделения производства следствий по уголовным делам от других функций полиции, носящих административный и исполнительный характер, путем создания в структуре общей полиции специального следственного подразделения.

Впервые производство формального следствия было отнесено к компетенции судебных чиновников – следственных приставов в законопроекте «О следствии», разработанном в 1837 году II отделением совместно с Министерством юстиции.

Четкие меры к улучшению предварительного следствия, среди которых: изъятие из ведения полиции производства следствий по важнейшим делам и передача их в судебное ведомство, определение конкретных оснований для возбуждения и прекращения уголовных дел, введение элементов защиты, презумпции невиновности на предварительном следствии, установление судебного и прокурорского контроля за следствием, содержались в проекте Устава судопроизводства по преступлениям и проступкам, подготовленного Д.Н. Блудовым, который, кроме того, стал автором понятия «судебный следователь».

Во второй половине 50-х годов XIX века в максимальной степени проявляется политический, экономический и социальный кризис российского самодержавия, основанного на крепостном строе. Необходимость срочного проведения крестьянской реформы вынудила правительство принимать экстренные меры по усилению полиции – органа, обеспечивающего общественный порядок и спокойствие. Для этого наиболее рациональным признается решение об изъятии из ведения полиции функции по производству предварительного следствия и передаче ее судебному ведомству.

Для реализации указанной концепции реформирования правоохранительных органов в 1859 году разрабатываются несколько законопроектов, наибольший интерес среди которых представляет записка Н.И. Стояновского «Учреждение следственных приставов», в которой он обосновывает необходимость разделения предварительного расследования на полицейское дознание и предварительное следствие, осуществляемое независимыми членами суда – следственными приставами. Эта записка стала основой будущей реформы следствия. В дальнейшей редакции проекта судебные чиновники были переименованы в следственные судьи, а в утвержденном варианте законопроекта они определялись как судебные следователи.

Учреждение в России института судебных следователей 8 июня 1860 года можно считать первым значительным шагом в сторону демократизации уголовного процесса, так как оно усиливало самостоятельность судебной власти, уменьшало влияние администрации на процесс следствия, наделяло следователей высоким статусом и широкой процессуальной компетенцией, определяло процессуальные рамки дознания и предварительного следствия.

Становление института на практике происходило в крайне сложных условиях, которые в сочетании с некоторыми проблемами, возникшими внутри самого института, обусловливали недостаточную эффективность следственной деятельности. Для полноценного и эффективного функционирования новых следственных органов требовалось кардинально изменить административную и судебную системы путем проведения соответствующих важнейших реформ, а также устранить негативные факторы внутри института.

В третьем параграфе «Предварительное расследование по «Основным положениям преобразования Судебной части в России» от 29 сентября 1862 года» исследуется развитие института судебных следователей в свете принятой в 1862 году концепции будущей судебной реформы, проводится анализ отзывов, подготовленных практическими работниками после издания «Основных положений».

Закон 1862 года, обозначивший правительственный курс будущего судебного преобразования, имел важнейшее значение в развитии института судебных следователей, так как существенно дополнял правовую основу его деятельности.

«Основные положения» провозглашали принцип полного отделения судебной власти от исполнительной, принцип процессуальной самостоятельности следователя. Губернаторы лишались права создавать следственные комиссии со своими чиновниками в их составе, тем самым устранялась возможность влияния губернатора на ход предварительного следствия. Прокуратура как орган, надзирающий за производством предварительного следствия, также была реорганизована и выведена из-под подчинения административных губернских властей, учреждалась при окружных судах.

Закон 1862 года признавал преимущество обвинительной формы процесса, отказываясь от следственного (инквизиционного) производства. Ликвидировались институт депутатов от сословий, формальная теория оценки доказательств, присяга на предварительном следствии.

Предварительное следствие признавалось важнейшей досудебной стадией уголовного процесса. Оно обязательно должно было предшествовать судебному разбирательству. «Основные положения» сохраняли 2 формы предварительного расследования: полицейское дознание и предварительное следствие, осуществляемое судебными следователями. Стремясь ограничить полицейский произвол, закон более детально разграничивал их компетенции.

Несмотря на то, что «Основные положения» все же не допустили защитника на стадию предварительного расследования, они все-таки попытались создать условия для объективного и справедливого расследования: определили исчерпывающий перечень поводов и оснований для возбуждения уголовного дела; установили исчерпывающий перечень мер пресечения, основания их избрания, процессуальные сроки; сохранили за следователем обязанность собирать как уличающие, так и оправдывающие доказательства; установили обязательное присутствие понятых при производстве осмотров, обысков и выемок; передали функцию уголовного преследования прокуратуре и др. Кроме того, обвиняемый наделялся средствами самозащиты: правом отвода следователя, обжалования всех следственных действий в суде, по окончании следствия ему предоставлялась возможность ознакомиться с материалами дела и получить копию обвинительного акта.

После издания «Основных положений преобразования Судебной части в России» разработчиками судебной реформы было собрано множество отзывов правоведов-теоретиков, а также практических работников. Они помогали выявить пробелы в законодательстве и устранить их в новых Судебных уставах, в связи с чем представляют интерес для нашего исследования.

Автором проанализировано около 190 отзывов, подготовленных на «Основные положения». Для успешного функционирования института судебных следователей предлагалось на законодательном уровне решить следующие основные вопросы: о полном устранении влияния администрации на производство предварительного следствия; о введении защиты на предварительном следствии; о взаимодействии судебного следователя с полицией при производстве предварительного расследования; об увеличении штатов судебных следователей; о создании необходимой материальной базы их деятельности; об оптимизации делопроизводства следователей, решение «квартирного вопроса» и др.

Вторая глава диссертации «Деятельность судебных следователей во второй половине XIX – начале XX столетия» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Уголовно-процессуальное законодательство западноевропейских государств во второй половине XIX века, регламентирующее производство предварительного расследования» исследуются варианты организации предварительного расследования в европейских государствах, выявляются общие тенденции реформирования в этой сфере. Научный интерес автора к зарубежному законотворчеству обусловлен стремлением определить степень возможного влияния европейского опыта на отечественное законодательство, в частности на подготовку Судебной реформы 1864 года.

Анализ уголовно-процессуального законодательства, регулирующего производство предварительного следствия в Германии, Франции, Бельгии, Норвегии и других странах, позволяет сделать вывод о том, что реформа предварительного следствия во второй половине XIX столетия разрабатывалась и проводилась не только в России, но и во многих других государствах Европы. Общими тенденциями реформирования иностранного уголовно-процес­суального законодательства в области предварительного расследования являлись: отказ от инквизиционного процесса и признание необходимости введения состязательного начала в той или иной степени. Наиболее прогрессивным, демократичным являлось английское уголовно-процессуальное право, где, хотя и не существовало предварительного следствия в континентальном смысле, предварительное производство было публичным, устным и состязательным, а негласной была только оперативно-разыскная деятельность полиции. Успешная реализация в английском законодательстве вышеуказанных принципов способствовала попытке их внедрения в отечественный уголовный процесс при разработке Судебных уставов 1864 года.

Во втором параграфе «Следственный институт в период подготовки Судебной реформы и по Судебным уставам 1864 года» автором детально исследуется механизм разработки Судебных уставов в части, определяющей положение следственных органов, прослеживается практическая реализация указанных правовых норм на примере создания Нижегородского окружного суда; на основании анализа статистических сведений о деятельности судебных следователей формулируются выводы о степени эффективности их работы.

Научный интерес автора к механизму разработки Судебных уставов обусловлен тем, что многие важнейшие положения, регламентирующие деятельность судебных следователей появились на свет или, наоборот, были исключены из текста на стадиях подготовки проектов Учреждения судебных мест, Устава уголовного судопроизводства, их обсуждения и принятия Государственным советом.

Проекты Судебных уставов были подготовлены специальной комиссией за 11 месяцев, осенью 1863 года началось их обсуждение. Первые замечания внес министр юстиции Д.Н. Замятин. Успех осуществления реформы он ставил в непосредственную зависимость от качества будущих судебных кадров, в связи с чем предлагал ввести специальные экзамены для судебных чинов и обеспечить их достойным государственным содержанием. В дальнейшем при обсуждении законопроектов в Государственном совете были повышены требования к кандидатам на должности судебных следователей. Вместе с тем, судебные следователи повышались с восьмого до шестого класса службы, были приравнены по классу к товарищам прокуроров судов; увеличивалось их содержание с 1000 до 2000 рублей. Кроме того, была пересмотрена их штатная численность.

При обсуждении проектов в Государственном совете появляются первые попытки консервативно настроенной администрации ликвидировать институт судебных следователей. Это предложение было высказано министром внутренних дел П.А. Валуевым, который предлагал ликвидировать институт судебных следователей, а производство предварительных следствий возложить на мировых судей или же, сохранив следователей, поручить им расследование важнейших дел, включая и производство дознания по этим делам, а менее важные дела полностью вверить в руки полиции. Однако предложение поддержано не было.

Дискуссию в Государственном совете также вызвал вопрос о порядке назначения на должность судебных следователей. Первоначальная редакция статьи 174 проекта «Учреждения судебных мест» предоставляла право утверждения в должности судебного следователя министру юстиции, однако в окончательном варианте эти полномочия были переданы императору, так как именно он утверждал всех судебных чинов, к которым относились и судебные следователи.

В окончательной редакции проекта был изменен порядок перевода судебного следователя из одного участка в другой в пределах одного окружного суда. Первоначально проект предусматривал, что судебный следователь, как и любой другой член суда, которому гарантировалась несменяемость, мог быть переведен только при наличии его согласия. Однако было принято решение, что в случаях крайней необходимости перевод следователя и без его согласия в пределах одного округа не является умалением принципа несменяемости.

В ходе обсуждения «Учреждения судебных мест» также высказывалось предложение о том, чтобы правом представления кандидатов на должности судебных следователей были наделены не только суды, но и прокуроры. Однако данная поправка не была внесена в текст проекта во избежание создания возможности личного влияния прокуроров на следователей, назначенных по их ходатайству.

Следуя провозглашенному принципу изъятия из компетенции судебных органов функции уголовного преследования, окончательная редакция Устава уголовного судопроизводства максимально ограничила основания, по которым следователь мог возбудить уголовное дело по своему усмотрению, то есть фактически встать на сторону обвинения. Статья 313 Устава уголовного судопроизводства (УУС) допускала это только в случае, когда «судебный следователь застигнет совершающееся или только что совершившееся преступное деяние».

Тем не менее, УУС не провел полного отделения судебной власти в лице судебного следователя от обвинительной – в лице прокурора. Такой вывод можно сделать исследуя норму о характере указаний прокурора, данных следователю о производстве следственных действий. Первоначально проект предусматривал возможность неисполнения указаний прокурора следователем в случае несогласия последнего с ними. Однако в окончательном варианте Устава уголовного судопроизводства рекомендательный характер указаний прокурора сохранился только в случае, когда он полагал избрать более строгую меру пресечения.

Первоначальный проект Устава уголовного судопроизводства предусматривал распространение принципа гласности не только на стадию судебного разбирательства, но и на стадию предварительного расследования. Соединенные департаменты согласились с авторами проекта и введение гласности на предварительном следствии признали полезным. Однако при рассмотрении вопроса на общем собрании Государственного совета данные нормы были удалены из проекта как излишние. Государственный совет полагал, что достаточными гарантиями соблюдения прав обвиняемого являются устное, гласное рассмотрение дела в суде и право иметь защитника в стадии судебного рассмотрения. В последующем были приняты карательные статьи Уложения о наказаниях, устанавливающие уголовную ответственность за оглашение в печати сведений, полученных в ходе дознания или предварительного следствия.

Попытки составителей Судебных уставов распространить на стадию предварительного расследования принцип состязательности также не увенчались успехом. Государственный совет посчитал, что интересы обвиняемого достаточно защищает сам следователь, так как он «обязан с полным беспристрастием приводить в известность как обстоятельства, уличающие обвиняемого, так и обстоятельства, его оправдывающие» (ст. 265 УУС). Кроме того, были значительно расширены процессуальные права и гарантии подозреваемых и обвиняемых лиц.

В диссертации также исследованы и другие нормы Судебных уставов, регулирующие деятельность института судебных следователей.

Проанализировав процессуальные нормы, регламентирующие положение судебных следователей, их место в новой системе уголовного судоустройства, автор приходит к выводу, что на законодательном уровне был повышен статус судебного следователя, что способствовало его более эффективной деятельности. Хотя Устав уголовного судопроизводства сохранил на стадии предварительного расследования некоторые элементы следственного процесса, он установил дополнительные процессуальные гарантии как для следователей, так и для подозреваемых и обвиняемых. Кроме того, Судебные уставы 1864 года обеспечили органичное соединение института судебных следователей со всей судебной системой.

Принятые Судебные уставы вводились в действие на территории России постепенно, начиная с 1865 года. В диссертации исследуются различные аспекты организации деятельности судебных следователей, согласно Судебным уставам, путем анализа многочисленных циркуляров и инструкций Министерства юстиции.

Практическая реализация Судебной реформы в части, касающейся предварительного следствия, демонстрируется на примере создания в 1869 году Нижегородского окружного суда. В диссертации анализируются и сравниваются различные статистические данные о деятельности нижегородских судебных следователей, на основании чего автором делается вывод об успешном функционировании данного института на территории губернии.

В третьем параграфе «Законодательные новеллы и проекты по статусу и процессуальной деятельности судебных следователей в пореформенный период и в начале XX века» автор исследует законодательную эволюцию института судебных следователей после принятия Судебных уставов 1864 года, анализирует практические результаты его деятельности.

Судебные уставы, принятые в 1864 году, в неизмененном виде просуществовали очень недолго. Многочисленные изменения, которым они подверглись, стали следствием жесткой борьбы за сохранение максимального контроля со стороны администрации над судебным ведомством. Вместо дальнейшего поступательного реформирования всех государственных и общественных сфер самодержавием был избран путь завуалированной ликвидации либерального законодательства и приведение суда в соответствие форме правления и политическому режиму. Значительные изменения коснулись и следственных органов.

Так, уже 27 сентября 1866 года под видом разъяснения статьи 362 Устава уголовного судопроизводства фактически отменялась вторая часть указанной статьи, разрешавшая судебным следователям проводить обыски во дворцах непосредственно без получения на то предварительного разрешения придворного начальства.

В 1867 году по инициативе министра юстиции К.И. Палена была ликвидирована одна из важнейших гарантий деятельности судебных следователей – их несменяемость. Под предлогом необходимости обновления следственных кадров более квалифицированными сотрудниками судебные следователи стали заменяться исправляющими должность судебных следователей, которые не имели статуса члена суда, в любой момент могли быть уволены от должности. Автором исследованы мнения юристов по данному вопросу, среди которых А.Ф. Кони, М.Ф. Громницкий и др. Также в работе показан масштаб подобной замены в различные годы. Так, например, из 136 вновь назначенных в 1867 году следователей почти 81% – временно исполняли должности, а к 1898 году из 1 487 судебных следователей по всей России судебной несменяемостью пользовались не более 10,4%. В Нижегородской губернии в 1898 году из 26 судебных следователей только 2 были утверждены в должности.

29 мая 1869 года также по инициативе К.И. Палена принимается примечание к статье 433 УУС, согласно которому некоторые категории подданных в случае их вызова в качестве свидетелей к следователю и в суд освобождались от личной явки. Этой новеллой предавался забвению один из основных принципов Судебных уставов, провозглашавших суд равным для всех сословий.

Начиная с 1867 года вводятся должности судебных следователей по особо важным делам и важнейшим делам, сначала как временные в городах Москве и Санкт-Петербурге, а затем получившие постоянное повсеместное распространение. Указанные следователи по предложению прокурора окружного суда приступали к производству предварительного следствия в пределах округа суда, при котором состояли. По предложению прокурора судебной палаты они расследовали уголовные дела на территории соответствующей судебной палаты, а по предложению министра юстиции – на территории всей России.

Исследуя законодательные новеллы об учреждении судебных следователей по важнейшим делам и по делам особой важности, нельзя не отметить, что законы, с одной стороны, были призваны улучшить производство предварительного следствия, так как вводили некоторую специализацию при расследовании уголовных дел, уменьшали нагрузку данных следователей, что позволяло им качественно расследовать сложные, многоэпизодные дела.

С другой стороны, в условиях недоверия и противостояния администрации новым судебным учреждениям, введение должностей следователей по важнейшим делам и особо важным делам имело и негативные последствия. Теперь прокурор мог изъять любое дело из следственного участка, признав его важным, и передать для производства следствия следователю по важнейшим делам. Этот порядок мог быть применен и для завуалированного отстранения от расследования неугодного участкового следователя.

19 мая 1871 года по инициативе шефа жандармов П.А. Шувалова принимается закон, существенно сокращающий компетенцию судебных следователей. Из их ведения изымались расследования государственных преступлений. С принятием этого закона были учреждены следователи-жандармы, которые заменили следователей-юристов, а судебное следствие по государственным преступлениям было подменено полицейским дознанием, которое лишало обвиняемого большинства процессуальных гарантий, в том числе и права на ознакомление с показаниями свидетелей.

В диссертации также исследуется нормативная деятельность Министерства юстиции в пореформенный период путем анализа изданных им циркулярных распоряжений в конце 60–80 годов XIX столетия. Автор приходит к выводу, что Министерство юстиции в своих ведомственных нормативных актах принимало различные меры к бюрократизации судебного ведомства, установлению иерархической подчиненности и усилению вмешательства министра в судебную жизнь, стремилось максимально ограничить процессуальную самостоятельность следователей.

Взятый самодержавием курс на сворачивание судебной реформы в максимальной степени проявляется в проектах комиссии для пересмотра законоположений по судебной части под руководством Н.В. Муравьева. Для достижения «правительственного значения суда» комиссия предлагала полностью ликвидировать институт судебных следователей, передав их функции следственным участковым судьям, которые, кроме предварительного следствия, должны были бы и рассматривать дело по существу. Кроме того, основной формой расследования признавалось полицейское дознание. Кардинально реорганизовывались и другие важнейшие институты: адвокатура, суд присяжных и пр. В диссертации исследуются мнения видных российских и зарубежных юристов по поводу проектов Муравьева, анализируются публикации на эту тему в юридических периодических изданиях.

Только в начале XX столетия, спустя почти 50 лет после принятия Судебных уставов 1864 года, принимаются отдельные законы, позитивно влияющие на деятельность следственного института. Они решают кадровый вопрос и улучшают материальное положение судебных следователей.

Проведя детальный анализ деятельности судебных следователей за весь период существования данного института по основным показателям уголовно-процессуальной статистики: количеству дел в производстве у одного следователя, проценту возвращенных на дополнительное расследование и прекращенных уголовных дел, срокам расследования и прочему, автор приходит к выводу, что опыт создания института судебных следователей следует признать положительным.

В заключении подводятся итоги работы, формулируются выводы, сделанные в ходе исследования.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях автора:

  1. Волчкова А.А. Создание института судебных следователей в дореволюционной России // Современные проблемы государства и права: Сборник научных трудов / Под ред. В.М. Баранова, В.А. Толстика, А.В. Никитина. – Н. Новгород: Нижегородская академия МВД России, 2003. – Вып. 3. – С. 22–29. – 0, 3 п. л.
  2. Волчкова А.А. Проблемы становления института судебных следователей на первоначальном этапе в дореволюционной России // Актуальные проблемы в области гуманитарных наук: от теории к практике: Сборник статей / Отв. ред. В.Б. Першин. – Н. Новгород: Нижегородская академия МВД России, 2003. – Вып. 4. – С. 74–79. – 0, 2 п. л.
  3. Волчкова А.А. Предварительное расследование по «Основным положениям преобразования Судебной части в России» 29 сентября 1862 года // Российский судья. – 2004. – № 11. – С. 44–47. – 0, 4 п. л.
  4. Волчкова А.А. Образование и развитие судебно-следственного института России во второй половине XIX века // Очерки по истории государства и права России XVIII – начала XX века: Учебное пособие / Под ред. А.В. Никитина, Ю.Г. Галая, А.А. Демичева. – Н. Новгород: Нижегородская академия МВД России, 2005. – С. 151–158. – 0, 3 п. л.
  5. Волчкова А.А. Европейское континентальное уголовно-процес­суальное право во второй половине XIX века, регламентировавшее производство предварительного расследования // Адвокатская практика. – 2005. – № 2. – С. 46–48. – 0, 3 п. л.
  6. Волчкова А.А. Следователи – полицейские России в XVIII – первой половине XIX столетия // Российский следователь. – 2005. – № 4. – С. 60–62. – 0, 3 п. л.

Общий объем опубликованных работ – 1,8 п. л.

 


Корректор Т.Р. Краснолобова

Компьютерная верстка Т.М. Солдаевой

 

Тираж 100 экз. Заказ _____

Отпечатано в отделении оперативной полиграфии

Нижегородской академии МВД России.

603600, Н. Новгород, ГСП-268, Анкудиновское шоссе, 3.

См., например: Деришев Ю.В. Предварительное следствие – функция судебной власти // Российский судья. – 2004. – № 12. – С. 9–12; Махов В.Н. Предварительное следствие по уголовным делам должно осуществляться судьями // Следователь. – 2000. – № 6. – С. 45–46; и др.

Доклад Председателя Верховного Суда Российской Федерации В.М. Лебедева на VI Все­российском съезде судей // Российский судья. – 2005. – № 1. – С. 4.

См., например: Баршев Я.И. Основания уголовного судопроизводства с применением к российскому уголовному судопроизводству. – М., 2001; Колоколов Е. Правила и формы для производства следствий, составленные по Своду законов издания 1857 года. – М., 1859; Латкин В.Н. Учебник истории русского права периода империи (XVIII–XIX столетий). – СПб., 1899; Линовский В.А. Опыт исторических разысканий о следственном уголовном судопроизводстве России. – Одесса, 1849; Лукин В. Опыт практического руковод­ства к производству уголовных следствий и уголовного суда по русским законам. – СПб., 1852; Сперанский М.М. План государственного преобразования (введение к Уложению государственных законов 1809 г.). – М., 1905; Сперанский М.М. Руководство к познанию законов – СПб., 1845.

См.: Буцковский Н.А. Очерки судебных порядков по Уставам 20 ноября 1864 года. – СПб., 1874; Гессен И.В. Судебная реформа. – СПб., 1905; Даневский В.П. Наше предварительное следствие, его недостатки и реформа. – СПб., 1895; Джаншиев Г.А. Эпоха великих реформ. Исторические справки. – СПб., 1907; Кони А.Ф. Отцы и дети судебной реформы. – Пг., 1914; Левенстим А.А. Предварительное следствие по судебным уставам, его недостатки и меры к улучшению. – СПб., 1895; Муравьев Н.В. Работы по улучшению судебной части в 1894–1896 годов. – СПб., 1897; Пушкин Е.А. По поводу предстоящей реформы следственной части. – М., 1882; Случевский В.К. Учебник русского уголовного процесса. Судоустройство. Судопроизводство. – СПб., 1910; Филиппов М.А. Судебная реформа в России: В 2 т. – СПб., 1871–1875; Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства: В 2 т. – СПб., 1996; Щегловитов С.Г. Судебные уставы императора Александра II с комментариями и разъяснениями. Учреждение судебных установлений. – СПб., 1884; и др.

Виленский Б.В. Подготовка судебной реформы 20 ноября 1864 года в России. – Саратов, 1963; Виленский Б.В. Судебная реформа и контрреформа в России. – Саратов, 1969; Галай Ю.Г. Суд и административно-полицейские органы в пореформенной России (1864–1879 гг.) – Н. Новгород, 1999; Коротких М.Г. Судебная реформа 1864 года в России: (Сущность и социально-правовой механизм формирования). – Воронеж, 1994; Немытина М.В. Суд в России, вторая половина XIX – начало ХХ века: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. – М., 1999; 0ржеховский И.В. Из истории внутренней политики самодержавия в 60–70-х годах XIX века: Лекции по спецкурсу. – Горький, 1974; Сорокина Ю.В. Реформа следственного аппарата и предварительного расследования в России 1860–1864 годов: Механизм разработки и реализации законодательства: Дис… канд. юрид. наук. – СПб., 1994; и др.

Полный перечень работ указанных авторов по исследуемой теме приведен в библиографии диссертации.

Сперанский М.М. План государственного преобразования (введение к уложению Государственных законов 1809 г.): Записка об устройстве судебных и правительственных учреждений в России. – М., 1905. – С. 146.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.