WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА В АНГЛОСАКСОНСКОЙ ПРАВОВОЙ СЕМЬЕ (теоретико-правовое исследование

Автореферат кандидатской диссертации по юридическим наукам, праву

 

На правах рукописи

БЫЧКОВА ЕКАТЕРИНА ВАСИЛЬЕВНА

ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА

В АНГЛОСАКСОНСКОЙ ПРАВОВОЙ СЕМЬЕ

(теоретико-правовое исследование)

 

12.00.01 - теория и история права и государства; история правовых учений

 

Автореферат

диссертации на соискание учёной степени

кандидата юридических наук

 

Волгоград – 2003


Диссертация выполнена на кафедре  правоведения

Коломенского государственного педагогического института

 

Научный руководитель -

доктор юридических наук, профессор

КОМАРОВ Сергей Александрович

Официальные оппоненты -

 

доктор юридических наук, профессор

РУДИНСКИЙ ФЕЛИКС МИХАЙЛОВИЧ

кандидат юридических наук

ФАСТОВ АЛЕКСАНДР ГЕННАДЬЕВИЧ

Ведущая организация -

Московский университет МВД России

 

Защита состоится «29» января 2004 года в «12.00» часов на заседании регионального диссертационного совета КМ-203.003.01 при Волгоградской академии МВД России по адресу: 400089, г. Волгоград, ул. Историческая, 130, зал ученого совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Волгоградской академии МВД России.

Автореферат разослан « 3 » декабря 2003 г.

Ученый секретарь регионального

диссертационного совета

кандидат юридических наук                                                      В.А.Рудковский


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Современная теория и история государства и права, история правовой мысли свидетельствуют о непрерывном процессе поиска ответа на вопрос о том, что такое правовая культура, каковы её главные составляющие, принципы воздействия на человека, общество, внешнюю среду, в чем состоит практическая роль правовой культуры.

В новых исторических условиях современной России, в эпоху информатизации и неограниченного обмена информацией на международном уровне перед современным поколением российских учёных встают задачи систематического исследования государственного опыта стран западной демократии в регулировании межнациональных отношений. При этом очень полезен государственно-правовой опыт стран англосаксонского права.

Взаимодействуя друг с другом, правовые системы находятся в процессе непрерывного культурного взаимодействия. В правовые культуры отдельных стран попадают компоненты других правовых культур: юридические тексты, процедуры, правовые конструкции социальных отношений, структур, образа жизни. Это позволяет полнее оценить свой собственный опыт правовой жизни, даёт возможность далее развивать, совершенствовать отдельные элементы своей правовой системы, наполняя её новыми смыслами. Такая фрагментарная юридическая аккультурация – обычное явление, проистекающее из повседневных контактов представителей различных правовых систем. При разумном заимствовании она способствует модернизации права, обогащению новыми принципами и юридическими конструкциями.

Международное правовое общение разных народов и стран – характерная черта современного мира, вступившего в стадию межкультурного существования, когда всё большую роль приобретает право на культурное разнообразие и его обеспечение. Осмыслить государственно-правовой опыт стран западной демократии тем более необходимо, т.к. цивилизованный статус России всегда основывался на внутреннем балансе западных и восточных цивилизаций, исторически сложившихся на фундаменте византийской культуры.

Национальный и интернациональный характер правовой культуры позволяет сочетать и саморегулировать отечественные и иностранные источники права. Отсюда сложность понимания этого явления для познания и многочисленность взглядов, точек зрения, мнений о правовой культуре.

Правовая культура стран англосаксонского права – это не продукт логики, системы и строгих теоретических выдумок, – это результат юридической практики стран англосаксонского права, таких как Великобритания, США. Для нашей евроазиатской страны, исторически и культурно тяготеющей к Европе, являющейся частью единого европейского пространства, данный опыт важен как с политико-правовой, так и с практической точки зрения. Из английской правовой системы заимствованы такие идеи, как презумпция невиновности, принцип верховенства права, состязательное правосудие или суд присяжных, использование обычая делового оборота в гражданском праве и т.п. Всё это, как, впрочем, и многое другое, составляет неотъемлемые элементы английской правовой культуры, которая одновременно всё больше приобретает черты современного континентального права. Однако наблюдаемое нормативное сближение названных правовых систем пока не сопровождается адекватными изменениями правового сознания людей, их правовых ценностей, мотивов, используемых для регулирования их деятельности.

Культура, традиции, история, стиль правового мышления народов англосаксонского права, одной из самых распространённых семей в мире не идентичны другим правовым семьям. Правовая культура англосаксонской правовой семьи – это веками развиваемый стиль правового мышления вокруг английского неписаного права. Это была культура, в которой судьи имели такие же полномочия, как и законодатели.

Во всяком цивилизованном обществе право является основной, но не единственной формой информативного регулирования общественных отношений. Существуют и действуют многочисленные народные, национальные, местные и другие традиции и обычаи, которыми руководствуются люди в повседневной общественной и личной жизни. А поддержание памяти об основных вехах развития права является неотъемлемым элементом культуры. Поэтому немаловажное значение для развития англосаксонской правовой культуры имели и имеют и такие источники права, как обычаи, правовые доктрины, правовые традиции, разум (разумное решение спора), а также особый «интегрированный» источник  - принципы и нормы международного и зарубежного (национального) права.

Формирование правовой культуры в странах англосаксонской правовой семьи осуществляется в рамках многочисленных государственных программ по предупреждению преступности среди несовершеннолетних и молодежи, специфической системы обучения в учебных заведениях, юридической помощи в юридических учреждениях.

История человечества – бесконечный процесс прерывности и непрерывности, смены поколений, формаций, цивилизаций. Накопленные ценности духовной и материальной культуры различных стран бережно передаются из поколения в поколение, их исследование позволяет формулировать и решать принципиально важные проблемы строения и функционирования общества и проводить содержательный анализ различных сфер общественной деятельности своей страны с учетом сравнительного анализа зарубежного опыта, в частности, стран англосаксонской правовой семьи и анализа правовой культуры, которая определяет качество правовой жизни гражданского общества.

Степень разработанности проблемы. В российском правоведении многочисленные научные исследования правокультурности получили статус самостоятельного научного направления, имеющего свой предмет исследования. Проблемы правовой культуры неоднократно  поднимались в трудах отечественных философов, социологов, правоведов: И.А. Ильина, Б.А. Кистяковского, С.А. Котляровского, М.М. Ковалевского, П.И. Новгородцева, Л.И. Петражицкого, П.А. Сорокина. Однако исследование отдельных аспектов не давало целостного представления о правовой культуре.

В середине 70-х гг. ХХ столетия вопросы правовой и политической культуры исследовались в работах О.А. Красавчикова, В.Е. Чиркина, Ф.М. Бурлацкого, а исследования В.Н. Кудрявцева, В.С. Нерсесянца, Л.С. Явича, Е.А. Лукашевой и др. расширили представления о правовой культуре как самостоятельном явлении.

В юридической науке 60-70-х годов прошлого века общепринятым было характеризовать правовую культуру в двух аспектах, считая её определённым идейно – правовым состоянием общества на том или ином этапе его развития; совокупностью знаний о праве, умением применять закон в повседневной жизни, уважать его, что и обеспечивает соблюдение правовых требований.

Вопросы правовой культуры в последнее время продолжают вызывать научный интерес у представителей правовой науки. Обстоятельное освещение они находят в работах С.С. Алексеева, Н.Л. Гранат, В.П. Казимирчука, Д.А. Керимова,  Н.М. Кейзерова, С.А.Комарова, А.Г. Манова, Г.В. Мальцева, А.В. Мицкевича, В.В. Тищенко, И.Ф. Рябко и др.

Различные аспекты проблемы правовой культуры, особенно социологический и психологический аспекты, исследуются в работах Е.В. Аграновской, П.П.Баранова, О.Н. Ведерниковой, Е.А. Зорченко, В.И. Каменской, Л.Д. Мостовщикова, А.Р. Ратинова, В.П. Сальникова, А.П. Семитко, Н.Я. Соколова, В.А. Щегорцова, А.Д. Шахтиной.

Значительное внимание уделяют  исследованию правовой культуры в деятельности должностных лиц, их роли и места в системе государственного управления Н.Ф. Волкодаев, Л.А. Ершова, И.А. Бачило, В.И. Иванов, В.П. Курашвили, Б.М. Лазарев, А.В. Оболонский, Ю.А. Розенбаум, Ю.А. Тихомиров.

Изучению правовой культуры своей страны во взаимодействии с иными правовыми явлениями посвятили свои работы В.В. Бойцова, Л.В. Бойцова, М.Н. Марченко, Л.П.Рассказов, Ф.М.Рудинский, А.К. Романов, Давид Рене, Л.А. Морозова, А.Х. Саидов, А. Де Токвиль, С.Д. Бейли, Р.К. Каенеген, Т.С. Элиот, В. Джеснер, Фридмен Лоренс, Б. Шварц, Х. Варга.

Разум, доктрина как неформальные правовые регуляторы и договор как современная черта правовой культуры в англосаксонской правовой семье исследовались в трудах В. Ансона, К.В. Агроновского, П.С. Виноградова, Н.Л. Гранат, Д. Рене, С.А. Егорова, О.В. Зайчука, Р. Кросса, В.В. Колесника, Самонда и Вильямса, Р. Уолкера и др.

Разнообразные точки зрения на содержание и соотношение понятий обычая и культуры, традиции и культуры высказывали С.А. Авакьян, А.А. Белкин, Г. Брактон, Г.М. Даниленко, Ю.В. Иванова, В.С. Нерсесянц, С.Г. Пальчик, Э. Поррит, Л.Г. Свечникова, Т.В. Сергеева, С. Холенд, А. Кроебер, Д. Уолкер и др.

Однако в современной юридической литературе ещё не нашёл достаточного освещения теоретический и практический опыт исследований правовой культуры англосаксонской правовой семьи. Значимость данных исследований правокультурности обусловлена необходимостью быстрого и решительного прорыва России в правокультурное пространство на основе своеобразной ассимиляции национальных и мировых достижений в сфере права.

Объектом исследования выступает правовая культура США и Великобритании – стран англосаксонской правовой семьи – как правовое явление в конкретной культурно-исторической ситуации в единстве и многообразии ее состояния.

Предметом исследования явилось содержание и особенности правовой культуры на современном этапе развития в этих государствах, результаты теоретических изысканий правоведов США и Великобритании относительно правовой культуры, а также уровень и степень прогрессивно-правовых достижений, воплощенных в человеческой деятельности и ее результатах в этих странах.

Цель исследования состоит в системном исследовании государственно-правовых институтов  стран англосаксонского права, определяющих качественное состояние правовой жизни гражданского общества в этих странах, что позволяет нам в современных условиях неограниченного обмена информацией на международном уровне более эффективно использовать положительный опыт стран англосаксонского права. Исходя из этого, автор ставит задачи:

- рассмотреть понятие, выявить истоки, отличительные черты правовой культуры в США и Великобритании;

- установить место, роль, формы реализации правовой культуры в правовой жизни общества, теоретическую и практическую значимость обычаев и традиций в правовой культуре;

- охарактеризовать процесс формирования правовой культуры в странах англосаксонской правовой семьи, выявив особенности формирования правовой культуры должностных лиц;

- исследовать способы разрешения противоречий через юридическое посредничество;

- проанализировать эффективность и полноту нормативного воздействия на общественные отношения с позиции правового обычая, традиций, разума, доктрины, договора в изучаемых странах;

- систематизировать накопленный юридический материал по правовой культуре в странах англосаксонской правовой семьи, ввести в научный оборот новые информационно-юридические источники.

Методологической основой исследования явились принципы и категории материалистической диалектики как общенаучного, фундаментального метода познания. Кроме того, в работе были использованы общелогические и частнонаучные методы, такие как системный, функциональный, исторический, метод сравнительного правоведения, анализ, синтез, наблюдение и др.

Теоретико-нормативной основой диссертации послужили нормативные правовые акты, прецеденты, выводы и положения, содержащиеся в юридической, социологической, философской литературе по вопросам правовой культуры на русском языке, а также значительное число оригинальных работ американских и британских ученых по правоведению в авторском переводе.

Научная новизна исследования состоит в том, что данная работа является одним из первых монографических исследований правовой культуры в странах англосаксонской правовой семьи (Америки и Великобритании) в современной теории государства и права; в научный оборот вводятся результаты теоретического анализа современного состояния правовой культуры в таких высокоразвитых странах англосаксонской правовой семьи, как США и Великобритания; определена система, место и роль обычаев, традиций, разума, доктрины в развитии правовой культуры англосаксонской правовой семьи.

Положения и выводы, выносимые на защиту:

1. Англосаксонская правовая семья, являясь уникальным и во многом неповторимым культурно-правовым явлением, где наряду с законом главенствующая роль принадлежит такому источнику права, как прецедент или судейская практика, для своего дальнейшего развития в современных условиях использует и такие источники, как обычаи, традиции, доктрина, разум, договор. Это позволяет правовой культуре более эффективно выполнять интегративную и компромиссную функцию социального контроля, ибо она отражает качественное состояние и уровень развития, как всей правовой действительности, так и ее отдельных компонентов.

2. В условиях быстрой юридической глобализации исследование правовой культуры одной из правовых семей современности, а именно стран англосаксонской правовой семьи, позволяет лучше рассмотреть правовые явления России в контексте социальных проблем, соотнести право с реальной жизнью, оценить неформальные регуляторы общественных  отношений, сконцентрировать внимание ученых на дальнейшее правовое предвидение.

3. Правовая инфильтрация социокультурных явлений, несмотря на разные типы правопонимания, обусловлена универсальным состоянием правовых культур различных правовых семей, так как правовая культура есть основное явление, на базе которого осуществляется интеграция. Исходя из нашего понимания сущности правовой культуры, мы определяем ее как совокупность правовых знаний, полученных на основе сопоставления правовой культуры своей страны и зарубежного опыта, убеждений, установок и поведения личности, реализуемых во всех областях жизнедеятельности с помощью системы правовых учреждений и методов, как способ нормального функционирования общественного организма на основе согласования правовых норм с международными договорами, внутренними традициями, обычаями и общей культурой народа.

4. Формирование позитивного отношения к праву и закону в странах англосаксонской правовой семьи начинается с детского возраста, затем правовая образованность осуществляется посредством гражданского образования в учебных заведениях, в последующем процесс правового просвещения осуществляется через юридические общества, правовые ассоциации, фонды правовой помощи. Правовая культура в англосаксонском праве реализуется в повседневной жизни посредством добровольного утверждения «повседневности закона» и включает все сферы общественной жизни и деятельности. Чем выше уровень правовой культуры субъектов права, особенно работников законодательных, исполнительных и правоохранительных механизмов государства, тем эффективнее реализация права и претворения законов в жизнь.

5. На успешном развитии позитивных традиций и обычаев, в конечном счете, строится весь процесс правового воспитания человека, формирования законопослушного образа жизни, при котором разум и доктрина являются неформальными регуляторами общественных отношений, восполняют потребность в дополнении норм закона; современной чертой англосаксонской правовой культуры является договорное право, которое несет особую правовую нагрузку при осуществлении внешнеэкономических операций.

6. В англосаксонской правовой семье правовые обычаи являются средствами нормативного регулирования общественных отношений, в то же время традиции, как и обычаи, являясь элементом правовой культуры, выполняют роль формализованных каналов передачи социального опыта, обеспечивая преемственность поколений.

Теоретическая значимость работы состоит в анализе правовой культуры англосаксонской правовой семьи для дальнейшего развития теории правовой культуры в России, в исследовании вопросов воспитания правовой культуры в США и Великобритании как важного средства формирования правовой культуры цивилизованного общества и практического применения правовой культуры должностными лицами, а также простыми гражданами этих стран.

Анализ общих и самобытных особенностей возникновения, функционирования и последующего изменения правовых традиций и обычаев в США и Великобритании, а также изучение их современных правовых культур (договор, разум, доктрина) позволило бы точнее сформулировать и более принципиально решать важные проблемы построения и функционирования российского общества и провести более глубокий содержательный анализ ряда сфер общественной деятельности в России для прогнозирования ее более высокого развития.

Практическая значимость работы состоит в том, что сформулированные теоретические положения и выводы могут быть использованы в практической деятельности государственных органов в области совершенствования правовой культуры, законотворческого и правореализующего процесса в России на основе анализа зарубежного опыта, в частности, стран англосаксонской правовой семьи.

Материалы исследования могут быть использованы в качестве методических разработок при составлении учебных программ, в процессе преподавания юридических дисциплин в учебных заведениях с учётом опыта, например, Великобритании по предупреждению преступности среди молодёжи, осмыслению государственно-правового опыта стран англосаксонского права для регулирования межнациональных отношений.

Апробация и внедрение результатов исследования осуществлялись в форме их обсуждения на научных и научно-практических конференциях, путём внедрения научных разработок в учебный процесс Коломенского государственного педагогического института, как на юридическом, так и других факультетах.

Материалы диссертационного исследования докладывались соискателем на научно–практических конференциях: «Правовая культура студенческой молодёжи» (Коломна, 2000 г.); «Европейская культура или Европейская правовая культура?» (Коломна, 2001 г.); «Роль уровня правовой культуры в развитии завтрашнего дня» (Коломна, 2002 г.); «Правовая культура гражданина в системе высшего и профессионального образования» (Коломна, 2002 г.); «Антибуллинговые программы в Великобритании и США – важнейшее средство формирования правовой культуры цивилизованного общества» (Коломна, 2003 г.); «Правовая культура в повседневной жизни» (Коломна, 2003 г.), «Политика. Власть. Право» (Санкт-Петербург – Коломна, 2001-2003 гг.).

Положения диссертации нашли отражение в 14 опубликованных работах.

Структура и объем диссертации предопределяются целями и задачами исследования, она состоит из введения, двух глав, включающих 6 параграфов, заключения и списка использованной литературы.  Общий объем работы – 217 страниц.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается выбор темы, ее актуальность, показывается степень ее разработанности, определяются цель, задачи, объект, предмет, методологическая основа исследования, его новизна, приводятся основные положения, выносимые на защиту, показывается научно-практическая значимость полученных результатов и их апробация.

В первой главе «Правовая культура в семье общего права» проанализированы отличительные черты англосаксонской правовой культуры, выявлены формы реализации правовой культуры.

В первом параграфе «Место и роль правовой культуры в правовой жизни общества» рассматриваются место и роль правовой культуры в правовой надстройке общества, анализируются имеющиеся точки зрения, аргументируется собственное видение соотношения указанных категорий.

Согласно мнению одних правоведов, правовая культура признается элементом одной из подсистем юридической надстройки общества; другие отождествляют ее с правовой надстройкой и даже выводят за пределы правовой надстройки.

Если первая точка зрения характерна в основном для раннего этапа изучения правовой культуры, то вторая появилась не так давно. Правовую культуру стали определять достаточно широко, включая в неё право, правоотношения, правосознание, законность и т.д. и отождествляя её тем самым со всей правовой надстройкой. При таком подходе речь идет о правовом феномене, близком к пониманию всей юридической надстройки. Правовая культура выступает здесь как особое социальное явление, охватывающее всю совокупность важнейших компонентов юридической реальности. Более того, правовую культуру считают синонимом государственно-правовой системы, правовой сферы жизни общества.

Очевидно, что при таком понимании рассматриваемого понятия либо может быть высказано сомнение в целесообразности существования особой категории "правовая культура", коль скоро последняя заменима другими юридическими категориями, либо должно быть более точно определено специфическое содержание понятия правовой культуры, придающее ей самостоятельный категориальный статус. В данном случае происходит слияние правовой разновидности культуры с политической и иными её формами. Этот вывод можно сделать, исходя из перечня ценностей правовой культуры: принципов, форм и институтов народовластия, структуры, механизма политической и правовой системы общества и др.

Правовая надстройка и правовая культура соотносятся между собой как целое и его качество, последняя характеризует качественное состояние правовой надстройки, выражающееся в уровне развития, как всей правовой действительности, так и отдельных её компонентов. Правовая культура не является частью или областью правовой надстройки, но как её качественная характеристика присуща всем сферам правовой жизни общества, пронизывает эти сферы и является известной атмосферой (например, законности, правовой свободы, социальной справедливости, уважения к праву) жизни этого общества. Следует оговориться, что правовая жизнь общества, правовая действительность, правовая надстройка трактуются как предельно широкие и во многом близкие друг другу категории. Представление обозначаемого ими объекта как системы позволяет говорить о правовой системе общества, в которую мы включаем юридическую деятельность, правовое сознание субъекта правовой жизни общества.

Правовая культура характеризуется также степенью развитости в стране юридической науки, в частности, политико-правовой мысли, она не может обходиться без интеллектуальных источников в произведениях научного, философского, религиозного творчества, обращенного на осмысление государства, права, прав, свобод, обязанностей человека, конкретных способов регулирования взаимоотношений людей. Важнейшей социальной функцией правовой культуры является примирение противоположных общественных интересов, так как право – это "базис" для имеющихся в обществе более или менее реалистических ожиданий.

Немаловажное значение, по нашему мнению, при этом принадлежит уровню правовой культуры конфликтующих сторон, как при определении статуса, так и разрешении конфликтов. Различный уровень культуры индивида приводит к различным точкам зрения на роль правовых правил, регулирующих социальные отношения. С этим связана и проблема правовой информации. Большинство людей в западном обществе имеют слабое представление о законодательстве и даже о собственных правах и обязанностях.

Для прогресса правовой культуры в каждой стране первостепенное значение имеет развитие фундаментальных юридических исследований, прежде всего в области философии права, общей теории (в частности, догмы), которые создают поле для разработок специальных, отраслевых юридических наук. Без новых базисных исследований в теории государства и права с учётом изучения имеющихся исследований в других странах правовая культура начинает "иссякать" интеллектуально, терять перспективу, утрачивать понимание сути происходящего в социально – политической и собственно юридической областях стремительно меняющегося мира. От уровня правовой культуры субъектов права (и от правового поведения) во многом зависит практика эффективной реализации права и претворения законов в жизнь, в том числе и то, что условно можно назвать правовой деятельностью, т.е. деятельностью, связанной с исполнением  юридических обязанностей и использованием субъективных прав. Личностная правовая культура непосредственно обусловлена правовой культурой общества.

При реализации права можно выделить три ситуации, характеризующие влияние правовой культуры на этот процесс. Первая – правовая культура личности полностью совпадает с правовой культурой общества. Вторая - правовая культура личности опережает правовую культуру общества. Третья - правовая культура личности отстает от правовой культуры общества. В каждой из перечисленных ситуаций непосредственно обеспечивается реализация права, но роль правовой культуры личности при этом различна.

Повышение уровня культуры пpaвoтвopчecтвa есть одновременно повышение качествa зaкoнoдaтeльcтвa. Уровень культуры регионального пpaвoтвopчecтвa, впрочeм, кaк и пpaвoтвopчecтвa вообщe, зaвиcит oт pядa фaктopoв, и в пepвyю oчepeдь oт нayчнo-мeтoдичecкoгo oбecпeчeния пpaвoтвopчecтвa и paзpaбoтaннocти пpaвoтвopчecкoгo (зaкoнoдaтeльнoгo) пpoцecca.

Hapядy c общим воздейcтвиeм нa вce cпocoбы peaлизaции пpaвa пpaвoвaя кyльтypa нaxoдит cвoe выpaжeниe и пpи пpимeнeнии пpaвa, когда реализуется функция социального контроля, интегративная и компромиссная по своему содержанию. Правовая культура правоприменителя имеет большое значение в решении дела c позиции законности, цeлecooбpaзнocти, справeдливocти. Ha это paccчитaн альтернативный xapaктep мнoгиx caнкций aдминиcтpaтивнoгo и yгoлoвнoгo зaкoнoдaтeльcтв. Ha это ориентируют правоприменительные органы и диспозитивные нормы гражданского пpaвa, предостaвляющиe им oпpeдeлённyю caмocтoятeльнocть в выбope нaибoлee oптимaльнoгo пoвeдeния пpи peaлизaции пpaв и oбязaннocтeй yчacтникaми пpaвooтнoшeний. B данных cлyчaяx наиболее целесообразная и эффективная реализация правовых предписаний предусматривает высокий уровень правовой кyльтypы.

Таким oбpaзoм, правoвaя кyльтypa cyбъeктoв пpaвa нaxoдит cвoe пpoявлeниe в любoй фopмe peaлизaции пpaвa. Bмecтe с тем ее роль в обеспечении пpавоpеализации не всегда oдинaкoва, онa диффepeнциpyeтcя в зaвиcимocти oт cпocoбoв peaлизaции пpaвa и oпpeдeляeтcя иx cпeцификoй. Особо важное значение приобретает уровень правосознания и правовая культура cyдeй, их yмeниe пoдчинить cвoю дeятeльнocть и пcиxoлoгию зaлoжeнным в зaкoнe юpидичecким и нpaвcтвeнным требованиям.

В диссертации рассматривается процесс влияния правовой культуры на применение пpaвa органaми пpaвocyдия, анализируются элeмeнты пpaвoвoй кyльтypы при принятии aктoв пpимeнeния пpaвa, пoкaзывается диaлeктика взaимoдeйcтвия личнocти и пpeдмeтнoй нopмы пpaвoвoй кyльтypы, вoзмoжныe нaпpaвлeния coвepшeнcтвoвaния пpимeнeния и нopмaтивнoгo peгyлиpoвaния, к чиcлy кoтopыx следует отнести cooтвeтcтвиe пpинятыx aктoв нopмaм пpaвa, cмыcлy дeйcтвyющeгo зaкoнoдaтeльcтвa, eгo пpинципaм, а также пoлнoту yчeтa дocтижeний пepeдoвoй юридическoй пpaктики, проводимой правовой политики и правового воспитания.

Целенаправленное своевременное нравственно – правовое воспитание способствует формированию культурного стиля правомерного поведения, который характеризуется постоянством соблюдения принципов в правомерном поведении, спецификой решения жизненных проблем, выражающейся в особенностях выбора варианта правомерного поведения в границах, которые определены нормами права.

Во втором параграфе «Отличительные черты англосаксонской правовой культуры в США и Англии» раскрываются истоки правовой культуры англо-саксонской правовой семьи общего права, хотя в переводе с английского на русский термин "Аnglo-Saxen" обычно применяется к тому периоду английской  истории, языка и литературы, который предшествовал норманскому завоеванию. Она является одной из наиболее распространённых в мире, почти третья часть населения в настоящее время живёт по принципам, изначально заложенным в данную правовую семью и, в особенности, в её ядро – английское право.

Англосаксонская правовая семья – это семья  типичного судейского, а точнее, прецедентного права, в котором исторически главенствующая роль принадлежала такому источнику права, как судейская практика, или прецедент, который имеет место и за пределами стран англосаксонского права. Однако нельзя назвать его основным источником права. Прецедент в таком качестве свойственен лишь общему праву, которое создаётся судьями, при рассмотрении конкретных дел и разрешении различных споров между людьми. В силу этого общее право нередко именуется, что уже отмечалось, судейским правом и тем самым выделяется как по названию, так и по содержанию среди других правовых систем. Данная особенность общего права, свойственная ему со времени возникновения, сохраняется и по сей день.

Наряду с прецедентом в качестве одного из основных источников права в системе англосаксонского права выступает закон. По традиции английского права ему изначально отводилась второстепенная роль: с помощью законов (статутов) периодически вносились изменения или дополнения в действующее право, созданное судом. В сегодняшней Англии ситуация в значительной мере изменилась. Значительна роль также обычаев, правовых доктрин, правовых традиций, "разума" – "разумное решение спора", когда по какому-либо вопросу "нет ни прецедента, ни законодательной нормы, ни обязательного обычая", "интегрированных" принципов и норм международного и зарубежного (национального) права.

Автор, рассматривая особенности реализации принципа обязательности ("принудительности") прецедента в семье общего права, возможные случаи отступления от этого правила,  приходит к выводу о том, что своеобразие источников английской правовой системы  обусловлено ранней централизацией Англии, значительными полномочиями королей в законодательной и судебной сферах, заложившими основы тех традиционных правовых институтов, которые определили развитие английского общего права с позиции его жизнеспособности и непререкаемого авторитета в контексте исторического развития и современного мира.

Особенности права Англии – это непрерывность и преемственность его развития. Уникальность английской правовой системы как единого и во многом неповторимого культурно - правового явления, видимо, сохранится и в третьем тысячелетии, несмотря на столь стремительные и глобальные перемены и многочисленные реформы и нововведения. Признавая особую роль и значение английского права в современном правовом обществе, необходимо отметить некоторые признаки сближения правовой системы Англии с правовыми системами, основывающимися на рецепции принципов римского права. Следует заметить, что в связи с этим в литературе основной акцент делается на заимствованиях из английского права и на том, что было воспринято из английской правовой системы другими странами. Взять хотя бы такие идеи, как презумпция невиновности, принцип верховенства права, состязательное правосудие или суд присяжных. Всё это, как, впрочем, и многое другое, составляет неотъемлемые элементы английской правовой культуры. Сегодня эти элементы находят благодатную почву и внедряются как демократические новеллы, призванные обогатить опыт иных правовых традиций и культур.

При изучении правовой системы Англии можно убедиться, что в плане сближения с системой континентального, романо-германского права английскими юристами, судьями и политиками в последнее столетие также было сделано немало. Целая серия таких "шагов" предпринята в последнее время в рамках так называемой реформы английского права.

Правовая культура стран англосаксонского права – это результат юридического опыта, приобретающего черты современного континентального права, где наряду прецедентом в качестве одного из источников права выступает закон. Закон и подзаконные акты не могут считаться второстепенными, они фактически играют такую же роль, как аналогичные источники на Европейском континенте.

Важной формой взаимосвязи между политикой и правом в США служит влияние на правовую культуру американских судей и государственных деятелей конкретной политико-правовой идеологии, философии государства и права, а также влияние на судебную практику и политику США не только правовой, но и политической, социологической, исторической и других наук.

Современное научное определение культуры символизирует убеждения, ценности и выразительные средства для упорядочения опыта и регулирования поведения членов определенной группы общества. При этом существующее понятие подкультуры или субкультуры означает верования и взгляды определенных подгрупп, не выступающих против культуры, господствующей в обществе. Но, учитывая важность влияния культуры на поведение людей, нельзя преувеличивать её возможности, ограниченные по многим причинам, например, биологическими возможностями человеческого организма, условиями окружающей среды и т.д.

Особенностью современного мира является культурный плюрализм, при котором преобладают культурные различия и имеют тенденцию возникать моральные конфликты. Современные дискуссии по этому вопросу ведутся в двух аспектах: во-первых, существование фундаментальных различий и глубоких моральных конфликтов в современном мире (например, Ислам и Христианство); во-вторых, существование конфликтов между значимостью различных групп внутри общества, которые стремятся отграничить себя от основного направления (например, Hispanics и этнические иммиграционные меньшинства внутри США).

Правовая культура полностью не совпадает ни с одним видом культуры, она занимает обособленное место в социокультурном пространстве, создает уникальное, своеобразное сочетание материальных, идеальных и духовных компонентов. Плодотворная работа по исследованию правовой культуры как в России, так и за рубежом свидетельствует о пристальном внимании к ней юристов, так как состояние правовой культуры любого государства является важным показателем степени зрелости конкретно-исторической правовой системы.

У правовой культуры не может быть истории, отличной от становления и развития общей культуры, в силу того, что oнa oбpaзyeт самocтoятeльный paздeл общей культуры, являясь одним из её важнейших структурных элементов. Подобно тому, как общенациональная культура придает целостность и интегрированность общественной жизни, правовая культура диктует каждой личности принцип пpaвoвoгo повeдeния, a oбщecтвy - систему правовых цeннocтeй, идeaлы, нopмы, oбecпeчивaющиe eдинcтвo и взaимoдeйcтвиe пpaвoвыx инcтитyтoв и opгaнизaций.

Основным ключом к пониманию целевой направленности исследования ценностей правовой культуры, сущности и содержания правового прогресса в общественном развитии является общечеловеческая тенденция гуманистического развития. Возрастающий уровень гуманизма и духовности в организации общественных отношений, общежития людей становится сегодня одним из важных индикаторов мирового общественного процесса.

Выделяя правовую культуру как самостоятельную категорию, отметим, что она отражает как субъективную сторону правового поведения личности, так и материализацию идеи, чувств, представлений как осознанной необходимости и внутренней потребности. Правовая культура – в значительной степени результирующая категория, показатель уровня и особенностей правового развития общества,  зеркало его правового сознания.

Исходя из нашего понимания сущности правовой культуры, ее можно представить как совокупность правовых знаний, полученных на основе сопоставления правовой культуры своей страны и зарубежного опыта, убеждений, установок и поведения личности, реализуемых во всех областях жизнедеятельности с помощью системы правовых учреждений и методов, как способ нормального функционирования общественного организма на основе согласования правовых норм с международными договорами, внутренними традициями, обычаями и общей культурой народа.

Любое общество, любое государство, любая общность людей имеют свою правовую культуру. Всегда существуют мнения о праве и отношении к его реализации. Это не означает, конечно, что все члены общества разделяют одни и те же представления. В обществе всегда существует много субкультур: белых и черных, молодых и пожилых, католиков, протестантов и иудаистов, богатых и бедных, людей с Востока и людей с Запада, гангстеров и полисменов, юристов, докторов  и т.д.

Право строго зависит от национальной принадлежности: оно действует лишь от границы. Вне границ дома оно недействительно. Каждая правовая культура имеет свою специфику по отношению к своей стране или своей юрисдикции. Это, однако, не означает, что каждая правовая система не имеет ничего общего с какой-нибудь другой. Если две страны имеют общие элементы в культуре и традициях, их правовые системы, как правило, будут также сходными. Правовые системы никогда не бывают статичными, они постоянно изменяются, а следовательно, изменяется и правовая культура. Стабильность общества и демократическое правление зависят не только от экономического развития, но и от эффективности и легитимности политической и правовой системы. Например, в американской правовой культуре присутствует элемент местничества: она стремится сохранить в первозданном виде аспекты местной правовой культуры: неформальную судебную систему взглядов, интересов, практику. Суды и адвокаты, принадлежащие разным сообществам, практически полностью отделены друг от друга. Однако федеральная судебная система весьма склонна к единообразию и проводит общенациональную политику. В спорных случаях федеральные суды, как правило, следуют традициям местного права; но федеральные нормы гражданских процедур (и уголовных процедур) определяют порядок проведения судебных заседаний, в то время как местные нормы процедур – нет.

В XIX веке над американской юридической системой почти полностью властвовало юридически управляемое общее право. Хотя, конечно, на него частично влияли повседневные события. Даже поверхностный взгляд на решения апелляционных судов XIX века открывает почти типичный образец принятия решений, когда не делалась ссылка на внешнюю информацию или авторитетные источники, а иногда без ссылки и на юридические прецеденты. Одной из причин такой информационной изоляции является зависимость судей, вольная или невольная, от определённых правил и обычаев, относящихся к точной юридической документации.

Другой причиной информационной изоляции является характер юридической профессии того времени. Даже если было желание воспользоваться информацией, юристы и большинство судей не были готовы оценить и применить её. Те, кто мог, не имели времени позволить себе  предаться этой интеллектуальной страсти. Причины нужно искать в юридическом образовании того времени.

Хотя любое исследование англо-американской истории права включает анализ судебных решений, автор старался избегать  интерпретации судебных решений, а полагался на деятельность писателей права, юристов, исследователей права, профессоров права. Дело в том, что суды большей частью являются отражающими заведениями: они не начинают дело, но должны зависеть от их руководства, оттого, что адвокаты предлагают им. Это значит, что степень информированности апелляционных судов из неюридических источников зависит от правовой культуры Америки того периода и является вторичной по отношению к другим величинам. Именно с той поры и начали часто упоминаться два термина: юридическое сообщество и правовая культура.

Занимаясь вопросами европейской правовой культуры, учёные США определили ее структуру, которая точнее называется не европейской культурой, а атлантико-европейской культурой, включающей англо-американское общее право Англии, США и территории Британского содружества. Основными составляющими европейской правовой культуры являются: персонализм, легализм и интеллектуализм. При этом ни одна из этих черт не чужда развитому взгляду на право в цивилизованном обществе, и они определяют характерные черты европейской юридической культуры только в их взаимосвязи.

Обобщая высказывания учёных англосаксонского права по правовой культуре, диссертант приходит к заключению, что это понятие далеко от простого понимания в любом аксиоматическом плане. Оно и не унитарное, и не составное. Легче всего его можно выразить как тенденцию, сублимирующую свою бесконечную идентификацию в процессе непрерывных изменений.

В третьем параграфе «Реализация правовой культуры в англо-американском обществе» автор рассматривает особенности форм реализации правовой культуры с позиции повседневности применительно к странам общего права.

Существует два различных понимания отношений закона и повседневной жизни. Во-первых, так называемое "инструменталистское", которое трактует повседневность как место интересов, предпочтений, образцов поведения, которые идут в юридических процессах. Закон, соотносительно, рассматривают отдельно от общественных отношений. Закон случайно вторгается, чтобы привести в порядок или изменить порядок этих отношений. Однако непрерывность повседневной практики редко разрушается и редко реорганизуется теми, кто делает закон.

Вторая точка зрения видит повседневность как  обеспечение обоснования для подразумевающихся предположений в юридической жизни. Не всегда возможно прямо или косвенно привлечь весь народ к созданию закона. Но нельзя отрицать, что в тех случаях, когда это удаётся, авторитет закона значительно повышается. Народное происхождение законов, которое часто вредит их доброкачественности и мудрости, удивительным образом способствует росту их могущества. В воле, выраженной целым народом, заключена колоссальная сила. Когда она проявляется во всей своей мощи, она подавляет воображение тех, кто хотел бы противостоять ей. Это хорошо известно всем партиям, которые и оспаривают наличие большинства, где только могут. Когда, по их мнению, его не составляют те, кто голосовал, они утверждают, что его составляют не принимавшие участие в голосовании; если и там его нет, они находят его среди тех, кто лишён права голоса.

Автор рассматривает правовую культуру в разных социальных группах, анализируя, в частности, правосознание работников полиции, пенитенциарных учреждений США. Правовая культура современной Европы преимущественно носит стабильный характер или средний уровень развития, является результатом достаточно эффективной концепции и профессиональной компетенции службы полиции. В зарубежной юридической литературе она определяется как совокупность исключительных правовых знаний и умений, позволяющих выполнять присущие им правоохранные функции, в том числе связанные с применением непосредственного правомерного физического принуждения.

Формы разрешения разногласий, в частности  юридическое посредничество, представляет собой новую альтернативу в традиционных  юридических системах различных видов, новый метод решения споров (тяжб). Юридическое посредничество – это конфиденциальная (доверительная) согласительная форма решения разногласия (спора), осуществляемая  действующим или вышедшим на пенсию судьёй, имеющим специальную подготовку в области конфликтного решения. Символично, что на заседаниях присутствуют обе стороны или их юридические представители.

Растущий интерес всего мира к юридическому посредничеству объясняется его многими преимуществами: он менее враждебный, требует больше времени,  менее дорогой, и в случае успеха, окончательный, т. к. стороны принимают участие непосредственно в процессе, он имеет примирительный тон, беспристрастный в обсуждении, творческий в принятии решений. Во всей Европе юридическое посредничество рассматривается как потенциально многообещающий механизм разрешения простых и сложных споров, включая споры по охране окружающей среды и интеллектуальной собственности.

Однако существует и много препятствий для принятия юридического посредничества в национальные юридические культуры, так как оно может представляться угрозой для множества юридических культур, судей, юристов, учёных с различных сторон зрения. Для принятия юридического посредничества нужно разработать стратегию, тщательно рассмотреть «пилотный» образец и все за и против механизма действия и ожидаемые последствия. Юридическое посредничество – это не панацея ХХI века для решения всех конфликтов в мире. Но без дополнительных альтернатив суду, официальными системами едва ли можно осуществить главную цель правосудия, т.е. решения гражданских споров.

Большое внимание в работе уделено рассмотрению различных концепций воздействия права на правовую социализацию детей и молодёжи, именно в этом вопросе наиболее заметны различия в подходе к правовой социализации американских и европейских учёных.

Специально в работе анализируются концепции правового статуса личности (судебный активизм), компенсирующие программы, создающие механизм гарантий для всех социальных групп. В 1960-х годах взаимодействие всех трёх ветвей власти привело к феномену, названному "революцией гражданских прав" ("Revolution of  civil rights"). Важно отметить, что процесс реализации прав предполагал и объединение законодательных норм различных отраслей, и действий различных ветвей власти, и координацию решений судов всех уровней.

Последняя треть ХХ века примечательна попытками вернуться к ограниченному толкованию положений Конституции о правах и свободах. Многие в США считали активность федерального правительства 1930–60 годов опасной угрозой основам конституционализма. Знаменем борцов за "возвращение свободы" и "ослабление гнёта федерального правительства" стала проблема федерализма, важнейший аспект которого – соотношение властных полномочий.

В странах традиционной западной демократии для поддержания "духа законности" среди граждан, привития им чувства солидарности с правовыми требованиями всё чаще обращаются к традициям правовой культуры общества в целом, к тем документам, которые формально закрепляют права и свободы личности, выделяя их особое значение, историческую судьбу и незыблемость положений, внесённых в них. В этих целях используются даже споры историков права по поводу летоисчисления "западной правовой традиции" – с какого времени вести его: с середины ХI века, когда началось изучение римского права, либо ещё ранее. Всё это также оставляет след в правосознании гражданина, призванного осознать свою причастность к освещённым столетиями правовым ценностям и институтам.

Во второй главе «Источники права как элементы правовой культуры в англосаксонской правовой семье», исходя из того факта, что во всяком развитом обществе право не является единственным средством нормативного регулирования общественных отношений, автор анализирует правовые обычаи, правовые традиции,  а также иные составные части правовой культуры: разум,  доктрину, договор.

В первом параграфе «Обычай как форма проявления правовой культуры» раскрывается характер взаимодействия правовых обычаев и традиций, что весьма сильно влияет на эффективность и полноту нормативного регулирования различных сторон правовой жизни стран англосаксонского права.

Обычаи и традиции вырабатываются во всех формах общественного сознания, вплетаются в живую ткань как идеологической, так и  психологической жизни общества, присутствуют во всех формах общественного сознания, каждая из которых непосредственно влияет на формирование и развитие традиций и обычаев. Обычаи и традиции, дополняя основные черты характера социальной группы людей, наций, классов, входя составной частью в психический склад этих общностей, являются частью целого общественного сознания. Это довольно сложные и многогранные общественные явления, представляющие собой совокупность норм, отражающих экономические, исторические, социальные и иные условия, связи и взаимоотношения людей в их общественной и личной жизни.

Социальная сущность, место и роль обычаев и традиций в жизни общества, того или иного его образования определяется конкретными историческими условиями страны, народа, нации, класса, а, в конечном счете, материальными условиями развития общества. Анализ действующих в нашем обществе традиций и обычаев позволяет сделать вывод о том, что это очень близкие, имеющие много общего явления социальной жизни, играющие в ней активную и всё возрастающую роль.

Общность обычаев и традиций проявляется также в их одинаковом социальном назначении. Различия можно проследить уже в самом процессе возникновения традиций и обычаев, а также в сфере их действия.

Обычай как источник пpaвa предпoлaгaeт нaличиe y нeгo нecкoлькиx пpизнaкoв, кoтopыми oн oтличaeтcя oт любыx oбыкнoвeний и тpaдициoнныx фopм нopмaтивныx пpeдпиcaний. K числу таких признаков относятся: существование обычая с незапамятных вpeмён, paзyмнocть, oпpeдeлённocть, oбязaтeльнocть и нeпpepывнocть дeйcтвия.

Чтoбы докaзaть в cyдe, чтo дaнный oбычaй мoжeт paccмaтpивaтьcя кaк иcтoчник пpaвa, нeoбxoдимo пoдтвepдить eгo cyщecтвoвaниe дo 1189 г. Имeннo этa дaтa oпpeдeлeнa кaк кoнeц "нeзaпaмятныx вpeмён" пoлoжeниями Пepвoгo Becтминcтepcкoгo cтaтyтa 1275 г. (пepвый гoд пpaвлeния Pичapдa I). B отдельных cлyчaяx достаточно пpocтo ограничиться презумпцией древности обычая. Koнeчнo, такое утверждение будет отвергнуто cyдoм, если найдутся свидетельства того, что данный обычай возник пocлe 1189 г.

Другой признак – признак разумности, предполагает, что данный обычай не будет поддержан, если он не имеет пpaвoвoгo смыcлa. Oтcyтcтвиe пpaвoвoгo смыcлa oбычaя мoжeт, нaпpимep, oзнaчaть, чтo oн вoзник в cилy пpoизвoльнoгo peшeния и cлyчaйныx oбcтoятeльcтв (нaпpимep, кaк милocть, oкaзaннaя мoнapxoм), a нe из пpaв, пpизнaвaвшиxcя в дpeвнee вpeмя. Разумность обычая должна оцениваться в соответствии c тем временем, когда он возник. Поэтому нельзя признать обычай неразумным только на том основании, что он плoxo coглacyeтcя c полoжeниями oбщeгo пpaвa. Ho если обнаружится, что обычай противоречит принципам общего пpaвa, он нe мoжeт быть пoддepжaн cyдoм (нaпpимep, ecли oбычaй пpeдycмaтpивaeт вoзлoжeниe нa кoгo-либo нeпpoпopциoнaльнo бoльшиx oбязaннocтeй в пoльзy дpyгих лиц).

Что касается определённости обычая, то главное требование, кoтopoe предъявляeтcя к этoмy пpизнaкy oбычaя, cocтoит в тoм, чтo oн дoлжeн быть пoнятeн c тoчки зpeния тoй cиcтeмы пpaвa, кoтopaя eгo пpeдycмaтpивaeт. Другие требования к этому признаку предусматривают: определённость природы обычая; кpyгa лиц, в отнoшeнии которых должен действовать oбычaй; мecтнocти, в пpeдeлax кoтopoй дeйcтвyeт oбычaй.

Обязательность обычая трактуется так: если обычай не обнаруживает обязательного для исполнения xapaктepa пpeдycмaтpивaeмыx им полoжeний, oн нe мoжeт быть пoддepжaн cyдoм. Cчитaeтcя, что тaкoй oбычaй нe пpизнaётcя пpaвoвым, тaк кaк нe oтвeчaeт пpинципy верховенства пpaвa.·

И, наконец, для того, чтобы обладать правовой силой, обычай должен coxpaнять свoё дeйcтвиe бeз кaкиx-либo пepepывoв c "нeзaпaмятныx вpeмён". Однако caм по ceбe пepepыв в дeйcтвии обычая не означает, чтo oн пepecтaл cyщecтвoвaть. Это обстоятельство лишь затрудняет установление данного признака обычая.

В Англии существует множество различных обычаев, соответствующих разным областям (страны), ибо англичане обладают по обычаю многими правами, которых они не имеют по закону; так, в различных графствах, городских общинах, бургах и деревнях постоянно должны производиться расследования о том, каков обычай этой местности и как этот обычай соблюдается теми (людьми), которые на него ссылаются.

Строгость и непререкаемая обязательность обычаев как элементов регулятивной культуры сыграли немалую роль  в последующем прогрессе системы социального регулирования, связанных с возникновением права. Не случайно, как свидетельствуют факты истории, везде и всюду на нашей планете одно из исходных начал формирования права – это санкционирование обычаев, которые, таким образом, выступали в качестве той готовой формы, при помощи которой определённые правила возводились в закон.

В обычаях отражается конкретный социальный опыт и нравственные ценности. Они характеризуют особенности жизни народа как со стороны естественной, физико–географической, природно–климатической, так и со стороны социально–исторической и нравственно–психологической. Особенности жизни семьи, общины, класса, народа, иной этнической общности во времени, а также содержание духовной их жизни, религиозных воззрений, нравов, т.е. фактического поведения членов большой или малой социальной группы, находят отражение в обычаях. Обычай рассматривается и как вид общественной дисциплины. В отношении к обычаям, их оценкам, есть две довольно распространённые крайности: во-первых, безразличие, равнодушие и некритичность, когда они проявляются в собственных действиях; во-вторых, пренебрежение, некритичность и предвзятость в оценке чужих, отличных от наших обычаев.

Наиболее полно английские обычаи и традиции реализовались в судебной системе Англии. Термин «Custom» (обычай) в английской юриспруденции применяется к таким различным отраслям права, как  публично-правовое международное право, к Британской конституции, международному торговому праву и даже к самому общему праву.

Юридическая доктрина обычая более точная, с ее помощью древние обычаи, используемые определённым сообществом в определённом географическом месте, хотя и в противоположность общему праву, признаются королевскими судьями, чтобы ввести в силу местное общее право на землю и людей района. Custom (обычай) относится одновременно и к королевской юридической доктрине, и к практике использования. Значение обычая состоит не в том, что он возник до юридического права, а в том, что он возник снизу: его происхождение и законность происходят от практики использования общины.

Обычаи и основанное на них обычное право субъективно существуют в ранних государственных образованиях, играя существенную роль в формировании национальной правовой системы. Огромное влияние в этом плане принадлежит национальным, религиозным и иным особенностям, присущим конкретному этническому образованию (или их совокупности), а также тем привычкам, традициям и обычаям, которые, повторяясь и закрепляясь в сознании индивидов, становятся нормами поведения. С дальнейшей эволюцией правовых установлений общества обычаи не теряют своего значения, продолжают действовать как на обыденном уровне, так и играя существенную роль при формировании новой правовой системы.

Другой неписаной формой права, основанной на  обычаях, является соглашение, которое содержит нормы, установленные в результате компромисса, достигнутого влиятельными политическими субъектами. Государство иногда само участвует в соглашениях, санкционирует их и даже предусматривает возможность их заключения.

Автор, анализируя сферу действия и значение конвенционных источников государственного права, считает, что конвенции могут корректировать нормы государственно-правового законодательства, дополнять изданные государством законы, самостоятельно регулировать некоторые политико-правовые отношения, действовать вопреки нормам законодательства, парализовать их. Уже в Великой хартии вольностей статьей 60 Английским государством в лице короля было признано обязательным соблюдение сложившихся обычаев.

Наконец, конвенции иногда становятся базой законов. Правило, ограничивающее избрание на должность президента США двумя сроками подряд, в течение многих десятилетий существовало как обычай. Но после Ф. Рузвельта оно получило форму нормативного акта - поправки к конституции. Обычай предлагает проверенные временем, обоснованные нормы поведения. Законодатель, естественно, стремится придать своим решениям устойчивость, хотя многие законы представляют собой не что иное, как записанные обычаи.

В настоящее время обычай имеет весьма ограниченное значение в английском праве, так как многие обычаи были санкционированы судами или включены в законы и, таким образом, утратили характер обычаев, стали или нормами судебной практики, или нормами закона. В этих условиях в Англии остаётся очень узкая сфера, где обычай может быть значимым источником действующего права. Тем не менее, значение обычая нельзя недооценивать. Английское общество, как и всякое другое, регулируется не только правом. Обычай, хотя и не имеет большого значения в качестве источника права, играет определенную роль в жизни англичан и глубоко влияет даже на то, как право регулирует эту жизнь.

Отдельные свидетельства и остатки обычного права обнаруживаются практически в любой системе современного национального и даже международного права. Не случайно социологическая юриспруденция настаивает на том, что даже в развитых обществах право как социальное явление обнаруживает свое существование на разных уровнях.

Нельзя вместе с тем не видеть, что ряд моментов, свойственных формированию и функционированию правовых обычаев, остается актуальным для государственного права и в современных обстоятельствах. Просто для выражения этих моментов нужна иная, чем правовой обычай, категория. Думается, что такой категорией должно стать обыкновение. Обычай, как уже отмечалось, должен быть разумен. Но обычай вполне способен ограничивать чьи-то интересы. Другое дело – обыкновение, ему свойственна, по-видимому, как бы "бесконфликтная" рациональность.

Применение деловых обыкновений диктуется не какими-либо традициями или национальными особенностями, а прежде всего - хозяйственной и административной целесообразностью. Вступая в деловые отношения, стороны при осуществлении своих прав и обязанностей, установленных законом, в ряде вопросов исходят из определённых общепринятых положений, следуют им как само собой разумеющимся. На практике, однако, такие случаи встречаются редко. Испытывая на себе воздействие права, обычаи в то же время оказывают влияние на право. Обычаи существовали задолго до появления правовой формы общественного бытия и с появлением последней не исчезли, а вошли в неё органической частью, но отнюдь не слились механически с положительным правом, не трансформировались в него, а продолжают жить своей самостоятельной жизнью, сосуществуя с ним, взаимодействуя и взаимовлияя друг на друга.

В современном праве Англии обычай играет весьма ограниченную роль и понимается достаточно узко – лишь как особое правило, которое существует с незапамятных времён. Это правило может иметь некоторое значение только применительно к определённой местности. Обычай следует отличать от обыкновения торгового оборота. Обыкновение рассматривается как фактическая и обычная для данной профессиональной деятельности практика, не требует применения строгих тестов, необходимых для определения его статуса. В отличие от обыкновения обычай представляет собой такую практику, которая имеет правовое значение и отвечает требованиям разумности. В отдельных случаях обыкновения возвышаются до обычая. Например, в практике английских судов к правовым обычаям приравнивают обыкновения торгового оборота, и это учитывается при решении споров, возникающих при определении условий и заключении контрактов. Обычаи содержатся и в отдельных институтах уголовного права в Англии (например, участие присяжных в определенных юридических делах).

Во втором параграфе «Традиции как средство регулирования общественных отношений в англосаксонском праве» раскрываются особенности традиции (от лат. traditio - передача) - стихийно сложившегося и коллективно санкционированного установления, некритически воспринимаемого и воспроизводимого в связи поколений; противоположность новаторству. Традиция предстает как нечто естественное и должное, как норма жизни, относительно которой недопустимы сомнение и «неудобные» вопросы. В ней находит наиболее яркое выражение бытие социального как интерсубъективной реальности. Это - «ничейная» земля, по которой приходится ходить каждому лично, но не в качестве самостоятельного субъекта, а как члену определенной общности - этнической, профессиональной, религиозной и т.п.

Прочность и живучесть традиций в том, что они освящены авторитетом времени и имеют массовый характер, представляя собой своего рода коллективно-кристаллизованные привычки. Традиция обеспечивает единство культуры отдельных человеческих сообществ, связь личности и социума, одного поколения с другим.

Вместе с изменением социальных условий жизни и культуры одни традиции отмирают, другие зарождаются; новаторство и динамизм особенно характерны для переломных эпох - становление нового общественного строя, революции и т.п. В целом для человечества вступление в эру индустриализма означало закат традиционного общества, хотя на Востоке в значительной части традиционные устои остаются всё ещё достаточно прочными.

Сильный традиционализм английской правовой жизни имеет глубокие корни в позднесредневековом политическом и правовом развитии. Типичным примером этого традиционализма (одним из многих) является тот факт, что и сегодня английский король (или королева) утверждают парламентские акты формулой королевского волеизъявления.

Наличие традиций в праве служит проявлением его непрерывности и преемственности, обусловленных непрерывностью и преемственностью принципов и правил социального управления. Традиции в праве закрепляют связь между разными этапами его развития и сохраняют определённые моменты или стороны права (касающиеся сущности, содержания, формы, структуры, функции и др.).

Автор исследует соотношение понятий "традиция" и "культура". Распространен подход к традиции как определенному механизму развития культуры: ее формирования, передачи (транслирования) и функционирования. Важнейшим аспектом является передача объектов культурной преемственности, что зафиксировано уже этимологически (лат. traditio - передача). Сам факт передачи в традициях определенной общественно важной информации не отрицает никто из исследователей, однако акцент в понимании этой передачи ста­вится по-разному: на процесс передачи и на передаваемое содержание.

В изучении традиций в настоящее время выделяется содержательный, структурный и функциональный аспекты.

В работе анализируется традиция сбалансированности,  традиция неразрывности слова и действия. Американский идеал – их слитность, в чём также проявляется некое стремление к равновесию, сбалансированности. Способность действовать плодотворно высоко ценилась протестантами ещё со времён Лютера. Они учили, что Бог посылает испытания, на которые надо ответить упорством, настойчивостью, неутомимым усилием.

Традиции и обычаи являются формализованными каналами передачи социального опыта, тем самым обеспечивают преемственность поколений. В этом заключена их сущность. Поскольку опыт этот может быть как социально полезным, так и социально вредным, отвечающим принципам господствующей в обществе морали и аморальным, законопослушным и противоправным, традиции и обычаи, обеспечивающие его преемственность, закономерно становятся объектом внимания криминологии.

В третьем параграфе «Иные составные части правовой культуры: разум, доктрина, договор» раскрывается заслуга общего права, которое в течение многих веков оставалось "совершенством разума", а "разум – это жизнь права, и общее право есть не что иное, как разум…". Однако разум не является каким-то неопределённым чувством справедливости конкретных индивидуумов; это разум в том виде, как он понимается судьями, заботящимися, прежде всего, о создании стройной системы права. Разум существует, как сказал Коук королю Якову I, чтобы запретить ему вмешательство в правосудие.

Конечно, английское право было создано и уточнено в ходе разрешения споров, переданных в королевские суды. Но когда эти суды рассматривали споры, не эмпиризм заставлял их принимать по каждому спору справедливые решения. Чтобы создать систему, ставшую затем правом, надо было каждый раз искать решение наиболее разумное, а определялись эти поиски желанием обеспечить единство судебных решений, что неизбежно заставляет обращаться к логике.

Разумность - последнее и самое важное требование, которому должен удовлетворять обычай, заключается в том, что он должен быть разумным. Сторона, отвергающая обычай, должна доказать, что он не разумен. Обычай, который противоречит основным принципам общего права, не может быть разумным. По этой причине Палата лордов отвергла обычай, дававший возможность хозяину поместья устраивать взрывы на земле своего арендатора, не платя за ущерб, причинённый постройкам. Равным образом обычай, который даёт возможность совершить преступление, не может считаться разумным.

Общее право первоначально основываясь на разуме, использовало функцию всеобщего старинного обычая королевства. До тех пор пока не сложились наиболее точные нормы, придавшие большую стабильность общественным отношениям, разум был неисчерпаемым источником, к которому прибегали суды для восполнения пробелов в системе английского права. Принцип здесь одинаков и для Англии, и для стран, где сложилась романская правовая система, но есть и отличия. В странах писаного права, где оно является, главным образом, продуктом законодательства, и нормы права носят общий характер, разум обычно ищут в рамках самого действующего права в процессе его применения и толкования. Наличие пробелов в праве признаётся с трудом. Разум играет более важную роль в толковании закона, чем в том, чтобы как-то усовершенствовать правопорядок. В английском праве, созданном судебной практикой, положение иное. Казуистический аспект права предполагает много пробелов, и разум признаётся вспомогательным источником права, признанным восполнить эти пробелы. Техника толкования права заменяется техникой исключений (distinctions), при помощи которой устанавливаются новые, более точные нормы, а не применяются уже существующие нормы. Романо–германские правовые системы – системы замкнутые, общее же право – открытая система, где постоянно создаются новые нормы, основанные на разуме. Но даже в странах, где право создано судебной практикой, имеется тенденция выдвинуть на первый план не разум как вспомогательный источник права, а юридические принципы, вытекающие из всего комплекса судебных решений. Разум используется в основном для того, чтобы признать эти принципы, которые и являются наиболее ярким выражением.

Теоретически разум играет вспомогательную роль, в действительности же он имеет первостепенное значение. В некоторых юридических кругах к принципу разумности относятся как к вопросу факта, который передаётся на рассмотрение присяжных, участвующих в деле.

Большое значение в семье общего права имеет правовая доктрина, которая во всех без исключения случаях используется в правотворческом и правореализующем процессе. Видные юристы и политические деятели вырабатывают доктринальное толкование и в целом формируют доктрину как источник государственного права. Под доктринальными источниками подразумеваются теоретические положения, обеспеченные высокой интеллектуальной, нравственной и политической репутацией их авторов.  Участники государственно-правовых отношений руководствуются доктриной как нормой.

Когда доктрина влияет на законодателя, то она выступает в качестве косвенного источника права. Когда же законодатель фиксирует в нормах права достижения науки, можно говорить о прямом воздействии доктрины на принятие закона.

Разум и доктрина – это средства восполнения пробелов в праве. Разум, т.е. интеллектуальный момент в праве, является основой общего права. Хотя теоретически разум играет вспомогательную роль, в действительности он имеет первостепенное значение в общем праве, созданном судебной практикой для признания юридических принципов.

В заключении подводятся итоги проведенного исследования, определяются задачи научного исследования в будущем.

 

 

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

  1. Бычкова Е. В. Обычаи и традиции в развитии правовой культуры англосаксонской правовой семьи // Политика. Власть. Право / Межвузовский сборник научных статей: Выпуск III(2). – СПб.: Изд-во Юридического института, 2000. – 0,3 п.л.
  2. Бычкова Е. В. Культура и культурный плюрализм // Политика. Власть. Право / Межвузовский сборник научных статей: Выпуск IV(1). – СПб.: Изд-во Юридического института, 2000. – 0,3 п.л.
  3. Бычкова Е. В. Юридический перевод: Учебно-методическое пособие для студентов юридического факультета. – Коломна, 2000. – 5,2 п.л. (в соавторстве).
  4. Бычкова Е. В. Правовая и общенациональная культура: связь и взаимодействие // Правовая культура в России на рубеже столетий / Материалы Всероссийской научно-теоретической конференции. - Волгоград, 2001. – 0,25 п.л.
  5. Бычкова Е. В. Формирование правовой культуры участников учебно-воспитательного процесса // В сб.: Творческий подход к реализации государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования / Материалы межвузовской научно-исследовательской конференции. VIII Рязанские педагогические чтения. - Рязань: РГПУ им. С. А. Есенина, 2001. – 0,1 п.л.
  6. Бычкова Е. В. Правовая культура должностных лиц в современном российском обществе // В сб.: Социально - экономические проблемы российских реформ / Материалы международной научной конференции. - Коломна, КИ МГОУ, 2001. – 0,3 п.л.
  7. Бычкова Е. В. Роль уровня правовой культуры в развитии государства завтрашнего дня // В сб.: Этические и правовые проблемы новейших медицинских технологий /Материалы международной научно-практической конференции. - Коломна, МАЭП, 2001. – 0,3 п.л.
  8. Бычкова Е. В. Правовая культура гражданина в системе высшего и профессионального образования // В сб.: Человек, здоровье, физическая культура и спорт в изменяющемся мире /Материалы XII международной научно-практической конферен­ции. – Коломна: КГПИ, 2002. – 0,1 п.л.
  9. Бычкова Е. В. Из истории становления правовой культуры США // В сб.: Социально - экономические и правовые проблемы российских реформ / Материалы международной научной конференции. Выпуск 2. - Москва-Коломна, 2002. – 0,3 п.л.
  10. Бычкова Е. В. Антишкольная субкультура в Англии как элемент делинквентного поведения подростков // В сб.: Наука и образование в начале XXI века: состояние, проблемы, поиски / Материалы III Российской научно-методической конференции. - Сочи: МГСУ,  2002. – 0,3 п.л.
  11. Бычкова Е. В. Реализация правовой культуры в повседневной жизни // В сб.: Экономико-правовые аспекты строительства молодой семьи: российские, зарубежные традиции и современный опыт /Материалы межвузовской научно-практической конференции. - Коломна, 2003. – 0,25 п.л.
  12. Бычкова Е. В. Гражданское образование в воспитании правовой культуры в странах англосаксонской правовой семьи // В сб. научных статей аспирантов и соискателей. Вып.2. - Коломна, 2003. – 0,3 п.л.
  13. Бычкова Е. В. Правовая культура как форма информативного регулирования общественных отношений // В сб.: Человек, здоровье, физическая культура и спорт в изменяющемся мире /Материалы XIII международной научно-практической конферен­ции. – Коломна, 2003. – 0,1 п.л.
  14. Бычкова Е. В. Антибуллинговые программы в Великобритании и США – важнейшее средство формирования правовой культуры цивилизованного общества // В сб.: Психология притеснения: обидчики и обиженные / Материалы Всероссийской научно-практической конференции. – Москва-Коломна: КГПИ, 2003. – 0,4 п.л.

Семитко А.П. Развитие правовой культуры как правовой процесс: Автореф. дис. …д-ра юрид. наук. – Екатеринбург, 1996. – С.3.

Encyclopedia Britannica a new Survey of Universal Knowledge Volume 1. – Chicago; Lnd.; Toronto, 1996. -  P.949.

Цвайгерт К., Кётц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права. – Т.1. - М.: Международные отношения, 1998. – С.296.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.