WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Форма сделок в гражданском праве России

Автореферат кандидатской диссертации по юриспруденции

 

На правах рукописи
Татаркина Ксения Павловна ФОРМА СДЕЛОК В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ РОССИИ
Специальность 12.00.03. – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право
Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
кандидата юридических наук
Томск 2009


Работа выполнена на кафедре гражданского права ГОУ ВПО «Томский государственный университет»


Научный руководитель:


доктор юридических наук, профессор,
заслуженный юрист России Хаскельберг Борис Лазаревич



Официальные оппоненты:


доктор юридических наук,
профессор
Комиссарова Елена Генриховна


кандидат юридических наук, заместитель председателя Седьмого арбитражного апелляционного суда Кресс Вячеслав Викторович


Ведущая организация:


ГОУ ВПО «Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского»


Защита состоится «9» декабря 2009 г. в 13.00 час. на заседании диссертационного совета ДМ 212.267.02 при ГОУ ВПО «Томский государственный университет» по адресу 634050, г. Томск, Московский тракт, 8, 4-й корпус ТГУ, ауд. 111.
С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке ГОУ ВПО «Томский государственный университет» по адресу: 634050, г. Томск, пр. Ленина, 34 а.
Автореферат разослан «3» ноября 2009 г.


С.А. Елисеев

Ученый секретарь
диссертационного совета
доктор юридических наук, профессор


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Гражданско-правовые сделки как важнейший инструмент индивидуального регулирования (саморегулирования) общественных отношений пронизывают весь гражданский оборот. Эффективная правовая регламентация данного института является одной из составляющих обеспечения устойчивости гражданского оборота и стабильного экономического развития общества в целом. Большое значение института сделок в системе гражданского права предопределяет актуальность изучения всех вопросов, с ним связанных.
Любая сделка представляет собой волевой акт участника гражданского оборота. Так как воля - явление внутреннего мира человека, о ее наличии и содержании другие лица могут делать вывод по совершаемым им действиям. Воля участника сделки может приобрести юридическое значение только в том случае, если она выражена вовне, объективирована. Без внешнего воплощения воля не может быть воспринята окружающими, получить правовую оценку, а значит, и вызвать связываемые с нею законом и желаемые сторонами правовые последствия. Поэтому сделка не существует вне формы. Как писал Ю. Барон: «Изъявление есть не только средство познания воли, но и необходимый составной элемент сделки, ибо неизъявленная воля для права не существует»1.
В отечественном гражданском праве не уделялось и не уделяется должного внимания исследованию формы волеизъявления. Это относится как к дореволюционной, советской, так и к современной цивилистике. Вопросы оформления волеизъявления рассматриваются лишь попутно при изучении иных, более общих вопросов теории сделки, к тому же исследование форм сделок нередко сводится к комментированию положений Гражданского кодекса РФ. Монографические исследования способов изъявления воли и проблем, связанных с ними, отсутствуют, а специальная литература ограничивается относительно редкими публикациями в периодических изданиях. Степень разработанности темы исследования в юридической литературе России недостаточная. В отечественной доктрине отсутствует системный подход к изучению проблем оформления волеизъявлений, накопленные научные знания носят фрагментарный характер.
В зарубежной цивилистической доктрине, например, в гражданском праве Германии, уделяется большое внимание вопросам формы сделок. Пандектисты и современные немецкие ученые детально исследовали и исследуют элементы отдельных форм сделок, правовое значение формы сделки, а также влияние легальных правил о способах изъявления воли на гражданский оборот. Такой интерес к форме сделки вполне понятен. Она имеет большое значение при разрешении многих практических вопросов, таких как доказывание факта заключения сделки в случае возникновения спора, ее условий и определяемых
Барон Ю. Система римского гражданского права. М., 1898. Кн. 1 : Общая часть. С. 137.
3


ими прав и обязанностей, установление участников сделки и т.д. Нередко несоблюдение формы сделки приводит к ее ничтожности. Невнимательное отношение к правилам оформления волеизъявления может иметь для участников сделки серьезные негативные последствия как в процессуально-правовой, так и материально-правовой сферах.
В современной российской юридической литературе практически не обсуждается вопрос об эффективности правовых норм, регулирующих способы изъявления воли в сделках, между тем как проблема легального определения формы сделки заслуживает особого внимания: установленные законом предписания формы сделки оказывают как положительное, так и отрицательное влияние на динамику гражданского оборота и опосредующие его гражданские правоотношения. Рассуждая о формах сделок, Г.Ф. Шершеневич писал: «Жизнь сильно страдает от формализма нашего права»2. Необоснованно строгие требования закона о форме сделок связаны с излишними затратами времени и денежных средств, не одобряются участникам гражданского оборота. Однако требования определенной формы сделки не только стесняют свободу участников, но и направлены на защиту их интересов.
Актуальность темы исследования усиливается в связи с все более широким использованием в гражданском обороте в последние десятилетия современных технических средств (совершение сделок при помощи компьютера, факса, в сети Интернет, посредством SMS-сообщений и т.д.). Применение альтернативных способов изъявления воли на практике вызывает множество вопросов как технического, так и правового характера, в решении которых отечественное законодательство во многом отстает от зарубежных правопорядков. Необходимость их научного анализа связана не только с сиюминутными потребностями гражданского оборота. Недостаточная проработанность вопросов применения техники при совершении сделок может стать сдерживающим фактором развития новых общественных отношений, зарождающихся в коммерческом обороте.
Цели и задачи диссертационного исследования. Целью диссертационного исследования является определение обоснованности норм действующего законодательства РФ о формах сделок, разработка предложений по совершенствованию ГК РФ и практики его применения. Для достижения этих целей поставлены следующие задачи:

  1. провести подробный анализ положений ГК РФ и иных нормативных правовых актов, регламентирующих способы выражения воли при совершении сделок;
  2. изучить развитие теории о формах сделок в отечественном и зарубежном гражданском праве;
  3. дать определение понятия «форма сделки»;

Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Тула, 2001. С. 162.
4


  1. исследовать принципы правового регулирования способов изъявления воли, установить их содержание и соотношение с иными основополагающими началами гражданского права;
  2. оценить целесообразность положений закона, определяющих круг сделок, совершение которых необходимо в предписанной форме;
  3. исследовать правовые последствия несоблюдения формы сделок, их правовую природу и виды. Объектом диссертационного исследования является действующая в

российском праве система форм сделок, способы и методы регулирования оформления волеизъявления, используемые в отечественном законодательстве и зарубежных правопорядках, а также основные направления развития законотворческой деятельности и правоприменительной практики о форме сделок.
Предмет диссертационного исследования составляют дореволюционное, советское и действующее отечественное законодательство, регламентирующее способы изъявления воли при совершении сделок, законодательство, доктрина, судебная практика ряда зарубежных государств по вопросам применения отдельных форм сделок, а также последствий их несоблюдения.
Методология         исследования.         Методологической         основой
диссертационного исследования являются общенаучные методы познания (анализ, синтез, дедукция и др.) и специальные методы научного исследования (исторический, формально-юридический, сравнительно-правовой).
Научно-теоретическую основу исследования составляют труды ученых-цивилистов разных периодов. Изучены труды дореволюционных, советских и постсоветских ученых, таких как: Д. Азаревич, К. Анненков, Е.В. Васьковский, Ю.С. Гамбаров, А.М. Гуляев, А. Гусаков, В.В. Ефимов, Л.Н. Загурский, М. Капустин, Д.И. Мейер, К.А. Митюков, С. Муромцев, С.В. Пахман, К.П. Победоносцев, И.А. Покровский, В. Пфафф, В.И. Синайский, Г.Ф. Шершеневич, И.Ф.Г. Эверс. В работе использованы сочинения советских цивилистов, таких как, М.М. Агарков, С.С. Алексеев, К.А. Граве, О.С. Иоффе, О.А. Красавчиков, Я.А. Куник, А.Л. Лунц, И.Б. Новицкий, В.А. Ойгензихт, В.Б. Покровский, В.А. Рясенцев, И.В. Рабинович, Г.А. Свердлык, В.А. Тархов, Р.О. Халфина. Большое внимание при подготовке диссертации уделено работам современных авторов: М.И. Брагинского, В.В. Витрянского, О.В. Гутникова, Д.В. Дождева, Ю.Л. Ершова, К.И. Забоева, А.Н. Климовой, Г.Л. Осокиной, В.Б. Паничкина, В.В. Пиляевой, О.А. Потаповой, В.В. Ровного, О.Н. Садикова, Е.А. Суханова, П.В. Скибы, Ю.К. Толстого, Д.О. Тузова, Б.Л. Хаскельберга, Л.Л. Чантурия, Л.А. Чеговадзе, А.М. Эрделевского и других.
В работе широко представлена зарубежная литература, как современная, так и классическая, в частности работы следующих авторов: J. Baron, H. Barta, E. Bekker, K.-H. Bernard, R. Bork, W. Brinz, H. Brox, H. Dernburg, F. Furrer, H. Hausmaninger, B. Heinz, C.-A. Heusch, P.E. Huschke, H. Kцhler, C. Kьhne,
5


K. Larenz, D. Medicus, H.-J. Musielak, L.-I. Plewe., G.F. Puchta, F. Regelsberger, A. von Tuhr, C.G. Wдchter, B. Windscheid, M. Wolf, E. Zitelmann и иных.
При подготовке исследования изучены и использованы источники древнего права, дореволюционное и действующее российское, а также зарубежное законодательство, международно-правовые акты, закрепляющие основные принципы и нормы оформления воли при совершении сделок, практика судов общей юрисдикции и арбитражных судов, в том числе неопубликованная.
Научная новизна. В диссертации впервые в истории развития отечественного гражданского права форма сделки рассматривается в качестве самостоятельного предмета научного исследования, подробно изучаются вопросы оформления гражданско-правовых сделок, проводится анализ эффективности правовых норм, регулирующих способы выражения воли, результаты которого отражены в положениях, выносимых на защиту.
Положения, выносимые на защиту.

  1. Свобода формы сделки является самостоятельным принципом института сделки, сфера действия и содержание которого отличаются от принципа свободы договора. Содержание принципа свободной формы определяют четыре составляющие: свобода самостоятельно избирать форму сделки, если законом не установлено иное; право изменять форму, предписанную законом более сложной; возможность устанавливать недействительность в качестве последствия несоблюдения простой письменной формы сделки, согласованной сторонами; допустимость совершения волеизъявления способом, не предусмотренным законом.
  2. Закрепление в законе права совершения сделки устно не является ограничением принципа свободной формы. Устная форма сделки – проявление данного принципа, его воплощение: действующий ГК не устанавливает специальных требований к этой форме. Устное волеизъявление обеспечивает участнику сделки наибольшую возможность по своему усмотрению реализовать все составляющие принципа свободной формы. Легальное установление письменной формы ограничивает свободу формы сделки. Требование письменной формы, согласованное сторонами, представляет собой самоограничение свободы формы.
  3. В отечественной литературе не исследованы функции формы сделки. Между тем значение формы сделки может быть определено именно посредством выявления и изучения функций, реализацию которых она [форма] обеспечивает (четкость формулирования содержания сделки, доказательственная, консультативная, информативная, контрольная функция и другие).
  4. Предусмотренные Гражданским кодексом РФ формы сделок не образуют замкнутого перечня. Наряду с названными в ГК РФ формами возможны и иные способы волеизъявления. Критерием признания способа изъявления воли формой сделки является не поименованность в законе, а обеспечение им (изъявлением) восприятия выраженной воли участниками

6


гражданского оборота. К непоименованным формам сделок следует отнести, например, выражение воли SMS-сообщениями, в сети Интернет без применения электронной цифровой подписи.

  1. Выражение воли при помощи языка жестов, используемого в общении слабослышащих людей и/ или людей с ограниченными возможностями речи, отвечает всем признакам устного волеизъявления.
  2. Применение современных технических средств волеизъявления, когда информация передается определенными символами (при помощи цифрового кода) либо посредством электрических или оптических импульсов, следует отнести к словесным формам сделок.
  3. Современные способы изъявления воли с использованием технических средств, при которых собственноручная подпись заменяется аналогом, отличным от электронной цифровой подписи, например, факсимиле или воспроизведением подписи с помощью иных средств копирования, не равны по правовому значению простой письменной форме. В Гражданском кодексе РФ следует урегулировать форму сделки, собственноручная или электронная цифровая подпись для которой не являлась бы обязательной.
  4. Круг сделок, которые должны совершаться в конкретной форме, российский законодатель определяет, используя два метода: метод общего предписания и казуистичный метод. Первый состоит в закреплении общих критериев сделки, при наличии которых она подлежит совершению в указанной форме (сумма сделки, состав участников – п. 1 ст. 161 ГК РФ) и используется для предписания простой письменной формы. Казуистичный метод определения формы сделки означает, что форма устанавливается для определенных видов сделок (например, договоров поручительства – ст. 362 ГК РФ). Он используется для легального предписания как простой письменной, так и нотариальной формы сделок.
  5. Положения п. 1 ст. 161 ГК РФ, устанавливающего общую обязанность совершения сделок в простой письменной форме, требуют обновления: не бесспорно правило об обязательной письменной форме сделок между юридическими лицами (абз. 2 п. 1 ст. 161 ГК РФ), воспринятое ГК РФ из советского законодательства. В перспективе видится возможным отказаться от общего правила об обязательной простой письменной форме всех сделок между юридическими лицами, сохранив простую письменную форму сделок, совершаемых юридическими лицами, если таковая предусмотрена законом для отдельных видов договоров либо согласована сторонами.

Установленное Кодексом определение минимальной суммы сделок между гражданами, подлежащих заключению в простой письменной форме, исчисляемое кратно минимальному размеру оплаты труда (абз. 3 п. 1 ст. 161) как не соответствующее современному экономическому положению страны и уровню доходов граждан, de lege ferenda следовало бы отменить и установить определенный размер денежной суммы сделок, подлежащих совершению в простой письменной форме.
7


  1. Предлагается дополнить существующий порядок нотариального удостоверения сделок обязательным составлением нотариусом протокола, закрепляющего существенные обстоятельства совершения этого нотариального действия (например, дату, время, место, присутствующих при удостоверении лиц, содержание волеизъявления), а также предоставить нотариусу право вносить в протокол иные важные, на его взгляд, сведения. Протокол может иметь значение для толкования волеизъявления участников, а также подтверждения или оспаривания факта совершения сделки.
  2. Действующее законодательство не содержит указаний о праве участников заключаемого в нотариальной форме договора на раздельное удостоверение акцепта и оферты, но и не запрещает сукцессивное удостоверение. Так как в соответствии с принципами свободы договора и свободной формы сделки стороны вправе использовать все легально не запрещенные способы при совершении сделок, следует признать возможным раздельное нотариальное удостоверение волеизъявления каждой стороны заключаемого договора и без специального закрепления в законе этого правила, как предлагают авторы проекта Концепции совершенствования общих положений Гражданского кодекса РФ.
  3. Исследование правовых последствий несоблюдения формы сделки позволило сделать вывод о том, что ГК РФ помимо недопущения свидетельских показаний и ничтожности сделки устанавливает и иные последствия. Перечень последствий несоблюдения формы сделки исчерпывающе определяется законом. Стороны не могут своим соглашением установить иные, не предусмотренные в ГК РФ последствия несоблюдения формы сделки.

Практическая и теоретическая значимость исследования: положения, выводы, рекомендации, содержащиеся в диссертации, могут быть использованы для совершенствования гражданского законодательства о форме сделок и последствиях их нарушения, в правоприменительной практике, при дальнейшей научной разработке проблем оформления волеизъявления при совершении сделок, а также в учебном процессе при чтении лекций и проведении практических занятий по курсу гражданского права, предпринимательского права, а также гражданского судопроизводства Российской Федерации.
Апробация результатов. Диссертация подготовлена на кафедре гражданского права Юридического института Томского государственного университета, на которой проведены ее рецензирование и обсуждение. Результаты исследования неоднократно докладывались на конференциях, в том числе на традиционных межрегиональных конференциях «Российское правоведение: Трибуна молодого ученого» (Томск, 2004, 2008 г.), ежегодных всероссийских научно-практических конференциях «Правовые проблемы укрепления российской государственности» (Томск, 2004, 2005, 2007, 2008 г.), международной научной конференции «Вопросы сравнительного правоведения: трибуна молодого ученого» (Томск, 2003 г.), международной
8


научно-практической конференции «Сравнительное правоведение: наука, методология, учебная дисциплина» (Красноярск, 2008 г.), международной научной конференции «Проблемы договорного права и обеспечения исполнения договоров в государствах Кавказа и Центральной Азии» (Бремен, 2008 г.).
Результаты исследования изложены в четырнадцати опубликованных статьях, три из которых – в журналах, рекомендуемых Высшей аттестационной комиссией. По теме исследования опубликовано учебное пособие «Формы сделок по древнему римскому частному праву».
Автором успешно защищена на юридическом факультете университета г. Пассау (Германия) магистерская диссертация по теме «Форма сделки по немецкому и российскому праву». 8 февраля 2007 г. присвоено звание Magister Legium (LL.M.).
Положения диссертационного исследования использовались автором при проведении практических занятий в Юридическом институте Томского государственного университета.
Структура работы обусловлена целью и поставленными задачами исследования. Диссертация состоит из введения, четырех глав, включающих двадцать параграфов, заключения и библиографического списка.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, определяются его цель, задачи, предмет и методология, раскрывается научная новизна работы и формулируются положения, выносимые на защиту, отмечается практическая и теоретическая значимость результатов, сообщается об их апробации.
Первая глава «Развитие законодательства о форме сделок (краткий очерк)» посвящена исследованию нормативного регулирования форм сделок в разные правовые эпохи: римском частном, древнерусском и пандектном праве.
В § 1 «Форма сделок в римском праве» анализируются основные принципы оформления волеизъявлений, а также отдельные формы сделок, известные римскому частному праву (либральная форма, stipulatio, in jure cessio, contractus litteralis).
В § 2 «Формы сделок в древнерусском праве» рассматриваются положения наиболее древних источников отечественного права, дошедших до нашего времени: Русской правды (Краткой, Пространной и Сокращенной редакций), а также Псковской судной грамоты. Отмечается, что формализм древнего русского права отличается от формального подхода римского частного права, прежде всего, меньшим разнообразием форм сделок. Традиционные для римского частного права элементы форм сделок, например, произнесение торжественных формул, были мало развиты в праве Древней Руси. Сделан вывод о том, что основы действующей системы форм сделок,
9


включающей устное и письменное (простое и квалифицированное) волеизъявление, берут свое начало в древнерусском праве.
В § 3 «Формы сделок в пандектном праве» анализируются доктринальные положения пандектного права о форме сделок. Отмечается влияние пандектного права на развитие теории о форме сделок, выразившееся в том, что немецкие ученые впервые в истории права подвергли комплексному анализу способы выражения воли при совершении сделок. Выводы немецких ученых частично были восприняты отечественным правом.
Вторая глава «Понятие и значение формы сделок» объединяет пять параграфов (§ 4 – 8) и посвящена рассмотрению наиболее важных теоретических вопросов оформления волеизъявления при совершении сделок.
§ 4 «Понятие формы сделки». Легальное определение формы сделки в российском законодательстве, как впрочем и в зарубежном, отсутствует. В доктрине отечественного гражданского права формой сделки принято считать способ изъявления воли участника сделки. Однако волеизъявление лица приведет к наступлению желаемых правовых последствий при условии, что воля выражена в форме, которая обеспечивает ее восприятие адресатом.
Некоторые формы сделок непосредственно закреплены в ГК РФ, устанавливающем, что сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной), а также посредством конклюдентного и молчаливого волеизъявления (ст. 158 ГК РФ). Однако предусмотренные Гражданским кодексом РФ формы сделок не образуют замкнутого перечня. В этом убеждает, прежде всего, история развития отечественного законодательства. До принятия ГК РСФСР 1964 г. конклюдентный и молчаливый способы волеизъявления законом не регламентировались. Но в науке гражданского права и судебной практике они признавались способами оформления сделок как в дореволюционный, так и советский периоды.
В зарубежных правопорядках (Французский гражданский кодекс, ГК Квебека, ГГУ) перечень форм сделок также не является исчерпывающим. Например, не упоминается устный способ оформления сделок, вместе с тем, в науке и правоприменительной практике признается возможность совершения сделок устно.
В соответствии с действующим в гражданском праве России принципом автономии воли (п. 2 ст. 1 ГК РФ), субъекты гражданского оборота вправе самостоятельно и в своих интересах определять свое поведение, которое при этом не должно противоречить законодательству. Законом не запрещается совершение сделок легально нерегламентированными способами.
В гражданском обороте сегодня активно используются современные способы волеизъявления (например, совершение сделок в сети Интернет, посредством SMS-сообщений). Они существенным образом отличаются от иных, предусмотренных законом форм сделок, однако порождают правовые последствия.
Форма сделки представляет собой способ выражения вовне внутренней воли стороны (сторон) сделки, который может вызвать желаемые сторонами
10


правовые последствия при условии доступности его для восприятия участниками сделки. При этом легального признания способа волеизъявления формой сделки не требуется.
В § 5 «Классификация способов изъявления воли» осмысливаются предложения отечественных цивилистов (О.С. Иоффе, О.А. Красавчикова, Н.В. Рабинович) о разделении способов изъявления воли на виды, обосновывается целесообразность распределения всех форм сделок на две группы: словесные и несловесные. В первом случае воля находит свое выражение в словах в устной или письменной форме, во втором – иными способами (действиями либо в молчании). Значение разделения волеизъявлений на словесные и несловесные состоит в том, что воспринимающий волю субъект по-разному устанавливает ее содержание: при словесном выражении воли – непосредственно, для этого необходимо лишь уяснить смысл слов; при несловесном – косвенно, толкуя действия субъекта, анализируя обстановку, в которой они совершены, устанавливая, имеются ли на этот счет специальные указания закона.
В заключение параграфа рассматривается, к какому из видов волеизъявлений, словесных или несловесных, следует отнести выражение воли при помощи современных технических средств. С одной стороны, документ, изготовленный и/ или переданный при помощи средств современной коммуникации, представляет собой цифровой код, совокупность электрических или оптических импульсов, с другой – он становится доступным для восприятия человека только после преобразования его в текстовую форму. Думается, что способ, лежащий в основе создания, хранения и передачи документов, не имеет значения для классификации волеизъявлений. Важно, что воля, зафиксированная с использованием современных технических средств, воспринимается адресатом посредством слов, а значит, выражение воли при помощи современных технических средств является словесным способом волеизъявления.
§ 6 «Принципы автономии воли, свободы договора как источники принципа свободной формы сделки» посвящен определению места принципа свободной формы сделки в системе иных принципов гражданского права.
Современные гражданские правопорядки, в том числе и отечественный, исходят из принципа свободной формы сделки, смысл которого состоит в том, что стороны при заключении сделки вправе самостоятельно избирать способ своего волеизъявления, если иное не установлено законом. Принцип свободной формы сделки находится в тесной взаимосвязи с иными принципами гражданского права, такими как автономия воли (п. 2 ст. 1 ГК РФ), свобода договора (п. 1 ст. 1, ст. 421 ГК РФ).
Автономия воли и свобода договора составляют основу принципа свободной формы сделки, находят в нем свое продолжение и реализацию. Однако свобода формы сделки не является составным элементом принципа свободы договора, как полагает, например, О.А. Кузнецова и как принято
11


считать в англо-американском и австрийском праве. Свобода формы сделки отвечает всем признакам самостоятельного принципа института сделки. Свобода формы сделки выражает объективную закономерность этого института. В настоящее время немыслимо возвращение к формализму волеизъявлений римского частного права. Введение обязательного формального волеизъявления противоречило бы основополагающим началам гражданского права. Правило о свободном оформлении волеизъявления в сделке имеет общее значение в силу закрепленности его в законе (п. 1 ст. 159, абз. 1 п. 1 ст. 434 ГК РФ) и характеризуется стабильным характером действия. Оно признавалось уже дореволюционной, а также советской наукой гражданского права, и судебной практикой. Принцип свободной формы сделки имеет большое практическое значение: благодаря его действию как новые, не предусмотренные законом способы выражения воли, так и классические, считаются формой совершения сделок и приводят к наступлению правовых последствий.
Принцип свободной формы сделки отличается от принципа свободы договора сферой действия и содержанием, является самостоятельным принципом института сделки.
§ 7 «Нормативное закрепление и содержание принципа свободной формы сделки, его ограничения». В некоторых правопорядках принцип свободной формы сделки фиксируется лишь косвенно (например, § 125 ГГУ), в других – находит непосредственное закрепление (§ 883 Гражданского уложения Австрии, § 1385 Гражданского кодекса Квебека, п. 1 ст. 11 Закона об обязательственном праве Швейцарии). О действии принципа свободной формы сделки в гражданском праве России свидетельствуют п. 1 ст. 159, абз. 1 п. 1 ст. 434 ГК РФ.
Содержание принципа свободной формы раскрывают четыре составляющие. Во-первых, право лица, совершающего сделку, по собственному усмотрению определить, каким способом должна быть выражена его внутренняя воля, т.е. самостоятельно избрать форму сделки. Исключения составляют лишь случаи, когда форма сделки императивно установлена законом. Во-вторых, если закон определяет совершение сделки в конкретной форме (устной или простой письменной), стороны вправе согласовать более сложную форму сделки. Такое «усложнение» формы не нарушает закон и не влечет негативных последствий. Третьим проявлением свободы формы сделки служит право сторон самостоятельно установить недействительность сделки в качестве особого последствия несоблюдения согласованной ими простой письменной формы (п. 2 ст. 162 ГК РФ). Четвертым элементом принципа является допустимость для оформления сделок способов, не указанных в ГК РФ.
Свобода участников гражданских правоотношений в определении формы сделки не является абсолютной. Закон порой императивно определяет, каким именно способом следует выразить волю при заключении сделки. Однако легальное предписание не всякой формы ограничивает свободу сторон. В
12


отличие от древнеримского права, признававшего необходимым при совершении stipulatio использование определенных устных формул, ГК РФ не содержит специальных требований в отношении устного волеизъявления. При устном изъявлении воли стороны могут использовать любые словесные выражения, они также вправе заменить словесное выражение воли конклюдентным поведением (п. 2 ст. 158 ГК РФ) либо договориться о письменном оформлении сделки. Указание закона на возможность устного совершения сделки не ограничивает свободу сторон в выборе способа выражения воли, а напротив, является ее проявлением.
Наряду с легальным ограничением свободы формы сделки, стороны вправе согласовать необходимость совершения сделки в определенной форме. В этом случае речь идет о самоограничении свободы формы.
В § 8 «Значение формы сделки» внимание сосредоточено на рассмотрении вопроса о целевом назначении предписаний совершать сделку в определенной форме. Поскольку устное волеизъявление, как отмечалось, воплощает свободу формы сделки, в параграфе рассматривается значение только письменной формы сделки. Предлагается определять значение письменной формы сделки исходя из функций, которые эта форма сделки выполняет. Одной из них является ясность факта совершения сделки. Совершение договора в письменной форме позволяет сторонам точно разграничивать процесс переговоров о сделке и непосредственно факт ее заключения.
Следующая функция письменной формы – подтверждение серьезности намерений сторон. Составление письменного документа обеспечивает возможность обдумать совершаемые сторонами действия, осознать, что последние приведут к возникновению определенных правовых последствий. Целевое назначение требования письменной формы – удержание участников оборота от совершения опрометчивого волеизъявления и необдуманного заключения сделок.
Письменное оформление сделки обеспечивает четкость формулирования содержания сделки.
Одной из главных функций, которую выполняет письменная форма сделки, является доказательственная. При составлении письменного документа воля сторон находит объективное выражение и получает закрепление на длительный период времени. Содержание волеизъявления может быть установлено не только в момент, но и по прошествии времени после его совершения.
Нотариальная форма сделки выполняет также консультативную функцию. В обязанности нотариуса входит разъяснение сторонам значения и последствий совершаемого ими волеизъявления, что гарантирует участникам, не имеющим специальных познаний в области права, получение необходимой информации о сделке и направлено на предотвращение злоупотреблений со стороны юридически более грамотного участника сделки.
13


В письменной форме сделки реализуется также информативная функция. Третьи лица могут быть заинтересованы в получении полной и достоверной информации о сделке. Например, новый собственник вещи, сданной в аренду прежним хозяином, и занявший в соответствии с п. 1 ст. 617 ГК РФ место арендодателя в договоре.
Требование письменного оформления сделки обеспечивает возможность осуществления контроля за законностью содержания сделок уполномоченными органами в ходе осуществления специальных проверок (например, Федеральной налоговой или антимонопольной службой). Эту функцию письменной формы можно назвать контрольной.
Каждая форма сделки выполняет не одну какую-либо из названных функций, а в зависимости от вида сделки и ее оформления направлена на реализацию одновременно нескольких функций. Значение одной и той же функции формы сделки применительно к разным видам договоров может быть неодинаковым.
Третья глава «Виды форм сделок» посвящена рассмотрению отдельных способов изъявления воли. В ней устанавливаются особенности каждой формы сделки, определяются ее необходимые элементы, анализируются положения закона о круге сделок, подлежащих совершению в соответствующей форме, дается оценка актуальности данных правил, обосновываются предложения по их модернизации.
В § 9 предметом исследования является устная форма сделки. При совершении сделки в устной форме воля выражается сторонами непосредственно друг другу словами и не нуждается в закреплении каким-либо иным способом. Удостоверяющие документы, выдаваемые в некоторых случаях (кассовый чек, легитимационные знаки, такие как жетоны, номерки и т.д.), равно как и фиксирующая волеизъявление аудио-, видео-, цифровая запись, не изменяют сути устной формы, а только подтверждают факт совершения сделки, служат защите законных интересов субъектов оборота.
Заключение сделки в устной форме предполагает, что ее участники могут слышать и говорить. Однако не все люди обладают этими способностями. Так, слабослышащие люди и люди с ограниченными возможностями речи общаются с применением жестового языка, дактильной (пальцевой) азбуки. Несмотря на то, что волеизъявление, совершенное с применением данных планов общения, кажется существенно отличающимся от устного: субъект как будто изъявляет волю не при помощи слов, а посредством движений, неверно было бы считать этот способ конклюдентным выражением воли. При конклюдентном волеизъявлении воля лица выражается действиями: субъект совершает какой-нибудь поступок, по которому другие участники оборота делают вывод о наличии у него воли определенного содержания. При использовании жйстового языка субъект так же, как и в устной речи, выражает свою волю словами, только в устной речи слова произносятся, а при использовании языка жестов – показываются. Как и устное волеизъявление, выражение воли при помощи жестов допустимо только в присутствии
14


субъекта, для восприятия которого предназначено, и, как правило, не фиксируется какими-либо способами. Все это убеждает, что выражение воли при помощи специального языка жестов следует признать устным волеизъявлением.
ГК РФ определяет применение устной формы сделки по остаточному принципу, означающему, что все сделки, для которых законом или соглашением сторон не установлено требование письменной формы, могут совершаться устно (п. 1 ст. 159 ГК РФ). Наряду с общим правилом закон также специально выделяет две категории сделок, которые могут оформляться устно: сделки, исполняемые в момент их совершения за некоторыми указанными в законе исключениями (п. 2 ст. 159 ГК РФ), а также сделки, совершаемые во исполнение письменно заключенного договора при наличии соглашения сторон об этом (п. 3 ст. 159 ГК РФ). Специальные правила об устном оформлении сделок направлены на обеспечение динамичности гражданского оборота и способствуют быстрому совершению сделок, в чем обычно заинтересованы их участники.
§ 10 «Простая письменная форма сделки» посвящен изучению наиболее распространенного способа оформления воли при совершении сделок. В соответствии со ст. 160 ГК РФ простая письменная форма имеет два необходимых элемента: участники сделки должны выразить волю на письме и скрепить волеизъявление своими подписями. Если порядок составления письменного документа законом обычно не регулируется (текст может быть написан от руки или набран на компьютере, исключения определяются законом), то специальная оговорка п. 2 ст. 160 ГК РФ о возможности применения аналогов собственноручной подписи свидетельствует, что по общему правилу подпись волеизъявителя при оформлении сделки в простой письменной форме должна выполняться собственноручно.
Подпись в оформлении сделки имеет двоякое значение. Она выполняет функцию замыкания документа (свидетельствует об оконченности волеизъявления), а также позволяет при необходимости идентифицировать лицо, ее исполнившее. В работе оспаривается мнение, согласно которому подписью в юридическом смысле признается собственноручно написанное полное имя лица – фамилия, имя и отчество (А.М. Эрделевский). Закон не содержит легального определения подписи и не устанавливает требований к ее структуре, поэтому подписью может являться любой выполненный собственноручно графический символ, призванный скрепить волеизъявление.
Простая письменная форма договоров может быть исполнена двумя способами: путем составления одного документа, воплощающего волеизъявление всех его участников, и обменом письменными волеизъявлениями сторон (п. 2 ст. 434 ГК РФ). Преимущество первого из них состоит в том, что, знакомясь с одним документом, легче уяснить содержание договора, а также оценить его положительные и отрицательные стороны. В работе критически оценивается позиция законодателя, установившего необходимость составления одного документа лишь для некоторых сделок с
15


недвижимым имуществом, поддерживается мнение авторов Концепции развития гражданского законодательства о недвижимом имуществе, предлагающих легально закрепить правило об оформлении всех сделок с недвижимым имуществом одним документом.
В параграфе сделан вывод о несоответствии современным требованиям гражданского оборота правил ст. 161 ГК РФ, определяющих общий круг сделок, подлежащих совершению в простой письменной форме. В обновлении нуждается положение о простой письменной форме всех сделок между гражданами, превышающих по сумме 10 минимальных размеров оплаты труда (далее – МРОТ). Правило абз. 2 п. 1 ст. 161 ГК РФ в действующей редакции скорее ущемляет интересы физических лиц, чем защищает их.
Не усматривается оснований в дальнейшем использовать МРОТ для определения стоимостной границы сделок, совершаемых в простой письменной форме. Цель введения МРОТ – сглаживание возможных резких колебаний курса рубля – не была реализована. С момента введения МРОТ его размер применительно к гражданским правоотношениям ни разу не индексировался. В работе предлагается de lege ferenda установить, что сделки физических лиц между собой на сумму, превышающую 10 000 – 15 000 рублей, должны совершаться в простой письменной форме.
В работе отмечается, что правило ГК РФ о совершении всех сделок между юридическими лицами в простой письменной форме представляется не бесспорным. Юридические лица профессиональные участники гражданского оборота, как правило, заинтересованы в быстром оформлении заключаемых ими сделок. Необходимость их письменного оформления существенно усложняет гражданские правоотношения для этой категории субъектов. Между тем письменно оформленный договор юридических лиц не является обычно единственным доказательством его совершения. Заключение сделки может подтверждать переписка в ходе переговоров сторон, соглашения о намерениях, отражение в бухгалтерской документации движения имущества, расчеты в безналичной форме. Контрольная функция государства, которой исторически обосновывалось установление правила об обязательной письменной форме сделок между юридическими лицами (впервые предусмотрено ст. 44 ГК РСФСР 1964 г.), в настоящее время утратила былое значение. В перспективе видится возможным отказаться от общего правила об обязательной простой письменной форме всех сделок между юридическими лицами, сохранив простую письменную форму сделок, совершаемых юридическими лицами, если таковая предусмотрена законом для отдельных видов договоров либо согласована сторонами.
В § 11 анализируются положения закона о нотариальной форме сделок. В отличие от дореволюционного российского и зарубежного законодательства (например, ст. 1531 Свода законов гражданских Российской империи, § 129 ГГУ, ст. 2703 ГК Италии), ГК РФ предусматривает только одну форму сделки с участием представителя публичной власти. Нотариальное удостоверение сделки является самым сложным способом оформления волеизъявления.
16


Обязанности нотариуса при удостоверении сделки определены законом (ст. 43, 54 Основ законодательства о нотариате) и направлены на установление личности обратившегося, определение его подлинной воли, разъяснение значения и правовых последствий сделанного им волеизъявления.
Нотариальное удостоверение сделки в России совершается путем проставления нормативно установленной удостоверительной надписи на документе, закрепляющем волеизъявление сторон (п. 1 ст. 163 ГК РФ). Фактически нотариус лишен возможности отразить важные, на его взгляд, особенности удостоверения сделки, как, например, сомнения в дееспособности одного из участников. Но не вправе и отказаться от совершения нотариального действия, так как перечень оснований для отказа исчерпывающе определен в законе (ст. 48 Основ законодательства о нотариате) и не содержит такого условия. В работе предлагается дополнить процедуру нотариального удостоверения сделок составлением протокола, в котором бы закреплялись детали оформления конкретной сделки аналогично тому, как это предусмотрено в законодательстве Германии (§ 8, 9 Beurkundungsgesetz). Протокол можно было бы также использовать при толковании удостоверенного нотариально волеизъявления в случае, если его содержание неясно сформулировано в договоре.
По законодательству РФ документ, составленный в простой письменной и нотариальной форме, свидетельские показания и иные средства доказывания имеют одинаковое юридическое значение (ст. 67 ГПК РФ, ст. 71 АПК РФ). Однако достоверность нотариально удостоверенного волеизъявления подтверждается авторитетом представителя публичной власти, который несет ответственность за ненадлежащее исполнение своих обязанностей. При нотариальном удостоверении искажение волеизъявления (например, даты и места его совершения, субъекта, выразившего волю или содержания волеизъявления) при условии должного исполнения нотариусом своих обязанностей исключается. Представляется обоснованным de lege ferenda закрепить в законе презумпцию достоверности нотариально удостоверенных документов.
В отечественной литературе дискуссионным является вопрос о том, допускает ли действующее законодательство РФ раздельное нотариальное удостоверение оферты и акцепта при заключении договора. В соответствии со ст. 163 ГК РФ нотариальная форма считается соблюденной, если документ, соответствующий требованиям простой письменной формы, удостоверен нотариусом. Простая письменная форма договора считается соблюденной в том случае, когда стороны обменялись документами, содержащими их волеизъявления (п. 2 ст. 434 ГК РФ). ГК РФ, как и иные нормативные акты, не запрещает сукцессивное удостоверение оферты и акцепта. Представляется, что стороны вправе использовать данный способ при нотариальном оформлении договора.
Как известно, для отечественного правопорядка традиционной формой сделок с недвижимым имуществом на протяжении долгого времени являлось
17


нотариальное удостоверение. Современный законодатель отказался от нотариальной формы данной категории сделок, предусмотрев в одних случаях государственную регистрацию таких сделок, а в других – регистрацию прав, из них возникших (перехода прав), что вызвало неоднозначную реакцию в литературе. Внимание к этому дискуссионному вопросу было привлечено вновь в связи с предложением авторов Проекта Концепции совершенствования общих положений ГК РФ ввести обязательное нотариальное удостоверение сделок с недвижимостью. Несмотря на то, что участие нотариуса при оформлении сделок имеет свои преимущества, легальное установление обязательного нотариального удостоверения всех сделок с недвижимым имуществом является не совсем оправданным, прежде всего потому, что стало бы финансовым бременем для участников оборота.
В § 12 «Применение современных технических средств при заключении гражданско-правовых сделок» анализу подвергнуты общие правила ГК РФ о современных способах изъявления воли (скрепление волеизъявления электронной цифровой подписью (далее – ЭЦП), передача волеизъявления при помощи факса, компьютера, SMS-сообщения и т.д.), а также порядок их включения в систему иных форм сделок России.
Вопросам оформления сделок с применением современных технических средств уделяется большое внимание в международно-правовых актах и законодательстве зарубежных стран. Они актуальны и для развития отечественного законодательства.
Кодекс РФ допускает при заключении сделок использование аналогов собственноручной подписи. Закон определяет только примерный перечень аналогов собственноручной подписи (ЭЦП, факсимильное воспроизведение подписи с помощью механического или иного копирования и т.д.) и не дает легальной дефиниции этого понятия. В работе предложено определять аналог собственноручной подписи в качестве подобия собственноручной подписи, выполненного при помощи механических и/ или технических средств с целью обеспечения целостности/ неизменности документа и идентификации лица, его подготовившего (подписавшего).
Случаи и порядок использования аналогов собственноручной подписи должны определяться законом или соглашением сторон (п. 2 ст. 160 ГК РФ). Так как закон прямо предусматривает возможность использования аналога собственноручной подписи в редких случаях, то решающее значение для определения порядка применения аналогов собственноручной подписи приобретает соглашение сторон об этом. Нельзя согласиться с мнением некоторых авторов (С. Петровский, С. Блинова), поддержанным судебной практикой, в соответствии с которым соглашение сторон о применении аналога собственноручной подписи должно обязательно заключаться в простой письменной форме, на бумаге. Такое требование по существу приводит к утрате преимущества заключения договора с использованием аналогов собственноручной подписи субъектами, территориально отдаленными друг от друга. Нельзя не учитывать и то, что закон не
18


устанавливает специальных требований к форме соглашений, определяющих порядок применения аналогов подписи.
Гражданский кодекс уравнивает правовое значение простой письменной формы и волеизъявления, совершенного с применением современных технических средств. Об этом свидетельствует включение правил, регулирующих использование аналогов собственноручной подписи в ст. 160 и п. 2 ст. 434 ГК РФ. Однако не все современные способы изъявления воли могут гарантировать наравне с простой письменной формой подлинность, оригинальность, целостность и неизменность волеизъявления. Отечественное законодательство устанавливает обязательную простую письменную форму для широкого круга сделок, в том числе, как отмечалось, и для сделок с недвижимым имуществом. Равное правовое значение простой письменной формы и современных способов волеизъявления означает, что участники сделки вправе по собственному усмотрению заменить классическое волеизъявление на письме выражением воли с использованием аналога собственноручной подписи. Поэтому возможными видятся случаи, когда, например, заключая договор купли-продажи недвижимости (ст. 550 ГК РФ), стороны согласовали его оформление с использованием факсимиле. При этом легальное требование о форме считается соблюденным, а между тем такую форму сделки с недвижимостью нельзя признать приемлемой.
Для предотвращения подобных ситуаций в работе на основе опыта правового регулирования современных способов изъявления воли в Германии предлагается дополнить установленный ГК РФ перечень форм сделок еще одной, собственноручная или электронно-цифровая подпись в которой не была бы обязательной. В такой форме следовало бы признать заключенными сделки, волеизъявление участников которой было передано по электронной почте без использования ЭЦП, по факсу и т.д. Кроме того, выделение новой формы и определение круга сделок, совершаемых с ее применением, устранило бы правовой вакуум в регулировании некоторых форм сделок (сделки в сети Интернет, SMS-сообщениями, на электронных носителях и т.д.), обеспечило бы защиту добросовестных участников оборота от злоупотребления со стороны иных лиц современными способами волеизъявления при заключении наиболее важных сделок.
Исследованию несловесных форм сделок посвящены параграфы тринадцать и четырнадцать. В § 13 речь идет о конклюдентных действиях как способе волеизъявления. Конклюдентное волеизъявление признавалось в римском частном, дореволюционном отечественном и советском праве. ГК РФ определяет конклюдентные действия как поведение лица, из которого явствует его воля заключить сделку (п. 2 ст. 158). По своей правовой природе конклюдентные действия являются юридическим фактом, обстоятельством реальной действительности, вызванным к жизни волей субъекта, действием. Отсутствие активных действий участника сделки не может считаться конклюдентным проявлением воли.
19


Устанавливая правило, признающее сделку, которая может быть совершена устно, совершенной и в случае выражения воли конклюдентными действиями (п. 2 ст. 158 ГК РФ), ГК не отождествляет устное и конклюдентное волеизъявления.
Конклюдентное волеизъявление обычно не может заменить письменную форму сделки. Функции письменной формы не реализуются при конклюдентном волеизъявлении. Лишь в исключительных случаях закон допускает замену письменной формы конклюдентным волеизъявлением (п. 3 ст. 434, п. 3 ст. 438 ГК РФ). При конклюдентном акцепте договор следует считать заключенным с момента, когда оферент узнал или должен был узнать о действиях акцептанта по выполнению условий оферты.
Конклюдентные действия как самостоятельный способ изъявления воли могут выступать формой совершения и односторонних сделок, например, принятие наследства (п. 2 ст. 1153 ГК РФ), а также служить волеизъявлением в оферте и/ или акцепте, например, при совершении сделки с использованием товарного автомата (ст. 498 ГК РФ).
Предметом анализа § 14 является молчание как способ волеизъявления. По существу молчание представляет собой бездействие субъекта, которое обычно не выражает волю и не приводит к возникновению юридических последствий. По общему правилу, закрепленному в законе, молчание не является выражением воли (п. 3 ст. 158 ГК РФ). Молчание приобретает юридическое значение, когда это прямо предусмотрено законом или соглашением сторон. При этом неважно, была ли в действительности воля молчащего направлена на достижение каких-либо правовых последствий, и намеревалось ли лицо молчанием выразить свою волю. Если волеизъявительное значение молчания установлено легально или по соглашению сторон, наличие желания проявить таким образом волю в момент самого бездействия возможно, но не обязательно.
Как и конклюдентные действия, молчание может служить способом оформления односторонних сделок. Так, согласно § 1943 ГГУ, наследство считается принятым, если в течение условленного срока наследник не отказался от его принятия. Аналогичное правило предусматривалось ст. 429 ГК РСФСР 1922 г. В настоящее время молчаливое волеизъявление допускается при переходе выморочного наследства к публичным образованиям (п. 1 ст. 1152 ГК РФ).
В соответствии с п. 2 ст. 438 ГК РФ молчание может иметь значение акцепта, если это установлено законом, обычаями делового оборота или вытекает из прежних деловых отношений сторон. Предложение о заключении договора возможно только совершением активных действий, следовательно, оферта не может быть молчаливой и молчаливо невозможно совершение двух-или многосторонних сделок, договоров.
Заключительная глава диссертационного исследования «Последствия несоблюдения формы сделок» посвящена анализу одного из элементов системы правового регулирования способов волеизъявления при совершении
20


сделок: правовым последствиям несоблюдения формы сделки. В ней рассматривается понятие, правовая природа, виды последствий несоблюдения легальной и согласованной сторонами формы сделки.
В § 15 «Структура последствий несоблюдения формы сделки и способы их определения» анализируются два подхода к определению последствий несоблюдения формы сделки, сложившиеся в мировой практике. В соответствии с профранцузским подходом (Франция, Россия), несоблюдение разных форм сделок приводит к наступлению различных правовых последствий (недопустимости свидетельских показаний или недействительности сделки). Другой подход (прогерманский) сложился в Германии, Швейцарии, Латвии, Эстонии, где несоблюдение любой формы по общему правилу приводит к недействительности, ничтожности сделки. Сделан вывод о предпочтительности для отечественного гражданского права профранцузского подхода. Тот факт, что форма не всегда имеет и должна иметь конститутивное значение для сделки, признается и в тех правопорядках, где недействительность сделки является общим последствием несоблюдения формы сделки. Так, в доктрине и правоприменительной практике Германии выработан и широко применяется ряд оснований восстановления действительности сделок, ничтожных вследствие несоблюдения требования о форме. Это означает, что немецкие суды не всегда соглашаются с легальной презумпцией конститутивного значения формы сделки, закрепленного в § 125 1 ГГУ. Признание сделки недействительной всякий раз при несоблюдении её формы не способствует укреплению стабильности оборота, а напротив, может привести к увеличению числа случаев, когда недобросовестные участники оборота могут использовать данное правило в корыстных целях.
По вопросу о правовой природе последствий несоблюдения формы сделки, исследованию которого посвящен § 16, в отечественной литературе не сложилось единого мнения. По мнению одних, недействительность сделки либо недопустимость свидетельских показаний при доказывании сделки, форма которой не соблюдена, является санкцией (И.Б. Новицкий, О.А. Красавчиков, Ю.С. Жицинский, Э.А. Сатина и др.). Другие это мнение отвергают (О.Э. Лейст, В.А. Тархов, Д.О. Тузов).
Как известно, санкция устанавливается за нарушение установленной законом юридической обязанности. Предусматривая правила об оформлении сделок определенным образом, закон не устанавливает юридической обязанности соблюдать предписанный способ волеизъявления. С соблюдением формы сделки законодатель связывает наступление правового результата, предусматриваемого данным видом сделки и желаемого сторонами, возможность доказывания совершения сделки, в том числе свидетельскими показаниями в случае возникновения спора. Устанавливая требование соблюдения определенной формы сделки, законодатель допускает вариативность поведения сторон: если требование о форме выполнено, сделка доказуема и/ или действительна, а если нет, факт заключения сделки может не
21


быть доказан сторонами либо сделка ничтожна (п. 1, 2 ст. 162, п. 1 ст.165 ГК РФ).
Требование о соблюдении формы сделки соответствует, прежде всего, интересам ее участников, несоблюдение формы сделки – не общественно опасное явление, не является правонарушением. Последствия несоблюдения формы сделки побуждают участников в своих интересах соблюдать установленную форму сделки, санкция же призвана защитить интересы третьих лиц от незаконных действий правонарушителя, а также публичный интерес.
Форма сделки представляет собой условие возникновения прав и обязанностей ее участников, которые закон связывает с заключенностью сделки в установленной форме.
§ 17 «Недопустимость свидетельских показаний как общее последствие    несоблюдения    простой    письменной    формы    сделки»
(п. 1 ст. 162 ГК РФ). Недопустимость свидетельских показаний для доказывания факта совершения сделки и ее условий представляет собой процессуально-правовое последствие нарушения норм материального права. В дореволюционной России и на начальном этапе развития советского законодательства это последствие несоблюдения формы сделки включалось в кодифицированные процессуальные акты (ст. 409 Устава гражданского судопроизводства, ст. 128 ГПК РСФСР 1923 г.).
Недопустимость свидетельских показаний не влияет на действительность сделки, однако это последствие крайне нежелательно для участников сделки. Так, если одна сторона не признает факт заключения договора, в нарушение закона не оформленного письменно, а иные доказательства, кроме свидетельских показаний, не могут быть представлены, сделка становится недоказуемой, и защита заинтересованного лица оказывается весьма проблематичной.
Анализ текста п. 1 ст. 162 ГК РФ приводит к выводу, что в случае несоблюдения простой письменной формы ссылаться на свидетельские показания не могут обе стороны сделки. Ошибочной видится позиция, согласно которой сторона, отрицающая существование сделки или ее спорного условия, вправе приводить любые доказательства, в том числе и свидетельские показания3. Запрет на использование свидетельских показаний только одной из сторон нарушил бы ключевой принцип гражданско-процессуального и арбитражно-процессуального права: процессуальное равноправие сторон (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, ст. 12 ГПК РФ, ст. 8 АПК РФ), в соответствии с которым стороны, в частности, пользуются равными правами по предоставлению доказательств.
При несоблюдении простой письменной формы сделки круг доказательств ограничивается только по спорам, связанным с фактом заключения сделки и подтверждения ее условий. Если стороны не ставят под
См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право : общие положения. М., 1998. С. 281.
22


сомнение совершение ими сделки и её условия, а разногласия возникли по каким-либо иным вопросам (например, о надлежащем исполнении сделки или по вопросу применения мер ответственности, предусмотренных законом или договором), то для их разрешения применение свидетельских показаний возможно.
В § 18 рассматривается наиболее строгое последствие несоблюдения формы сделки - недействительность сделки. Недействительность наступает в двух случаях: 1) если таковая установлена законом или соглашением сторон за несоблюдение простой письменной формы (п. 2 ст. 162 ГК РФ); 2) при несоблюдении нотариальной формы сделки (п. 1 ст. 165 ГК РФ).
Обычно нормы, определяющие недействительность сделки в качестве последствия несоблюдения установленной формы, не содержат уточнения, является ли сделка ничтожной или оспоримой (п. 2 ст. 162, ст. 550, п. 2 ст. 560 ГК РФ). Однако разрешение этого вопроса имеет большое значение: с ничтожностью либо оспоримостью сделки ГК РФ связывает наступление разных материально-правовых последствий (п. 1 ст. 166 ГК РФ). По общему правилу ст. 168 ГК РФ действует презумпция ничтожности недействительной сделки. Оспоримой сделка признается только в случаях, специально указанных в законе. Так как, определяя последствия несоблюдения формы сделки, закон не указывает на оспоримость, с несоблюдением установленной законом или соглашением сторон формы связывается ничтожность сделки.
В юридической литературе России отсутствует единое мнение о том, устанавливает ли ГК РФ специальные последствия несоблюдения формы договоров. Ряд авторов придерживается мнения, что до момента надлежащего оформления договор не возникает (М.И. Брагинский, В.А. Кияшко, А.Б. Бабаев, Р.С. Бевзенко). Эта позиция основывается на положении п. 1 ст. 432 ГК РФ, согласно которому «договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение…». Другие, ссылаясь на абз. 2 п. 1 ст. 434 ГК РФ, полагают, что незаключенность договора является последствием несоблюдения только той формы договора, которая установлена соглашением сторон (например, Ю.П. Егоров).
Текстуальный анализ ст. 162 ГК РФ убеждает в том, что она устанавливает последствия несоблюдения простой письменной формы не только односторонних сделок, но и договоров. Правила п. 1 ст. 432, равно как и абз. 2 п. 1 ст. 434 ГК РФ не направлены на непосредственное регулирование последствий несоблюдения формы договоров. Выводы о незаключенности договора при несоблюдении его формы делаются сторонниками этой позиции путем толкования от обратного позитивных установлений закона. При этом правила ст. 432 и 434 ГК РФ рассматриваются обособленно от иных положений закона, определяющих последствия несоблюдения формы сделок.
Усматривать в ст. 432, 434 ГК РФ незаключенность в качестве последствия несоблюдения формы договора – значит придавать конститутивное  значение  всем  формам  договоров,  что  не  свойственно
23


российскому гражданскому праву. ГК РФ не устанавливает специальные последствия несоблюдения формы договоров. Разночтения в толковании п. 1 ст. 432 и абз. 2 п. 1 ст. 434 ГК РФ связаны с небезупречными с точки зрения юридической техники формулировками этих норм. Целесообразным видится исключить из п. 1 ст. 434 ГК РФ слова «в подлежащих случаях форме». De lege ferenda абз. 2 п. 1 ст. 434 ГК РФ следует изложить в следующей редакции: «Если по соглашению сторон договор подлежит заключению в определенной форме, хотя бы по закону такая форма и не требовалась, её несоблюдение влечет наступление последствий, предусмотренных законом либо соглашением сторон».
§ 19 «Иные последствия несоблюдения формы сделки». В некоторых правопорядках наряду с классическими последствиями несоблюдения формы сделок (недопустимости свидетельских показаний и/ или недействительности сделки) в исключительных случаях установлены и иные последствия. Так, например, согласно § 550 ГГУ при несоблюдении простой письменной формы договора найма жилых или нежилых помещений, заключенного сроком более чем на один год, общее последствие несоблюдения формы сделки – ничтожность (§ 125 1 ГГУ) – не наступает. Закон устанавливает специальное последствие несоблюдения формы в отношении данных видов договоров: соглашение считается заключенным не на срок, установленный сторонами, а на неопределенный срок.
Специальные последствия несоблюдения формы сделки известны и отечественному законодательству. Так, особое последствие установлено в случае несоблюдения простой письменной формы соглашения о задатке (п. 3 ст. 380 ГК РФ), состоящее в том, что недоказанность наличия между сторонами соглашения о задатке, в том числе вследствие несоблюдения обязательной простой письменной формы, приводит к изменению правовой квалификации уплаченных денежных средств: они считаются авансом, предварительной оплатой за товары или услуги, которая может удерживаться стороной, совершившей исполнение, либо должна быть возвращена, если такое исполнение не производилось.
С развитием экономических отношений может появиться необходимость включения в ГК РФ иных последствий несоблюдения формы сделок, кроме известных действующему законодательству. Однако такие последствия могут быть установлены только законом. Единственной возможностью сторон повлиять на последствия несоблюдения формы сделки является их право предусмотреть недействительность сделки на случай несоблюдения согласованного ими требования о простой письменной форме (п. 2 ст.162 ГК РФ).
§ 20 «Конвалидация сделок, ничтожных вследствие несоблюдения формы сделок». В заключительном параграфе работы рассматриваются основания и условия восстановления действительности сделок, которые вследствие несоблюдения легальной или согласованной формы являются ничтожными.       Конвалидация       сделки       означает       восстановление
24


действительности ничтожной сделки ex tunc, с момента ее совершения и по нашему законодательству осуществляется решением суда. По своей социальной направленности конвалидация призвана защищать права и гарантировать интересы добросовестных участников оборота, которые в силу разных причин лишены возможности получить защиту иными законными способами.
Российский закон содержит только одно основание конвалидации сделок, ничтожных вследствие несоблюдения формы. В соответствии с п. 2 ст. 165 ГК РФ действительность сделки может быть восстановлена, если не соблюдено легальное или согласованное требование о нотариальном удостоверении сделки. При этом условия конвалидации исчерпывающе определены законом (их перечень не может быть расширен ни по желанию заинтересованных лиц, ни по усмотрению суда). Таковыми являются, во-первых, отсутствие иных пороков сделки, помимо несоблюдения предписания о форме, во-вторых, полное или частичное исполнение сделки одной из сторон. При этом право требовать конвалидации сделки должно быть предоставлено не только лицу, совершившему исполнение, как установлено действующим законом, но и лицу, принявшему его (Д.О. Тузов). В-третьих, уклонение контрагента от нотариального удостоверения сделки. Использованный законодателем термин «уклонение» характеризует поведение не только уклоняющегося лица, но и предопределяет активный характер поведения субъекта, заинтересованного в восстановлении действительности сделки. Он должен своими действиями побуждать контрагента к надлежащему оформлению сделки. В случае если лицо, обратившееся в суд с требованием о конвалидации сделки по п. 2 ст. 165 ГК РФ, до этого не совершало действий, побуждающих контрагента к нотариальному удостоверению сделки, речь следует вести не об уклонении одной из сторон, а о неисполнении требования о форме обеими сторонами.
Квазиуправомочивающую конструкцую п. 2 ст. 165 ГК РФ («суд вправе… признать сделку действительной») следует рассматривать как обязанность суда при наличии всех указанных в законе условий принять решение о восстановлении действительности сделки.
Сужение круга сделок, которые подлежат совершению в нотариальной форме, в частности в связи с отменой нотариальной формы сделок с недвижимым имуществом, существенно ограничило в гражданском обороте России сферу применения института конвалидации сделок, ничтожных из-за несоблюдения формы, что видится несправедливым. В работе поддержано высказанное в цивилистической литературе мнение (Д.О. Тузов) о необходимости расширения оснований конвалидации сделок и закрепления в законе возможности восстанавливать действительность сделок, ничтожных вследствие несоблюдения простой письменной формы.
25


ОПУБЛИКОВАННЫЕ РАБОТЫ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ
Статьи,      опубликованные      в      ведущих      научных      журналах, рекомендованных ВАК:

  1. Татаркина К.П. Последствия несоблюдения формы сделок по немецкому гражданскому праву // Московский журнал международного права. – 2007. – № 3. – С. 58 – 66 (0,4 п.л.).
  2. Татаркина К.П. Последствия несоблюдения формы сделки по российскому и германскому праву // Вестник Томского государственного университета. – 2007. – № 297, апрель. – С. 221 – 225 (0,7 п.л.).
  3. Татаркина К.П. Форма сделки: цели, обоснованность установления и правовое значение // Вестник Томского государственного университета. – 2008. – № 313, август. – С. 126 – 129 (0,6 п.л.).

Иные научные публикации:

  1. Татаркина К.П. Формы сделок по Древнему римскому частному праву : учебное пособие. – Томск : Изд-во Том. ун-та, 2008. – 56 с. (2 п.л.).
  2. Татаркина К.П. Формы сделок в гражданском праве Древней Руси // Гражданское право и гражданское законодательство : материалы международной научно-практической конференции в рамках ежегодных цивилистических чтений, посвященной юбилею Гражданского кодекса Республики Казахстан (15-летию Общей части и 10-летию Особенной части). Алматы, 13-14 мая 2009 г. / отв. ред. М.К. Сулейменов ; НИИ частного права КазГЮУ. – Алматы, 2009. – С. 294 – 299 (0,3 п.л.).
  3. Татаркина К.П. Формы договоров в российском гражданском праве: виды, функции, правовое значение и последствия несоблюдения // Проблемы договорного права и обеспечения исполнения договорных обязательств в государствах Кавказа и Центральной Азии : материалы международной конференции в Университете Бремен 10 и 11 апреля 2008 г. / под ред. Р. Книпера, Л. Чантурия, Г.-И. Шрамма. – Берлин : BWV, Berliner Wiss.-Verl., 2009. – C. 85 – 101 (0,7 п.л.).
  4. Татаркина К.П. О форме сделок, совершаемых с применением современных технических средств, по законодательству России и Германии // Сравнительное правоведение : наука, методология, учебная дисциплина : материалы междунар. науч.-практ. конф. : в 2 ч. – Красноярск, 2008. – Ч. 2. – С. 128 – 131 (0,3 п.л.).
  5. Татаркина К.П. Подпись сторон как элемент простой письменной формы сделки // Правовые проблемы укрепления российской государственности : сб. статей / под ред. Б.Л. Хаскельберга, В.М. Лебедева, Г.Л. Осокиной. – Томск : Изд-во Том. ун-та, 2008. – Ч. 39. – С. 33 – 34 (0,1 п.л.).
  6. Татаркина К.П. К вопросу о последствиях несоблюдения формы сделки // Правовые проблемы укрепления российской государственности : сб. статей / под ред. Б.Л. Хаскельберга, В.М. Лебедева, Г.Л. Осокиной. – Томск : Диво, 2007. – Ч. 36. – С. 15 –16 (0,2 п.л.).

26


  1. Татаркина К.П. О правовом значении формы сделки // Правовые проблемы укрепления российской государственности : сб. статей / под ред. Б.Л. Хаскельберга, В.М. Лебедева, Г.Л. Осокиной. – Томск : Изд-во Том. ун-та, 2005. – Ч. 24. – С. 95 – 99 (0, 2 п.л.).
  2. Татаркина К.П. Свобода формы совершения сделки и ее ограничение // Российское правоведение на рубеже веков : трибуна молодого ученого : сб. статей. – Томск : Изд-во Том. ун-та, 2004. – Ч. 4. – С. 77 – 80 (0,3 п.л.).
  3. Татаркина К.П. Конклюдентные действия, молчание как способ изъявления воли при совершении // Правовые проблемы укрепления российской государственности : сб. статей / под ред. Б.Л. Хаскельберга, В.М. Лебедева. – Томск : Изд-во Том. ун-та, 2004. – Ч. 19. – С. 46 – 51 (0,2 п.л.).
  4. Татаркина К.П. Молчание как способ волеизъявления по немецкому и российскому праву // Вопросы сравнительного правоведения : трибуна молодого ученого. – Томск : STT, 2004. – С. 35 – 43 (0,3 п.л.).
  5. Tatarkina K. Die Formen von Vertдgen im russischen Zivilrecht. Arten, Funktionen, rechtliche Bedeutung und Rechtsfolgen der Nichtbeachtung // Probleme des Vertragsrecht und der Vertragssicherung in den Staaten des Kaukasus und Zentralasien : Materialien einer internationalen Konferenz an der Universitдt Bremen vom 10. und 11. April 2008 / Hrsg. R. Knieper, L. Chanturia, H.-J. Schramm. – Berlin : BWV, Berliner Wiss.-Verl., 2009. – S. 71- 85 (0,8 п.л.).
  6. Tatarkinak K. Schweigen als eine Form der Willenserklдrung nach deutschem und russischem Recht // Fragen der Vergleichenden Rechtswissenschaftler. – Тоmsk : STT, 2004. – S. 167 – 172 (0,3 п.л.).

27

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.