WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Социальная и хозяйственная адаптация меннонитов к условиям Северного Кавказа в 60-е годы XIX - начале XX вв

Автореферат кандидатской диссертации по истории

 

На правах рукописи

БАБКОВА Валерия Юрьевна

Социальная и хозяйственная адаптация меннонитов к условиям Северного Кавказа в 60-е годы XIX - начале XX вв.

Специальность 07.00.02 — Отечественная история

Автореферат

диссертации на соискание

ученой степени кандидата исторических наук

Ставрополь — 2008


2 Работа выполнена в Ставропольском государственном университете

Научный руководитель:      доктор исторических наук

Плохотнюк Татьяна Николаевна

Официальные оппоненты:    доктор исторических наук, профессор

Стецура Юрий Анатольевич

кандидат исторических наук, доцент Черказьянова Ирина Васильевна

Ведущая организация:       Омский государственный

педагогический университет

Защита состоится 16 мая 2008 г. в___ часов на заседании диссертационного

совета ДМ 212.256.03 в Ставропольском государственном университете по адресу 355 009, г. Ставрополь, ул. Пушкина, 1, аудитория 416

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Ставропольского государственного университета

Автореферат разослан__________ 2008 года

Учёный секретарь диссертационного совета

доктор исторических наук,

профессор                                                                                     Краснова И.А.


3 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Для мировой гуманитарной науки изучение проблем адаптации является своеобразным научным «мэйнстримом». Интерес к теме обусловлен содержанием современной эпохи, наполненным трансформациями в обществе и пространственными перемещениями населения земного шара. Интенсификация процессов социального взаимодействия в условиях современной глобализации с особой остротой выдвинула проблему адаптации, обусловила актуальность теоретического знания о ней. На основе такого знания возможно обеспечение разработки методологически эффективных средств познания общих и индивидуальных параметров культурно-исторических процессов, стратегий сохранения групповой идентичности при наличии мощных унифицирующих тенденций.

Отметив продуктивность междисциплинарного исследования механизма адаптации, в русле которого активно сотрудничают социологи и психологи, философы и культурологи, уточним, что все они проявляют особый интерес к историческому знанию об адаптации. Накопленные в обществознании отдельные научные разработки самого высокого уровня основаны на результатах исторических исследований.

Изучение прошлого опыта свидетельствует, что непременным условием человеческого развития являются социальные перемены, реализующиеся через универсальный механизм адаптации, посредством которого сохраняется и передается человеческий опыт, осваиваются новые общественные практики. Таким образом, изучение опыта социально-экономической и социокультурной адаптации локальных сообществ в условиях полиэтничного и поликонфессионального северокавказского региона востребовано современной социальной практикой. Анализ адаптивного поведения меннонитской общности в условиях Северного Кавказа способствует адекватному знанию о прошлом региона, позволяет конкретизировать многогранный процесс формирования социокультурного про-


4 странства регионального социума, что необходимо для разработки и реализации концепции обеспечения стабильности на Северном Кавказе.

Объектом исследования является общность северокавказских меннонитов.

Предметом - процессы ее адаптации к условиям северокавказского региона, а также особенностям полиэтничного социума.

Хронологические рамки исследования - 60-е годы XIX века - начало XX века - определены тем, что в этот период началось и разновременно продолжалось переселение меннонитов на территорию Северного Кавказа. В новых условиях из-за конфликтов с местным населением и разногласий по поводу аренды земли меннониты вынуждены были перемещаться в пределах региона. Вследствие этих причин - разновременности появления и нестабильности создаваемых поселений - процесс адаптации северокавказских меннонитов продолжался в течение всего указанного периода.

Территориальные границы работы определены местами компактного проживания меннонитских общин и совпадают с границами северокавказского географического региона.

Степень научной разработанности проблемы. Изучение проблем существования и развития «дочерних» поселений меннонитов, в том числе и северокавказских, в последнее время стало перспективным направлением темы «российские меннониты». Вопросы, связанные с этой группой колоний, особенно актуальны для российских ученых, т.к. практически все колонии меннонитов, существовавшие на территории сегодняшней Российской Федерации (в Поволжье, Сибири, Северном Кавказе, Оренбуржье), относились к т.н. «дочернему» типу поселений. Тем не менее, изучение проблемы адаптации северокавказских меннонитских поселений еще не получило адекватного своей значимости выражения ни в отечественной, ни в западной науке.


5

Анализ существующей литературы показал, что историография проблемы не является единым целым. Основную группу анализируемой литературы составили работы отечественных и зарубежных исследователей, посвященные теоретическому осмыслению истории российских меннонитов и самого явления «меннонитство». Следует отметить, что отечественная историографическая традиция изучения проблемы была заложена в литературе дореволюционного (Г. Писаревский, Я. Штах, С. Бондарь, А. Песоцкий, А. Велицин, А. Клаус и др.) и раннего советского периодов (А. Клибанов, В. Крестьянинов и др.)1 В целом, в дореволюционной историографии, посвященной меннонитам, был собран и введен в научный оборот значительный комплекс документальных источников, намечены основные направления исследований. Изучение меннонитской истории в ранний советский период находилось в жестких рамках антирелигиозной политики государства. Монографии А. Клибанова В. Крестьянинова, Н. Ильиных и др. были написаны с позиции «воспитательной атеистической работы среди последователей меннонитства и для улучшения интернационалистского и атеистического воспитания трудящихся», согласно которой меннониты представали как вредная и опасная для общества религиозная секта.

Принципиальный методологический сдвиг в изучении проблемы произошел с разработкой теории этноконфессиональной общности (эко). В отечественной науке впервые понятие этноконфессиональной общности было введено советскими этнографами С. Бруком, Н. Чебоксаровым, Я. Чесновым.  Основная

См.: Писаревский Г. Переселение прусских меннонитов в Россию при Александре I. Ростов н/Д, 1917; Штах Я. Очерки из истории и современной жизни южнорусских колонистов. М., 1916; Бондарь С. Секта меннонитов в России. Пг., 1916. Песоцкий А. Царство анабаптистов и общество менонитов. «Странник», 1869; Вишняков А. Общество анабаптистов // Православное обозрение, 1861; Велицин А. Иностранная колонизация в России // Русский вестник, 1889; Немецкие колонии на юге России //Русский вестник, 1890; Клаус А. Наши колонии. СПб., 1869; Дитц Я. История поволжских немцев-колонистов. М., 1997; Клибанов А.И. Классовая роль меннонитства //Воинствующий атеизм. 1931. №7. С. 99-114; Меннониты. М.-Л.: Моск. рабочий, 1931. ПО с; История религиозного сектантства в России (60-е гг. XIX в. - 1917 г.). М., 1965. 348 с; Из мира религиозного сектантства. М., 1974. 225 с; Крестьянинов В.Ф. Меннониты. М.: Политиздат, 1967. 223 с.

2 См.: Клибанов А.И., Крестьянинов В.Ф. Указ соч.; Ильиных Н.И. Под маской святош. (О реакционной деятельности меннонитов). Оренбург. 1963. 33 с.

Брук СИ., Чебоксаров Н.Н., Чеснов Я.В. Проблемы этнического развития стран зарубежной Азии // Вопросы истории. 1969. №1.


6

заслуга в разработке теории этноконфессиональной общности (эко) на примере меннонитов принадлежит американскому социологу Э. Фрэнсису и отечественному религиоведу А. Ипатову, в центре работ которых ставится проблема переплетения конфессионального и этнического факторов в процессе складывания и эволюции этноконфессиональных общностей.1

Теоретическое осмысление явления «меннонитство» нашло свое продолжение в современных исследованиях российских и украинских ученых: А. Бетхера, П. Вибе, Л. Малиновского, Т. Плохотнюк, А. Савина, И. Черказьяно-вой, О. Безносовой, С. Бобылевой, Н. Осташевой-Венгер и др. Взгляд на меннонитов как на особое этническое образование позволили современным исследователям определить характерные стороны их жизни, мотивацию их миграционных движений, отношение к государству и другим этносам и конфессиям.2

Что касается западной историографии по обозначенной проблеме, то необходимо отметить, что для первого поколения меннонитских историков-эмигрантов 1930-1950-х гг. (А. Эрта, П. Хиберта и др.) основной задачей было сохранение социальной памяти эмигрировавшей из СССР меннонитской общ-

ем.: Ипатов А.И. Проблема взаимосвязи религиозного и национального в меннонитстве // Вопросы научного атеизма. 1971. Вып. 12. С. 64-93; Меннониты: Вопросы формирования и эволюции этноконфессиональной общности. М.: Мысль, 1978. 213 с; Этноконфессиональная общность как социальное явление: Автореф. ... д-ра фи-лос. наук. М., 1950. 50 с.

2 См.: Бетхер А. Традиционное хозяйство немцев Западной Сибири в конце XIX - первой трети XX вв.: Автореф. ... к.и.н., 2003; Состояние животноводства в хозяйстве немецкого населения Западной Сибири в первой трети XX в. (на примере меннонитов) // Немцы России: социально-экономическое и духовное развитие (1871-1941 гг.). М., 2002. С. 137-149; Особенности развития хозяйства у различных этнических групп немецкого населения Западной Сибири: различия в адаптации к местным условиям хозяйствования (конец XIX - начало XX в.) // V конгресс этнографов и антропологов России. Тезисы докладов. М., 2003. С. 221; Вибе П.П. Немцы. Россия. Сибирь: Сб. статей. Омск, 1997; Материалы по истории немецких и меннонитских колоний в Омском Прииртышье. 1895-1930. Омск, 2002; Малиновский Л.В. Община немецких колонистов в России и ее региональные особенности в XIX - нач. XX вв. // История СССР. 1990. № 2. С. 175-182; Социально-экономическая жизнь немецкой колонистской деревни в Южной России. Л., 1986; Сельское хозяйство национальных меньшинств в Сибири (1919 - 1928 гг.) //Вопросы истории Сибири. Томск, 1967. Вып. 3. С. 202-213; Плохотнюк Т.Н. Российские немцы на Северном Кавказе М., 2001. 238 с; К вопросу о миграции российских немцев в северокавказском регионе //Вестник Ставропольского государственного университета. Выпуск 15. Ставрополь, 1998; Социологическая концепция вариативности адаптации мигрантов: ее значимость для оптимизации исторической интерпретации // Общество, природа, культура: сборник научных статей. Москва - Пятигорск, 2006; Савин А.И. К истории сибирских отделений Всероссийского меннонитского сельскохозяйственного общества в 1923-1928 гг. // Российские немцы. Проблемы культуры и образования. Новосибирск, 1996. С. 72-89; Черказьянова И.В. Школьное образование российских немцев. Спб., 2004. 368 с; Безносова О. Позднее протестантское сектантство Юга Украины (1850-1905): Дис. ... к.и.н. Днепропетровск, 1997; Осташева Н.В. На переломе эпох... Меннонитское сообщество Украины в 1914-1931 гг. М., 1998.


7 ности. Однако уже в 1950-х гг. прослеживается попытка решения задач научного характера: академические статьи доктора К. Штумпа, И. Шнурра, Г. Смита и других исследователей содержали анализ историко-экономических явлений и процессов в жизни российских меннонитов, их взаимоотношений с другими эт-носами и конфессиями. Первым звеном профессиональных исследователей истории российских меннонитов на Западе явилась группа ученых, в 1960-80-х годах сконцентрировавшаяся вокруг «Journal of Mennonite Studies» (Дж. Урри и др.) Современным представителем этой школы является канадский исследователь Дж. Тевс.4 В трудах современных западных ученых Д. Брандеса, Г. Бенде-ра, X. Дика, Дж. Стейплса и др. история меннонитских поселений России и Украины приобрела характер реальной научной проблемы, для объективного исследования которой используется подход к истории меннонитов сквозь призму межкультурного, межэтнического и межконфессионального взаимодействия.5

В современной отечественной и зарубежной историографии российских меннонитов существует ряд проблем, представляющихся актуальными для сегодняшних исследователей: проблемы факторов меннонитской эмиграции в Россию, сохранения и трансформации меннонитского вероучения на русской почве, изоляции меннонитских общин в России, вопросы об уникальности дочерних поселений меннонитов, особенностях социальной структуры российских меннонитских общин, адаптации в иноэтническом окружении и др.

1 Ehrt A. Das Mennonitentum in Russland von seiner Einwanderung bis zur Gegenwart. Berlin, Leipzig, 1932; Hiebert H. Feeding the hungry: Russian famine. 1919-1925. Scottdal, 1929.

См.: Heimatbuch der Deutschen aus Russland 1954.  Stuttgart: Hrsg. v. d. Landsmannschaft der Deutschen aus Russland, 1954. 150 S.: Heimatbuch der Deutschen aus Russland 1967/68, 1968. 216 S.: Heimatbuch der Deutschen aus Russland 1985/89, 1989. 224 S; Smith H. The story of the Mennomtes. Newton, 1981. 3 Urry J. None but Saints: The Transformation of the Mennonite life in Russia. 1789-1889. Hiperion Press, 1989.

Toews J. Mennonites in Russia. 1788-1988. Winnipeg, 1988.

Gerlach H. Die Russlandmennoniten. Ein Volk unterwegs.- Kirchheimbolanden (Pfalz). 1992; Брандес Д. Защита и сопротивление российских немцев //Репрессии против российских немцев. Наказанный народ. М.: Звенья, 1999 Российские немцы. Проблемы истории, языка, и современного положения. Москва: Готика, 1996; Немцы России в контексте отечественной истории: общие проблемы и региональные особенности. Москва: Готика, 1999; Миграционные процессы среди российских немцев: исторический аспект. Москва: Готика, 1998; Staples John. Cross-Cultural Encounters on the Ukrainian Steppe. Settling the Molochna Basin, 1783-1861. Toronto, 2003.


8

Несмотря на достаточно обширную историографию по меннонитской проблематике, северокавказский поток меннонитской миграции в исторической литературе практически не изучен. С конца XIX в. факт участия меннонитов в колонизации Северного Кавказа нашел отражение в публикациях регионального уровня в Кубанском сборнике, Сборнике материалов по описанию местностей и племен Кавказа, Сборнике статей о сельском хозяйстве юга России, местной периодической печати.1 М. Заалов, Д. Классен, А. Твалчрелидзе описали менно-нитские поселения Кубанской области - колонии Александерфельд и Вольдем-фюрст, рассматривая такие вопросы как вероисповедание меннонитов и связанные с ним обряды, состав населения, его грамотность, хозяйственные занятия и др. Несомненная ценность этих работ заключается в сохранении информации, безвозвратно утерянной для современных исследователей. Большой интерес представляет работа Г. Городецкого «Немецкое землевладение на Кубани», опубликованная в Кубанском сборнике (1915), в которой было проанализировано экономическое состояние различных категорий немецких и меннонитских хозяйств Кубанской области. Как считают исследователи, по глубине постановки вопроса, основательности библиографического материала, скрупулезности методики экономико-статистического и демографического исследования его ра-бота «не имеет аналогов в дореволюционной научной литературе Кубани».

Современная историография северокавказских немцев и меннонитов представлена в работах ставропольской исследовательницы Т. Плохотнюк. В монографии «Российские немцы на Северном Кавказе» выделены и проанализированы этапы немецкой колонизации региона, на основе впервые вводимых в

1 См: Заалов М. Меннониты и их колонии на Кавказе // Сборник материалов для описания местностей и племен

Кавказа. Тифлис, 1897. Вып. 23. С. 89-127; К вопросу о садоводстве у меннонитов Ставропольской губернии //

Промышленный сад и огород. 1900 № 4; Классен Д. Вольдемфюрст колония // Сборник материалов для описа

ния местности и племен Кавказа. Тифлис, 1889. Вып. 8. С. 228-229; Корнис И. О породе немецких коров на Мо

лочных водах // Сборник статей о сельском хозяйстве юга России. Одесса, 1868. С. 513- 514; Палимпсестов И. О

черном паре // Сборник статей... С. 160-162; Лесоводство и садоводство в немецких колониях Новороссийского

края // Сборник статей... С. 756-761; Твалчрелидзе А. Колонии меннонитов Вольдемфюрст и Александрфельд,

Кубанской области // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. Тифлис, 1886. Вып. 5. С.

209-274.

2 Городецкий Г. Немецкое землевладение на Кубани // Кубанский сборник. 1915. Т.20. С. 352-380.


9 научный оборот документальных источников рассмотрена хозяйственная, политическая и духовная жизнь немецких колонистов Северного Кавказа, изучена география расселения общности, исследована проблема депортации северокавказских немцев и ее последствия.

Так как проблема адаптации является междисциплинарной, то ее осмысление в рамках построения концепции исследования сделало необходимым изучение наработок социологов, демографов, психологов, экономистов. В связи с этим были проанализированы статьи и монографии, раскрывающие теоретические аспекты темы. В первую очередь, это работы по теории адаптации мигрантов к условиям принимающего социума и колонизации как исторически определенному типу заселения и освоения территории.2

На сегодняшний день существует ряд миграционных теорий и научных подходов: неоклассические макро- и микроуровневая теория, теория «новой экономической миграции», «теория «мировой системы», теория «совокупной причинной обусловленности» и др. Изучению масштабов, направлений, состава миграционных потоков, факторов, определяющих мотивации решений мигрантов о перемещении, процесса адаптации иммигрантов в инонациональной среде и др. помогает концепция трехстадийности миграционного процесса, в разработке которой принимали участие российские демографы Т. Заславская, Л. Ры-баковский, Л. Шамилева и немецкие социологи С. Айзенштадт, Р. Кох. Основные ее положения увидели свет в конце 1970-х г., а в сравнительно завершенном виде она была опубликована в конце 1980-х гг. Концепция трехстадийности

Плохотнюк Т.Н. Российские немцы на Северном Кавказе. М., 2001. 238 с. 2 См.: Гинс Г.К. Переселение и колонизация. СПб., 1913, Вып. 2; Кауфман А. А. Переселение и колонизация. СПб., 1905; Ямзин И. Л., Вощинин В. П. Учение о колонизации и переселениях. М.-Л., 1926, Рыбаковский Л.Л. Стадии миграционного процесса // Миграция населения. Вып. 5. М., 2001, Moon D. Peasant Mgration and the Settlement of Russia's Frontiers 1550-1897 // Historical Journal, Vol. 30, 1997. P. 859-893. Поляков ЮА. Проблемы эмиграции и адаптации в свете исторического опыта // Новая и новейшая история. 1995. № 3. С. 8-15; Источники по истории адаптации российских эмигрантов в XIX-XX вв. / Под ред. Полякова ЮА. М., 1998.


10 миграционного процесса предполагает, что любой завершенный миграционный процесс состоит из исходной, основной и заключительной стадий.1

По мнению российских ученых, на третьем, заключительном этапе, или завершающей стадии, происходит «приживаемость» мигрантов на новом месте. Термин «приживаемость», как отмечает Ж. Зайончковская, заменяет такие синонимы, как «закрепление», «оседаемость» и т.д. Под «приживаемостью» понимается часть миграционного процесса, начало которой в превращении мигранта в новосела, а конец - в переходе новосела в состав старожилов.2 Л. Ры-баковский, Т. Заславская и др. отстаивали употребление термина «приживаемость», подчеркивая различия между понятиями приживаемость и адаптация. По их мнению, эти понятия неоднозначны. Различия между терминами состоят в том же, «в чем целое отличается от части: приживаемость - это не только процесс приспособления человека к новым условиям жизни, но и приспособле-ние условий жизни к потребностям человека». Для обозначения завершающей стадии миграционного процесса немецкие социологи выбрали нейтральное по своему содержанию понятие «присоединение», т.к., по их мнению, в каждом конкретном случае следует говорить о разных вариантах присоединения — аккультурации, аккомодации, интеграции и т.д. При этом Айзенштадт и Кох подчеркивают, что миграция имеет последствия для двух сторон: для самого мигранта и для принимающего общества.

Большинство современных исследователей понимают под адаптацией «приспособление человека или группы людей к жизни в новой инонациональной среде, а отчасти и приспособление к ним этой среды с целью взаимного сосуществования и взаимодействия», подчеркивая непрерывность «процесса реа-

См.: Рыбаковский Л.Л. Региональный анализ миграций. М., 1973; Структура и факторы межрайонных миграционных процессов // Социологические исследования. 1976, №1; Территориальные особенности народонаселения РСФСР (под ред. Л. Рыбаковского). М., 1976; Управление демографическими процессами: специфика, факторы, политика // Демографические процессы в СССР. М., 1983; Миграция населения: прогнозы, факторы, политика. М., 1987; Заславская Т.И. Рыбаковский Л.Л. Процессы миграции и их регулирование в социалистическом обществе // Социологические исследования. 1978, №1, С. 56-65.

Зайончковская Ж.А. Новоселы в городах. М., 1972. С. 19-20. 3 Рыбаковский Л.Л. Миграция населения: прогнозы, факторы, политика. С. 62-63.


11 гирования человека на жизненные изменения» и его многомерность, выделяя адаптацию бытовую, природно-хозяйственную, социальную, культурную, структурную (интеграция в социальные структуры общества), психологическую и др. В новейших исследованиях по проблемам миграции и адаптации подчеркивается необходимость перехода от простого описания стадий миграционного процесса к углубленному и комплексному познанию их сущности, раскрытию закономерностей и механизмов, их моделированию, диагностике и прогнозированию. Современными учеными, занимающимися данной проблемой - экономистами, социологами, философами и др., подчеркивается целостность процесса адаптации - поведенческого и субъективного освоения меняющейся действительности, в котором различные составляющие, выделяемые в теоретической схеме, теснейшим образом переплетены, что не позволяет сводить адаптацию к простой сумме отдельных составляющих процесса.2

Учитывая региональные особенности заявленной темы исследования, отдельную группу составила литература по истории колонизации Северного Кавказа: работы И. Бентковского, Г. Прозрителева, П. Шацкого, А. Шершенко, С. Чекменева и др.   Не содержа конкретной информации относительно предмета

Евтух В.Б. Иммигранты в инонациональной среде: проблемы адаптации // Миграция и мигранты в мире капитала: исторические судьбы и современное положение: Сборник научных трудов. Киев, 1990. С. 170. 2 Готлиб А.С. Социально-экономическая адаптация россиян: опыт сочетания количественной и качественной методологии в отдельно взятом исследовании // Социология. 2000. №12. С. 5-24; Корель Л.В. Социология адаптации: этюды апологии. Новосибирск, 1997; Вершинина Т.Н. Рынок труда переходного периода и проблемы адаптации к нему трудоспособного населения // Общество и экономика: социальные проблемы трансформации. Новосибирск, 1998; Гриценко В.В. Влияние культурных различий на адаптацию русских переселенцев из стран ближнего зарубежья в России //Психологический журнал. 2000. Т.21. №1. С. 78-86.

См.: Бентковский И. Материалы для истории колонизации Северного Кавказа. Заселение Кавказской области // Ставропольские губернские ведомости, 1883. № 37; Крепостная колонизация в бывшей Кавказской, ныне Ставропольской губернии. Ставрополь, б.г.; О значении хуторов в крестьянском хозяйстве Ставропольской губернии // Ставропольские губернские ведомости, 1878, №18-23; Прозрителев Г.Н. Первые русские поселения на Северном Кавказе и в нынешней Ставропольской губернии // Сборник сведений о Северном Кавказе. Ставрополь, 1912; Ставропольская губерния в историческом, хозяйственном и бытовом отношении. Ч. 2. Ставрополь, 1925; Чекменев С.А. Социально-экономическое развитие Ставрополья и Кубани в конце XVIII и в первой половине XIX в. Пятигорск, 1967; Шацкий П.А. Землевладение и землепользование в Ставропольской губернии в 70-90-х гг. XIX в. Сборник трудов Ставропольского педагогического института. Вып. 13, 1958. С. 121-152; Сельское хозяйство Предкавказья в 1861-1905 гг. // Некоторые вопросы экономического развития юго-восточной России. Ставрополь, 1970. С. 3-321; Ерохин Н.Т. Земельная аренда в Ставропольской губернии в начале XX в. // Некоторые вопросы... С. 374-400; Шершенко А.И. Правовое и экономическое положение иногородних на Северном Кавказе в связи с хозяйственным развитием края. Вып. 1. Кубанская область. Екатерине дар, 1906.


12 исследования, они предоставили необходимые сведения об особенностях заселения, экономического развития региона, социально-правовом и экономическом положении различных групп населения, тем самым позволили произвести реальную реконструкцию событий в общеисторическом контексте.

Анализ историографии по теме исследования показал, что изучение «российского» периода истории меннонитов в современной отечественной и западной науке имеет свои особенности. Для отечественных исследований характерен региональный (по местам компактного проживания меннонитов) и контекстный (в рамках изучения истории российских немцев) подходы к изучению темы. За последние годы процесс осмысления накопленной информации как зарубежными, так и отечественными учеными повлек за собой рост проблематики исследований, потребовал введения в научный оборот новых, ранее недоступных комплексов источников. Несмотря на это, на историографическом поле остается достаточно много «белых пятен». На основании данного историографического анализа была сформулирована основная цель и задачи настоящего исследования.

Цель работы - исследование процесса хозяйственной и социокультурной адаптации меннонитов на Северном Кавказе.

Для достижения цели поставлены следующие исследовательские задачи:

  1. изучить понятие «меннонитство», проанализировать его религиозные хар актеристики;
  2. рассмотрев зарождение и развитие этноконфессиональной общности меннонитов, определить специфику и содержание процесса формирования адаптивных способностей общности на протяжении XVI - первой половины XIX вв.;

13

  1. выявить и изучить факторы меннонитской миграции на территорию Северного Кавказа, определить их комплексный характер, проанализировать организацию переселения меннонитов на территорию региона;
  2. исследовать административно-правовой контекст существования менно-нитских поселений на Северном Кавказе;
  3. изучить складывание меннонитского общинного хозяйства в региональных условиях;
  4. проследить процесс вхождения северокавказских меннонитских общин в социокультурное пространство региона, определить его особенности.

Методологическая основа диссертации представляет собой совокупность общеисторических принципов: историзма и объективности, а также конкретных методов исследовательского анализа: историко-сравнительного, исто-рико-генетического, историко-системного и др. Историко-сравнительный метод состоит в сравнении изучаемого явления с аналогичными для осмысления сути первого из них. Использование данного метода в исследовании необходимо потому, что именно он позволяет выявить и раскрыть специфику механизмов сохранения меннонитской общности, выработанных ею в процессе адаптации. Посредством историко-генетического метода становится возможным изучить проблему в хронологической последовательности, а историко-системный метод представляет рассматриваемые события, явления и процессы в их тесной взаимосвязи и причинной обусловленности.

Изучить проблему социально-экономической адаптации в историческом прошлом возможно только в условиях междисциплинарного исследования. В исследовании проблем адаптации неоценимую помощь оказывает методологический опыт смежных наук: экономики, социологии, психологии, политологии, социальной философии и др. В данном исследовании при обработке количественных данных, предоставляемых «списками» поселенцев-меннонитов, был использован метод типологического анализа количественных данных. При помо-


14 щи данного метода были выделены определенные типологические группы мен-нонитского населения (различные по возрасту, половому признаку, имущественному положению и др.) и проанализирована степень их включенности в изучаемый адаптивный процесс. Кроме того, изучение статистической информации стало возможным с использованием метода корреляционно-регрессивного анализа, направленного на исследование по выборочным данным статистической зависимости ряда величин. С его помощью стал возможен анализ взаимосвязи между такими показателями как площадь земельных участков, количество удобной земли, состав и движение населения и др., характеризующими экономический процесс в целом.

Источниковая база исследования представлена комплексом документов, необходимых для адекватного освещения заявленных проблем и их компетентной интерпретации. По своему происхождению, видовым признакам источники, использованные в диссертационной работе, могут быть систематизированы следующим образом:

1. Документы органов власти и управления различных уровней:

  1. законодательные акты прусского и российского правительств;
  2. распорядительная документация центральных органов управления, отражающая особенности правового положения иностранцев и подданных империи во второй половине XIX - начале XX вв. (циркуляры, приказы, распоряжения);

-  комплекс документов фискальных учреждений (правила, инструкции,

ведомости о казенных оброчных статьях и др.);

- распорядительная и отчетная документация местных органов власти (по

становления, распоряжения, рапорты, акты обследования колоний, переписка и

ДР)


15

- документация внутреннего (общинного) управления (отчетность коло

ниальных правлений, общественные приговоры и прошения, материалы выбо

ров шульцев, обершульцев и бейзицеров, переписка, списки поселенцев и др.)

2. Материалы официальной статистики:

  1. материалы I всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г.;
  2. материалы региональных статистических сборников;

-  статистическая документация органов местного управления (списки,

таблицы, перечни и др.)

3. Мемуарная литература (воспоминания, дневниковые записи поселенцев

колоний А. Унгера, Э. Радтке и др.)

  1. Картографические материалы (карты-схемы поселений, чертежи зданий, молитвенных домов и др.)
  2. Художественно-исторические произведения меннонитов.
  3. Материалы справочного характера.

Документальный комплекс объединил опубликованные и впервые вводимые в научный оборот материалы архивных фондов. Его основной пласт представлен делами из фондов Государственного архива Краснодарского края -ГАКК (Краснодар), Государственного архива Ставропольского края - ГАСК, Государственного архива новейшей истории Ставропольского края - ГАНИСК (Ставрополь), Центрального Государственного архива Республики Северная Осетия - Алания - ЦГА РСО-А (Владикавказ). Кроме того, в данном исследовании были использованы не публиковавшиеся ранее документы Государственного архива Одесской области (ГАОО), любезно предоставленные О. Коноваловой.

Особую ценность для исследования представляют фонды «Терское областное правление», «Управление наместника Кавказского», «Дирекция народных училищ Терской области» ЦГА РСО-А, «Кубанское областное правление», «Гражданская Канцелярия Начальника Кубанской области», «Межевая комис-


16 сия Кубанского Казачьего войска» (ГАКК), «Канцелярия Ставропольского губернатора» (ГАСК). Материалы этих фондов: переписка между местными органами управления, акты обследования колоний меннонитов, программы занятий и др., - содержат важную информацию об адаптации поселенцев в новом социокультурном пространстве, дают возможность изучения различных сторон жизнедеятельности меннонитских поселений северокавказского региона.

Опубликованные документы представлены несколькими комплексами. Прежде всего, комплекс государственных нормативных актов, комплекс опубликованных статистических материалов - материалы I всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года, региональные справочные издания (Сборники сведений о Северном Кавказе (за 1906-1914 гг.), Памятная книжка Ставропольской губернии, Терский, Кавказский календари, Известия общества любителей изучения Кубанской области) и др.

Особое место в разработке меннонитской проблематики занимает мемуарная литература, представляющая собой свидетельства участников или очевидцев событий и процессов, составляемые на основе личных впечатлений. Это делает мемуары исключительно ценным источником для исследования различных аспектов развития общества, процессов бытовой, социокультурной, психологической адаптации. Важным источником мемуарного характера по проблеме исследования является журнал «Preservings» («Наследие»), издающийся дважды в год историческим обществом Гановер-Штейнбах (Канада), посвященный различным сторонам жизнедеятельности меннонитских общин как России, так и других стран. Публикуя уникальнейший материал: дневниковые записи, переписку, фотографии из семейных архивов меннонитов, а также автобиографии, литературные портреты, воспоминания видных общественных деятелей и обычных меннонитов, - историческое общество Гановер-Штейнбах реализует свою основную цель - сохранение социальной памяти общности. Подобные журналы, посвященные истории немецких и меннонитских общин, издаются в Европе: аль-


17 манах «Heimatbuch» («Книга Родины»), «Ruckblick» и др.   Источником подобного рода являются художественно-исторические произведения, чрезвычайно популярные в меннонитской среде: работы X. Хиберта, Дж. Фризена, Д. Плетта, А. Регер и др.

В отдельную группу источников выделены картографические материалы: карты Кубанской, Терской областей с нанесением на них поселений менонитов; карты-схемы менонитских поселков Александерфельд, Вольдемфюрст, терских поселений; схема спорной границы Николаевского (менонитского) сельского общества; чертежи зданий, молитвенных домов и т.д.

В работе также были использованы материалы справочного характера. В этом отношении, прежде всего, следует выделить Hildebrand' s Zeittafel (Хронологическая таблицу), изданную в Канаде и представляющую собой подробнейшее описание истории фламандской группы меннонитов, проживающей разновременно в Нидерландах, Польше, России на протяжении XVI в. - 1945 г. Данная работа позволила уточнить хронологические рамки проживания меннонитов на Кавказе, время основания поселений, причины миграции и др. Существенную ценность представляет еще один источник, относящийся к группе опубликованных - списки русских заимствованных слов в языке меннонитов.

Данная источниковая база позволила раскрыть заявленную тему и обеспечила решение поставленных задач, позволила достичь определенной адекватности интерпретации выбранного сюжета.

Научная новизна диссертации заключается в самой постановке проблемы, так как впервые была предпринята попытка интерпретации факта присутствия меннонитов в северокавказском регионе и их участия в реализации природ -но-хозяйственного потенциала территории в историческом контексте. В ходе диссертационного исследования подтверждено влияние религиозной доктрины на адаптивные способности общности; выделены и изучены факторы, определившие характер и содержание процесса адаптации меннонитов в регионе;


18 дифференцированы категории северокавказских меннонитских хозяйств; определены и исследованы особенности процесса вхождения меннонитской общности в формирующееся экономическое и социокультурное пространство региона.

Научная новизна заключается также в проведении компаративного анализа реализации государственной политики на уровне центра (царское правительство) и региона (местная кавказская власть) в отношении общности. В ходе исследования выявлено, что если в отношениях между данной общностью и государством сохранялось относительное равновесие (т.е. в ответ на государственную покровительственную политику меннониты демонстрировали благожелательно-нейтральное отношение к власти), то отношение кавказской военной бюрократии к меннонитам из-за незнания их особенностей как к «вредной для общества секте» стало условием «закрытости» меннонитов для местной власти, что привело к информационному искажению облика меннонитов в представлении кавказских властей и оказало влияние на протекание процесса адаптации общности в условиях региона.

Научная значимость работы, кроме того, определяется включением в исследование группы меннонитских поселений Хасав-Юртовского округа Терской области, история которых до сих пор являлась «белым пятном» в историографии российских меннонитов. Разнообразные по своей родовой принадлежности неопубликованные источники позволили проследить динамику переселения в район Хасав-Юрта, уточнить места проживания, проанализировать процесс политической и социально-хозяйственной адаптации, изучить на основе списков поселенцев гендерно-возрастной, социальный состав общин, проследить родственные связи терских меннонитов и др.

Теоретическая значимость исследования состоит в том, что впервые с привлечением не публиковавшихся ранее документальных источников сформирован комплекс пертинентных документов, позволивший осмыслить понятие адаптации за счет уточнения его сущностных характеристик; исследовать выра-


19 ботанные конкретным этнокультурным сообществом в процессе приспособления к новым условиям существования механизмы самосохранения; проанализировать особенности социальной и хозяйственной адаптации меннонитского общинного хозяйства конфессионального типа.

Практическая значимость определена адекватностью знания, полученного в результате обобщения опыта адаптации, которое может стать основой для разработки адаптационных стратегий и организации дальнейших исследований. Материалы исследования могут быть использованы при разработке общих и специальных курсов региональной и конфессиональной истории в курсах по отечественной истории, регионоведению, религиоведению, миграциологии в процессе преподавания в средней и в высшей школах. Результаты диссертационного исследования также могут быть использованы для разработки программ по налаживанию связей с зарубежными объединениями соотечественников, «ностальгических» экскурсионных туров.

Апробация результатов исследования. Концепция исследования разработана и апробирована на кафедре истории России Ставропольского государственного университета при поддержке гранта Центра российских и восточноевропейских исследований в г. Торонто (Канада) «Candidate dissertation research grants of program «Khortitsa-99» Mennonite studies grants for research». Основные положения исследования обсуждены на 14 международных и региональных научных конференция и изложены в 12 публикациях.

Структура работы подчинена цели и задачам исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

В двух параграфах первой главы «Специфика и содержание процесса формирования адаптивных способностей этноконфессиональной общности (эко)   меннонитов»   проанализированы особенности формирования этнокон-


20 фессиональной общности меннонитов, причины и обстоятельства их появления в России. В историографии существует несколько концепций этнического происхождения меннонитов. Общепризнанной на сегодняшний день является концепция этноконфессиональной общности (эко) меннонитов. Ее авторы на основе анализа различных источников, отражающих политическую, экономическую, этническую, лингвистическую и конфессиональную историю меннонитов, делают вывод о том, что в результате взаимодействия религиозных и этнических особенностей меннонитских групп (выходцев из различных нидерландских провинций: Брабанта, Фландрии, Голландии, Оверэйссела, Хелдера, Ватерланта и других) в условиях длительной конфессионально-территориальной изоляции их от окружающего населения в Пруссии, а затем в России из этих групп сложилась этноконфессиональная общность.

Основой жизнедеятельности этноконфессии меннонитов явилось сформировавшееся в условиях Реформации протестантское религиозное мировоззрение, имевшее свою ярко выраженную специфику. Именно религия самым активным образом воздействовала на поведение меннонитов в сфере экономики и производства, на их отношение к труду, на хозяйственную этику, определяла выбор поведения общности в различных ситуациях. Стремление максимально приблизить свою жизнь к евангельским нормам, идеи непротивления злу насилием способствовали формированию «пространственной мобильности» меннонитов. Постоянная трансформация меннонитского религиозного мировоззрения и поиск условий для реализации новых, обновленных в ходе расколов вероучений обусловили высокую миграционную активность общности. Непротивленческая направленность учения привела к формированию у меннонитов пассивного восприятия действительности в отношениях с государственной властью и окружающим населением, когда миграция представлялась единственной возможностью сохранения этнокультурной целостности. Вместе с тем, внесение в учение постулата «вера без дел мертва» способствовало выработке активной позиции


21 представителей общности в преобразовании внутреннего пространства, проявлявшейся в фанатичном трудолюбии меннонитов, что обусловило высокий уровень адаптивных способностей общности.

В условиях миграции на протяжении XVI - первой половины XIX вв. меннонитской общностью был накоплен значительный опыт поведенческого освоения новой среды обитания, включающий в себя практику хозяйственного освоения различных ландшафтных комплексов, выстраивания взаимоотношений с государством и окружающим обществом и т.д. Так, в результате миграции меннониты в XVI-XVII вв. оказались на территории Пруссии. Милитаристское по характеру прусское государство не смогло долго мириться с проживанием на своей территории подданных, не несущих военную службу. Прусские государственные мероприятия 80-х гг. XVIII - начала XIX вв., направленные на ограничение меннонитского землевладения, были продиктованы, прежде всего, милитаристскими соображениями.

Притеснения меннонитов в Пруссии совпали со временем, когда русское правительство активизировало свою колонизационную политику. Для более быстрого и эффективного освоения территорий южных губерний Российской империи, присоединенных в ходе крымских военных кампаний, были приглашены иностранные колонисты. Условия переселения и положение меннонитов в России определяли манифест Екатерины II от 22 июля 1763 г. «О дозволении всем иностранцам, в Россию выезжающим, поселяться в которых губерниях они пожелают и о дарованных им правах», «Жалованная грамота» Павла I от 6 сентября 1800 года. Данные законодательные акты декларировали веротерпимость со стороны государства и предоставляли колонистам ряд льгот и привилегий: освобождение от гражданской и военной службы, 10-летнюю налоговую льготу, свободу «от всякого рода постоев», «казенных работ» и др. Такие привилегии, как свобода вероисповедания, освобождение от военной службы, самоуправление общин и наделение землей, отвечали непременным требованиям религиоз-


22 ного и экономического существования общности меннонитов и обусловили их переселение в Россию.

Во второй главе «Особенности меннонитской миграции на Северный Кавказ и создания «дочерних» поселений (60-е гг. XIX - начало XX вв.)», представленной двумя параграфами, рассмотрены причины переселения меннонитов на Северный Кавказ и проанализированы административно-правовые условия существования меннонитских поселений в этом регионе. Несмотря на высокие результаты продуманной покровительственной политики российского государства по отношению к иммигрантам-меннонитам, к середине XIX в. они столкнулись с серьезными проблемами внутреннего устройства своих общин. Эти проблемы были вызваны несовместимостью одновременного существования внутренней юрисдикции и религиозно обоснованного неприятия гражданской власти, осложненными «кризисом обезземеливания». Сложный период в развитии конгрегации обусловил трансформацию менонитского вероучения и, как следствие, привел к миграции отделившихся общин-конгрегаций, каждая из которых отстаивала истинность своего варианта учения. Очередная «реформация» конфессии привела к переселению так называемых новоменнонитов на Северный Кавказ.

На территорию Северного Кавказа меннониты переселялись в течение нескольких десятилетий. Их переселение не было крупномасштабным. Его результатом стало разновременное образование трех основных районов их компактного расселения на Кубани, близ Кавминвод и в Терской области. Проанализированные в рамках данного исследования с привлечением не публиковавшихся ранее документов обстоятельства водворения переселенцев, их имущественное положение, родственные связи и др. свидетельствуют о преобладании конфессионального фактора в переселении меннонитов на Кубань и экономического - на Терек и в район Кавминвод. Тем не менее, для всех переселенческих потоков являлось общим отношение к миграции как к единственной возможно-


23 сти «очистить» учение в условиях, максимально приближенных, по мнению меннонитов, к апостольским.

В связи с тем, что факторы миграции различных групп меннонитов на Северный Кавказ имели свою специфику, условия водворения поселенцев были разнообразными: кубанские меннониты поселились на правительственном наделе, жители кавминводских колоний Орбелиановка, Темпельгоф - на арендованной земле, остальные, как правило, приобретали землю в собственность.

Значительно повлиял на протекание адаптивных процессов северокавказской меннонитской общности характер ее взаимоотношений с местной властью. Следует отметить, что отношение кавказской военной бюрократии к меннони-там значительно отличалось от отношения царского правительства. Если во втором случае можно говорить о так называемой «политике привилегий» по отношению к меннонитам (хотя и ограниченной с последней трети XIX в.), то отсутствие необходимой информации о меннонитской общности, незнание ее особенностей, подход, зачастую, как к «вредной для общества секте», с которой необходимо вести идеологическую борьбу, привели к информационному искажению облика меннонитов в представлении кавказских властей, определили трудности адаптации переселенцев-меннонитов.

В третьей главе «Природно-хозяйственная и социокультурная адаптация северокавказских меннонитов (60-е гг. XIX - начало XX вв.)», состоящей из двух параграфов, раскрыт процесс складывания меннонитского общинного хозяйства в новых региональных условиях и проанализировано вхождение северокавказских меннонитских общин в социокультурное пространство региона.

Адаптируясь к новым природно-климатическим условиям, северокавказские меннониты выработали свою стратегию хозяйственной адаптации и смогли занять собственную нишу в экономическом поле региона. Кубанские меннониты специализировались на высокопродуктивном зерновом производстве и то-


24 вар ном молочном животноводстве. К концу 1880-х гг. меннониты Орбелианов-ки и Темпельгофа также успешно заняли свою нишу в экономической структуре региона - основными отраслями их хозяйственной деятельности стали виноградарство и садоводство. Имеющиеся в нашем распоряжении источники позволяют говорить о завершении процесса природно-хозяйственной адаптации кубанских меннонитов к середине 1880-х, а меннонитов Орбелиановки и Темпельгофа - к началу 1890-х гг. Наиболее сложно и болезненно процесс природно-климатической адаптации проходил у терских меннонитов, что было обусловлено природными особенностями региона, необустроенностью территории, бездействием местных властей, сложными отношениями с горским населением.

В целом, характеризуя гендерно-возрастной состав и семейное положение северокавказских меннонитских общин, следует отметить, что в возрастном и семейном отношении они представляли собой, как правило, совокупность активных людей малых социальных групп (семья, односельчане). В подавляющем большинстве была представлена типичная для меннонитов крепкая семья, средней численностью 6 человек. Анализ соотношения мужского и женского населения, возрастных категорий поселенцев и др. позволяет предположить, что в физическом отношении терские меннониты представляли собой людей наиболее готовых к трудностям адаптации по сравнению с кубанскими меннонитами.

Принимая во внимание индивидуальные адаптивные способности менно-нитов-переселенцев, необходимо учитывать особенности меннонитской общины, роль которой в процессе адаптации была чрезвычайно велика. Меннониту в общине была уготована своя жизненная ниша, община являлась его основной и единственной средой обитания. Это во многом смягчало болезненность сложного процесса адаптации, переживаемого общностью. После завершения периода первоначальной природно-хозяйственной адаптации в северокавказском менно-нитском социуме имели место процессы культурного влияния. Об этом свидетельствуют языковые, культурные заимствования меннонитов, выстраивание


25 взаимоотношений с окружающим населением, активная миссионерская деятельность общин.

В целом, особенности природно-хозяйственной и социокультурной адаптации меннонитов на территории Северного Кавказа были обусловлены несколькими факторами. Основными из них, на наш взгляд, являются: 1) природно-климатические условия региона; 2) общая ситуация «замирения» на Кавказе; 3) адаптационный опыт меннонитов; 4) влияние общины; 5) политика центральной и местной власти. Кроме того, особенностью переселенческой ситуации и социально-этнической адаптации северокавказских меннонитов было то обстоятельство, что они оказались втянуты в социокультурное пространство региона на этапе его оформления. Низкий уровень информированности об общности обусловил изначальную «заданность» процесса узнавания меннонитов со стороны местной кавказской власти и окружающего населения.

В заключении были подведены итого и сформулированы следующие выводы:

Комплексное исследование процессов социально-экономической адаптации меннонитской общности на территории Северного Кавказа позволяет утверждать, что возможности адаптации меннонитов к новым условиям существования, как и характер самого процесса, зависели от ряда факторов: этнокультурной и этнопсихологической характеристики меннонитской общности, ее адаптационного опыта; государственной политики на уровне центра (царское правительство) и региона (местная кавказская власть) в отношении общности, административно-правовых условий ее существования в северокавказском регионе; естественно-географической специфики северного Кавказа; социального и профессионального состава меннонитских общин; особенностей этнонацио-нальной ситуации и межэтнических взаимоотношений в регионе и др.

Формирование адаптивных способностей меннонитской общности происходило под непосредственным влиянием религиозной доктрины. Сложившись в


26 силу ряда объективных причин как этноконфессиональная общность, менно-нитство на всем периоде своего развития переживало доминирующее влияние религиозного фактора. Лежащий в основе меннонитской протестантский конфессии принцип субъективизма (признание права верующих на самостоятельное толкование и постижение смысла Библии) способствовал развитию разномыслия в общности, создавал благоприятную почву для появления разногласий по тем или иным богословским вопросам. В силу этого меннонитское учение неизбежно с определенной периодичностью подвергалось конфессиональным расколам, и как следствие, общность - постоянным перемещениям. И хотя причины переселения того или иного миграционного потока меннонитов являлись комплексными, в их переселении практически всегда преобладал конфессиональный фактор - необходимость сохранения определенного варианта учения.

Последствиями меннонитского понимания «духовной реформации» посредством возврата к апостольским временам явились: конгрегативное устройство «общин избранников Божиих», их стремление к изоляции от окружающей среды обитания; постоянный поиск «места спасения» на Земле, отвечающего евангельским нормам; формирование своеобразного склада психики меннонитов и особенностей социального поведения общности, воплощенных в меннонитской «теологии ненасилия».

В результате продуманной покровительственной политики российского государства по отношению к иммигрантам-меннонитам на территории Российской империи на протяжении конца XVIII - первой половины XIX вв. была создана благоприятная в социально-правовом и экономическом отношении ситуация. Она способствовала успешной адаптации «материнских» менонитских колоний южных губерний империи (Екатеринославской, Херсонской, Таврической). Проявившиеся к середине XIX в. серьезные проблемы внутреннего устройства общин обусловили трансформацию менонитского вероучения и, как


27 следствие, привели к миграции отделившихся общин-конгрегаций, каждая из которых отстаивала истинность своего варианта учения.

На течение адаптивных процессов северокавказской меннонитской общности значительно повлияли пограничное положение, низкий уровень освоенности территории, время освоение местности - послевоенный период «замирения» Кавказа, отношение местной власти к поселенцам. Особенностью переселенческой ситуации и социально-этнической адаптации меннонитов на Северном Кавказе было то обстоятельство, что они оказались втянуты в социокультурное пространство региона на этапе его оформления. Обычно принимающее общество является хорошо структурированным социумом, который обладает присущим ему общественным сознанием и устойчивостью к внешним воздействиям. Однако это положение нельзя применить к северокавказскому обществу второй половины XIX в., которое переживало сложный период своего формирования при взаимодействии элементов культур разных этносов.

Протекающие во второй половине XIX в. процессы экономической модернизации и хозяйственной специализации рыночного пространства северокавказского региона, формирование структуры регионального рынка позволили меннонитам наравне с остальными переселенцами-колонистами активно включиться в эти процессы и занять собственную нишу в экономическом поле региона. Вместе с тем, важно отметить, что на выбор стратегии хозяйственной адаптации северокавказских меннонитов наряду с особенностями ландшафта районов их поселения оказали непосредственное влияние социокультурная составляющая меннонитской идеологии, профессиональная специфика общин, стили и формы осуществления хозяйственной деятельности, определенные религиозным сознанием. Поэтому наравне с социально-экономическими условиями существования меннонитских общин в регионе необходимо учитывать их позиции и установки в отношении перспектив своего существования в новой среде обитания.


28

Важно заметить, что крепость и сплоченность северокавказских менно-нитских общин определялась также «дочерним» положением поселений. Как правило, структурирование сообществ мигрантов происходит не сразу после переселения. Формирование общин, складывание социальных институтов начинается после периода накопления иммигрантской массы, первичной природно-хозяйственной и бытовой адаптации мигрантов. Для переселившихся на территорию Северного Кавказа южнороссийских меннонитов характерно изначальное функционирование общины и ее социальных институтов, сложившихся в условиях миграции на протяжении XVI-первой половины XIX вв., что отразилось на особенностях процесса адаптации общности на Кавказе.

Меннонитская община, как бы крепка и сплочена не была, все-таки не являлась идеальным «обществом святых» и не могла опровергнуть общие законы социального развития. С течением времени меннонитская община адаптировалась и в экономическом, и в социокультурном отношении, и это явилось началом ее разрушения. Таким образом, несмотря на региональные особенности адаптации меннонитов, их община в условиях Северного Кавказа (как и любого другого региона) являлась сложнейшей структурированной многофункциональной организацией, основной задачей которой являлась адаптация для обеспечения жизнедеятельности общности при сохранении изоляции. В несовместимости этих задач и заключалось, по нашему мнению, основное противоречие мен-нонитской общности, определившее ее судьбу «народа в пути».

Публикации по теме исследования

  1. Бабкова В.Ю. Российский период меннонитской истории в отечественной и зарубежной историографии // Наука и школа. № 6, 2007. С. 70-72.
  2. Козлова В.Ю. (Бабкова В.Ю.) Формирование этноконфессиональной общности меннонитов в России // Западноевропейская цивилизация и Россия: пути

29 взаимодействия: Материалы научной конференции 2 февраля 2001 г. / Под ред. д-ра ист. наук, проф. А.А. Аникеева. Ставрополь: СГУ, 2001. С. 173-177.

  1. Козлова В.Ю. (Бабкова В.Ю.) К проблеме социальной и хозяйственной адаптации меннонитов в России // Вопросы отечественной и зарубежной истории глазами начинающих исследователей: Сборник студенческих и аспирантских статей. Ставрополь: Изд-во СГУ, 2002. С. 24-29.
  2. Бабкова В.Ю. Вынужденная миграция - альтернатива в развитии отношений между государством и «малым» этносом (на примере этноконфессиональной общности меннонитов) // Проблемы беженцев и вынужденных переселенцев на Северном Кавказе: Материалы международной научно-практической конференции (5 декабря 2003 г.) Ставрополь, 2003. С. 203-207.
  3. Бабкова В.Ю. Особенности процесса адаптации меннонитов-иностранцев на Ставрополье. 1860-90-е гг. // Европа и Северный Кавказ в XIX-XX вв.: Опыт межкультурной коммуникации и социокультурной адаптации. Ставрополь,

2005. С. 7-15.

6.  Бабкова В.Ю. Провинциальная периодическая печать как источник изучения

формирования этноэмоционального пространства регионального социума.

(На примере Ставропольских, Кубанских и Терских ведомостей) // Периоди

ческая печать как источник интеллектуальной истории: Материалы между

народной научной конференции. Пятигорск, 28-30 апреля 2006 г. Пятигорск,

2006. С. 338-341.

  1. Бабкова В.Ю. Роль меннонитских поселенцев Ставрополья в функционировании системы обеспечения Кавминводского курорта // «Курорт» в дискурсивных практиках социогуманитарного знания. Материалы международной научной конференции. Пятигорск, 27-29 апреля 2007 года. Ставрополь-Пятигорск-Москва, 2007. С. 303-311.
  2. Бабкова В.Ю. К вопросу об особенностях адаптации северокавказской мен-нонитской общности // Історична панорама. Збірник наукових статей ЧНУ.

30 Спеціальність «Історія». Чернівці: Видавництво Чернівецького національно-го університету, 2007. Випуск 5. С 23-35.

9. Бабкова В.Ю. К вопросу о возможности формирования пертинентного комплекса архивных документов по истории северокавказских меннонитов: обзор фондов региональных архивов Южного округа Российской Федерации // Вопросы германской истории. Немцы Украины и России в конфликтах и компромиссах XIX-XX вв.: Материалы международной научной конференции. Днепропетровск, 24-27 сентября 2007 г. / Отв. ред. СИ. Бобылева. Днепропетровск: Пороги, 2007. С. 318-331.

Ю.Бабкова В.Ю. Сведения о меннонитах в фондах Центрального государственного архива Республики Северная Осетия-Алания (Владикавказ) // Российские немцы. Die Russlanddeutschen / Научно-информационный бюллетень. Wissenschaftliches Informationsbulletin,        № 4 (52) / 2007. С. 15-18.

11.Бабкова В.Ю. Языковые заимствования меннонитов как показатель их социокультурной адаптации http://www.newlocalliistory.com/inetconf72005/-index.php

12.Babkova V. They were Strangers to All: Russian Understanding of Mennonites in the North Caucasus in the 1860s // Molochna - 2004: Mennonites and their Neighbours (1804-2004). An International Scholarly Conference Zaporizhia, Ukraine. June 2-5, 2004. Zaporizhia, 2004. P. 14-18.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.