WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Этапы и тенденции развития региональных электоральных процессов в постсоветской России

Автореферат докторской диссертации по политике

ЧУВИЛИНА НАТАЛЬЯ БОРИСОВНА

ЭТАПЫ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ РЕГИОНАЛЬНЫХ ЭЛЕКТОРАЛЬНЫХ ПРОЦЕССОВ В ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ

Специальность 23.00.02 – Политические институты, процессы и

технологии

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора политических наук

Краснодар 2011

Работа выполнена на кафедре политологии, социологии и философии Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Башкирская академия государственной службы и управления при Президенте Республики Башкортостан»

Научный консультант:                      доктор философских наук, профессор

                                       Дорожкин Юрий Николаевич

Официальные оппоненты:               доктор политических наук, профессор

                                     Грачев Михаил Николаевич    

                 доктор политических наук, профессор

                                  Попова Ольга Валентиновна

                 доктор политических наук, профессор

                                 Савва Михаил Валентинович               

Ведущая организация:         Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте

Российской Федерации (г. Москва)

Защита состоится « 20  » октября  2011 года в 13 часов 00 мин. на заседании совета Д 212.101.11 по защите докторских и кандидатских  диссертаций  при Кубанском государственном университете по адресу: 350040, г. Краснодар, ул. Ставропольская, 149, ауд. 231.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Кубанского государственного университета.

Автореферат диссертации разослан «    » июля 2011 года.

Ученый секретарь

Совета по защите докторских и кандидатских

диссертаций доктор политических наук,

доктор исторических наук, профессор                                              А.В. Баранов

  1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования обуславливается рядом обстоятельств.

Во-первых, значительной ролью электоральных процессов в современных демократических политических системах. Электоральные процессы, в том числе, региональные электоральные процессы всегда отражают содержание и характер политических процессов, выступают фактором их развития. Поэтому выявление особенностей современных региональных электоральных процессов является актуальной исследовательской задачей, позволяющей понять своеобразие взаимодействия власти и общества в современной России, характер российской власти и ее электоральной политики.

Во-вторых, изучение этапов и тенденций региональных электоральных процессов актуализируется необходимостью понять логику и динамику российской политической трансформации, роль выборных процедур в постсоветском транзите региональных политий.

Региональные электоральные процессы выступали важной составной частью российской политической трансформации 90-х XX века, а тенденции их развития отражали векторы политической трансформации российской и региональной власти, региональных политических режимов, институционализацию государственных и гражданских акторов региональных политических процессов и развитие их взаимоотношений.

В-третьих, актуализация проблематики региональных электоральных процессов обуславливается значительной спецификой современных российских региональных электоральных процессов, являющейся продуктом их постсоветского развития. Изучение этапов и тенденций региональных электоральных процессов позволяет понять, как шел их генезис и развитие в российских регионах в постсоветское время, почему произошло ограничение роли выборных процедур в региональных политико-властных процессах, что позволяет оценить возможные перспективы дальнейшей эволюции региональных политий и региональных электоральных процессов в России.

Степень научной разработанности проблемы. По проблематике электоральных процессов в зарубежной и российской политической науке накоплен богатый материал научно-методологического и аналитического плана.

В западной политической науке основные направления исследования электоральных процессов связаны с изучением электорального поведения, его моделей и факторов (П. Лазарсфельд, Э. Даунс, М. Фиорина, С. Липсет, С. Роккан, Э. Кэмпбелл) , сравнительных политологических моделей электоральных систем (М. Дюверже, А. Лейпхарт, Р. Таагепера, М. Шугарт), процессов политической коммуникации (Г. Лассуэл, Ж. Блэк, Ч. Райт, Д. Маккуэйл, Р.-Ж. Шварценберг, П. Лазарсфельд, Ф. Гоулд, Р. Кайроль, Б. Криеф, Р. Мерфин, М. Нуар). Работы данных авторов составляют методологическую базу современных электоральных исследований.

Российские исследователи в изучении электоральных процессов опираются на методологические подходы, разработанные в западной политологии, исследуют электоральные процессы в рамках системного, структурно-функционального, институционального, неоинституционального, поведенческого, социологического, исторического подходов. Так, в работах И.В. Анциферовой, Р.З. Близняка, В.Ю. Мартыновича, А.В. Шумилова сформулированы рабочие определения категории «электоральный процесс», адекватные различным контекстам исследования последнего, определена его структура .

Региональные электоральные исследования являются составной частью политической регионалистики – направления, активно развивающегося в современной российской политологии. В становление данного направления российской политической науки внесли вклад такие исследователи, как И.М. Бусыгина, Р.Ф. Туровский, А.В. Дахин, Н.П. Распопов, А.В. Баранов, А.А. Вартумян, П.В. Панов .

Региональные электоральные процессы как политологическая проблема связаны с такими аспектами политико-властных отношений, как взаимоотношения власти и гражданского общества, взаимоотношения внешних (общефедеральных) и внутренних (внутрирегиональных) акторов данных процессов, особенности институционального контекста и нормативно-правовой базы региональных выборов. Проблематика генезиса и развития региональных электоральных процессов в условиях транзита расширяет сферу анализа, включая в него процессы институционализации политических систем в центре и регионах, складывание федеративной системы, процессы институционализации новых внешних и внутренних государственных и гражданских акторов региональных электоральных процессов.

Отдельные аспекты проблемы региональных электоральных процессов в постсоветской России достаточно хорошо изучены в российской политологии. В частности, в работах В.Я. Гельмана, Г.В. Голосова, М.Н. Грачева,

А.В. Кынева, Н.В. Петрова, С.И. Рыженкова, Р.Ф. Туровского, Л.Ф. Шевцовой раскрыты различные аспекты политики федеральной власти, связанные с ее взаимоотношениями с региональными правящими элитами, с эволюцией российского политического режима, с реформированием российского федерализма, партийной системы, институциональной среды региональных политических процессов .

Процессы политических трансформаций и политической институционализации в российских регионах, вопросы формирования и трансформации региональных политических режимов, в ходе которых зарождались и развивались региональные электоральные процессы, рассмотрены в работах

М.А. Аюпова, С.В. Бирюкова, М. Бри, В. Гельмана, А.С. Кузьмина, К. Мацузато, А. Н. Медушевского, Н.Дж. Мелвина, В.Д. Нечаева, С.И. Рыженкова,

О.О. Сенатовой .

Развитие российских региональных политических процессов постсоветского времени в кроссрегиональном и в кросстемпоральном аспектах освещено в работах П.В. Панова, Н.В. Петрова, А.С. Титкова, Р.Ф. Туровского .

Региональные политические процессы в рамках отдельных регионов и отдельных периодов их развития изучаются региональными исследователями, в том числе, в рамках исследовательских и мониторинговых проектов российских и зарубежных исследовательских центров и фондов. Среди региональных исследователей следует отметить работы В.С. Авдонина, С.В. Борисова,

А.В. Дахина, В.А. Ковалева, Н.М. Мухарямова, М.В. Саввы и др.

В работах  Н.В. Зубаревич, А.Ю. Зудина, Н.Ю. Лапиной, Я.Ш. Паппэ,

С.П. Перегудова, Р.Ф. Туровского раскрыта проблематика крупного федерального бизнеса как актора региональных политических процессов, в том числе, установление политического контроля над регионами федеральными ФПГ в ходе региональных выборов .

Вопросы обновления социального состава, специфики механизмов формирования и функционирования, особенностей электоральных стратегий региональных элит и региональной власти исследованы М.Н. Афанасьевым,

Д.В. Бадовским, О.В. Крыштановской, И.В. Куколевым, Н.Ю. Лапиной,

Р.Ф. Туровским, А.Е. Чириковой, А.Ю. Шутовым .

Вопросы институционализации и деятельности партий в качестве акторов региональных выборов рассмотрены в работах М.Н. Афанасьева, А.Ю. Глубоцкого, Г.В. Голосова, А.В. Кынева, исследованию специфики и динамики российских региональных электоральных институтов посвящены работы Г.В. Голосова, П.В. Панова, изменение нормативно-правовой базы региональных выборов проанализировано А.Е. Любаревым, эффекты влияния электоральных институциональных и нормативно-правовых изменений на региональные партийные системы рассмотрены в работах

Г.В. Голосова, А.В. Кынева, П.В. Панова .

Некоммерческие организации и средства массовой информации регионов России в качестве актора региональных электоральных процессов изучены слабо, что реально обусловлено их невлиятельной ролью . Теоретическая модель взаимодействия НКО с региональной властью создана

Е.В. Белокуровой, а эволюция групп интересов социальной направленности в качестве акторов региональных выборов в 1993–2003 гг. прослежена в монографии Г.В. Голосова «Российская партийная система и региональная политика 1993–2003» .

Специфика и динамика изменений электорального поведения, электоральной культуры, партийно-политических ориентаций избирателей российских регионов достаточно хорошо изучены российскими исследователями в рамках отдельных субъектов федерации . Также проводятся исследования электорального поведения избирателей в разрезе крупных географических регионов. Электоральные практики взаимодействия властных акторов и электората в региональных выборах в рамках неоинституционального подхода исследуются А.В. Барановым, П.В. Пановым .

Отдельные электоральные циклы и избирательные кампании в регионах проанализированы в работах В.А. Колосова, В.Н. Козлова, А.В. Кынева, Д.Б. Орешкина, Н.В. Петрова, А.С. Титкова, А.В. Филиппова, Р.Ф. Туровского, О.О. Сенатовой, А.В. Якурина .

Вместе с тем, следует отметить фрагментарность накопленного аналитического материала по проблематике региональных электоральных процессов. Исследованы либо отдельные аспекты данных процессов (акторы, институты, законодательство), либо отдельные электоральные циклы в регионах и отдельные избирательные кампании.

В то же время в исследованиях, основанных на методологическом потенциале категории «электоральный процесс», позволяющем раскрыть динамику региональных электоральных процессов во всем многообразии и взаимосвязи составляющих их элементов, а также в длительной временной перспективе, предмет анализа в большинстве случаев ограничен рамками отдельных регионов .

В настоящее время остаются единичными исследования, анализирующие волны и виды региональных выборов в длительной временной перспективе и во всей совокупности российских регионов. Среди них следует отметить работы Г. В. Голосова, Я. Г. Ашихминой, А. В. Кынева, Н. В. Петрова, А. С. Титкова, А. В. Филиппова, книгу А. В. Иванченко и А. Е. Любарева «Российские выборы от перестройки до суверенной демократии» .

Однако эти исследования отличает ограниченность подходов, проявляющаяся либо в анализе отдельных видов региональных выборов в рамках нескольких электоральных циклов , либо в концентрации внимания на отдельных аспектах региональных выборов, например, на их конкурентности и предсказуемости , либо – на отдельных акторах .

В итоге в кроссрегиональном и в кросстемпоральном разрезе, а также в рамках комплексных подходов проблема современных российских региональных электоральных процессов остается пока недостаточно изученной.

Главное же состоит в том, что в настоящее время практически неисследованными остаются такие аспекты российских региональных электоральных процессов постсоветского периода, как особенности их генезиса, этапы и тенденции развития, роль внешних и внутренних акторов и влияние внешних и внутренних факторов на эволюцию данных процессов, трансформация нормативно-правовой и институциональной базы региональных выборов, изменения характера и функций региональных выборов, особенности региональных электоральных процессов в регионах различных типов и факторы, обуславливавшие эту специфику.

Актуальность темы, ее недостаточная разработанность в современной российской политической науке и научная значимость определили объект, предмет, основные цели и задачи исследования.

Объект диссертационного исследования – региональные электоральные процессы в постсоветской России.

Предмет диссертационного исследования – этапы и тенденции развития региональных электоральных процессов политико-властной сферы в Российской Федерации в постсоветский период.

Цель работы – выявить сущность генезиса, основных этапов и тенденций развития региональных электоральных процессов в постсоветской России, складывавшихся в результате взаимодействия политико-значимых акторов и взаимовлияния факторов общероссийского (макро-) и регионального (мезо-) уровней.

Downs A. An Economic Theory of Democracy. N.Y., 1957; Fiorina M.P. The Paradox of Non-Voting. A Decision-Theoretic Analysis // American Political Science Review. 1974. № 68. P. 25–36; The American voter / Campbell A., Converse P.E., Miller W.E., Stokes D.E. N.Y., 1964.

Анциферова И.В. Избирательный процесс: социологический анализ: автореф. дис. ... д-ра социол. наук. М., 2009; Близняк Р.З. Региональный электоральный процесс: На примере Краснодарского края: автореф. дис. ... канд. полит. наук. Краснодар, 2003; Мартынович В.Ю. Электоральный процесс в Германии в 90-е годы XX века :автореф. дис. ... канд. полит. наук М., 2003; Шумилов А.В. Особенности электорального процесса в Российской Федерации (региональный аспект): автореф. дис. ... канд. полит. наук. М., 2007.

Бусыгина И.М. Регион как базовый уровень политического анализа // Политическая наука в России / Под ред. А.Ю. Мельвиля. М., 2003; Баранов А.В. Акторы региональных политических процессов в постсоветской России. М.; Краснодар, 2005; его же. Взаимодействие акторов региональных политических процессов в постсоветской России. М., 2007; Вартумян А.А. Региональный политический процесс: динамика, особенности, проблемы. М, 2004; Дахин А.В. Региональная стратификация политического пространства России: новые подходы и тенденции // Политическая наука. 2003. № 3. С. 89–90;

Дахин А.В., Распопов Н.П. Проблема региональной стратификации в современной России // Полис. 1998. № 4. С. 137–138; Панов П.В., Фадеева Л.А. Региональная полития: институционализация, трансформация, традиции // Мировая политика: проблемы теоретической идентификации и современного развития. М., 2006. С. 321–348; Туровский Р.Ф. Баланс политических отношений между центром и регионами в процессах государственного строительства: автореф. дис. … д-ра полит. наук. М., 2007; его же. Центр и регионы: проблемы политических отношений. М., 2006.

Гельман В.Я. Возвращение Левиафана? Политика рецентрализации в современной России // Полис. 2006. № 2. С. 92–109; Голосов Г.В. Электоральный авторитаризм в России // Pro et Contra. 2008. № 1 (40). С. 22–35; Грачев М.Н., Мадатов А.С. Демократия: методология исследования, анализ перспектив. М., 2004; Кынев А.В. Избирательная реформа В. Путина и региональные выборы // Неприкосновенный запас. 2006. № 5; Рыженков С.И. Динамика трансформации и перспективы российского политического режима // Неприкосновенный запас. 2006. № 6. С. 46–59; Петров Н.В. Федерализм по-российски // Pro et Contra. 2000. № 1. C. 7–33; Туровский Р.Ф. Путинская пятилетка в региональной политике или бег по кругу. URL: //regionalistica.ru/library/rft37.php; Шевцова Л.Ф. Как Россия не справилась с демократией: логика политического отката // Pro et Contra. 2004. № 3. С. 36–55.

Аюпов М. А Региональные особенности политико-трансформационных процессов в современной России. Уфа, 2003; Бирюков С.В. Региональная политическая власть: институты, структуры, механизмы: автореф. дис. … д-ра полит. наук. М., 2009.

Гельман В.Я. Региональная власть в современной России: институты, режимы, практики // Полис. 1998. № 1. С. 87–105; Кузьмин А.С., Мелвин Н. Дж., Нечаев В.Д. Региональные политические режимы в постсоветской России: опыт типологизации // Полис. 2002. № 3. С. 142–155; Мацузато К. Критические моменты авторитарной трансформации. Диверсификация национальных республик Среднего Поволжья // Регионы России: Хроника и руководители. Т 8.: Республика Марий Эл. Чувашская Республика, Республика Башкортостан. Саппоро, 2003. С. 7–22; Его же. Некоторые критерии для сравнения политических режимов Татарстана, Удмуртии, Мордовии // Регионы России: Хроника и руководители. Т. 7: Республика Татарстан, Удмуртская Республика, Республика Мордовия. Саппоро, 2000. С. 3–14; Медушевский А.Н. Тенденции развития региональных политических режимов // Российский конституционализм: политический режим в региональном контексте: материалы научного семинара. 2002. С. 162–165; Россия регионов: трансформация политических режимов / Общ. ред. В.Я. Гельмана, С.И. Рыженкова, М. Бри. М., 2000;

Сенатова О.О. Региональный авторитаризм на стадии его становления // Куда идет Россия? (III). Социальная трансформация постсоветского пространства. М., 1996. С. 146–151.

Панов П.В. Региональные политические процессы в «эпоху Путина»: унификация или диверсификация? // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. СПб., 2006. Т. 2. № 4. С. 109–134; Политический альманах России. 1997. Выборы и политическое развитие / Под ред. М. Макфола, Н.В. Петрова. М., 1998. Т.1; Политические процессы в регионах Росcии / Отв. ред. Р.Ф. Туровский. М., 1998.

Проект Центра славяно-евразийских исследований университета Хоккайдо, результатом которого стал выпуск 8-томного издания «Регионы России: Хроника и руководители» (ред. К. Мацузато, А.Б. Шатилов); Феномен Владимира Путина и российские регионы: Победа неожиданная или закономерная? / Под ред. К. Мацузато. М., 2004; Региональный мониторинг Московского центра Карнеги (2004–2010 гг.) // Московский Центр Карнеги. URL: http://monitoring.carnegie.ru.

Авдонин В.С. Рязанская область: от «централизма Ельцина» к «централизму Путина» через «антицентралистскую девиацию» // Феномен Владимира Путина и российские регионы»: Победа неожиданная или закономерная? М., 2004. С.14–82; Ковалёв В.А. Поставторитарный синдром в регионе: Опыт Республики Коми в контексте «путинского федерализма» // Полис. 2002. № 6. С. 95–103; его же. Политика, власть и бизнес в Республике Коми: современные проблемы. Сыктывкар, 2005; Мухарямов Н.М., Мухарямова Л.М. Татарстан в условиях рецентрализации по-путински // Феномен Владимира Путина и российские регионы: Победа неожиданная или закономерная? М., 2004. С. 312–365; Савва М.В. Итоги выборов в регионах России: Краснодарский край // Сеть этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов. Бюллетень. М., 2003. Ноябрь-декабрь.

Зубаревич Н.В. Пришёл, увидел, победил? (Крупный бизнес и региональная власть) // Pro et Contra. 2002. № 1. С. 107–119; ее же. Зоны влияния крупных корпораций в российских регионах // Региональная элита в современной России / Под ред. Я. Фрухтманна. М., 2005. С. 93–113; Зудин А.Ю. Взаимоотношения крупного бизнеса и власти при В. Путине и их влияние на ситуацию в российских регионах // Региональная элита в современной России. М., 2005. С. 37–64; Лапина Н.Ю. Бизнес и власть: сохранится ли региональное разнообразие? // Региональная элита в современной России. М., 2005. С. 65–76; ее же. Бизнес и власть в сильных регионах: модели и ресурсы взаимодействия // Власть и элиты в российской трансформации. СПб., 2005. С. 223–237; Паппэ Я.Ш. Отношения федеральной экономической элиты и власти в России в 2000–2004 годах: торможение в центре и новая стратегия в регионах // Региональная элита в современной России. М., 2005. С. 77–92; Перегудов С.П. Корпорации, общество, государство: эволюция отношений. М., 2003; Туровский Р.Ф. Власть и бизнес в регионах России: современные процессы обновления региональной элиты // Региональная элита в современной России. М., 2005. С. 143–178.

Афанасьев М.Н. Изменения в механизме функционирования правящих региональных элит // Полис. 1994. № 6. С. 59–66; Бадовский Д.В., Шутов А.Ю. Региональные элиты в постсоветской России: особенности политического участия // Кентавр. 1995. № 6. С. 3–23; Крыштановская О.В. Региональная элита и выборы // Региональная элита в современной России. М., 2005. С. 114–142; Куколев И.В. Региональные элиты: борьба за ведущие роли продолжается // Власть. 1996. № 1.

С. 46–52; Лапина Н.Ю. Региональные элиты России. М., 1997; ее же. Региональные элиты России: кто правит на местах // Россия и современный мир. 1998. №1. С. 98–120; Лапина Н.Ю., Чирикова А.Е.  Региональные элиты в РФ: модели поведения и политические ориентации. М., 1999; их же. Трансформация российской региональной элиты: вперед в номенклатурное будущее? // МЭ и МО. 2005. № 6. С. 33–44; Туровский Р.Ф. Кризис российской региональной элиты // Властные элиты современной России. Ростов н/Д. 2004. С. 162–187.

Афанасьев М.Н. Политические партии в российских регионах // Pro et Contra. 2000. № 4. С. 164–183; Глубоцкий А.Ю., Кынев А.В. Партийная составляющая законодательных собраний российских регионов // Полис. 2003. № 6 С. 71–87; Голосов Г.В. Российская партийная система и региональная политика. 1993–2003. СПб., 2006; его же. Губернаторы и партийная политика // Pro et Сontra. 2000. № 1. С. 96–108; его же. Измерения российских региональных избирательных систем // Полис. 2001. № 4. С. 71–84; Кынев А.В. Выборы парламентов российских регионов. 2003–2009. Первый цикл внедрения пропорциональной избирательной системы. М. 2009; Любарев А.Е. Препятствия для свободной конкуренции на выборах: законодательство и правоприменительная практика // Рос. электоральное обозрение. 2007. № 1; его же. Изменения избирательного законодательства в 2004–2007 гг. // Рос. электоральное обозрение. 2007. № 1; Панов П.В. Реформа региональных избирательных систем и развитие политических партий в регионах России (Кроссрегиональный сравнительный анализ) // Полис. 2005. № 5. С. 102–117; его же. Изменение электоральных институтов в России. Кроссрегиональный сравнительный анализ // Полис. 2004. № 6.

С. 16–27.

Дроздецкая О. А. Региональная пресса как инструмент электорального процесса (На примере выборов в г. Краснодаре 1998–2004 гг.): дис. … канд. полит. наук. Краснодар, 2004.

Белокурова Е.В. «Третий сектор» и региональные власти // Полит. социология и современная рос. политика. СПб., 2000. С. 272–294; Голосов Г.В. Российская партийная система и региональная политика. 1993–2003. СПб., 2006.

Морозова Е.В. Региональная политическая культура. Краснодар, 1998; Попова О.В. Динамика политических установок и партийных предпочтений // Вестник СПбГУ. Сер. 6. 2007. Вып.4. С. 3–16. ее же. Группы поддержки «партии власти» в Санкт-Петербурге и Ленинградской области // ПОЛИТЭКС. 2006. Т. 2. № 2. С. 225–233; Шкель С.Н. Становление политических приоритетов электората Республики Башкортостан : дис. … канд. полит. наук : 23.00.02. Уфа, 2002.

Гришин Н.В. Динамика электоральных предпочтений населения Юга России: Сравнительное исследование. М., 2008; Дроздов А.С. Выборы в Дальневосточном регионе в условиях политической трансформации общества: опыт и проблемы: дис. ... канд. полит. наук. Владивосток, 2004.

Баранов А.В. Акторы региональных политических процессов: система взаимодействий: дис. … д-ра  полит. наук. Волгоград, 2007; Панов П.В. Выборы в России: институциональная перспектива // Полис. 2008. № 5. С. 99–112; его же. Электоральные практики на конкурентных и неконкурентных выборах в современной России // Рос. электоральное обозрение. 2009. № 2.

Петров Н.В. Выборы представительных органов власти регионов // Мировая экономика и междунар. отношения. 1995. № 3, № 4. С. 33–46. С. 25–34; Колосов В.А., Туровский Р.Ф. Осенне-зимние выборы глав исполнительной власти в регионах: сценарии перемен // Полис 1997. № 1. С. 97–109; Кынев А.В. Региональные выборы 2003–2004 в РФ: основные тенденции // Интернет-мониторинг выборов 2003–2004 годов в России. М., 2004. Т. 1.

С. 302–360; Орешкин Д.Б., Козлов В.Н. Региональные выборы 2000–2002: итоги и тенденции // Журнал о выборах. 2003. № 1. С. 15–19; Сенатова О.О., Якурин А.В. Выборы губернаторов в контексте социально-политического развития регионов России // Полит. мониторинг. 1997. № 1.

Близняк Р.З. Указ соч.; Шумилов А.В. Указ соч.

Кынев А.В. Выборы парламентов российских регионов 2003–2009. Первый цикл внедрения пропорциональной избирательной системы. М, 2009; Петров Н.В., Титков А.С. Выборы глав исполнительной власти регионов // Выборы и партии в регионах России: М., СПб., 2000. С. 52–84; Титков А.С. Выборы глав исполнительной власти // Выборы органов государственной власти Рязанской области: Сравнительный политический анализ. Рязань, 2002. С. 33–71;Филиппов А.В. Выборы законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации (1990–1998) // Выборы и партии в регионах России. М., СПб, 2000. С. 104–141.

Ашихмина Я.Г. Прямые выборы глав исполнительной власти субъектов Российской Федерации как электоральная модель российской политики: проблемы типологизации: дис. … канд. полит. наук. М., 2007; ее же. Выборы губернаторов в России: конкурентность и предсказуемость (1991–2005 гг.). Екатеринбург, 2010.

Голосов Г.В. Российская партийная система и региональная политика. 1993–2003. СПб., 2006.

Достижение поставленной цели потребовало решить следующие взаимосвязанные научные задачи:

– определить теоретико-методологический инструментарий исследования электоральных процессов;

– разработать теоретическую модель анализа региональных электоральных процессов и подходы к периодизации региональных электоральных процессов в постсоветской России;

– выявить предпосылки генезиса современных российских региональных электоральных процессов;

– установить особенности генезиса электоральных процессов в регионах России;

– раскрыть тенденции развития региональных электоральных процессов в условиях ограниченной институционализации региональных политических систем и режимов;

– выявить векторы эволюции региональных электоральных процессов в условиях институционально оформленных и консолидированных региональных политических режимов;

– определить тенденции региональных электоральных процессов на этапе централизации власти в Российской Федерации в условиях ограничения политической субъектности регионов России;

– раскрыть эволюцию региональных электоральных процессов в условиях институционально оформленного доминирования федеральных акторов в региональных политических процессах.

Теоретические и методологические основы исследования.

Теоретическую основу исследования составили труды зарубежных и российских политологов и социологов, в которых исследуются различные аспекты политических и электоральных процессов.

Методологическая база исследования определялась исходя из объекта и предмета исследования и характера решаемых задач. Автором применен интегративный подход, опирающийся на комплекс теоретико-методологических методов анализа.

На основе системного подхода (Д. Истон, Г. Алмонд) автор рассматривал электоральный процесс как особую форму политического процесса, как процесс, обладающий своими функциями, структурой, характеристиками.

Использование системного подхода в исследовании регионального электорального процесса, выступающего составной частью и существенным фактором политического процесса регионального уровня, позволило проводить анализ эволюции регионального электорального процесса с точки зрения изменения характера взаимоотношений двух основных макроакторов данного процесса – государства и общества.

Системный и структурно-функциональный подходы (Т. Парсонс, Н. Луман), а также структурно-факторный анализ выступили методологической основой вычленения универсальных компонентов электорального процесса и создания исследовательского инструментария, позволяющего фиксировать и объяснять специфику и динамику региональных электоральных процессов, в виде структурно-факторной модели регионального электорального процесса.

Для фиксации сущностных структурно-факторных параметров и качественных характеристик региональных электоральных процессов на различных этапах их развития и для выявления специфических форм данных процессов в различных регионах применялся метод моделирования .

В рамках институционального анализа большое внимание уделялось анализу политических институтов, которые составляют институциональный каркас регионального электорального процесса. Институциональный подход выступил методологическим инструментом в исследовании влияния изменений формальных институтов и норм, а также процесса политической институционализации на региональные электоральные процессы. В рамках институционального подхода автором использовался анализ нормативно-правовых актов федерального и регионального уровня, определяющих структуру и соотношение влияния федеральных и региональных властных институтов и регулирующих условия функционирования партий, общественных организаций, избирательные системы и процедуры региональных выборов.

Неоинституциональный подход (Д. Норт, Дж. Марч, Й. Ольсен) использовался при анализе роли и взаимодействий различных политических акторов региональных электоральных процессов. Использование неоинституционального подхода позволило дополнить изучение влияния структурного аспекта региональных электоральных институтов процедурным. Особое внимание уделялось политическим практикам взаимодействия акторов и деятельностным аспектам их участия, стратегиям и интересам правящих элит при изменении ими региональных электоральных институтов. 

Сравнительный подход (Г. Алмонд, Дж. Пауэлл) в данном исследовании использовался как для кросстемпорального анализа изменений структурных и факторных составляющих региональных электоральных процессов на различных этапах их развития, так и для кроссрегионального анализа в целях выявления общего и специфического в региональных электоральных процессах в различных субъектах федерации на определенных исторических этапах.

Использование исторического подхода позволило выявить этапы и историческую динамику региональных электоральных процессов в России в постсоветский период.

Эмпирическая база диссертационного исследования включает: официальные нормативно-правовые акты СССР, РСФСР, Российской Федерации и ее субъектов (законы СССР, РСФСР, законы Российской Федерации, Постановления и Указы, региональное избирательное законодательство); данные электоральной статистики с сайта ЦИК РФ и материалы информационно-аналитических изданий ЦИК РФ из серии «Электоральная статистика»; материалы издания «Регионы России: Хроника и руководители», материалы ежегодных приложений к «Политическому альманаху России» Московского Центра Карнеги; материалы мониторингов региональных политических процессов ведущих научных фондов ; материалы анализа российских региональных избирательных кампаний российскими экспертами, материалы печатных и электронных СМИ о региональных избирательных кампаниях.

Гипотеза исследования. Современные российские региональные электоральные процессы в своей эволюции прошли стадии генезиса и развития.

Развитие региональных электоральных процессов на каждом из этапов осуществлялась в русле определенных тенденций, складывавшихся в результате действия и влияния внешних и внутренних акторов и факторов. Каждый этап характеризовался своей конфигурацией внешних и внутренних акторов и факторов, обуславливавших своеобразие региональных электоральных процессов на данном этапе. Изменение соотношения сил акторов и влияния факторов внутри этапа определяло вектор развития региональных электоральных процессов в рамках этапа.

Зарождение и развитие региональных электоральных процессов в постсоветской России происходило в результате взаимодействия двух макроакторов – государства и общества.

Базовым вектором эволюции региональных электоральных процессов в постсоветский период был вектор ограничения их демократизма, ослабления роли неэлитных акторов и усиления влияния элитных, ослабления роли акторов и факторов со стороны гражданского общества и усиления влияния акторов и факторов со стороны государства.

Данный вектор эволюции региональных электоральных процессов сложился в результате определяющего влияния правящих элит, был продиктован их целями и интересами, ментальностью, инструментальным отношением к демократическим процедурам. Существенное влияние на эволюцию региональных электоральных процессов оказало развитие взаимоотношений федеральной и региональных правящих элит, их борьба за власть.

Научная новизна исследования. Диссертация представляет собой комплексное исследование этапов и тенденций развития региональных электоральных процессов в условиях российского транзита на основе структурно-факторной модели. Наиболее важные инновационные результаты исследования могут быть сведены к следующим позициям.

1. Сформулированы авторские понятия «электоральный процесс» и «региональный электоральный процесс», выявлены структура и факторы последнего.

2. Определены показатели оценки динамики регионального электорального процесса, обоснованы критерии выделения этапов и периодов развития региональных электоральных процессов в постсоветской России.

3. Выделены три этапа и шесть периодов развития региональных электоральных процессов в постсоветской России на основе изменения общефедеральных условий их протекания, появления новой конфигурации внешних и внутренних акторов и факторов данных процессов, а также новых результатов, явившихся следствием деятельности акторов и влияния факторов.

4. Осуществлено системное исследование этапов и тенденций региональных электоральных процессов в России в условиях транзита.

5. Показано влияние внешних и внутренних акторов и факторов на развитие региональных электоральных процессов. Обосновано положение о доминирующей роли государственных акторов в лице правящих федеральных и региональных элит и второстепенной роли гражданских неэлитных акторов в определении вектора эволюции региональных электоральных процессов в постсоветский период.

6. Определены внешние и внутренние нормативно-правовые, институциональные, политические, социальные и идейно-психологические предпосылки генезиса электоральных процессов в российских регионах, выявлены долгосрочные тенденции развития региональных электоральных процессов в постсоветский период, а также политическая направленность, тенденции развития  и особенности данных процессов  на отдельных этапах.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Электоральный процесс это стадиально (циклически) развивающийся под воздействием структурных и процедурных факторов, фиксированный и регламентированный по времени, закономерный, взаимосвязанный и непрерывный ход политических событий и явлений, перемен и трансформаций, связанный с выявлением воли граждан (электората) и формированием по определенным правилам (нормам) соответствующих легитимных органов государственной власти и местного самоуправления и предполагающий некую упорядоченную последовательность действий и взаимодействий преследующих свои цели и интересы политических акторов, совокупность динамических изменений в их поведении и отношениях, при исполнении ими своих ролей, и действия иных элементов политико-властной сферы в рамках развернутой публичной конкурентной борьбы за голоса избирателей.

Электоральный процесс включает не только формальный аспект выборов, а всю совокупность правовых, институциональных, социальных, социокультурных составляющих выборного процесса как в конкретных условиях места и времени, так и в длительной временной перспективе.

2. Специфика регионального электорального процесса связана, во-первых, со статусом регионов как составных частей федеративного государства и, во-вторых, с особенностями региональных политий, проявляющихся в политико-институциональной организации региональной власти и региональных политических режимах, в ментальности регионального социума и состоянии гражданского общества в регионах, в особенностях организации и функционирования региональных элит. Особенностью регионального электорального процесса является его развитие при участии внешних и внутрирегиональных акторов и под влиянием общефедеральных и внутрирегиональных факторов.

Региональный электоральный процесс понимается нами как фиксированный и регламентированный по времени ход политических событий и явлений, связанный с выявлением воли граждан региона и формированием по определенным правилам региональных органов государственной власти, предполагающий некую упорядоченную последовательность действий и взаимодействий преследующих свои цели федеральных и внутрирегиональных политических акторов, совокупность изменений в их поведении, взаимоотношениях, в исполнении ими своих ролей в рамках развернутой публичной конкурентной борьбы за голоса избирателей региона.

Региональный электоральный процесс развивается под воздействием федеральных и региональных институтов власти, внешних и внутрирегиональных политических акторов и факторов, в результате чего происходят изменения в персональном составе региональных институтов власти, в региональной политике и в политической системе, в региональном гражданском обществе, во взаимоотношениях региональной власти и общества.

3. Структурно-факторная модель является эффективным теоретико-познавательным инструментом изучения этапов и тенденций регионального электорального процесса. Она предполагает исследование специфического соотношения сил и влияния между внешними и внутренними акторами, их действий и взаимодействий, целей и стратегий, а также – специфической конфигурации общефедеральных и внутрирегиональных факторов, влияющих на развитие регионального электорального процесса.

4. В региональных электоральных процессах постсоветской России акторами выступали: федеральные и региональные правящие элиты, крупный федеральный бизнес, региональный директорат и бизнес, внешние независимые кандидаты (в 1991–2004 гг.) и независимые кандидаты из среды регионального гражданского общества, политические партии и общественно-политические движения, группы интересов социальной направленности, региональные средства массовой информации, Центральная избирательная и региональные избирательные комиссии.

5. Структурными факторами российских региональных электоральных процессов выступали:

– внешние и внутренние политико-институциональные и нормативно-правовые факторы, включающие как общефедеральные политико-институциональные и нормативно-правовые условия протекания региональных электоральных процессов (тип общегосударственной политической системы (форма правления, институциональный дизайн и характер системы разделения властей), модель федеративных отношений (политический статус регионов в федеративной системе), характер общенационального партийного и избирательного законодательства, степень институционализации и автономии от государства общенациональных партий и крупного бизнеса, так и внутрирегиональные (региональные политические системы и системы разделения властей, состав органов региональной государственной власти, формирующихся выборным путем, региональные избирательные системы и избирательное законодательство, уровень развитости и степень автономии от региональной власти региональных гражданских институтов (партийных структур, групп интересов, регионального бизнеса, региональных средств массовой информации);

– внутренние социальные факторы (социально-демографическая структура регионального населения и состояние регионального социума (уровень жизни населения, состав и степень остроты социально-экономических проблем региона), структура и острота социальных расколов (город/село, этнических), структура региональной элиты, степень ее конфликтности/консолидации, распределение ресурсов между группировками в региональной элите);

– внешние и внутренние культурно-психологические факторы (распространенные формы массового сознания, политической культуры, политического поведения элитных и массовых внешних и внутренних акторов региональных электоральных процессов).

Из них наибольшее влияние на развитие региональных электоральных процессов в постсоветский период оказали:

– институционализация политической системы страны и региональных политических систем; складывание федеративной и партийной систем; институционализация и легитимация элитных акторов со стороны государства – федеральной и региональных правящих элит и лидеров; процесс институционализации элитных и неэлитных акторов со стороны гражданского общества – крупного федерального и регионального бизнеса, местного директората, региональных и общефедеральных политических партий и групп интересов, независимых кандидатов;

– формирование и изменение нормативно-правовой базы и институционального контекста региональных электоральных процессов правящими региональными элитами и федеральной властной элитой;

– социальные, ментальные и политико-культурные особенности правящей российской элиты, региональной элитной и общественной среды, объективное состояние гражданской сферы в регионах.

6. Процедурные факторы региональных электоральных процессов были связаны с деятельностью, интересами и стратегиями внешних и внутренних акторов данных процессов.

Внешние процедурные факторы развития российских региональных электоральных процессов включали: фактор политики федеральной исполнительной власти, фактор интересов и деятельности крупного федерального бизнеса, фактор политики федеральных партий и руководства этих партий, фактор внешней конкуренции.

Внутренние процедурные факторы российских региональных электоральных процессов включали: фактор политики региональной исполнительной власти, фактор внутриэлитной конкуренции, фактор интересов и участия в выборах регионального директората и бизнеса, фактор региональных партийных и общественно-политических структур, групп интересов социальной направленности, фактор независимых кандидатов, фактор электорального выбора.

Главными процедурными факторами эволюции региональных электоральных процессов в постсоветский период вступали:

– интересы, действия и решения элитных акторов по расширению и сужению роли выборных процедур в региональных политико-властных процессах, а также деятельность правящих региональных и федеральных элит по адаптации региональных выборов для реализации своих интересов;

– изменение правящими элитами электоральных практик взаимодействия государственных и гражданских акторов, а также расширение государства в гражданскую сферу в части ограничения политической субъектности партий, крупного федерального и регионального бизнеса;

– изменение соотношения сил, ресурсов и практик политических взаимодействий между федеральной и региональной властью.

7. Теоретическая модель анализа регионального электорального процесса постсоветского периода представляет собой систему структурно-факторных и функциональных характеристик электоральногопроцесса, включающую: внешний и внутренний институциональный контекст и нормативно-правовую базу региональных выборов; конфигурациювнешних и внутренних, государственных и гражданских акторов электорального процесса, активность и формы их участия; роль и влияние акторов и соответствующих процедурных факторов; плюральность, партийность/беспартийность, конкурентность, альтернативность, справедливость выборов, свободу/управляемость региональных выборов.

8. Критериями оценки динамики регионального электорального процесса выступают изменения в его структурно-факторных и функциональных характеристиках.

В качестве критериев выделения этапов развития российских региональных электоральных процессов можно рекомендовать существенное изменение общефедеральных условий их протекания (общих для региональных электоральных процессов во всех субъектах Федерации), появление новой конфигурации внешних и внутренних акторов и факторов данных процессов, а также новые результаты, явившиеся следствием деятельности акторов. Данные изменения означают переход к новой модели региональных электоральных процессов, отличной от предыдущей по базовым параметрам регионального электорального процесса.

Появление частичных изменений в отдельных элементах регионального электорального процесса (институтах, акторах, их взаимоотношениях, факторах и их значимости) – критерий выделения периодов развития региональных электоральных процессов внутри каждого из этапов.

9. Российские региональные электоральные процессы постсоветского периода прошли в своем развитии три этапа и шесть периодов: этап генезиса региональных электоральных процессов (1986–ноябрь 1993 гг.), включающий период формирования предпосылок возникновениярегиональных электоральных процессов (1986–1990 гг.) и период зарождения региональных электоральных процессов (1991–ноябрь 1993 гг.); этап развития региональных электоральных процессов в условиях институционализации региональных политических систем и режимов (декабрь 1993–1999 гг.), включающий период развития региональных электоральных процессов в условиях ограниченной институционализации региональных политических систем и режимов (декабрь 19931995 гг.) и период развития в условиях институционально оформленных региональных политических систем и консолидации региональных политических режимов (1996–1999 гг.); этап развития региональных электоральных процессов в условиях централизации власти в Российской Федерации (с 2000 г. по настоящее время), включающий период развития региональных электоральных процессов в условиях ограничения политической субъектности регионов России (2000–2004 гг.) и период развития региональных электоральных процессов в условиях институционально оформленного доминирования федеральных акторов в региональных политико-властных процессах (с 2005 г. по настоящее время).

10. Внешними и внутренними нормативно-правовыми, институциональными, политическими, социальными, идейно-психологическими предпосылками генезиса российских региональных электоральных процессов постсоветского периода стали: демократизация власти, избирательных систем и процедурных норм выборов, федеративных отношений, появление новых элитных и массовых акторов, активизация и идейная плюрализация общества, распространение в массовом сознании демократических ценностей и т.д.

Специфика процесса формирования предпосылок региональных электоральных процессов в российских республиках заключалась в ведущей роли фактора суверенизации, борьбы элит российских автономий с Россией за контроль над экономическими ресурсами регионов, за перераспределение политической власти в пользу республик.

11. Постперестроечная модель генезиса региональных электоральных процессов носила переходный характер, что выражалось: во включении в ее содержание только выборов глав исполнительной власти регионов; в ограниченно демократическом характере нормативно-правовой базы выборов и самого выборного процесса в части республик; в ограниченном плюрализме акторов, ввиду отсутствия в их числе партий, что обуславливало беспартийный характер региональных выборов; в слабой институционализации гражданских акторов; в узости круга внешних акторов и факторов в Москве, Ленинграде, в областях и в Красноярском крае и в отсутствии внешних акторов и факторов в российских республиках.

При этом отличительными чертами модели генезиса новых региональных электоральных процессов были: более плюральный состав внутренних акторов, чем в перестроечной модели, конкурентный характер взаимоотношений и автономный характер участия всех акторов; новая конфигурация внешних и внутренних акторов и факторов и разная конфигурация внешних и внутренних акторов и факторов в регионах разных типов; определяющая роль внутренних акторов и факторов; значимая роль как элитных и государственных акторов, так и неэлитных гражданских акторов; высокая степень дифференциации регионов в части уровня альтернативности и конкурентности выборов при конкурентном характере региональных выборов в большинстве субъектов федерации; высокая роль выборов как фактора региональных политико-властных и политико-трансформационных процессов, реальное выполнение региональными выборами функций легитимации, стабилизации, формирования политического курса и функции политической институционализации региональной власти.

Данная модель складывалась в результате усилий акторов со стороны государства и акторов со стороны гражданского общества, при значимом влиянии как факторов со стороны государства, так и факторов со стороны гражданского общества.

12. Базовым вектором эволюции региональных электоральных процессов в постсоветский период был вектор ослабления роли неэлитных акторов и усиления влияния элитных при одновременной утрате элитными акторами автономии от государства, ослабления роли гражданского общества и усиления влияния государства.

Данный вектор эволюции региональных электоральных процессов  складывался в ходе развития следующих долгосрочных тенденций:

формирования качественно новой нормативно-правовой базы и институционального контекста региональных выборов и их постоянных изменений, складывавшихся как равнодействующая усилий региональных и федеральной правящих элит и отличавшихся взаимовлиянием демократических и недемократических тенденций;

возрастания роли государственных и элитных акторов, усиления влияния факторов со стороны государства и ослабления роли неэлитных акторов и факторов со стороны гражданского общества;

изменения характера региональных электоральных процессов от свободного, неуправляемого, беспартийного, альтернативно-безальтернативного, конкурентно-неконкурентного на этапе генезиса (1991–1993 гг.) к партийному, ограниченно альтернативному и ограниченно конкурентному, высокопредсказуемому в 2008–2011 гг.;

сокращения разнообразия региональных электоральных процессов в аспектах институционального контекста и нормативно-правовой базы, состава акторов и факторов, уровня демократизма региональных выборов;

инструментализации региональных выборов, деволюции региональных выборов в техническую процедуру легитимации правящих региональных элит.

13. Базовым трендом развития региональных электоральных процессов на этапе институционализации региональных политических систем и режимов (декабрь 1993–1999 гг.) стало превращение выборов в механизм формирования представительной и исполнительной власти во всех регионах страны, утверждение правящих региональных элит в качестве наиболее влиятельных акторов региональных электоральных процессов, сопровождавшееся адаптацией правящих региональных элит к выборному способу формирования региональной власти, инструментализацией ими выборов для обеспечения доминирования региональной исполнительной власти в системе региональных властных институтов и независимости правящих региональных элит от федерального центра.

Вектор развития региональных электоральных процессов на этапе

декабрь 19931999 гг. складывался в результате следующих тенденций:

– противоречивости изменений нормативно-правовой базы региональных выборов, ограничении ее демократизма в декабре 1993–1995 гг. и некоторой демократизации в 1997–1999 гг., сопровождавшейся включением в нормативно-правовую базу положений, позволявших правящим региональным элитам управлять ходом и результатами региональных выборов, и сохранением недемократических положений в нормативно-правовой базе выборов в существенной части российских регионов;

– усиления разнообразия внешних и внутренних акторов и факторов региональных электоральных процессов;

– усиления влияния во всех регионах внутренних акторов и факторов при постепенном распространении действия внешних нормативно-правовых факторов на большинство субъектов федерации;

– роста влияния государственных и элитных акторов и влияния соответствующих процедурных факторов (фактора политики региональной исполнительной власти, фактора участия в выборах регионального директората и бизнеса, фактора внутриэлитной конкуренции (в ряде регионов «красного пояса»)) и ослабления роли гражданских акторов – независимых кандидатов и электората, а также соответствующих процедурных факторов;

– институционализации партий в качестве акторов региональных выборов, постепенной, но ограниченной партизации региональных электоральных процессов, сопровождавшейся началом инструментализации партий правящими элитами в виде создания «провластных» региональных общественно-политических движений, утверждения зависимости региональных избирательных комиссий от региональной исполнительной власти, вовлечения регионального директората и бизнеса в состав клиентел региональной власти и их участия в региональных парламентских выборах в составе институционализированных и неформальных региональных «партий власти» при сохранении автономного характера участия регионального директората и бизнеса в выборах глав регионов;

– роста управляемости региональных электоральных процессов, проявившегося в нарушении избирательных прав граждан, в пристрастности избирательных комиссий, в широком применении административного ресурса в ходе региональных парламентских выборов практически повсеместно и на выборах глав регионов – в ряде субъектов федерации, что обуславливало ограничение демократизма региональных электоральных процессов;

– инструментализации региональных выборов правящими региональными элитами, превращения в существенной части регионов управляемых парламентских выборов в инструмент доминирования региональной исполнительной власти в системе региональных властных институтов.

Главными факторами развития вышеперечисленных тенденций и формирования специфической модели региональных электоральных процессов на этапе 19931999 гг. были интересы и усилия правящих региональных элит.

14. Ведущей тенденцией развития региональных электоральных процессов на этапе централизации власти в Российской Федерации (с 2000 г. по настоящее время) стало утверждение федеральной власти в качестве доминирующего актора региональных электоральных процессов, инструментализация региональных выборов в целях установления федерального контроля над региональными элитами и региональными политическими процессами, деволюция региональных выборов в техническую процедуру легитимации власти.

Данная тенденция складывалась в ходе развития следующих частных тенденций:

– противоречивого изменения институциональной среды и нормативно-правовой базы региональных выборов, проявлявшегося в следующем: в их демократизации в части усиления роли федеральных партий, но ослабления роли других гражданских акторов в 2000–2003; в ограничении их демократического потенциала вследствие усиления рычагов управления партийной системой и региональными выборами со стороны государства нормативно-правовыми и институциональными средствами в период конца 2004–2008 гг.; в некотором выравнивании условий для партий, представленных в региональных парламентах, с конца 2009 г.;

– изменения состава акторов региональных электоральных процессов в направлении усиления разнообразия внешних и внутренних акторов в 2000–2005 гг. за счет расширения ареала электорального участия по территории страны крупного бизнеса, внешних кандидатов, увеличения числа партий и избирательных блоков – участников региональных выборов и сокращения круга акторов в 2006–2008 гг. в силу «сжатия» партийной системы, запрета региональных избирательных блоков, отказа ряда регионов от применения смешанных избирательных систем в пользу пропорциональных, интеграции правящих региональных элит, федерального и крупного регионального бизнеса в рамки «Единой России», ослабления электоральной активности в регионах непарламентских партий после думских выборов 2007 г.;

– усиления роли внешних и ослабления роли внутренних акторов

и факторов региональных электоральных процессов, с осени 2007 г. приведших к доминирующему влиянию внешних общероссийских акторов и факторов и второстепенной роли внутренних акторов и факторов;

– возрастания роли элитных акторов и факторов со стороны государства и снижения влияния неэлитных акторов и факторов со стороны гражданского общества;

– дальнейшего сужения демократического потенциала региональных электоральных процессов, утраты ими непредсказуемого характера в 2008–2011 гг.;

– сохранения диверсификации региональных электоральных процессов в 2000–2005 гг., несмотря на определенную унификацию нормативно-правовой базы и институционального контекста региональных выборов федеральной властью, сменившегося с 2006 г. снижением уровня разнообразия, усилением унификации региональных электоральных процессов, приведших к утверждению в 2008–2010 гг. во всех регионах единообразия в части состава партий-участников региональных выборов и их результатов в избирательных кампаниях.

15. Современная модель региональных электоральных процессов характеризуется:

– нормативно-правовой базой региональных выборов, утверждающей главную роль партий в качестве акторов региональных выборов, отличающейся высоким уровнем регламентации избирательных процедур и жесткими санкциями за их нарушение; институциональным контекстом региональных выборов в форме смешанных и пропорциональных избирательных систем с высокими проходными барьерами;

– доминирующей ролью внешних акторов и факторов и второстепенной ролью внутренних акторов и факторов во всех регионах страны;

– более значимым влиянием государства по сравнению с гражданскими институтами и гражданскими акторами, доминирующей ролью элитных акторов и невлиятельной – неэлитных;

–участием федерального и регионального крупного и среднего бизнеса в региональных выборах в рамках «партии власти»;

– партийным, но деидеологизированным характером региональных электоральных процессов, обусловленным малозначимой ролью «идеологических» партий, не обладающих властной поддержкой, и доминированием в них общефедеральной «партии власти»,инструментализмом роли партий, выступающих механизмом воспроизводства у власти правящих элит и высокостатусных элитных групп;

– ограниченно плюральным характером региональных электоральных процессов, ограниченно конкурентным и высокопредсказуемым характером региональных выборов, обуславливающихся несопоставимостью ресурсов партий, применением административных методов влияния на ход и результаты региональных выборов;

– ограниченной ролью выборных процедур в процессе формирования региональной власти.

16. Политическими следствиями эволюции региональных электоральных процессов в постсоветский период стали:

– усиление отчуждения власти и общества, сужение публичного пространства в российских регионах;

– авторитаризация региональных политических режимов, перекрытие каналов связи власти и общества и каналов социальной мобильности, сдерживание социальной и политической динамики региональных политий;

– институциональный кризис, рост недоверия в обществе к выборам, парламентаризму, партиям, ослабление эффективности региональной власти.

Теоретическая значимость исследования состоит в приращении знаний в области электоральных институтов и процессов в постсоветской России, в разработке периодизации, выявлении особенностей и тенденций региональных электоральных процессов в условиях политико-трансформационного процесса, в разработке параметров анализа регионального электорального процесса на основе структурно-факторного и структурно-функционального подходов.

Выводы и положения автора могут быть использованы для более глубокого осмысления политических процессов в постсоветской России, понимания их динамики и региональных особенностей.

Сформулированные автором выводы и обобщения способствуют формированию представления о содержании, этапах, тенденциях и характере российских региональных электоральных процессов в постсоветский период развития страны.

Результаты исследования в значительной степени восполняют пробел в теоретическом осмыслении электоральных процессов на мезоуровне современной политической системы России, являются существенным приращением знаний в области политической регионалистики. Они могут быть использованы в качестве методологической основы для анализа и прогнозирования электоральных процессов в субъектах Российской Федерации.

Практическая ценность исследования заключается в том, что его результаты могут быть использованы для разрешения актуальных проблем политико-властных отношений на региональном уровне политики, для оптимизации электоральной политики российского государства.

На основе исследования автором разработан спецкурс «Выборы как политический процесс». Положения и результаты диссертации могут быть использованы при чтении курсов «Политическое управление», «Политический анализ», «Политическая регионалистика», а также спецкурсов, связанных с политико-властными аспектами региональных политических процессов в современной России.

Апробация работы. Основные идеи и результаты исследования отражены в 59 научных и 1 учебной публикациях общим объемом более 52 печатных листов, в т. ч. в 2 монографиях, а также в 12 статьях в ведущих рецензируемых журналах, рекомендованных ВАК Минобразования РФ для публикации результатов докторских диссертаций.

Материалы и положения диссертации апробированы в выступлениях автора на IV и V Всероссийских конгрессах политологов IV «Демократия, безопасность и эффективное управление: новые вызовы для политической науки» (Москва, 2006 г.) и «Изменения в политике и политика изменений: стратегии, институты, акторы» (Москва, 2009 г.), а также на следующих международных научных конференциях: «Трансформация политической системы России: проблемы и перспективы» (Москва, 2007 г.), «Новый политический цикл: повестка дня для России» (Москва, 2008 г.), «Модернизация экономики и общественное развитие» (Москва, 2007 г.), «Человеческий потенциал модернизации России: стратегии опережающего развития», (Москва, 2006 г.), «Мировой и российский опыт взаимодействия Центра и регионов в практике государственного строительства» (Уфа, 2007 г.), Пятой международной конференции «Политическая наука и политические процессы в Российской Федерации и новых Независимых Государствах постсоветской Евразии» (Москва, 2007 г.), Шестой общей конференции Евразийской сети политических исследований «Политическая наука и политические процессы в Российской Федерации и Новых Независимых государствах постсоветской Евразии» (Москва, 2008 г.), Международном политологическом семинаре «Terra incognita СНГ: актуальные политические процессы в бывших республиках СССР» (Казань, 2007 г.).

Выводы исследования докладывались автором на Всероссийских научных конференциях: «Приоритетные направления социально-экономического развития РБ (Уфа, 2005), «Гражданское общество и правовое государство в России: становление и развитие» (Казань, 2006 г.), «Политический процесс в условиях подготовки к избирательным кампаниям 2007 – 2008 гг. в Российской Федерации» (Казань, 2007), «Россия: общество, власть, государство» (Казань, 2008 г.), «Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 15-летию избирательной системы России и 70-летию избирательных комиссий Башкортостана» (Уфа, 2008 г.).

Материалы исследования прошли апробацию в выполнении грантов, выполняемых под руководством автора диссертации: «Тенденции развития электоральных процессов в Республике Башкортостан в постсоветский период» (грант регионального конкурса РГНФ 2005 г. «Урал: история, экономика, культура», 2005–2006 гг., проект № 05–03–84301 а/У); «Особенности электорального процесса в Республике Башкортостан в избирательных кампаниях 2007–2008 гг.» (грант регионального конкурса РГНФ 2008 г. «Урал: история, экономика, культура», 2008–2009 гг., проект № 08–03–84321 а/У).

Материалы и выводы диссертации применены в учебном процессе Башкирской академии государственной службы и управления при Президенте Республики Башкортостан в преподавании дисциплин «Партология», «Избирательные технологии». Материалы исследования апробированы в авторском учебно-методическом пособии «Избирательные технологии».

Диссертация обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры  политологии, социологии и философии Башкирской академии государственной службы и управления при Президенте Республики Башкортостан.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав, каждая из двух параграфов, заключения, библиографического списка.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, характеризуется степень ее разработанности, формулируются объект, предмет, цель и задачи, определяется теоретико-методологическая и эмпирическая база и научная новизна исследования.

В первой главе «Теоретико-методологические основания исследования региональных электоральных процессов» проведена разработка авторского подхода к исследованию региональных электоральных процессов.

В первом параграфе первой главы «Электоральный процесс: понятие, структура, функции» проведен анализ методологических подходов к пониманию электорального процесса, обозначены его структура и функции.

Анализ понятий «выборы», «избирательный процесс», «электоральный процесс» приводит к выводу о том, что последний отличает более четкий смысловой акцент на избирателях, их главной роли в выборах, имеющих публичный характер. Главный акцент в понятии «электоральный процесс» делается на реальных практиках взаимодействий государственных и общественных акторов, на стратегиях их взаимодействия и конкурирования за голоса избирателей.

Исследование феномена электорального процесса в политико-правовом, институциональном, коммуникативном, дискурсном, структурно-процедурном (интеракционистском) подходах позволяет утверждать, что наиболее адекватными для понимания и исследования электорального процесса являются интегративные подходы, а именно: сочетание системного, структурно-функционального подходов и структурно-факторного анализа.

В свое содержание категория «электоральный процесс» включает не только формальный аспект выборов, а всю совокупность правовых, институциональных, социальных, социокультурных оснований выборного процесса, характеризующих реальные явления политической жизни, связанные с процессом выборов.

Развитие отношений между электоратом и кандидатами, партиями, властными акторами по поводу определения персонального состава властных органов в ходе конкурентной борьбы составляет суть электорального процесса.

Проведенный анализ позволил выйти на понимание электорального процесса как стадиально (циклически) развивающегося под воздействием структурных и процедурных факторов, фиксированного и регламентированного по времени, закономерного, взаимосвязанного и непрерывного хода политических событий и явлений, перемен и трансформаций, связанного с выявлением воли граждан (электората) и формированием по определенным правилам (нормам) соответствующих легитимных органов государственной власти и местного самоуправления и предполагающего некую упорядоченную последовательность действий и взаимодействий преследующих свои цели и интересы политических акторов, совокупность динамических изменений в их поведении и отношениях при исполнении ими своих ролей и действия иных элементов политико-властной сферы в рамках развернутой публичной конкурентной борьбы за голоса избирателей.

Структуру электорального процесса составляют: институциональные, групповые и индивидуальные субъекты (акторы); ресурсы, стратегии и технологии, действия и взаимодействия акторов; факторы (условия, среда) протекания процесса.

Факторы электорального процесса подразделяются на структурные и процедурные. Структурные факторы связаны с условиями среды, в которой протекает электоральный процесс. Они оказывают влияние на процесс не напрямую, а через ограничения стратегий акторов. Процедурные факторы лежат внутри самого процесса, они связаны с деятельностью акторов электорального процесса.

В системе политико-структурных факторов автор выделяет институциональные и нормативно-правовые, политико-режимные, социо-экономические, социо-психологические факторы, конкретизируя их состав и содержание.

Функции электорального процесса подразделяются на системные, которые электоральный процесс выполняет в функционировании политической системы, и социально-политические, которые реализуются внутри самого электорального процесса в ходе функционирования института выборов.

В частности, среди системных функций выделены функция обеспечения динамизма политической системы, адаптационная функция, функция легитимации власти и стабилизации политической системы, интегративная и коммуникативная функции.

Во втором параграфе первой главы «Региональные электоральные процессы в постсоветской России: особенности, модель анализа, вопросы периодизации» рассматриваются методологические вопросы изучения региональных электоральных процессов в условиях российского транзита.

Специфика категории «региональный электоральный процесс» проявляется в содержании, в особенностях структурных элементов и факторов, влияющих на протекание регионального электорального процесса.

С одной стороны, регион представляет собой мезоуровень политической системы, закономерно испытывающий воздействие центрального, внешнего по отношению к региону, уровня политической системы (макроуровня). С другой стороны, регион – это особый уровень политики, предполагающий наличие собственных субъектов политики и развитие их взаимоотношений по поводу власти. Региональное политическое пространство обуславливает формат регионального электорального процесса.

Специфика состава акторов регионального электорального процесса заключается в наличии акторов и факторов двух уровней – общегосударственного и регионального или внешних и внутренних акторов и факторов. В свою очередь, среди внешних и внутренних факторов выделяются структурные и процедурные факторы.

Степень влияния внешнего политического контекста на региональные электоральные процессы определяется особенностями территориально-государственного устройства, уровнем его централизации/децентрализации, спецификой политического статуса регионов в политико-государственной системе, степенью централизации/децентрализации общенациональной партийной системы.

Влияние специфики региональных политий на региональный электоральный процесс осуществляется посредством политико-институциональной организации региональной власти, через региональный политический режим, структуру и особенности организации региональной элиты, социоструктурные, социокультурные, политико-психологические особенности регионального социума, состояние гражданского общества в регионе.

Изложенное выше позволяет определить региональный электоральный процесс как развивающийся под влиянием внешних и внутренних факторов фиксированный и регламентированный по времени ход политических событий и явлений, связанный с выявлением воли граждан региона и формированием по определенным правилам региональных органов государственной власти и предполагающий некую упорядоченную последовательность действий и взаимодействий преследующих свои цели федеральных и внутрирегиональных политических акторов, совокупность изменений в их поведении и взаимоотношениях, в исполнении ими своих ролей в рамках развернутой публичной конкурентной борьбы за голоса избирателей региона.

Региональный электоральный процесс развивается под воздействием федеральных и региональных институтов власти, внешних и внутрирегиональных политических акторов и факторов, в результате чего происходят изменения в персональном составе региональных институтов власти, в региональной политике и в политической системе, в региональном гражданском обществе, во взаимоотношениях региональной власти и общества.

В общем виде характеристики регионального электорального процесса включают: содержательные (какие конкретно органы региональной государственной власти формируются в ходе регионального электорального процесса), хронологические и ритмико-хронологические (время начала, темп и циклы протекания регионального электорального процесса, его этапы), структурно-факторные, режимные, функциональные (системные) (на что направлен процесс, насколько он результативен, какие системные функции и в какой мере выполняются в ходе регионального электорального процесса).

Электоральные процессы, зарождающиеся и развивающиеся в условиях политико-трансформационного процесса, обладают существенной спецификой по сравнению с электоральными процессами в стабильных демократических политических системах. Эта специфика обуславливается трансформирующимся состоянием и переходным характером политической, политико-институциональной, политико-нормативной, социальной, социокультурной среды и проявляется в структурно-факторных, политико-режимных и функциональных характеристиках региональных электоральных процессов.

Главным проявлением специфики региональных электоральных процессов в постсоветской России выступает их развитие в результате борьбы за власть государственных и гражданских акторов, в результате влияния факторов со стороны государства и факторов со стороны гражданского общества. Объективное состояние, уровень институционализации и организации, ресурсная обеспеченность, реальные практики взаимодействия государственных и гражданских акторов обуславливают ход, результаты, качественные политико-режимные и функциональные характеристики российских региональных электоральных процессов.

Easton D. A Systems Analysis of Political life. N.Y. 1965. Almond G. Comparative Poltical Systems // Journal of Politics. 1956. Vol. 18. August.

Луман Н. Общество как социальная система. М., 2004; Парсонс Т. О социальных системах. М., 2002; Парсонс Т. О структуре социального действия. М., 2002.

Шабров О.Ф. Моделирование социально-политических объектов: специфика и границы применимости // Моделирование в социально-политической сфере / Сост. О.Ф.Шабров. М., 2004. С. 6–15; его же. Системный подход и моделирование: общие принципы и специфика применения в политической сфере // Моделирование в социально-политической сфере. 2007. № 1.

Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М., 1997; March J.G., Olsen J.P. Rediscovering Institutions. N.Y., 1989.

Регионы России: Хроника и руководители. В 8 т. Т. 1: «Красный пояс» (Центральное Черноземье). Липецкая область, Тамбовская область, Пензенская область / Под ред. К. Мацузато,

А.Б. Шатилова. Саппоро, 1997; Регионы России: Хроника и руководители. Т. 2: Саратовская область, Ростовская область. Саппоро, 1997; Регионы России: Хроника и руководители. Т. 3: Самарская область, Ярославская область / Под ред. К. Мацузато, А.Б. Шатилова. Саппоро, 1997; Регионы России: Хроника и руководители. Т. 4: Ленинградская область, Калининградская область. / Под ред. К. Мацузато, А.Б. Шатилова. Саппоро, 1997; Регионы России: Хроника и руководители. Т. 5: Рязанская область, Владимирская область, Тульская область. / Под ред. К. Мацузато, А.Б. Шатилова. Саппоро, 1998; Регионы России: Хроника и руководители. Т. 6: Нижегородская область, Ульяновская область. Саппоро, 1999; Регионы России: Хроника и руководители. Т. 7: Республика Татарстан, Удмуртская Республика, Республика Мордовия. / Под ред. К. Мацузато. Екатеринбург, 2000; Регионы России: Хроника и руководители. Т. 8: Республика Марий Эл. Чувашская Республика, Республика Башкортостан / Под ред. К. Мацузато. Саппоро, 2003.

Политический альманах России 1997. Т. 2. Социально-политические портреты регионов / Под ред. М. Макфола, Н.В. Петрова. Кн. 1, 2. М., 1998; Регионы России в 1999 г.: ежегодное прил. к "Политическому альманаху России" / Под ред. Н. Петрова. М., 2001; Регионы России в 1998 г.: ежегодное прил. к «Политическому альманаху России» / Под ред. Н.В. Петрова. М., 1999.

Политический мониторинг // ИГПИ. URL: http://www.igpi.ru/monitoring; Россия: мониторинг, анализ, прогноз (1995–2005 гг.) // Научно-исследовательский институт социальных систем МГУ. URL: http://www.niiss.ru/ru; Интернет-мониторинг выборов в России // ИНДЕМ. URL: http://www.indem.ru/idd2000/unescoDokl/TitSod.htm; Региональный мониторинг Московского Центра Карнеги (2004–2010 гг.) // Московский Центр Карнеги. URL:http://monitoring.carnegie.ru.

Вторым проявлением специфики региональных электоральных процессов в постсоветской России выступает их развитие при участии внешних и внутренних акторов и под влиянием внешних и внутренних факторов, высокая роль внешних акторов и факторов в определенные периоды развития данных процессов.

Третьим проявлением специфики российских региональных электоральных процессов является их протекание в условиях высокой изменчивости внешнего и внутреннего нормативно-правового и институционального контекста.

С учетом вышеуказанных позиций исследовательская модель регионального электорального процесса в России постсоветского периода должна включать следующий набор параметров: внешний и внутренний институциональный контекст и нормативно-правовую базу региональных выборов; состав внешних и внутренних государственных и гражданских акторов, уровень их активности, формы их участия, роль; степень влияния акторов и соответствующих процедурных факторов; партийность/беспартийность, конкурентность, альтернативность, справедливость, уровень свободы/управляемости региональных выборов.

Проведя дальнейшую операционализацию модели анализа регионального электорального процесса, автор обосновывает систему показателей (индикаторов) по каждому параметру исследовательской модели, а также определяет критерии оценки изменений данных показателей как в отношении электорального процесса в одном регионе, так и применительно к общероссийской совокупности региональных электоральных процессов.

Решая проблему членения регионального электорального процесса на этапы и периоды, следует учитывать, что в условиях трансформирующейся политической системы и общества каждый новый этап развития данного процесса характеризуется переходом электорального процесса в новое качественное состояние. В то же время внутри каждого этапа, несмотря на наличие изменений, электоральный процесс сохраняет свои качественные характеристики как целостное единство составляющих его структурных элементов.

Принцип выделения этапов регионального электорального процесса – переход к новой модели региональных электоральных процессов, отличной от предшествующей модели конфигурацией (соотношением влияния) внешних и внутренних акторов и факторов. Переход к новой модели региональных электоральных процессов является следствием политических событий, решений и действий главных акторов региональных электоральных процессов в переходном обществе – федеральных и региональных элит и действия факторов (включая новые).

Цикличность и непрерывность развития электорального процесса обуславливает появление в нем нарастающих изменений в отдельных структурных элементах регионального электорального процесса. Результатом этих изменений может быть утверждение новой модификации регионального электорального процесса, представляющей собой стадию эволюции регионального электорального процесса внутри одной и той же модели. В ней появляются какие-то отдельные новые черты, но в целом модель пока еще сохраняет свою качественную специфику. Появление частичных изменений в отдельных элементах регионального электорального процесса (в акторах, их взаимоотношениях, в факторах и их значимости) – критерий выделения периодов развития регионального электорального процесса внутри каждого из этапов.

При выделении этапов и периодов развития региональных электоральных процессов в их общероссийской совокупности автор учитывал следующее: определяющее значение внешних факторов в виде политики федерального центра, задающей общие для всех регионов общегосударственные институционально-правовые рамки и политические условия и определяющей направление институционализации в регионах; обусловленность динамики развития региональных процессов логикой и динамикой развития взаимоотношений федеральной и региональной власти.

Поэтому в качестве главных критериев выделения этапов развития российских региональных электоральных процессов в их общероссийской совокупности были приняты: существенное изменение общефедеральных (общих для всех региональных электоральных процессов) условий их протекания, появление новой конфигурации внешних и внутренних акторов и факторов региональных электоральных процессов, а также новые результаты, явившиеся следствием деятельности акторов и влияния факторов.

На основе предложенной методологии выделены три этапа и шесть периодов в развитии региональных электоральных процессов в постсоветской России.

Во второй главе «Генезис современных электоральных процессов в российских регионах» исследуется процесс зарождения региональных электоральных процессов в 1986 – ноябре 1993 гг.

В первом параграфе второй главы «Предпосылки генезиса российских региональных электоральных процессов» анализируется процесс формирования предпосылок современных российских региональных электоральных процессов в 1986–1991 гг.

Складывание предпосылок электоральных процессов в регионах России было связано с развитием политико-трансформационных процессов союзного, российского и регионального уровней.

Внешними факторами складывания предпосылок генезиса региональных электоральных процессов выступали политические решения и действия акторов союзного и российского уровней реформаторской группы в высшем руководстве СССР, радикальной демократической элиты, ставшей в 1990 г. властной элитой РСФСР, центральных средств массовой информации, а также политические процессы, инициированные решениями данных акторов и развивавшиеся при их участии.

Внутренними факторами складывания предпосылок генезиса региональных электоральных процессов выступали интересы и деятельность внутренних элитных и массовых акторов региональных политико-трансформационных процессов в лице правящих элитных групп, этно-национальных, демократических и экологических групп и движений, регионального населения (электората) и процессы, вызванные деятельностью  внешних и внутренних акторов региональных политико-трансформационных процессов.

В процессе складывания предпосылок зарождения региональных электоральных процессов в постсоветской России можно выделить два хронологических периода: в 1986–1989 гг. формировались как внешние нормативно-правовые, институциональные, социальные предпосылки региональных электоральных процессов в политико-государственной системе Союза ССР, так и внутрирегиональные социальные и идейно-психологические предпосылки; в 1990–1991 гг. формировались внешние социальные и институциональные предпосылки генезиса региональных электоральных процессов в виде институционализации правящей элиты и политико-государственной системы РСФСР и внутрирегиональные политико-правовые, институциональные, социальные, идейно-психологические предпосылки.

Складывание предпосылок региональных электоральных процессов в российских регионах в 1986–1989 гг. происходило в большей мере под воздействием внешних акторов и факторов, характеризовалось ведущей ролью элитных акторов союзного уровня.

В 1990–1991 гг. роль главных акторов перешла к новой российской правящей элите и, прежде всего, к ее демократическому сегменту, а также к региональным элитам. Определенную роль в формировании идейных предпосылок возникновения региональных электоральных процессов в 1990–1991 гг. в российских автономиях сыграли региональные общественно-политические организации национальной и экологической направленности. В 1990–1991 гг. процесс формирования предпосылок возникновения российских региональных электоральных процессов определялся взаимовлиянием внешних и внутрирегиональных акторов и факторов при доминирующем влиянии внутренних акторов и факторов.

Внешними и внутренними нормативно-правовыми, институциональными, политическими, социальными, идейно-психологическими предпосылками генезиса российских региональных электоральных процессов постсоветского периода стали: демократизация власти, избирательных систем и процедурных норм выборов, федеративных отношений, появление новых элитных и массовых акторов, активизация и идейная плюрализация общества, распространение в массовом сознании демократических ценностей и т.д.

Второй параграф второй главы «Особенности генезиса электоральных процессов в российских регионах» посвящен анализу тенденций и специфики региональных электоральных процессов в 1991– ноябре 1993 гг.

Генезис современных электоральных процессов в регионах России проходил в ходе трех волн выборов глав исполнительной власти российских регионов: выборов мэров Москвы и Ленинграда и президента Татарстана 12.06.1991 г.; выборов президентов в российских республиках в конце 1991январе 1992 гг.; выборов глав регионов в феврале-апреле 1993 г. в 7 российских областях, Красноярском крае, Ингушетии и Калмыкии.

Автор выделяет следующие тенденции генезиса электоральных процессов в российских регионах.

Первой тенденцией стало формирование нового институционального контекста и нормативно-правовой базы региональных выборов.

Появление данной тенденции было вызвано необходимостью появления новых правил и процедур институционализации региональной исполнительной власти.

Характер нормативно-правовой базы выборов в регионах в существенной мере определялся спецификой состава акторов ее формирования, которая, в свою очередь, обуславливалась особенностями развития политико-трансформационных процессов в российских республиках и в Москве, Ленинграде, областях и Красноярском крае.

Второй тенденцией была трансформация структуры и усиление плюрализма акторов за счет появления новых внешних и внутренних акторов, автономизация и активизация акторов региональных выборов как со стороны государства, так и со стороны гражданского общества, усиление конкуренции между ними.

Причинами появления данной тенденции выступили институциональные, элитные, политико-режимные, социокультурные трансформации – политическая институционализация новой российской и региональной власти, элит, контрэлит и организованных гражданских акторов на союзном, российском и региональном уровнях политической системы страны, формирование индивидуальных и укоренение региональных интересов в сознании населения в 1990–1991 гг.

Третьей тенденцией стало усиление влияния внутренних акторов и факторов и ослабление влияния внешних акторов в лице российской власти, ослабление роли внешних факторов в областях и краях, вплоть до их полного исчезновения в республиках.

Причиной появления данной тенденции были различия в состоянии внешних и внутренних акторов региональных электоральных процессов в момент их генезиса, ставшие следствием специфики развития союзного и российского политико-трансформационных процессов в 1990–1993 гг., с одной стороны, и региональных политико-трансформационных процессов, с другой, а также следствием особенностей протекания региональных политико-трансформационных процессов в регионах различных типов.

Усиление роли внутренних акторов проходило черезусиление влияния региональных элит и лидеров, утверждение их в качестве главных акторов выборов глав регионов, усиление внутриэлитной конкуренции и обострение борьбы за власть в части республик и в российских областях, через утверждение в отдельных регионах общественно-политических движений, а также регионального директората и независимых кандидатов в качестве акторов выборов глав регионов, через утверждение значимой роли электората.

Усиление роли внутренних факторов в региональных электоральных процессах происходило через усиление роли элитного фактора во всех регионах, усиление влияния фактора регионального гражданского общества во всех регионах, но в разной степени, и через разнонаправленные тенденции, характеризовавшие изменение роли фактора региональной власти.

Четвертой тенденцией стало превращение региональных выборов в механизм формирования региональной исполнительной власти с участием населения, выполнение региональными выборами функций легитимации региональной власти и стабилизации региональных политических процессов, формирования политического курса, превращение региональных выборов в значимый фактор региональных и российского политико-трансформационных процессов.

Причинами данной тенденции выступали высокая политическая активность населения и других гражданских акторов, использование выборного механизма для разрешения внутриэлитных конфликтов и решения вопроса о власти в регионах, а также ключевая роль выборов в институционализации региональной исполнительной власти, в передаче власти в регионах лидерам, получившим легитимный мандат на представительство региональных интересов во взаимоотношениях с российским центром.

Пятой тенденцией генезиса региональных электоральных процессов стало усиление региональных различий в составе внешних и внутренних акторов и факторов, в соотношении влияния между конкретными внутренними акторами и факторами, в характере электоральных процессов в различных регионах.

Эта тенденция отражала естественный и свободный ход генезиса региональных электоральных процессов в 1991–1993 гг., развивавшихся под определяющим влиянием внутренних акторов и факторов, и обуславливалась различиями в протекании политико-трансформационных процессов в разных регионах как в части состава внешних и внутренних акторов данных процессов, так и в части трансформации прежнего и складывания нового внутрирегионального элитного, институционального, общественного контекста.

Данная тенденция проявлялась в следующем: в наличии внешнего актора в лице российской власти, определявшей институциональные и нормативные условия выборов в областях и в Красноярском крае и в отсутствии внешних акторов и факторов в российских республиках; в переходе к альтернативным и конкурентным выборам глав региональной исполнительной власти в ряде республик и областей , а также в Красноярском крае, и переходе к безальтернативным/неконкурентным и низкоальтернативным/неконкурентным выборам президентов в части республик ; в возрастании степени политизации, идеологизации выборов в большинстве регионов и в низкой степени идеологизации выборов в Якутии, Калмыкии (1991 г.), Тыве;

В свою очередь диверсификация характера выборов в различных регионах стала следствием усилий внешних и внутренних акторов данных процессов, сложившегося внутри регионов соотношения сил между правящими элитами и гражданскими акторами.

Модель региональных электоральных процессов на этапе генезиса имела переходный характер, проявлявшийся в ограниченно демократическом характере нормативно-правовой базы выборов и самого выборного процесса (в части республик), а также в слабой институционализации гражданских акторов, отсутствии в их числе партий. Это было связано с трансформирующимся состоянием политико-институциональной и социальной среды.

Отличительными чертами модели генезиса были конкурентный характер взаимоотношений и автономный характер участия всех акторов; разная конфигурация внешних и внутренних акторов и факторов в регионах различных типов, определяющая роль внутренних акторов и факторов; значимая роль как элитных и государственных акторов, так и неэлитных гражданских акторов; ведущая роль акторов «старого» режима в структуре элитных акторов в большинстве регионов; высокая степень дифференциации регионов в части уровня альтернативности и конкурентности при конкурентном характере региональных электоральных процессов в большинстве субъектов федерации; высокая роль выборов в региональных политико-властных и политико-трансформационных процессах, реальное выполнение региональными выборами функций легитимации, стабилизации, формирования политического курса и функции политической институционализации.

Модель региональных электоральных процессов на этапе генезиса складывалась в результате усилий акторов со стороны государства и акторов со стороны гражданского общества при значимом влиянии как факторов со стороны государства, так и факторов со стороны гражданского общества.

Третья глава «Развитие региональных электоральных процессов на этапе институционализации региональных политических систем и режимов в субъектах Российской Федерации» посвящена изучению тенденций развития региональных электоральных процессов в условиях формирования политико-властных систем и консолидации политических режимов в российских регионах (декабрь 1993–1999 гг.).

В первом параграфе третьей главы «Тенденции развития электоральных процессов в условиях ограниченной институционализации региональных политических систем и режимов» анализируются тенденции развития региональных электоральные процессов в условиях трансформирующегося регионального институционального контекста в период декабря 1993 – 1995 гг.

Развитие электоральных процессов в регионах России в рассматриваемый период проходило в ходе следующих волн выборов: первых прямых выборов президентов в Башкортостане, Республике Коми, Северной Осетии, Бурятии, Карелии и первых выборов глав Республики Дагестан и Республики Алтай, осуществлявшихся депутатами представительных органов; вторых президентских выборов в Калмыкии (1995 г.), Чувашии, Ингушетии (1994 г.), Чечне, Мордовии ; первых губернаторских выборов в Иркутской, Белгородской, Московской, Нижегородской, Новгородской, Омской, Новосибирской, Оренбургской, Свердловской, Тамбовской, Тверской, Томской, Ярославской областях и в Приморском крае; выборов депутатов региональных представительных органов власти.

Первой тенденцией региональных электоральных процессов выступило формирование новой нормативно-правовой базы региональных выборов, что проявилось в ограничении ее демократизма, сужении избирательных прав граждан и независимых кандидатов, создании преимуществ кандидатам от власти. 

Тенденция формировалась посредством усилий правящих региональных элит при минимальном участии федеральной власти в определении норм проведения первых выборов депутатов региональных парламентов в областях, краях и автономных округах. В то же время губернаторские выборы в областях и в Красноярском крае проходили по российскому закону. В республиках институциональную и нормативно-правовую базу выборов правящие элиты создавали самостоятельно исходя из собственных интересов формирования лояльных легислатур.

Второй тенденцией стало некоторое расширение круга и ареала действия внешних акторов и факторов, расширение и изменение состава внутренних акторов и факторов региональных электоральных процессов.

Данная тенденция развиваласьчерез распространение участия федеральной власти в части определения базовых параметров нормативно-правовой базы региональных парламентских выборов на все области, края и автономные округа, а также через появление внешних кандидатов на посты глав регионов и распространение влияния фактора внешней конкуренции на Чувашию и ряд областей.

Состав внутренних акторов региональных электоральных процессов обновился и расширился за счет институционализации в данном качестве региональных избирательных объединений, в том числе создававшихся региональной властью, региональных отделений федеральных партий и движений, групп интересов социальной направленности, местного чиновничества и директората. Следствием институционализации партий и групп интересов социальной направленности в качестве акторов региональных выборов сталопоявление новых внутренних факторов – партийного и групп интересов.

Третья тенденция состояла в развитии региональных электоральных процессов при доминирующей роли внутренних акторов и факторов, возрастании роли государственных акторов и ослаблении влияния акторов со стороны гражданского общества, усилении влияния элитных и некотором ослаблении влияния неэлитных акторов.

Доминирующая роль внутренних акторов и факторов была связана со слабостью российской власти и формирующимся состоянием крупного российского бизнеса.

Усиление влияния акторов и факторов со стороны государства и элитных акторов проявлялось в утверждении региональной исполнительной власти влиятельным актором, а ее деятельности влиятельным фактором региональных выборов в большинстве регионов страны, в институционализации в качестве значимых акторов выборов региональных элитных групп, местного директората и чиновничества.

Ослабление роли гражданских акторов проявлялось в ухудшении результатов независимых кандидатов в выборах глав регионов по сравнению с выборами 1991– весны 1993 г., а также в интеграции директората в состав  региональных «партий власти» на выборах представительных органов власти в существенном числе регионов страны. Влияние электората и независимых кандидатов ослаблялось в результате начала применения правящими элитами практики джерримендеринга, за счет ограничения избирательных прав кандидатов и избирателей нормативно-правовыми способами, вследствие безальтернативности выборов в ряде республик и начала применения административных методов влияния на ход и результаты выборов.

Рассматриваемая тенденция стала следствием: усиления позиций действующих руководителей в части областей и в большинстве республик к 1993–1994 гг.; неограниченных возможностей региональной власти влиять на ход и результаты избирательных кампаний; лучшей организации и ресурсной обеспеченности государственных и элитных акторов по сравнению с неэлитными акторами, слабого состояния неэлитных акторов в условиях конкуренции между элитными и неэлитными акторами в борьбе за власть.

Вместе с тем, в условиях наличия в регионе элитной конкуренции роль электората сохранялась достаточно значимой.

Четвертой тенденцией стало усиление управляемости региональных электоральных процессов со стороны региональной власти за счет применения нормативно-правовых методов управления выборами и методов джерримендеринга, начала применения в отдельных регионах методов административного управления выборами и формирования региональных «партий власти».

Причинами усиления управляемости региональных электоральных процессов была доминирующая роль региональной исполнительной власти в процессе формирования законодательной базы региональных выборов и в ходе самих избирательных кампаний, протекавших в условиях отсутствия демократических стандартов и механизмов защиты избирательных прав граждан, слабости гражданских институтов, отчуждения общества от политики, зависимости региональных избирательных комиссий от региональных администраций и заинтересованном попустительстве федеральной власти.

Политическими следствиями данной тенденции были ослабление демократизма региональных электоральных процессов, формирование в большинстве регионов парламентов, подконтрольных исполнительной власти.

В то же время выборы депутатов региональных парламентов и выборы глав регионов 1993–1995 гг. сыграли достаточно значимую роль в региональных политических трансформациях и в российском политическом

процессе. Высокая роль региональных выборов в региональных определялась институционализацией региональной представительной власти, утверждением в постсоветской России выборного способа борьбы за власть и разрешения внутриэлитных конфликтов.

Пятой тенденцией стало усиление разнообразия региональных электоральных процессов в части нормативной базы и институционального контекста выборов, их акторов и факторов.

Причинами этой тенденции стали распространение выборных практик формирования региональной власти на все субъекты федерации при большом разнообразии внутрирегиональных политических условий.

Данная тенденция развивалась в ходе многообразных частных и, зачастую, разнонаправленных тенденций в различных субъектах Российской Федерации и на разных видах выборов.

Во втором параграфе третьей главы «Векторы эволюции региональных электоральных процессов в условиях институционально оформленных региональных политических систем и консолидации политических режимов» анализируются тенденции развития региональных электоральных процессов в условиях институционально оформленных региональных политических систем и консолидирующихся режимов (1996–1999 гг.).

Развитие региональных электоральных процессов проходило в виде трех волн выборов: выборов депутатов региональных законодательных собраний второго созыва (1996–1998 гг.); первых выборов глав региональных администраций в областях, краях, автономных округах (вторая половина 1996 – начало 1997 гг.); вторых выборов глав региональной исполнительной власти в республиках (1996–1998 гг.) и в части областей и краев (1998–1999 гг.).

Тенденции региональных электоральных процессов отражали складывание политического порядка в областях, краях, автономных округах в ходе первых выборов губернаторов, закрепление политического порядка в тех регионах, где он установился по итогам первых выборов главы региона и первых выборов депутатов регионального парламента, проходивших в 1991–1994 гг., смену порядка в тех регионах, где по итогам первого цикла выборов глав регионов не произошло консолидации региональных политических режимов.

Специфика внешних условий, стадий региональных политических трансформаций, характера складывавшихся региональных политических режимов, особенности внутриэлитных взаимоотношений в существенной мере определили характер региональных электоральных процессов и их тенденции в 1996–1999 гг. 

Первой тенденцией региональных электоральных процессов в 19961999 гг. стало противоречивое развитие нормативно-правовой базы региональных выборов, некоторая ее демократизация, сопровождавшаяся включением в нормативно-правовую базу положений, позволявших правящим региональным элитам управлять ходом и результатами региональных выборов, и сохранением недемократических положений в нормативно-правовой базе выборов в существенной части российских регионов;

Данная тенденция развивалась в результате разнонаправленных усилий федеральной исполнительной власти, федеральных законодателей и региональных правящих элит. Внешнее влияние на нормативно-правовую базу региональных выборов имело демократизирующий вектор, было направлено на укрепление гарантий прав и свобод граждан. Региональные правящие элиты, изменяя институциональный контекст и нормативно-правовую базу выборов, старались ослабить эффекты нормативных новаций российского центра, вносили в нормативную базу положения, обеспечивающие управляемость ходом и результатами региональных выборов.

Второй тенденцией развития региональных электоральных процессов стало как расширение круга внешних акторов и факторов, распространение ареала их влияния на большее число регионов, так и расширение круга внутренних акторов и факторов. 

В рамках данной тенденции развивались следующие процессы: активизация участия федеральной власти в губернаторских выборах в ряде областей и краев, распространение влияния федеральной власти в части регулирования нормативно-правовой базы региональных выборов общефедеральными нормативными актами на большинство регионов; появление в числе внешних акторов крупного федерального бизнеса и общефедеральных партийно-политических коалиций; расширение практики внешней конкуренции на выборах глав регионов и утверждение данного фактора в качестве значимого в большем числе регионов по сравнению с 1993–1995 гг.

Расширение круга внутренних акторов и факторов происходило в результате утверждения регионального бизнеса в качестве значимого актора региональных парламентских выборов во всех регионах и его интересов в качестве влиятельного фактора выборов глав регионов в ряде субъектов Федерации, а также за счет партийных акторов. В частности, в регионах усиливался партийный плюрализм, наблюдалось расширение территориального ареала участия партий в региональных выборах.

Причинами развития тенденции расширения круга внешних и внутренних акторов и факторов были развивавшиеся процессы становления и укрепления федерального и регионального бизнеса, обновления и развития российской партийной системы, включение данных акторов в борьбу за власть в регионах, начало более активных действий федеральной исполнительной власти по влиянию на региональные элитные процессы нормативно-правовыми и политическими способами вследствие перехода к выборному способу формирования исполнительной власти в регионах, освоение региональной исполнительной властью партийных механизмов мобилизации элит и избирателей.

Следствием данной тенденции было усиление разнообразия региональных электоральных процессов как в части беспартийных, так и за счет партийных акторов.

Третьей тенденцией стало сохранение доминирующей роли внутренних акторов и факторов, рост влияния элитных акторов и факторов со стороны государства и ослабление влияния акторов и факторов со стороны гражданского общества.

Причинами развития данной тенденции, с одной стороны, выступали складывание политического порядка внутри региональных политий, формирование в них властных пирамид во главе с главами регионов и авторитарных политических режимов, отстройка региональной властью эффективных «электоральных машин» из глав местных администраций, зависимых от нее избирательных комиссий, региональных государственных средств массовой информации.

С другой стороны, причинами развития данной тенденции были переход федеральной власти к активным способам влияния на элитные процессы в регионах в условиях повсеместного перехода к выборности региональных руководителей, формирование региональных экономических интересов крупного федерального бизнеса и его экспансия в отдельные регионы, открывшиеся возможности для политиков федерального уровня побороться за губернаторские должности.

Следствием данной тенденции стало то, что в тех субъектах федерации, где в губернаторских выборах победили внешние кандидаты, баланс влияния внешних и внутренних акторов и факторов на губернаторских выборах изменился в пользу внешних акторов и факторов, а электоральные процессы стали развиваться при сопоставимом влиянии внешних и внутренних акторов и факторов. Тем не менее, в большей части субъектов федерации сохранились доминирование внутренних и менее значимое влияние внешних акторов и факторов.

Итогом усиления элитных и ослабления влияния неэлитных акторов, усиления акторов и факторов со стороны государства и ослабления акторов и факторов со стороны гражданского общества стала ситуация развития региональных электоральных процессов менее чем в половине субъектов Федерации при доминирующей роли акторов и факторов со стороны государства, их развитие более чем в половине регионов при сбалансированном влиянии государственных и гражданских акторов

Региональные парламентские выборы в большей части российских регионов проходили при доминирующем влиянии акторов и факторов со стороны государства, а выборы глав регионов – более чем в половине субъектов федерации развивались при значимой роли как государственных, так и гражданских акторов.

Четвертой тенденцией стало усиление управляемости региональными электоральными процессами со стороны региональной власти, обусловившее дальнейшее ограничение их демократизма.

Тенденция стала результатом развивавшегося в течение периода изменения соотношения сил между акторами со стороны государства и со стороны гражданского общества и отразила изменения в балансе их сил.

Усиление управляемости региональных парламентских выборов в большинстве регионов и усиление управляемости выборов глав регионов в половине субъектов федерации, проводивших выборы второго (третьего) цикла, стали следствием укрепления региональной исполнительной власти, консолидации правящих элит и регионального бизнеса вокруг региональных лидеров, освоения региональной властью различных средств и методов электорального управления, а также следствием неспособности формирующегося регионального гражданского общества в лице партий и независимых кандидатов составить конкуренцию правящим элитам, поставившим региональные выборы под свой контроль.  

В свою очередь, интересы региональной исполнительной власти и ее деятельность по управлению региональными выборами обусловили вектор ограничения демократизма региональных электоральных процессов.

Пятой тенденцией региональных электоральных процессов в 1996–1999 гг. стала растущая инструментализация региональных выборов.

Так, региональные парламентские выборы в 1996–1999эволюционировали в инструмент доминирования региональной исполнительной власти в региональных политических процессах в существенной части регионов. Однако выборы глав регионов в 19961999 гг. оставались механизмом реализации народной воли в большей части субъектов федерации. Тем не менее, в рассматриваемый период увеличивалось число регионов, в которых выборы глав регионов стали механизмом воспроизводства у власти правящих региональных элит и лидеров.

Инструментализация региональных выборов правящими региональными элитами осуществлялась посредством отстройки региональных «избирательных машин», институционализации клиентелистских практик в отношениях с электоратом и с региональным бизнесом, установления зависимости избирательных комиссий от региональной власти.

Шестой тенденцией стал рост диверсификации региональных электоральных процессов по сравнению с 1993–1995, проявившийся в расширении разнообразия конкретных моделей региональных электоральных процессов в различных регионах.

Усиление диверсификации региональных электоральных процессов происходило вследствие перехода к выборности региональных руководителей во всех регионах при существенных региональных различиях в стадиях политико-режимных трансформаций в тех регионах, в которых в рассматриваемый период проходили уже вторые (третьи) выборы глав регионов, и в тех, в которых губернаторские выборы прошли впервые.

Модель региональных электоральных процессов, сложившаяся к концу периода 1996–1999 гг., отличалась следующими характеристиками:

– нормативно-правовой базой региональных выборов, включавшей как демократические положения, так и положения, позволявшие региональным правящим элитами оказывать существенное влияние на ход и результаты региональных выборов, а также положения, противоречащие демократическим принципам (в существенной части регионов);

– существенными различиями в составе внешних и внутренних акторов в различных регионах и на разных видах выборов;

– развитием региональных электоральных процессов в большинстве регионов при доминирующем влиянии внутренних акторов (правящих элит, региональной исполнительной власти, директората и бизнеса) и соответствующих факторов и их развитием в ряде регионов при сопоставимом влиянии как внутренних, так и внешних акторов и факторов;

– развитием электоральных процессов более чем в половине регионов при сопоставимом влиянии государственных и гражданских акторов и их развитием в другой части регионов при ведущей роли акторов со стороны государства и менее значимой роли гражданских акторов ;

– участием регионального директората и бизнеса в региональных парламентских выборах в составе региональных «партий власти» в большинстве субъектов федерации при автономном характере их участия в выборах глав регионов, инструментальной ролью избирательных комиссий ввиду утверждения их зависимости от региональной исполнительной власти;

– невлиятельной ролью партий в подавляющем большинстве субъектов федерации, что обуславливало в целом ограниченно партийный либо беспартийный характер региональных выборов при инструментализации партий в ряде регионов правящими элитами в форме создания организационно оформленных региональных «партий власти»;

– ограниченно демократическим и ограниченно управляемым характером региональных электоральных процессов при различиях регионов, как в аспекте управляемости-свободы разных видов выборов, так и в степени управляемости выборов;

– инструментализацией региональных парламентских выборов правящими элитами в большинстве регионов при сохранении выборами глав регионов свойств механизма реализации народной воли более чем в половине субъектов федерации и превращении их механизм воспроизводства у власти правящих региональных элит и лидеров в другой части регионов.

Модель региональных электоральных процессов, сформировавшаяся к концу этапа декабря 1993–1999 гг. имела ограниченно демократический характер. Она сложилась в результате усилий федеральной власти и наиболее влиятельной роли региональных правящих элит. Данная модель отвечала интересам региональных правящих элит и была продуктом их адаптации к новому, выборному способу формирования региональной власти.

Факторами формирования данной модели региональных электоральных процессов выступали:

– последовательное усиление региональной исполнительной власти в ходе процесса политической институционализации, консолидация вокруг нее региональных элит, вовлечение в состав ее клиентел местного директората и формирующегося регионального бизнеса, а также части регионального населения, выстраивание региональной властью «электоральных машин», формирование региональных политических режимов, приобретших в существенном числе регионов к концу этапа авторитарный характер;

– оформление в стране крупного федерального бизнеса и начало его институционализации в качестве актора региональных выборов; институционализация в регионах политических партий;

– снижение уровня политической активности регионального населения.

Базовые тенденции, в ходе которых формировалась постсоветская модель региональных электоральных процессов 1993–1999 гг., по-разному проявлялись в регионах, что обуславливало специфику моделей электоральных процессов в различных регионах. При этом специфические региональные модели реализовывались через различные, в том числе, и разнонаправленные частные тенденции. Все это отражало свободный, естественный характер развития электоральных процессов в российских регионах в декабре 1993–1999 гг.

Региональные выборы декабря 1993–1999 гг. сыграли важную роль в обновлении состава региональных элит и региональных политических лидеров, в переходе власти в регионах в руки политиков, пользующихся поддержкой региональных элит и населения, в развитии в регионах процессов политической институционализации, легитимации и укрепления региональной власти.

В Адыгее, Марий Эл, Мордовии, Кабардино-Балкарии, Калмыкии (безрезультатные выборы 1991 г.), Тыве, Чеченской Республике, Чувашии (безрезультатные выборы), Якутии.

В Брянской, Липецкой, Орловской, Пензенской, Смоленской, Челябинской, Амурской областях.

В Брянской, Пензенской, Орловской, Амурской, Смоленской областях, Мордовии, Калмыкии (1993 г.), Марий Эл.

Татарстан, Ингушетия

Якутия, Тыва.

Депутатами регионального парламента.

Депутаты Государственной Думы и Совета Федерации от регионов, а также политики федерального уровня Н. Федоров (Чувашия) и И. Стариков (Новосибирская область).

Президентские выборы в Ингушетии, Карелии, Калмыкии.

В Курской, Рязанской, Псковской, Московской областях, в Хакассии, Карачаево-Черкессии, Северной Осетии, в Красноярском крае. Депутаты Государственной Думы от региона стали губернаторами в Оренбургской области, Республике Алтай, Ставропольском крае, Агинском-Бурятском автономном округе.

В тех регионах, в которых региональная исполнительная власть выступала наиболее влиятельным актором как парламентских, так и губернаторских выборов. К ним можно отнести все республики, кроме Хакассии, Республики Алтай, Карелии, Марий Эл, Северной Осетии, Карачаево-Черкессии, а также Орловскую, Вологодскую, Курскую, Камчатскую, Кемеровскую, Пензенскую, Новгородскую, Томскую, Ярославскую области, Хабаровский и Краснодарский края, Еврейскую автономную область, Ханты-Мансийский, Коми-Пермяцкий, Таймырский, Чукотский автономные округа.

Четвертая глава «Развитие российских региональных электоральных процессов на этапе централизации власти в Российской Федерации» посвящена анализу тенденций развития региональных электоральных процессов в условиях централизации власти в Российской Федерации в 2000-е годы.

В первом параграфе четвертой главы «Специфика и тенденции развития региональных электоральных процессов в условиях ограничения политической субъектности регионов России» исследуются тенденции региональных электоральных процессов в период концентрации властных полномочий в центре и ограничения политической субъектности российских регионов (2000–2004 гг.).

Существенное изменение внешних общероссийских условий региональных электоральных процессов в 2000–2004 гг. было связано с приходом нового президента страны и проведением центральной властью политического курса, направленного на консолидацию власти в стране, ослабление альтернативных Кремлю субъектов власти – региональных лидеров и крупного бизнеса, а также обуславливалось эволюцией российского политического режима от режима ограниченного плюрализма в (2000 – лето 2003 гг.) к моноцентрическому режиму (с осени 2003 г.).

В отношении регионов федеральная власть проводила политику выстраивания политических, административных, экономических рычагов управления региональными процессами, усиления «открытости» регионов для управленческих импульсов со стороны центра, укрепления в регионах альтернативных губернаторам субъектов политического влияния – региональных парламентов и общефедеральных партий.

Содержанием деятельности региональных правящих элит в рассматриваемый период была адаптация их политических стратегий к институциональным и нормативно-правовым нововведениям федерального центра с целью сохранения автономии, защиты собственных политических позиций и экономических интересов в условиях открытости регионов и претензий на власть внешних конкурентов.

Региональные электоральные процессы в 2000–2004 гг. развивались в результате взаимодействия внешних и внутренних акторов и взаимовлияния внешних и внутренних факторов, а их тенденции отражали борьбу центра и региональных элит за доминирование в региональной политике.

Первой тенденцией стало изменение институциональной среды и нормативно-правовой базы региональных выборов в направлении унификации институциональных условий региональных выборов, усиления в них роли федеральных партий и ослабления роли других гражданских акторов при одновременном усилении рычагов управления партийной системой со стороны государства. В целом изменение институциональной среды и нормативно-правовой базы региональных выборов в 2001–2002 гг. развивалось в русле вектора демократизации. Но в 2003–2004 гг. вектор изменения институционального контекста и нормативно-правовой базы выборов сменился на противоположный.

Данная тенденция складывалась в результате усилий федеральной власти, парламентских партий, и региональных правящих элит. Наибольшее влияние на развитие данной тенденции оказала федеральная власть.

Унификация федеральной властью избирательных систем на региональных парламентских выборах и на выборах глав регионов, отмена ею выборности региональных руководителей ограничивали политическую субъектность регионов, стали проявлением внедрения федерального центра в сферу исключительной компетенции субъектов федерации.

Второй тенденцией стало изменение состава акторов региональных электоральных процессов в пользу общефедеральных партий, бизнеса и элитных кандидатов при сокращении круга и территориального ареала участия некоторых гражданских акторов.

Наибольший вклад в развитие данной тенденции внесла федеральная власть, обеспечившая «открытие» региональных выборов для внешних акторов путем запрета цензов оседлости, языковых цензов и принудившая все регионы выполнять нормы федерального законодательства, изменившая нормативно-правовыми средствами структуру гражданских акторов региональных выборов в пользу федеральных партий и стимулировавшая усиление активности федеральных партий в региональных парламентских выборах.

Объективными следствиями развития данной тенденции были рост конкуренции и повышение уровня партийности региональных парламентских выборов, рост конкуренции за счет внешних кандидатов на выборах глав регионов в ряде субъектов федерации.

Третьей тенденцией стало усиление роли внешних при некотором ослаблении роли внутренних акторов и факторов, возрастание влияния федеральной исполнительной власти, превращение ее с осени 2003 г. в наиболее влиятельного внешнего актора, а ее политики – в наиболее значимый фактор региональных электоральных процессов.

Усиление внешних акторов обуславливалось активизацией политики федеральной исполнительной власти по отношению к регионам, развитием региональной политической экспансии крупного федерального бизнеса и политической активности представителей силовой и чиновничьей корпораций, совместным характером действий федеральной исполнительной власти и крупного бизнеса, а также кандидатов-«варягов» на выборах глав регионов. В свою очередь активизация внешних акторов стала возможной благодаря консолидации административных и росту экономических ресурсов федеральной власти и крупного бизнеса, расширению возможностей участия внешних кандидатов в условиях «открытости» регионов.

Причинами ослабления роли внутренних акторов и факторов стали усиление влияния на губернаторских выборах внешних элитных акторов в ряде регионов, возрастание роли федерального административного ресурса, изменение институционально-нормативным способом баланса сил в круге гражданских акторов в пользу общефедеральных партий при объективно слабом состоянии региональных партийных структур, инструментализация региональных партийных структур правящими региональными элитами.

Центр усилил свое влияние в регионах в 2000–2004 гг., но доминирующим актором региональных электоральных процессов пока еще не стал.

Четвертой тенденцией стало возрастание роли в региональных электоральных процессах элитных акторов и факторов со стороны государства при сохранении в целом невлиятельной роли акторов и факторов со стороны гражданского общества.

Усиление роли элитных акторов в региональных электоральных процессах в 2000–2004 гг. происходило за счет роста влияния федеральной исполнительной власти, крупного федерального бизнеса и внешних элитных кандидатов – выходцев из корпораций федерального чиновничества и силовиков на выборах глав регионов, сохранения влиятельной роли региональной власти на обоих видах региональных выборов в подавляющем большинстве регионов, усиления позиций крупного регионального бизнеса на региональных парламентских выборах повсеместно и на выборах глав регионов в ряде субъектов федерации.

Ослабление влияния неэлитных акторов на выборах глав регионов проходило за счет ослабления роли независимых кандидатов, независимых от власти партийи электората в условиях борьбы федерального и регионального административных ресурсов.

Причинами усиления элитных акторов и усиления влияния акторов и факторов со стороны государства стали ресурсное укрепление внешних элитных акторов – федеральной исполнительной власти и крупного федерального бизнеса, активизация их действий и консолидация их усилий в региональных выборах и такое же укрепление региональной власти и регионального бизнеса. По результатам губернаторских выборов предыдущего электорального цикла в регионах были отстроены моноцентрические авторитарные режимы, сформировались внутрирегиональные властные вертикали, укрепился губернаторский административный ресурс, были отлажены формы работы региональной власти с российскими финансово-промышленными группами, крупным региональным бизнесом, партиями и населением, повсеместно укрепились альянсы региональной власти и местного бизнеса.

В свою очередь, ослабление неэлитных акторов и факторов со стороны гражданского общества на губернаторских выборах и сохранение ситуации их менее влиятельной роли, чем роль элит, на выборах депутатов региональных парламентов обусловливались: «приватизацией» элитными акторами региональных электоральных полей, вытеснением с полей губернаторских выборов ресурсно слабых идеологических партий и независимых кандидатов; дальнейшей инструментализацией партий региональными элитами; усилением роли в парламентских выборах политически слабых региональных отделений общефедеральных партий и исключением из состава гражданских акторов региональных партий и неполитических общественных объединений, ограничениями на участие в выборах политических общественных объединений, ограничением роли избирателей и групп избирателей как субъектов выдвижения кандидатов.

Пятой тенденцией стало ограничение демократизма региональных электоральных процессов.

Причинами ограничения демократизма региональных электоральных процессов в 2000–2004 гг. стали следующие: монополизация электорального пространства регионов элитными акторами – федеральной властью и федеральными ФПГ, региональной исполнительной властью и крупным местным бизнесом, альянсы федеральной власти и федеральных ФПГ на губернаторских выборах в ряде регионов и региональной власти и регионального бизнеса на региональных парламентских выборах, усиливавшие влияние элитных и ослаблявшие роль неэлитных акторов; используемые элитными акторами административные и финансовые методы электоральной борьбы на губернаторских выборах, вытеснявшие партии на периферию электорального соревнования и ограничивающие возможности неэлитных гражданских акторов влиять на результаты выборов.

Тенденция развивалась, прежде всего, за счет ослабления демократизма выборов глав регионов, вследствие усиления их управляемости со стороны правящих элит, при сохранении ограниченно демократического и ограниченно управляемого характера региональными парламентскими выборами.

Ослабление демократизма выборов глав регионов проявлялось в территориальном расширении практик управляемой конкуренции и административного управления выборами, в возрастании роли финансового и административного ресурсов и ослаблении влияния фактора электорального выбора, в ограничении свободы выбора избирателей «грязными» и манипулятивными технологиями.

Растущая инструментализация региональных выборов правящими федеральной и региональными элитами стала шестой тенденцией региональных электоральных процессов 2000–2004 гг.

Тенденция развивалась за счетрасширения практики управляемых выборов региональных руководителей в российских регионах и сохранения управляемости парламентских выборов со стороны региональной власти в условиях перехода к смешанным избирательным системам.

Следствием усиления управляемости выборов глав регионов и инструментализации их правящими элитами было ослабление влияния фактора электорального выбора в определение их результатов, нарастание авторитарных тенденций.

Вместе с тем, инструментализация региональных выборов правящими элитами в 2000–2004 гг. была ограниченной, поскольку практически во всех субъектах Российской Федерации региональные парламентские выборы и в существенной части регионов губернаторские выборы в определенной мере продолжали оставаться механизмом волеизъявления избирателей. Региональная власть обновлялась выборным путем при участии населения, несла перед населением регионов ответственность, региональные правящие элиты сохраняли ресурс автономии от федерального центра. Кроме того, выборные процедуры пока еще аккумулировали определенные потенциальные возможности демократизации региональных политических процессов и политических режимов.

Во втором параграфе четвертой главы «Эволюция региональных электоральных процессов при институционально оформленном доминировании федеральных акторов в региональных политических процессах» исследуются тенденции и особенности региональных электоральных процессов в период с 2005 г. по настоящее время.

Данный период характеризовался существенным изменением политико-институциональных условий развития региональных электоральных процессов в части институционального оформления зависимости глав регионов от федеральной исполнительной власти, превращения их в акторов, подчиненных федеральному центру. Это произошло в результате отмены выборности губернаторов и переходу к их назначаемости президентом страны с декабря 2004 г.

В 2005–2006 гг. осуществлялись наращивание рычагов управления партиями, партийной системой, достройка партийных, институциональных, нормативно-правовых и административных механизмов управления федеральными и региональными выборами, приведшие к доминированию федеральной власти в региональных политических процессах с осени 2007 г.

Региональные электоральные процессы в 2005–2011 гг. развивались в ходе следующих тенденций.

Первой тенденцией стало усиление государственного влияния на ход и результаты региональных выборов нормативно-правовыми и институциональными способами.

Данная тенденция развивалась усилиями федеральной власти, правящих региональных региональных элит, отдельных парламентских партий в ходе изменения партийного, федерального и регионального избирательного законодательства, законодательства о СМИ и об экстремистской деятельности.

Тенденция развивалась через реализацию нормативных положений, направленных: на сокращение партийного плюрализма и усиление возможностей государства контролировать партийную сферу; на ограничение блоковой и партийной конкуренции и сокращение плюрализма партийно-политических акторов региональных выборов (посредством исключения из их числа региональных избирательных блоков); на расширение возможностей государства влиять на состав избирательных комиссий и через них на состав участников выборов и их результаты.

При этом вклад региональных правящих элит в этот процесс состоял в повышении максимального размера избирательного фонда и повышении избирательных залогов для политических партий (2006–2007 гг.), в переходе от смешанных избирательных систем на выборах депутатов региональных парламентов в ряде регионов к пропорциональным избирательным системам (2005–2008 гг.), в введении метода Империали при распределении мандатов, дающего преимущества партии-победительнице выборов (2007–2008 гг.).

Закономерным итогом изменений нормативно-правовой базы федеральными и региональными законодателями стало снижение уровня конкуренции на региональных выборах в 2005–2009 гг., выдвижение федеральной «партии власти» на роль доминирующего партийного актора региональных выборов с осени 2006 г., ослабление роли «идеологических» партий, снижение влияния электората на результаты региональных выборов (с конца 2006 г.), усиление управляемости региональных выборов к 2007 г. Кроме того, в 2006–2009 гг. явно обозначились тренды сокращения регионального партийного плюрализма, концентрации элитных акторов в структуре федеральной «партии власти» (с конца 2007 г.), маргинализации региональных структур КПРФ, «Справедливой России» и ЛДПР (2008–2011 гг.).

С конца 2009 г. характер нормативно-правовой базы по инициативе президента страны был несколько скорректирован реализацией отдельных мер, направленных на ограниченное выравнивание условий участия в региональных выборах для партий, представленных в региональных парламентах.

Второй тенденцией региональных электоральных процессов в 2005-2011 гг. стало утверждение федеральной исполнительной власти в качестве доминирующего актора и превращение ее деятельности в доминирующий фактор региональных электоральных процессов с осени 2007 г.

Тенденция развивалась за счет встраивания глав регионов в «вертикаль» исполнительной власти, снижения уровня автономии крупного федерального и регионального бизнеса, ослабления роли региональных отделений партий, не связанных с властью, и неуклонного усиления роли «Единой России».

Утверждение федеральной исполнительной власти в качестве доминирующего актора региональных электоральных процессов, монополизация региональных электоральных полей «Единой Россией», аккумулировавшей в своих рядах региональные правящие элитные группы, крупный региональный бизнес, часть среднего бизнеса, ослабление результатов независимых от власти партий, роли независимых кандидатов и электората стали причинами развития тенденции усиления роли элитных и государственных акторов и ослабления влияния неэлитных акторов со стороны гражданского общества.

Итогом развития тенденции усиления роли элитных акторов и акторов со стороны государства и ослабления роли неэлитных акторов со стороны гражданского общества в 2006–2007 гг. стало доминирование акторов со стороны государства и элитных акторов в региональных электоральных процессах (с осени 2007 г.), утверждение малозначимой роли неэлитных акторов – электората, независимых кандидатов и всех партий, кроме «Единой России» в 2008–2011 гг.

Следующей тенденцией стало сужение демократизма региональных электоральных процессов.

Данная тенденция проявлялась в сокращении плюрализма акторов и в сокращении числа партий-участников региональных выборов, в снижении уровня альтернативности и конкуренции, в усилении неравенства условий для партий и кандидатов, а также для разных партий.

Сокращение плюрализма акторов происходило через исключение из числа акторов выборов региональных избирательных блоков (с середины 2005 г.) и независимых кандидатов (в ряде регионов вследствие перехода к пропорциональным избирательным системам), сокращение числа партий – акторов региональных выборов вплоть до сведения партийных акторов к четырем парламентским партиям в 2009–2011 г.

Снижение уровня альтернативности и конкуренции проявлялось как в уменьшении числа конкурирующих партийных списков и числа конкурирующих кандидатов в одномандатных округах, так и в расширении феномена псевдоальтернативности в одномандатных избирательных округах в 2008–2010 гг.

Сокращение плюрализма акторов, ослабление альтернативности и конкуренции стало следствием реализации системы мер нормативно-правового, институционального, электорально-инжинирингового и административного характера по усилению роли партий и ослаблению роли независимых кандидатов, переконструированию партийной системы перед думскими выборами 2007 г. (слияние РПП, «Родины» и РПЖ в «Справедливую Россию»), а также следствием разгромных результатов большинства партий в думских выборах 2007 г. (фактор думских выборов 2007 г.).

Следствием интеграции губернаторов в «вертикаль власти» стало возрастание использования административного ресурса на региональных выборах в 2006–2009 гг.

Расширение применения административных технологий, инструментализация партий и управляемая партийная конкуренция отражали дальнейшую инструментализацию выборов правящими элитами. Это стало пятой тенденцией региональных электоральных процессов в 20052011 гг.

В Заключении диссертации подводятся основные итоги проведенного исследования, формулируются общие теоретические положения и выводы, обозначаются долгосрочные тенденции и факторы развития региональных электоральных процессов в России в постсоветский период, а также определяются возможные перспективы их дальнейшей эволюции.

Так, наибольшее влияние на развитие российских региональных электоральных процессов в постсоветский период оказали следующие структурные факторы:

– институционализация политической системы страны и региональных политических систем; складывание федеративной и партийной систем; институционализация и легитимация элитных акторов со стороны государства – федеральной и региональных правящих элит и лидеров; процесс институционализации элитных и неэлитных акторов со стороны гражданского общества – крупного федерального и регионального бизнеса, местного директората, региональных и общефедеральных политических партий и групп интересов, независимых кандидатов;

– формирование и изменение нормативно-правовой базы и институционального контекста региональных электоральных процессов правящими региональными элитами и федеральной властной элитой;

– социальные, ментальные и политико-культурные особенности правящей российской элиты, региональной элитной и общественной среды, объективное состояние гражданской сферы в регионах.

Главными процедурными факторами развития региональных электоральных процессов в постсоветский период выступали:

интересы, действия и решения элитных акторов по расширению и сужению роли выборных процедур в региональных политико-властных процессах, а также деятельность правящих региональных и федеральных элит по адаптации института региональных выборов для реализации своих интересов;

– изменение правящими элитами электоральных практик взаимодействия государственных и гражданских акторов, а также расширение государства в гражданскую сферу в части ограничения политической субъектности партий, крупного федерального и регионального бизнеса;

– изменение соотношения сил, ресурсов и практик политических взаимодействий между федеральной и региональной властью.

Особенностью этапа развития региональных электоральных процессов, датируемого декабрем 1993–1999 гг., было развитие данных процессов в условиях институционализации региональных политических систем и режимов. Важнейшей особенностью этапа 19931999 гг. стало развитие региональных электоральных процессов при определяющей роли внутренних акторов и доминирующем влиянии внутренних факторов.

Главным трендом развития региональных электоральных процессов на этапе 19931999 гг. стало превращение выборов в механизм формирования представительной и исполнительной власти во всех регионах страны, утверждение правящих региональных элит в качестве наиболее влиятельных акторов региональных электоральных процессов, сопровождавшееся адаптацией правящих региональных элит к выборному способу формирования региональной власти, инструментализацией ими выборов для обеспечения доминирования региональной исполнительной власти в системе региональных властных институтов и независимости правящих региональных элит от федерального центра.

Частные тенденции этапа 1993–1999 гг. во многом повторяли тенденции периода 1996–1999 гг., выступая их наиболее ярким выражением.

Развитие региональных электоральных процессов на современном этапе, начавшемся с 2000 г., осуществлялось в условиях усиления централизации власти в Российской Федерации, возрастания влияния федеральной власти на региональные политические процессы.

Ведущей тенденцией развития региональных электоральных процессов в 2000–2007 гг. стало утверждение федеральной власти в качестве доминирующего актора региональных электоральных процессов, инструментализация региональных выборов в целях установления контроля над региональными элитами и региональными политическими процессами, деволюция региональных выборов в техническую процедуру легитимации власти.

Частные тенденции данного этапа складывались из тенденций периодов. При этом сквозную, одновекторную направленность в течение этапа имели следующие тенденции:

– усиление роли внешних и ослабление роли внутренних акторов и факторов развития региональных электоральных процессов, с осени 2007г. приведшие к доминирующему влиянию внешних общероссийских акторов и факторов и второстепенной роли внутренних акторов и факторов;

– возрастание роли элитных акторов и факторов со стороны государства и снижение влияния неэлитных акторов и факторов со стороны гражданского общества;

– дальнейшее сужение демократического потенциала региональных выборов, утрата ими непредсказуемого характера в 2008–2011 гг.

Тенденции, характеризовавшие изменение нормативно-правовой базы и институционального контекста региональных выборов, состав, уровень разнообразия, степень активности и влияния конкретных гражданских акторов на этапе 20002011 гг., имели противоречивый характер, который стал следствием разновекторности изменений нормативно-правовой базы и институционального контекста региональных выборов, партийного законодательства правящей федеральной элитой в 20002002 гг. и в 20032007 гг.

Базовым вектором эволюции региональных электоральных процессов в постсоветский период был вектор ослабления роли неэлитных и усиления влияния элитных акторов при одновременной утрате элитными акторами автономии от государства, ослабления роли акторов и факторов со стороны гражданского общества и усиления влияния акторов и факторов со стороны государства.

Данный вектор эволюции региональных электоральных процессов складывался в ходе развития следующих долгосрочных тенденций постсоветского периода.

Первой тенденцией было формирование качественно новой нормативно-правовой базы и институционального контекста региональных выборов и их постоянное изменение, складывавшееся как равнодействующая усилий региональных и федеральной правящих элит и проходившее через взаимовлияние демократических и недемократических тенденций.

Второй тенденцией стало возрастание роли государственных и элитных акторов, усиление влияния факторов со стороны государства и ослабление роли неэлитных акторов и факторов со стороны гражданского общества.

Третья тенденция развития региональных электоральных процессов состояла в изменении характера региональных электоральных процессов от достаточно плюрального, свободного, беспартийного, альтернативно-безальтернативного, конкурентно-неконкурентного на этапе генезиса (1991–1993 гг.) к низкоплюральному, партийному, ограниченно альтернативному и ограниченно конкурентному, высокопредсказуемому в 2008–2011 гг.

Четвертой тенденцией стало сокращение разнообразия, унификация региональных электоральных процессов в аспектах институционального контекста и нормативно-правовой базы, состава акторов и факторов, уровня демократизма региональных выборов.

Пятая тенденция развития региональных электоральных процессов состояла в инструментализации региональных выборов, в их деволюции в техническую процедуру легитимации правящих региональных элит.

Политическими следствиями эволюции региональных электоральных процессов в постсоветский период стали: усиление отчуждения власти и общества, сужение публичного пространства в российских регионах; авторитаризация региональных политических режимов, перекрытие каналов связи власти и общества и каналов социальной мобильности, сдерживание социальной и политической динамики региональных политий; институциональный кризис, рост недоверия в обществе к выборам, парламентаризму, партиям, ослабление эффективности региональной власти.

Преодоление институционального кризиса в региональных политических системах, усиление ответственности региональной власти перед гражданами, демократизация региональных выборов видятся на пути:

усиления роли региональных парламентов в региональных политических процессах;

демократизации партийного законодательства в части упрощения процедуры создания и регистрации политических партий, исключения из него положений, позволяющих государственным органам корректировать состав участников партийной системы, влиять на политическую линию партий;

модернизации регионального избирательного законодательства в направлении укрепления гарантий избирательных прав граждан, обеспечения равенства условий для партийных и беспартийных кандидатов;

реализации системы нормативно-правовых и институциональных нововведений в региональных выборах, направленных на обеспечение политической конкуренции, ограничение политического монополизма, расширение альтернатив выбора для избирателей, снижение роли административных методов влияния на результаты региональных выборов;

осуществление системы мероприятий по демократизации федеральноой и региональных политических систем, предполагающих обеспечение независимости судебной системы и политического нейтралитета правоохранительных органов, укрепление независимых частных средств массовой информации, преодоление коррупции.

Перспективы эволюции региональных электоральных процессов зависят от развития политического процесса на российском уровне политической системы. Сценарии и сроки трансформации российского политического режима альтернативны. Также остается открытым вопрос дальнейшей эволюции региональных электоральных процессов как легитимного способа политической трансформации.

III. ОСНОВНЫЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА

ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ:

Монографии

1. Чувилина Н.Б. Особенности и тенденции электоральных процессов в Республике Башкортостан в избирательных кампаниях 2007–2008 гг.: монография. Уфа : Гилем, 2009. 157 с. (9,5 п. л.).

2. Чувилина Н.Б. Региональные электоральные процессы в постсоветской России : монография. Уфа : Гилем, 2011. 287 с. (15,03 п. л.).

Научные статьи в ведущих реферируемых журналах

3. Чувилина Н.Б. Этапы российских региональных электоральных процессов: теоретико-методологический аспект // Вестник Волгоградского ун–та. Сер. 4. История. Регионоведение. Международные отношения. 2009. № 1(15). С. 141–147. (0,62 п. л.).

4. Чувилина Н.Б. Новые тенденции в региональных электоральных процессах России // Политическая наука. Региональная политика и развитие территорий в условиях административно-политической реформы 2004–2008 гг. М.: ИНИОН РАН, 2009. № 2. С. 94–108. (0,81 п. л.).

5. Чувилина Н.Б. Региональные электоральные процессы в постсоветский период // Власть. М., 2009. № 9. С. 56–59. (0,49 п. л.).

6. Чувилина Н.Б. Выборы как фактор региональных политических процессов // Известия высших учебных заведений. Социология. Экономика. Политика. Тюмень, 2009. № 3. С. 34–35. (0,38 п. л.).

7. Чувилина Н.Б. Политические партии как акторы российских региональных электоральных процессов // Власть. М., 2009. № 7. С. 72–75. (0,49 п. л.).

8. Чувилина Н.Б. Выборы как фактор региональных политико-властных процессов в постсоветской России // Власть. М., 2009. № 8. С. 18–20. (0,51 п. л.).

9. Чувилина Н.Б. Особенности электоральных процессов в Республике Башкортостан в избирательных кампаниях 2007–2008 гг. // Научные ведомости Белгородского гос. ун-та. История. Политология. Экономика. Информатика. 2009. № 4. С. 241–247. (0,65 п.л.).

10. Чувилина Н.Б. Политические партии и выборы в российских регионах в современный период (2004–2009 гг.) // Вестник Волгоградского ун-та. Сер. 4. История. Регионоведение. Международные отношения. 2009. № 2 (16). С. 76–83. (0,64 п. л.).

11. Чувилина Н.Б. Тенденции электорального поведения избирателей Республики Башкортостан в электоральном цикле 2007–2008 гг. // Вестник Российского гос. торгово-экономического ун-та. М., 2009. № 11 (38). С. 132–138. (0,63 п. л.).

12. Чувилина Н.Б. К вопросу о методологии исследования региональных электоральных процессов в постсоветской России // Среднерусский вестник общественных наук. Орел, 2009. № 4. С. 165–168. (0,43 п. л.).

13. Чувилина Н.Б. Генезис современных электоральных процессов в регионах России // Власть. М., 2010. № 11. С. 88–91. (0,46 п.л.).

14. Чувилина Н.Б. Особенности российских региональных электоральных процессов на этапе генезиса // Научные Ведомости Белгородского гос. ун-та. История. Политология. Экономика. Информатика. 2011. № 1 (96). Вып. 17. C. 199–203. (0,39 п. л.).

Учебники и учебные пособия

15. Чувилина Н.Б. Избирательные технологии. Уфа: Башкирская академия гос. службы и управления, 2008. 156 с. (9,75 п. л.).

Научные статьи и  разделы монографий

16. Чувилина Н.Б. Роль либеральных партий в политической системе современной России // Мировое сообщество: проблемы и пути решения: сб. науч. ст. Уфа: Изд-во Уфимск. гос. нефт. техн. ун-та, 1999. С.145–156. (0,7 п. л.).

17. Дорожкин Ю.Н., Чувилина Н.Б. Либеральные партии современной России: новые тенденции и старые проблемы // Власть. М., 2002. № 6. С. 24–31. (0,23 п.л. /0,23 п. л.).

18. Лаврентьев С.Н., Чувилина Н.Б. Выборы Президента Республики Башкортостан: кандидаты, стратегии, результаты // Экономика и управление Уфа : Башк. акад. гос. службы и управл., 2004. № 1. С. 51–55. (0,19/ 0,19 п. л.).

19. Чувилина Н.Б. Парламентские выборы и стабилизация политического процесса в Чеченской Республике // Социально-экономические и политические аспекты развития субъектов Российской Федерации: сб. науч. ст. Уфа: Башк. акад. гос. службы и управл., 2005. С. 39–41. (0,64 п. л.).

20. Чувилина Н.Б. Тенденции эволюции электорального поведения и политических ориентаций избирателей Республики Башкортостан (1988–2005 гг.) // Республика Башкортостан в составе России: диалектика взаимодействия: сб. науч. ст. Уфа : Башк. акад. гос. службы и управл., 2006. С. 174–182.(0,52 п. л.).

21. Чувилина Н.Б. Политические партии на выборах в Госсобрание Республики Башкортостан в 2003 году // Избирательные кампании в России и Республике Башкортостан в 2003–2005 гг.: сб. науч. ст. Уфа: Гилем, 2006.

С. 56–67. (0,7 п. л.).

22. Чувилина Н.Б. Интернет-стратегии основных кандидатов в президентской избирательной кампании 2004 года // Избирательные кампании в России и Республике Башкортостан в 2003–2005 гг.: сб. науч. ст. Уфа: Гилем, 2006. С. 28–33. (0,34 п. л.).

23. Чувилина Н.Б. Выборы в представительные органы местной государствнной власти Республики Башкортостан в марте 2004 года // Избирательные кампании в России и Республике Башкортостан в 2003–2005 гг.: сб. науч. ст. Уфа: Гилем, 2006. С. 87–94. (0,53 п. л.).

24. Чувилина Н.Б. Особенности участия групп интересов в российских региональных политических процессах // Конституционно-правовое регулирование и политическая практика реализации административной реформы в Российской Федерации и её субъектах: сб. науч. ст. Уфа: Башк. акад. гос. службы и управл., 2006. С. 134–141. (0,44 п.л.).

25. Чувилина Н.Б. Выборы представительных органов местного самоуправления 26 июня 2005 года в Республике Башкортостан // Избирательный процесс на региональном уровне: проблемы теории и практики : сб. науч. ст. Уфа : Башк. акад. гос. службы и управл., 2006. С. 127–131. (0,27 п. л.).

26. Чувилина Н.Б. Региональные электоральные процессы в современной России: структурно-факторный анализ // Социально-гуманитарные знания. 2007. № 12. С. 274–285. (0,6 п. л.).

27. Чувилина Н.Б. Введение // Тенденции развития электоральных процессов в Республике Башкортостан в постсоветский период: коллектив. моногр. / Н.Б. Чувилина, Ю.Н. Дорожкин, Л.О. Изиляева, Н.В. Грогуленко. Уфа : Гилем, 2007. С. 3–8. (0,32 п.л.).

28. Чувилина Н.Б. Этапы развития электоральных процессов в РБ в постсоветский период // Тенденции развития электоральных процессов в Республике Башкортостан в постсоветский период : коллектив. моногр. /

Н.Б. Чувилина, Ю.Н. Дорожкин, Л.О. Изиляева, Н.В. Грогуленко. Уфа : Гилем, 2007. С. 46–56. (0,69 п. л.).

29. Чувилина Н.Б., Дорожкин Ю.Н. Институты гражданского общества как акторы электоральных процессов в Республике Башкортостан в постсоветский период // Тенденции развития электоральных процессов в Республике Башкортостан в постсоветский период: коллектив. моногр. / Н.Б. Чувилина, Ю.Н. Дорожкин, Л.О. Изиляева, Н.В. Грогуленко. Уфа : Гилем, 2007. С. 57–74. (0,5/0,5 п. л.).

30. Чувилина Н.Б. Эволюция электорального поведения и политических ориентаций избирателей РБ в постсоветский период // Тенденции развития электоральных процессов в Республике Башкортостан в постсоветский период: коллектив. моногр. / Н.Б. Чувилина, Ю.Н. Дорожкин, Л.О. Изиляева,

Н.В. Грогуленко. Уфа : Гилем, 2007. С. 75–133. (3,5 п. л.).

31. Чувилина Н.Б. Заключение // Тенденции развития электоральных процессов в Республике Башкортостан в постсоветский период: коллектив. моногр. / Н.Б. Чувилина, Ю.Н. Дорожкин, Л.О. Изиляева, Н.В. Грогуленко. Уфа: Гилем, 2007. С. 172–174 (0,16 п. л.).

32. Чувилина Н.Б. Тенденции развития электоральных процессов в Республике Башкортостан в постсоветский период // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2007. Т. 3, № 2. С. 227–240 (0,91 п. л.).

33. Чувилина Н.Б. Политические партии России и Республики Башкортостан в период подготовки к избирательному циклу 2007–2008 гг. // Экономика и управление. Уфа: Башк. акад. гос. службы и управл., 2007. № 3. С. 57–63. (0,65 п. л.)

34.Чувилина Н.Б. Тенденции развития электоральных процессов в российских регионах в постсоветский период (на примере Республики Башкортостан) // Социально-гуманитарные знания. 2007. № 9. С. 280–290 (0,7 п. л.)

35. Чувилина Н.Б. Эволюция электорального поведения и политических ориентаций избирателей Республики Башкортостан в постсоветский период // Политическая социология / Отв. ред. В.Л. Римский. М.: Рос. ассоц. полит. науки (РАПН) : Рос. полит. энцикл. (РОССПЭН), 2008. С. 290–303 (0,52 п. л.).

36. Чувилина Н.Б. Выборы как фактор развития политико-властных процессов в странах СНГ: теоретико-методологический аспект // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2008. Т. 4, № 4. С. 213–228 (0,85 п. л.).

37. Чувилина Н.Б. Особенности современной модели электорального процесса в Республике Башкортостан // Современные политико-властные процессы в Республике Башкортостан и региональная политика: коллектив. монография. Вып. 1. Уфа : Башк. акад. гос. службы и управл., 2011. С. 30–38 (0,43 .п.л.).

Публикации в сборниках материалов научных конференций

38. Чувилина Н.Б. Политические партии и власть в регионах России // Проблемы соответствия партийной системы интересам гражданского общества современной России: тезисы докладов и сообщений на российско-германской науч.-практ. конф., проводимой при поддержке фонда им. Ф. Эберта, май 2004 г. / Отв. ред. В.Г. Игнатов. Ростов н/Д: Изд-во СКАГС, 2004. Вып. 1. С. 173–179 (0,34 п.л.).

39. Чувилина Н.Б. Механизмы самоорганизации и формы государственной поддержки становления гражданского общества в России // Конституционно-правовое развитие Республики Башкортостан в условиях реформы политической системы Российской Федерации. Материалы республиканской конференции. Уфа: Башк. акад. гос. службы и управл. 2004. С. 118–124 (0,3 п.л.).

40. Чувилина Н.Б. Политические партии как механизм взаимодействия центральных и региональных органов власти // Общие вопросы организации взаимодействия органов власти Российской Федерации и ее субъектов : сб. науч. ст. по итогам междунар. российско-канадской конф. Уфа: Башк. акад. гос. службы и управл., 2005. С. 115–118 (0,3 п. л.).

41. Чувилина Н.Б. Формирование гражданского общества в современной России: основные механизмы государственной поддержки // Россия и современный мир: вызовы времени : материалы междунар. науч.-практ. конф. «Вторая мировая война в зеркале современности» / Под. ред. Ю.Н. Дорожкина Уфа : Изд-во Уфимск. гос. нефт. технич. ун-та, 2005. Ч. 2. С. 393–397 (0,27 п.л.).

42. Чувилина Н.Б. Электоральные процессы в Республике Башкортостан в постсоветский период: роль институтов гражданского общества // Глобализация и социальные изменения в современной России: тезисы докладов III Всерос. социол. конгресса. М.: Альфа М, 2006. С. 193–197 (0,2 п. л.).

43. Чувилина Н.Б. Роль государства в формировании гражданского общества в современной России // Гражданское общество и правовое государство в России: становление и развитие: материалы Всерос. науч. конф., Казань, 19 мая 2006 г.: в 2 ч. / Отв. ред. З.А. Ахметьянова. Казань: Таглимат, 2006. Ч. 1. C. 143–147 (0,28 п. л.).

44. Чувилина Н.Б. Средства массовой информации как фактор модернизационных процессов в современной России // Человеческий потенциал модернизации России. Стратегии опережающего развития. 2006 : доклады и выступления на Междунар. конф., 20–12 апр. 2006 г. / Под общ. ред. А.В. Бузгалина, А.И. Колганова. М.: ЛЕНАНД, 2006 C. 305–308. (0,37 п. л.).

45. Чувилина Н.Б. Электоральные процессы в Республике Башкортостан: этапы развития в постсоветский период // Роль и место субъекта Российской Федерации в политической, экономической и социальной модернизации страны: сб. науч. ст. Уфа: Башк. акад. гос. службы и управл., 2006. С. 110–120 (0,54 п. л.).

46. Чувилина Н.Б. Перспективы политических партий в российских регионах в условиях модернизации избирательного и партийного законодательства // Политические и экономические условия устойчивого развития российского региона: сб. науч. ст. Уфа: Башк. акад. гос. службы и управл., 2006. С. 42–47. (0,35 п. л.).

47. Чувилина Н.Б. Выборы в парламент как фактор стабилизации политического процесса // Россия и Башкортостан в условиях глобальных трансформаций: матер. респ. школы-семинара молодых ученых. Уфа: РУНМЦ МО РБ. 2006. С. 78–81. (0,22 п. л.).

48. Чувилина Н.Б. Опыт Республики Башкортостан в сфере взаимодействия государственных органов с национально-культурными объединениями // Национальная политика и культура в современных условиях: материалы Всероссийской научно-практической конференции (7 дек. 2006 г.). Уфа: Гилем, 2006. Ч. 1. С. 160–163 (0,28 п. л.).

49. Чувилина Н.Б. Конфигурация партийно-политического пространства России перед выборами в Государственную Думу 2007 года // Перспективы политического развития России: материалы Всерос. науч. конф., Саратов, 19–20 апр. 2007 г. / Отв. ред. И. Н. Тарасов. Саратов: Саратовск. гос. соц.-экон. ун-т, 2007. С. 97–100 (0,31 п. л.).

50. Чувилина Н.Б. Этапы развития электоральных процессов в Республике Башкортостан в постсоветский период // Трансформация политической системы России: проблемы и перспективы: тезисы докладов Междунар. науч. конф. М.: Рос. ассоц. полит. науки, 2007. С. 331–334 (0,34 п. л.).

51. Чувилина Н.Б. Тенденции участия институтов гражданского общества в выборах в Республике Башкортостан в постсоветский период // Модернизация экономики и общественное развитие: в 3 кн. / Отв. ред. Е.Г. Ясин. М.: ГУ ВШЭ, 2007. Кн. 1. С. 404–408 (0,27 п. л.).

52. Чувилина Н.Б. Электоральные процессы в Республике Башкортостан в постсоветский период: особенности и тенденции развития // Россия и Башкортостан: социально-политическая история и современность (к 450-летию добровольного вхождения Башкортостана в состав России): материалы респ. школы-семинара молодых ученых, Уфа, 22 июня 2007 г. / Отв. ред. Р.М. Валиахметов. Уфа: Гилем, 2007. С. 64–72 (0,68 п. л.).

53. Чувилина Н.Б. Российские партии накануне электорального цикла 2007–2008 гг. // Политический процесс в условиях подготовки к избирательным кампаниям 2007 – 2008 гг. в Российской Федерации. Казань: Слово, 2007. С. 493–499. (0,37 п. л.).

54. Чувилина Н.Б. Особенности избирательного цикла 2007–2008 гг. в Республике Башкортостан // Новый политический цикл: повестка дня для России: тезисы докладов Междунар. науч. конф., Москва, 5–6 дек. 2008 г. М.: ИНИОН РАН, 2008. С. 277–288 (0,23 п.л.).

55. Чувилина Н.Б. Партии в избирательных кампаниях 2007–2008 годов в Республике Башкортостан // Демографическое развитие России: проблемы и перспективы: (материалы межрегион. школы-семинара молодых ученых) // Уфа: Гилем, 2008. С. 259–263 (0,25 п.л.).

56. Чувилина Н.Б. Особенности политической рекламы на выборах Президента Российской Федерации 2008 года // Выборы как механизм формирования политических институтов в России: материалы Всерос. науч.-практ. конф., посвящ. 15-летию избирательной системы России и 70-летию избирательных комиссий Башкортостана, 4 дек. 2008 г. Уфа : ЦИК РБ, 2008. С. 168–173 (0,3 п. л.).

57.Чувилина Н.Б. Современное электоральное поведение избирателей Республики Башкортостан: общероссийские и региональные тенденции // Россия: общество, власть, государство: тезисы докладов II Всерос. науч. конф. «Казанские социологические чтения». Казань, 2008. С. 205–212 (0,43 п. л.).

578 Чувилина Н.Б. Политические партии и выборы в российских регионах в 2004–2008 гг. // V Всероссийский конгресс политологов. Изменения в политике и политика изменений: стратегии, институты, акторы: тез. докл. М.: РАПН, 2009. С. 459–460 (0,24 п.л.).

59. Чувилина Н.Б. Специфика современных российских региональных электоральных процессов // Изменение России: политические повестки и

стратегии: тезисы докладов Междунар. науч. конф., Москва, 25–26 нояб. 2010 г. М.: Рос. ассоц. полит. науки, 2010. С. 224–225 (0,12 п. л.).

60. Чувилина Н.Б. Роль политических партий в российских региональных электоральных процессах (1996–1999 гг.) // Современное развитие регионов России: политико-трансформационные и культурные аспекты: материалы Всерос. науч.-практ. конф. Уфа : Башк. акад. гос. службы и управл., 2010. С. 153–158 (0,2 п. л.).

Региональных партий, избирателей и групп избирателей как субъектов выдвижения кандидатов, политических общественных объединений.

«Единой России», ЛДПР, «Родины».

Увеличение необходимой нормативной численности членов партии с 10 тыс. членов до 50 тыс., требование наличия региональных отделений партий не менее чем в половине субъектов Федерации численностью не менее 500 человек.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.