WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Идея демократии в российской либеральной правовой мысли второй половины XIX – первой половины XX века

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 

На правах рукописи

ГРЯЗНОВА Татьяна Евгеньевна

 

ИДЕЯ ДЕМОКРАТИИ

В РОССИЙСКОЙ ЛИБЕРАЛЬНОЙ

ПРАВОВОЙ МЫСЛИ

ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX

ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XX ВЕКА

 

Специальность 12.00.01 – теория и история права и государства;

история учений о праве и государстве

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

 

Нижний Новгород – 2010


Работа выполнена на кафедре теории и истории права и государства Омской академии МВД России.

доктор юридических наук, профессор,

заслуженный юрист Российской Федерации

Анисимов Павел Викторович;

доктор юридических наук, профессор

Овчинников Алексей Игоревич;  

доктор юридических наук, профессор

Романовская Вера Борисовна

Саратовская государственная академия права

Официальные оппоненты:  

 

Ведущая организация:           

 

Защита состоится 7 апреля 2011 года в 9 часов на заседании диссертационного совета Д-203.009.01 при Нижегородской академии МВД России по адресу: 603144, г. Нижний Новгород, Анкудиновское шоссе, 3. Зал ученого совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Нижегородской академии МВД России.

Автореферат разослан 27 декабря 2010 года.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент                              Миловидова М.А.


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования. На пороге XXI века демократия, будучи политической формой и политико-правовой ценностью, свойственной большинству западноевропейских стран, в то же время продолжает оставаться идеалом устремлений человечества. Существенный диссонанс демократической политико-правовой данности с демократическим идеалом даже в странах с устойчивой демократической традицией и достаточно высоким уровнем правосознания и правовой культуры граждан обусловлен как сложностью, противоречивостью и длительностью формирования демократических институтов, так и отсутствием, во многом объективно обусловленным многообразием исторически сложившихся моделей демократии, содержательной определенности демократических норм и ценностей.

Наряду с понятием «либеральная демократия», традиционно ассоциирующимся с безусловным приоритетом прав человека в системе координат «личность – общество – государство», по сей день сохраняет свою жизнеспособность трактовка демократии как правления народного большинства. Категория «либеральная демократия» рассматривается как система ценностей, транслируемая европейской либеральной правовой мыслью, начиная с А. де Токвиля, Б. Констана, Дж.С. Милля и др. При этом вне поля современной юриспруденции оказался опыт осмысления демократии ведущими отечественными либеральными правоведами второй половины XIX – начала XX века.

Теоретические изыскания российской интеллектуальной элиты конца XIX – начала XX века для современной юридической науки представляют интерес во многих отношениях. Именно в это время в общеевропейском масштабе проявились результаты импульса, полученного человечеством от «пионеров демократии» нового времени – США и Франции, положившего начало длительному процессу демократических преобразований. Конец XIX века стал началом нового этапа истории: бурные успехи естественных наук, рост производительных сил, индустриализация общества обусловили выход на политическую сцену народных масс, властно заявивших о своих намерениях стать полноправными участниками государственной жизни и претендующих на известное перераспределение жизненных благ.

Новая политико-правовая данность, обусловленная общей тенденцией демократического развития на фоне низкого уровня правовой культуры народов, требовала серьезного научного анализа. В рамках юридического позитивизма, исходящего из формально-догматического подхода к праву, и его методологической основы – позитивизма философского (в лице О. Конта, Д. Юма, Г. Спенсера и др.) – осмысление проблемы оказалось весьма затруднительным; требовалось возвыситься от чисто эмпирического уровня до глобальных теоретических обобщений и концептуальных схем. Выполнить эту миссию была призвана теория естественного права, возрожденная в России Б.Н. Чичериным и П.И. Новгородцевым.

Однако школа естественного права была не единственным направлением, претендующим на разрешение (в рамках либеральной политической традиции) стоящих перед обществом глобальных политико-юридических проблем. В последней трети XIX века начинает активно развиваться социологическое направление в позитивизме, представленное в работах целой плеяды отечественных мыслителей: В.И. Сергеевича, А.Д. Градов­ского, С.А. Муромцева, Н.М. Коркунова, М.М. Ковалевского, Ф.Ф. Кокош­кина, П.Н. Милюкова и др. Понимание права во взаимосвязи с другими социальными факторами общественной жизни, идея закономерности исторического процесса, акцент на необходимости открытия социологических законов развития человечества позволили сторонникам данного направления существенно расширить горизонт научного познания политико-правовых явлений.

При всем многообразии методологических ориентиров специфика исторической ситуации и социальные потребности эпохи обусловили наличие общей для либеральных представителей отечественной юриспруденции пред-метно-аналитической области, в рамках которой исследуются исторические формы, институты, тенденции и перспективы демократии.

Безусловно, данный период развития отечественной юридической науки с его созвездием либеральных мыслителей не обделен вниманием современных исследователей и в последнее время достаточно часто подвергается историко-правовому анализу. Однако самый пристальный взгляд на спектр разрабатываемых проблем вряд ли сможет обнаружить среди них чрезвычайно актуальную как для второй половины XIX – начала XX века, так и для современной России, проблему демократии.

Принципиально значимым для уяснения сущности идеи демократии либеральных правоведов является ее осмысление в контексте не менее актуальной и активно разрабатываемой ими идеи прогресса. Взгляд на демократию сквозь реконструированные теории прогресса представителей как развивающегося в рамках идеализма естественно-правового (Б.Н. Чичерин, П.И. Новгородцев), так и эволюционирующего в рамках позитивизма социологического (В.И. Сергеевич, А.Д. Градовский, М.М. Ковалевский) направлений юриспруденции позволит раскрыть сущность понятия «либеральная демократия», уяснить закономерности эволюции свойственных человечеству демократических начал, уточнить ряд ключевых понятий рассматриваемых политико-правовых доктрин, существенным образом восполнить пробелы в изучении отечественного интеллектуального наследия.

Изучение и трансляция опыта осмысления демократии российской правовой мыслью второй половины XIX – начала XX века, помимо чисто научного интереса, имеет интерес практический, являясь весьма значимой составляющей ретроспективного и перспективного постижения проблемы развития современной демократии.

Основанная на принципах индивидуализма, свободы и частной собственности, практика внедрения демократии в постсоветском пространстве обернулась дискредитацией идеи народовластия на уровне обыденного со-знания; усиление вертикали власти в современной России трактуется идеологами демократии (особенно зарубежными) как возврат к государственному диктату. Подобная ситуация обусловлена, на наш взгляд, насаждением чуждой российскому менталитету западноевропейской системы демократических ценностей. Как справедливо отмечает современный отечественный ученый А.И. Овчинников, «можно бесконечно долго… заниматься правовым воспитанием населения, но если ценности, лежащие в основе норм позитивного права, не соответствуют национальному духу, народному правосознанию, традициям и культуре общества, ценностной ориентации конкретного лица, эти нормы реализовываться людьми не будут» . Очевидно, что в основе построения постулируемого на уровне официальной идеологии демократического правового государства должна лежать государственно-правовая доктрина, опирающаяся на идейное наследие российских либеральных юристов второй половины XIX – начала XX века, в рамках которого было дано уникальное по своей научной значимости осмысление демократии.

Как видим, актуальность темы исследования определяется целым рядом обстоятельств, наиболее значимыми из которых являются: отсутствие содержательной определенности широко употребляемого понятия «либеральная демократия»; настоятельная потребность современной российской юридической науки в концептуальном осмыслении феномена демократии, интерпретация которого на уровне официальной идеологии предполагает именно либеральный смысл; отсутствие научных работ, посвященных изучению идеи демократии отечественными юристами второй половины XIX – первой половины XX века; устойчивость идеологического стереотипа о несовместимости российского либерализма и демократии. Таким образом, очевидно, что уровень современного теоретического осмысления демократии не соответствует уровню политико-правового знания и потребностям демократической практики в России. Избранная тема исследования позволит внести существенный вклад в разрешение данной проблемы.

Степень научной разработанности проблемы. Тема диссертационного исследования определила ракурс аналитического обзора научно-иссле-довательской литературы, при выстраивании которого мы руководствовались тремя критериями: хронологическим, проблемным и, учитывая специфику политико-правового исследования, а также наличие большого массива работ, выполненных в историко-биографическом ключе, портретным.

Ни научным сообществом конца XIX – начала XX века, ни советской, ни современной историко-правовой наукой не ставилась проблема исследования идеи демократии в российской либеральной правовой мысли рассматриваемого периода, в связи с чем на сегодняшний день нет ни одной юридической работы, посвященной данной теме. Однако энциклопедический характер знаний отечественных правоведов, неразрывная связь их юридических и теоретико-методологических взглядов, а также чрезвычайная актуальность проблемы демократии как для России, так и для большинства европейских стран, обусловили ее сопряженность с целым рядом вопросов, часть из которых в той или иной мере получила освещение в научно-исследовательской литературе. Поскольку современные гуманитарные науки, как и в период второй половины XIX – начала XX века, характеризуются высокой степенью интеграции, постольку в поле историко-правового анализа в соответствии со сферой научных интересов российской либеральной интеллектуальной элиты, помимо юридических, включены работы исторического, философского, социологического и политологического профиля.

Для научного сообщества конца XIX – начала XX века характерно отсутствие специальных трудов, посвященных осмыслению интеллектуального наследия того или иного ученого, однако безусловный интерес представляют отзывы и рецензии А.Д. Градовского, М.М. Ковалевского, Н.М. Коркунова, А.А. Кизеветтера, И.В. Вернадского и других по поводу наиболее значимых, с точки зрения избранной нами темы, работ, а также публикации П.И. Нов-городцева, А.А. Боголепова, С.А. Котляревского, К.М. Соколова, П. Соро-кина, П.Н. Милюкова, Г.Ф. Шершеневича, приуроченные к юбилеям или смерти исследователей. Научная мысль этого периода фиксирует чрезвычайную значимость для юриспруденции: осмысления идеи свободы и создания теории народного представительства Б.Н. Чичериным; исследования происхождения и развития западноевропейских либерально-демократических идей, характеристики исторических форм демократии, разработки теории прогресса М.М. Ковалевским; изучения институтов прямой демократии, в частности швейцарского референдума, П.И. Новгородцевым; постановки проблемы осмысления европейского конституционализма и местного самоуправления в России А.Д. Градовским; идеи договорного начала как основной черты раннефеодального государства, теории народного правления в Древней Руси, трактовки земских соборов в качестве представительных учреждений В.И. Сергеевичем.

В советской историко-правовой науке безраздельно господствовало учение о пролетарской демократии, и по понятным идеологическим мотивам научное наследие российских либеральных ученых второй половины XIX – начала XX века оказалось невостребованным.

С конца 1970-х, особенно в 1990-е годы, политические и научные портреты отечественных мыслителей начинают довольно рельефно вырисовываться в трудах по истории политических и правовых учений, социологии, политологии, истории и философии права. Этот период характеризуется появлением устойчивого интереса к либеральным представителям юридичес-кой науки и российскому либерализму в целом (труды С. А. Пяткиной, В.Д. Зорькина, Н.Я. Куприца, А.И. Экимова, В.С. Нерсесянца, В. Г. Граф-ского, Л.С. Мамута, П.С. Грацианского, И.А. Исаева, А.Н. Медушевского, А.М. Величко, Л.В. Селезневой, Н.В. Иллерицкой и др.). В исследовательских работах намечаются новые подходы, для которых присущи попытки выделить рациональные зерна этого идейного направления, где фигуры Б.Н. Чичерина, М.М. Ковалевского и П.И. Новгородцева  становятся одними из наиболее значимых. Из массива работ этого периода необходимо выделить труды Н.Я. Куприца, В.Д. Зорькина, А.И. Экимова, В.Г. Графского и И.А. Исаева, в которых впервые в советской юридической науке на монографическом уровне исследованы государственно-правовые взгляды крупнейших либеральных представителей российской юриспруденции – М.М. Кова-левского, С.А. Муромцева, Б.Н. Чичерина и Н.М. Коркунова. Вполне объяснимое сохранение определенных идеологических клише не помешало авторам раскрыть сущность методологических и юридических воззрений либеральных ученых, в том числе на происхождение государства, право, классификацию форм правления, теорию разделения властей, проблему прав и свобод человека, политико-правовой идеал и т. д.

Значимыми, с точки зрения избранной нами темы, являются исследования А.Н. Медушевского, в которых изложены политическая философия, конституционные проекты и идеалы представителей российского либерализма: Б.Н. Чичерина, А.Д. Градовского, М.М. Ковалевского, П.И. Новгородцева, П.Н. Милюкова, Ф.Ф. Кокошкина, С.А. Муромцева, С.А. Котляревского и Н.М. Коркунова. Следует отметить также работу Л.В. Селезневой, в которой автор уделяет внимание отраженным в публицистике взглядам российских либералов (преимущественно М.М. Ковалевского и Б.Н. Чичерина) на современные представительные демократии Англии, США, Франции и Германии.

Пришедший на смену безраздельно господствовавшему в недавнем прошлом марксизму методологический плюрализм, изменение ценностных ориентиров нашего общества, стремление к воплощению в России идеала демократического правового государства обусловили устойчивую востребованность научного наследия российских либеральных ученых второй половины XIX – начала XX века. Его отдельные аспекты за последнее десятилетие получили достаточно тщательную разработку. Характерной особенностью данного периода является опубликование большого количества исследовательских работ (как юридических, так и философских, политологических, исторических, социологических), выполненных в историко-биографи-ческом ключе, причем список персоналий существенным образом расширился: помимо взглядов достаточно широко известных в конце XX века фигур российского либерализма – Б.Н. Чичерина (С.С. Секиринский, А.В. Захаров, В.Э. Березко, С.И. Фишер, А.С. Кокорев, Э.А. Попов, Г.С. Криницкая, С.Л. Чижков, А.И. Вакула и др.), М.М. Ковалевского (Ю.В. Дунаева, С.Ю. Асеев, Н.Б. Хайлова, О.В. Бодров, Ю.А. Комнатная, С.А. Зоць, А.А. На-умов и др.) и П.И. Новгородцева (Ю.Ю. Ветютнев, А.Н. Литвинов, В.В. Кня-зев, А.Н. Медушевский, А.Р. Яхина, А.Х. Денильханов и др.), интенсивно стали изучаться идеи С.А. Котляревского (А.Е. Савицкая, Н.В. Кроткова, А.Е. Новикова, А.В. Кривенцова), А.Д. Градовского (И.И. Гуляк, В.А. Твар-довская, Ю.В. Брояка и др.), С.А. Муромцева (А.Н. Медушевский, Н.В. Ющен-ко и др.), Н.М. Коркунова (О.В. Шаповал, Л.С. Золотарева и др.), П.Н. Милю-кова (А.В. Попова, А.В. Захаров, В.Н. Дорохов и др.), В.М. Гессена (В.А. Илю-шин, Н.В. Корнеева, А.С. Туманова, А.С. Окатова и др.) и Ф.Ф. Кокошкина (В.В. Шелохаев, В.А. Томсинов). В качестве, безусловно, позитивной тенденции следует отметить значительное увеличение удельного веса юридических исследований, в рамках которых преимущественное внимание уделяется интерпретации российскими либеральными учеными проблем происхождения и сущности государства, правопонимания, конституционализма и правового государства.

В первом десятилетии XXI века в российском научном сообществе впервые озвучивается мысль о позитивном восприятии отдельными либеральными правоведами демократии. В этом ракурсе следует отметить статью А.Н. Медушевского, в которой автор фиксирует внимание на трактовке П.И. Новгородцевым правового государства как идеального типа реализации демократии . В работе Н.В. Кротковой отмечается вывод С.А. Котляревского, сделанный на основе изучения государственно-правовых институтов современных западноевропейских стран, согласно которому «монархия вполне совместима с демократией, с началами правового государства» .

При проведении диссертационных исследований, особенно на соискание ученой степени доктора юридических наук, анализ творчества представителей российской либеральной правовой мысли второй половины XIX – начала XX века становится обязательным элементом обзоров научно-исследовательской литературы по избранной проблематике (П.В. Анохин, Р.И. Заляев, Н.Л. Пешин, Н.Н. Арзамаскин, Д.В. Фетищев, В.И. Осейчук, Н.И. Шаклеин и др.).

Востребованность интеллектуального наследия правоведов второй половины XIX – начала XX века в последнее десятилетие отчетливо прослеживается в разработке широкого спектра актуальных тем отечественной юридической науки. Так, достаточно интенсивно изучается интерпретация проблем государства (А.М. Величко, В.И. Щепетев, Т.Х. Бербекова, Р.О. Полухин, Е.М. Горячева, В.Н. Корнев, А.В. Попова и др.), права (Н.В. Акчурина, А.Н. Савинов, Г.Г. Бернацкий, Э.Э. Нестерова, А.М. Величко, Ю.В. Ячменев, Д.Б. Крахмалев, О.В. Мартышин, Ю.В. Костин, В.А. Рудковский и др.), политико-правового идеала (А.М. Величко, С.И. Глушкова, С.Б. Глушаченко и др.), конституционализма и парламентаризма (А.И. Горылев, В.Н. Корнев, О.А. Кудинов, Н.В. Онишко, К.В. Арановский, Е.А. Гуляева, Н.В. Мамитова, О.В. Мартышин и др.), правового и социального государства (С.Б. Глу-шаченко, О.А. Кудинов, М.А. Никищенкова, Т.Н. Довбуш, Е.Н. Наумова, И.Н. Николаенко и др.), прав человека (С.И. Глушкова, А.В. Петров, Р.В. Ки-селев и др.), либерализма в целом (Е.П. Золотницкий, К.А. Гусев, А.В. Кор-нев, Б.В. Васильев, В.Н. Корнев, Т.И. Сидненко, В.В. Шелохаев и др.).

Из широкого перечня научно-исследовательских работ, с точки зрения избранной нами темы, следует отметить публикацию О.А. Кудинова, подчеркнувшего, что В.М. Гессен понимал «правовое государство как парламентарный строй, основанный на началах последовательной демократии» . В.Н. Корнев обращает внимание на наличие «зримых признаков демократизма» в юридической конструкции Н.М. Коркунова . Т.А. Струтинская, излагая концепцию государственного устройства представителей российской либеральной юридической науки второй половины XIX – начала XX века, отмечает, что «русский либерализм… делает прорыв к… демократическим идеям» . Заслуживает внимания положение диссертационного исследования Б.В. Васильева, согласно которому «неолиберальная парадигма общественного прогресса включала идею взаимосвязи либерализма и демократии» . Значимым событием стала монография С.И. Глушковой, в которой автор дает интерпретацию специфики понимания прав человека в западной и русской либеральной традиции и раскрывает модели государственно-правовых идеалов Б.Н. Чичерина, А.Д. Градовского, П.И. Новгородцева и М.М. Ковалев-ского, проводя мысль об их демократическом характере .

Из работ этого периода, посвященных непосредственно демократии, заметным событием стала книга В.Н. Руденко, в которой при анализе архаической модели и институтов прямой демократии автор обращается к взглядам видных отечественных юристов, в том числе М.М. Ковалевского, В.И. Сергеевича, В.М. Гессена и Н.И. Лазаревского .

Параллельно с наметившейся позитивной тенденцией осмысления взглядов на демократию российских либеральных ученых второй половины XIX – начала XX века по-прежнему устойчивые позиции занимает мнение о принципиальной несовместимости либерализма и демократии (Е.Г. Плимак, И.К. Пантин, В. Похмелкин, И.И. Гуляк, Т.М. Махаматов и др.). Поверхностным знакомством с интеллектуальным наследием либеральных представителей отечественной юридической науки обусловлены отсутствие четкого понимания смысла используемых категорий и теоретических конструкций, свободная экстраполяция признаков и выводов. Например, в диссертационном исследовании на соискание ученой степени доктора юридических наук Н.В. Мамитова делает вывод, согласно которому «ряд властных институтов Древнерусского государства представляет интерес как определенные этапы развития конституционализма в России». К числу таких институтов, по мнению автора, «относится, прежде всего, вече – народное собрание» , трактуемое в качестве формы «непосредственного участия народа в общественных делах» . «Традиции» и «элементы» «системного понимания конституционализма» автор находит уже во времена Древней Руси . «В отличие от западноевропейской научной традиции… российская политическая мысль практически не рассматривала идею парламентаризма в чистом виде, как самостоятельное явление. Российские мыслители обычно исследовали лишь отдельные его элементы или же обращались к конституционализму как некоему подобию парламентаризма» , – утверждает автор.

Обзор научно-исследовательской литературы по избранной нами теме позволяет сделать следующие выводы. Труды, посвященные осмыслению демократии, будучи важнейшей составляющей научных интересов российских либеральных правоведов второй половины XIX – начала XX века, были высоко оценены современным им научным сообществом. Однако в данный период еще не успела сложиться традиция концептуального осмысления творчества исследователей. Юридическая наука последних десятилетий, освободившись от свойственных советскому периоду идеологических клише, не смогла преодолеть стереотипы в отношении восприятия либеральными исследователями демократии. Проблематика демократии в российской либеральной правовой мысли второй половины XIX – начала XX века до сих пор не привлекала внимания современных юристов, в связи с чем обращение к избранной теме представляется оправданным.

Объектом диссертационного исследования является российская либеральная правовая мысль второй половины XIX – первой половины XX века, представленная теориями В.И. Сергеевича, А.Д. Градовского, Б.Н. Чи­черина, С.А. Муромцева, Ф.Ф. Кокошкина, П.И. Новгородцева, М.М. Кова­левского, С.А. Котляревского, Н.М. Коркунова, В.М. Гессена, П.Н. Милюкова, Н.И. Лазаревского, Н.И. Палиенко.

Предмет диссертационного исследования составляют идеи демократии вышеназванных ученых.

Цель диссертационного исследования – раскрыть сущность идеи демократии в российской либеральной правовой мысли второй половины XIX – первой половины XX века, осмыслить интерпретацию ее представителями понятия, форм, институтов и перспектив демократии.

Достижение данной цели предполагается посредством решения следующих задач:

– реконструировать и интерпретировать модель античной демократии либеральных представителей отечественной юридической науки второй половины XIX – первой половины XX века;

– осмыслить понимание российскими либеральными учеными форм, институтов и особенностей средневековой демократии;

– проанализировать интерпретацию отечественными либеральными правоведами политических форм демократии Нового времени, выявить их признаки;

– раскрыть содержание понятия «демократия» в российской либеральной правовой мысли второй половины XIX – первой половины XX века применительно к периоду Нового времени;

– определить методологические основы концептуальных построений отечественных либеральных исследователей в целях уяснения их влияния на интерпретацию идеи демократии;

– реконструировать и интерпретировать модели прогресса, разработанные крупнейшими либеральными представителями российской юриспруденции – Б.Н. Чичериным, П.И. Новгородцевым, В.И. Сергеевичем, А.Д. Градов-ским и М.М. Ковалевским;

– раскрыть идею демократии в контексте теорий прогресса приверженцев идеализма и теории естественного права – Б.Н. Чичерина и П.И. Нов-городцева;

– осмыслить идею демократии в преломлении теорий прогресса либеральных представителей позитивистского направления российской юриспруденции: В.И. Сергеевича, А.Д. Градовского и М.М. Ковалевского;

– уяснить соотношение понятий демократического, конституционного, правового и парламентарного государства в российской либеральной правовой мысли второй половины XIX – начала XX века;

– определить основные тенденции развития демократических конституционных государств в концепциях отечественных либеральных исследователей;

– на основе осмысления теоретических конструкций российских юристов второй половины XIX – начала XX века выявить либеральные стандарты демократии.

Методология диссертационного исследования. Обусловленная спецификой объекта и предмета диссертационной работы, методология представляет совокупность общелогических, философских, частнонаучных методов.

К числу общелогических методов относятся: анализ, синтез, индукция, дедукция, аналогия, абстрагирование и другие.

Что касается определяющих научное мировоззрение автора философских методов, то чрезвычайно продуктивными в исследованиях политико-правового профиля, на наш взгляд, являются методы диалектики, герменевтики и аксиологии. Диалектика дает ключ к пониманию развития логико-понятийных конструкций отдельных авторов, эволюции концептуальных подходов в рамках направлений юридической науки и либеральной идеологии в целом.

Специфика объекта и предмета диссертационного исследования обусловила востребованность метода герменевтики, имеющей в своем арсенале целый спектр приемов, направленных на достижение понимания смысла отраженного в текстах правового мышления ученых. Сложность изучения теоретического правового мышления определяется характером исследования, протекающим в двух плоскостях – реальных политико-правовых процессов конкретного исторического периода и отражающих их процессов в сфере сознания. В связи с чем представляется продуктивным предложенное современным отечественным ученым А.И. Овчинниковым условное деление правового мышления на две формы – «мышление в праве» и «мышление о праве» , где в нашем случае первая форма  порождает определенные  идеи, понятия, рассуждения о тех или иных объектах, вторая – упорядочивает их, превращая в юридические теории. Соответственно, понимание теории достигается посредством уяснения сущности и взаимосвязи ее элементов (идей, понятий, принципов, гипотез). В этом ракурсе доминантное значение приобретают методы интерпретации, осмысления, истолкования и реконструкции. Направленные на уяснение сущности используемых в теории идей, понятий, принципов и гипотез, а также на восстановление самих теорий, они открывают путь к пониманию объективированного в текстах правового мышления российских либеральных ученых и позволяют раскрыть цель и решить задачи диссертационного исследования.

Детерминация теоретического мышления ученого его ценностными позициями, формируемыми как окружающей его политико-правовой реальностью, так и политическими предпочтениями, объясняет необходимость обращения к аксиологическому методу, направленному на раскрытие содержания ценностных ориентиров либеральных представителей российской юридической науки второй половины XIX – первой половины XX века – их целей, интересов и идеалов.

В числе используемых частнонаучных методов следует назвать: проблемный, хронологический, системно-структурный, формально-юридиче­ский, «портретный», историко-сравнительный, конкретно-исторический, рет­роспективно-исторический.

Теоретическую основу исследования составили труды современных отечественных ученых по общей теории и истории права и государства, истории учений о праве и государстве: П.В. Анисимова, М.И. Абдулаева, В.К. Ба-баева, В.М. Баранова, Н.А. Власенко, В.Г. Графского, Ю.Г. Галая, Р.Б. Голов-кина, А.А. Демичева, И.А. Исаева, В.Н. Карташова, В.В. Лазарева, Г.В. Маль-цева, Л.С. Мамута, М.Н. Марченко, Л.А. Морозовой, В.С. Нерсесянца, А.И. Ов-чинникова, А.Г. Петрова, В.Б. Романовской, О.Ю. Рыбакова, В.М. Сырых, Н.Н. Тарасова, В.А. Толстика.

Источниковой базой для написания диссертации послужили опубликованные и рукописные труды либеральных представителей российской юридической науки второй половины XIX – первой половины XX века: Б.Н. Чичерина, В.И. Сергеевича, А.Д. Градовского, В.М. Гессена, М.М. Кова-левского, П.Н. Милюкова, Ф.Ф. Кокошкина, Н.М. Коркунова, С.А. Котлярев-ского, Н.И. Лазаревского, С.А. Муромцева, П.И. Новгородцева, Н.И. Палиенко, Б.А. Кистяковского, Л.И. Петражицкого.

Научная новизна. Предлагаемая работа – первое в отечественной юридической науке диссертационное исследование, в котором раскрывается понимание идеи демократии российской либеральной правовой мыслью второй половины XIX – первой половины XX века. Идея демократии раскры-вается посредством анализа интерпретации отечественными учеными (В.И. Сергеевич, А.Д. Градовский, Б.Н. Чичерин, С.А. Муромцев, Ф.Ф. Ко-кошкин, П.И. Новгородцев, М.М. Ковалевский, С.А. Котляревский, Н.М. Кор-кунов, В.М. Гессен, П.Н. Милюков, Н.И. Лазаревский, Н.И. Палиенко) конкретных исторических форм демократии (периоды античности, Средних веков, Нового времени) и предложенных ими теоретических конструкций. В диссертационном исследовании преодолевается устойчивый стереотип (характерный как для советской, так и для современной юридической науки) негативного отношения либеральных исследователей к формам прямой демократии, к институтам всеобщего избирательного права и референдума.

В работе предлагается интерпретацияосновных, связанных с идеей демократии, понятий: прямая демократия, представительная демократия, конституционное государство, конституционализм, парламентарное государство, парламентаризм, правовое государство, дуалистическое государство, президентская республика, демократический цезаризм, советская демократия и др.

В диссертации уточняется неразрывно связанный с демократией и прогрессом ряд концептуальных звеньев рассматриваемых политико-правовых доктрин: понятия власти, права, государства, гражданского общества и др.

Положения, выносимые на защиту:

1. Проблема демократии со второй половины XIX века становится цент-ральной в научных изысканиях либеральных представителей как развивающегося в рамках идеализма естественно-правового, так и эволюционирующего в рамках позитивизма социологического направлений отечественной юриспруденции. Осмысление и интегрирование идеи демократии либерализмом позволяет говорить о возникновении концепции либеральной демократии в России.

2. Концепт «либеральная демократия», введенный в научный оборот Б.Н. Чичериным для обозначения одной из разновидностей политического режима, в современной юридической науке должен трактоваться как форма государства, основанная на принципах, ценностях и идеалах либерализма.

3. Концепция либеральной демократии представляет систему взглядов на демократию как форму правления, форму государственно-правового режима, форму государства, политико-правовой идеал, ценность общественного сознания.

Ассоциация Б.Н. Чичериным демократии со свободой как главной ценностью человеческой личности, позитивное отношение к историческим формам и институтам демократии, признание логически обоснованной закономерности установления демократического правового государства позволяет его считать основателем концепции либеральной демократии в России.

4. Анализ теорий демократического прогресса Б.Н. Чичерина, нравственного и социального прогресса П.И. Новгородцева, системно-социальных изменений В.И. Сергеевича, общественного и государственного прогресса А.Д. Градовского, всеобъемлющего прогресса М.М. Ковалевского позволяет трактовать демократию как закономерную, прогрессивную и перспективную форму, начиная с древнейших времен органично вписывающуюся в логику развития государственно-правовых явлений.  Осмысление эволюционирующих в рамках сформированного конституционализмом правового поля «народных монархий» и представительных демократий Нового времени дает основание интерпретировать демократию как форму государства, в направлении которой движутся не только наиболее развитые европейские страны, но и все человечество.

5. Изучение организации и функционирования властных и управленческих структур Афинской и Римской республик позволяет либеральным представителям российской юридической науки определить форму участия народа в делах государства как прямую демократию. Под прямой демократией понимается форма правления, для которой характерны: принадлежность верховной государственной власти всем полноправным гражданам, осуществляющим ее посредством народного собрания; принятие политических решений совокупностью всех граждан или их подавляющим большинством; наличие развитой процедуры выборов высших советов и магистратов; наличие представительных органов власти и управления; разумное распределение полномочий между различными органами государства; функционирование системы сдержек и взаимного контроля властей. Осмысление античных форм демократии производится отечественными правоведами с точки зрения основных ценностей либерализма – политической свободы, формального равенства и законности.

6. Исследование работ российских либеральных ученых позволяет заключить, что в период Средних веков демократия находит выражение как в качестве формы политической организации общества (республики-муниципии), так и в виде отдельных институтов раннефеодальных и сословно-предста-вительных монархий. Общими чертами республик-муниципий являются: наличие народных собраний; исключение членов народных собраний из числа субъектов, обладающих правом законодательной инициативы; наличие противоборствующих партий; порядок единогласного (или подавляющим большинством голосов) принятия вечевых решений; иерархия органов народовластия, разный уровень их компетенции. В качестве отличительных признаков западноевропейских городских демократий можно назвать: их аристократический характер; более высокий и сложный уровень организации органов народовластия; наличие, наряду с институтами прямой демократии, демократии представительной.

В сословно-представительной монархии демократическое начало нашло выражение в наличии системы свободно заключаемых договоров; признании самостоятельного политического значения за торгово-промышлен­ным сословием; формировании системы общественного самоуправления; появлении закрепленных на нормативном уровне перечней гражданских прав; складывании системы сословного представительства, появлении идеи связанности государства правом.

Утверждение формального понятия закона как акта, принимаемого королем совместно с народным представительством и обладающего в силу этого приоритетной значимостью по сравнению с другими актами государственной власти, в период Средневековья было характерно только для правовой системы Англии. Приобщение народных представителей к законодательной деятельности и закрепление за парламентом законодательной власти свидетельствуют о реализации в данном государстве принципа народного суверенитета.

Наличие в Англии системы разделения властей, народного представительства, процедуры разработки и утверждения законов от имени и в интересах народа, независимости судебной власти, ответственности министерства перед парламентом, свободы подданных от административного произвола, развитого всесословного местного самоуправления позволяет отечественным либеральным юристам считать ее центром европейской средневековой демократии.

7. Период Нового времени характеризуется многообразием политических форм демократии: парламентарная демократическая монархия (Англия), президентская (дуалистическая) республика (США), демократический цезаризм (Франция в период империй), парламентарная демократическая республика (Франция), дуалистическая монархия (Германия, Россия), представительная демократия (Швейцария).

Очевидно, что отечественные правоведы прекрасно понимали специфику организации верховной государственной власти в монархиях и республиках, однако при интерпретации политических форм Нового времени определяющим критерием является демократический государственно-правовой режим, трактуемый не только в качестве совокупности приемов и методов осуществления государственной власти, но и как явление, предопределяющее особенности функционирования демократической политической системы общества в целом. Критерием размежевания демократических государственных форм служит характер отношений между законодательной и исполнительной властью. Данный подход исключает из спектра демократий Нового времени советскую «демократию», поскольку провозглашенные в ней принципы народного суверенитета, свободы, равенства, законности, прав человека носят чисто декларативный характер.

8. Применительно к периоду Нового времени демократия интерпретируется российскими либеральными юристами как форма государства, основанная на институтах, принципах, ценностях и нормах конституционализма. Под конституционализмом понимается сложное политико-правовое явление, включающее конституционное законодательство, конституционную практику, систему конституционных принципов и методов, направленных на формирование модели государственной власти, в наибольшей степени отвечающей правам и интересам граждан.  Конституционным, с точки зрения ученых, является государство, основанное на принципах народного суверенитета, законности, разделения властей, народного представительства, незыблемости прав и свобод граждан, нормативно закрепленных в конституции, либо законах, имеющих конституционное значение.

9. Методологические ориентиры отечественных правоведов (объективный идеализм Б.Н. Чичерина, нравственный идеализм П.И. Новгород-цева, позитивизм В.И. Сергеевича, А.Д. Градовского, М. М. Ковалевского), являясь определяющими при разработке моделей прогресса, в значительной мере утрачивают свое влияние при интерпретации исторических форм демократии. Доминантное значение в научном дискурсе приобретает либеральная идеология, в которой определяющую роль играют принципы свободы, формального равенства, законности, разделения властей, народного суверенитета.

10. Теория нелинейного демократического прогресса Б.Н. Чичерина представляет уникальное явление в истории юридической науки. Свобода, будучи движущей силой прогресса, олицетворяет собой демократию, в той или иной мере свойственную всем «образам правления» и эпохам развития человечества. Демократический прогресс Нового времени исследователь видит в развитии всеобщей нравственной, гражданской и политической свободы; в существенном расширении круга лиц, ставших полноправными участниками политического процесса; в развитии институтов представительной демократии в рамках утверждающегося в Европе конституционализма.

Б.Н. Чичерин констатирует завершение процесса юридического развития общества в странах, где сложился общегражданский правовой порядок. Утверждение принципов свободы и равенства, а следовательно, достижение демократического идеала гражданским обществом закономерно ставит проб-лему соответствия общегражданскому строю строя политического. В связи с этим автор фиксирует неудержимое развитие демократии во всех европейских государствах, основанных на общегражданском порядке, отдавая безусловное предпочтение демократии либеральной.

11. Либеральное понимание демократии не означает признания безусловного и однозначного приоритета прав и свобод человека в системе государственно-правовых координат. Свобода, с точки зрения отечественных исследователей, должна быть разумно соизмеряема  с интересами общества в рамках правового поля, в равной мере защищающего права и законные интересы всех граждан. Обоснование этой идеи производится в рамках концепции общественной солидарности, в той или иной форме, нашедшей своих приверженцев в лице Б.Н. Чичерина, П.И. Новгородцева, А.Д. Градовского и М.М. Ковалевского.

Именно в рамках концепции общественной солидарности А.Д. Гра-довским впервые было обосновано важнейшее демократическое требование равномерного распределения духовных и материальных благ в массе всего населения, позднее сформулированное В. Соловьевым и развитое П.И. Нов-городцевым как право на достойное человеческое существование. Таким образом, с конца XIX века либеральные представители российской юриспруденции (за исключением Б.Н. Чичерина) генерируют идею социальной защищенности граждан как необходимой предпосылки стабильного развития демократических политических систем.

12. Переход от формального провозглашения прав и свобод человека к системе юридических гарантий, обеспечивающих социальную защищенность, достойное человеческое существование и общественную солидарность всех граждан, представляет критерий, который позволяет отечественным либеральным исследователям рассматривать правовое государство как высший этап развития демократического конституционного государства. В.М. Гессе-ну, П.И. Новгородцеву, Н.И. Лазаревскому, С.А. Котляревскому, М.М. Кова-левскому и Н.И. Палиенко свойственно понимание правового государства как соответствующей парламентаризму высшей стадии развития демократического конституционного государства.

13.  Изучение концепций российских либеральных юристов второй половины XIX – начала XX века позволяет выделить следующие тенденции демократических конституционных государств Нового времени: распространение всеобщего избирательного права; развитие социальной функции государства; повышение уровня образованности, политической и правовой культуры граждан; развитие парламентаризма; сосредоточение власти в руках избранного круга профессионально подготовленных политиков; усиление зависимости исполнительной власти от общественного мнения; распространение институтов прямой демократии, в частности референдума. Таким образом, усиление процессов демократизации политической жизни идет рука об руку с процессом профессионализации государственного управления, что выдвигает на первый план проблему соотношения партийности и демократии, оптимальную модель решения которой дает английский парламентаризм.

14. Сущностью идеи демократии для либеральных правоведов второй половины XIX – начала XX века являются свобода (политическая и гражданская), формальное равенство, законность (нормативно закрепленное ограждение прав индивида от произвола государственных органов и должностных лиц, признание верховенства закона как акта высшей юридической силы), разделение властей и гармоничное сочетание институтов прямого и представительного народовластия. Однако теоретико-методологические взгляды ученых, их принадлежность к различным правовым школам предопределили наличие специфики осмысления сущности демократии. Так, для Б.Н. Чичери-на демократия немыслима без нравственной свободы индивида и наличия среднего класса – фундамента зрелого гражданского общества; для П.И. Нов-городцева – без нравственного совершенствования личности; для А.Д. Гра-довского, Н.М. Коркунова, Ф.Ф. Кокошкина, С.А. Котляревского – без местного самоуправления; для С.А. Муромцева, В.М. Гессена, Н.И. Лазаревско-го – без гражданского общества; для М.М. Ковалевского – без общественной солидарности.

15. Осмысление концептуальных подходов либеральных представителей отечественной юридической науки второй половины XIX – начала XX века позволило выделить ряд принципов, которым должны соответствовать современные демократии. К числу основных либеральных стандартов демократии мы относим следующие: незыблемость прав и свобод человека и гражданина, нормативно закрепленных и гарантируемых конституцией, либо законами, имеющими конституционное значение; функционирование саморегулирующегося гражданского общества, обеспечивающего посредством системы социальных институтов каждому гражданину оптимальные условия для реализации его интересов, прав, свобод и способностей; наличие обеспечиваемого государством твердого легитимного порядка, направленного на сохранение мира, пресечение любых форм насилия и охрану накопленных народом материальных благ; политическая организация общества на основе институтов, принципов, ценностей и норм конституционализма; наличие устойчивого среднего класса; наличие общественной солидарности, достигаемой посредством разумного соизмерения свободы отдельных индивидов с интересами общества в рамках правового поля, в равной мере защищающего права и законные интересы всех граждан; обеспечение государством права на достойное человеческое существование посредством равномерного распределения духовных и материальных благ; развитие местного самоуправления; достаточно высокий уровень гражданской зрелости, политического и правового воспитания народа.

Выявленные либеральные стандарты демократии могут способствовать определению магистральных направлений развития народовластия в России и послужить отправной точкой формирования отечественной демократической государственно-правовой доктрины.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Содержащиеся в диссертации выводы и положения вносят существенный вклад в развитие истории политических и правовых учений, теории государства и права, истории отечественного государства и права, истории государства и права зарубежных стран и конституционного права в части использования разработанного либеральными представителями отечественной юридической науки второй половины XIX – начала XX века и отрефлексированного в работе понятийного аппарата и интерпретации концептуальных построений как широко известных (Б.Н. Чичерин, П.И. Новгородцев, А.Д. Градовский, М.М. Ковалевский, С.А. Муромцев, Н.М. Коркунов, В.М. Гессен), так и незаслуженно забытых (В.И. Сергеевич, П.Н. Милюков, С.А. Котляревский, Н.И. Лазаревский, Н.И. Палиенко) представителей концепции либеральной демократии в России.

Положения диссертации могут быть использованы для дальнейшего развития исследований, связанных с интерпретацией в отечественной юридической науке идеи демократии и сопряженных с ней идей гражданского общества, правового государства, конституционализма, разделения властей, парламентаризма, общественной солидарности.

Многие положения диссертации используются в читаемых автором курсах лекций по дисциплинам «История политических и правовых учений», «История отечественного государства и права».

Апробация результатов исследования. Основные положения и выводы диссертации нашли отражение в 42 научных публикациях объемом 87,14 п. л. Из них 10 публикаций объемом 6,22 п. л. помещены в ведущих рецензируемых изданиях. Отдельные аспекты работы были предложены к обсуждению современного научного сообщества на 12 международных, 2 все-российских, 3 региональных и 2 межвузовских научно-практических конференциях.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих девять параграфов, заключения, списка источников и научно-исследовательской литературы. 

 Овчинников А.И. Правовое мышление в герменевтической парадигме. – Ростов-на-Дону, 2002. – С. 261.

 См.: Медушевский А.Н. П.И. Новгородцев как теоретик демократии и авторитаризма // Сравнительное конституционное обозрение. – 2007. – № 1. – С. 188.

 Кроткова Н.В. Взгляды С.А. Котляревского на конституционный строй Российской империи и Советской России // Государство и право. – 2008. – № 3. – С. 74.

Кудинов О.А. Разработка теории правового государства в российской науке начала XX века // Общественные науки и современность. – 2002. – № 3. – С. 103.

См.: Корнев В.Н. Методологические основы учения о государстве в либеральной правовой мысли России второй половины XIX – начала XX вв. // Философия права. – 2006. – № 3. – С. 10.

Струтинская Т.А. Генезис концепции государственного устройства в российской либеральной мысли конца XIX – начала XX в.: историко-правовой анализ: Дис... канд. юрид. наук. Краснодар, 2007. С. 109.

 Васильев Б.В. Философия права русского неолиберализма конца XIX – начала XX века: Дис...  д-ра филос. наук. – СПб., 2005. – С. 13.

 См.: Глушкова С.И. Проблема правового идеала в русском либерализме. – Екатеринбург, 2001.

 См.: Руденко В.Н.  Прямая демократия: модели правления, конституционно-правовые институты. – Екатеринбург, 2003. – С. 10–14, 20–21, 25–38, 40–41, 44–50, 421, 301, 304–306, 320.

Мамитова Н.В. Российский конституционализм: история и современность: Дис... д-ра юрид. наук. – М., 2006. – С. 15. 

Там же. – С. 41.

См. там же. – С. 16.

Там же. – С. 51.

См.: Овчинников А.И. Правовое мышление в герменевтической парадигме. – Ростов-на-Дону, 2002. – С. 154–155.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, анализируется состояние ее разработанности, определяются объект, предмет, цель, задачи, методология, научная новизна исследования, формулируются основные положения, выносимые на защиту, указываются теоретическая и практическая значимость и апробация результатов работы.

Первая  глава «Исторические формы демократии: отечественный либеральный опыт концептуального осмысления второй половины XIX – первой половины XX века» содержит три параграфа.

В первом параграфе «Античная демократия в интерпретации либеральных представителей российской юридической науки второй половины XIX – начала ХХ века» реконструируются модели народовластия Древней Греции и Рима, определяются их особенности, раскрывается понятие демократии применительно к историческому опыту античности.

Демократия, по мнению отечественных исследователей, представляет собой закономерный этап развития классических народов, отправная точка которого связана с переходом от родового общества к государственно организованному. Именно к этому времени относится формирование основного института древней демократии – народного собрания (экклесия – в Афинах, комиции – в Риме). Народные собрания рассматриваются как действующие на основе устоявшегося регламента и отработанных процедур принятия решений (исключение составляет подход В.И. Сергеевича) периодически созываемые органы, призванные решать вопросы государственной важности в области законодательства, а также административной, судебной и финансовой деятельности. Особенностью античной демократии российские либеральные правоведы считают исключение членов народных собраний из числа субъектов, обладающих правом законодательной инициативы: граждане могли лишь одобрить или отклонить предложенный государственными сановниками законопроект.

Интерпретация субъекта власти древних демократий, ассоциирующих народ с достаточно узким кругом наделенных политическими правами граждан, чей досуг обеспечивался трудом неполноправных слоев населения и рабов, позволяет исследователям, в частности Б.Н. Чичерину и М.М. Ко-валевскому, указать на аристократический характер классических народовластий.

Анализ организации и функционирования властных и управленческих структур Афинской и Римской республик позволяет либеральным представителям российской юридической науки, определить форму участия народа в делах государства как прямую демократию. Под прямой демократией понимается форма правления, для которой характерны: принадлежность верховной государственной власти всем полноправным гражданам, осуществляющим ее посредством народного собрания; принятие политических решений совокупностью всех граждан или их подавляющим большинством; наличие развитой процедуры выборов высших советов и магистратов; наличие представительных органов власти и управления; разумное распределение полномочий между различными органами государства; функционирование системы сдержек и взаимного контроля властей. Выработанная античностью модель разделения властей, конечно, не может быть сопоставлена с успехами в этой области конституционных государств Нового времени. Это прекрасно осознавала и отечественная интеллектуальная элита конца XIX – начала ХХ века. Однако безусловной исторической заслугой древних, в частности римской, демократий стало создание основанного на системе сдержек и взаимного контроля властей механизма государства, воплотившего принцип народного суверенитета и обеспечившего неприкосновенность политической свободы граждан.

Осмысление античных форм демократии производится российскими правоведами с точки зрения основных ценностей либерализма: свободы, равенства и законности. Реализация в Афинской и Римской республиках принципов политической свободы, формального равенства и определяющей роли закона позволила ученым считать античную модель образцом политической жизни свободного народа. Таким образом, приоритетными в демократическом государстве для либеральных исследователей являются функции защиты политической свободы граждан и обеспечения законности, достигаемые посредством разделения властей, отработанных процедур принятия и изменения законов и организации органов правосудия.

Значимым является осознание отечественными правоведами роли социальной функции античного демократического государства: сглаживание противоречий между крайностями богатства и бедности способствовало установлению социальных компромиссов и сохранению гражданского мира – главного условия стабильного развития демократической политической системы.

Немаловажную роль для понимания сущности народовластия либеральными учеными играет проводимая ими мысль о наличии тесной взаимосвязи между уровнем развития институтов демократии и состоянием образованности и политической сознательности граждан. Последний фактор можно назвать определяющим для сохранения установленного порядка жизни «умеренных» античных народных правлений.

Развитие личности, ее частных интересов, сферы гражданско-правовых отношений, с одной стороны, существенное расширение круга лиц, наделенных гражданской правоспособностью, – с другой, при общем снижении политической и правовой культуры граждан имели следствием деформацию принципов свободы и равенства в общественном сознании. Эгалитарно настроенной черни было уже недостаточно равенства перед законом и судом. Эти факторы в конечном счете и обусловили изменения в функционировании государственного механизма, повлекшие за собой вырождение «умеренных» демократий смешанных республик в «необузданные» демократии более позднего периода. Последние не представляли научного интереса для российских либеральных юристов второй половины XIX – начала XX века и не нашли отражения в их работах. Однако дифференциация античных народных правлений на «умеренные» и «необузданные» позволяет заключить, что они рассматривают демократию не только с точки зрения организации и порядка образования верховной государственной власти, но и с позиций способов и методов, которыми поддерживается установленный порядок государственной жизни, то есть политического режима.

Во втором параграфе «Формы средневековой демократии в теориях отечественных либеральных мыслителей второй половины XIX – начала XX века» дается осмысление понимания учеными форм, институтов и особенностей средневековых народовластий.

Формирование первых демократических институтов новых народов, как и классических народов древности, российские правоведы связывают с переходом от племенного общества к государственно организованному. Демократии раннефеодальных монархий и средневековых городских республик трактуются ими как форма осуществления власти полноправными гражданами через органы прямого народовластия – народные собрания (вече). В качестве общих черт демократий европейских и отечественных республик-муниципий исследователи называют: отсутствие у членов народных собраний права законодательной инициативы; наличие противоборствующих партий; порядок единогласного (в крайнем случае, большинством голосов) принятия вечевых решений; иерархию органов народовластия, разный уровень их компетенции (собрания всех полноправных граждан; большие и малые советы в Европе; главные города и пригороды, в главных городах – общегородские и территориальные веча – на Руси).

Существенной отличительной чертой западноевропейских городских демократий является, по мнению ученых, более высокий и сложный уровень организации их органов народовластия, обусловленный зарождением и функционированием (в силу усложнения государственной жизни и расширения круга обладающих политическими правами граждан), наряду с институтами прямой демократии, демократии представительной. Под представительной демократией понимается форма осуществления верховной власти народом посредством свободно избранных и наделенных законодательными полномочиями его представителей (большие советы).

Выборы в городских республиках предстают в работах отечественных ученых достаточно развитым политическим институтом. Выборное начало, помимо больших советов, лежало в основе деятельности малых советов, судебных коллегий и возглавляющих исполнительную власть должностных лиц.

Анализ структуры, состава и порядка формирования органов власти и управления средневековых европейских городских республик, где сохранилась античная традиция ассоциации свободы с политической властью, позволяет российским исследователям указать на их аристократический характер.

Осмысление интерпретации либеральными правоведами средневековых городских республик-муниципий позволяет заключить, что демократия трактуется ими как форма правления, характеризующаяся набором признаков, в целом аналогичным демократиям античности.

География выросших на развалинах Римской империи и германских раннефеодальных монархий республик-муниципий северной и средней Италии, южной Франции и отчасти Германии была, по мнению отечественных исследователей, несравненно более широка, чем в России, где о подлинном народном самоуправлении можно говорить лишь применительно к северным городам – Новгороду и Пскову (исключение составляет точка зрения В.И. Сергеевича и Н.М. Коркунова, убежденных в равной силе вечевых порядков во всех русских землях).

Признавая общие закономерности и, соответственно, магистральные линии эволюции европейских и русского народов, правоведы обращают внимание на существенное своеобразие русской истории, проявившееся уже на самых ранних этапах развития отечественного государства. Так, «вечевой быт», будучи первой ступенью развития всех европейских народов, в российской версии, по мнению либеральных ученых, отличается: отсутствием периодического характера народных собраний, более узкой их компетенцией (исключение составляют Новгород и Псков), относящейся преимущественно к управленческой деятельности (избрание князя и ряд с ним); демократическим субъектом власти (правом участия в вечевых собраниях обладали все свободные совершеннолетние мужчины, не состоящие под опекой родителей); существенным развитием общинного самоуправления и, соответственно, менее выраженным началом индивидуализма.

Различно, с точки зрения исследователей, и историческое значение европейских и отечественных городских народовластий. Европейские республики-муниципии, войдя в состав централизованных государств, внесли в них свойственные своей природе начала самоуправления, способствовав развитию конституционной свободы и народного представительства. Поглощенные Московским государством городовые народовластия не оказали сколько-нибудь значительного влияния на развитие отечественной демократии.

Демократическое начало, помимо городских республик, имело место в период Средневековья и в монархических государствах. Очевидно, что переход от государств-муниципий к государствам-нациям делал основной институт прямого народовластия (народное собрание) анахронизмом. В этот период демократия нашла выражение в наличии системы свободно заключаемых договоров; политической свободы подданных; формировании системы широкого общественного самоуправления; формировании системы сословного представительства и появлении идеи связанности государства правом.

Осмысление средневековых форм и институтов демократии, как и античных, производится российскими правоведами с точки зрения основных ценностей либерализма: свободы, равенства и законности. Примечательно, что именно в рамках монархических государств эти демократические принципы находят свое дальнейшее развитие. Исключительное значение в этом ракурсе приобретает расширение свободы личности, признание ее независимости от государства. Помимо известной еще со времен античности свободы политической (связанной с правом участия в осуществлении государственной власти), личность впервые в истории обрела свободу гражданскую, проявляющуюся посредством права на жизнь, неприкосновенность частной собственности, свободное передвижение, на бесплатное, беспристрастное и законное правосудие, на защиту от незаконных арестов и задержаний и т. д. Важнейшей отличительной чертой европейского средневекового общества от демократий Древнего мира является признание самостоятельного политического значения за торгово-промышленным сословием, что свидетельствует о распространении на него принципа формального равенства. Принцип законности находит выражение в нормативно закрепленном ограждении прав индивида от произвола государственных органов и должностных лиц и в признании верховенства закона как акта высшей юридической силы.

Не чуждо демократическое начало и для Московского царства: следуя европейскому пути развития, оно также выработало сословно-представитель-ные учреждения, роль и значение которых не нашли однозначной оценки среди российских правоведов. Б.Н. Чичерин и Н.И. Лазаревский рассматривают отечественные соборы как чисто совещательные учреждения, не игравшие сколько-нибудь значительной роли в истории нашей страны. Большинство исследователей (В.И. Сергеевич, М.М. Ковалевский, С.А. Котлярев-ский, Ф.Ф. Кокошкин, П.Н. Милюков) обращают внимание на несомненное сходство земских соборов с сословно-представительными учреждениями Западной Европы, проявляющееся в отправлении (хоть и весьма кратковременном) законодательных, учредительных и распорядительных функций. Однако «служебный характер» наших сословных собраний, проистекающий из слабо выраженного начала индивидуализма и из заложенной в русской ментальности идеи служения государству, обусловил их бесследное исчезновение в связи с укреплением единодержавия. Безусловной заслугой отечественной либеральной правовой мысли является фиксирование в России не столь ярко выраженной, как в Европе, но, тем не менее, достаточно устойчивой демократической традиции, связываемой после исчезновения народных собраний и земских соборов с наличием институтов общинного самоуправления.

В третьем параграфе «Вариативность демократии Нового времени в концепциях либеральных правоведов второй половины XIX – первой половины XX века» раскрывается осмысление российскими учеными  понятия и форм народовластия указанного периода. Период Нового времени характеризуется становлением и развитием народного представительства, известного ранее лишь Англии – единственному государству, применительно к которому можно говорить о наличии непрерывной демократической традиции. Институты представительной демократии трактуются как признак повсеместно утверждающегося конституционализма. Проблема соотношения конституционализма и демократии рассматривается отечественными либералами с точки зрения необходимости учреждения стабильной правовой организации политической власти, обеспечивающей защиту завоеванной политической свободы, всеобщего гражданского равенства и непреложных демократических ценностей – народного суверенитета, прав и свобод человека, разделения властей и т. д. Конституция, выполняя эту роль, создает правовое поле, оптимально способствующее развитию демократических принципов и институтов.

Данный подход объясняет многообразие рассматриваемых исследователями политических форм демократии Нового времени: парламентарная демократическая монархия (Англия), президентская (дуалистическая) республика (США), демократический цезаризм (Франция в период империй), парламентарная демократическая республика (Франция), дуалистическая монархия (Германия, Россия), представительная демократия (Швейцария).

Парламентарным российскими исследователями признается государство, отвечающее следующим признакам: наличие стабильной двухпартийной системы, формирование министерства из партийного большинства палаты представителей, наличие кабинета, наличие института политической ответственности министров, сосредоточение фактической государственной власти в руках народного представительства. Парламентаризм, с их точки зрения, это высшая стадия развития конституционализма, характеризующаяся особой демократической системой организации и функционирования государственной власти, при которой исполнительная власть действует согласованно с волей народного представительства, посредством чего достигается гармония между законом и его исполнением. Для дуалистического конституционного государства характерно: доминантное положение исполнительной власти в системе разделения властей, формирование министерства главой государства, внепартийный характер министерства, отсутствие политической ответственности министров. Очевидно, что под перечень данных признаков, как и признаков парламентаризма, попадают государства и с монархической, и с республиканской формами правления: к парламентарным государствам российские авторы относят монархическую Англию и республиканскую Францию, к дуалистическим – республиканские Североамериканские Штаты и монархические Германию и Россию.

Свойственный периодам французских империй демократический цезаризм трактуется исследователями как форма организации государственной власти, построенная на синтезе идей народного суверенитета и единоличного правления, характеризующаяся призрачностью нормативно закрепленных принципов конституционализма. Под демократией представительной (Швейцария) понимается разновидность конституционного государства с республиканской формой правления.

Правомерным, с точки зрения либеральных представителей российской  юриспруденции, применительно к периоду Нового времени является упо-требление понятия демократии как процесса приобщения народа к политической жизни. Этот взгляд обусловлен выходом на политическую сцену народных масс, получивших статус полноправных участников государственного строительства посредством введения всеобщего (или приближающегося к нему) избирательного права, принципа всеобщего гражданского равенства, нормативно закрепленных и гарантируемых прав и свобод. Таким образом, демократия Нового времени утрачивает свойственный ей в предшествующие исторические периоды аристократический характер. В этом смысле конституционным, с точки зрения отечественных исследователей, является государство, в котором народ посредством своих представителей принимает решающее участие в осуществлении государственной власти, превращаясь тем самым в наиболее влиятельный фактор государственной жизни.

Безусловный интерес представляет и обозначенная отечественными либеральными учеными проблема сосуществования в условиях конституционализма институтов представительной и прямой демократии. Институты прямой демократии, особенно референдум, рассматриваются ими в качестве школы политического воспитания народа, важного средства его культурного развития, гаранта сохранения прав и свобод граждан, а также стабильности существующего государственного строя; оцениваются как жизненные и органично дополняющие народное представительство. Данный подход основан на глубоком осмыслении сущности демократии, органично сочетающей институты прямого и представительного народовластия, удельный вес которых в политической системе общества определяется спецификой исторического периода развития человечества. Изучение исторических форм демократии свидетельствует, что безусловное доминирование в периоды античности и Средневековья народных собраний уравновешивается наличием выборных представительных, властных и управленческих структур. Утверждение в рамках конституционализма системы народного представительства актуализирует возрождение институтов прямого народовластия, призванных в условиях господства политических партий и политических элит служить формой выражения подлинной народной воли и гарантом от головоломных социальных экспериментов. Таким образом, российскими либеральными правоведами была поставлена и осмыслена проблема диалектики демократии. Этот подход объясняет отношение отечественных исследователей к современным формам непосредственного народовластия, рассматриваемым на примере швейцарских кантонов в качестве вполне правомерных, но в силу своей односторонности лишенных исторических перспектив.

Отсутствуют исторические перспективы и у созданной большевиками модели советской «демократии». Диссонанс декларируемых демократических принципов народного суверенитета, законности, свободы, равенства, прав человека и государственно-правовых реалий сталинизма (отсутствие разделения властей, господство монопольной политической партии, слияние партийного и государственного аппаратов, надзаконный характер власти партийного лидера, отсутствие партийной демократии, тотальная система шпионажа и террора) неизбежно приведет, по мнению П.Н. Милюкова, к перерождению советской «демократии» в демократию конституционную.

Глава вторая «Идея демократии в контексте теории прогресса: взгляд с точки зрения объективного и нравственного идеализма второй половины XIX – начала XX века» содержит два параграфа.

В первом параграфе «Теория демократического прогресса Б.Н. Чиче-рина» излагаются философско-методологические основы учения либерального мыслителя, являющиеся ключом к пониманию его теории совершенствования человечества. Отталкиваясь от достижений немецкой классической философии, Б.Н. Чичерин сформулировал оригинальный диалектический закон, послуживший основой концепции прогресса, движущей силой которого является свобода, олицетворяющая демократию. Обособляясь из общей субстанции в период родовых отношений, это демократическое начало красной нитью проходит через все «образы правления» и периоды истории. В отличие от Г.В.Ф. Гегеля, ограничившего прогресс свободы утверждением всеобщего гражданского равенства в современных ему конституционных государствах, Б.Н. Чичерин мыслит свободу как абсолютную ценность общественного со-знания и идеал устремлений человечества. Степень развития свободы и ее содержание определяются уровнем развития общества и государства в каждый конкретный период истории. Безусловной заслугой Б.Н. Чичерина является осмысление всемирно-исторического значения христианства, провозгласившего равенство всех людей в духовном отношении и тем самым открывшего человечеству новую ипостась свободы – свободу нравственную.

Рассматривая прогресс, с точки зрения развития свободы, Б.Н. Чичерин подчеркивает, что бывшая достаточно длительное время уделом немногих, в Новое время она становится практически всеобщим достоянием, свидетельствуя о вступлении европейских народов в новую эру – эру демократии.

Справедливо подчеркивая опасность для современных демократий со стороны низкого уровня общей и особенно правовой культуры народных масс, Б.Н. Чичерин обозначает главную проблему своей эпохи – проблему политического воспитания народа. Очевидно, что ее разрешение объективно требует достаточно длительного времени. Однако мыслитель трактует современную эпоху как эпоху господства парламентаризма (во всяком случае, в отношении ведущих европейских стран), в принципе невозможного при низком политическом уровне развития общества. Сгладить это неотрефлексированное противоречие автор пытается, акцентируя внимание на средних слоях «единичных духовных личностей», являющихся доминирующим элементом современных североамериканской и европейских демократий. Видя в средних классах опору свободы, равенства, стабильности и конституционного порядка, Б.Н. Чичерин считает их вожатыми демократии, главными двигателями демократического прогресса. Таким образом, российским либеральным ученым была поставлена важная проблема формирования устойчивого среднего класса, рассматриваемого в качестве фундамента основанного на свободе и равенстве гражданского общества.

Понимая под средним классом совокупность юридически и экономически свободных, интеллектуально, нравственно и политически развитых индивидов, Б.Н. Чичерин констатирует завершение процесса юридического развития общества в странах, где сложился общегражданский правовой порядок. Утверждение принципов свободы и равенства, а следовательно, до-стижение демократического идеала гражданским обществом закономерно ставит проблему соответствия общегражданскому строю строя политического. В связи с этим автор фиксирует неудержимое развитие демократии во всех европейских государствах, основанных на общегражданском порядке, отдавая безусловное предпочтение демократии либеральной.

Разграничение республик на либеральные, демократические и социальные свидетельствует об осознании Б.Н. Чичериным определяющей роли способов и методов осуществления государственной власти при характеристике того или иного политического организма. Таким образом, автором впервые в отечественной юридической науке была поставлена проблема политического режима как главной составляющей формы государства. Выделенные исследователем признаки либеральной демократии коррелируют с общепринятыми ценностями и принципами либерального правосознания.

Безусловный интерес представляет идея Б.Н. Чичерина об «умственной аристократии» – группе лиц в силу своего высокого интеллектуального развития, таланта и профессионализма, оказывающих доминирующее влияние на принятие политических решений и определение перспектив и стратегий развития государства. Таким образом, автором была осознана объективная тенденция современных представительных демократий – переход властных и управленческих структур легитимным путем в руки политических элит.

Разработанная на основе глубоко продуманного и оригинального диалектического метода, преодолевшая крайности чистого умозрения и опыта, теория нелинейного демократического прогресса Б.Н. Чичерина представляет, безусловно, уникальное явление в истории юридической науки. Ассоциация демократии со свободой как главной ценностью человеческой личности, позитивное отношение к демократическим институтам, логически обоснованная закономерность установления демократического правового парламентарного государства позволяют, на наш взгляд, считать Б.Н. Чичерина основателем концепции либеральной демократии в России. Созданная в рамках объективного идеализма и покоящаяся на идее преемственной духовной жизни народов, его теория позволяет интерпретировать демократию как общественный и государственный строй, в направлении которого движутся не только наиболее развитые европейские страны, но и все человечество.

Во втором параграфе «Соотношение идеи демократии и теории нравственного и социального прогресса П.И. Новгородцева» с точки зрения нравственного идеализма и нормативно-этического подхода к праву раскрывается осмысление народовластия в контексте теории совершенствования человечества либерального ученого. Прогресс, по П.И. Новгородцеву, имеет два аспекта проявления: нравственный и социальный. В основе понятия нравственного прогресса лежит идея абсолютной ценности личности. Его цель определяется свойственными природе каждого человека правами самоопределения, свободы и равенства, в связи с чем под нравственным прогрессом автор понимает процесс бесконечного развития личности в направлении нравственного идеала свободного универсализма – всеобщего объединения человечества на началах равенства и свободы.

Идея солидарности, разрабатываемая преимущественно приверженцами социологического направления российской либеральной юридической науки (В.И. Сергеевич, А.Д. Градовский, Н.М. Коркунов, М.М. Ковалев-ский и др.), приобретает в трудах П.И. Новгородцева, во многом под воздействием теории «вечного мира» И. Канта, абсолютный характер. В предложенном П.И. Новгородцевым ракурсе, на наш взгляд, просматривается влияние теоретических конструкций Б.Н. Чичерина (идея свободы как основного определения сущности человека; мысль о необходимости ее ограничения, проистекающая из совместного существования и признания в связи с этим прав других лиц) и М.М. Ковалевского (взгляд на свободу как основной принцип человеческой солидарности; интерпретация солидарности как неотъемлемой составляющей общежительной природы индивидов; ассоциация прогресса с неуклонным расширением солидарности как внутри отдельных государств, так и в сфере международного общения). Их синтез на основе нравственного идеализма позволил П.И. Новгородцеву возвести свойственное человеческой природе качество солидарности в ранг недосягаемого общественного идеала. Средством его приближения служат государство и право, с поступательным развитием которых автор связывает понятие социального прогресса.

Свобода и равенство, будучи основными составляющими нравственного прогресса, являются, по теории П.И. Новгородцева, и неотъемлемыми принципами демократии, а идеал свободного универсализма – идеалом не только вселенским, но и демократическим. Сопутствуя человечеству с самых ранних ступеней его развития, свобода и равенство в период Нового времени нашли выражение в демократическом правовом государстве, рассматриваемом П.И. Новгородцевым в качестве формы, в наибольшей мере отвечающей развитию личности и способствующей объединению народов на почве единого и равного для всех права.

Трактуя современную демократию как форму государства, основанную на принципах свободы, формального равенства, законности, направленных на создание условий, способствующих гармоничному развитию личности и обеспечению ее прав и свобод, П.И. Новгородцев понимает принцип народовластия как сохранение за народом юридического суверенитета и юридической возможности выражать свою волю через представительные органы.

Будучи основанной на всеобщем (или приближающемся к нему) избирательном праве формой самоуправления народа, демократия актуализирует проблему его нравственного, политического и правового воспитания. Успешность разрешения последней автор ставит в прямую зависимость от реализации в рамках социальной функции государства права на достойное существование личности – главной ценности, источника и цели прогресса.

Современное состояние демократии оказалось, по мнению П.И. Новго-родцева, достаточно утомительным для народов континентальной Европы. Отвечая формуле социального прогресса, некогда сопровождавший демократию политический оптимизм уступил место критическому осмыслению ее институтов. Осознание диссонанса между так желаемой в недавнем прошлом политико-правовой данностью и абсолютной целью устремлений человечества позволяет либеральному исследователю интерпретировать современное состояние демократии как «распутье», преодоление которого он связывает с развитием правового государства.

Демократия должна стать основанным на твердом правовом порядке подлинным самоуправлением народа. В качестве ближайших исторических задач П.И. Новгородцев называет следующие: создание оптимальных условий, содействующих развитию человеческой индивидуальности; привлечение все большего числа лиц к участию в политической и общественной жизни страны; обеспечение процесса свободной организации общественного мнения и свободного его выражения; создание органов свободной внепарламентской инициативы, углубляющих идею народного представительства; реализацию охраны прав меньшинства. На достижение этих целей должны быть сориентированы социальные реформы, общественное воспитание, а также политические и правовые институты, жизнеспособность которых была доказана демократической практикой XIX века: разделение властей, народное представительство, парламентаризм, всеобщее избирательное право, референдум и местное самоуправление.

Глава третья «Концепция политической демократии в контексте теории прогресса: либеральная социологическая мысль России второй половины XIX – начала XX века» состоит из четырех параграфов.

В первом параграфе «Концепция политической демократии в свете теории системно-социальных изменений В.И. Сергеевича» с точки зрения методологии позитивизма изложены взгляды ученого на проблему демократии и эволюции человечества.

Отсутствие свойственного для классического европейского позитивизма ярко выраженного акцента на всемогущий характер научного знания  и дифференциации прогресса применительно к различным областям человеческой жизни обусловило специфику теории В.И. Сергеевича: традиционное понимание прогресса как процесса неизменного поступательного развития общества и совершенствования форм его политико-правовой организации уступило место идее закономерного движения сбалансированных социально-политических систем.

Российскому ученому свойственна трактовка демократии как формы правления, в которой верховная власть принадлежит народу, составляя его самостоятельное право. Методология позитивизма и данные сравнительной истории права привели исследователя к заключению, согласно которому начало государственной жизни народов неразрывно связано с непосредственной демократией. Закон солидарности общественных явлений в Новое время превращает данную форму народовластия в очевидный анахронизм, что, однако, не исключает возможности ее существования в отдаленных уголках европейского континента. Ближайшее будущее принадлежит, по мнению ученого, началу представительному, имеющему место как в монархических, так и в республиканских государствах.

С точки зрения теории эволюции В.И. Сергеевича, чуждой идее поступательного движения к лучшему с каждым новым шагом развития человечества, а подразумевающей лишь отрицание возможности возвращения к уже имевшим место быть социально-политическим системам, представительная демократия является, безусловно, более прогрессивной формой по сравнению с непосредственным народовластием. Однако перспективы представительной демократии, впрочем, как и любой другой политической формы, выглядят в этом свете весьма туманно.

Второй параграф «Концепция общественного и государственного прогресса А.Д. Градовского» раскрывает созданную на основе методологии позитивизма систему взглядов российского либерального ученого на проблему развития человечества. Рассматривая государство как институт, возникающий на определенной стадии развития общества, а общество – как результат разделения труда, А.Д. Градовский в рамках цивилизационного подхода со-здает модель необратимого и поступательного движения человечества от состояния дикости до эпохи Нового времени. Автор выделяет три фактора прогресса: личность, общество и государство. Способность личности к построению идеалов, ее стремление устранить диссонанс между идеалами и государственно-правовой действительностью заставляют человеческую мысль идти путем изобретений и открытий. Задача общества заключается в том, чтобы воспринимать и аккумулировать плоды усилий незаурядных своих членов.

Фиксируя в качестве отправной точки развития общества переход человечества от кочевого состояния к оседлому, А.Д. Градовский раскрывает механизм его функционирования посредством теории общественной солидарности. Усматривая основное назначение общественной солидарности в обеспечении умственного и нравственного здоровья нации, а одно из ее важнейших требований – в равномерном распределении духовных и материальных благ в массе всего населения, А.Д. Градовский в неотрефлексированном виде обозначает проблему права на достойное человеческое существование. Поскольку все улучшения мира нравственного и материального обусловлены деятельностью общества, именно от его развития зависит всесторонний прогресс человечества. Важнейшей вехой на этом пути автор считает становление и развитие саморегулирующегося гражданского общества, посредством системы социальных институтов обеспечивающего каждому гражданину оптимальные условия для реализации его интересов, прав, свобод и способностей.

Бесконечное многообразие интересов различных общественных слоев и индивидов трансформируется в идею общего блага верховным организующим началом, именуемым государством. Государство, по А.Д. Градовскому, представляет собой развивающийся по определенным историческим законам высший территориальный и национальный союз, охватывающий различные сферы человеческой жизни и обеспечивающий условия для осуществления целей и интересов входящих в него лиц и общественных организмов. Будучи одновременно и результатом, и двигателем общественного прогресса, государство как юридическое и культурное явление представляет собой отражение умственного, нравственного и экономического уровня развития своего народа. Поэтому каждая эпоха общественного развития должна иметь государство, в наибольшей степени отвечающее интересам политически зрелых и значимых элементов общества.

Служа высшим нравственным началом, государство, по А.Д. Градов-скому, является прогрессивным институтом по природе. Именно оно берет на себя миссию обеспечения граждан необходимой суммой нравственных понятий, умственных знаний и материального благосостояния, без наличия которых невозможно совершенствование. Только государству под силу аналитическая деятельность, направленная на изучение позитивных и негативных результатов развития отдельных эпох, и трансляция положительного опыта экономической, умственной и нравственной жизни от одного поколения другому. Концепция национально-прогрессивного государства А.Д. Градовского строится на идее динамизма и взаимообусловленности политической системы страны и общественного сознания ее народа. Предложенный им синтез идей порядка и прогресса диссонировал с традиционным мировоззрением второй половины XIX века, отождествляющей прогресс с революцией, а порядок в лице сильного государственного начала – с реакцией.

В целом под прогрессом А.Д. Градовский понимает процесс не-обратимого поступательного развития общественных организмов (посредством распространения среди все большего числа людей нравственности, знаний и благосостояния, необходимых для достойного человеческого существования) и соответствующих им политико-юридических форм. Теория общественно-государственного прогресса А.Д. Градовского оказала существенное влияние на последующую российскую политико-правовую мысль. В частности, целый ряд его концептуальных положений был актуализирован в творчестве Н.М. Коркунова и С.А. Муромцева: идеи общежительной природы человека, закономерного общественного развития и общественной солидарности; понятия интереса и гражданского общества; постулат об историчности государства и интерпретация данного института как результата и одновременно двигателя прогресса; взгляд на индивидуальную человеческую мысль и общество как на важнейшие факторы прогресса.

В третьем параграфе «Учение о демократическом конституционном типе государства А.Д. Градовского» раскрывается идея демократии в преломлении теории прогресса отечественного либерального исследователя.

Прогрессивной юридической формой, отвечающей демократическому потенциалу континентальных европейских обществ, является, по А.Д. Гра-довскому, конституционное государство. Идея конституционализма как отличительного признака современных демократий, в том числе и демократии непосредственной, получила широкое развитие в российской юридической науке и нашла отражение, в частности, в работах В.М. Гессена, Н.И. Ла-заревского, Ф.Ф. Кокошкина, Н.И. Палиенко, С.А. Котляревского. Сущность конституционализма ученые усматривали в установлении системы правовых гарантий против произвола власти, в признании гражданской свободы и политических прав подданных, в создании оптимальных условий функционирования самоуправляющегося гражданского общества.

Утверждение государственной власти на основе закрепленных в конституции публично-правовых гарантий прав и интересов народа позволяет А.Д. Градовскому, а вслед за ним и другим представителям российской юридической науки, говорить о конституционном государстве как принципиально новом типе государства.

Серьезной теоретической и практической проблемой конституционных государств А.Д. Градовский, как и другие либеральные ученые, считает неуклонную демократизацию избирательного права. Констатация достаточно низкого уровня политической и правовой культуры народных масс не мешала А.Д. Градовскому, а вслед за ним и В.М. Гессену, Н.И. Лазаревскому, Ф.Ф. Кокошкину, С.А. Котляревскому, рассматривать всеобщее избирательное право как закономерное и в целом позитивное явление современной жизни. Устранение диссонанса между требованиями конституционной политико-правовой системы и возможностями граждан А.Д. Градовский связывает с образованием народа, усилением социальной функции государства, развитием местного самоуправления, расцениваемого как важнейший институт междуклассовой солидарности и ценнейшую школу политического воспитания и формирования правовой культуры.

Безусловно, важной является обозначенная А.Д. Градовским проблема соотношения понятий демократического, конституционного и правового государства. Переход от формального провозглашения прав и свобод граждан, их равенства перед законом и судом к системе юридических гарантий, обеспечивающих социальную защищенность, достойное человеческое существование и общественную солидарность всех подданных, представляет, на наш взгляд, ту грань, которая позволяет российскому либеральному ученому рассматривать правовое государство как высший этап развития демократического конституционного государства. Таким образом, в теории А.Д. Градовского была намечена важная, хотя и недостаточно отрефлексированная, тенденция размежевания понятий конституционного и правового государства. Эта мысль получила широкое развитие в трудах В.М. Гессена, Н.И. Лазаревского, Н.И. Палиенко и С.А. Котляревского, которым было свойственно понимание правового государства как соответствующей парламентаризму высшей стадии развития демократического конституционного государства. В целом, на наш взгляд, не будет преувеличением сказать, что демократия для А.Д. Градовского, так же как и для других вышеназванных ученых, представляет собой всеобщее достояние европейской культуры, служит синонимом справедливости и благосостояния, гражданской солидарности и равенства, синонимом прогресса.

В четвертом параграфе «Концепция демократии в контексте теории всеобъемлющего прогресса М.М. Ковалевского» излагается разработанная в рамках социологического позитивизма система суждений автора о народовластии в ракурсе представлений о процессе совершенствования человечества.

Отталкиваясь от идеи наличия неизменных законов, управляющих историческим процессом, М.М. Ковалевский постулирует наличие основных стадий общественной эволюции, истоки которой усматривает в формировании «замиренной среды». Доминирование идеи общего блага над свойственным природе индивидов эгоизмом свидетельствует о вступлении народов на путь солидарности. С ее эволюцией связаны все направления совершенствования человечества. На основе анализа процесса расширения «замиренной среды» (вследствие развития экономики, накопления знаний, изменения коллективной психологии, материального и духовного роста наций) М.М. Ко-валевский выделяет три стадии солидарности: родовую, племенную и народную, в соответствии с которыми история человечества представляет процесс восхождения от кровного единства через патриотизм к высшей фазе развития – космополитизму.

Развитию солидарности обязаны, по М.М. Ковалевскому, своим происхождением право и государство. Будучи институтом, исторически предшествующим государству, право, по мнению российского ученого, служит внешним выражением форм человеческого общежития. Прогресс права, понимаемого как совокупность юридических норм и отношений, выражающих степень сознательности и солидарности социальных групп, автор ставит в прямую зависимость от достигнутой народами (в рамках отдельных государств и в сфере международного общения) степени интеграции.

Что касается государственной организации общества, то основную причину ее возникновения М.М. Ковалевский раскрывает посредством психологической теории. Определяя государство как общежительный союз свободных людей, занимающих определенную территорию и подчиненных общей признанной политической власти, автор фиксирует обусловленность его конкретных форм влиянием целого ряда факторов: накопления и развития знаний; психологического мотива подчинения (религиозно-мистический, рационалистический); изменения типов экономики (натуральный, меновый); структурой общества (общество патриархальное, сословное, классовое); развитием права; степенью влияния общественных союзов (семья, род, племя, община, церковь); типом социальной организации (военный, индустриальный); развитием местного самоуправления; формой государственного устройства (муниципия, нация, федерация); уровнем просвещенности и образованности народа и степенью его приобщения к решению государственных проблем.

В целом под прогрессом М.М. Ковалевский понимает неуклонное расширение солидарности как внутри отдельных государств, так и в сфере международного общения; постоянный качественный рост жизни народов.

Сущность политического прогресса российский ученый усматривает в «замене прямого народоправства представительным и патриархальной монархии – парламентаризмом» . Взгляд на прогресс с точки зрения степени участия народа в управлении государством привел автора к убеждению, что смысл политической эволюции заключается в постепенном и неуклонном перемещении власти из рук привилегированного меньшинства в руки равноправного большинства. Следствием этого процесса, особенно с момента трансформации милитаризованного общества в индустриальное, стало формирование современных «народных монархий» и представительных демократий. Общим основанием данных форм служит их развитие в рамках сформированного конституционализмом правового поля. Цель этого развития заключается в установлении парламентаризма, трактуемого М.М. Ко­валевским в традиции Б.Н. Чичерина, В.М. Гессена и С.А. Котляревского в качестве системы подлинного самоуправления народа.

Перспектива распоряжения народом его собственной судьбой не представляет, с точки зрения М.М. Ковалевского (как и А.Д. Градовского, Н.М. Кор-кунова, Ф.Ф. Кокошкина и С.А. Котляревского), опасности для интересов цивилизации. Реализация социальной функции государства наряду с введением всеобщего избирательного права и развитием местного самоуправления должны решить проблему гражданской зрелости и политического воспитания народа. Прогресс знаний при современном состоянии наук объективно связан с деятельностью немногочисленной интеллектуальной элиты, в связи с чем было бы величайшим заблуждением ожидать в равной мере как от народных представителей, так и от наследственных глав государств, абсолютной компетентности во всех значимых областях человеческой жизни. Решение проблемы автор видит в создании отраслевых экспертных советов, привлекаемых по мере необходимости к законотворческому и управленческому процессу.

Безусловный интерес представляет обозначенная М.М. Ковалевским проблема пределов государственного вмешательства в жизнь граждан. Он подвергает сомнению ставший традиционным в либеральном правоведении подход, согласно которому степень гражданской свободы определяется пределами государственного воздействия: чем шире диапазон государственной власти, тем меньшей свободой обладает индивид (В. Гумбольдт, Д.С. Милль), причем степень свободы растет по мере развития нации. Материальное и духовное развитие народов при непрерывном расширении сферы гражданской самостоятельности неизбежно влечет за собой, по М.М. Ко-валевскому, расширение сферы государственного верховенства. Таким образом, государственное вмешательство, проявляющееся посредством решения социально-экономических, просветительских, правоохранительных и иных задач, однозначно является благом как для отдельных индивидов, так и для общества в целом.

Признание идеи закономерности исторического процесса открывает, по М.М. Ковалевскому, возможность научного прогнозирования перспектив эволюции современных государств, усматриваемых в первую очередь в расширении свободы личности под эгидой права, самоуправления общества, развитии парламентаризма и общественной солидарности. Таким образом, демократия являет собой общественный и государственный строй, в направлении которого движутся не только наиболее прогрессивные европейские страны, но и все человечество. Ассоциация демократии со стражем мира объясняет оптимизм, с которым автор смотрит в будущее, рисующееся ему в виде дальнейшей эволюции политических форм в духе равенства, свободы и общественной солидарности, преодолевающей узкие рамки отдельных национальностей и выходящей в сферу международных отношений.

В заключении обозначаются вопросы, требующие своего решения в рамках обозначенного автором предлагаемой диссертации проблемного поля.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

отражают следующие публикации автора:

Статьи в рецензируемых изданиях, рекомендованных ВАК Минобрнауки России для публикации результатов диссертационных исследований:

  1. Грязнова Т.Е. Теория прогресса П.И. Новгородцева // Российский юридический журнал. – 2007. – № 5. – С. 31–36.
  2. Грязнова Т.Е. Демократия в свете теории прогресса В.И. Сергеевича // Российский юридический журнал. – 2008. – № 1. – С. 32–39.
  3. Грязнова Т.Е. Концепция Октябрьской революции П.Н. Милюкова // История государства и права. – 2009. – № 2. – С. 45–47.
  4. Грязнова Т.Е. Концепция демократии Б.Н. Чичерина // Юристъ-Пра-воведъ. – 2009. – № 2. – С. 102–106.         
  5. Грязнова Т.Е. Концепция советской демократии П.Н. Милюкова // Философия права. – 2009. – № 1. – С. 50–54.
  6. Грязнова Т.Е. Теория демократического прогресса Б.Н. Чичерина // Научный вестник Омской академии МВД России. – 2010. – № 1. – С. 33–41.
  7. Грязнова Т.Е. Теория происхождения государства в российской социологической юриспруденции конца XIX – начала XX в. // Российский юридический журнал. – 2009. – № 6. – С. 24–32.
  8. Грязнова Т.Е. Государство с историко-социологической точки зрения: либеральная мысль России конца XIX – начала XX века // История государства и права. – 2010. – № 1. – С. 39–42.
  9. Грязнова Т.Е. Политико-правовые взгляды М.М. Ковалевского в контексте теории прогресса // Государство и право. – 2010. – № 4. – С. 48–56.
  10. Грязнова Т.Е. Концепция демократии П.Н. Новгородцева // Российский юридический журнал. – 2010. – № 4. – С. 36–40.

Монографии:

  1. Грязнова Т.Е. Идея политической демократии в контексте теории прогресса: либеральная мысль России второй половины XIX – начала XX века: Монография. – Омск: Омская академия МВД России, 2008. – 179 с. 
  2. Грязнова Т.Е. Идея демократии в российской либеральной правовой мысли второй половины XIX – первой половины XX века: Монография. – Омск: Омская академия МВД России, 2010. – 284 с.

Учебные пособия:

  1. Грязнова Т.Е. История политических и правовых учений. – Омск: Омский юридический институт, 2000. – 137 с.
  2. Грязнова Т.Е. История зарубежной политико-правовой мысли. – Омск: Омский юридический институт, 2001. – 160 с.
  3. Грязнова Т.Е. Хрестоматия по истории политических и правовых учений: В 4 ч. – Омск: Омский юридический институт, 2003. – Ч. IV: Политические и правовые учения России второй половины XIX – начала XX в. – 460 с.

Иные публикации:

  1. Грязнова Т.Е. П.Н. Милюков о закономерности второй русской революции // Этническая история и культура народов Советской страны: Материалы всесоюзной научной конференции молодых ученых. – Омск: Омский государственный университет, 1991. – С. 173–175.
  2. Грязнова Т.Е. Проблема причинности исторического процесса в творчестве П.Н. Милюкова // Материалы научной конференции памяти Н.М. Ядринцева. – Омск: Омский государственный университет, 1992. – С. 29–32.
  3. Грязнова Т.Е. Русская революция в исторической концепции П.Н. Милюкова / В.П. Корзун, Т.Е. Грязнова // Проблемы истории науки и культуры России: Межвузовский сборник научных трудов. – Омск: Омский государственный университет, 1993. – С. 98–111.
  4. Грязнова Т.Е. Проблемы российской монархии в творчестве П.Н. Милюкова // Монархия, и ее роль в истории: Тезисы межвузовской научной конференции. – Омск: Омский государственный университет, 1995. – С. 34–38.
  5. Грязнова Т.Е. П.Н. Милюков – историк первой русской революции (попытка преодоления историографических стереотипов) / Т.Е. Грязнова, В.П. Корзун // Революция 1905–1907 годов и общественное движение в Сибири и на Дальнем Востоке: Межведомственный сборник научных трудов. – Омск: Омский государственный университет, 1995. – С. 23–37.
  6. Грязнова Т.Е. Первая русская революция в концепции П.Н. Милю-кова // Вопросы истории и литературы: Сборник статей. – Омск: Омский государственный педагогический университет, 1995. – С. 33–38.
  7. Грязнова Т.Е. Концептуальная модель большевизма в осмыслении П.Н. Милюкова // Проблемы историографии и источниковедения в вузовском курсе отечественной истории: Тезисы докладов и сообщений третьей региональной научно-методической конференции. – Омск: Омский государственный университет, 1997. – С. 55–58.
  8. Грязнова Т.Е. Историографическая судьба концепции П.Н. Милю-кова // Мир историка: идеалы, традиции, творчество: Межвузовский сборник научных трудов. – Омск: Курьер, 1999. – С. 96–108.
  9. Грязнова Т.Е. История политических и правовых учений. К вопросу о методологии // Образование и социально-экономические проблемы современности: межвузовский сборник научных трудов. – Омск: Омский институт предпринимательства и права, 2002. – С. 11–14.                   
  10. Грязнова Т.Е. Концептуальная модель большевизма в осмыслении П.Н. Милюкова // Актуальные проблемы гуманитарных наук: Межвузовский сборник научных трудов. – Омск: Омский юридический институт, 2003. – С. 104–118.
  11. Грязнова Т.Е. Концептуальная модель Советской республики П.Н. Ми-люкова: демократические идеалы и государственно-правовые реалии // Международные юридические чтения: Материалы научно-практической конференции: В 2 ч. – Омск: Омский юридический институт, 2003. – Ч. II. – С. 69–83.
  12. Грязнова Т.Е. Концепция смешанных образов правления Б.Н. Чичерина (к вопросу об интерпретации понятия «демократия» в российской юридической мысли второй половины XIX – начала XX в.) // Государство и право в условиях глобализации: проблемы и перспективы: Тезисы научных докладов Международной научно-практической конференции. – Екатеринбург: Издательский дом «Уральская государственная юридическая академия», 2004. С. 21–26.
  13. Грязнова Т.Е. Категория «народ» в свете теории демократии Б.Н. Чичерина // Международные юридические чтения: Материалы научно-практической конференции: В 2 ч. – Омск: Омский юридический институт, 2004. Ч. I. – С. 92–98.
  14. Грязнова Т.Е. Концепция чистых образов правления в свете теории демократии Б.Н. Чичерина // Университеты как регионообразующие научно-образовательные комплексы: Тезисы докладов региональной научной конференции: В 5 ч. – Омск: Омский государственный университет, 2004. – Ч. III. – C. 58–63. 
  15. Грязнова Т.Е. Теория прав человека Б.Н. Чичерина и П.Н. Новго-родцева // Права и свободы человека и гражданина в современном мире: Материалы Международной научно-практической конференции. – Омск: Омская академия МВД России, 2005. – С. 48–56. 
  16. Грязнова Т.Е. Идея нравственного прогресса в контексте возрождения теории естественного права П.Н. Новгородцева // Онтология и аксиоло­гия права: Тезисы докладов и сообщений Второй международной научной конференции. – Омск: Омская академия МВД России, 2005. – С. 159–161.
  17. Грязнова Т.Е. Идея представительной демократии в свете теории прогресса В.И. Сергеевича // Международные юридические чтения: Материалы научно-практической конференции: В 2 ч. – Омск: Омский юридический институт, 2005. Ч. I. – С. 67–71.
  18. Грязнова Т Е. К вопросу о теории прогресса Б.Н. Чичерина // Международные юридические чтения: Материалы научно-практической конференции: В 2 ч. – Омск: Омский юридический институт, 2006. Ч. I. – С. 41–45.
  19. Грязнова Т.Е. Идея прогресса в российской юридической мысли конца XIX – начала XX в. // Право и политика: история и современность: Материалы Международной научной конференции. – Омск: Омская академия МВД России, 2006. – С. 118–123.
  20. Грязнова Т.Е. Проблема соотношения демократического, конституционного и правового государства в российской юридической науке конца XIX – начала XX в. // Право и политика: история и современность: Тезисы докладов и сообщений Международной научно-практической конференции. – Омск: Омская академия МВД России, 2007. – С. 24–26.
  21. Грязнова Т.Е. Теория прогресса А.Д. Градовского // Международные юридические чтения: Материалы научно-практической конференции: В 2 ч. – Омск: Омский юридический институт, 2007. Ч. I. – С. 19–22. 
  22. Грязнова Т.Е. К вопросу об интерпретации демократии Б.Н.Чиче-риным // Южно-Уральский историко-правовой вестник: Сборник научных трудов. – Челябинск: Челябинский институт (филиал) Уральской академии государственной службы, 2008. – Вып. 3. – С. 200–207.
  23. Грязнова Т.Е. Проблема всеобщего избирательного права в российской юридической науке конца XIX – начала XX в. // Актуальные вопросы историко-правовой науки: Материалы конференции Российского историко-правового общества, прошедшей в г. Верхний Уфалей в 2008 г. – Екатеринбург: Учебно-методический центр Уральского политехнического института, 2009. – С. 75–81.
  24. Грязнова Т.Е. Теоретико-методологические взгляды П.Н. Милю-кова // Научный вестник Омской академии МВД России. – 2009. – № 3. – С. 33–36.
  25. Грязнова Т.Е. Теория государства Ф.Ф. Кокошкина // Международные юридические чтения: Материалы научно-практической конференции: В 2 ч. – Омск: Омский юридический институт, 2009. – Ч. I. – С. 64–66.
  26. Грязнова Т.Е. Теория происхождения государства М.М. Ковалев-ского // Право и политика: история и современность: Материалы региональной научно-практической конференции. – Омск: Омская академия МВД России, 2009. – С. 41–43.
  27. Грязнова Т.Е. Правопонимание в учении П.И. Новгородцева // Онтология и аксиология права: Тезисы докладов и сообщений Четвертой международной научной конференции. – Омск: Омская академия МВД России, 2009. – С. 58–60.

Общий объем опубликованных работ 87,14 п. л.

 


Корректор Т.Р. Краснолобова

Компьютерная верстка Т.В. Булкиной

Тираж 100 экз. Заказ № _____.

Отпечатано в отделении оперативной полиграфии

Нижегородской академии МВД России

603144, Нижний Новгород, Анкудиновское шоссе, 3

 Ковалевский М.М. От прямого народоправства к представительному и от патриархальной монархии к парламентаризму. Рост государства и его отражение в истории политических учений. – М., 1905. – Т. I. – С. V.

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.