WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Теория конституционно-правовой ответственности в Российской Федерации

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 

на правах рукописи

КОНДРАШЕВ АНДРЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ

ТЕОРИЯ КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Специальность: 12.00.02 - конституционное право; муниципальное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук

Москва-2011


2

Диссертация выполнена в Московском        государственном университете   имени

М.В.Ломоносова (юридический факультет)

Научный консультант: заслуженный деятель науки Российской Федерации, доктор

юридических наук, профессор

Авакьян Сурен Адибекович Официальные оппоненты:

доктор юридических наук, профессор, Виноградов Вадим Александрович Российская правовая академия Министерства юстиции Российской Федерации доктор юридических наук, профессор, Гранкин Игорь Васильевич Российская академия правосудия доктор юридических наук, профессор, Лысенко Владимир Иванович ЦИК Российской Федерации

Ведущая организация: Государственный университет - Высшая школа экономики

Защита состоится 8 сентября 2011 года в 16.00 часов на заседании диссертационного совета Д. 501.001.74 при Московском государственном университете имени М.В. Ломоносова по адресу: 119991, Москва, ГСП-1, Ленинские горы, МГУ, 1-й корпус гуманитарных факультетов, юридический факультет, ауд. 826.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова по адресу: 119991, Москва, ГСП-1, Ленинские горы, МГУ, 2-й корпус гуманитарных факультетов.

Автореферат разослан   «___ »    июня 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета                                                                         И.Ф. Мачин


3

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Проблематика конституционно-правовой ответственности за последнее десятилетие стала одной из наиболее востребованных и обсуждаемых в науке конституционного права России. И не случайно интерес к этому важнейшему институту конституционного права в отечественной науке возник именно на рубеже XX-XXI веков, в период коренных изменений в социально-экономической сфере и политико-правовой структуре государства, когда «квази­формы» в виде партийно-политического воздействия уступили место классическим санкциям за совершенное конституционное правонарушение. Процесс формирования и нормативной легализации мер конституционно-правовой ответственности охватил все подотрасли и институты конституционного права, соответствующие санкции стали закрепляться во всех уровнях конституционного законодательства -федеральном и региональном, а также и в местном нормотворчестве.

В период существования Советского Союза использование мер конституционно-правовой ответственности, изучение указанного института и внедрение традиционных для западных демократий конституционных санкций искусственно сдерживалось в силу наличия жесткой партийной иерархии и внеправовых методов решения конфликтов между различными субъектами общественных правоотношений. Отношение к Конституции как к собранию общих, декларативно-дефинитивных норм породило в доктрине и правоприменительной практике отрицательное отношение к принудительным средствам, которые должны обеспечивать действие конституционных норм в реальной действительности.

В связи с отказом от административно-командной системы и внедрением в российское конституционное законодательство известных мировой науке конституционного права институтов, перед научным сообществом встала задача комплексного изучения и теоретического обоснования применения мер конституционно-правовой ответственности к различным субъектам соответствующих правоотношений. Ведь без доктринального осмысления и законодательного закрепления конституционно-правовых санкций невозможно обеспечить прямое действие Конституции, реализацию магистральных конституционных принципов -демократического, правового и социального государства, народовластия, разделения властей и пр. И наконец, самая важная цель  - формирование у россиян уважения к


4

праву, к Конституции, когда для каждого гражданина        высшим            личностным

приоритетом будет исполнение правовых предписаний и понимание того, что иначе его права и свободы не будут защищены в обществе. Неоспоримо, что без развития теоретических основ конституционно-правовой ответственности невозможно обеспечить верховенство права, когда и государство, и гражданское общество и каждый гражданин будут равноправными участниками публичных правоотношений. И независимо от статуса, каждый субъект правоотношения будет осознавать, что в случае нарушения его права будут быстро восстановлены, а виновные понесут установленное законом наказание.

Институт конституционно-правовой ответственности имеет важнейшее практическое значение, являясь одной из гарантий укрепления правопорядка, защиты прав и свобод граждан, и тем самым выступая необходимой предпосылкой формирования демократического режима, условием становления и развития правового государства в Российской Федерации.

Долгие годы отсутствие научно обоснованной концепции конституционно-правовой ответственности порождало в доктрине споры о размытости (институциональности) и синкретичности предмета правового регулирования конституционного права, о том, что конституционное право не имеет всех необходимых признаков отрасли права. Осознание и восприятие того, что институт ответственности является неотъемлемым признаком отрасли, будет способствовать дальнейшему развитию конституционного права как полноценной и самостоятельной отрасли российского права.

Концепция конституционно-правовой ответственности в юридической науке разработана в недостаточной степени, а система категорий и понятий, используемых в рамках этого института, особенно в разрезе нормативного закрепления соответствующих определений, до сих пор находится только на стадии формирования. В теории нет ясного представления о том - каковы должны быть основания ответственности, перечень субъектов ответственности и инстанций ее применения, процедурные режимы привлечения к ответственности. Все это приводит к выводам о неэффективности правового регулирования конституционно-правовой ответственности в Российской Федерации.

Вместе с тем, с другой стороны, до настоящего времени конституционное законодательство, устанавливающее все новые виды санкций, и правоприменительная


5

практика        значительно         опережают развитие        теории        конституционно-

правовой ответственности. Наблюдается бурный рост числа мер конституционно-правовой ответственности, закрепленных законодательно, но при этом их появление зачастую вызывается стремлением усилить централизацию власти, ограничить права субъектов федерации и граждан, возвысить роль тех или иных высших органов власти в механизме применения соответствующих санкций. Реализация мер конституционно-правовой ответственности в правоприменительной практике тормозится вследствие несовершенства оснований и сложности процедуры их применения, что порождает безнаказанность субъектов ответственности и пренебрежение со стороны ее инстанций к использованию соответствующих санкций.

Именно указанные обстоятельства и обусловили обращение автора к проблемным аспектам теории конституционно-правовой ответственности, разработке ее структуры и категориального аппарата, совершенствованию законодательных норм, содержащих конституционные санкции, и, следовательно, актуальность и выбор темы диссертационного исследования.

Состояние научной разработанности темы исследования. За последнее десятилетие многие проблемные вопросы института конституционно-правовой ответственности вполне справедливо и обосновано привлекали к себе внимание как специалистов по общей теории права и государства, конституционному и административному праву, так и представителей смежных областей научной деятельности. Тем не менее, как правило, и в монографической, и в учебной литературе, несмотря на возросший интерес к целому ряду научных направлений теории конституционно-правовой ответственности, объектом исследований по-прежнему является сравнительно ограниченный круг проблем, в той или иной мере возникающих в процессе реализации конституционно-правовых санкций к различным субъектам конституционного права.

Общим вопросам ответственности, а точнее отдельным ее предпосылкам и видам санкций в области конституционно-правовых явлений некоторое внимание уделялось в дореволюционный период развития науки конституционного права России. Юридические, и отчасти философские аспекты такой ответственности исследовались в трудах русских ученых: А.С. Алексеева, В.М. Гессена, А.Д. Градовского, А.А. Жилина, Ф.Ф. Кокошкина, Н.М. Коркунова, С.А. Котляревского, Н.И. Лазаревского, Н.Н. Палиенко, А.С. Ященко.


6

В советский период развития науки государственного права конституционно-правовая ответственность как институт стала изучаться лишь с 70-х годов ХХ-го века. До этого времени господствовала концепция защиты конституционных норм санкциями иных отраслей права. В науке конституционного права стал использоваться термин - «государственно-правовая ответственность», что соответствовало более распространенному тогда названию отрасли - государственное право. В этот период ответственность в конституционном праве была подвергнута серьезному изучению такими известными отечественными правоведами как С.А. Авакьян, Г.В. Барабашев, Ю.П. Еременко, Н.И. Матузов, Ф.М. Рудинский и пр.

В 80-х и начале 90-х годов в трудах отдельных авторов (Е.И. Колюшина, О. Е. Кутафина, В.О. Лучина, Ж.И. Овсепян) продолжается раскрытие отдельных сторон этого важнейшего конституционно-правового института. Именно в начале 80-х годов появились первые монографические исследования, специально посвященные теме ответственности в конституционном праве (работы Н.А. Бобровой, Т.Д. Зражевской).

С середины 90-х годов ХХ-го века высокими темпами растет число научных исследований санкций в конституционном праве, посвященных и совершенствованию законодательства в этой области. В частности, по теме конституционно-правовой ответственности практически синхронно были защищены докторские диссертации Н.М. Колосовой («Теория конституционной ответственности: природа, особенности, структура». М., 2005) и В.А. Виноградова («Конституционная ответственность: системное исследование». М., 2006). За последние десять лет также вышли в свет кандидатские диссертации М.П. Авдеенковой, А.С. Агапова, Р.Ш. Азыгалиева, В.А. Батюшенкова, А.В. Гороховцева, А.А. Дабалаева, Л.В. Забровской, Д.Ю. Завьялова, О.Г. Казанцевой, Е.В. Кошелева, М.М. Мокеева, Т.В. Никулиной, А.Л. Сергеева, Л.В. Федуловой, А.Е. Штурнева.

Вместе с тем, обобщающих комплексных теоретических исследований в этой сфере пока недостаточно, особенно по сравнению с такими отраслями как гражданское или уголовное право, в рамках которых издано десятки монографий по этой проблематике.

Активно исследуются проблемы ответственности в отдельных областях (подотраслях) конституционного права: избирательно-правовой ответственности посвящают   свои   работы      П.А.   Астафичев,   А.А.   Вешняков,   В.Н.   Волченко,


7

Н.В. Горьков, А.Д. Исхаков, С.Д. Князев, Т.Г. Левченко, М.С. Матейкович, В.А. Плахотнюк, Т.А. Рабко, Г.Д. Садовникова, П.А. Сазонов, А.Г. Сидякин, А..П. Сунцов, А.Е. Штурнев; ответственности в федеративных отношениях -А.С. Агапов, А.Ю. Александров, И.Н. Барпиц, М.В. Глигич-Золотарева, О.В. Гороховцев, М.В. Домрин, А.В. Игнатов, Т.В. Заметина, О.Г. Казанцева, Д.В. Котелевский, А.Г. Лекарев, А.А. Ливеровский, К.В. Черкасов, А.Н. Чертков; ответственности общественных ассоциаций - Е.Г. Кольцова, В.В. Лапаева, Т.Е. Мельник, Е.Н. Сидоренко, Ю.А. Юдин; мунипипально-правовой ответственности - И.А. Алексеев, К.И. Амирбеков, М.С. Долгополова, Е.В. Измайлова, B.C. Кашо, Е.Г. Кольцова, В.Ф. Левин, Д.А. Лисовицкий, М.М. Мокеев, С.С. Мялковский, Н.Л. Пешин, С.Г. Пилипенко, Н.В. Постовой, А.А. Сергеев, С.Г. Соловьев, А.А. Уваров, В.И. Фадеев, Н.Н. Черногор, Е.С. Шугрина; ответственности высших органов государственной власти и должностных лиц - В.В. Гошуляк, Г.В. Дегтев, Ю.А. Дмитриев, А.П. Жуков, Ф.Ш. Измайлова, К.А. Ишеков, А.Т. Карасев, М.Н. Карасев, Д.В. Карпов, М.А. Краснов, М.Ю. Курдубанова, А.Н. Мещеряков, Л.А. Нудненко, СВ. Рунец, А.С. Сучилин, Л.В. Федулова.

Все увеличивающееся количество научных публикаций в области конституционно-правовой ответственности, не свидетельствует о наличии целостной и непротиворечивой концепции конституционно-правовой ответственности. Многие вопросы остаются не разработанными либо в полной мере (конституционная ответственность общественных ассоциаций и граждан, позитивная ответственность в системе разделения властей, принципы и разновидности конституционно-правовой ответственности) или же имеются противоречивые и зачастую взаимоисключающие позиции в науке и правоприменительной практике (ответственность в федеративных отношениях, избирательно-правовая ответственность, муниципально-правовая ответственность).

Несмотря на значительное количество диссертационных работ, обширной научно-правовой литературы, на настоящий момент в науке конституционного права остро ощущается дефицит исследований, комплексно рассматривающих проблемы теоретико-правового и прикладного регулирования конституционно-правовых санкций. Имеющиеся научные исследования зачастую основаны либо на анализе мер принуждения в сравнении с мерами воздействия, закрепленными в конституционном законодательстве   зарубежных   стран,   либо   в   значительной   мере,   посвящены


8

исключительно теоретическим основам этого института. Представляется, что это объясняется, в том числе и бурным ростом законодательной базы, сложностями и противоречиями во внедрении и применении отдельных мер конституционно-правовой ответственности.

Теоретическую основу диссертационного исследования составляют работы известных отечественных правоведов по проблемам конституционного, гражданского, уголовного, административного права, истории и общей теории права.

В процессе исследования изучались работы ученых по общим вопросам юридической и социальной ответственности: С.С Алексеева, Н.Г. Александрова, В.Д. Ардашкина, З.А. Астемирова, Г.В. Атаманчука, В.К. Бабаева, Б.Т. Базылева, В.В. Бойцовой, Л.В. Бойцовой, С.Н. Братуся, В.М. Горшенева, Ю.А. Денисова, С.Н. Кожевникова, Р.И. Косолапова, З.Г. Крыловой, В.Н. Кудрявцева, О.Э. Лейста, Н.С. Малеина, Г.В. Мальцева, Л.С. Мамута, B.C. Маркова, В.А. Масленникова, Б.Л. Назарова, П.Е. Недбайло, И.С. Самощенко, М.С. Строговича, Ю.А. Тихомирова, М.Х. Фарукшина, А.Ф. Черданцева, Е.В. Черных, М.Д. Шиндяпиной, Л.С. Явича.

Осмысление теоретико-правовых проблем юридической ответственности и разработка концептуальных основ этого института в конституционном праве осуществлялось на основе использования трудов специалистов по административному, гражданскому и уголовному праву - Б. С Антимонова, Д.Н. Бахраха, М.И. Брагинского, Я.М. Брайнина, П.А. Варул, В.В. Витрянского, И.А. Галагана, Н.А. Громова, О.В. Дмитриевой, О.С. Иоффе, О.А. Красавчикова, Н.Ф. Кузнецовой, Н.С. Малеина, Г.К. Матвеева, СВ. Матвеева, И.Л. Петрухина, Б.И. Путинского, А.И. Санталова, В.В. Серегиной, Л.А. Сыроватской, В.А. Тархова, В.А. Хохлова, P.O. Халфиной, М.Д. Шаргородского.

Исследование развития теории конституционно-правовой ответственности, ее соотношения с другими видами юридической ответственности проводилось на основе изучения трудов ведущих ученых-конституционалистов - С.А. Авакьяна, М.В. Баглая, Г.В. Барабашева, И.Н. Барцица, А.А. Безуглова, А.А. Белкина, К.С. Вельского, Н.А. Бобровой, Н.А. Богдановой, Н.С. Бондаря, Н.В. Витрука, В.А. Виноградова, Г.А. Гаджиева, И.В. Гончарова, В.В. Гошуляка, Ю.А. Дмитриева, А.Н. Добрынина, Ю.П. Еременко, Т.Д. Зражевской, В.В. Игнатенко, Ф.Ш. Измайловой, В.Т. Кабышева, А.Н. Кокотова, Н.М. Колосовой, Е.И. Колюшина, И.А. Конюховой, И.А. Кравеца, М.А. Краснова, О.Е. Кутафина, Б.М. Лазарева, А.А. Ливеровского, В.О. Лучина,


9

М.С. Матейковича, В.В. Невинского, Л.А. Нудненко, Ж.И. Овсепян, М.И. Пискотина, Ф.М. Рудинского, Б.А. Страшуна, А.Н. Черткова.

Объектом диссертационного исследования являются общественные отношения, регламентированные в нормах конституционного права, связанные с осуществлением правового регулирования механизма применения мер конституционно-правовой ответственности к субъектам, наделенным конституционно-правовым статусом по законодательству Российской Федерации.

Предмет диссертационного исследования составляют теоретические вопросы конституционно-правовой ответственности как категории юридической науки (понятие ответственности, ее основания, субъекты и инстанции), анализ соотношения конституционно-правовой ответственности в негативном смысле с позитивной конституционной ответственностью, виды конституционных санкций, формирование нормативно-правовой базы и особенности правовой регламентации системы конституционно-правовых санкций, а также практические проблемы их реализации в законодательстве Российской Федерации. Объем диссертационной работы, обращение к теоретическим проблемам, наряду с изучением большого законодательного массива и разбором практических аспектов применения конституционно-правовых санкций в российском конституционном праве, обусловило использование зарубежного опыта регламентации конституционно-правовых санкций лишь в иллюстративном ключе.

Цель и задачи диссертационного исследования. Целью настоящего диссертационного исследования является комплексное изучение конституционно-правовой ответственности и создание научно-обоснованной теории конституционно-правовой ответственности, углубление и систематизация научных представлений о природе изучаемой ответственности и механизмах правового регулирования применения конституционно-правовых санкций на современном этапе общественного развития, а также разработка предложений по повышению эффективности реализации мер конституционно-правовой ответственности в Российской Федерации.

Среди конкретных задач исследования можно выделить следующие:

- анализ общетеоретических вопросов ответственности, в том числе рассмотрение позитивного и негативного аспектов ответственности в конституционном праве, а также определение места и роли позитивной конституционной   или   политической   ответственности   (властно-организационных


10

санкций) в структуре мер принуждения,   применяемых в рамках конституционного права;

-  определение сущности, признаков и особенностей конституционно-правовой

ответственности, ее места, роли и значения в системе мер государственного

принуждения;

-   изучение и обоснование конституционно-правовой ответственности как

неотъемлемого института конституционного права России;

  1. выявление и описание видов и особенностей конституционных санкций, их природы и отличий от иных санкций в механизме правового регулирования;
  2. обоснование отказа от использования категории «состав» правонарушения при привлечении к конституционно-правовой ответственности;
  3. определение содержательной стороны конституционного правонарушения (деликта), классификация конституционных деликтов;
  4. исследование вины как универсального условия (основания) применения ответственности в праве и особенности использования этого основания в ходе применения конституционных санкций;

исследование    инстанций    применения    мер    конституционно-правовой ответственности, их признаков и видов;

- рассмотрение и исследование мер конституционно-правовой ответственности

в системе с иными правоохранительными средствами защиты конституционного

строя Российской Федерации (мерами контроля и надзора, мерами защиты);

анализ разновидностей конституционно-правовой ответственности, появившихся в результате развития теоретических представлений о конституционно-правовой ответственности, и особенностей практической реализации всех конституционных санкций в российском законодательстве;

-   исследование практических аспектов применения мер конституционно-

правовой ответственности в Российской Федерации, включая судебную практику

Конституционного Суда, Верховного Суда и иных судов, выработанных в ходе

практики принципов применения мер конституционно-правовой ответственности;

-  изучение тенденций развития конституционно-правовой ответственности и

разработка рекомендаций по совершенствованию конституционно-правовых санкций

в российском законодательстве.


11

Методологической           основой   диссертации   является   всеобщий   метод

диалектического познания действительности.

Одно из первых мест среди общенаучных методов познания отводится системно-структурному методу, обеспечивающему комплексный подход к проблематике ответственности. Также в диссертации широко использовались формально-логический и лингвистический методы, а также метод абстрагирования особенно в целях выработки научных понятий и систематизации признаков и особенностей соответствующих правовых явлений.

Кроме широко применяемых в праве методов, автором использовались и иные методы познания. Например, прогностический метод исследования правовой действительности, имеющий особое значение в контексте формулирования предложений по закреплению новых санкций. Кроме того использовался и метод правового моделирования, полезность которого неоспорима для разработки правовых норм и рекомендаций для отечественного законодателя.

В ходе исследования использовались также конкретно-социологический, социально-психологический, технико-юридический и сравнительно-правовой методы. Значительное внимание уделено историческому методу, так как в сочетании с методами формальной логики (анализ, синтез, индукция и дедукция), этот метод позволяет выявлять существенные закономерности развития конституционного законодательства в области конституционно-правовой ответственности. Теоретические выводы и обобщения автор обосновывал, опираясь на данные правоприменительной и судебной практики.

Нормативную и источниковедческую базу исследования составляют Конституция, иные конституционные акты и законодательство Российской Федерации, конституции субъектов Российской Федерации, РСФСР, СССР, ряда зарубежных стран, указы Президента Российской Федерации, правовые акты палат Федерального Собрания Российской Федерации и законодательных (представительных) органов субъектов Российской Федерации, нормативные правовые акты муниципальных образований, решения Конституционного Суда Российской Федерации, материалы судебной практики по вопросам, касающимся конституционно -прав овой ответственно сти.

Научная новизна диссертационной работы определяется тем, что в ней проведено одной из первых комплексных исследований конституционно-правовой


12

ответственности как неотъемлемого института конституционного права, представлена ее целостная концепция как вида юридической ответственности. Диссертантом исследованы теория происхождения и природа конституционно-правовых санкций, изучена система мер ответственности, закрепленная в нормах российского законодательства, и выдвинуты практические предложения по совершенствованию механизма применения мер конституционно-правовой ответственности, дана оценка эффективности их реализации в российском законодательстве.

В основу концепции конституционно-правовой ответственности, разработанной и вынесенной диссертантом на защиту, положены следующие основные идеи и выводы, в которых также нашла отражение научная новизна работы.

•    Конституционно-правовая ответственность есть самостоятельный вид

юридической ответственности, и признается одним из существенных признаков такой

отрасли как конституционное право России наряду с предметом и методом

регулирования правоотношений.

Автором предложены два подхода к определению понятия ответственности - в широком и узком смыслах. Конституционно-правовая ответственность в широком смысле, представляет собой правовую связь (состояние), возникающую вследствие несоблюдения конституционно-правовой нормы участниками нарушенного конституционного правоотношения, воплощенную в нормативном требовании, обращенном к правонарушителю, подвергнуться государственному осуждению. В узком смысле конституционно-правовая ответственность представляет собой применение соответствующими государственными органами (в редких случаях народом) к субъектам, наделенным конституционной правосубъектностью, государственно-принудительных средств воздействия.

• Конституционно-правовая ответственность, как любой другой отраслевой вид

юридической ответственности,            немыслима вне рамок конституционного

правонарушения, а, следовательно, ее сущность способна наиболее адекватно

отразить именно негативная ответственность. Позитивная ответственность в

конституционном праве возможна, в большинстве случаев, лишь в виде

ответственности в системе разделения властей, и понимается как наличие правовой

связи между властвующим субъектом и подвластным (подотчетным). Реализуется она

в    дискреционном    праве    властвующего    субъекта    применять    государственно-


13

принудительные   средства   воздействия,   ориентируясь,       прежде       всего,       на собственное субъективное усмотрение.

  1. Автор доказывает, что политическая (более точно - позитивная конституционная ответственность) имеет в большинстве случаев иные основания (аморальный проступок, некомпетентность, политическая некорректность, неэффективность и т.п.), чем классическая негативная конституционная ответственность. Ее роль и значение в демократическом государстве постоянно снижается, что обуславливается стабильностью существования государственно-правовых институтов, четкими механизмами сдержек и противовесов в системе органов государственной власти, действенностью оснований и процедуры применения негативной конституционно-правовой ответственности. В Российской Федерации в силу несложившейся политической системы, большим числом центров осуществления властных полномочий, усилением властных прерогатив главы государства при ослаблении правомочий органов власти, принадлежащих к иным ветвям власти в системе государственных органов Российской Федерации, наоборот, наблюдается увеличение числа мер политической (позитивной конституционной) ответственности.
  2. Конституционно-правовая ответственность, как и любая отраслевая ответственность, имеет свою структуру, куда входят: основания, меры, субъекты, инстанции и процедуры реализации ответственности, которые исключительно разнообразны и отличаются серьезной спецификой, нежели в иных видах юридической ответственности.

• К числу признаков конституционно-правовой ответственности можно отнести

то, что 1) она выступает в качестве формы государственного принуждения; 2)

применяется специально уполномоченными органами, и в редких случаях - народом;

3) является последствием совершения конституционного деликта; 4) характеризуется

наступлением неблагоприятных последствий для субъекта в виде применения

конституционно-правовых санкций; 5) служит действенным механизмом правовой

охраны Конституции и конституционного строя Российской Федерации.

•  Конституционно-правовая ответственность характеризуется наличием ряда

особенностей. Санкции в конституционном праве в большинстве своем лишены

имущественного содержания. Также к числу отличительных черт конституционно-

правовой ответственности можно отнести особый субъектный состав.


14

Иными словами, инстанциями применения (субъектами, обладающими полномочиями по использованию мер ответственности) и субъектами ответственности (лицами, которые несут бремя воздействия мер ответственности) в конституционном праве в большинстве случаев выступают государственные органы и должностные лица, органы местного самоуправления, т.е. носители публичных, властных полномочий. Конституционно-правовая ответственность может иметь позитивную форму, в отличие, например, от уголовной ответственности или административной ответственности. Для конституционно-правовой ответственности характерно сочетание специальной судебной процедуры применения санкций с внесудебными формами, а также самостоятельное обращение мер ответственности определенными государственными органами, должностными лицами и в редких случаях нетипичными субъектами - народом. К числу источников, в которых закреплены меры конституционно-правовой ответственности относится широкий круг нормативных правовых актов - от Конституции Российской Федерации до уставов муниципальных образований, что отличает конституционно-правовую ответственность от иных видов юридической ответственности.

  1. Действующая Конституция России не закрепляет большинства мер конституционно-правовой ответственности, но при этом интерпретационные акты Конституционного Суда предоставляют возможность необоснованно широкого и вариативного законодательного конструирования и закрепления конституционных санкций в федеральном законодательстве, особенно в сфере федеративных и муниципально-правовых отношений, что недопустимо в демократическом государстве. Основания и общие элементы процедуры применения конституционных санкций к субъектам федерации и их органам, политическим партиям, судьям и иным значимым субъектам конституционно-правовой ответственности должны быть урегулированы в Конституции Российской Федерации, а не в законах или актах конституционного правосудия, которые легко корректируются в зависимости от наличия соответствующей политической воли главы государства и определенного парламентского большинства.
  2. Основанием для применения конституционно-правовой ответственности является совершение конституционного деликта, т.е. противоправного деяния (действия или бездействия) субъекта конституционно-правовых отношений, не соответствующего требованиям норм конституционного права (конституционного

15

правонарушения), при условии наличия и такого специального основания как вина правонарушителя, а в некоторых случаях и дополнительных признаков (вред, причинная связь, неоднократность, цель). Автор приводит аргументы в пользу отказа от использования категории «состав правонарушения» при привлечении к ответственности в конституционном праве, что объясняется спецификой объекта правоотношений, их субъектов, целей и процессуальных основ механизма применения санкций. В диссертации содержится авторская классификация конституционных деликтов.

Противоправность связана в конституционном праве либо с неисполнением предписания определенного поведения, содержащегося в правовой норме, либо с нарушением запретов, или выходом за рамки дозволенных действий. Кроме того, в ряде случаев специфика противоправности в конституционном праве связана с тем, что право закрепляет в качестве основания ответственности и моральные критерии, давая в диспозиции нормы лишь субъективно-оценочное описание этих морально-нравственных требований.

  1. В тех отраслях, где действует большое число коллективных субъектов, вина является условием возложения ответственности, а не элементом собственно «состава правонарушения» и представляет собой возможность свободного выбора варианта правомерного или должного поведения по выполнению правовых предписаний, закрепленных в нормах конституционного права. Вина в случае совершения конституционного правонарушения присутствует всегда, особенность заключается лишь в том, что предельно упрощена процедура ее доказывания, а в ряде случаев она просто презюмируется. Причем в конституционном праве чаще всего закрепляется не презумпция невиновности, а наоборот презумпции «вины» правонарушителя, что связано в первую очередь с большим числом коллективных субъектов (органов, общественных объединений) и отказом от т.н. «субъективной» трактовки вины.
  2. Предложено разграничение конституционно-правовой ответственности на ряд разновидностей, исходя из деления конституционного права на подотрасли и институты, а также учитывая субъекты применения санкций и специфические негативные последствия воздействия мер конституционно-правовой ответственности - конституционно-правовая ответственность государственных органов и должностных лиц,                     избирательно-правовая            ответственность,                    конституционно-правовая

16

ответственность субъектов федерации и их органов, муниципально-правовая ответственность, конституционно-правовая ответственность общественных ассоциаций, аннулирование правовых актов, конституционно-правовая ответственность граждан. Произведено описание соответствующих санкций, а также выявлены теоретические и практические проблемы их применения в российском законодательстве.

• Конституционный Суд Российской Федерации разработал ряд принципов применения конституционно-правовой ответственности, которые являются универсальными для всех ее разновидностей (например, принцип соразмерности, принцип необходимости применения судебной процедуры, принцип ответственности за вину и др.). Указанные принципы позволяют применять конституционные санкции, руководствуясь конституционно-значимыми критериями, исходящими из необходимости нахождения баланса интересов государства и субъектов, совершивших конституционный деликт, справедливого и разумного применения санкций различной правовой природы и степени принудительного воздействия.

• В российском конституционном праве можно выявить наличие категории «мер

защиты», количество которых, как представляется, может возрастать по причине

усиления государственного вмешательства с целью конституционно-правового

регулирования различных публично-правовых институтов. Меры защиты в

конституционном праве применяются в целях: 1) предотвращения возможных

правонарушений, или 2) в целях недопустимости даже потенциальной угрозы

государственным интересам (интересам общества), либо 3) как средство устранения

формального несоответствия предписания, содержащегося в одной норме

требованиям другой нормы. Они служат средством реализации и защиты

государственных (общественных) интересов, когда необходимо принудительно

ограничить права граждан или коллективных субъектов.

•   Контроль и надзор выступают в качестве своего рода формы «мягкого»

наказания правонарушителей или лиц, которые могут совершить правонарушения,

когда контролирующий (надзирающий) орган выявляет то или иное действие, не

соответствующее требованиям конституционно-правовой или любой иной отраслевой

нормы и информирует об этих фактах соответствующее лицо. В результате

проверяемый субъект либо не допускает развития длящегося правонарушения, либо

самостоятельно его устраняет, либо идет процесс сбора необходимых доказательств и


17

контроль (надзор) плавно «перетекает» в начальную стадию «правоотношения» юридической ответственности. Таким образом, контроль и надзор в той или иной мере являются функцией любого государственного органа или органа местного самоуправления, они предназначены для того, чтобы выявить возможное отклоняющееся поведение субъектов права, не допустить рецидивов, обладая рядом специальных способов воздействия, а в других случаях формируя необходимую доказательственную базу для применения различных мер юридической ответственности, в том числе и конституционно-правовой.

•  Автором предложено совершенствовать подавляющее большинство норм,

содержащих санкции конституционно-правовой ответственности, а также

сформулированы новации, касающихся принятия новых законодательных актов -

федеральных законов «Об особом положении в связи с несостоятельностью

осуществления государственной власти в субъекте Российской Федерации», «Об

изъятии предметов ведения субъектов Российской Федерации в пользу Российской

Федерации», «О чрезвычайном федеративном положении», «О конституционно-

правовой ответственности органов государственной власти Российской Федерации и

органов местного самоуправления».

• Процедура возложения конституционно-правовой ответственности по общему

правилу должна предусматривать участие судебных органов, а иной порядок

возможен лишь в качестве исключения из правила. Исходя из предназначения

конституционной юстиции, как важнейшего элемента охраны конституционного

строя, необходимо усилить роль Конституционного Суда Российской Федерации при

применении ряда конституционно-правовых санкций, направленных против высших

органов государственной власти Российской Федерации (Президента Российской

Федерации, Правительства Российской Федерации) и субъектов Российской

Федерации, а также политических партий и общероссийских общественных

объединений.

В результате проведенного автором исследования сформулированы ряд конкретных предложений по совершенствованию конституционных санкций в российском законодательстве, которые опираются на концептуальные основы института ответственности в конституционном праве, разработанные диссертантом.

1. Следует значительно усовершенствовать процедуру отрешения Президента РФ    от   должности,    так   как   существующая   модель   является    фиктивной   и


18

труднореализуемой. Следует внести поправки в ст. 93 Конституции РФ, расширив основания ответственности (нарушение Конституции, присяги, совершение любых уголовных преступлений), упростив процедуру (исключив из нее судебные инстанции) или же наоборот предоставить полномочия исключительно Конституционному Суду РФ, а также четко регламентировать полномочия специальной парламентской следственной комиссии.

  1. Необходимо внести поправки в Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации» определив ответственность в виде приостановления полномочий и прекращения полномочий судей как конституционно-правовую, а не дисциплинарную. При этом необходимо ввести такую санкцию как лишение полномочий судьи, которая должна применяться в том случае, когда судьей совершено правонарушение (преступление) или иные действия, несовместимые с высоким званием судьи. Кроме этого, процедуру конституционно-правовой ответственности судей необходимо приблизить к такой известной форме как импичмент, изъяв применение конституционных санкций к судьям из компетенции органов, состоящих из представителей судейского корпуса (квалификационных коллегий, Дисциплинарного судебного присутствия) и передав эти функции законодательным органам как органам, наделенным властью именно народом. Аналогично следует определить в качестве конституционно-правовой ответственность прокурорских и следственных работников, а также усложнить процедуру их привлечения к конституционно-правовой ответственности, закрепив право применения санкций за специально созданными органами - комиссиями по прокурорской этике, состоящими не только из представителей прокурорского сообщества.
  2. Ответственность депутатов всех уровней должна включать такие меры как лишение полномочий вследствие систематического неисполнения депутатских обязанностей, при этом эту меру стоит предусмотреть в качестве обязательной в федеральном законодательстве для всех уровней публичной власти. Кроме этого, следует унифицировать число т.н. процедурно-процессуальных санкций, применяемых к депутатам, в частности, предусмотрев в качестве обязательных, такие как лишение депутатов права на выступление в пленарных заседаниях, лишение права голосовать, удаления депутата из зала заседания, перевод на работу на непостоянной (неоплачиваемой основе).
  3. Конституционно-правовая ответственность ряда высших должностных лиц,

19

отнесенных к таковым Конституцией Российской Федерации (дипломатических представителей, Уполномоченного по правам человека, аудиторов Счетной палаты, Председателя Центрального Банка России) должна быть унифицирована как по основаниям использования конституционных санкций, так и по процедурным аспектам ее применения. Очевидно, что основаниями необходимо признать совершение правонарушений различной отраслевой природы, а также поступков, не совместимых с занятием соответствующей должности, в том числе и нарушение морально-нравственных требований. В этом смысле необходимо принять Кодекс этики государственных служащих и лиц, замещающих государственные должности, где необходимо определить соответствующие требования к государственным служащим. Процедура привлечения к ответственности, применяемая к соответствующим лицам, должна включать участие законодательных органов, а установление соответствующих обстоятельств, должно быть поручено специальной комиссии, состоящей из представителей исполнительной и законодательной власти, а также юридической общественности.

5.  Необходимо уточнить основания и усовершенствовать процедуру применения

мер ответственности в избирательном законодательстве. Так следует дифференцировать

основания для применения такой санкции как отказ в регистрации, определив, когда

отказ выступает в качестве ответственности за нарушение нормы. В иных случаях

отказ в регистрации должен быть поименован таким образом, чтобы не смешивать

последствия применения разных по своей природе принудительных мер (например,

это может быть «непризнание регистрации»). Представляется, что и отмена в

регистрации и отказ в регистрации должны быть санкциями, которые применяют

исключительно судебные инстанции (за исключением случаев, когда отказ не

выступает последствием правонарушения). Возможно внедрение в избирательное

законодательство Российской Федерации и таких санкций как лишение статуса

доверенного лица, лишение статуса уполномоченного представителя, временный

запрет на проведение кандидатом предвыборной агитации.

6.     Требуется существенно усовершенствовать основания и процедуры

применения санкций в федеративных отношениях, а также существенно дополнить их

число.

Во-первых, легализовав меры ответственности в отношении субъектов федерации,   их  органов  в  Конституции  Российской  Федерации  (дополнив   ст.   78


20

Конституции       РФ        соответствующей   частью).

Во-вторых, следует рассмотреть возможность внедрения и такой санкции в отношении субъектов Российской Федерации как изменение статуса субъекта посредством преобразования его в федеральную территорию, влекущую ограничение статусных прав субъекта РФ. В качестве меры конституционно-правовой ответственности такую санкцию можно закрепить в федеральном конституционном законе «Об изменении статуса субъекта Российской Федерации» с одновременным внесением поправок в Конституцию Российской Федерации (ч. 5 ст. 66).

В-третьих, возможно также ввести на территории Российской Федерации такую меру конституционно-правовой ответственности субъекта Российской Федерации, как отрешение от должности высшего должностного лица субъекта по инициативе граждан, проживающих в субъекте, Президентом Российской Федерации. Процедура может быть следующая: инициативная группа, собрав подписи не менее 30% населения субъекта Российской Федерации, обращается к Президенту с предложением об отстранении от должности. Условием для проведения сбора подписей должны быть факты издания высшим должностным лицом или законодательным органом власти субъекта Российской Федерации по инициативе высшего должностного лица субъекта актов, совершения действий (бездействия), не соответствующих федеральному законодательству, установленные решением соответствующего суда по заявлению членов инициативной группы.

В-четвертых, на ближайшую перспективу (2-5 лет) необходимо внести изменения в Конституцию Российской Федерации и принять федеральный закон «Об особом положении в связи с несостоятельностью осуществления государственной власти в субъекте Российской Федерации», где будут урегулированы основания, процедура, конкретные мероприятия по введению такого положения в субъекте РФ. Основаниями могут выступать вооруженные беспорядки, неспособность обеспечить население социальными услугами, продовольствием и промышленными товарами по минимальным государственным стандартам, неисполнение федерального законодательства, решений судов, незаконные действия в отношении представителей федеральных органов власти и т.п.

В-пятых, следует дифференцировать применение двух разновидностей чрезвьшайного положения в действующем законодательстве. Основания введения и меры, ограничивающие права и свободы граждан отличаются уже в существующем


21

федеральном конституционном законе «О чрезвычайном положении». Необходимо либо в рамках действующего федерального закона откорректировать процедуры управления субъектом федерации, при введении в нем чрезвычайного положения в связи с противоправными действиями тех или иных лиц, либо (что более предпочтительно) принять новый закон «О чрезвычайном федеративном положении».

7.   Следует лишить органы юстиции и права приостанавливать деятельность

общественных объединений во внесудебном порядке, и унифицировать правовое

регулирование процедуры использования мер ответственности в отношении всех

видов общественных объединений, не делая исключений в пользу политических

партий или религиозных объединений. Необходимо дифференцировать имеющуюся

санкцию в виде ликвидации партии, введя две другие: утрату статуса и роспуск

партии. Отличие между ними должно заключаться в основаниях: несоответствие

статуса требованиям, предъявляемым к партии как к политическому субъекту

(численность партии, количество региональных отделений, участие в выборах,

создание органов партии, где их деятельность запрещена) - утрата статуса, и

совершение конституционных деликтов (грубые нарушения Конституции и

федеральных законов, занятие экстремисткой деятельностью) - роспуск, влекущий

такие юридические последствия, как изъятие в казну имущества партии, лишение

мандатов парламентариев, избранных по списку партии.

8.    Требуется уточнить и детализировать (исключив сугубо оценочные

критерии) отдельные основания для применения соответствующих мер

ответственности в отношении граждан и иностранцев, имеющих специальный

конституционный статус, вывести отдельные виды санкций за пределы

регламентации в нормах конституционного законодательства или существенно

модифицировать их, вернув в орбиту конституционно-правового института

ответственности (депортация и выдворение), унифицировать основания применения

мер ответственности в отношении всех лиц, обладающих особым конституционно-

правовым положением (иностранцев, лиц без гражданства, беженцев).

9.  Меры ответственности в отношении органов и должностных лиц местного

самоуправления также нуждаются в существенном изменении. В частности, следует

ввести такую санкцию как предупреждение, изменив основания для применения

таких    санкций    как    роспуск    органов    или    отрешение    от    должности    глав


22

муниципальных         образований         -   нарушение Конституции и законов, а не

факт неисполнения судебного решения, и сократив сроки применения санкций.

Другой санкцией в отношении глав муниципальных образований и представительных органов местного самоуправления может выступить приостановление их деятельности по решению высшего должностного лица и законодательного органа власти субъекта Российской Федерации.

10. Представляется, что основной санкцией в сфере аннулирования правовых актов должна стать такая мера ответственности как признание нормативного акта недействительным, так как разграничение таких санкций как признание неконституционным и недействующим методологически некорректно. Такая санкция как приостановление действия нормативного акта должна быть не только прерогативой Президента Российской Федерации в отношении актов органов исполнительной власти субъектов, но и быть предоставлена высшим должностным лицам субъектов и законодательным органам власти субъекта в отношении актов, принимаемых органами местного самоуправления.

Теоретическая и практическая значимость. Теоретическое значение работы состоит в том, что в диссертации содержится авторское понятие конституционно-правовой ответственности, произведен анализ оснований конституционно-правовой ответственности, изложены аргументы в пользу ее выделения в качестве самостоятельного вида юридической ответственности, а также как института конституционного права, сформулированы теоретические основы механизма реализации конституционно-правовой ответственности, связанные с особенностями субъектного состава, процедуры применения санкций.

Помимо законотворческой деятельности теоретические выводы могут быть использованы в научной работе, преподавании российского конституционного права, а также муниципального права, теории права и государства, специальных учебных дисциплин по этой проблематике для студентов юридических вузов и факультетов (спецкурсов по ответственности).

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертационного исследования одобрены и рекомендованы к защите на кафедре конституционного и муниципального права Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, нашли отражение в опубликованных научных трудах диссертанта (трех индивидуальных монографиях, более чем сорока учебных


23

пособиях      и      статьях      в      ведущих   юридических журналах), в его докладах на конференциях (тезисах материалов научных конференций).

Результаты исследований по теме диссертации использовались соискателем:

- в его практической деятельности в Законодательном Собрании Красноярского

края, при подготовке нового Устава Красноярского края, Регламента

Законодательного Собрания Красноярского края;

-   при чтении лекций и проведении семинарских занятий по учебным

дисциплинам - «Конституционное право России», «Конституционное право

зарубежных стран», «Конституционно-правовая ответственность» в юридическом

институте Сибирского Федерального университета, Красноярском государственном

аграрном университете.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав (16 параграфов), заключения, списка использованных нормативных правовых источников и научной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснованы выбор и актуальность темы, определены цель и задачи диссертационного исследования, обозначены объект и предмет исследования, степень разработанности темы, его теоретическая и методологическая основа, раскрыта научная новизна диссертации и сформулированы выносимые на защиту основные положения, дана характеристика теоретической и практической значимости работы, приведены данные об апробации полученных результатов и внедрении научных результатов.

Глава первая «Понятийные интерпретации в развитии теории конституционно-правовой ответственности» состоит из трех параграфов и посвящена исследованию базовых положений теории конституционно-правовой ответственности, в частности раскрытию смысла основных понятий и анализу концепций юридической ответственности, существующих в науке конституционного права и иных отраслевых науках, выявлению и анализу признаков и особенностей конституционно-правовой ответственности.

В первом параграфе анализируются положения доктрины конституционного права     на     определение      ответственности     в      конституционном     праве      -


24

«конституционная»,      «конституционно-   правовая»,                «публично-правовая»,

приведены аргументы в пользу использования в научном аппарате науки конституционного права определения «конституционно-правовая ответственность».

Важное и определяющее значение для исследования имеет проблема существования двух аспектов или форм ответственности - позитивного и негативного. Автором проведено изучение различных точек зрения, существующих в теории права, гражданском и административном праве, и конечно, в конституционном праве на существование двух аспектов (видов, форм) юридической ответственности - позитивной и негативной. Исследуя доводы сторон дискуссии, как отрицающих, так и признающих существование так называемой позитивной ответственности в российском праве, автор диссертации расценил как спорные и противоречивые аргументы в пользу позитивной ответственности, понимаемой в контексте «осознанного отношения к соблюдению правовых норм».

Автором подвергнуты критике позиции конституционалистов, пытающихся «растворить» конституционно-правовую ответственность за правонарушение в позитивной ответственности, понимаемой как следование своим обязанностям или напротив пытающихся доказать, что позитивная ответственность является особым видом неюридической ответственности, а также отрицающих наличие позитивной ответственности как феномена в целом. Попытка свести все содержание ответственности к осознанному выполнению обязанностей, предусмотренных социальными или правовыми нормами, ведет к стиранию границ между социально-девиантным и общественно полезным поведением индивидуума. Ответственное поведение, как его называют сторонники позитивной ответственности, никогда не может быть равноценно негативной общественной оценке поведения лица, нарушившего запреты или не исполнившего какие-либо обязанности. Правомерные действия субъекта права обеспечиваются силой внеправовых норм, следовательно, позитивная ответственность в ее понимании как ответственного поведения является скорее моральной категорией, чем правовой и является по существу ответственностью социальной, выходящей за пределы системы правовых явлений.

Позитивная конституционная ответственность выступает особым правовым явлением, присущим именно конституционному праву как ведущей отрасли российского права, вследствие того, что основные субъекты конституционно-правовых отношений (органы государственной власти, должностные лица), обладая


25

властными полномочиями, состоят в системных взаимоотношениях друг с другом, как в рамках действия принципа разделения властей, так и в некоторых случаях и вне него. Автор приходит к заключению, что позитивная ответственность имеет право на существование лишь внутри властной иерархии государственных органов, когда применение позитивной (политической) ответственности возможно вследствие неэффективности деятельности органа или должностного лица, а также за совершение политических ошибок, иных действий, подрывающих авторитет власти. В таких условиях отдельным субъектам (например, главе государства или парламенту) предоставляется право давать оценку эффективности деятельности того или иного органа или должностного лица, учитывать иные факторы его работы (от моральных и религиозных до политических) посредством применения мер принуждения, сходных по своим правовым последствиям с мерами негативной конституционно-правовой ответственности - роспуск парламента, отзыв депутата, отрешение от должности губернатора, удаление главы муниципального образования в отставку.

Во втором параграфе исследуются проблемы соотношения политической (позитивной) ответственности и негативной ответственности в конституционном праве. Проведен анализ доктринальных позиций относительно выделения самостоятельного вида ответственности в конституционном праве - политической ответственности, не имеющей юридического характера или позитивной конституционной ответственности, основанием которой является «конституционная неадекватность», и политической ответственности, которая имеет в основном «правовые основания».

Автором предложено рассматривать позитивную или политическую ответственность в разрезе трех аспектов. Во-первых, основным является понимание позитивной или политической ответственности как системы исключительно принудительных мер (властно-организационных санкций), применяющихся в рамках особого режима разделения властей или даже вне его рамок, как способ централизации власти, как форму самоорганизации властной иерархии. Сущность этих мер позитивной ответственности состоит в специфике оснований применения -не факт наличия конституционных правонарушений, а имеющаяся неопределенность, ненадлежащее осуществление публично-правовых функций или отсутствие должной управляемости при реализации полномочий органов государственной власти. Однако


26

в их основе лежит государственное принуждение как условие обязательности исполнения данного властного веления, вне зависимости от каких-либо объективных обстоятельств.

Во-вторых, позитивную ответственность можно представить и как ответственность органов и должностных лиц перед народом за эффективное руководство государством. В данном случае позитивная (и в этом смысле политическая) ответственность реализуется, как правило, народом как единственным сувереном и проявляется в специфических санкциях. В качестве примера, в диссертации рассматривается такая мера, как отставка президента в результате референдума. Принципиально не имеет значения, каким образом президент исполнял свои конституционные обязанности, нарушал ли он законы или нет - оценке подвергается политическая линия конкретного лица. В диссертации выявляется критерий разграничения конституционной и политической ответственности - по основанию их наступления. Соответственно основанием политической (позитивной) конституционной ответственности выступает, как правило, ненадлежащее или неэффективное осуществление властных полномочий или иное действие (бездействие) субъекта, реализующего властные функции, а основанием конституционно-правовой ответственности - правонарушение (конституционный деликт).

И, наконец, в-третьих, позитивная ответственность может проявляться и как ответственность всего государственного режима перед народом, когда последний получает право на сопротивление государственной власти, правящей верхушке, реализуя его через восстание и принудительное свержение высших органов власти, как это имело место в ходе так называемых бархатных революций в Восточной Европе в конце 80-х годов прошлого столетия, или в результате «оранжевых» революций в Грузии, Украине, Кыргызстане, Тунисе, Египте в начале XXI века.

В диссертации особо отмечено, что позитивная конституционная ответственность в во втором и третьем аспектах практически не регламентируется в нормах современного конституционного права не только России, но и большинства зарубежных стран. Совершенно очевидно, что опасно вручать народу возможность решать судьбу высших государственных органов или всей системе власти, так как это чревато возникновением хаоса и анархии, или же в лучшем смысле возможностями различных    манипуляций    при    применении    такой    известной    санкции    этой


27

ответственности как отзыв должностного   лица в результате голосования граждан.

В третьем параграфе рассмотрены концепции конституционно-правовой ответственности за правонарушение, существующие в российской науке конституционного права. Диссертантом сформулировано авторское понятие конституционно-правовой ответственности, дана критика иных подходов к понятию ответственности. В работе исследуется проблема существования так называемой имущественной ответственности в конституционном праве, и приведена отрицательная оценка такого подхода к конституционно-правовой ответственности. Выделены отличительные признаки и особенности конституционно-правовой ответственности, определена структура данного института, дана развернутая классификация конституционных санкций, а также перечислены все виды санкций, закрепленных в российском конституционном законодательстве.

Конституционно-правовая ответственность в диссертации признаётся одним из самостоятельных видов юридической ответственности. Соответственно конституционно-правовой ответственности с учётом её особенностей присущи черты, общие для всех видов юридической ответственности.

В диссертации последовательно анализируются различные подходы к понятию конституционно-правовой ответственности: 1) как обязанности отвечать за свое противоправное поведение, 2) как реализации санкции и 3) как особого правоохранительного отношения.

Ретроспективная конституционно-правовая ответственность, по мнению диссертанта, не может исследоваться в отрыве от объективного факта правонарушения и возникающего как его последствие охранительного отношения. Ответственность, как правило, проявляется для правонарушителя в различных лишениях. Однако автор полагает, что нельзя сводить ответственность только к действиям государственных органов или должностных лиц. Ответственность налицо и тогда, когда правонарушитель исполнил свою обязанность под воздействием прямого государственного принуждения (например, при исполнительном производстве в гражданском или арбитражном судопроизводстве) или в результате угрозы его применения. В любом случае факт неблагоприятных лишений налицо — это и отрицательная оценка коллектива, окружающих, применение или угроза обращения за применением государственных средств принуждения, а самое значимое качество такого лишения составляет нормативное установление правового урона,


28

осуществляемого в принудительном порядке. Следует также подчеркнуть, что необходимо различать юридическую ответственность как нормативно установленный объем лишений, воплощенный в требованиях к соответствующим государственным органам и правонарушителю, и ее реализацию в индивидуализированном наказании, понесенном конкретным правонарушителем. Именно поэтому собственно юридическая ответственность возникает в момент совершения правонарушения, а при наступлении определенных условий, зависящих от деятельности компетентных государственных органов и поведения правонарушителя, «реализуется или остается нереализованной».

Следует заметить, что ответственность - это не применение санкции нормы, и не собственно санкция, она возникает вследствие нарушения закона, и завершается в силу как применения санкций, так и их неприменения (невозможности применения), либо при добровольном исполнении под страхом наказания. Ответственность проходит в своем развитии несколько стадий, и считать ответственностью только стадию применения санкций государственным органом ошибочно.

Оценка поведения как отклоняющегося от требований конституционных норм, отмечается в диссертации, производится не только государством в лице его уполномоченных органов, но и со стороны населения, определенных общественных групп, и, что часто упускается из виду, непосредственно самим органом или должностным лицом, совершившим противоправное деяние. Собственно же принудительность ответственности выступает не столько в виде использования конкретных средств принуждения, а как обращенное к правонарушителю обязательное требование закона подвергнуться неблагоприятным последствиям в самых разнообразных формах (и не только как потеря или ограничение определенных прав). Любой правонарушитель вступает в противоречие с законом в момент совершения соответствующего деяния (действия или бездействия), и именно с этого момента возможно для него наступление различных негативных последствий. Государственно-правовая оценка представляется важным, но не качественно необходимым признаком ответственности в целом, что очевидно и для конституционно -прав овой ответственно сти.

Диссертант выражает сомнение в обоснованности распространенного в доктрине подхода к содержанию конституционно-правовой ответственности как к оценке   ненадлежащего   поведения   субъектов   конституционного   права,   влекущего


29

обязанность претерпевания разного рода неблагоприятных последствий в виде лишений или ограничений прав. Анализ научной литературы дал основания автору диссертации заключить, что под ненадлежащим поведением понимается недостижение конкретного позитивного результата, заложенного в законодательстве, несоблюдение субъектами права конституционных принципов, «логики конституционного регулирования», злоупотребление своими правами. Крайне затруднительно, по мнению диссертанта, пытаться оперировать категорией ненадлежащего исполнения обязанностей или осуществления власти, так как отсутствует четкая граница между объективно непротивоправным поведением и правонарушающим деянием. Сложно признать обоснованными рассмотрение в качестве примеров в первом случае, роста инфляции или спада производства, которые чаще всего вызваны не какими-либо просчетами или нарушением профессиональных обязанностей членами правительства, а глобальными макроэкономическими процессами, изменением мировой конъюнктуры на экспортные товары и иными объективными факторами мирового рынка. Bo-втором случае, нарушение конституционных принципов представляется еще большей головоломкой из-за очевидного субъективизма, как с позиции их выявления в тексте Конституции, равно и с точки зрения в их толковании субъектами правоприменения. Злоупотребление правом, если понимать под ним, например, злоупотребление правом законодательной инициативы, вообще невозможно определить с помощью ясных и объективных критериев. Это право составляет неотъемлемую часть компетенции соответствующих органов государственной власти, и квалифицировать использование ими данных правомочий как злоупотребление правами не представляется возможным, так как легальных критериев, которые позволят отграничить «правомерное» пользование своими полномочиями от «злоупотребления», пока не выработано наукой конституционного права.

В диссертации представлена авторская классификация мер конституционно-правовой ответственности, в частности, диссертант предлагает разграничивать меры ответственности по признакам, характеризующим субъект противоправного деяния:

- меры ответственности, применяемые в связи с противоправной деятельностью государственных органов власти (отмена или признание недействительными правовых актов, роспуск законодательного органа субъекта федерации);

меры     ответственности,     применяемые     вследствие     противоправной


30

деятельности         должностных         лиц   государственных   органов   и   депутатов

(отрешение от должности высшего должностного лица, отзыв депутата, прекращение полномочий депутата после вступления в силу обвинительного приговора суда);

  1. меры ответственности, применяемы в связи в незаконной деятельностью негосударственных субъектов (приостановление деятельности общественного или религиозного объединения, ликвидация политической партии);
  2. меры ответственности, используемые в случая нарушения конституционных норм гражданами, имеющими особый конституционный статус (отказ или отмена регистрации кандидата, лишение статуса беженца или вынужденного переселенца);
  1. меры комплексного характера, применяемые в связи с нарушением государственных интересов со стороны субъекта федерации, муниципального образования (введение чрезвычайного положения, особых режимов);
  2. меры, применяемые вследствие нарушения норм конституционного законодательства органами местного самоуправлении и их должностными лицами (отрешение от должности главы местного самоуправления, роспуск представительного органа местного самоуправления).

Как подчеркивает диссертант, градация мер конституционно-правовой ответственности может быть построена и на основе их разграничения по правовому результату:

  1. меры, направленные на утрату юридической силы актов органов власти (признание актов недействительными в судебном порядке, отмена или приостановление их действия вышестоящими органами);
  2. меры, предусматривающие лишение властных полномочий должностного лица или органа (отрешение от должности высшего должностного лица, роспуск или приостановление деятельности законодательного органа);

3)    меры, преобразующие правовой статус субъектов конституционных

правоотношений (принятие федерального закона об изменении статуса субъекта,

изменение статуса административно-территориального образования);

4)   меры, посредством которых происходит лишение статуса общественного

объединения и прекращение его деятельности (приостановление деятельности

общественного объединения или запрет политической партии);

5)     меры, влекущие использование механизмов прямого принуждения

(деятельность  армии,  полиции в результате установления прямого  федерального


31

правления   или   применения   силы   для   подавления     беспорядков,     бунтов     и волнений на национальной либо расовой почве и т.п.);

6) меры, последствием применения которых является ограничение или лишение определенных субъективных прав (отказ в предоставлении гражданства или политического убежища).

Кроме того в диссертаци предлагаются и иные подходы к классификации мер конституционно -прав овой ответственно сти.

Вторая глава диссертации «Основания конституционно-правовой ответственности» посвящена системному теоретическому анализу оснований наступления конституционно-правовой ответственности, классификации конституционных правонарушений.

В первом параграфе дано авторское определение конституционного деликта, перечислены его признаки, представлена классификация конституционных деликтов.

В юридической науке предложено в качестве таких признаков правонарушения рассматривать шесть элементов: противоправность, деяние (действие или бездействие), виновность, общественная опасность, наказуемость и специальный субъект ответственности.

На взгляд диссертанта, используемая структура излишне привязана к таким отраслям, как уголовное или уголовно-процессуальное право, есть даже ощущение, что авторы заимствовали теоретическую основу своих умозаключений и без должного научного анализа перенесли научные категории иных отраслей в рамки конституционного права. В частности, такой признак, как общественная опасность, вряд ли возможно применять при описании конституционного деликта. Категория «общественная опасность» сконструирована теоретиками уголовного права для адекватной дифференциации уголовного наказания за совершенные преступления. В рамках конституционного права ни о какой дифференциации наказания практически не может идти речи, кроме того, изначально невозможно определить общественную опасность действий коллективного органа. В отношении наказуемости как признака конституционного деликта также следует возразить, что наказуемость выступает элементом не правонарушения, а его последствия - ответственности. Аналогично рассмотрение в качестве признака деликта некоего специального субъекта ответственности, означает сведение воедино двух разных правовых явлений - деяния и его правового последствия.


32

Автором диссертации проведен анализ подходов, существующих в доктрине, относительно числа оснований юридической ответственности. Диссертант выделил два основных подхода: сторонники первого объявляют общим основанием ответственности состав правонарушения в единстве его четырех элементов: объекта, объективной стороны, субъекта и субъективной стороны, а защитники второго предлагают в качестве оснований выделять просто противоправное действие (бездействие), наличие последствия правонарушения в виде вреда (имущественного или неимущественного), причинную связь между деянием и вредом, и вину лица в совершении деяния (указанный подход распространен в гражданском и трудовом праве). Кроме того, в науке была высказана и точка зрения, согласно которой единственным фактическим основанием ответственности объявлялся правоприменительный акт.

В работе на основе сравнительного анализа с иными отраслевыми науками выдвинута идея об отказе от использования конструкции «состава конституционного правонарушения». В диссертации доказывается, что теоретически и практически оправдана конструкция состава (из четырех обязательных элементов) для уголовной или административной ответственности, в то время как в рамках гражданско-правовой, трудовой (дисциплинарной) или материальной ответственности выявление всех традиционных элементов состава практически несущественно для характеристики оснований ответственности. Для квалификации противоправного деяния в рамках механизма привлечения к конституционно-правовой ответственности отсутствует необходимость установления объекта правонарушения, почти всех элементов объективной стороны (время, место, способ совершения противоправного деяния), причинной связи, а также выявления признаков субъекта, важных для отраслей, где субъектами выступают, как правило, физические лица (возраст, вменяемость, обстоятельства, отягчающие или смягчающие ответственность). Причиной этого является то, что отсутствует необходимость в дифференциации наказания, а вред, причиняемый общественному правопорядку, не имеет осязаемого характера и не поддается точному учету и измерению. Соответственно в ряде случаев в объективную сторону правонарушения нельзя включать вред и причинную связь. Все санкции носят в основном карательный характер, что предопределяет отсутствие необходимости установления практически всех элементов субъективной стороны.


33

Поэтому более правильно, как считает диссертант, с точки зрения процесса доказывания и правовой процедуры в целом, ограничиться выделением в качестве оснований или условий конституционно-правовой ответственности (не прибегая к использованию понятия состава) 1) противоправного деяния (действия или бездействия), реализуемого как в форме прямого несоответствия акта поведения конкретизированным требования правовой нормы, так и в форме общего предписания нормы о противоречии закону поведения соответствующего лица, и 2) вины как особого субъективного (для физических лиц) и в определенном смысле объективного условия возложения ответственности (для юридических лиц и государственных органов).

Противоправность акта поведения с точки зрения теории конституционно-правовой ответственности, как отмечается в диссертации, характеризуется в основном двумя признаками: 1) неприменение государственно-правовой нормы; 2) прямое нарушение государственно-правовой нормы. «Недолжность», «ненадлежащее исполнение обязанностей» или неэффективность использования нормы конституционного права в принципе не может служить основанием для применения мер классической конституционно-правовой ответственности, так как отсутствуют механизм определения и методика доказывания неэффективности реализации нормы или неправильности выбора вариантов поведения органа или должностного лица. «Недолжность» может служить одним их критериев применения мер позитивной (политической) ответственности, которая значительно отличается по основаниям и процедуре применения от института конституционно-правовой ответственности за правонарушение. Кроме того сделан вывод о том, что в ряде случаев нарушение нормы конституционного права может иметь отсылку и к морально-нравственным правилам и нормам, будучи сформулированным в форме особых неконкретизированных требований к несовершению проступков сложной правовой природы.

В диссертации под конституционным деликтом, предлагается понимать деяние (действие или бездействие) субъекта конституционно-правовых отношений, противоречащее предписаниям определенного поведения, или нарушение запретов, содержащихся в норме конституционного права, влекущее применение мер конституционно-правовой ответственности.

По мнению диссертанта, деликты в конституционном праве следует классифицировать исходя из вида объектов правоотношений, охраняемых нормами


34

конституционного права:

1) конституционные деликты, направленные против свободного осуществления политических и иных прав граждан, свободы их объединения в общественные движения и партии; 2) конституционные деликты, направленные против основ организации органов государственной власти и местного самоуправления в Российской Федерации; 3) конституционные деликты, затрагивающие функционирование системы правовых норм; 4) конституционные деликты, имеющие целью исказить волеизъявление граждан на выборах и референдумах; 5) конституционные деликты в сфере федеративных отношений, когда происходит посягательство на единство и территориальную целостность Федерации; 6) конституционные деликты, нарушающие общие правила организации и деятельности должностных лиц, наделенных особым конституционно-правовым статусом (судьи, прокуроры); 7) конституционные деликты, направленные против реализации прав физических лиц на получение специального конституционно-правового статуса (беженца, вынужденного переселенца, гражданина Российской Федерации).

Во втором параграфе исследуется проблематика вины как одного из оснований привлечения к конституционно-правовой ответственности. Проанализированы основные подходы к вине в конституционном праве: психологическая трактовка, объективное вменение, отказ от вины вообще как основания ответственности в конституционном праве.

Сделан вывод об отсутствии вины не применительно к ретроспективной ответственности в конституционном праве, а в отношении позитивной конституционной ответственности. Действительно, правонарушение требует определения вины причинителя для назначения соразмерного наказания, в то время как при совершении проступка или ошибки в рамках позитивной ответственности, как представляется, не возникает необходимости в определении вины соответствующего лица.

В конституционном праве главным образом используется объективная трактовка вины, когда ее отсутствие выражается в невозможности свободного выбора варианта правомерного или должного поведения по выполнению правовых предписаний, закрепленных в нормах конституционного права (например, в случае наличия обстоятельств непреодолимой силы). При этом в определенных случаях законодательно закреплен и психологический подход к понятию вины (например,


35

при применении такой санкции как отрешение от должности президента или мер конституционно-правовой ответственности в отношении граждан). Не имеет смысла спорить о том, является ли вина проявлением воли конкретного лица (лиц) или она преобразовывается в своего рода «коллективную вину», не сводимую к конкретной личности, - определяющим здесь служит именно наличие у субъекта осознаваемой им способности и реальной возможности действовать таким образом, чтобы точно выполнять предписания правовой нормы. К основаниям освобождения от конституционно-правовой ответственности следует отнести: непреодолимую силу, выполнение приказа (распоряжения) вышестоящей инстанции, раскаяние субъекта, совершившего конституционный деликт, действия в условиях крайней необходимости. Вместе с тем особым субъективно-объективным основанием конституционно-правовой ответственности может быть не только вина, но и осознанное субъектом представление о возможных отрицательных конституционно-правовых последствиях собственных правомерных действий, при наличии специфических объективных обстоятельств - риска. Так, например, риск имеется в избирательных правоотношениях, когда кандидат несет ответственность за действия своего доверенного лица на выборах. В данном случае кандидат осознанно наделял полномочиями агитировать или осуществлять иные действия на выборах доверенное лицо от своего имени, допуская общую вероятность того, что доверенное лицо может выйти за рамки закона, но надеется, что облеченный его доверием человек не допустит нарушения избирательного законодательства, которое может повлечь отказ в регистрации или отмену регистрации кандидата.

В третьем параграфе определены виды и особенности субъектов конституционно-правовой ответственности, а также рассматриваются иные основания (условия) наступления ответственности.

Диссертантом обосновано применение дихотомических категорий - инстанция и субъект ответственности. Термин - инстанция ответственности, для субъекта, применяющего меры ответственности, и субъекта ответственности (субъект конституционного деликта) для субъекта, претерпевающего действие мер конституционно-правового принуждения.

Диссертант отметил, что конституционная правосубъектность (в единстве правоспособности и дееспособности) возникает практически у всех субъектов конституционного права (за исключением иностранцев, апатридов) одновременно.


36

У государственных органов - с момента   образования,              у          общественных

организаций и политических партий - с момента государственной регистрации, у должностных лиц - с момента замещения соответствующей должности, у физических лиц - с определенного возраста. Автор диссертации делает вывод, что субъектами конституционно-правовой ответственности выступают как физические лица, так и коллективные образования. Физические лица как субъекты конституционно-правовой ответственности представлены гражданами, иностранными гражданами, лицами без гражданства, должностными лицами и др. В качестве коллективных образований выступают государственные органы, муниципальные органы, общественные объединения и др.

Анализ источников и литературы дал основания диссертанту сделать вывод, что ряд субъектов конституционного права не могут быть признаны субъектами конституционно-правовой ответственности (народ, нация, государство). Так, совершенно ясно, что народ или нация не могут быть субъектами, которые имеют возможность претерпеть негативное воздействие конституционных норм. Необходимо наличие, как минимум, двух предпосылок: во-первых, нести обязанности, обеспеченные соответствующими санкциями, во-вторых, иметь возможность претерпевать действие санкций. Автор солидаризуется с концептуальными позициями Т.Д. Зражевской и В.О. Лучина , и делает вывод, что народ и нацию нельзя признать субъектами конституционной ответственности, так как отсутствуют как ее институционализация, так и та инстанция, которая была бы вправе и в состоянии применять к ним государственное принуждение. Что касается государства, то фактически субъектом ответственности всегда от имени государства выступают конкретные органы, а говорить о государстве как о субъекте именно претерпевания мер конституционно-правовой ответственности можно лишь как о научной абстракции.

По мнению автора диссертации, можно выделить следующие группы субъектов конституционно-правовой ответственности: 1) государственные или автономные образования; 2) государственные органы; 3) должностные лица (президент, высшие должностные лица субъектов РФ, выборные должностные лица местного самоуправления) и депутаты представительных органов власти и местного самоуправления; 4) общественные объединения; 5) индивиды; 6) органы местного

1 Зражевская Т.Д. Ответственность по советскому государственному праву. Воронеж, 1980. С. 124; Лучин В.О. Конституция Российской Федерации. Проблемы реализации. М, 2002. С. 400.


37

самоуправления.

Изучение нормативных источников дало основания автору заключить, что к числу факультативных оснований наступления конституционно-правовой ответственности можно отнести отдельные элементы так называемой «объективной стороны» правонарушения: причинную связь, вред, способ совершения правонарушения, а также некоторые особые признаки «субъективной» стороны (например, цель). Следует подчеркнуть, что для большинства конституционных деликтов характерно, отсутствие требования устанавливать эти дополнительные признаки. Достаточно самого факта совершения противоправного деяния, т.е. наличия «формального состава», как определяет данные случаи наука уголовного права.

Диссертантом акцентировано внимание на том, что в конституционных правонарушениях в силу особого характера правоотношений, регулируемых нормами конституционного права, зачастую не требуется устанавливать все элементы (признаки) объективной и субъективной сторон правонарушения. Главное - выявить факт совершения конституционного деликта, так как наступление вреда, как и вина просто презюмируется (но эта презумпция, конечно, опровержимая). Причинная связь в данном контексте также предполагается существующей (вменяется) в виде прямой очевидной связи с деянием, которое является противоправным и субъектом его совершившим. С другой стороны, в сравнительно небольшом числе случаев, предусмотренных в нормах конституционного права, требуется устанавливать определенные дополнительные признаки, характеризующие, отдельные особенности совершенного противоправного деяния. Например, категория «цели» используется в охранительных конституционных отношениях довольно широко, причем целевой критерий выступает квалифицирующим признаком для определения не степени вины, не определения некоего будущего результата, а в качестве общей направленности деяния. Цель в конституционных правонарушениях часто характеризует совершение правонарушения, когда коллегиальный субъект выходит за рамки тех функций и полномочий, закрепленных в его уставных документах либо когда индивидуальный субъект (например, кандидат) осуществляет действия, выходя за рамки тех правомочий, которые установлены нормой.

В главе третьей «Разновидности конституционно-правовой ответственности»        анализируются        существующие        в        конституционном


38

законодательстве               разновидности                          конституционно-правовой

ответственности, основанием выделения которых является деление конституционного права - подотрасли и институты, а также иные комплексы конституционно-правовых норм, обладающие внутренним единством и способами правового воздействия. В диссертации подвергнуты подробному изучению, с использованием данных российской судебной практики, 49 принудительных мер, отнесенных диссертантом, к мерам конституционно-правовой ответственности.

В параграфе первом исследуется ответственность Президента, Правительства, дипломатических представителей, судей, Генерального прокурора и прокурорских работников, следователей, депутатов, дипломатических представителей, Председателя Центрального Банка, аудиторов Счетной Палаты, Уполномоченного по правам человека, выделены особенности мер ответственности, классифицированы соответствующие санкции. Диссертантом подробно изучены теоретические и практические аспекты применения конституционно-правовых санкций к государственным органам и должностным лицам (отрешение от должности, освобождение от должности, увольнение с должности, прекращение полномочий, отставка Правительства, лишение полномочий депутатов, отзыв, процедурно-процессуальные санкции), формулируются предложения о совершенствовании оснований и процедуры их применения в российском законодательстве.

Во втором параграфе проанализирована ответственность субъектов избирательных правоотношений, рассмотрены различные виды санкций, закрепленные в избирательном законодательстве Российской Федерации. Диссертантом выделены особенности избирательно-правовой ответственности, классифицированы ее санкции. Подробно с приведением примеров из судебной практики исследованы соответствующие меры ответственности (предупреждение кандидату (избирательному объединению), отказ в регистрации кандидата (списка кандидатов), отказ в заверении федерального списка кандидатов, признание итогов голосования и результатов выборов недействительными, отмена решения об итогах голосования и о результатах выборов судом, расформирование избирательной комиссии, отмена регистрации кандидата (списка кандидатов), отстранение члена участковой избирательной комиссии, удаление наблюдателя или иных лиц, прекращение полномочий члена избирательной комиссии, отказ в регистрации инициативной группы по проведению референдума, отказ в назначении референдума,


39

прекращение деятельности инициативной группы по проведению референдума, отмена решения комиссии референдума об итогах голосования), внесены предложения по совершенствованию процедуры их реализации, а также предложены к внедрению новые санкции (лишение статуса доверенного лица решением избирательной комиссии, временный запрет на проведение кандидатом предвыборной агитации).

В третьем параграфе диссертантом обосновано выделение ответственности, которую несут по нормам конституционного законодательства субъект федерации и его органы перед федерацией за нарушение федеральных законов. Автором диссертации выделены особенности этого вида ответственности, классифицированы санкции в федеративных отношениях. Автор привел аргументы в пользу необходимости использования в научном обороте понятия «конституционно-правовая ответственность субъектов федерации и его органов» вместо терминов «федеральное вмешательство», «федеральная интервенция» или «федеральное принуждение», так как использование этих терминов потенциально способно исказить понимание правовой природы санкций, применяемых к субъектам федерации, так как не позволяет четко отграничивать меры ответственности от политического воздействия на органы власти субъектов, ведь зачастую федеральное вмешательство (принуждение) применяется по законодательству зарубежных стран в случаях чрезвычайных ситуаций или при других условиях, когда отсутствует конкретная вина субъектов.

Диссертантом подробно исследованы все имеющиеся в российском законодательстве федеральные санкции: 1) предупреждение высшему должностному лицу субъекта и законодательному органу субъекта, выносимое Президентом РФ; 2) отрешение от должности высшего должностного лица субъекта; 3) роспуск законодательного органа субъекта; 4) изъятие предметов ведения субъекта (временное осуществление полномочий органов государственной власти субъекта федеральными органами государственной власти); 5) введение особого режима -контртеррористической операции; 6) введение чрезвычайного положения. В диссертации высказаны конкретные предложения по совершенствованию оснований и процедуры применения имеющихся санкций, применяемых к субъектам федеративных отношений.

Четвертый параграф посвящен санкциям, применяющимся в отношении субъектов   муниципально-правовых   отношений.   Рассмотрены   особенности   этой


40

разновидности                ответственности,   представлена   авторская   классификация

санкций. В диссертации подробно разобрано существо дискуссии о необходимости выделения так называемой самостоятельной «муниципально-правовои ответственности». Диссертант проанализировал существующие в науке подходы к содержанию муниципально-правовои ответственности, и представил авторское видение муниципально-правовои ответственности как неотъемлемой части (разновидности) конституционно-правовой ответственности. По мнению автора диссертации, в российской юридической науке сложилась традиция проводить отличие между профилирующими (основными) и комплексными отраслями. В этом случае профилирующим отраслям свойственны свои методы правового регулирования, указывающие на их юридическое своеобразие, а также общности правоотношений и их субъектов, правовых процедур с участием данных субъектов. Муниципальное право не может быть отнесено к самостоятельным отраслям права, поскольку лишено собственного основного метода регулирования, а также очевидной специфики в регулируемых отношениях, основаниях и процедуре применения санкций.

В сфере регулирования отношений местного самоуправления муниципальное право объединяет нормы различных отраслей права, сочетая в себе их юридические режимы. Диссертант полагает, что муниципальное право не может быть охарактеризовано в качестве профилирующей (основной) отрасли российского права.

В диссертации к мерам муниципально-правовои ответственности, подробно охарактеризованным в тексте параграфа, отнесены: 1) роспуск представительного органа местного самоуправления; 2) отрешение от должности главы муниципального образования; 3) временное осуществление полномочий органов местного самоуправления органами государственной власти субъекта РФ; 4) удаление в отставку главы муниципального образования. Некоторые иные меры ответственности, которые присущи и муниципально-правовои ответственности рассмотрены в иных параграфах, посвященных ответственности государственных органов и должностных лиц (отзыв депутата), и аннулированию правовых актов (утрата юридической силы актов местного самоуправления). Автор определил практические проблемы применения соответствующих санкций и сформулировал рекомендации по совершенствованию процессуального механизма их использования.


41

Пятый параграф посвящен описанию различных конституционных санкций, применяемых к общественным ассоциациям - политическим партиям, общественным и религиозным объединениям, с применением ссылок на судебную практику. Диссертантом определены особенности этой разновидности конституционно-правовой ответственности, описаны ее субъекты и представлена классификация санкций, применяемых к общественным ассоциациям. Детально рассмотрены теоретически проблемы применения основных санкций к общественным ассоциациям - предупреждения (представления), приостановления деятельности и ликвидации. Автором высказаны предложения по совершенствованию процедур применения соответствующих конституционно-правовых санкций.

В шестом параграфе рассматривается специфическая разновидность конституционно-правовой ответственности, не имеющая конкретного адресата (субъекта) принудительного воздействия - аннулирование правовых актов. Диссертант подробно исследует и дифференцирует основные санкции этого вида ответственности - отмена правовых актов, признание их недействующими (недействительными), приостановление действия правовых актов и признание неконституционными. Автор полагает, что юридическая конструкция, введенная в российское право, по воле Конституционного Суда Российской Федерации -различение понятий «неконституционный акт» и «недействующий акт» по мотиву наличия разных юридических последствий, как минимум, является спорной и противоречивой. Ведь признание судами закона субъекта противоречащим акту более высокой силы, в любом случае препятствует его применению в юридической практике. Закон субъекта независимо от того - признан ли он неконституционным или недействующим - не может порождать правовые последствия для участников правоотношений, независимо от того, внес ли соответствующий государственный орган изменения или отменил закон.

В седьмом параграфе автором диссертации анализируются санкции, применяемые к физическим лицам, обладающими по российскому законодательству спецаильным конституционно-правовым статусом. Конституционно-правовая ответственность физических лиц является традиционным средством правового реагирования государства на неправомерную, противоречащую законодательным нормам деятельность граждан (иностранцев), имеющих специальный статус в рамках конституционного права - когда этим индивидам предоставляется комплекс прав и


42

обязанностей, регламентируемых именно конституционно-правовыми нормами. Предоставление этого статуса физическим лицам обуславливается их участием в публично-правовых отношениях, где одной из сторон выступает государство. В случае совершения конституционного деликта государство применяет принуждения в целях лишения (отказа) в предоставлении этого статуса. К таким санкциям в российском законодательстве отнесены следующие меры: 1) отказ лицу в рассмотрении ходатайства о призании его беженцем, 2) лишение статуса беженца,

3)   отказ  в  регистрации ходатайства  о  признании  вынужденным  переселенцем,

4) лишение статуса вынужденного переселенца, 5) отказ иностранному гражданину в

выдаче либо аннулирование разрешения на временнео проживание, 6) отказ

иностранному гражданину в выдаче или аннулирование вида на жительство,

7) отклонение заявления о приеме в гражданство РФ и о восстановлении в

гражданстве РФ, отклонение заявления о выходе из гражданства, 8) отмена решения о

приеме в гражданство, 9) отмена решения о награждении. В работе подчеркнуто, что

необходимо совершенствовать основания и процедуры применения соответствующих

санкций, по возможности исключая субъективизм правоприменительных органов, и

защищая интересы физических лиц.

В четвертой главе «Конституционно-правовая ответственность и иные правовые средства охраны конституционного строя: проблемы реализации и перспективы законодательного регулирования» исследуются иные принудительные средства, обеспечивающие реализацию конституционно-правовых норм в правоприменительной деятельности, принципы, выработанные в ходе практики Конституционного суда РФ в рамках применения мер ответственности в конституционно-правовых отношениях, а также предлагаются пути совершенствования конституционных и законодательных норм в целях нормативной легализации новых и обновления процедурных основ применения уже известных конституционно-правовых санкций.

В первом параграфе диссертант осуществил анализ и соотношение мер конституционно-правовой ответственности и иных специальных средств охраны конституционного правопорядка - мер защиты, контроля и надзора. Обращение к данному аспекту применения принуждения в конституционном праве продиктовано не только научным интересом автора, но и практической потребностью в выявлении


43

роли и места этих принудительных мер в   системе защиты основ конституционного строя.

Автор диссертации солидаризируется с теми учеными, которые полагают, что многие из мер защиты, выделяемых в различных отраслях права, фактически являются первичными средствами охраны нарушенных правоотношений, выступая в качестве мер, предшествующих финальному наказанию (т.е. применению мер конституционно-правовой ответственности). Но в то же время меры защиты могут рассматриваться как принудительные средства, используемые в ходе развития правоотношения ответственности. В этой связи, по мнению диссертанта, полное отграничение мер защиты от ответственности неправомерно, иначе возможны реальные проблемы в процессе правоприменения. Особенно очевиден этот факт при анализе оснований и условий привлечения к ответственности и использования мер защиты, ведь их жесткая дифференциация способна породить (и уже порождает) случаи произвольного толкования судами и иными правоприменительными органами норм закона, предусматривающих применение принудительных мер.

Применение мер защиты во многих случаях предшествует применению мер ответственности (меры задержания в административном или уголовно-процессуальном праве, привод обвиняемого в уголовно-процессуальном праве или предупреждение или приостановление деятельности общественного объединения в конституционном праве) и может квалифицироваться как этап или стадия длящегося правоотношения ответственности.

С другой стороны, как отмечается в диссертации, в определенных случаях, выделение мер защиты в качестве самостоятельной категории имеет под собой теоретическую основу и практические основания в конституционном праве. Так, властно-организационные санкции (меры позитивной конституционно-правовой ответственности) также можно рассматривать в качестве особой разновидности мер защиты. Причем особенность этих мер состоит в том, что основанием их применения выступают выявившиеся проблемы в конституционном механизме осуществления государственной власти (неэффективность, ошибки, конфликты и пр.). Иными словами, их сущностной парадигмой являются политические и социально-экономические условия реализации властных полномочий.

Большинство же мер защиты в конституционном праве применяются в целях 1) предотвращения     возможных     правонарушений     (например,     удаление     главы


44

муниципального образования в отставку по решению представительного органа муниципального образования, по инициативе депутатов представительного органа или по инициативе высшего должностного лица субъекта Российской Федерации по результатам его ежегодного отчета перед представительным органом муниципального образования, данная два раза подряд), или 2) в целях недопустимости даже потенциальной угрозы государственным интересам либо интересам общества (например, решение о нежелательности пребывания (проживания) данного иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации в связи с тем, что пребывание (проживание) иностранного гражданина или лица без гражданства, законно находящихся в Российской Федерации, создает реальную угрозу обороноспособности или безопасности государства, либо общественному порядку, либо здоровью населения, в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, прав и законных интересов других лиц), либо 3) как средство устранения формального несоответствия предписания, содержащегося в одной норме требованиям другой нормы (например, аннулирование регистрации кандидата (списка кандидатов) на основании вступившего в законную силу решения суда о приостановлении деятельности либо ликвидации соответственно политической партии, ее регионального отделения, иного структурного подразделения). В диссертации приводятся конкретные примеры использования мер защиты в рамках использования принуждения в конституционно-правовых отношениях.

Другой не менее значимой формой охраны конституционных правоотношений от нарушений, по мнению диссертанта, может рассматриваться институт контроля (надзора). Институт контроля является одним из важнейших организационно-правовых способов обеспечения законности в конституционно-правовых отношениях. Меры контроля (надзора) применяются, предваряя процесс использования конституционных санкций, так и одновременно с ними, а также и после факта применения меры конституционно-правовой ответственности к субъекту, нарушившему предписания конституционно-правовой нормы.

Как полагает диссертант, понятие контроля применительно к нашему исследованию можно рассматривать в нескольких значениях в сопоставлении с таким понятием как конституционно-правовая ответственность.


45

Во-первых, контроль можно рассматривать как понятие более общее, когда применение мер ответственности будет выступать одной из его стадий.

Во-вторых, контроль может выступать совершенно самостоятельным правовым явлением, так как он имеет свои правовые средства, формы процессуального осуществления, специальных субъектов. Например, в рамках парламентского контроля используются такие формы как интерпелляция, создание комиссий депутатского расследования, парламентские запросы, деятельность Уполномоченного по правам человека, контроль Счетной Палаты и пр.

В-третьих, контроль традиционно в ряде случае просто отождествляется с некоторыми видами конституционно-правовой ответственности. Например, нормоконтроль, осуществляемый Конституционным Судом Российской Федерации, когда происходит выявление нарушения закона и одновременно применяется соответствующая мера ответственности - признание акта неконституционным.

С позиции диссертанта, соотношение понятий надзор и контроль несколько глубже, чем соотношение как общее и частное или как просто два особых института.

В общетеоретическом смысле вряд ли кто будет спорить, что понятие «контроль» является родовым или общим по отношению к таким его формам реализации (составным частям), как проверка, ревизия, аудит, инспектирование, а также и по отношению к такой специальной форме, каковой является надзор.

Но с другой стороны, нельзя не заметить, что в узкоспециализированном аспекте как деятельность специально уполномоченных государственных органов, наделенных правом на принятие обязательных для исполнения актов и применение ряда особых принудительных средств в отношении не подчиненных им органов, надзор имеет существенные отличия от контроля.

Автор диссертации констатирует, что с точки зрения осуществления государственных функций управления, эти термины (понятия) можно различить: контроль является одной из функций любого государственного органа или органа местного самоуправления, он пронизывает его работу в качестве одного из направлений деятельности в отношении подведомственных структур. Надзор же является формой узкоспециализированной деятельности специально созданных государственных органов, и их полномочия распространяются на неподчиненные им органы и учреждения. Кроме того, надзорные органы, как правило, обладают особыми правоохранительными средствами осуществления контроля, когда органы, к


46

которым они были применены, обязаны   исполнять содержащиеся в них правовые предписания.

Таким образом, отмечается диссертантом, можно сделать вывод о том, что средства контроля и надзора являются особой формой правоохранительной деятельности, направленной на выявление и устранение допущенных нарушений, предотвращение возможных нарушений закона и на устранение из правового пространства актов посредством информирования органов, их издавших, об их незаконности.

Во втором параграфе, посвященном анализу позиций Конституционного Суда Российской Федерации, содержащих регламентацию процессуальных основ применения мер конституционно-правовой ответственности, автором формулируются принципы применения мер ответственности. Эти принципы основаны на анализе правовых позиций, которые представляют собой выводы Конституционного Суда в результате официального толкования Конституции Российской Федерации и интерпретации конституционного смысла положений законов, других нормативных актов в пределах компетенции Конституционного Суда Российской Федерации.

По мнению диссертанта некорректно говорить о прецедентном характере решений Конституционного Суда Российской Федерации как по формальным соображениям (его решение не связано с разрешением конкретного уголовного, гражданского или административного дела), так и с точки зрения оценки сущности его правовой позиции (решение Конституционного Суда обязательно для правотворческих органов в разрезе отмены ими неконституционных актов и принятия новых правовых актов и формулирует принципы, в частности, в разрезе выделения принципов применения мер конституционно-правовой ответственности, которыми должны руководствоваться все судебные инстанции при рассмотрении тех или иных категорий дел). Причем эти принципы связаны с толкованием применения тех или иных конституционных и законодательных норм вне привязки к конкретным жизненным обстоятельствам, фактам права. Позиции Конституционного Суда более правильно называть нормативно-интерпретационными положениями, которые по ряду признаков соотносятся с понятием «источник» права. Но природа этого особого вида источников права в корне отличается от прецедента в том понимании, как этот термин применяется в англо-американской правовой семье.

Конституционно-правовая ответственность в России до ее законодательной


47

легализации впервые получила признание в актах Конституционного Суда

Российской Федерации. Именно благодаря позиции Конституционного Суда впервые

на уровне интерпретационных актов было дано определение конституционно-

правовой ответственности, описаны основания ответственности (противоправность и

вина), а также раскрыты важнейшие особенности процедуры применения

ответственности, а федеральному законодателю были даны конкретные указания по

нормативной регламентации и практическому применению мер конституционно-

правовой ответственности. Автором диссертации на основе методов научной

абстракции и моделирования сформулированы восемь принципов применения

данного    вида    ответственности:        1)    принцип    соразмерности    использования

конституционных санкций совершенному правонарушению, 2) принцип недопустимости установления облегченной процедуры конституционно-правовой ответственности, 3) принцип необходимости применения судебной процедуры при привлечении к конституционно-правовой ответственности, 4) принцип самостоятельности органов государственной власти субъектов Российской Федерации и местного самоуправления в установлении мер конституционно-правовой ответственности, 5) принцип недопустимости произвольного, упрощенного толкования оснований и процедуры привлечения к конституционно-правовой ответственности, требование устанавливать все элементы состава правонарушения,

6)  принцип определения особенностей реализации и применения конституционной

ответственности исходя из ее сущности, определенной в Конституции, при этом эти

специфические особенности могут устанавливаться федеральным законом и

предопределять   и   особую   процедуру   применения   конституционных   санкций,

7)     принцип конституционности установления мер             конституционно-правовой

ответственности в актах более низкой юридической            силы, чем Конституция

Российской Федерации, 8) принцип наступления                 конституционно-правовой

ответственности за вину.

В третьем параграфе автор диссертации на основе анализа теоретических позиций, существующих в отечественной доктрине конституционного права, предлагает закрепить в российской Конституции и ряде федеральных законов понятие конституционно-правовой ответственности, конституционного деликта, оснований ответственности (вины, противоправности), а также ряд новых конституционно-правовых     санкций.      По     мнению     диссертанта,      отсутствие


48

соответствующих           законодательных   дефиниций      порождает      не      только

теоретические споры, но и явные трудности в процессе правоприменения. Судебная практика, как отмечается автором диссертации, крайне неоднородно определяет как формы вины, так и формы противоправности при рассмотрении дел о конституционных правонарушениях, например, в избирательном праве. Кроме того, игнорирование законодателем существования конституционно-правовой ответственности в виде правовой нормы порождает пренебрежительное отношение к мерам ответственности, устанавливаемых в нормах конституционного права, со стороны органов и должностных лиц органов государственной власти и местного самоуправления.

Поскольку законодательное регулирование института ответственности направлено и регулирует прежде всего механизм применения специальных мер принуждения, которые реализуют уполномоченные компетентные государственные органы, законодателю в целом совершенно неинтересно, произошло ли применение нормы и, например, возмещение причиненного вреда и устранение всех последствий правонарушения по инициативе самого правонарушителя. В этой связи законодательная дефиниция конституционно-правовой ответственности может иметь более сокращенную формулу. Именно в таком, узком смысле конституционно-правовая ответственность представляет собой применение соответствующими государственными органами (в редких случаях народом) к субъектам, наделенным конституционной правосубъектностью, государственно-принудительных средств воздействия.

Диссертант также предлагает легализовать в норме федерального закона понятие конституционного правонарушения, причем формулировки отличаются исходя из того, кто является субъектом ответственности - орган или физическое лицо. Под конституционным правонарушением, предлагается понимать противоправное, виновное действие (бездействие) государственного органа, органа местного самоуправления, должностного лица, общественной ассоциации, а также физического лица, наделенного специальным конституционно-правовым статусом за которое специальным законом или отдельными федеральными законами, и на их основании законами субъектов РФ установлена конституционно-правовая ответственность. Конституционное правонарушение признается совершенным физическим   лицом   или   должностным   лицом   государственного   органа   (органа


49

местного самоуправления) умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично. Конституционное правонарушение признается совершенным физическим лицом по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть.

В работе автором предложено и определение вины субъекта конституционного правонарушения. Государственный орган, орган местного самоуправления, общественное или избирательное объединение признаются виновными в совершении конституционного правонарушения, если будет установлено, что у них имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим специальным законом или иными законами, в том числе законами субъекта Российской Федерации предусмотрена конституционно-правовая ответственность, но данными лицами не были приняты все зависящие от них исходя из обычно существующих обстоятельств меры по их соблюдению.

С позиции диссертанта до внесения поправок в Конституцию России регулирование указанных понятий вполне возможно на уровне федерального закона «О конституционно-правовой ответственности органов государственной власти Российской Федерации и органов местного самоуправления». Представляется также целесообразным ввести в научный оборот и использование в норме закона понятий конституционно-правовой ответственности, конституционного деликта, форм вины, обстоятельств, исключающих применение мер конституционно-правовой ответственности.

Диссертант отмечает необходимость внедрения новых для российского конституционного законодательства санкций (таких например, как изъятие предметов ведения субъектов Российской Федерации и передача полномочий, принадлежащих субъекту Российской Федерации органам государственной власти Российской Федерации, роспуск политической партии, изменение статуса субъекта Российской Федерации путем преобразования его в федеральную территорию, приостановление работы законодательного органа субъекта Российской Федерации, приостановление


50

действия законов субъектов Российской Федерации, импичмент судьи и т.д.), в соответствующих разновидностях конституционно-правовой ответственности.

В диссертации приводятся доводы в пользу принятия целого ряда новых федеральных законов, регламентирующих порядок применения санкций в сфере федеративных отношений - федерального закона «Об особом положении в связи с несостоятельностью осуществления государственной власти в субъекте Российской Федерации», федерального конституционного закона «Об изменении статуса субъекта Российской Федерации», федерального закона «Об изъятии предметов ведения субъектов Российской Федерации в пользу Российской Федерации». Автором высказан целый ряд предложений о совершенствовании оснований и процедуры применения значительного числа конституционно-правовых санкций, закрепленных в нормах российского законодательства.

Диссертантом акцентировано внимание на том, что решение проблемы правовой регламентации института конституционно-правовой ответственности может быть найдено посредством эволюционного изменения источников закрепления санкций конституционно-правовой ответственности.

До принятия новой Конституции Российской Федерации представляется целесообразным ст. 132 дополнить положениями об основаниях и элементах процедуры ответственности муниципальных органов, а в ст. 78 предусмотреть право федеральных органов применять меры конституционно-правовой ответственности к органам государственной власти субъектов Российской Федерации и обеспечивать полномочия федеральной государственной власти на всей территории России.

В дальнейшем при разработке новой Конституции Российской Федерации, представляется необходимым дополнить статью 3 Конституции РФ, включив в нее краткое определение конституционно-правовой ответственности с указанием основных субъектов, а также оснований ее наступления; в статье 13 определить общие условия и процедуру ответственности общественных объединений, включая политические партии; в статьях 11 и 12 установить, что органы государственной власти и местного самоуправления несут конституционно-правовую ответственность за нарушения Конституции и федерального законодательства (при сохранении структуры действующей Конституции). Кроме того, должна быть изменена процедура привлечения к ответственности Президента (ст.93), Правительства (ст. 117),    определены    как    конституционно-правовая    ответственность    санкции    в


51

отношении аудиторов Счетной Палаты, Уполномоченного по правам человека, Председателя Центрального Банка, Генерального прокурора, судей. В перспективе в Конституции России должна появиться отдельная глава «Конституционно-правовая ответственность», системно регламентирующая применение мер конституционно-правовой ответственности к различным субъектам конституционного права.

В Заключении подводятся краткие итоги проведенного исследования, формулируются выводы и определяются проблемы, требующие дальнейшего изучения.

Основные положения диссертации изложены в следующих публикациях диссертанта:

I.        Монографии, учебники, учебные пособия:

  1. Кондрашев А.А. Конституционно-правовая ответственность субъектов федерации: вопросы теории и законодательного регулирования в Российской Федерации. Красноярск: Изд-во Сибирского юридического института МВД России, 1999. 110 с. 6,8 п.л.
  2. Реформирование российского федерализма: тенденции и перспективы. Красноярск: Изд-во Сибирского юридического института МВД России, 2003 (в соавт.). 73 с. 4,6 п.л.
  3. Особенности конституционно-правового статуса субъектов Российской Федерации. Красноярск: Изд-во Сибирского юридического института МВД России, 2004 (в соавт.). 103 с. 6,4 п.л.
  4. Законодательное регулирование конституционно-правовой ответственности в России: основные направления и перспективы. Красноярск: Изд-во Сибирского юридического института МВД России, 2004 (в соавт.). 98 с. 6,1 п.л.
  5. Кондрашев А.А. Конституционная ответственность в Российской Федерации: теория и практика. М.: Юристь, 2006. 345 с. 21 п.л.
  6. Меры конституционно - правовой ответственности в Российской Федерации. Красноярск: Изд-во Сибирского юридического института МВД России, 2006 (в соавт.). 73 с. 4,5 п.л.

52

  1. Конституционно-правовой статус законодательных             (представительных) органов власти субъектов Российской Федерации. Красноярск: Изд-во Сибирского юридического института МВД России, 2007 (в соавт.). 90 с. 5,6 п.л.
  2. Доклад «О состоянии законодательства Красноярского края». Красноярск: Типография «ООО ПОЛИКОР», 2009 (в соавт.). 280 с. 17,5 п.л.
  3. Кондрашев А.А. Конституционно-правовая ответственность в Российской Федерации: Учебное пособие. Красноярск: Изд-во Красноярского государственного аграрного университета, 2010. 336 с. 21 п.л.
  4. Кондрашев А.А. Конституционно-правовые основы современного российского федерализма: Учебное пособие. Красноярск: Изд-во Красноярского государственного аграрного университета, 2010. 372 с. 23,2 п.л.
  5. Кондрашев АА. Теория конституционно-правовой ответственности в Российской Федерации. М.: Изд-во МГУ, 2011. 468 с. 29,2 п.л.

П. Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах и  

изданиях, указанных в перечне ВАК:

  1. Кондрашев А.А. Конституционно-правовые способы федерального принуждения: проблемы теории и реализации в Конституции Российской Федерации // Государство и право. 2000. № 2. 0,3. п.л.
  2. Кондрашев А.А. Конституционно-правовая ответственность субъектов Федерации: вопросы теории и проблемы реализации // Журнал российского права. 2000. №2. 0,6 п.л.
  3. Кондрашев А.А. Некоторые актуальные проблемы применения мер конституционно-правовой ответственности в избирательных отношениях // Право и политика. 2003. № 8. 0,8 п.л.
  4. Кондрашев А.А. Правовой статус субъекта Российской Федерации: опыт доктринального исследования // Правоведение. 2003. № 6. 1 п.л.
  5. Совершенствование        законодательного        регулирования        института конституционно-правовой ответственности субъектов Российской Федерации // Государство и право. 2004 (в соавт.). № 8. 0,6. п.л.

53

  1. Проблемы образования субъектов Российской Федерации и изменения их конституционно-правового статуса в контексте перспектив российского федерализма // Журнал российского права. 2004 (в соавт.). № 7. 0,8 п.л.
  2. Кондрашев А.А. Конституционно-правовые аспекты теории суверенитета // Федерализм. 2004. № 2. 1,3 п.л.
  3. Кондрашев А.А. Разграничение предметов ведения и полномочий в Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2005. № 1. 0,25 п.л.
  4. Кондрашев А.А. Несовершенство правовой основы режима чрезвычайного положения в Российской Федерации // Федерализм. 2006. № 1. 0,6 п.л.
  5. Кондрашев А.А. Позитивная ответственность органов государственной власти в конституционном законодательстве Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2006. № 4. 0,2 п.л.
  6. Кондрашев А.А. Конституционно-правовая ответственность политических партий и иных общественных объединений в российском законодательстве // Конституционное и муниципальное право. 2006. № 11. 0,25 п.л.
  7. Законодательное регулирование конституционно-правовой ответственности региональных и местных органов власти // Правоведение. 2006 (в соавт.). № 1. 0,8 п.л.
  8. Кондрашев А.А. Конституционно-правовая ответственность судей в Российской Федерации: перспективы законодательных решений // Конституционное и муниципальное право. 2007. № 10. 0,1 п.л.
  9. Кондрашев А.А. Правовые проблемы совершенствования государственно-территориального устройства России // Российский юридический журнал. 2008. № 2. 0,5 п.л.
  10. Кондрашев А.А. Особенности реализации конституционно-правовой ответственности в муниципальном праве Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2008. № 20. 0,5. п.л.
  11. Кондрашев А.А. Меры конституционно-правовой ответственности в современном конституционном праве: основания классификации и виды санкций // Конституционное и муниципальное право. 2010. № 7. 0,7 п.л.
  12. Кондрашев А.А. Эволюция российского федерализма в ходе законодательных новаций 2000-2008 годов: доктринальный анализ и перспективы развития // Сравнительное конституционное обозрение. 2010. № 4 (77). 1,4 п.л.

54

29.  Кондрашев А. А. Конституционно- правовая ответственность депутата

законодательного органа государственной власти, представительного органа местного

самоуправления в РФ: основания классификации и проблемы реализации //

Российский юридический журнал. 2011. № 1. 0,4 п.л.

III.Статьи, доклады, тезисы выступлений на всероссийских и международных научных, научно-практических конференциях:

  1. Кондрашев А.А. К вопросу о классификации моделей федерального устройства и особенностях формирования российского федерализма // Сборник. Межвузовская научная конференция студентов и аспирантов юридических вузов и факультетов г. Красноярска. Красноярск: Изд-во КГУ, 1997. 0,1 п.л.
  2. Кондрашев А.А. Вина как условие возложения конституционно-правовой ответственности // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе. Материалы научно-практической конференции (3-4 февраля 2000 г.). Часть 1/ Отв. ред. Горобцов В.И. Красноярск: Изд-во Сибирского юридического института МВД России, 2000. 0,19 п.л.
  3. Кондрашев А.А. Некоторые проблемы разработки санкций конституционно-правовой ответственности субъектов Российской Федерации // Конституционно-правовая ответственность: проблемы России, опыт зарубежных стран. Научное издание / Под ред. Авакьяна С.А. М.: Изд-во МГУ, 2001. 0,4 п.л.
  4. Кондрашев А.А. Проблемы суверенитета в РФ // Ученые записки Юридического института КГУ. Вып. 1. Красноярск: Изд-во КГУ, 2001. 0,4 п.л.
  5. Кондрашев А.А. Ответственность Президента Российской Федерации // Уголовное право и современность. Межвузовский сборник научных трудов. Вып. 7 / Отв. ред. Горобцов В.И. Красноярск: Изд-во Сибирского юридического института МВД России, 2003. 0,5 п.л.
  6. Кондрашев А.А. Реализация федерального принуждения // Правовые основы российского федерализма/ Отв. ред. Маликов М.Ф. Уфа: РИО БашГУ, 2004. 0,5 п.л.
  7. Кондрашев А.А. Режим чрезвычайного федерального положения как мера ответственности субъекта Российской Федерации // Конституционно-правовые основы реформирования и развития органов государственной власти и местного

55

самоуправления в Российской Федерации. Сборник статей / Отв. ред. Кравец И.А. Новосибирск: Изд-во Новосибирского университета, 2005. 0,4 п. л.

37. Кондрашев А.А. Ответственность политических партий и общественных объединений // Актуальные проблемы юридической науки: тезисы и доклады Всероссийской научно-практической конференции. Красноярск: Изд-во КГУ, 2005. 0,2 п.л.

38.Кондрашев А.А. Ответственность высшего должностного лица субъекта Российской Федерации: дифференциация правового регулирования в современном законодательстве // Централизм, демократия, децентрализация в современном государстве: конституционно-правовые вопросы. Материалы международной научной конференции (1-9 апреля 2005 г. Москва) / Под ред. Авакьяна С.А. М.: ТК Велби, 2006. 0,3 п.л.

  1. Кондрашев А.А. Юридическая ответственность политических партий, общественных, религиозных объединений, предусмотренная законодательством Российской Федерации // Актуальные проблемы теории и истории государства и права: Сборник научных трудов. Выпуск 3 / Отв. ред. Пономарева В.В. Красноярск: Изд-во Сибирского юридического института МВД России, 2006. 1 п.л.
  2. Кондрашев А.А. Федеративная модернизация в контексте формирования оптимальной формы государственного устройства Российской Федерации // Форма государства: современные тенденции развития: Сборник материалов региональных научных конференций / Отв. ред. В.В. Пономарева. Красноярск: Изд-во Сибирского юридического института МВД России, 2007. 0,4 п.л.
  3. Кондрашев А.А. Лакуны в законодательстве о конституционной ответственности в Российской Федерации // Проблемы и дефекты в конституционном праве и пути их устранения: Материалы международной научной конференции Юридического факультета МГУ им. М.Ю. Ломоносова (23-31 марта 2007 г. Москва) / Под ред. Авакьяна С.А. М.: Изд-во МГУ, 2008. 0,3 п.л.

42. Кондрашев А.А. Конституционно-правовая ответственность высших органов

исполнительной власти субъекта Российской Федерации как фактор укрепления

правовых основ российской государственности // Российская государственность в

начале XXI века: тенденции, проблемы, перспективы: Материалы VIII Всероссийской

научно-практической конференции «Государство, право, управление - 2008». Часть I

/ Отв. ред. Некрасов СИ. М.: Изд-во ГУУ, 2008. 0,3 п.л.


56

    • Кондрашев          А.А.          Режим контртеррористической операции как одна из комплексных мер конституционно-правовой ответственности в законодательстве РФ // Научный ежегодник Института философии и права Уральского отделения Российской Академии наук. Вып.9 / Отв. ред. Руденко В.Н. Екатеринбург: Изд-во УрО РАН, 2009. 0,2 п.л.
    • Кондрашев А.А. Лишение полномочий депутата вследствие систематического неисполнения своих обязанностей или занятия депутатом предпринимательской или другой оплачиваемой деятельностью как мера конституционно-правовой ответственности в Российской Федерации // Парламентаризм в современной России: 15 лет становления: Материалы межвузовской научно-практической конференции / Под ред. A.M. Лялина, В.И. Звонникова, СИ. Некрасова; науч. ред. Х.Д. Чеченов. М.: ГУУ, 2009. 0,2 п.л.
    • Кондрашев А.А. Ограничение конституционных прав и свобод в России: противоречия и законодательные перспективы // Научные труды. РАЮН. Вып. 9. Т. 1. / Отв. ред. Гриб В.В. М.: Юристь, 2009. 0,3 п.л.
    • Кондрашев А.А. Доктрина современной российской конституции: уроки прошлого и образцы будущего (институциональные и организационно-правовые аспекты совершенствования конституционно-правовых институтов // Конституция и доктрины России современным взглядом. Материалы Всероссийской научной конференции. Москва, 17 марта 2009 г. / Под. ред. С.С. Сулакшина. М.: Научный эксперт, 2009. 0,3 п.л.
    • Кондрашев А.А. Конституционно-правовая ответственность иностранных граждан по российскому законодательству: нормативные основы и проблемы правоприменения // Власть и общество: грани взаимодействия: Материалы IX Всероссийской научно-практической конференции «Государство, право, управление -2009». Часть 1/ Отв. ред. Некрасов СИ. М.: Изд-во ГУУ, 2010. 0,3 п.л.
    • Кондрашев А.А. Конституционно-правовая ответственность иностранных граждан в Российской Федерации // Вестник Сибирского юридического института МВД России. 2010. № 2(6). 0,5 п.л.
      СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
     






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.