WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Юридическая конвергенция

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

 

На правах рукописи

ТРЕТЬЯКОВА Ольга Дмитриевна

ЮРИДИЧЕСКАЯ КОНВЕРГЕНЦИЯ

Специальность 12.00.01 – теория и история права и государства;

история учений о праве и государстве

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

Владимир

ВЮИ ФСИН России

2012


Работа выполнена на кафедре государственно-правовых дисциплин федерального казенного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Владимирский юридический институт Федеральной службы исполнения наказаний».

  


Официальные оппоненты:

доктор юридических наук, профессор

Карташов Владимир Николаевич

доктор юридических наук, профессор

Радько Тимофей Николаевич

доктор юридических наук, профессор

Толстик Владимир Алексеевич

Ведущая организация – федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего

профессионального образования

«Саратовская государственная

юридическая академия»

Защита состоится «____» _________ 2012 г. в _____ часов на заседании диссертационного совета ДМ 229.004.01 при федеральном казенном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Владимирский юридический институт Федеральной службы исполнения наказаний» по адресу: 600020, г. Владимир, ул. Б. Нижегородская, 67е. Конференц-зал.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке федерального казенного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Владимирский юридический институт Федеральной службы исполнения наказаний».

Автореферат разослан «____» __________2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета                                          С. В. Назаров


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования обусловлена обстоятельствами практического и теоретического характера. Динамика развития человечества свидетельствует о неуклонном сближении стран и народов за счет совершенствования транспорта, связи, телекоммуникационных сетей, формирования глобальных идеологических парадигм, унификации способов регламентации общественных отношений.

Процесс сближения (конвергенции) в полной мере затрагивает и право. Сам факт признания права наиболее эффективным социальным регулятором свидетельствует о конвергенционном единстве взглядов в мире на эффективное регулирование общественных отношений. Об этом свидетельствует и наличие транснационального международного права. Деятельность современного государства осуществляется с учетом тенденций, которые присущи мировому сообществу. Интеграция мировой экономики, основанная на жесткой конкуренции, разделении рынков (сырья, сбыта, труда) требует приведения национального законодательства в соответствие с общепризнанными нормами и принципами международного права.



Международный характер права является внешним обстоятельством, обусловливающим факты правового регулирования конвергенции государств и народов, их экономик, культур и идеологий. Кроме того, с помощью права регулируется сближение различных правовых систем и моделей правового регулирования общественных отношений. Правом регламентируются и различные изменения в самом праве и правовой системе общества. Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии явления мирового масштаба, которое можно обозначить как юридическую (правовую) конвергенцию. Несмотря на то, что «право разных стран сформулировано на разных языках, использует различную технику и создано для общества с весьма различными структурами, нравами, верованиями» , тем не менее, оно постоянно сближается и интегрируется.

Позитивная роль юридической конвергенции в организации жизнедеятельности социума в общемировом масштабе безусловна и очевидна: благодаря ей признаются, охраняются и защищаются естественные и неотчуждаемые права и свободы человека практически во всех государствах и их правовых системах; она обусловила правовую охрану и защиту природы и окружающей среды, обеспечила единство подходов к организации деятельности государственных аппаратов различных стран, а также унификацию юридической техники и технологии.

Вместе с тем юридическая конвергенция породила негативные тенденции юридической экспансии, поглощения и выхолащивания национальных традиций правового регулирования и национальной самобытности правовой культуры, «преклонение» перед образцами правового регулирования в экономически развитых странах Запада, которые не всегда соответствуют национальным реалиям. Не случайно западные модели царствия божьего, коммунизма, правового государства и гражданского общества дают сбои, трансмутируют и приобретают свойства, не предусмотренные оригиналами. Как справедливо отмечал известный отечественный правовед П. П. Баранов, любая правовая конструкция, которую бездумно переносят на отечественную почву, неотделима от философской, юридической культуры определенного общества. Она – часть десятилетиями «притиравшегося» механизма, которая эффективно работает только в нем. Можно ли создать идеально функционирующий механизм из деталей, пусть даже превосходно сделанных, но от разных агрегатов? Причем, похоже, что детали эти берутся и соединяются вместе вообще без какого бы то ни было плана, едва ли не интуитивно» .

Все указанные выше процессы порождают протестную дивергенцию права, как это было, например, с правовыми системами некоторых бывших республик СССР, а также усиливают исконно русский правовой нигилизм. Между тем в современной России продолжается процесс реформирования правовой системы общества на основе признания ценности основных прав и свобод человека, приоритета законных интересов личности. В современных условиях происходит расширение сферы правового регулирования, появляются новые общественные отношения: в области нанотехнологий, генной инженерии и другие, которые нуждаются в комплексном межотраслевом правовом регулировании с учетом общемировых тенденций, т. е. в рамках юридической конвергенции.

Актуальность исследования юридической конвергенции обусловлена и фактическим отсутствием общеправовых исследований, специально посвященных данному процессу и его проявлениям. При этом обширная практика юридической конвергенции требует ее теоретико-правового анализа на монографическом уровне и разработки концептуальных моделей ее реализации в отечественной правовой системе, которые бы учитывали отечественную социально-правовую, политическую, экономическую и духовную действительность.

Кроме того, познание юридической конвергенции актуально не только в связи с установлением ее механизмов и особенностей, но и в связи необходимостью ее ограничения и контроля.

Таким образом, проблема юридической конвергенции является актуальной как в научно-теоретическом, так и практическом плане.

Степень научной разработанности темы исследования. В юридической науке не имеется общетеоретических исследований, посвященных выявлению особенностей юридической конвергенции, только несколько научных трудов в отдельных отраслях права касаются смежных проблем, и в них фрагментарно встречаются упоминания о процессах конвергенции правовых систем. Известен также ряд неюридических исследований, посвященных проблемам конвергенции в различных сферах жизнедеятельности общества.

В целом, научные труды, в той или иной степени затрагивающие тему настоящего исследования, можно условно разделить на три группы.

К первой группе относятся юридические исследования, рассматривающие отдельные вопросы юридической конвергенции (О. Ю. Валько, Н. М. Коршунов, В. И. Кузьменко, С. Ю. Марочкин и др.). Анализ трудов данной группы позволяет заключить, что все они имеют исключительно отраслевой характер и посвящены исследованию лишь одной (внешней) формы юридической конвергенции.

Вторая группа объединяет труды ученых-юристов, которые так или иначе отражают предмет исследования (С. С. Алексеев, В. М. Баранов, П. П. Баранов, В. В. Богатырёв, Н. В. Витрук, Н. А. Власенко, Р. Давид, В. Н. Карташов В. Н. Кудрявцев, , М. Н. Марченко, М. А. Пшеничнов, Т. Н. Радько, А. Х. Саидов, В. М. Сырых, Ю. А. Тихомиров, В. А. Толстик и др.). Эта группа достаточно многочисленна, однако проблемы юридической конвергенции затрагиваются в работах указанных авторов фрагментарно – лишь в связи с исследованием смежных правовых явлений.

Третья группа представлена исследованиями, не являющимися юридическими, но содержащими сведения о политической, экономической и других видах конвергенции (Э. Брегель, Дж. Гэлбрейт, Ф. Перру, У. Ростоу, П. А. Сорокин, Я. Тинберген, О. Флехтгейм, Ж. Фурастье, Х. Шельски и др.). Работы, включенные в эту группу, содержат сущностные характеристики явления конвергенции в общенаучном смысле с позиции исследований в экономике, политике, культуре и духовной жизни.

Высоко оценивая вклад указанных авторов в развитие юридической науки, следует констатировать, что с позиции общей теории права не предпринималось попыток специального монографического исследования юридической конвергенции, и это свидетельствует о новом научном направлении в теории государства и права, а также об актуальности и необходимости настоящего диссертационного исследования.

Объектом исследования является совокупность общественных отношений, возникающих в процессе взаимодействия элементов внутри системы права, права и иных регуляторов отношений в обществе, а также правовых систем различных государств.

Предметом исследования выступает юридическая конвергенция как процесс сближения элементов внутри системы права, права и иных регуляторов отношений в обществе, а также правовых систем различных государств.

Цель исследования заключается в создании целостной концепции юридической конвергенции, обусловливающей сближение элементов внутри системы права, права и иных регуляторов отношений в обществе, а также правовых систем различных государств. Кроме того, целью исследования является выработка практических рекомендаций, направленных на совершенствование юридической конвергенции и предотвращение возможных негативных последствий ее осуществления.

Для достижения указанной цели в работе были поставлены и решены следующие исследовательские задачи:

– сформулировать определение категории «юридическая конвергенция»;

– установить методологические подходы к познанию юридической конвергенции;

– выявить формы и виды юридической конвергенции;

– проявить механизм юридической конвергенции;

– определить сущность юридической дивергенции;

– выявить методы осуществления юридической конвергенции;

– раскрыть особенности юридической конвергенции элементов системы права;

– установить особенности конвергенции права и иных социальных регуляторов;

– проявить специфику конвергенции правовых систем различных государств;

– выделить круг позитивных и негативных свойств юридической конвергенции;

– разработать наиболее оптимальные модели внутренней и внешней конвергенции в праве;

– установить особенности юридической конвергенции в сфере исполнения наказаний;

– раскрыть специфику юридической конвергенции в сфере образования;

– выработать практические рекомендации по совершенствованию юридической конвергенции и предотвращению возможных негативных последствий ее осуществления.

Методологической основой исследования являются современные методы познания, выявленные и разработанные философией, историей, социологией, теорией права и государства, отраслевыми юридическими науками и апробированные юридической практикой.

В частности, в работе использованы три группы методов: общефилософские, общенаучные и специально-юридические.

Поскольку юридическая конвергенция есть явление социальное, чрезвычайно продуктивным стало использование общесоциологических (системный, институциональный, поведенческий подходы) и конкретно-социо­логических (анализ документов и статистических данных, письменные и устные опросы и т. п.) методов исследования.

Изучение сущности и свойств юридической конвергенции предполагает формулирование соответствующих понятий и отграничение их от смежных категорий. Поэтому в работе использовались методы собственно теории государства и права в совокупности с логическими приемами анализа, синтеза, конкретизации и абстрагирования. Нормативно-догмати­ческий метод применялся при анализе юридико-технической составляющей регулирования общественных отношений. Сравнительный метод был весьма полезен при сопоставлении конвергенции элементов в различных общественных подсистемах, а также анализе процессов преемственности форм и методов функционирования правовых систем.

Кроме того, в ходе исследования широко применялись специально-юридические методы познания, среди которых следует выделить метод сравнительно-правового анализа, теоретико-правового моделирования и прогнозирования, правовой диагностики, интерпретации правовых текстов, юридической статистики.

Теоретическую основу исследования составили положения, концепции и выводы, содержащиеся в трудах ученых, разработавших фундаментальные категории общей теории права: С. С. Алексеева, А. В. Аверина, В. К. Бабаева, М. И. Байтина, В. М. Баранова, П. П. Баранова, А. Б. Венгерова, Н. А. Власенко, Н. Н. Вопленко, Р. Б. Головкина, А. А. Демичева, В. Б. Исакова, В. П. Казимирчука, В. Н. Карташова, Д. А. Керимова, С. И. Кузьмина, В. В. Лазарева, Е. А. Лукашевой, А. В. Малько, М. Н. Марченко, Н. И. Матузова, В. М. Морозова, Л. А. Морозовой, В. С. Нерсесянца, В. В. Оксамытного, А. С. Пиголкина, С. В. Полениной, Т. Н. Радько, М. М. Рассолова, В. Б. Романовской, Р. А. Ромашова, В. П. Сальникова, И. Н. Сенякина, В. Н. Синюкова, Н. Н. Тарасова, Л. Б. Тиуновой, Ю. А. Тихомирова, В. А. Толстика, А. Ф. Черданцева, Б. С. Эбзеева, А. И. Экимова и др.

Нормативной базой исследования являются Конституция РФ и конституции зарубежных стран, отечественные и международные правовые акты, уставы, договоры, соглашения, законы и иные правовые акты субъектов Федерации, так или иначе отражающие процессы юридической конвергенции.

Эмпирическая база исследования включает решения и определения международных, зарубежных и отечественных судов и административных инстанций, данные правовой статистики и мониторинга, результаты социологических исследований и наблюдений, публикации в периодической печати.

Научная новизна исследования обусловлена тем, что это оригинальная монографическая работа, в которой впервые на общетеоретическом уровне исследованы теоретические и прикладные проблемы юридической конвергенции. Диссертация содержит ряд обобщений, которые уточняют отдельные положения общей теории государства и права, в частности, о роли и месте юридической конвергенции в механизмах взаимодействия элементов права и правовой системы общества, права и законодательства, права и других социальных регуляторов, а также взаимодействия правовых систем различных государств. Кроме того, научная новизна исследования выражается в том, что его результаты позволяют выявлять тенденции развития и реальные процессы формирования наднационального правового регулирования, а также создавать действенные концептуальные модели конвергенции права.

В целом в процессе работы были получены следующие научные результаты, характеризующиеся новизной:

– разработана и отграничена от смежных категория «юридическая конвергенция»;

– установлены методологические подходы к познанию данной категории;

– определены формы и виды юридической конвергенции;

– разработан ее механизм;

– определена сущность юридической дивергенции;

– раскрыты методы ее осуществления;

– выявлены особенности юридической конвергенции элементов системы права;

– установлены особенности конвергенции права и иных социальных регуляторов;

– проявлена специфика конвергенции правовых систем различных государств;

– определены характеристики сближения права и законодательства;

– выявлен круг позитивных и негативных свойств юридической конвергенции;

– разработаны наиболее оптимальные модели внутренней и внешней конвергенции в праве;

– установлены особенности юридической конвергенции в сфере исполнения наказаний.

По результатам исследования выработаны практические рекомендации по совершенствованию юридической конвергенции и предотвращению возможных негативных последствий от ее осуществления.

Научная новизна нашла отражение в основных положениях, выносимых на защиту.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Юридическая конвергенция – это процесс взаимодействия элементов внутри системы права, права и иных регуляторов отношений в обществе, а также правовых систем различных государств, характеризующийся сближением, увеличением количества связей между элементами сближающихся объектов и определенной степенью согласованности воздействия этих элементов на общественные отношения.

2. Когерентность права – это фактическая, достаточно высокая степень связанности и согласованности элементов внутри системы права, права и иных регуляторов отношений в обществе, а также правовых систем различных государств, являющаяся результатом юридической конвергенции.

3. Мера юридической конвергенции – это явление и его отражение в сознании, характеризующее масштаб и границы взаимодействия правовых предписаний, правовых систем и других правовых объектов, в рамках которых сближающиеся правовые объекты остаются относительно самостоятельными, не приобретая нового качества за счет чрезмерности их сближения. Мера обусловливает ограничения юридической конвергенции.

4. Цели юридической конвергенции – это прогнозируемые юридически значимые результаты, на которые, как правило, направлен процесс юридической конвергенции и которые выражаются в максимальной когерентности (связанности) сближающихся правовых явлений, а также в правовом обеспечении политических, экономических, духовных и иных неюридических связей и отношений.

5. Юридическая дивергенция – это сложный и многосторонний процесс внутреннего и внешнего взаимодействия элементов права и правовой системы, выраженный в расхождении организации форм права, требований правовых норм, а также частей единых или близких правовых систем общества.

6. Методология юридической конвергенции может быть определена как основанное на общей методологии права учение о способах организации деятельности различных субъектов по сближению национальных правовых систем, права и закона, права и иных социальных норм, а также систематизации права и его реализации в правомерном поведении.

7. Классификационная модель методов юридической конвергенции. Выделяются две основные группы. Первая группа включает методы, базирующиеся на общем воздействии на человека и общественные отношения, – методы добровольной (юридическая аккультурация) и принудительной (юридическая экспансия) юридической конвергенции; во вторую группу входят специальные методы юридической конвергенции: гармонизации, синхронизации, комплементарности, присоединения и поглощения. Метод гармонизации выражается в двустороннем или многостороннем согласовании требований правовых предписаний. Метод синхронизации рассматривается с позиции односторонней взаимной корректировки сближающихся правовых элементов. Метод комплементарности предполагает осуществление юридической конвергенции на основе зеркальных различий (по принципу ключ-замок). Метод присоединения означает присоединение сближающихся элементов без их изменений, а метод поглощения – поглощение одного правового элемента другим, но при этом черты поглощаемого элемента сохраняются в поглощающем элементе. Специальные методы юридической конвергенции являются универсальными для всех ее форм.

8. Субъекты юридической конвергенции – это любые индивидуальные и коллективные лица, принимающие участие в инициации и осуществлении процессов всех видов и форм юридического сближения для решения широкого круга политических, экономических, духовных и других задач, решение которых вызывает личный, групповой или общественный интерес.

9. Объекты юридической конвергенции – это деятельность по сближению различных правовых и с ними связанных неправовых явлений и возникающих по этому поводу общественных отношений, характеризующаяся направленностью на эту деятельность прав и обязанностей субъектов юридической конвергенции.

В качестве объектов юридической конвергенции целесообразно рассматривать, например, правотворческую, правоприменительную и правоинтерпретационную деятельность, внешне- и внутриполитическую деятельность, внешне- и внутриэкономическую деятельность и т. д.

При таком подходе предметами юридической конвергенции выступают сами правовые и неправовые явления, на которые направлено сближающее воздействие (правовые системы, правовые нормы, социальные нормы, правовые акты, правотворчество, правоприменение и т. д.), и возникающие при этом общественные отношения – правовые (внутригосударственные и международные) и неправовые (политические, экономические и др.).

10. Механизм юридической конвергенции – это совокупность взаимосвязанных, взаимообусловленных форм, средств, методов, принципов, а также мер, обеспечивающих процесс юридической конвергенции и ее видовое многообразие.

11. Формы юридической конвергенции – это так или иначе проявленные процессы сближения элементов внутри системы права, права и иных регуляторов отношений в обществе, а также правовых систем различных государств. Форма юридической конвергенции – это выражение вовне процессов сближения различных правовых предметов (явлений) на глобальном (мегасистемном), внутрисистемном и подсистемном уровнях.

12. Классификационная модель форм юридической конвергенции. Целесообразно выделять три основные ее формы: внешнюю, медиальную и внутреннюю. Внешняя юридическая конвергенция проявляется в виде сближающего взаимодействия различных правовых систем, а также политических, экономических систем на основе права. Медиальная юридическая конвергенция характеризует сближающее взаимодействие права с иными социальными и несоциальными регуляторами. Внутренняя форма юридической конвергенции проявляет сближающие взаимодействия внутри системы права.

13. Средства юридической конвергенции – это выраженные внешне правовые и неправовые явления, с помощью которых реализуется процесс юридической конвергенции, обеспечивается достижение когерентности права. В качестве основных средств юридической конвергенции следует отметить правовые нормы, правовые акты, акты применения, социальные нормы, договоры, интерпретационные акты, юридическую практику и принципы юридической конвергенции.

Набор средств юридической конвергенции зависит от ее формы и условий, а принципы носят универсальный характер. В качестве неосновных средств юридической конвергенции могут использоваться любые другие правовые и неправовые явления, способствующие процессам сближения в праве.

14. Классификационная модель видов юридической конвергенции. В основании классификации заложены три основания: предмет, метод и форма юридической конвергенции.

По предмету целесообразно выделять собственно правовую и неправовую, но опосредованную правом юридическую конвергенцию. Собственно правовая конвергенция, в свою очередь, делится на правотворческую, правоприменительную и интерпретационную юридическую конвергенцию. Неправовая, но опосредованная правом конвергенция подразделяется на политическую, экономическую и духовную конвергенцию.

В зависимости от методов можно выделить добровольную (естественную) юридическую конвергенцию, которая, в свою очередь, подразделяется на одностороннюю, двустороннюю и многостороннюю, и принудительную юридическую конвергенцию, подразделяемую на объективную (под давлением естественно-природных обстоятельств) и субъективную (юридическая экспансия).

По форме юридическая конвергенция подразделяется на внешнюю (сближение правовых систем и сближение других систем, основанное на праве), медиальную (сближение права и иных социальных регуляторов, права и несоциальных регуляторов) и внутреннюю (сближение права и законодательства, правовых норм внутри системы права, нормативных и ненормативных правовых регуляторов).

15. Стадиальная модель процесса юридической конвергенции.

Первая стадия – это инициация процесса конвергенции. Она осуществляется, как правило, заинтересованными лицами либо (что значительно реже) возникает спонтанно, за счет возникновения определенных обстоятельств (например, бурное развитие связи и транспорта в XX в. обусловило всеобщее сближение стран и народов – глобализацию). Вторая стадия – это выбор субъектами юридической конвергенции ее средств, методов, определение ее объектов и предметов. Третья стадия – осуществление субъектами конвергирующих действий, направленных на объекты и предметы сближения с помощью определенных средств и методов. Четвертая стадия – достижение целей юридической конвергенции (например, когерентность права, образование единого экономического пространства и т. д.).

17. Конвергенция права и закона – это процесс сближения действующего законодательства с естественными и неотчуждаемыми правами и свободами человека путем их прямого или косвенного включения в правовое регулирование общественных отношений. Конвергенция в виде сближения права и закона выражается в том, что в действующем законодательстве все больше учитываются естественные и неотчуждаемые права и свободы человека. Тем не менее сближение права и закона должно иметь разумные ограничения наличием прав человека, сущностью самого законодательства, часть которого не имеет и не может иметь естественную природу. Конвергенция права и закона требует четкого научного и межведомственного контроля, так как иногда закрепленное фактически право лишь формально декларируется, поскольку государство не в силах его обеспечить (например, право на жизнь). Иногда смешиваются формы реализации законодательства, например, достаточно распространен призыв «соблюдать права», но соблюдение – это пассивная форма реализации законодательства, следовательно, в буквальном смысле данная формулировка содержит призыв воздерживаться от реализации права.

18. Модель сближения элементов системы права в форме кодификации:

1) Данный вид конвергенции инициируют представители государственной власти, которые сами напрямую в этом процессе не задействованы. Однако на первой его стадии могут участвовать ученые, юристы-практики, привлекая внимание к необходимости кодификации.

2) В качестве объекта выступает деятельность по конвергенции, которая охватывает деятельность по систематизации и по кодификации – непосредственно. Предметы сближения – нормы, правовые институты, подотрасли и отрасли. Общими средствами являются законы и подзаконные акты, например, указы Президента РФ, специальными средствами – доктринальная экспертиза концепции и проекта закона. Конвергенция осуществляется с использованием общих методов правотворчества и специальных методов синхронизации и частичного поглощения сближающимися предметами друг друга.

3) На третьей стадии процесс конвергенции включает в себя несколько дополнительных этапов: а) создается специальный орган; б) формируется концепция кодификации; в) обсуждается концепция кодификации; г) осуществляется процесс кодифицированного правотворчества.

4) В результате правотворчества образуется когерентность внутри отрасли права или группировки отраслей права (например, частное и публичное право). Опосредованная цель данного вида юридической конвергенции – упорядочение, совершенствование законодательства в той или иной сфере общественных отношений.





19. Юридическая конвергенция нормативных и ненормативных правовых предписаний формально проявляется в создании смешанных правовых актов, которые представляют собой обусловленные юридической конвергенцией государственно-властные предписания, содержащие нормативные и ненормативные регуляторы поведения, действующие наиболее эффективно лишь в состоянии когерентности.

20. Юридическая конвергенция права и иных социальных норм позволяет обогатить и разнообразить право, приблизить его к реальным общественным отношениям. Вместе с тем популярная на Западе конвергенция права и иных социальных норм вплоть до их слияния на практике приводит к необоснованным ограничениям прав и свобод либо к установлению необоснованных преференций отдельным категориям субъектов правоотношений. Например, установление морального критерия ограничения прав и свобод (ст. 55 Конституции РФ) чревато нарушением прав, так как мораль – неконкретна и бескомпромиссна (какое-либо событие или обстоятельство оценивается как «хорошо» либо «плохо»).

21. Мера конвергенции права и иных социальных норм – это определенное количество самих социальных норм либо их регулирующих элементов, которое имеет качественное значение для правового предписания. Если коэффициент регулятивного эффекта от реализации комбинированного правового предписания повышается, т. е. правовые предписания лучше реализуются, чем до введения в них социальных норм, мера использования последних может считаться адекватной, при этом она может быть расширена в количественном выражении используемых социальных регуляторов. Если коэффициент регулятивного воздействия снижается либо коэффициент нейтрален, то количественные характеристики меры использования иных социальных регуляторов в правовых предписаниях целесообразно снижать.

22. Юридическая конвергенция на глобальном уровне характеризует общемировые тенденции сближения правовых систем современности, а также общие тенденции в неюридическом, но опосредованном правом сближении стран и народов.

Модель оценки процессов юридической конвергенции правовых систем. Во-первых, необходимо установить формальные изменения, произошедшие в результате конвергенции во взаимодействующих правовых системах. Рассматривать конвергенцию правовых систем только как процесс без его результата некорректно. В противном случае рассматриваемое явление превратится в относительно замкнутое, стохастическое и динамическое явление. На практике подобного не происходит. Во-вторых, необходимо определить, что произошедшие изменения в правовой системе явились результатом влияния именно конвергенции правовой системы, а не следствием других фактов. В данном случае устанавливается причинная связь между конвергенционным воздействием и его результатом. В-третьих, следует применить формальный показатель усовершенствования правовой системы после конвергенции. Из теории систем известно, что о развитии системы свидетельствует увеличение количества ее элементов и подсистем. В-четвертых, применительно к правой системе за показатель повышения уровня правовой культуры следует принимать степень обеспечения реализации основных прав и свобод человека. О совершенствовании правовой системы свидетельствует и повышение уровня юридической техники (т. е. должен увеличиться арсенал ее средств, приемов, категорий и т. д.).

23. Государственная конвергенция в Европе основывается на конвергенции права в виде создания формальных общих правовых предписаний. Формально-правовая конвергенция обусловлена политическими договоренностями. При этом полной государственно-правовой когерентности (стабильности и согласованности) между странами Европейского союза (ЕС) не наступило, о чем свидетельствуют волнения и беспорядки в европейских странах. Таким образом, кризис в Европе – это кризис конвергенции стран ЕС в политической, экономической и правовой сферах.

24. Конвергенция правовых систем стран Содружества Независимых Государств (СНГ) в целом протекает в русле глобальной конвергенции правовых систем, но имеет свои особенности. Конвергенционные процессы между правовыми системами стран СНГ, осуществляемые в русле гармонизации путем создания общего законодательства и на этой основе унификационной модели когерентности, можно расширить за счет комплементарной конвергенции, особенно когда не удается согласовать все интересы участников СНГ. Законодательство может быть разным, но результат регулирования должен быть взаимовыгоден и образовывать единство.

25. Конвергенция правовых систем в сфере регулирования образовательной деятельности – это одно из важных направлений юридического сближения, обеспечивающее единое пространство, особенно в пределах Западной и Восточной Европы. Однако, несмотря на имеющиеся позитивные моменты, сближение отечественного права с западными правовыми системами в вопросах регулирования образования, помимо положительных моментов, порождает и проблемы. В целом, юридическая конвергенция стран Европы в сфере образования на основе Болонского процесса не вполне отвечает общемировым тенденциям и национальным интересам России и не во всем позитивна для отечественной системы образования.

26. В настоящее время происходит формальная юридическая конвергенция в вопросах регулирования деятельности уголовно-исполнительной системы, при этом она активно продвигается руководством ФСИН России и Российского государства в целом на основе международных стандартов в этой области. Однако, как свидетельствует практика исполнения наказаний, несмотря на существенные изменения, произошедшие в стране в последние годы, уголовно-исполнительная система во многом сохранила черты старой пенитенциарной системы, ориентированной на другое общество. Она не в полной мере учитывает современное состояние экономики, интеграцию Российской Федерации с международным правовым полем, международные стандарты обращения с заключенными и развитие гражданского общества.

Теоретическая значимость исследования состоит в том, что содержащиеся в нем положения и выводы дополняют и расширяют сферу научного познания в области теории государства и права, а также отдельных отраслевых наук.

В работе создана целостная концепция процессов конвергенции в праве. Проведенное исследование позволило автору получить новые данные и обобщить ранее известные теоретико-правовые материалы. Результаты исследования могут быть использованы в дальнейшей разработке проблем, связанных как с функционированием системы права и национальной правовой системы, так и оптимизацией процесса взаимодействия права с иными регуляторами общественных отношений, а также взаимодействия правовых систем современности.

Практическая значимость исследования заключается в том, что оно позволяет по-новому подойти к пониманию структуры правовой системы. На основе материалов настоящего диссертационного исследования выработаны практические рекомендации, направленные на оптимизацию конвергенционного воздействия на правовую систему современной России в правотворческой и правореализующей деятельности.

Обоснованность и достоверность полученных результатов обеспечивается, во-первых, анализом практики конвергенционного взаимодействия элементов системы права, правовой системы, национальных правовых систем, а также практикой конвергенции права и иных регуляторов общественных отношений; во-вторых, методологией проведенного исследования, базирующейся на диалектическом методе познания социальных явлений; в-третьих, использованием результатов социологических исследований и аналитических материалов.

Апробация результатов исследования. Материалы диссертации неоднократно обсуждались на заседаниях кафедры государственно-право­вых дисциплин Владимирского юридического института Федеральной службы исполнения наказаний и кафедры государственно-правовых дисциплин юридического института Владимирского государственного университета; внедрены в учебный процесс указанных образовательных учреждений, а также в практическую деятельность государственных органов; изложены в сообщениях и докладах более чем двадцати научных и научно-практических конференций. Кроме того, основные итоги работы отражены в 62 публикациях автора общим объемом 80,16 печ. л.

Структура работы обусловлена целями и задачами исследования и состоит из введения, шести глав, включающих 24 параграфа, заключения, библиографического списка и приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, раскрывается степень ее научной разработанности, определяются объект и предмет исследования, его цели и задачи, обозначаются методологическая и теоретическая основы, нормативная база, обосновывается научная новизна, формулируются основные положения, выносимые на защиту, определяются теоретическая и практическая значимость, обоснованность и достоверность полученных результатов, а также приводятся сведения об апробации результатов исследования.

Первая глава «Теоретико-методологические основы исследования юридической конвергенции» содержит четыре параграфа.

В первом параграфе «Понятие юридической конвергенции» выявлены и проанализированы основные признаки данного понятия, его сущность, стадии и соотношение с другими понятиями, предпринимается попытка охарактеризовать юридическую конвергенцию как правовое явление.

На основе анализа юридической литературы автор приходит к выводу, что одним из центральных предметов отечественных юридических исследований последнего двадцатилетия стало изучение правовых систем и механизмов их внутренних и внешних взаимодействий. Тем не менее конвергенционное взаимодействие в праве еще не стало предметом общетеоретического юридического анализа.

Для того чтобы определить адекватный объем понятия юридической конвергенции, диссертант изучил ее признаки, структуру и взаимосвязь с различными родственными явлениями, такими как «глобализация в праве», «правовая аккультурация», «гармонизация в праве» и др. В результате проведенного исследования в работе формулируется авторское определение термина «юридическая конвергенция»: это самостоятельный процесс взаимодействия элементов внутри системы права, права и иных регуляторов отношений в обществе, а также правовых систем различных государств, характеризующийся сближением, увеличением количества связей между элементами сближающихся объектов и определенной степенью согласованности воздействия этих элементов на общественные отношения.

С учетом сущности юридической конвергенции как особого процесса в ходе исследования разработана и апробирована относительно универсальная ее стадиальная модель.

Во втором параграфе «Цели юридической конвергенции» ставится вопрос о многообразии целей юридической конвергенции.

По мнению диссертанта, для процесса юридической конвергенции приемлемо положение подчиненности определенной цели, как для любого процесса, предполагающего систему упорядоченных этапов человеческой деятельности. В параграфе анализируется общее учение о цели социальных явлений, и на этой основе разрабатывается концепция целей юридической конвергенции, которые проявляются на основе отечественной и зарубежной правотворческой и правоприменительной практики в зависимости от вида, формы, метода конвергенции, а также условий ее реализации, взаимосвязи с другими видами.

Соискателем определены два относительно стабильных результата, на которые направлена юридическая конвергенция: когерентность права (высокая степень связанности правовых элементов) и обеспечение юридической конвергенцией неюридических явлений и процессов.

Отсюда цели юридической конвергенции рассматриваются в работе как прогнозируемые, юридически значимые результаты, на которые, как правило, направлен процесс юридической конвергенции и которые выражаются в максимальной когерентности (связанности) конвергирующих правовых явлений, а также правовом обеспечении политических, экономических, духовных и иных неюридических связей и отношений.

В третьем параграфе «Юридическая дивергенция» исследован антипод юридической конвергенции – юридическая дивергенция, или дивергенция права.

Данный процесс автор рассматривает на примерах правового регулирования гражданской самоорганизации современного российского общества, взаимодействия национальных правовых систем, отраслей права, права и социальных норм. В результате устанавливается, что юридическая дивергенция – это сложный процесс, который может осуществляться в различных формах. В частности, можно наблюдать дивергенцию права и закона, когда в действующем законодательстве не учитываются или искажаются естественные и неотчуждаемые права и свободы человека, но при этом первоначально они должны составлять одно целое. Дивергенция права может осуществляться и форме десистематизации законодательства. В данном случае происходит либо формальное (на законодательном уровне), либо фактическое (путем принятия множества актов, регламентирующих тот же круг отношений) упразднение систематизированных актов. Дивергенция права может происходить и в результате расхождения требований права и иных социальных норм. При этом не «разрывается» система социального регулирования, а лишь смещаются акценты регулятивного воздействия на поведение человека. Дивергенция может происходить и между национальными правовыми системами, которые в предшествующий период развития составляли одно целое или сближались (например, дивергенция правовых систем стран, ранее составлявших СССР).

Исследуя процессы юридической дивергенции, автор устанавливает, что это – обратимый процесс, так как в зависимости от различных обстоятельств он может остановиться либо перерасти в свою противоположность – конвергенцию права. В связи с данным обстоятельством можно сказать, что дивергенция права носит поступательный характер и обусловливается всем спектром социально-политических и экономических условий функционирования общественной системы.

Резюмируя анализ специфики дивергенционных процессов в праве, автор формулирует определение понятия юридической дивергенции.

В четвертом параграфе «Методология юридической конвергенции» рассматриваются юридические учения, принципы, средства и способы организации теоретической и практической юридической деятельности.

Вначале автор обращается к анализу сущности методологии с общенаучных позиций, а также исследованию специфики методологии правовых исследований.Понятие методологии, как и она сама, неоднократно становилось предметом научного анализа (И. П. Андреев, Д. А. Керимов, Р. Лукич, Н. Стефанов, Н. Н. Тарасов и др.), однако до сих пор нет четкости в этом вопросе.

Исследование методологии юридической конвергенции основывалось на анализе соотношения общих познаний о методологии и методологии права, в частности. С учетом данного соотношения, анализа практики юридических исследований, а также способов осуществления правового воздействия на человеческую деятельность, автор формулирует дефиницию понятия «методология юридической конвергенции», разрабатывает специальные методы осуществления данного процесса в различных сферах правового взаимодействия. Несмотря на определенное тождество методологии права и методологии юридической конвергенции, последней присущи такие самостоятельные методы, как правовая аккультурация (добровольная и принудительная), гармонизация, синхронизация, имплементация, метод комплементации, присоединения и поглощения.

Вторая глава «Механизм юридической конвергенции» состоит из пяти параграфов.

Первый параграф «Сущность механизма юридической конвергенции» содержит анализ понятия и структурных компонентов указанного механизма.

Основываясь на изучении научных подходов к понятию «механизм права», проводится исследование механизма юридической конвергенции, при этом автор трактует его достаточно широко. Поскольку юридическая конвергенция является сложным социально-правовым явлением, как обосновывается в работе, то сведение ее механизма лишь к системе соответствующих юридических средств (нормам и формам права, актам правореализации) существенно уменьшило бы эвристический потенциал рассматриваемого понятия.

Далее анализируются свойства различных государственно-правовых явлений, для обозначения которых используется термин «механизм». Соискатель обстоятельно исследует значение для организации общественных отношений с помощью государства и механизма государства, и механизма действия права, и механизма правового регулирования, и механизма правового воздействия. Изучение данных механизмов, а также практики юридической конвергенции способствовало выработке основных закономерностей функционирования механизма юридической конвергенции.

Последний в работе рассматривается как вся совокупность социальных (в том числе собственно юридических) явлений и средств, обусловливающих сближающее юридическое взаимодействие объектов конвергенции. В качестве основных элементов механизма юридической конвергенции автор выделяет: ее формы, средства, принципы, виды и меру.

Во втором параграфе «Субъекты юридической конвергенции» раскрываются параметры участников изучаемого процесса.

Основная исследовательская посылка основана на том, что субъекты, т. е. участники юридической конвергенции, не являются элементом ее механизма, как не является водитель частью автомобиля, но, вместе с тем, без субъектов механизм мертв и не выполняет своего предназначения. Именно это обстоятельство обусловило необходимость обращения к данной проблеме.

Диссертант особо отмечает тот факт, что весомую роль среди субъектов юридической конвергенции занимают субъекты правотворческой инициативы, а также правотворческой, правоинтерпретационной и правоприменительной деятельности, поскольку именно они непосредственно обеспечивают процессы юридического сближения.

Хотя, безусловно, в современном обществе круг субъектов юридической конвергенции чрезвычайно широк. Он включает как государства в целом, так и отдельные государственные органы, политические партии, группы давления, классы, различные социальные группы, в том числе этнические, религиозные и сексуальные меньшинства, субъектов Федерации, органы местного самоуправления, ветви власти, должностных лиц, общественные внутригосударственные и международные организации, наконец, просто влиятельных индивидов.

Третий параграф «Объекты юридической конвергенции»посвящен теоретико-правовому анализу объектов и предметов рассматриваемого процесса.

Как и субъекты, объекты не являются, по сути, элементами механизма юридической конвергенции, однако они тоже прикосновенны к данному явлению, поскольку по поводу объектов и предметов и возникает юридическая конвергенция.

Автор подробно исследует теорию объектов в общефилософском смысле, объектов социальной деятельности, объектов права и юридической деятельности; соотносит объект и предмет какой-либо деятельности. В результате, опираясь на анализ вариантов практики юридической конвергенции и опосредуемых ею процессов в различных сферах жизнедеятельности общества, соискатель выявляет основные признаки объекта юридической конвергенции, выводит понятие ее объекта и предмета.

Объект юридической конвергенции – это определенная деятельность различных субъектов, направленная на сближение правовых систем и правовых норм, правовых актов и иных социальных предписаний; модель, разновидность общественных отношений, возникающих по поводу сближения правовых явлений.

В четвертом параграфе «Формы, средства, принципы и виды юридической конвергенции» исследуются и анализируются варианты внешнего выражения процессов юридической конвергенции.

На основе анализа практики сближения правовых систем и элементов системы права, права и закона, права и системы социальных регуляторов автор определяет сущность форм юридической конвергенции: это так или иначе проявленные процессы сближения элементов внутри системы права, права и иных регуляторов отношений в обществе, а также правовых систем различных государств.

Далее разрабатывается классификационная модель форм юридической конвергенции. В частности, выделяются три основные формы: внешняя, медиальная и внутренняя. Внешняя юридическая конвергенция проявляется в виде сближающего взаимодействия различных правовых систем, а также политических, экономических систем на основе права. Медиальная юридическая конвергенция характеризует сближающее взаимодействие права с иными социальными и несоциальными регуляторами. Внутренняя форма проявляет сближающие взаимодействия внутри самой системы права.

Исследование средств юридической конвергенции позволило в качестве основных отметить следующие: правовые нормы, правовые акты, акты применения, социальные нормы, договоры и соглашения, интерпретационные акты и акты реализации, а также экономика, политика и принципы юридической конвергенции. Кроме того, в качестве неосновных средств юридической конвергенции могут использоваться любые другие правовые и неправовые явления, способствующие процессам сближения в праве.

Принципы юридической конвергенции, являясь, по сути, ее средством, трактуются в работе как основные идеи, руководящие начала, выражающие сущность рассматриваемого процесса. Принципы конвергенции права носят сквозной, всепроникающий характер и действуют в процессах как внутренней, так и медиальной и внешней конвергенции.

На основании исследования субъектов, объектов, форм, средств, методов и принципов юридической конвергенции в диссертации разработана классификационная модель ее видов.

Пятый параграф «Мера юридической конвергенции» посвящен характеристике инструментов оценки и регулирования данного процесса.

Категория «мера» широко используется различными гуманитарными науками, в том числе юриспруденцией. Между тем, несмотря на широкое употребление этого термина, объем охватываемых им понятий далеко не однозначен, поскольку категория «мера», как и многие другие научные категории, противоречива. Разнообразие типов и классов мер приводит к многообразию дефиниций данного явления. Встречающиеся определения можно сгруппировать следующим образом: эмпирические, этимологические, генетические, логические и другие. Каждое из них имеет право на существование, поскольку охватывает грань или несколько граней меры, дающих то или иное выражение сущности, заключенное в мере.

Опираясь на анализ представленных основных подходов, раскрывающих категорию «мера», применительно к настоящему исследованию формулируется ее операционное определение. По мнению автора, мера– это субъективная категория, выступающая отражением в сознании границ, в рамках которых анализируемое явление существует в относительной неизменности и количественные изменения не влекут качественных, и служащая масштабом для измерения и оценки явлений мыслимой или реально существующей действительности.

Изучение зарубежного и российского законодательства позволило соискателю выделить основные мерные параметры юридической конвергенции: информационную составляющую, содержание категорий качества и количества, элементы и структуру юридической конвергенции, а также функциональное отношение между сближающимися правовыми объектами и время как важнейшую характеристику меры юридической конвергенции.

Далее определяется функция меры юридической конвергенции как специфический способ проявления ее свойств во взаимодействии с другими мерами правовых объектов.

Любая мера порождает специфическую чрезмерность, нарушая тем самым условия собственного существования мерной определенности. Мера как бы «наращивает» чрезмерное, а последнее приводит к качественному изменению, т. е. к другой мере, отрицающей прежнюю. Через «механизм» отрицания мера включает чрезмерность как часть в прогрессивном движении либо растворяется в чрезмерности, поглощается ею в регрессивном движении. Следовательно, мера юридической конвергенции утверждает себя в саморазвитии, саморазвертывании своих тенденций вплоть до самоотрицания, что приводит к столкновению сущности меры юридической конвергенции с самой собой и переходу ее в другую меру.

Резюмируя сказанное, автор формулирует определение понятия меры юридической конвергенции.

В соответствии с данным понятием выявляются параметры и дается определение термина «ограничение юридической конвергенции». Автор делает вывод об относительной объективности ограничений юридической конвергенции и ее зависимости от многих факторов. Решающее значение среди них имеют: а) тип и форма сближающихся правовых систем; б) степень экономической и политической развитости государств – их носителей; в) степень совершенства самой правовой системы с точки зрения юридической техники; г) практика реализации содержащихся в правовой системе предписаний; д) вид иной социальной нормы, сближающейся с правом, и т. д.

Таким образом, ограничения юридической конвергенции ? это совокупность факторов и обстоятельств объективного и субъективного свойства, обусловленных мерой юридической конвергенции, препятствующих достижению чрезмерности и изменения ее качества.

Третья глава «Внутренняя форма юридической конвергенции» состоит из трех параграфов

Первый параграф «Конвергенция права и закона» посвящен изучению одного из видов юридической конвергенции в рамках ее внутренней формы.

При изучении сближения права и закона автор учитывает факт множественности определений понятия права, которые некоторые исследователи называют хрупкими, как стекло, неустойчивыми, как мыльный пузырь, и неуловимыми, как время (Л. Фридмен). Применительно к настоящему исследованию диссертант использует интегративный поход, согласно которому право – это система нормативных установок, опирающихся на общечеловеческие идеи справедливости и свободы, большей частью выраженных в законодательстве и регулирующих общественные отношения (В. К. Бабаев). Исходя из этого, право делится на естественное и позитивное. С учетом данной исследовательской позиции анализируется сближение права и закона в отечественном и зарубежном законодательстве в период XX – начала XXI в.

По мнению диссертанта, конвергенция права и закона – это процесс синхронизации действующего законодательства с естественными и неотчуждаемыми правами и свободами человека путем их прямого или косвенного включения в правовое регулирование общественных отношений. Юридическая конвергенция выражается во включении в правовое регулирование лишь наиболее общих естественных прав, обусловленных природой человека. Например, никому не приходит в голову закрепить в виде прав такие естественные нужды, как отправление естественных потребностей, необходимость в сексе, еде и т. д., и потому все эти нужды объединены в праве на достойную жизнь.

Автором разработана модель конвергенции права и закона. Данный процесс инициируется различными субъектами, как правило, субъектами законодательной инициативы. При этом обычно избираются правовые средства, методы, объекты и предметы. Рассматриваемый вид юридической конвергенции осуществляется на основе регулятивной деятельности государства (объект) в форме правотворчества (предмет) с использованием нормативно-правовых актов (средства) на основе дозволений, запретов, позитивных обязываний, поощрений и рекомендаций (методы правотворчества). Кроме того, применяются и специальные методы юридической конвергенции: гармонизации, синхронизации и поглощения. Цели сближения права и закона: непосредственная – достижение когерентности права и закона; опосредованная (производная) – обеспечение естественных и неотчуждаемых прав и свобод.

Важным средством и примером конвергенции права и закона является кодификация законодательства. В целом, исходя из анализа сближения элементов системы права, предложена модель данного процесса. Как показало исследование, обычно инициируют этот вид юридической конвергенции представители государственной власти, которые сами напрямую в нем не задействованы. Однако на первой стадии данного процесса могут участвовать ученые, юристы-практики, привлекая внимание к необходимости кодификации.

В качестве объекта выступает деятельность по конвергенции, которая охватывает деятельность по систематизации и по кодификации – непосредственно. Предметы сближения – нормы, правовые институты, подотрасли и отрасли. Средствами выступают законы и подзаконные акты, например, указы Президента РФ. Специальным средством является доктринальная экспертиза концепции и проекта закона. Процесс конвергенции осуществляется с использованием общих методов правотворчества и специальных методов синхронизации и частичного поглощения сближающимися предметами друг друга.

На третьей стадии процесс конвергенции включает в себя несколько дополнительных этапов: а) создание специального органа; б) формирование концепции кодификации; в) обсуждение данной концепции; г) процесс кодифицированного правотворчества.

В результате последнего возникает когерентность внутри отрасли права или группировки отраслей права (например, частное и публичное право).

Опосредованная цель данного вида юридической конвергенции – упорядочение, совершенствование законодательства в той или иной сфере общественных отношений.

Подводя итог изучению конвергенции элементов системы права, автор формулирует следующие выводы: 1) неуклонное увеличение кодификаций уже само по себе свидетельствует о процессе юридической конвергенции; 2) несмотря на тот факт, что некоторые кодификации имеют международный характер, по целям они являются внутренней формой юридической конвергенции, так как ее объектом будет выступать деятельность по сближению систематизации внутри правовой системы и системы права; 3) деятельность по сближению элементов системы права и правовой системы выражается иерархией понятий в зависимости от степени общности: «внутренняя форма юридической конвергенции» – «систематизация права» – «правотворчество в виде кодификации». Следовательно, уместна формулировка: внутренняя юридическая конвергенция в виде кодификации.

Во втором параграфе «Конвергенция нормативных и ненормативных правовых предписаний»анализируются смешанные правовые акты, которые содержат в себе элементы нормативных и ненормативных предписаний.

Данный вид конвергенции обычно инициируют представители государственной власти, которые, как правило, напрямую задействованы в этом процессе (Президент РФ, губернаторы, суды и т. д.).

В качестве объекта конвергенции выступает деятельность по конвергенции, которая охватывает правотворческую деятельность по созданию смешанных актов. Предметы сближения – правовые нормы, нормативные договоры и правоприменительные решения. В качестве средств в рамках данного вида юридической конвергенции используются смешанные, как правило, подзаконные, акты, например, указы Президента РФ. Процесс конвергенции осуществляется с использованием общих методов правотворчества и специальных методов синхронизации и присоединения сближающихся предметов друг к другу.

На третьей стадии конвергенция нормативных и ненормативных предписаний может идти двумя путями: традиционным и нетрадиционным. Традиционный путь – это процесс правового регулирования с последовательной сменой стадий создания правовых норм и стадий их реализации. Сближение здесь происходит за счет качества правотворчества и правореализующих актов, а также высокой степени дисциплины и высокого уровня правосознания. Нетрадиционный путь конвергенции нормативных и ненормативных правовых предписаний распространен реже, но более наглядно проявляет рассматриваемый вид юридической конвергенции. Этот путь включает в себя предправотворческий и правотворческий этапы. На предправотворческом этапе осознается необходимость повышения качества правового регулирования общественных отношений, формируется идеальный план, ирреальная программа направления, типа и способа регламентации общественного отношения; на правотворческом – осуществляется стандартная правотворческая процедура.

В результате правотворчества возникает когерентность нормативных и ненормативных правовых предписаний, выраженная в издании смешанного акта. Опосредованная цель данного вида юридической конвергенции – повышение эффективности регулирования общественных отношений.

В третьем параграфе «Конвергенция элементов системы права» исследуется кодификация законодательства как один из основных, решающих видов юридической конвергенции элементов системы права.

Объектом конвергенции элементов системы права в виде кодификации так же, как и при сближении права и закона, выступает правотворчество. Предметы данного процесса – это элементы системы права, а состоит он из издания законов, объединяющих (систематизирующих) по определенному плану отдельную отрасль или иную часть права государства. Благодаря данному виду юридической конвергенции отбрасывается часть устаревшего нормативно-правового материала, внутренне увязываются и рубрицируются части нормативно-правовых актов, формируется когерентная структура кодифицированного акта со своим специфическим содержанием. Процессы юридической конвергенции в виде сближения элементов права сложны и противоречивы. В связи с данными обстоятельствами эти процессы занимают в отдельных странах не один десяток лет и носят поступательный характер в виде первичной дивергенции и последующей систематизации элементов права. Юридическая конвергенция в данном случае способствует повышению эффективности правового регулирования и стабилизации системы права.Обобщая изложенное, диссертант предлагает разработать и закрепить на законодательном уровне четкие критерии, условия и механизмы сближения правовых систем и их элементов на основании гармонизации, поглощения, присоединения и т. д., а также создать специальный орган, контролирующий процессы юридической конвергенции, либо расширить полномочия Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства.

Исходя из анализа сближения элементов системы права, автор предлагает модель данного процесса.

Четвертая глава «Медиальная форма юридической конвергенции» содержит четыре параграфа.

В первом параграфе «Конвергенция права и морали»диссертант отмечает, что нормы действующего законодательства России весьма часто ссылаются на иные социальные нормы либо включают их в свое содержание. Так, нормы морали содержатся более чем в 200 актах федерального уровня.

При этом, по мнению автора, проводить развернутый анализ понятий права и морали нецелесообразно: в силу их объема они требуют специального исследования. Отсюда позиция относительно понимания права и определения сущностных характеристик морали ограничена в работе минимумом, необходимым для анализа предмета настоящего параграфа. Анализ конвергенции права и морали основывается на сближении юридических норм, исходящих от государства, и морали как правил поведения, основанных на общечеловеческих представлениях о добре – зле, справедливости – несправедливости.

Далее в работе подробно анализируется отечественное законодательство на предмет прямых проявлений сближения права и морали. В целом установлено более 200 различных правовых актов, так или иначе характеризующих данный процесс. Изучение этих актов позволило определить, что, как правило, в них на нормы морали имеются лишь ссылки, но они оформлены фактически как бланкетные диспозиции правовых норм, в силу чего упоминаемые моральные предписания обязательны для адресатов правовых предписаний. Однако «расплывчатость», формальная неопределенность морали, множественность ее уровней приводит к тому, что интегрируемое с моралью правовое предписание превращается в фикцию либо может необоснованно его расширить.

В целом, как резюмируется в диссертации, конвергенция права и морали неизбежна и позитивна. В любом случае творцы правовых предписаний опираются при конструировании правовых норм не только на знание права, но и на свои представления о добре – зле, справедливости – несправедливости, на укоренившиеся в сознании стереотипы ценностей, иными словами, этот процесс субъективен и потому не всегда очевиден. Тем не менее, по мнению автора, прямые ссылки на моральные нормы должны иметь место в законодательстве, но быть соразмерны необходимости, при этом следует четко обозначать параметры моральных норм, на которые ссылается законодатель. 

Во втором параграфе «Конвергенция права и религиозных норм» исследуется специфика юридической конвергенции в виде сближения права и религиозных норм как новая и важная тенденция в современной России, где более чем в 100 актах федерального уровня содержатся религиозные нормы.

Прежде всего, автор останавливается на понятиях «религия» и «религиозные нормы». Как показывает анализ существующих исследований, по отношению к религии не представляется возможным сформулировать однозначное определение. Поэтому в исследовании делается акцент лишь на регулятивной ее стороне. Далее, рассмотрев структуру религии, диссертант заключает, что религиозная (как и правовая) регулятивная система включает в себя нормативные и ненормативные регуляторы (с ведущей ролью первых).

Проведенный анализ религиозных источников позволяет характеризовать конвергенцию в виде синхронизации требований правовых и религиозных норм. В большинстве случаев она основана на их общности (в религиозных нормах сформулированы правила поведения людей, предусмотрена определенная ответственность за их нарушение, они имеют обязательный императивный характер, их исполнение обеспечивается мерами принуждения, определенными санкциями) и подобии регулятивных особенностей права и религии (например, санкция).

По мнению автора, некоторые религиозные нормы прямо включаются в отечественное законодательство, например, правила, устанавливающие обязательное празднование Рождества Христова и Светлой Пасхи.

В целом, использование различных религиозных регуляторов в правовом регулировании вполне позитивно. В современной России неуклонно растет число верующих, а потому целенаправленная и обоснованная конвергенция религиозных и правовых норм, как представляется, могла бы увеличить регулятивную силу последних. Вместе с тем не следует излишне акцентироваться на религиозном регулировании, так как это может повлечь дестабилизацию системы правового воздействия на общественные отношения и необоснованно ограничить права как атеистически настроенного населения, так и представителей других конфессий.

Прямое включение христианских религиозных норм в правовое регулирование, во-первых, противоречит установленному Конституцией РФ правовому режиму отделения церкви от государства; во-вторых, создает предпосылки религиозного конфликта в условиях поликонфессионального государства.

Подводя итоги исследования конвергенции права и религиозных норм, диссертант формулирует следующие выводы: во-первых, анализ соотношения религиозных текстов и современного законодательства России свидетельствует о наличии конвергенции между правом и религиозными нормами на основе метода синхронизации, т. е. согласования требований нормативных регуляторов в вопросах упорядочения общественных отношений; во-вторых, в вопросах совместной регламентации наиболее важных общественных отношений (охрана жизни, здоровья, собственности и т. д.) происходит поглощение религиозных норм правовыми, так как большинство современников обратятся за защитой своих фундаментальных ценностей скорее к государству, чем в церковь; в-третьих, нарастающая в последние годы тенденция формирования правовых предписаний со ссылочными диспозициями, отсылающими к религиозным нормам, свидетельствует о поглощении религиозными нормами правовых регуляторов. Однако это лишь внешне выраженное формальное поглощение, пока большинство населения осознает, например, что празднование Рождества – это прежде всего религиозное предписание. Возможно, со временем, когда вырастет новое поколение участников правоотношений, данная норма десакрализируется и будет иметь в правосознании исключительно правовой смысл; в-четвертых, анализ международного сотрудничества в духовной сфере свидетельствует о том, что конвергенция права и религиозных норм может происходить как в медиальной форме, когда правовые нормы сближаются с религиозными, так и во внешней форме, когда отечественная правовая система сближается с религиозными правовыми системами.

В третьем параграфе «Конвергенция права и обычаев» изучается самостоятельный объект юридической конвергенции, выделенный как совокупность регуляторов, обозначаемых термином «обычай».

Относительно обычаев диссертант отмечает, что они трактуются как любые нормы, которые исторически сложились и в силу повторения и общепринятости вошли в привычку.

Проанализировав различные случаи использования терминов, сопутствующих термину «обычай», автор приходит к выводу, что речь идет об одних и тех же явлениях, разница между которыми заключается в периоде действия и круге регулируемых общественных отношений. В связи с указанными обстоятельствами соискатель утверждает, что нравы, традиции, ритуалы, деловые обыкновения, этикет, обряды, приметы, гарантийные письма, традиционный образ жизни выступают  неотъемлемой частью обычаев, обладающей лишь достаточно ограниченной самостоятельностью. Поэтому их следует считать скорее разновидностями обычаев, чем отдельными видами социальных норм.

Результатом конвергенционного взаимодействия права и обычаев является образование новой целостности, соединяющей в себе определенные аспекты взаимодействующих систем и приобретающей таким образом новые самостоятельные черты.

Анализ права и обычаев как конвергирующих феноменов позволил автору обнаружить черты, объединяющие рассматриваемые нормативные явления. К ним, в частности, относятся: общность корней, генезиса и эволюционных этапов развития; универсальная значимость; структурная «совместимость»; общность базовых категорий; общая сфера деятельности; являются продуктами естественного развития социума, не привносятся извне и не навязываются обществу властью.

На примере формирования обычного права в работе верифицируется конвергенция права и обычаев с использованием специальных методов: гармонизации и поглощения.

Далее автор исследует современные примеры конвергенции права и обычаев на основании действующего международного и российского законодательства (всего установлено более 200 актов, так или иначе иллюстрирующих сближение права и обычая).

В целом, анализ конвергенционных связей права и обычаев проявил следующие закономерности:

– обычаи и традиции в силу их инерционности наиболее мощно влияют на сознание, а значит, на правотворческие процессы. При этом обычаи и традиции, закрепленные полностью в тексте правовой нормы, фактически оставаясь в сознании обычаем, формально становятся правом;

– конвергеционные связи между правом и обычаем выступают в виде объективной регламентации функционирования социальной жизни и обладают собственным содержанием. Содержание этих связей выступает в виде отражения потребностей и интересов участников правоотношений, обеспеченных указанными регулятивными средствами

– конвергенция права и обычая носит диалектический характер и выражается в прямом и обратном воздействии социальных регуляторов друг на друга;

– конвергенция права и обычая носит комплексный характер: в частности, каждый объект конвергенции со стороны права может иметь конвергенционную связь сразу с несколькими видами регуляторов, обозначаемых термином «обычай» (ритуалы, нравы, традиции и т. п.), либо со всеми видами обычаев в целом, вместе с тем прямое и обратное воздействие конвергирующих регуляторов на практике может выражаться в гармонизации или взаимопоглощении.

– конвергенция права и обычая (как показал анализ современного законодательства) иногда может осуществляться и с помощью метода комплементации (ключ-замок), когда сближение происходит путем корректировки отдельных структурных элементов нормы права и нормы обычая. Например, обычное право не устанавливает обязательного неотвратимого наказания, а принуждение может применяться и за нарушение нравственных норм (например, ст. 169 ГК РФ).

В четвертом параграфе «Конвергенция права и корпоративных норм» исследуется глубокая и многофакторная связь конвергенции с корпоративным упорядочением общественных отношений.

Корпоративное регулирование в конвергенции с правом – сложная и практически неисследованная проблема. Как показал анализ понятия «корпоративные нормы», в отечественных исследованиях базовым является этимологический подход. Однако, по мнению диссертанта, данный подход имеет свои издержки, «затеняющие» ряд существенных признаков рассматриваемого явления. В связи с этим автор считает целесообразным разработать онтологическо-функциональную модель в дефиниции «корпоративные нормы».

Конкретизировав предмет, свойства корпоративных норм, с учетом побудительных мотивов лиц, вступающих в объединения на принципе добровольности, соискатель определяет указанный вид социальных норм следующим образом: корпоративные нормы – это система формально определенных правил поведения, которые специально устанавливаются компетентными органами общественных объединений и являются обязательными для членов корпораций, выражают коллективную волю членов указанных организаций, выступают в качестве регуляторов внутриорганизационных и некоторых внешних (на основе функций, переданных органами государства) отношений, соблюдаются по внутреннему убеждению и охраняются мерами общественного, а в некоторых случаях – государственного воздействия.

На основе анализа понятия «корпоративные нормы» автор делает вывод об их специфике, заключающейся в том, что данные регуляторы внешне более конвергентны, чем остальные. Основу конвергенции составляет синхронизация регулирования. Асинхронные отношения права и корпоративных норм незначительны, не носят атрибутивного характера и не выходят за рамки подобных коллизий между самими правовыми нормами.

В основе конвергенционного единства правовых и корпоративных норм лежит их институциональный характер, структура и особые процедуры нормообразования.

Различия между указанными видами норм состоят в предмете регулирования, способах воздействия на регулируемые общественные отношения и в том, что нормы права выражают волю большинства населения, а корпоративные нормы – лишь определенного числа лиц, т. е. волю членов общественных объединений.

Как установлено в работе, различия правовых и корпоративных норм не столь велики, единство их глубже и всестороннее. Именно поэтому, как считает диссертант, взаимосвязь рассматриваемых регуляторов выступает в виде синхронизации их формы и содержания.

Далее в работе исследуются особенности взаимосвязи указанных регуляторов, которую можно определить как взаимовлияние права и корпоративных норм. Это влияние выражается в виде конкуренции, активного правового воздействия права на корпоративные нормы и поддержки права корпоративными нормами. На основании проведенного исследования можно говорить о том, что конвергенция права и корпоративных норм по сравнению с конвергенцией права и других социальных норм наиболее показательна, поскольку она чрезмерна, и сближение на основе метода синхронизации приводит к изменению качества корпоративных норм, иногда они превращаются в правовые предписания, система которых в настоящее время именуется корпоративным правом.

В итоге изучения конвергенции права и корпоративных норм автором сделаны следующие выводы: конвергенция права и корпоративных норм складывается в основном в русле метода гармонизации форм закрепления правовых и корпоративных норм; последние в угоду интересам общественной организации могут ограничить на добровольной основе права и свободы граждан (особенно это касается оппозиционной деятельности); конвергенция права и корпоративных норм идет по пути чрезмерного приближения права к корпоративным нормам, меняющего качество последних. Корпоративные нормы часто являются продуктом правовых норм, за исключением корпоративных норм политических элит, которые сами влияют на правообразование. При этом корпоративные нормы становятся правовыми по форме, но по-прежнему имеют корпоративное содержание.

Пятая глава «Внешняя форма юридической конвергенции» состоит из трех параграфов.

Первый параграф «Глобальные процессы конвергенции правовых систем»посвящен исследованию особенностей внешней формы юридической конвергенции.

Анализируя глобальные процессы в конвергенции правовых систем, автор исходит из того, что современные тенденции правового развития в данном виде конвергенции могут быть охарактеризованы как крайне противоречивые. С одной стороны, осуществляется переход от закрытой и автономно функционировавшей правовой системы к более открытой, динамичной и демократической, и это есть результат согласованной воли большинства населения стран (нельзя находиться на «задворках цивилизации»). С другой стороны, например, в российском обществе возникает ощущение, что ориентация на западные юридические модели и стандарты порождает не столько приобщенность к общечеловеческим ценностям, сколько порождает зависимость от неоглобалистских тенденций в экономике и праве, превращая нашу страну в сырьевой придаток мирового капитала и рынок дешевой рабочей силы.

Реакция представителей российского государства, ученых, юристов-практиков и граждан на этот процесс неоднозначна. Диапазон мнений колеблется между двумя главными возможными путями: возвращением к политике изоляционизма и дивергенции отечественной правовой системы с правовыми системами Запада и дальнейшим углублением интеграции и конвергенции.

Однако проведенный анализ глобальных процессов в конвергенции правовых систем позволяет заметить ложность двойственности вышеназванных путей. Дело в том, что любая правовая система является одновременно результатом внутренней и внешней конвергенции либо дивергенции права. Так сложилось, что в последнее столетие правовые системы активно сближаются теми или иными способами, т. е. процессы конвергенции носят преимущественный характер причем, как правило, с использованием двух общих методов: добровольного – в форме правовой аккультурации и принудительного – в форме юридической экспансии.

Обобщая вышеизложенное, автор предлагает модель конвергенции правовых систем на основе международного права. Первый этап характеризуется изучением положительного опыта в правовой регламентации какого-либо вида общественных отношений в отдельных государствах. Данной деятельностью могут заниматься как отдельные государства – инициаторы создания наднациональных международных норм, так и международные организации, например, Совет Европы или ООН. Второй этап – это интерпретация данного опыта, сопоставление его с общемировыми тенденциями и перспективами. На данном этапе опытные модели могут полностью копироваться, полностью отвергаться либо перерабатываться и гармонизироваться. Кроме того, при отсутствии необходимых национальных образцов могут разрабатываться принципиально новые правила и стандарты. Третий этап предусматривает продвижение синтезированных новых норм в национальные правовые системы. Это может осуществляться на добровольной основе, особенно если в разработке и принятии международных актов конкретное государство принимало участие, либо в той или иной принудительной или вынужденной форме (с помощью экономического, политического или религиозного давления). Четвертый этап – ратификация международных актов соответствующими государствами и ввод содержащихся в них стандартов в национальную правовую систему. Данный этап может быть реализован двумя путями: либо прямым действием норм международного права (как, например, в России в вопросах обеспечения прав и свобод), либо принятием соответствующих национальных правовых актов.

В целом, исследование тенденций конвергенции правовых систем на глобальном уровне позволило соискателю выявить общие закономерности данных процессов. Во-первых, в настоящее время основным интегрирующим национальные правовые системы фактором выступают естественные и неотчуждаемые права и свободы человека.

Во-вторых, юридическая конвергенция на глобальном уровне носит объективно-субъективный характер. Эта ситуация, с одной стороны, обусловлена естественно-географическими условиями и общим уровнем развития конвергирующих факторов (транспорт, связь, телевидение, интернет и т. д.), с другой стороны – экономико-политическими, религиозными притязаниями различных государств, лидеров и организаций.

В-третьих, восточная цивилизация (афро-азиатские страны, а также государства Восточной Европы и Россия) все больше испытывает влияние западной правовой модели функционирования общества. 

В-четвертых, фактически все страны, где господствует ислам, признают практически на равных с правом иное социальное регулирование, а нормы ислама даже первичны по отношению к праву. Верховенство морально-религиозного регулирования над правом приводит к тому, что происходит не столько конвергенция правовых систем, сколько сближение политической и духовной составляющих данных стран. Однако доминирование иных социальных регуляторов создает «бомбу» замедленного действия: ведь все, что зафиксировано в праве, если оно противоречит исламу, можно и не выполнять! Кроме того, повсеместное закрепление и пропаганда демократии в этих странах приводит к перекосу в правосознании в сторону примата субъективных прав в ущерб юридическим обязанностям. Возникает своеобразный дуализм: когда интересы лица совпадают с правом, оно реализует правовые предписания, а когда его интересы вступают с правом в коллизию, то лицо может использовать другую регулятивную систему.

В-пятых, юридическая конвергенция политических, экономических, духовных систем – это неотъемлемая черта современных процессов взаимодействия между странами и народами. Ускорение и углубление конвергенционных процессов обусловливает необходимость выработки наиболее эффективных моделей правового взаимодействия, позволяющих относительно безболезненно внедрить международный опыт в российскую правовую систему.

В связи с этим автор предлагает закрепить положение об обязательной научно-практической экспертизе (по образу и подобию антикоррупционной) международных соглашений России на предмет скрытой юридической, экономической и политической экспансии.

Во втором параграфе «Конвергенция правовых систем в Европе»анализируется внешняя конвергенция правовых систем на основании примера конвергенции правовых систем Евросоюза.

Изучение европейского уровня юридической конвергенции позволило соискателю сделать вывод, что конвергенция правовых систем носит ярко выраженный экономический и обусловленный им политический характер. В условиях юридической конвергенции концентрация капитала путем банковского кредитования, перераспределения денежных средств стала движущей силой мировой экономики. В борьбе с такими мировыми лидерами, как США и Япония, Европейский Союз предпринимает активные действия по усилению международной конкурентоспособности компаний государств-членов, создавая благоприятную почву для трансграничной конвергенции этих компаний в рамках формируемого внутреннего рынка. На основе анализа юридической конвергенции в Евросоюзе автор разрабатывает модель этого процесса.

Как показало исследование, инициация процесса рассматриваемого вида юридической конвергенции имеет многосторонний характер, т. е. инициаторами в данном случае выступают и страны, входящие в Евросоюз, и страны, стремящиеся в нем оказаться. Кроме того, в рамках этого процесса инициацию могут осуществлять как отдельные лица (как правило, лидеры государств и движений), так и определенные социальные группы.

В качестве объекта конвергенции выступает деятельность по сближению, которая охватывает политическую или экономическую деятельность и основанное на ней правотворчество в виде создания общих правовых предписаний, а также приведение в соответствие национального законодательства. Предметы сближения – это правовые системы в целом или их отдельные элементы. Средствами в рамках данного вида юридической конвергенции являются модельные общеевропейские акты, договоры и соглашения, внутригосударственные нормативно-правовые акты. Процесс конвергенции осуществляется с использованием общих методов юридической конвергенции, в основном добровольной аккультурации, а также методов правотворчества и специальных методов: гармонизации, комплементации, имплементации, поглощения и присоединения сближающихся предметов друг к другу.

На третьей стадии процесс конвергенции правовых систем может идти двумя путями: путем международных и межгосударственных соглашений и путем добровольного или вынужденного приведения национальных правовых систем в соответствие с правовой системой Евросоюза. В результате правотворчества образуется когерентность правовых систем, выраженная в образовании права Евросоюза. Опосредованная цель данного вида юридической конвергенции – политическое, экономическое и духовное сближение стран и народов до состояния, обусловливающего возможность противостояния политической и экономической экспансии США. Тем не менее процессы юридической конвергенции в Европе неоднозначны. Так, неравномерность экономического развития стран, входящих в Евросоюз, мировой экономический кризис породили противоречия в Европе, которые вылились в забастовки, беспорядки, шествия, собрания, попытки выхода из ЕС. Данные проблемы выразились и в случаях отказа от дальнейшей конвергенции права в странах ЕС (например, проблема неприятия европейцами «Конституции для Европы»). Имеются также проблемы с коллизиями верховенства права ЕС над национальным правом.

В заключение параграфа автор делает следующие выводы: 1) государственно-правовая конвергенция ведет к образованию сложных государственных образований или сложных государств; 2) государственная конвергенция в Европе основывалась на конвергенции права в виде формальных общих правовых предписаний. Вместе с тем формально-правовая конвергенция была обусловлена политическими договоренностями; 3) полной государственно-правовой когерентности (стабильности и согласованности) между странами ЕС не наступило, о чем свидетельствуют волнения и беспорядки в европейских странах; 4) кризис в Европе – это кризис конвергенции между странами ЕС в политической, экономической и правовой сферах; 5) государственно-правовая конвергенция только в странах Западной Европы без конвергенции с правом и странами Восточной Европы представляется неэффективной и кризисной.

В третьем параграфе «Конвергенция правовых систем стран Содружества Независимых Государств» изучаетсявнешняя юридическая конвергенция на примере сближения правовых систем СНГ.

В процессе исследования автор исходит из того, что существующие правовые системы являются результатом не только внутреннего развития, но и не в меньшей степени долговременного конвергенционного воздействия. Ускорение и углубление интеграционных процессов ставят современные государства и интернациональные организации всех уровней перед необходимостью выработки оптимальной модели международного правового сотрудничества, в том числе на территории бывшего СССР между странами СНГ.

Как показало исследование, за последние почти двадцать лет странами – участницами СНГ разработана солидная нормативно-правовая база: почти 1,5 тысячи международных договоров и соглашений, подписанных в рамках советов глав государств и правительств, гораздо больший массив двусторонних соглашений, свыше 270 модельных законов, кодексов, рекомендаций, принятых Межпарламентской Ассамблеей государств – участников СНГ. Иными словами, несмотря на распад СССР и последующее обособление стран – участниц СНГ, процессы, происходящие в правовой сфере этих стран, диссертант характеризует как конвергенцию правовых систем.

В целом, конвергенция правовых систем стран СНГ очевидна, но неоднозначна. Для успешной ее реализации и достижения максимально возможной когерентности она должна соответствовать определенным параметрам. Во-первых, последовательное развитие конвергенции права в рамках СНГ невозможно без опоры на общие и не противоречащие им национальные правовые акты, которые имеют в своей основе широкую социальную базу. Во-вторых, механизмы конвергенции правовых систем будут эффективны в том случае, если они отвечают интересам большинства членов СНГ, а также народов этих государств. В-третьих, фундамент конвергенции правовых систем в рамках СНГ должно составлять взаимовыгодное экономико-хозяйственное сотрудничество. В-четвертых, эффективность конвергенции правовых систем стран СНГ зависит также от создания и совершенствования защитных механизмов, предотвращающих рецидивы дивергенции правовых систем, происходящие преимущественно из-за политико-экономических конфликтов между странами СНГ. В-пятых, конвергенционные процессы между правовыми системами стран СНГ, осуществляемые в русле гармонизации путем создания общего законодательства и на этой основе унфикационной модели когерентности, можно расширить за счет комплементарной конвергенции, особенно когда не удается согласовать все интересы участников СНГ. Даже если законодательство будет разным, результат регулирования должен быть взаимовыгоден и образовывать единство. В условиях бурного развития научно-технического прогресса между государствами с неизбежностью возникают как новые формы международного сотрудничества, так и различные варианты противоречий. Все это требует создания адекватных правовых и управленческих механизмов оптимизации сотрудничества и преодоления конфликтов. По мнению диссертанта, взаимоотношения стран-членов СНГ строятся на основе экономической и политической выгоды, с учетом национальных интересов при общем стремлении соответствовать реалиям времени.

Шестая глава «Юридическая конвергенция в отдельных сферах регулирования общественных отношений» состоит из двух параграфов.

Первый параграф «Конвергенция правовых систем в сфере регулирования образовательной деятельности»посвящен исследованию внешней юридической конвергенции на примере сферы образования.

Как установлено в работе, российское образование наряду с большими человеческими ресурсами, территорией, природными богатствами является одной из фундаментальных составляющих суверенитета и самобытности России, позволяющих ей сохраняться в качестве государства, с которым принято считаться на международной арене. Богатство образовательного, научного, творческого достояния России дает видимые преимущества для создания конкурентоспособной, основанной на интеллекте и знаниях экономики .

Тем не менее, несмотря на повышенное внимание руководителей государства к сфере образования, в ней имеется немало проблем, многие из которых связаны с конвергенцией российской правовой системы и стран Европы в сфере регламентации образования. В процессе исследования установлено, что в последние годы парадигмой, лежащей в основе сближения отечественного права с правом Европы в вопросах регулирования сферы образования, явилась так называемая Болонская декларация. Она была принята 19 июня 1999 г. в Болонье, а 19 сентября 2003 г. в Берлине на встрече министров, курирующих высшее образование в 33 странах, было принято коммюнике, признающее Россию полноправным членом Болонского процесса среди 40 европейских государств. Предложенная Европейским сообществом парадигма сближения систем образования имеет неоднозначный характер как для России, так и для других европейских государств.

Сближение отечественного права с западными правовыми системами в вопросах регулирования образования, помимо положительных моментов, порождает и проблемы. Во-первых, формальные показатели свидетельствуют о том, что сегодня преобразования в системе образования более важны для государств Западной Европы, чем для России. Во-вторых, европейские страны стремятся создать самую качественную систему образования в мире. Об этом заявлено в Болонской декларации. Однако пути повышения качества образования в ней не представлены. В-третьих, уровень вузовской автономии в европейских странах значительно выше, чем в России, что на практике может породить коллизии в правовом обеспечении реформ. В-четвертых, образовательные стандарты должны носить глобальный характер и отвечать тенденциям конвергенции правовых систем в общемировом масштабе. Положения Болонской декларации не в полной мере отвечают общемировым тенденциям развития образования. Фактически Европа «плетется в хвосте Америки», пытаясь ее догнать и под нее подстроиться. Не разработаны единая методика преподавания, единые критерии качества образования. В-пятых, Болонская декларация в большей степени направлена на реализацию внутриевропейских проблем: получение Западной Европой дешевой высококвалифицированной рабочей силы, поддержка собственных вузов за счет увеличения числа обучающихся из Восточной Европы и т. д. В-шестых, отказ от существовавшего строгого административного контроля за преподаванием порождает хаос и противоречивость в формах, методах, содержании преподаваемых дисциплин. В-седьмых, отечественное юридическое образование преимущественно сориентировано на решение внутренних проблем государства, например, подготовку юристов, работающих внутри страны. Объем юридического материала не позволит готовить грамотных юристов, одинаково хорошо разбирающихся в отечественном, зарубежном и международном законодательстве.

В заключение параграфа автор приходит к выводу, что юридическая конвергенция стран Европы в сфере образования на основе Болонского процесса не вполне отвечает общемировым тенденциям и национальным интересам России и не во всем позитивна для отечественной системы образования.

Во втором параграфе «Конвергенция правовых систем в сфере регулирования деятельности уголовно-исполнительной системы» исследуется внешняя форма юридической конвергенции на примере регламентации деятельности системы исполнения наказаний.

Изучая данную форму конвергенции, автор исходит из того, что основным конвергирующим фактором рассматриваемой деятельности является обеспечение прав человека. Сегодня, как постулируется в работе, вопрос обеспечения всеобщего уважения прав человека стал проблемой мирового сообщества. Любое государство, желая быть полноправным членом последнего, должно сообразовывать свое законодательство с требованиями международных стандартов в области прав человека, в том числе в пенитенциарной системе, таких как Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, Европейские пенитенциарные правила. Иными словами, признание прав человека и международные стандарты в области их обеспечения являются фактором конвергенции правового регулирования, в том числе сферы исполнения уголовных наказаний.

По мнению автора, одним из важных факторов конвергенции права России с международным правом и через него – с правом многих других государств, признающих права человека в вопросах регулирования отношений, складывающихся в пенитенциарной системе, в настоящее время является принятие Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года.

В целом, исследование конвергенции в сфере исполнения наказаний проявляет следующие особенности данного процесса:

– сближение правовых систем происходит не полностью, а лишь в части, касающейся регулирования исполнения наказаний;

– конвергенция происходит на основе образцов исполнения наказаний, установленных международными стандартами в данной области. Главный сближающий фактор – права человека;

– важнейшим и приоритетным направлением конвергенции уголовно-исполнительной системы России и стран Евросоюза на длительную перспективу является совершенствование системы наказаний, не связанных с изоляцией от общества (с лишением свободы), расширение их перечня и практики назначения, развитие учреждений и органов, исполняющих наказания без изоляции от общества;

– представляется, что развитие системы исполнения наказаний в России связано с приведением отечественного законодательства в данной сфере регулирования общественных отношений в соответствие с требованиями международных стандартов, включая улучшение материально-бытового обеспечения осужденных, совершенствование механизма их распределения в исправительных учреждениях и лимитирование наполнения, внедрение современных форм и методов исправления осужденных.

В заключении подводятся итоги диссертационного исследования, делаются выводы и обобщения, излагаются предложения в законодательство и обозначаются перспективы дальнейших исследований, связанных с юридической конвергенцией. В частности, ждут своего исследователя конвергенция права и поведения, конвергенция права и сознания, конвергенция права и технического регулирования, юридическая конвергенция в различных сферах общественной жизни, исторические закономерности юридической конвергенции, влияние на эти процессы национальных и этнических традиций, ментальности. По теме диссертационного исследования автором опубликованы следующие работы:

Монографии

  • Третьякова О. Д. Центральная Азия и Южно-Каспийский регион в восточной политике Советской России (1917–1922 гг.) / О. Д. Третьякова [и др.]. – Владимир : Нерль, 2004. –11,5/2,9 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Внутренняя конвергенция права: «атипичные правовые акты / О. Д. Третьякова, Т. В. Кивленок. – Владимир : ВГПУ, 2006. –13,5/6,75 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Онтология конвергенции права / О. Д. Треть­якова. – Владимир : ВГГУ, 2008. – 9,5 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Конвергенция в праве: юридическая экспансия / О. Д. Третьякова, Е. А. Баженова. – Владимир : ВИТ-принт, 2011. – 14,5/7,25 печ. л.
  • Третьякова, О. Д. Конвергенция российского и международного права, регулирующего отношения, складывающиеся при исполнении уголовных наказаний/ О. Д. Третьякова // Теория права в обеспечении деятельности по исполнению наказаний : монография / под. ред. Р. Б. Головкина. – Владимир, 2011. – Гл. 5, 5.2. – 0,6 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Мера конвергенции права и иных социальных норм / О. Д. Третьякова. – Владимир : Транзит-ИКС : ВлГУ, 2011.

    – 8,25 печ. л.

  • Третьякова О. Д. Юридическая конвергенция: теория, технология, практика : монография / О. Д. Третьякова. – М. : Центр. соврем. образоват. технологий, 2011. – 22 печ. л.

Публикации в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях,

рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ

  • Третьякова О. Д. Интегративная правовая аккультурация / О. Д. Третьякова // Правовая политика и правовая жизнь. – 2006. – № 3.

    – 0,3 печ. л.

  • Третьякова О. Д. Понятие и сущность интегративной аккультурации (на примере регламентации прав лиц, содержащихся в пенитенциарных учреждениях России) / О. Д. Третьякова // Вестн. Владим. юрид. ин-та. – 2006. – № 1. – 0,3 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Права человека как интегрирующий фактор синтетической правовой аккультурации / О. Д. Третьякова // Вестн. Иван. гос. энергет. ун-та. – 2006. – Прил. : Актуальные проблемы экономического и социально-гуманитарного знания. – 0,25 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Государственная аккультурация в Афганистане конца XIX – начала XX века / О. Д. Третьякова // «Черные дыры» в рос. законодательстве. – 2007. – № 3. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Понятие правовой конвергенции / О. Д. Треть­якова // «Черные дыры» в рос. законодательстве. – 2008. – № 3. – 0,5 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Законодательные ошибки как следствие конвергенции правовых систем / О. Д. Третьякова // «Черные дыры» в рос. законодательстве. – 2008. – № 4. – 0,5 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Конвергенция российского права в механизме обеспечения единства образования в Европе: болонская парадигма / О. Д. Третьякова // «Черные дыры» в рос. законодательстве. – 2008.

    – № 6. – 0,3 печ. л.

  • Третьякова О. Д. Когеренция правовых систем (на примере конституций США, Афганистана и Франции) / О. Д. Третьякова // Рос. следователь. – 2008. – № 10. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Мероопределение конвергенции права / О. Д. Третьякова // Пробелы в рос. законодательстве. – 2009. – № 4. – 0,6 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Понятие дивергенции права / О. Д. Третьякова // Вестн. Владим. юрид. ин-та. – 2009. – № 1(10). – 0,5 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Методология конвергенции права / О. Д. Треть­якова // Вестн. Владим. юрид. ин-та. – 2009. – № 4(13). – 1,0 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Теоретические основы дивергенции права / О. Д. Третьякова // «Черные дыры» в рос. законодательстве. – 2009. – № 5. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Эпистемология методологии конвергенции права: экономическое измерение / О. Д. Третьякова // Юридическая наука и практика: Вестн. Нижегор. акад. МВД России. – 2010. – № 1(12). – 0,5 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Страх как фактор конвергенции правовых систем / О. Д. Третьякова, Л. К. Комарова // Пробелы в рос. законодательстве. – 2010. – № 2. – 0,4/0,2 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Некоторые аспекты политико-правовой конвергенции мусульманских государств / О. Д. Третьякова // «Черные дыры» в рос. законодательстве. – 2011. – № 2. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Конвергенция правовых систем стран СНГ / О. Д. Третьякова // Право и государство: теория и практика. – 2011.

    – № 11(83). – 0,5 печ. л.

Иные публикации

  • Третьякова О. Д. Некоторые аспекты внешней политики Советского государства в начале 20-х гг. (на примере договора 1921 г. между РСФСР и Афганистаном) / О. Д. Третьякова // Общественное движение и политические партии стран содружества (XIX–XX вв.). Владимир, 1993. – 0,2 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Особенности профессиональной подготовки сотрудников правоохранительных органов в свете традиций российской государственности / О. Д. Третьякова // Профессиональная подготовка сотрудников правоохранительных органов РФ и США : сб. науч. докл.

    – Владимир, 1999. – 0,2 печ. л.

  • Третьякова О. Д. Девиантное поведение в России и восточный менталитет / О. Д. Третьякова // Основы собриологии. – Н. Новгород, 1999. – Вып. 6. – 0,2 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Некоторые проблемы трансформации мусульманского права (на примере Афганистана) / О. Д. Третьякова // Вестн. регион. фонда соц.-полит. исслед. – Владимир, 1999. – Вып. 2. – 0,25 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Проблема прав и свобод человека в контексте восточных традиций во взаимоотношениях современного Российского государства и личности / О. Д. Третьякова // Всеобщая Декларация прав человека и современность. – Владимир, 1999. – 0,15 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Особенности соотношения религии, права, морали и обычаев в современном исламе / О. Д. Третьякова // Нравственно-правовое состояние российского общества и современность: региональные аспекты : сб. науч. докл. и сообщ. – Владимир, 2000. – 0,15 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Государственно-правовые реформы Амануллы-хана как попытка трансформации государственной власти в Афганистане по западному образцу / О. Д. Третьякова // Актуальные проблемы юриспруденции. – Владимир, 2000. – 0,7 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Специальные критерии возможного вмешательства государства в частную жизнь граждан / О. Д. Третьякова // Вестн. Владим. гос. пед. ун-та. – Владимир, 2000. – Вып. 5. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Право на достойную жизнь как юридическая фикция / О. Д. Третьякова // Право на достойное существование в России. – Владимир, 2001. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Современные юридические проблемы жизни человека / О. Д. Третьякова // Демографические процессы в современном российском обществе: социально-правовые аспекты : сб. теорет.-практ. докл. и сообщ. – Владимир, 2002. – 0,2 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Морально-правовые ограничения частной жизни / О. Д. Третьякова, Р. Б. Головкин // Актуальные проблемы юриспруденции : сб. науч. тр. – Владимир, 2003. – Вып. 4. – 0,4/0,2 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Проблемы морально-правового регулирования жизни человека / О. Д. Третьякова // PANDECTAE : сб. ст. преподавателей каф. гос.-правовых дисциплин ВГПУ. – Владимир, 2004. – 0,3 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Морально-религиозный комплекс в охране частной жизни / О. Д. Третьякова // Актуальные проблемы юриспруденции : сб. науч. тр. – Владимир, 2005. – Вып. 5. – 0,25 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Механизм государственно-правовой имплантации / О. Д. Третьякова // PANDECTAE: сб. ст. преподавателей каф. гос.-правовых дисциплин ВГПУ. – Владимир, 2005. – 0,16 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Анализ источников, характеризующих государственно-аккультурационные процессы на Востоке (на примере российско-афганских отношений конца XIX – первой четверти XX в.) / О. Д. Третьякова // Юридическая наука в трудах молодых ученых : сб. науч. ст. – Владимир, 2005. – 0,5 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Механизм государственно-правовой аккультурации: проблемы понятия и структуры / О. Д. Третьякова // Актуальные проблемы юриспруденции : сб. науч. ст. – Владимир, 2006. – Вып. 6. – 0,9 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Государственно-правовая имплантация как форма аккультурации / О. Д. Третьякова // Вестн. гос. пед. ун-та. –Владимир, 2006. – Вып. 12. – 0,5 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Традиционное государство на Среднем Востоке в свете государственной аккультурации / О. Д. Третьякова // Обеспечение взаимных обязанностей государства и личности : материалы межрегион. науч.-практ. конф. (Жеребинских чтений). – Владимир, 2007. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Конкретизация законодательства как технико-юридический прием обеспечения прав человека (на примере неприкосновенности частной жизни) / Р. Б. Головкин, О. Д. Третьякова // PANDECTAE : сб. ст. преподавателей каф. гос.-правовых дисциплин ВГПУ. – Владимир, 2007. – Вып. 3. – 0,4/0,2 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Взаимодействие правовых систем: проблема ошибок в законодательстве / О. Д. Третьякова // История, теория и практика правового регулирования : материалы междунар. симпозиума (19–23 мая 2008 г.) – Владимир, 2008. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Конвергенция права на примере российского семейного права / О. Д. Третьякова // Семья во Владимирской области: социальный портрет и нормативное регулирование : сб. тез. участников науч.-практ. конф. – Владимир, 2008. – 0,2 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Общие средства обеспечения внутренней и внешней конвергенции права / О. Д. Третьякова // Пенитенциарная система: история и современность : сб. науч. тр. – Иваново, 2008. – 0,2 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Правовая конвергенция / О. Д. Третьякова, Р. Б. Головкин // Юриспруденция в системе российской и мировой науки: опыт, проблемы и перспективы : материалы междунар. симпозиума. – Владимир, 2008. № 10. – 0,8/0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Конвергенция правовых систем и современные проблемы отечественного юридического образования / О. Д. Третьякова // Юридическая наука и методология преподавания юридических дисциплин в условиях реформирования системы высшего образования : сб. науч. ст. по материалам III Междунар. науч.-практ. конф. – Ростов н/Д, 2008. – 0,5 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Законодательные ошибки как следствие конвергенции правовых систем / О. Д. Третьякова // Правотворческие ошибки: понятие, виды. Практика и техника их устранения в постсоветских государствах : материалы междунар. науч.-практ. круглого стола (29–30 мая 2008 г.). – М., 2009. – 0,5 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Кодификация как средство конвергенции права / О. Д. Третьякова // Кодификация законодательства: теория, практика, техника : материалы междунар. науч.-практ. конф. (Н. Новгород, 25–26 сент. 2008 г.). – Н. Новгород, 2009. – 0,5 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Конвергенция права как культурное взаимодействие правовых систем / О. Д. Третьякова // Российское общество и государство: актуальные проблемы на современном этапе : материалы междунар. науч.-практ. конф. – Владимир, 2009. – 0,25 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Дивергенция права и гражданская самоорганизация современного российского общества / О. Д. Третьякова // Гражданская самоорганизация российского общества : сб. теорет.-практ. докл. и сообщ. межрегион. науч.-практ. конф., 22 окт. 2008 г. – Владимир, 2009. – 0,5 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Конвергенция Российского и Европейского права / О. Д. Третьякова // Наука и практика в развитии пенитенциарной системы России : межвуз. сб. науч. тр. – Иваново, 2009. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Обеспечение прав человека как фактор конвергенции правовых систем / О. Д. Третьякова // Права и свободы человека в современном мире : материалы всерос. науч.-практ. конф. – Н. Новгород, 2009. – Т. 1. – 0,6 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Внешняя конвергенция права и правовая аккультурация / О. Д. Третьякова // История и методология правовой науки: тенденции и перспективы : материалы междунар. симпозиума (24–27 февр. 2009 г.). – Владимир, 2009. – 0,3 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Технико-юридические и дидактические аспекты конвергенции отечественного и европейского юридического образования / О. Д. Третьякова // Юрид. техника. – Н. Новгород, 2009. – № 3. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Взаимодействие правовых систем России и Армении в конце XX – начале XXI в. / О. Д. Третьякова, Л. Д. Геворгян // История и методология правовой науки: тенденции и перспективы : материалы междунар. симпозиума (24–27 февр. 2009 г.). – Владимир, 2009.

    – 0,5/0,25 печ. л.

  • Третьякова О. Д. Права человека как фактор интегративной конвергенции отечественного и международного права, регулирующего отношения, складывающиеся при исполнении уголовных наказаний / О. Д. Третьякова // Преступление и наказание: теоретическое моделирование, законодательное закрепление, правоприменительная практика : материалы междунар. науч.-практ. конф. (25–27 июня 2010 г.). – Самара, 2010. – Т. 2. – 0,8 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Права человека как основной фактор конвергенции правовых систем современности / О. Д. Третьякова // Обеспечение прав человека в условиях современного государства : материалы междунар. науч.-практ. конф. – Владимир, 2010. – Ч. 2. – 0,25 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Мероопределение конвергенции права / О. Д. Третьякова, Р. Б. Головкин // Теория и практика правового регулирования : материалы науч.-практ. конф. – Владимир, 2010. – 0,75/0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Конвергенция права и поведения в форме самоорганизации / О. Д. Третьякова, В. А. Грунина // Теория и практика правового регулирования : материалы науч.-практ. конф. – Владимир, 2010.

    – 1,6/0,8 печ. л.

  • Третьякова О. Д. Права человека как один из основополагающих факторов конвергенции правовых предписаний, регулирующих отношения, складывающиеся в пенитенциарной системе / О. Д. Третьякова // Вестн. Перм. ин-та ФСИН России. – 2011. – № 1. – 0,75 печ. л.
  • Третьякова О. Д. «Беспорядки» 2010–2011 годов в мусульманских государствах как фактор их конвергенции в политико-правовой и духовной сферах / О. Д. Третьякова // Актуальные проблемы теории государства и права : материалы всерос. науч. интернет-конф., 29 нояб. 2010 г. – Н. Новгород, 2011. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Конвергенция государства и права в странах Европы в новейшее время / О. Д. Третьякова // Achievement of high school – 2011 : материалы 7-й междунар. науч.-практ. конф., 17–25 нояб. 2011 г. София, 2011. – Т. 12. – 0,4 печ. л.
  • Третьякова О. Д. Обязательность преемственности права при конвергенции правовых систем/ О. Д. Третьякова // Государственно-правовое воздействие на общественные отношения: теория, методология, техника : сб. науч. ст. – Владимир, 2011. – 0,4 печ. л.

Общий объем опубликованных работ составляет 80,16 печ. л.

 


Третьякова Ольга Дмитриевна

ЮРИДИЧЕСКАЯ КОНВЕРГЕНЦИЯ

___________________________________________________________________________

Подписано в печать __.__.11. Формат 60х84 1/16. Усл. печ. л. 2,55. Тираж 100 экз.

Редакционно-издательский отдел научного центра

федерального казенного образовательного учреждения

высшего профессионального образования

«Владимирский юридический институт

Федеральной службы исполнения наказаний».

600020, г. Владимир, ул. Б. Нижегородская, 67е.

E-mail: rio@vui.vladinfo.ru.

Послание Президента России Владимира Путина Федеральному Собранию РФ послание Президента Рос. Федерации Федер. Собр. от 26 апр. 2007 г. // Рос. газ. 2007. 27 апр.

Давид Р. Основные правовые системы современности. М., 1996. С. 18.

Баранов П. П. Философия права: наука и учебная дисциплина // Философия права как учебная и научная дисциплина : материалы всерос. науч.-практ. конф. Ростов н/Д, 1999. С. 50–51.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.