WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Судейское усмотрение в реализации уголовно-правовых норм: проблемы законотворчества, теории и практики

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

 

На  правах  рукописи

 

 

Грачева Юлия Викторовна

СУДЕЙСКОЕ УСМОТРЕНИЕ

В РЕАЛИЗАЦИИ УГОЛОВНО-ПРАВОВЫХ НОРМ:

ПРОБЛЕМЫ ЗАКОНОТВОРЧЕСТВА,

ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ

12.00.08 – уголовное право и криминология;

уголовно-исполнительное право

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

 

 

Москва  2011

Работа выполнена на кафедре уголовного права Московской

государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина

Научный консультант          доктор юридических наук,

профессор Чучаев Александр Иванович

Официальные оппоненты:  доктор юридических наук,

профессор Наумов Анатолий Валентинович

                                          доктор юридических наук,

профессор Яцеленко Борис Викторович

                                          доктор юридических наук,

доцент Благов Евгений Владимирович

Ведущая организация          Казанский (Приволжский) федеральный

университет

Защита состоится 9 февраля 2012 г. в 12.00 на заседании диссертационного совета Д 212.123.01 при Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина, г. Москва, 123995, ул. Садовая Кудринская, д. 9, зал Ученого Совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина.

Автореферат разослан ____ _________________2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор юридических наук,

профессор                                                                                            Г.А. Есаков


ОБЩАЯ  ХАРАКТЕРИСТИКА  РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Принятие Уголовного кодекса никогда не представляло собой самоцели. Издавая его, власть рассчитывает предупредить совершение преступлений и защитить наиболее важные общественные отношения. Закон силен не своими абстрактными достоинствами, а реальным, позитивным действием. Вне реализации правовые установления мертвы, нежизненны, не выполняют своей роли.

Уголовно-правовые нормы могут быть реализованы в разных формах: соблюдения, исполнения, использования и применения, но лишь последняя имеет принципиальное значение. Во-первых, они применяются для решения вопроса об уголовной ответственности во всех ее возможных аспектах (имеется ли основание для уголовной ответственности, освобождения от нее или от наказания, для назначения наказания или иных мер уголовно-правового характера, снятия судимости и т.д.).

Во-вторых, применение уголовно-правовых норм, в отличие от соблюдения, исполнения и использования, обладает рядом особенностей, раскрывающих его содержание, характер, внутреннюю структуру, назначение, круг субъектов и форму.

Применение норм права представляет собой частное проявление государственной власти, носит государственно-властный характер, который подтверждается: как правило, односторонним волеизъявлением компетентных органов; обязательностью принятых актов всеми лицами, которым они адресованы; обеспеченностью реализации правоприменительных актов государственным принуждением, применяемым в необходимых случаях специальными государственными органами; осуществлением уполномоченными государством органами в специально установленных процессуальных формах.

Процесс применения норм уголовного права достаточно сложный, включает не только квалификацию деяния, но в большинстве случаев и назначение наказания, освобождение от уголовной ответственности и наказания, а также решение других вопросов. Указанная деятельность требует не только хороших знаний законодательства, теории права, судебной практики, но и высоких моральных и нравственных качеств правоприменителя. Это обусловлено тем, что в уголовном законе невозможно, да и, пожалуй, не нужно предусматривать все правила его применения, конкретные ситуации, которые могут встретиться в реальном уголовном деле. Поэтому решение многих вопросов оставлено на усмотрение правоприменителя, например, таких как: применение оценочных признаков; выбор конкретного вида и размера наказания; освобождение от уголовной ответственности и наказания; применение принудительных мер медицинского характера и воспитательного воздействия.

Причем бoльшим объемом полномочий правоприменитель наделен для индивидуализации уголовной ответственности. Чем подробнее регламентировано в Уголовном кодексе усиление или ослабление ответственности, тем меньше сфера индивидуализации и свободы действовать по своему усмотрению. С одной стороны, детальная дифференциация уголовной ответственности таит опасность мелочной опеки правоприменителя; с другой – необоснованное использование оценочных признаков, широко и абстрактно сформулированные основания освобождения от уголовной ответственности, редко применяемых квалифицирующих или привилегирующих признаков составов преступления, замена последних обстоятельствами, смягчающими или отягчающими наказание, ведут к чрезвычайному расширению усмотрения.

Таким образом, вопрос о понятии, признаках, основаниях и пределах усмотрения в правоприменительной деятельности, в частности судейского усмотрения, имеет большое теоретическое и практическое значение, что и обусловливает актуальность исследования.

Степень научной разработанности темы исследования. Состояние научных знаний о судейском усмотрении в применении уголовно-правовых норм в современной российской доктрине можно охарактеризовать как фрагментарное. В той или иной мере эта проблема затрагивалась в исследованиях Р.С. Данелян, М.А. Кауфмана, Т.В. Кашаниной, Л.Л. Кругликова, А.В. Наумова, В.В. Питецкого, А.И. Рарога, Г.Т. Ткешелиадзе, М.Д. Шаргородского, Б.В. Яцеленко и др.

Некоторые аспекты судейского усмотрения рассматривались в диссертационных исследованиях по:

уголовному праву – А.А. Пивоваровой (Правосознание и усмотрение судьи: соотношение понятий, роль при назначении наказания. Самара, 2009); А.П. Севастьянова (Пределы судейского усмотрения при назначении наказания. Красноярск, 2004);

теории права – А.Б. Степина (Судебное усмотрение в частном праве: вопросы теории и практики. Волгоград, 2002); В.Д. Подмосковного (Правовая основа судебного усмотрения по российскому законодательству: вопросы теории и практики. Волгоград, 2004); А.А. Березина (Пределы правоприменительного усмотрения. Н. Новгород, 2007); Л.Н. Берг (Судебное усмотрение и его пределы: общетеоретический аспект. Екатеринбург, 2008); О.В. Кораблиной (Усмотрение в правоприменительной деятельности: общетеоретический и нравственно-правовой аспекты. Саратов, 2009); К.П. Ермаковой (Пределы судебного усмотрения. М., 2010);

гражданскому процессу – О.А. Папкова (Судейское усмотрение в гражданском процессе. М., 1997); Д.Б. Абушенко (Судебное усмотрение в гражданском процессе. Екатеринбург, 1998);

административному праву и государственному управлению – В.Г. Антропова (Правоприменительное усмотрение: понятие и формирование, логико-семантический аспект. Волгоград, 1995); Н.С. Погорелова (Судейское усмотрение в производстве по делам об административных правонарушениях. Ростов-на-Дону, 2005);

уголовно-процессуальному праву и криминалистике – А.Б. Ярославского (Усмотрение следователя при расследовании уголовных дел. Волгоград, 2001); П.Г. Марфицина (Усмотрение следователя: Уголовно-процессуальный аспект. Омск, 2003); А.А. Огилец (Процессуальные, тактические и психологические аспекты усмотрения следователя. Краснодар, 2005); А.А. Хайдарова (Судейское усмотрение и его пределы в судебных стадиях уголовного процесса России. Казань, 2010);

налоговому праву – Ю.В. Старых (Усмотрение в налоговом правоприменении. Воронеж, 2006).

Таким образом, в российской уголовно-правовой науке нет работ, посвященных всестороннему анализу судейского усмотрения в реализации уголовно-правовых норм, в том числе проблем законотворчества, теории и практики.

Объект и предмет исследования. Объектом диссертационного исследования выступают общественные отношения, характеризующие судейское усмотрение в реализации уголовно-правовых норм.

Предмет диссертационного исследования включает:

– памятники истории права;

– нормы Уголовного кодекса РФ;

– уголовно-процессуальные и уголовно-исполнительные нормы;

– нормы уголовного права зарубежных стран;

– материалы судебной практики, в том числе Конституционного Суда РФ;

– опубликованные научные исследования (монографии, статьи, комментарии, учебники) по разрабатываемой проблеме.

Цель и задачи исследования. Целями исследования являются всесторонняя теоретическая разработка проблемы судейского усмотрения в реализации уголовно-правовых норм и выработка на этой основе рекомендаций, могущих иметь значение для дальнейшего совершенствования уголовного законодательства и правоприменительной деятельности.

Достижение указанных целей предопределило постановку и решение следующих задач:

– определить место судейского усмотрения в механизме реализации уголовно-правовых норм;

– выявить причины существования судейского усмотрение в уголовном праве;

– раскрыть природу и выделить характерные черты судейского усмотрения;

– сформулировать определение судейского усмотрения в уголовном праве;

– проанализировать источники и пределы судейского усмотрения в нормах Уголовного кодекса;

– исследовать легальные пути и роль отдельных приемов законодательной техники в ограничении судейского усмотрения;

– рассмотреть институты освобождения от уголовной ответственности и от наказания, выделить в них основания и пределы судейского усмотрения;

– выработать рекомендации по уточнению, а в некоторых случаях устранению источников судейского усмотрения в институтах освобождения от уголовной ответственности и от наказания.

Методология и методика исследования. Методологическая основа диссертации представлена целостным комплексом принципов и методов научного анализа, присущих современной уголовно-правовой науке. В качестве основополагающего использовался диалектический метод, а также применялись частные научные подходы: исторический, лингвистический, системно-структурный, сравнительно-правовой, формально-логический, гносеологический и др.

Теоретическая основа исследования представлена трудами по:

общей теории права (С.С. Алексеев, В.М. Баранов, О.С. Иоффе,        Н.М. Коркунов, В.В. Лазарев, Р.З. Лившиц, М.Н. Марченко, Н.И. Матузов, П.Е. Недбайло, А.С. Пиголкин, Т.Н. Радько, Ю.К. Толстой, Р.О. Халфина и др.);

уголовному праву (Е.В. Благов, Б.В. Волженкин, А.А. Герцензон,     Ю.В.  Голик, Р.С. Данелян, А.Э. Жалинский, И.Э. Звечаровский, Н.Г. Кадников, С.Г. Келина, Т.В. Кленова, М.И. Ковалев, И.Я. Козаченко, В.С. Комиссаров, В.П. Коняхин, Н.М. Кропачев, В.Н. Кудрявцев, Н.Ф. Кузнецова,        Н.А. Лопашенко, В.В. Мальцев, А.В. Наумов, Г.О. Петрова, Н.И. Пикуров, А.А. Пионтковский, С.В. Познышев, Т.Г. Понятовская,  В.С. Прохоров,    А.И. Рарог, В.Г. Смирнов, Н.С. Таганцев, А.Н. Тарбагаев, А.Н. Трайнин,  Ф.Н. Фаткуллин, Ф.Ф. Фаткуллин, В.Д. Филимонов, И.Я. Фойницкий,      А.И. Чучаев, М.Д. Шаргородский, Б.В. Яцеленко и др.).

Нормативную основу исследования образуют нормы: Конституции РФ; российского административного, уголовного, уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства; положения иных нормативных правовых актов, а также уголовное законодательство ряда зарубежныхстран (Австралии, Австрии, Азербайджанской республики, Аргентины, Голландии, Грузии, Дании, Испании, Китайской Народной Республики, Кыргызской Республики, Латвийской Республики, Литовской республики, Норвегии, Польши, Республики Армения, Республики Беларусь, Республики Болгария, Республики Казахстан, Республики Корея, Республики Молдова, Республики Сан-Марино, Республики Таджикистан, Турции, Республики Узбекистан, Украины, Франции, ФРГ, Швейцарии, Швеции, Эстонской Республики, Японии).

Эмпирическую базу исследования составляют как собственные конкретно-социологические исследования, так и данные других специалистов: результаты опроса 93 респондентов и экспертных оценок 50 научных и практических работников; опубликованная судебная практика с 1997 по 2011 гг., материалы Конституционного Суда РФ, Верховных Судов СССР и РСФСР, РФ, а также президиумов краевых (областных) судов (свыше 500 уголовных дел); Интернет-ресурсы.

Научная новизна исследования. В диссертации впервые предпринята попытка определить место судейского усмотрения в механизме реализации уголовно-правовых норм, уточнить сущность судейского усмотрения, его признаки и детерминанты, выявить источники судейского усмотрения в уголовно-правовых нормах, дать им оценку и выработать рекомендации по корректировке его пределов, разработать предложения по совершенствованию уголовного законодательства и практики его применения.

Научной новизной, в частности, обладают:

– результаты исследования механизма уголовно-правового регулирования, в том числе определение понятия уголовно-правового регулирования как осуществляемого при помощи правовых средств нормативного воздействия на общественные отношения в целях их упорядочивания и охраны;

– очерченный круг общественных отношений, входящих в предмет уголовно-правовой охраны, включающий: а) охранительные уголовно-право­вые отношения, возникающие между лицом, совершившим запрещенное уголовным законом деяние, и государством; б) общественные отношения, связанные с удержанием лица от преступного посягательства угрозой наказания; в) общественные отношения, складывающиеся на основе регулятивных (управомочивающих) норм, регламентирующих поведение лица, являющееся социально полезным или социально нейтральным (возникающее при необходимой обороне, крайней необходимости и других обстоятельствах, исключающих преступность деяния); г) общественные отношения, возникающие в связи с совершением общественно опасного деяния невменяемым;

– дефиниция и структура логической уголовно-правовой нормы как состоящей из гипотезы и диспозиции регулятивной нормы-предписания, и диспозиции и санкции охранительной нормы-предписания;

– итоги анализа уголовно-правовых отношений, их видов, содержания, оснований и условий их возникновения;

– уточнение роли судейского усмотрения в реализации уголовно-право­вых норм как характерного, но не обязательного элемента правоприменения;

– определение судейского усмотрения как права на выбор в принятии решения, предоставленного уголовным законом правоприменителю;

– выделение основных черт судейского усмотрения в применении как форме реализации уголовно-правовых норм, а также его пределов;

– трактовка соотношения усмотрения и пробелов в праве как явлений, не совместимых в уголовном праве;

– установление границ контроля вышестоящими судами за решениями, принятыми на основе судейского усмотрения;

– понятие законодательной техники, а также выявленные средства и приемы законодательной техники, наделяющие правоприменителя судейским усмотрением;

– гарантии ограничения оценочной деятельности в правоприменении и их дифференциация;

– установление источников судейского усмотрения в уголовно-право­вых нормах и рекомендации по упорядочиванию оценочной деятельности правоприменителей в этой связи;

– оценка оснований и пределов судейского усмотрения в институтах освобождения от уголовной ответственности и от наказания, предложения по уточнению пределов оценочной деятельности, а при негативных источниках судейского усмотрения – путей их устранения;

– предложения по совершенствованию уголовного законодательства.

На защиту выносятся следующие научные положения, выводы и рекомендации:

1. Судейское усмотрение в уголовном праве – это осуществляемый в процессуальной форме специфический аспект правоприменительной деятельности, заключающийся в использовании предоставленных судье (следователю, дознавателю) уголовно-правовыми нормами правомочий по выбору решения в пределах, установленных законом, в соответствии с его правосознанием и волей законодателя, исходя из принципов права и конкретных обстоятельств совершения преступления.

2. Причинами судейского усмотрения в уголовном праве являются:

– динамизм условий существования современного общества, затрудняющий создание долговременно действующих в неизменном виде правовых норм;

– бесконечное разнообразие жизненных явлений, индивидуальная неповторимость которых не всегда позволяет законодателю урегулировать их путем принятия абсолютно-определенных (абсолютно-формализованных) уголовно-правовых норм;

– нецелесообразность в ряде случаев формулировать в законе абсолютно-определенные нормы;

– дефекты законодательной техники.

3. Судейское усмотрение характеризуется тем, что: а) предоставляет (судье, следователю или дознавателю) относительную свободу выбора при принятии решения по применению определенной нормы к конкретному жизненному случаю; б) право указанного выбора осуществляется в пределах, очерченных законом; в) предполагает определенный выбор из возможных решений, каждое из которых отвечает требованиям законности, но только одно из них для определенной ситуации будет обоснованным и справедливым; г) исходит из обязательного учета конкретных обстоятельств совершенного общественно опасного деяния.

4. Судейское усмотрение в реализации уголовно-правовых норм возможно только в форме применения.

Применение уголовно-правовой нормы – это принятие компетентным органом в рамках охранительных уголовно-правовых отношений в установленной процессуальной форме индивидуально-конкретного решения по вопросу об уголовной ответственности (во всех возможных аспектах) либо в пределах регулятивных отношений о назначении принудительных мер медицинского характера.

Усмотрение является не обязательным, но характерным признаком применения уголовно-правовых норм.

5. Судейское усмотрение возможно в применении, как правило, охранительных, но в некоторых случаях и регулятивных норм-предписаний.

Регулятивная уголовно-правовая норма-предписание состоит из двух элементов: гипотезы и диспозиции; охранительная – диспозиции и санкции.

Регулятивная и охранительная нормы-предписания объединены в логическую уголовно-правовую норму. В целом она никогда не реализуется; реализации подлежат требования, заключающиеся либо в регулятивной, либо охранительной норме-предписании. Реализация одной нормы-предписания исключает реализацию другой, входящей в одну логическую норму.

6. Судейское усмотрение в применении норм-предписаний происходит, как правило, в рамках охранительных уголовно-правовых отношений.

Уголовно-правовые отношения в зависимости от особенностей юридического факта делятся на регулятивные и охранительные; в рамках регулятивных уголовных правоотношений осуществляется юридическое воздействие на так называемые обычные отношения, в пределах охранительных – на отношения, возникающие в результате совершения преступления.

Для возникновения регулятивных уголовно-правовых отношений необходимо наличие следующих юридических (специальных) предпосылок: уголовно-правовой нормы, вступившей в силу и не утратившей ее (основание), и лица, достигшего возраста уголовной ответственности (условие). В совокупности они образуют сложные комплексные факты (юридический состав), порождающие регулятивные уголовно-правовые отношения. Без них невозможно возникновение ни одного регулятивного уголовного правоотношения. В некоторых случаях для этого необходимо наличие дополнительных условий, относящихся к специальному субъекту или факультативным признакам объективной стороны преступления.

7. Законодательная техника уголовного закона – составная часть юридической техники, представляющая собой совокупность правил изложения уголовно-правовых норм в соответствии с волей законодателя.

Используя приемы и средства изложения уголовно-правовых норм (в совокупности образующих правила), законодатель может, во-первых, предоставить правоприменителю право по своему усмотрению решать некоторые вопросы, во-вторых, уточнить рамки такой оценочной деятельности и, в-третьих, исключить ее совсем.

8. Основания судейского усмотрения закреплены только в уголовном законе, однако пределы оценочной деятельности, установленные одной уголовно-правовой нормой, могут уточняться как нормами уголовного закона, так и иных отраслей права.

9. Пробелы в уголовном праве и судейское усмотрение – понятия несовместимые, поскольку основанием (или источником) последнего может быть только уголовный закон.

10. Все источники судейского усмотрения в уголовном законе можно разделить на две группы – позитивные и негативные. К числу первых относятся такие средства законодательной техники, как управомочивающие нормы, оценочные понятия и санкции; к числу вторых – нарушенные правила законодательной техники, создавшие основания судейского усмотрения, требующие устранения за счет внесения соответствующих изменений в Уголовный кодекс.

11. Для уменьшения возможности возникновения негативного судейского усмотрения при построении диспозиции охранительной уголовно-право­вой нормы-предписания законодатель должен придерживаться следующих правил законодательной техники:

а) она должна быть изложена максимально полно, точно и компактно, по возможности посвящена одной проблеме, одному вопросу;

б) точными и ясными понятиями должны быть обозначены не только признаки основного состав преступления, но и все квалифицирующие и привилегирующие обстоятельства;

в) каждый применяемый термин должен иметь одно значение для всех составов преступления; должны быть исключены неясные и расплывчатые термины;

г) при ее формулировании необходимо добиваться не только внутренней связи и взаимозависимости всех частей законодательной конструкции, но и внешней логики, связи между различными ее элементами.

12. Норма будет изложена точно и компактно, если язык закона является ясным и простым, точным и экономичным. Все нарушения, возникающие вследствие несоблюдения этого правила (могущие порождать негативное судейское усмотрение), можно разбить на пять групп: а) нарушение традиции изложения нормы; б) описание преступлений без учета положений ч. 2 ст. 24 УК; в) использование отглагольных существительных, которые могут происходить от глаголов совершенного и несовершенного видов; г) несоблюдение правил синтаксиса и пунктуации; д) использование в уголовном законе «по умолчанию» множественного числа слова для обозначения как нескольких соответствующих понятий, так и одного.

13. Усмотрение, порожденное несоблюдением требований к языку закона, является негативным и должно быть устранено путем внесения следующих изменений в диспозиции норм-предписаний:

исключения из ч. 4 ст. 35 УК указания на то, что одной из целей создания преступного сообщества (преступной организации) является получение прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды;

дополненияп. «а» ч. 3, п. «б» ч. 4 ст. 131, п. «а» ч. 3, п. «б» ч. 4 ст. 132, п. «в» ч. 3 ст. 2281, п. «а»  ч. 3 ст. 230, п. «б» ч. 2 ст. 2421  УК и др.указанием на «заведомость»;

уточненияформы виныв основном составе (ст. 110, 215, 217, 246 УК и др.);

формулированиянорм УК, во-первых, с помощью глаголов совершенного вида и, во-вторых, с четким указанием на свойства, количество предметов посягательства или потерпевших от преступления, а также способов его совершения, влияющих на квалификацию преступного деяния; желательна конкретная ссылка на последствия такого поведения, при наступлении которых деяние считалось бы оконченнымпреступлением;

исключения из УК ст. 2051.

14. Выбор конкретных приемов и средств законодательной техники не является только техническим вопросом; это вопрос уголовной политики, которая определяет желательную для государства широту судейского усмотрения.

Основное предназначение использования терминов в Уголовном кодексе как средства законодательной техники заключается в исключении судейскогоусмотрения в применении уголовно-правовых норм.

Уголовно-правовые презумпции являются одним из средств законодательной техники, используемых для обеспечения формальной определенности права, большей стабильности общественных отношений и регулированиясудейскогоусмотрения. В одних случаях презумпцияможетисключатькакое-либоусмотрениеполностью, в других – ограничивать его в определенных пределах.

Фикции как средство законодательнойтехники выступают одним из инструментов, посредством которого возможно исключение судейского усмотрения из процесса правоприменения.

15. Применение казуистического приема изложения признаков преступления сводит к минимуму или вообще исключает субъективизм и усмотрение в процессе применения уголовно-право­вых норм. Абстрактный прием используется законодателем в случаях, когда существует потребность наделения субъекта применения уголовного закона возможностью максимального учета фактических обстоятельств конкретного уголовного дела, а также требований постоянно изменяющихся условий жизни общества.

16. Гарантии ограничения судейского усмотрения в применении норм, содержащих оценочные признаки, дифференцируются на два вида: законодательные и иные.

К законодательным относятся: а) разъяснение понятий путем создания в Уголовном кодексе раздела (главы), посвященного их определению; б) упорядочение терминологии; в) разработка примерного перечня явлений (способы совершения преступлений, преступные последствия и т.д.), которые составляют содержание и объем оценочных понятий; г) фиксация в уголовном законе нижней границы количественных оценочных понятий; д) исключение одновременного использования оценочных понятий в основном и квалифицированных составах одного и того же преступления.

Иными (незаконодательными) гарантиями являются: 1) сравнение санкций различных статей и частей одной статьи; 2) разъяснение оценочных понятий в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ, а также в решениях и определениях Верховного Суда РФ по конкретным уголовным делам.

17. Наиболее широкие пределы судейского усмотрения должны быть в той сфере, в которой уголовный закон позволяет индивидуализировать уголовную ответственность лицу, совершившему преступление (назначение наказания, освобождение от уголовной ответственности и наказания); в то же время границы судейского усмотрения должны сокращаться там, где уголовный закон устанавливает основание уголовной ответственности.

18. Источниками судейского усмотрения в институтах освобождения от уголовной ответственности и наказания выступают:

а) позитивные:

– управомочивающая норма (ст. 73, 74, 75, 76, ч. 4 ст. 78, ст. 79, 80, 81, 82, ч. 3 ст. 83, 90, ч. 1 ст. 92, ч. 2 ст. 92, ч. 4 ст. 92 УК);

– оценочные понятия («исправление осужденного» – ст. 73 УК; «утрата лицом общественной опасности» – ст. 75 УК; «исправление осужденного» – ст. 79 УК; «степень исправления осужденного» – ст. 80 УК; «изменение обстановки, вследствие которого лицо или совершенное им преступление перестали быть общественно опасными» – ст. 801 УК; «исправление несовершеннолетнего» – ст. 90 УК; «заглаживание причиненного вреда; ограничение досуга и установление особых требований к поведению несовершеннолетнего» – п. «в», «г» ч. 2 ст. 90 УК);

б) негативные, возникшие вследствие несоблюдения правил законодательной техники (ч. 4 ст. 73, 75, 76, 78, 79, 801, ч. 3,4 ст. 81, ст. 82 УК, примечания к ст. 126 УК, ст. 1271, 178, 204, 205, 2051, 206, 208, 210, 222, 223, 275, 2821, 2822, 291, 307 УК – см. приложение 6).

19. Законодательные способы уточнения пределов судейского усмотрения в применении институтов освобождения от уголовной ответственности и наказания сводятся к следующим:

а) изменение редакции ст. 61, 63, ч. 1, 3, 4 ст. 73, ч. 4, 5 ст. 74 УК, ч 1 ст. 75; ч. 1 ст. 78, ч. 1, 2, п. «а», «б», «в» ч. 7 ст. 79; ст. 801, ч. 1, 3, 4 ст. 81 УК,    ч. 2 ст. 82, ч. 1 ст. 90 УК (см. приложение 7);

б) дополнение новыми частями или новыми положениями ч. 11 ст. 73 УК; ч. 2 ст. 76 УК; ч. 21 ст. 78 УК; ч. 5 ст. 79 УК; ч. 51 ст. 79 УК; ч. 2 ст. 80 УК, ч. 2 ст. 81 УК; главы 11 УК; ч. 21 ст. 82 УК; ч. 21 ст. 83 УК; ч. 1, 4 ст. 92 УК; ч. 41 ст. 92 УК (см. приложение 7);

в) закрепление в уголовном законе разъяснения терминов «совершение преступления впервые» и «добровольность»;

г) внесение иных изменений в ч. 4 ст. 81 УК; ч. 2 ст. 43 УК; ч. 2 ст. 20 УПК; ч. 8 ст. 302 УПК; ч. 1 ст. 443 УПК, ч. 2 ст. 175 УИК.

20. Судебный контроль за решениями, принятыми на основе усмотрения правоприменителя, должен осуществляться в соответствии со следующими правилами: а) вмешательство вышестоящих судебных органов в усмотрение нижестоящих допустимо в случаях, когда нарушены установленные законом допустимые пределы усмотрения; б) такое вмешательство оправдано, если усмотрение заключается в придании юридического значения фактам, наличие которых не подтверждается совокупностью бесспорно установленных обстоятельств совершения преступления; в) предметом судебного контроля должны быть решения, вынесенные на основе усмотрения, которые не согласуются с общепринятой в теории уголовного права и судебной практике трактовкой законодательных терминов; г) в случаях, когда принятое решение не отвечает требованиям законности или справедливости.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Представленное диссертационное исследование восполняет существенный пробел в учении о судейском усмотрении в реализации уголовно-правовых норм, определяет место усмотрения в механизме уголовно-правового регулирования, уточняет предмет уголовно-правового регулирования, а также понятие и признаки судейского усмотрения.

Сформулированные положения и выводы могут быть использованы при дальнейшей разработке как данной, так и смежных с ней проблем, например институтов освобождения от уголовной ответственности и от наказания, иных мер уголовно-правового характера, механизма уголовно-правового регулирования, законодательной техники уголовного закона и др.

Результаты диссертационного исследования целесообразно применять при проведении учебных занятий по уголовному праву в высших и средних специальных заведениях, а также в рамках дополнительного профессионального образования.

С практических позиций результаты диссертационного исследования способны улучшить законодательную технику уголовного  закона, и, как следствие, стабилизировать и унифицировать практику его применения.

Кроме того, ряд положений диссертации может быть учтен в процессе подготовки постановлений Пленума Верховного Суда РФ.

Апробация результатов исследования. Диссертация выполнялась на кафедре уголовного права Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина, где она рецензировалась и обсуждалась.

Материалы диссертации использовались при чтении лекций и проведении семинарских занятий по Общей и Особенной частям уголовного права в Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина и Первом Московском юридическом институте; при осуществлении научного руководства написанием студентами указанных высших учебных заведений курсовых и дипломных работ.

Основные положения и выводы докладывались на: ежегодной международной конференции «Уголовное право: стратегия развития в XXI веке» (Московская государственная юридическая академия имени О.Е. Кутафина; 2004, 2005, 2006, 2007, 2008, 2009, 2010, 2011 гг.); III научно-практической конференции «Международное и национальное уголовное законодательство: проблемы юридической техники» (юридический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, 2003 г.); IV Международной научно-практической конференции, посвященной 250-летию образования МГУ им. М.В. Ломоносова, «Соотношение преступлений и иных правонарушений: современные проблемы» (2004 г.); V Международной научно-практической конференции «История развития уголовного права и ее значение для современности» (юридический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, 2005 г.); II Российском конгрессе уголовного права «Системность в уголовном праве» (юридический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, 2007 г.); Международной научно-практической конференции «Современные тенденции развития юридической науки и правоприменительной практики» (Кировский институт МГЮА, 2008 г.); IV Российском конгрессе уголовного права «Категория “цель” в уголовном, уголовно-исполнительном праве и криминологии» (юридический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, 2009 г.); Мiжнародном симпозiуме «Кримiналь-ний кодекс України 2001 р.: проблеми застосувания i перспективи удосконаления. Диференцiацiя кримiнальноi вiдповiдальностi» (Львов, 2009 г.); совместном российско-германском «круглом столе» «Преступления в сфере экономики: российский и европейский опыт» (Московская юридическая академия имени О.Е. Кутафина, 2009 г.); V Российском конгрессе уголовного права «Научные основы уголовного права и процессы глобализации» (юридический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, 2010 г.); VI Российском конгрессе уголовного права «Уголовное право: истоки, реалии, переход к устойчивому развитию» (юридический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, 2011 г.); Мiжнародний симпозiум «Кримiнальний кодекс України: 10 рокiв очiку-вань: тези доповiдей та повiдомлень учасникiв» (Львов, 2011 г.).

По теме диссертации опубликовано 70 работ общим объемом 168, 96 п.л., в том числе 3 монографии (объемом 46, 63 п.л.) и 17 статей в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученой степени доктора юридических наук.

Структура исследования предопределяется целями и задачами работы. Диссертация состоит из введения, двух разделов, четырех глав, включающих четырнадцать параграфов, заключения, библиографического списка и приложений.


СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования и раскрывается степень ее научной разработанности, определяется объект, предмет, цель и задачи исследования, излагаются научная новизна, методология, теоретическая, правовая и эмпирическая основы работы, формулируются основные научные положения, выносимые на защиту, раскрывается теоретическая и практическая значимость диссертации, приводятся данные об апробации результатов диссертационного исследования.

Раздел I «Реализация уголовно-правовых норм и судейское усмотрение: общая характеристика» охватывает две главы.

Глава 1 «Реализация уголовно-правовых норм: понятие и характеристика» объединяет пять параграфов.

Параграф первый «Уголовно-правовое регулирование: понятие и предмет» служит теоретико-концептуальным введением в проблему уголовно-правового регулирования. Уяснение сущности, места и значения судейского усмотрения в реализации уголовно-правовых норм осуществляется на основе предварительного определения понятия, структуры и механизма правового регулирования в общей теории права.

В отечественной юридической литературе эта проблематика разрабатывается с 60-х гг. XX в., однако до сих пор не выработана единая трактовка понятия уголовно-правового регулирования. Исследование имеющихся дефиниций позволило сделать вывод, что в теории права под правовым регулированием понимается осуществляемое при помощи системы правовых средств результативное, нормативно-организационное воздействие права на общественные отношения, а также предложить авторское определение уголовно-правового регулирования. Под последним предлагается признавать осуществляемое при помощи системы правовых средств (уголовно-правовых норм, юридических фактов, уголовно-правовых отношений, актов реализации прав и обязанностей, охранительных правоприменительных актов) нормативно-организационное воздействие на общественные отношения в целях их упорядочивания и охраны.

Разнообразны не только общетеоретические определения правового регулирования, но и подходы к рассмотрению других аспектов или, как их еще именуют в литературе, – его подсистем: предмета, метода, типа и особенностей правового режима и т.д.

Вопрос о предмете уголовно-правового регулирования относится к числу ключевых проблем. Между тем вплоть до конца 30-х гг. XX в. даже само понятие о нем отсутствовало в литературе. Исследование эволюции его содержания позволило очертить круг общественных отношений, составляющих предмет уголовно-правового регулирования (см. раздел I автореф.).

В параграфе втором «Уголовно-правовая норма: понятие, структура, виды» рассматриваются существующие взгляды на понятие, структуру и виды уголовно-правовых норм и предлагаются дефиниции логической уголовно-правовой нормы, регулятивной и охранительной норм-предписаний (см. раздел I автореф.).

В работе делается вывод, что логическая уголовно-правовая норма не тождественна статье Особенной части УК и включает как предписания, закрепленные в Общей, так и Особенной частях УК.

В параграфе третьем «Уголовно-правовые отношения: понятие, виды, основания и условия возникновения» анализируются имеющиеся в теории права точки зрения по этому поводу, формулируется авторская позиция (см. раздел I автореф.).

В параграфе четвертом «Реализация регулятивных уголовно-правовых норм (норм-предписаний): понятие и формы»,основываясь на достижениях теории государства и права в вопросах понятия и форм реализации норм права, делается вывод, что подреализацией уголовно-правовых норм понимается воплощение их содержания в практическое поведение людей. В уголовном праве критерием выделения форм реализации норм права должны признаваться их виды (запрещающие, обязывающие и управомочивающие) исходя из того, наделяют они субъекта правами или обязанностями. В этой связи формами реализации уголовно-правовых норм выступают их соблюдение, исполнение, использование и применение. Первые три реализуются в пределах регулятивных уголовно-правовых отношений, последняя – охранительных уголовно-правовых отношений.

В параграфе пятом «Применение как особая форма реализации уголовно-правовых норм» исследуются существенные черты этой формы реализации правовых норм, и формулируется его авторское определение (см. раздел I автореф.).

Правоприменение выступает факультативной стадией механизма уголовно-правового регулирования, вступает в действие тогда, когда субъекты в процессе правореализации нарушают регулятивные нормы-предписания. Возникновение правоприменения связывается с обстоятельствами негативного характера, выразившимися, как правило, в совершении общественно опасного деяния. Чаще всего применяются охранительные нормы-предписания, но могут быть применены и некоторые регулятивные уголовно-правовые нормы.

Усмотрение является характерным признаком применения уголовно-правовых норм; в других формах в рамках охранительных уголовно-право­вых отношений уголовно-правовые нормы не реализуются, поэтому судейское усмотрение возможно только в применении уголовно-правовых норм.

Глава 2 «Судейское усмотрение в уголовном праве: общая характеристика» объединяет два параграфа.

В параграфе первом «Судейское усмотрение: понятие и признаки» исследуются имеющиеся в различных отраслях права понятие судейского усмотрения, определяются причины существования этого явления в уголовном праве, выделяются его существенные черты и на их основе формулируется авторское определение (см. раздел I автореф.).

C одной стороны, обращается внимание на то, что судейское усмотрение при применении норм ничего общего не имеет с произвольным усмотрением, которое не связано рамками закона. Возможность выбора самого оптимального из нескольких предусмотренных законом решений отнюдь не означает судебного произвола. Судебный произвол, представляющий собой разновидность правового произвола, понимается как совершаемое судом процессуальное действие, которое может как выходить за рамки закона, так и находиться формально в их пределах, но, по сути, вступать в противоречие со смыслом закона. С другой стороны, анализируется возможность усмотрения при пробелах в праве и делается категорический вывод, что пробелы в уголовном праве и судейское усмотрение – понятия несовместимые, источником (или основанием) последнего может быть только уголовный закон.

С вопросами судебного произвола тесно связана проблема подконтрольности судебного усмотрения, иначе говоря, проблема легального судебного контроля (со стороны вышестоящих судебных органов) правоприменительных актов, принятых на основе допускаемого законодателем усмотрения. В исследование разработаны правила, в соответствии с которыми возможен судебный контроль за решениями, принятыми на основе усмотрения правоприменителя (см. раздел I автореф.).

В параграфе втором «Правосознание в механизме реализации судейского усмотрения» выявлено, что судейское усмотрение, помимо основных черт, составляющих объективную основу принятия решений, обладает еще и субъективной характеристикой – правосознанием лица, применяющего уголовно-правовые нормы. Последнее занимает важное место среди факторов, опосредующих выбор меры наказания подсудимому, а также при оценке установленных фактических обстоятельств совершения преступления, при решении вопросов о применении уголовно-правовых норм к установленным фактам и т.д. Правосознание неизбежно проявляется и в процессе толкования закона, особенно в тех случаях, когда закон не дает окончательного определения того или иного признака состава преступления, а в судебных решениях его содержание не раскрывается с однозначной определенностью. Его роль заключается в том, что оно помогает преодолеть отрыв в сознании толкователя применяемой нормы от системы данной отрасли права или права в целом, обеспечивает неразрывную связь толкуемого закона с другими нормами права, способствует уяснению его значения, раскрывает подлинный смысл и конкретное содержание нормы.

На процесс применения уголовно-правовых норм, опосредуемый судейским усмотрением, реальное влияние может оказать только профессиональное правосознание (правовое сознание юристов). Сущность и особенности правового сознания юристов конкретизируется в содержании правовой идеологии и правовой психологии, в системе присущих данной профессиональной группе правовых знаний, представлений, установок, ценностных ориентаций и т.д. Под правовой идеологией понимается систематизированное научное выражение правовых взглядов, принципов, требований обще­ства, различных групп и слоев населения; под правовой психологией – совокупность правовых чувств, ценностных ориентаций, настроений, желаний и переживаний, характерных для личности (конкретного человека), всего общества в целом или конкретной социальной группы (групп).

Правовая идеологияиправовая психологияв практическом выражении представляют определенное единство и, взаимодействуя в рамках единой структуры (правосознания), составляют субъективную основу принятия решения, являются существенным элементом механизма реализации предоставленного судье (следователю, дознавателю) права на усмотрение в процессе применения уголовно-правовых норм.

Раздел II «Судейское усмотрение в применении уголовно-правовых норм» состоит из двух глав.

Глава 1 «Основания и пределы судейского усмотрения в уголовно-правовых нормах» охватывает пять параграфов.

Параграф первый «Законодательная техника уголовного закона: понятие и компоненты» служит теоретико-концептуальным введением в проблематику источников и пределов судейского усмотрения в уголовном законе.

На основе проведенного исследования понятия и признаков судейского усмотрения делается вывод, что его источником может быть только уголовный закон. От того, как изложена уголовно-правовая норма, во многом зависит правильное ее применение, а также пределы и содержание оценочной деятельности. В этой связи огромное значение приобретают приемы и средства изложения норм в тексте уголовного закона. Законодательная техника выступает средством наделения, ограничения и исключения судейского усмотрения. С одной стороны, согласно принципу законности (ч. 1 ст. 3 УК) преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только Уголовным кодексом. С другой стороны, усмотрение в уголовном праве может быть предоставлено правоприменителю лишь уголовным законом и в им же очерченных пределах.

В работе рассматриваются существующие взгляды на понятие законодательной техники, определяется соотношение законодательной и юридической техники, выявляются приемы, средства и правила законодательной техники, которые наиболее действенно могут влиять на пределы судейского усмотрения. В результате делаются выводы, что: а) определение «законодательной» и «юридической» техники в общей теории права и науке уголовного права не тождественны; их смешение является ошибочным; б) законодательная техника уголовного закона – составная часть юридической техники, представляющая собой совокупность правил изложения уголовно-правовых норм в соответствии с волей законодателя; в) под правилами законодательной техники понимаются сложившиеся на практике общие требования к законопроекту, приемы и способы его подготовки, обеспечивающие максимально полное и точное соответствие правовых предписаний воле законодателя; г) основными компонентами содержания законодательной техники являются ее приемы и средства. Правила призваны регулировать использование языковых средств.

На основе обобщения всего многообразия мнений и предложений, высказанных в различное время, формулируются наиболее общие правила построения уголовно-правовых норм (см. раздел I автореф.).

В параграфе втором «Язык закона и судейское усмотрение» отмечается, что исполнить первое правило законодательной техники (см. раздел I автореф.) невозможно без соблюдения требований к языку закона. На соблюдение языковых правил обратил внимание Конституционный Суд РФ

Нарушения, возникшие вследствие несоблюдения этого правила (могущие порождать негативное судейское усмотрение), проанализированы и обобщены в пять групп, а также предложены способы их устранения (см. раздел  I автореф.).

В параграфе третьем «Приемы законодательной техники и судейское усмотрение» исследуется второе правило законодательной техники (см. раздел I автореф.). Точному и ясному изложению признаков состава преступления способствует грамотное использование приемовзаконодательной техники. В теории уголовного права их традиционно делят на две группы в зависимости от степени обобщения конкретных показателей нормы (абстрактный и казуистический) и способа изложения элементов нормы (прямой, ссылочный и бланкетный). Казуистический способ изложения нормы характеризуется тем, что законодатель пытается охватить в диспозиции предельное количество конкретных ситуаций. Однако следует отметить, что неверно отождествлять казуистический прием с приемом перечисления, поскольку перечисляться могут и общие признаки. Абстрактный способ формулирования диспозиции характеризуется предельным обобщением признаков, при помощи которых описаны уголовно-правовые предписания. Часто законодатель сочетает оба эти способа при конструировании нормы. Вопрос о преимуществах того или иного приема изложения нормы в общем виде решен в диссертации.

Абстрактный прием предполагает использование оценочных понятий. Отличительные черты последних заключаются в том, что: а) субъект, который их использует, осуществляет две функции: он не только сравнивает рассматриваемое явление с некоторым общим понятием (как это имеет место в случае с постоянными признаками), но и формулирует (обладая некоторой свободой) содержание самого общего понятия; при этом его содержание у разных субъектов, применяющих уголовно-правовые нормы, может не совпадать; б) они не конкретизированы в законе или ином нормативном акте; в) их содержание уточняется лишь непосредственнок конкретномуслучаю в процессе применения уголовно-правовой нормы; г) они дают правоприменителю возможность свободного усмотрения, свободнойоценки фактов. Однако эта свобода не абсолютна, а относительна. Правоприменитель может свободно оценивать факты лишь в пределах тех границ содержания и объема оценочных понятий, которые с различной степенью определенности установлены законом или иным нормативным актом. Наличие в процедуре оценки определенной свободы усмотрения повышает роль и значение профессионального правосознания при применении оценочных понятий, а также объясняет, почему одни и те же факты по-разному оцениваются разными субъектами, применяющими уголовно-правовые нормы. Именно эта черта подтверждает вывод о том, что оценочные понятия являются одним из законодательных источников судейского усмотрения.

С учетом всех существенных характеристик оценочного понятия предложено его определение.

Постановление Конституционного Суда РФ от 27 мая 2008 г. № 8-П «По делу о проверке конституционности положения части первой статьи 188 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки М.А. Асламазян» (п. 5) // СЗ РФ. 2008. № 24.       Ст. 2892.

В работе выявлены объективные и субъективные причины существования оценочных понятий в уголовном законе.

Все многообразие встречающихся в Особенной части УК оценочных понятий можно сгруппировать по объективным и субъективным признакам состава преступления. В результате их ранжированный ряд будет характеризовать: 51,43% – общественно опасные последствия; 28,7% – способ совершения преступления; 8,84% – общественно опасное деяние; 4,97% – потерпевшего; 2,76% – обстановку совершения преступления; 1,65% – предмет преступления; 1,1% –мотив преступления; 0,55% – другие признаки.

Ограничить судейское усмотрение в процессе их применения возможно за счет разработки определенных гарантий (см. раздел I автореф.).

В параграфе четвертом «Термины и судейское усмотрение» уделяется внимание третьему правилу законодательной техники (см. раздел I автореф.), согласно которому необходимо исключать неясные и расплывчатые термины. Терминология может быть наиболее эффективным законодательным средством ограничения, а чаще – исключения судейского усмотрения.

Юридический термин – это слово (или словосочетание), которое употреблено в законодательстве, является обобщенным наименованием юридического понятия, имеющего точный и определенный смысл, отличается смысловой однозначностью, функциональной устойчивостью. К основным признакам термина относятся: а) адекватность отражения содержания понятия, смысловая однозначность, независимость значения термина от контекста; б) логическая соотнесенность его с другими родовыми терминами; в) профессиональный уровень практического употребления.

Чем больше в законодательстве терминов, тем более точен, четок, лаконичен закон, тем меньше остается места для «негативного» усмотрения.

Термины подразделяются на три вида: общеупотребимые, юридические и технические. Общеупотребимые термины не всегда удобны. Их содержание зачастую многозначно, допускает различные толкования. Поэтому использование таких терминов целесообразно, если их значение очевидно для всех и не порождает каких-либо сомнений в данном контексте. В противном случае законодатель должен обеспечить их разъяснение в той или иной форме, чтобы был предельно ясен смысл, так как эти термины могут звучать несколько по-иному при их использовании в Уголовном кодексе. Если в уголовном законе используются технические термины, то употребляться они должны в том смысле, который закреплен за ними в соответствующей отрасли знания.

Соблюдение такого правила позволит не отказываться от использования в законе специальных юридических и технических терминов. Употребление их в правовых нормах имеет, напротив, ряд преимуществ: однозначно обозначают нужное понятие, содействуют более четкому изложению нормативных предписаний, способствуя тем самым более правильному пониманию и применению последних, что в свою очередь ведет к исключению «ненужного», «случайного» усмотрения правоприменителя, возникающего в результате толкования неясных терминов. Иначе говоря, они максимально уплотняют словесную информацию, экономят средства передачи законодательной мысли. С помощью таких терминов могут быть достигнуты однозначность, семантическая конкретность, полнота юридических формулировок.

Эффективным, мобильным и легальным средством ограничения судейского усмотрения могут быть только термины, которые: а) точно и недвусмысленно отражают содержание обозначаемого понятия; б) употребляются в своем прямом и общеизвестном значении; в) просты и доступны в понимании; г) не используют устаревших слов и словосочетаний (что не исключает преемственности юридической формы, системности права, внутренней взаимосвязи и взаимозависимости норм и институтов правовой системы, предопределяющих употребление в языке законодательства значительного числа архаизмов); д) устойчивы и стабильны; юридические термины, широко применяемые в нормативных актах и имеющие нормативное определение, становятся привычными для исполнителей и пользователей и тем самым прочно входят в язык законодательства и сознание людей. Замена одного термина другим в обозначении одного и того же юридического понятия может вызвать неясности и недоразумения; е) максимально кратко сформулированы, т.е. термин должен описываться максимально экономичным числом слов без ущерба, естественно, для его точности и понятности.

Таким образом, главное предназначение использования терминов в Уголовном кодексе как средства законодательной техники заключается в исключении судейского усмотрения прежде всего посредством их легального толкования.

Точное и ясное понимание юридических терминов успешно достигается при их максимально четком и немногословном определении в так называемых дефинитивных нормах. В работе рассматриваются три способа разъяснения терминов и делается вывод, что выбор того или иного способа определения термина должен зависеть от его содержания и характера, а также от желаемой законодателем широты судейского усмотрения. 

В параграфе пятом «Юридические конструкции и судейское усмотрение» раскрывается четвертое правило законодательной техники: при изложении нормы необходимо добиваться не только внутренней связи и взаимозависимости всех частей законодательной конструкции, но и внешней логики, связи между различными элементами уголовного закона.

Юридические конструкции современной уголовно-правовой доктриной признаются одним из важнейших средств законотворческого процесса. Несмотря на то, что проблема юридических конструкций как метода познания права рассматривалась еще в русской дореволюционной юридической литературе, до середины 90-х гг. ХХ в. ей не уделялось должного внимания, до последнего времени она не становилась предметом самостоятельного исследования. В результате этого ряд важнейших моментов, связанных с названным законодательным средством, не получил надлежащей теоретической разработки; отсутствует единство в определении исследуемого понятия. Между тем нарушение рассматриваемого правила законодательной техники в целом не характерно для уголовного закона.

В диссертации рассматриваются имеющиеся дефиниции, формулируется авторское определение юридической конструкции.

По мнению автора, законодатель, по-разному используя приемыисредства законодательной техники, может, во-первых, предоставитьправоприменителю возможность по-своему усмотрениюрешать некоторые вопросы; во-вторых, уточнить рамки оценочнойдеятельности и, в-третьих, исключить ее совсем.

Глава 2 «Основания и пределы судейского усмотрения в применении институтов освобождения от уголовной ответственности и от наказания» охватывает два параграфа.

Параграф первый «Судейское усмотрение в институте освобождения от уголовной ответственности» состоит из трех частей.

В части первой «Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием и примирением с потерпевшим: основания и пределы судейского усмотрения» исследуются источники судейского усмотрения и делаются выводы, что ими выступают: а) нарушенное правило законодательной техники о том, что каждый применяемый в уголовном законе термин должен иметь устоявшееся содержание и не пониматься по-разному (термин «совершение преступления впервые» – ст. 75, 76 УК); б) средство законодательной техники – управомочивающаянорма (ч. 1 ст. 75, 76 УК); в)оценочное понятие «лицо вследствие деятельного раскаяния перестало быть общественно опасным» (ст. 75 УК); г)нарушенноеправило законодательной техники о том, что должна соблюдаться внешняя логика построения закона, т.е. взаимосвязь норм уголовного права и иных отраслей права (ч. 2 ст. 20 УПК РФ не согласована со ст. 76 УК).

В диссертации формулируются предложения по изменению уголовного закона и рекомендации по совершенствованию практики его применения, способные уточнить пределы судейского усмотрения. К ним, в частности, относятся: а) в ч. 1 ст. 75 УК после слов «… загладило вред, причиненный в результате преступления» указать – «и перестало быть общественно опасным»; б) в ч. 2 ст. 20 УПК РФ после «и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым» дополнить словами «или подсудимым при условии, что преступление им совершено впервые», а ст. 76 УК дополнить частью 2 следующего содержания: «Уголовные дела частного обвинения подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым или подсудимым»; в) закрепить в УК следующее разъяснение –«впервые совершившим преступление признается лицо, совершившее одно или несколько преступлений, ни за одно из которых оно ранее не было осуждено либо ранее совершенные им деяния не влекут уголовно-правовых последствий».

В части второй «Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности: основания и пределы судейского усмотрения» показаны источники судейского усмотрения в норме об освобождении от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности и сделаны предложения по их уточнению.

К числу источников судейского усмотрения относятся: а) средство законодательной техники – управомочивающая норма; б)несоблюдение правилазаконодательной техники о том, что норма уголовного закона должна быть изложена полно, ясно и точно.

Уточнению пределов судейского усмотрения будут способствовать следующие изменения уголовного закона: а)в ч. 1 ст. 78 УК заменить фразу «после совершения преступления» на словосочетание «при совершении преступления»; б) дополнить ст. 78 УК ч. 21 следующего содержания: «Срок давности исчисляется с момента совершения последнего преступного деяния из числа составляющих продолжаемое преступление, в отношении длящихся преступлений – с момента их фактического окончания»; в) заменить в ч. 8 ст. 302 УПК РФ формулировку «обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания» на словосочетание – «освобождает от уголовной ответственности на основании ст. 78 УК».

В части третьей «Специальные виды освобождения от уголовной ответственности: основания и пределы судейского усмотрения» отмечается, что в ч. 2 ст. 75 УК содержится отсылочная норма. В ней не предусмотрены основание и условия освобождения от уголовной ответственности, а дается лишь общая ссылка на статьи Особенной части УК, в которых они (основания и условия) закрепляются.

В работе также рассматривается специальный вид освобождения от уголовной ответственности, применяемый только к несовершеннолетним (ст. 90 УК).

Источниками судейского усмотрения в нормах, содержащих специальные правила освобождения от уголовной ответственности, выступают: а) нарушенное правило законодательной техники о том, что каждый применяемый в уголовном законе термин должен иметь устоявшееся содержание и не пониматься по-разному («добровольность» – примечания к ст. 126, 1271, 204, 206, 275, 291, 307 УК); б) средство законодательной техники – управомочивающая норма (ст. 90, примечание к ст. 337, 338 УК); в)оценочные понятия:«исправление несовершеннолетнего» – ст. 90 УК; «своевременность» – примечания к ст. 205, 2051 и 275 УК; «иное способствование» предотвращению дальнейшего ущерба РФ – ст. 275 УК, совершению террористического акта – ст. 205 УК, пресечению преступления, которое оно финансировало и (или) совершению которого содействовало – ст. 2051 УК; г) несоблюдение правила законодательной техники о том, что норма уголовного закона должна быть изложена полно, ясно и точно– примечания к ст. 126, 1271, 178, 205, 2051, 206, 208, 210, 222, 223, 275, 2821 и 2822  УК.

Уточнению пределов судейского усмотрения будут способствовать: а) дополнение постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» рекомендацией по применению ст. 90 УК следующего содержания: «Вывод о возможности исправления несовершеннолетнего должен основываться на оценке комплекса факторов, характеризующих обстоятельства совершения преступления, данных о личности и поведении подростка, об осознании им вины и раскаянии в содеянном, об условиях его жизни и воспитания, о сохранении позитивного влияния на него со стороны родителей, педагогов, т.е. на установлении факта воспитуемости несовершеннолетнего»; б) изложение ч. 1 ст. 90 УК следующим образом: «Несовершеннолетний, впервые совершивший преступление небольшой или средней тяжести, освобождается от уголовной ответственности, если будет признано, что его исправление может быть достигнуто путем применения принудительных мер воспитательного воздействия»; в) исключение из примечаний к ст. 126, 1271, 178, 205, 2051, 206, 208, 210, 222, 223, 275, 2821 и 2822 УК словосочетания «если в его действиях не содержится иного состава преступления»; г) конкретизация «амнистируемого» деяния в примечаниях к ст. 122, 126, 1271, 178, 198, 199, 204, 205, 2051, 206, 208, 210, 222, 223, 275, 2821, 2822, 291, 307, 337, 338 УК по формуле: «Лицо освобождается от уголовной ответственности за … преступление, если оно совершит … (позитивные действия)»; д) указание в примечаниях к ст. 208, 210, 2821, 2822 УК, что они не распространяются на организаторов и руководителей, упомянутых в названных статьях структур; е) уточнение примечания к ст. 208 УК – «и сдавшее имеющееся у него оружие»; ж) закрепление в Уголовном кодексе следующих разъяснений: совершение преступления впервые (см. определение выше); поддобровольностью понимается совершение безусловных действий по прекращению совершения преступления при наличии у лица реальной возможности продолжить его совершение до выполнения требований либо до достижения целей преступления, ради которых оно совершалось.

Параграф второй «Судейское усмотрение в институте освобождения от наказания» охватывает семь частей.

В части первой «Условное осуждение: основания и пределы судейского усмотрения» показаны юридическая природа, основание, условия применения и отмены условного осуждения, выделены источники судейского усмотрения: а) законодательное средство управомочивающая норма; ее диспозитивность характеризуется возможностью определения размера испытательного срока и его продления, назначения дополнительного наказания, возложения на осужденного исполнения двух групп обязанностей, отмены условного осуждения (ч. 3 и ч. 4 ст. 74 УК); б) оценочное понятие – исправление осужденного; в) нарушенное правило законодательной техники о том, что норма должна излагаться полно и точно (ч. 4 ст. 73 УК).

В диссертации выработаны предложения по уточнению пределов оценочной деятельности правоприменителя. К ним, в частности, относятся: изменение названия ст. 61 и 63 УК; исключение ч. 2 ст. 43 УК и дополнение ст. 8 УК ч. 2 с указанием в ней целей уголовной ответственности; изложение в следующей редакции: а) части 1 ст. 73 УК – «Если, назначив содержание в дисциплинарной воинской части или лишение свободы за преступление небольшой или средней тяжести, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного, восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений без реального отбывания наказания, он постановляет считать назначенное наказание условным»; б) части 3 ст. 73 УК – «При назначении условного осуждения суд устанавливает испытательный срок, равный наказанию, в течение которого осужденный должен доказать свое исправление. При этом испытательный срок не может быть менее одного года и не может превышать 5 лет. Испытательный срок исчисляется с момента вступления приговора в законную силу. В испытательный срок засчитывается время, прошедшее со дня провозглашения приговора»;  в) части 4 ст. 73 УК  – «Назначенные дополнительные виды наказаний в виде штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью при условном осуждении могут исполняться реально»; г) части 4 ст. 74 УК – «В случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока неосторожного преступления вопрос об отмене или о сохранении условного осуждения решается судом»; д) части 5 ст. 74 УК – «В случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока умышленного преступления суд отменяет условное осуждение и назначает ему наказание по правилам, предусмотренным статьей 70 настоящего Кодекса. По этим же правилам назначается наказание в случаях, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи»; дополнение ст. 73 УК частью 11 следующего содержания: «Применение условного осуждения к лицу, имеющему неснятую или непогашенную судимость, возможно только в том случае, если вновь совершенное преступление является неосторожным».

В части второй «Условно-досрочное осуждение от отбывания наказания и замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания: основания и пределы судейского усмотрения» проведенное исследование позволило выделить источники судейского усмотрения в нормах об условно-досрочном освобождении от наказания и замене неотбытой части более мягким видом наказания. Ими являются:

1) оценочные понятия: исправление осужденного (ст. 79 УК). Критерии исправления осужденного закреплены в ст. 175 УИК РФ. В ней содержится примерный обобщенный перечень этих показателей. Отсутствие того или иного критерия не может свидетельствовать о том, что необходимая степень исправления не достигнута. Законодатель не устанавливает, какое именно значение при решении вопроса об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания могут иметь те или иные обстоятельства, предоставляя тем самым суду право в каждом конкретном случае оценивать их самостоятельно; поведение осужденного должно свидетельствовать о такой степени (этапе)исправления, при котором возможно достижения целей наказания за счет более его мягкого вида (ст. 80 УК);

2) средства законодательной техники:

– обязывающе-управомочивающая норма (ст. 79 УК). Диспозитивность ее обусловлена: а) возможностью частично или полностью освободить от отбывания дополнительного вида наказания (ч. 1 ст. 79 УК). Если суд приходит к выводу, что осужденный может быть освобожден от дополнительного наказания, то такое освобождение является окончательным и безусловным. В этой связи срок или размер дополнительного наказания не учитывается при определении неотбытой части наказания; б) возможностью возложения на осужденного исполнения обязанностей, предусмотренных ч. 5 ст. 73 УК; в) наличием факультативных видов отмены условно-досрочного освобождения от наказания (п. «а», «б» ч. 7 ст. 79 УК);

– управомочивающая норма (ст. 80 УК). Диспозитивность ее обусловлена возможностью суда: а) самостоятельно определять, допустимо ли завершение процесса исправления осужденного за счет применения к нему более мягкого наказания; б) выбрать более мягкое наказание, а также определить его срок или размерпо своему усмотрению; в) освободить полностью или частично от отбывания дополнительного наказания;

3) нарушенное правило законодательной техники о том, что норма должна излагаться полно. Так, в исследуемых нормах не нашли решения вопросы о том: а) какую часть наказания должно отбыть лицо, осужденное по совокупности преступлений и по совокупности приговоров, для освобождения от отбывания наказания (ст. 79 и 80 УК); б) чему равна неотбытая часть наказания при условно-досрочном освобождении от отбывания пожизненного лишения свободы (ст. 79 УК); в) с какого момента исчислять неотбытую часть наказания (ст. 79 УК); г) какую часть наказания должно отбыть лицо, осужденное к содержанию в дисциплинарной воинской части (ч. 2 ст. 80 УК).

Уточнению пределов судейского усмотрения будут способствовать следующие предложения по изменению уголовного закона и рекомендации по совершенствованию практики его применения:

1) второе предложение в ч. 1 ст. 79 УК изложить в следующем виде: «При этом суд может освободить лицо от отбывания дополнительного вида наказания либо сократить срок (или размер) такого наказания»;

2) в ч. 2 ст. 79 УК заменить слова «может возложить» словом «возлагает»;

3) в ст. 79 УК либо в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 апреля 2009 г. № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» следовало бы закрепить: «Если осужденный, отбывающий наказание за преступление, совершенное в возрасте до 18 лет, во время отбытия наказания после достижения 18 лет совершит новое преступление, то определение срока, необходимого для условно-досрочного освобождения, осуществляется согласно ч. 3 ст. 79 УК.

Если преступление, совершенное в несовершеннолетнем возрасте, является более тяжким по отношению к преступлению, совершенному после достижения 18-летнего возраста, либо тяжким (ч. 4 ст. 15 УК), то осужденный может быть условно-досрочно освобожден при отбытии им части срока наказания, предусмотренного ст. 93 УК»;

4) дополнить ч. 5 ст. 79 УК после слов «…и фактически отбыло не менее двадцати пяти лет лишения свободы» следующим предложением: «При этом считать, что неотбытая часть наказания равна 8 годам лишения свободы»;

5) статью 79 УК дополнить ч. 51 следующего содержания: «Неотбытая часть наказания исчисляется с момента оглашения постановления суда об условно-досрочном освобождении от наказания»;

6) пункт «а» ч. 7 ст. 79 УК изложить в следующей редакции: «осужденный совершил правонарушение, за которое на него было наложено административное наказание, то суд по представлению органов, указанных в части шестой настоящей статьи, может постановить об отмене условно-досрочного освобождения и исполнении оставшейся неотбытой части наказания»;

7) пункты «б» и «в» ч. 7 ст. 79 УК изложить в следующей редакции: «7. Если в течение оставшейся не отбытой части наказания:

б) осужденный злостно уклонился от исполнения обязанностей, возложенных на него судом при применении условно-досрочно освобождения, суд по представлению органов, указанных в части шестой настоящей статьи, отменяет условно-досрочное освобождение и направляет для дальнейшего отбывания наказания;

в) осужденный совершил новое преступление, суд назначает ему наказание по правилам, предусмотренным статьей 70 настоящего Кодекса»;

8) второе предложение в ч. 2 ст. 175 УИК РФ изложить таким образом: «В характеристике должны содержаться данные о поведении осужденного (в том числе о его отношение к учебе и труду во время отбывания наказания, работе в самодеятельной организации, участию в воспитательных мероприятиях), об отношении осужденного к совершенному деянию, а также заключение администрации о целесообразности условно-досрочного освобождения»;

9) в ч. 2 ст. 80 УК после слов «к лишению свободы» дополнить словами «или содержанию в дисциплинарной воинской части».

В части третьей «Освобождение от наказания в связи с изменением обстановки: основания и пределы судейского усмотрения» к числу источников судейского усмотрения отнесены:

а) оценочное понятие – изменение обстановки, вследствие которого лицо или совершенное им преступление перестали быть общественно опасными. Подизменением обстановки следует понимать качественные, устойчивые перемены в состоянии общественных отношений, вызванных юридическим фактом. Изменение обстановки, исключающее общественную опасностьпреступления, может проявляться, когда: а) не происходит изменения в законодательстве (возможно как на уровне всей страны, так и в микросоциальной среде) и б) происходят изменения в законодательстве (закон, декриминализирующий деяние уже принят, но еще не вступил в силу). Изменение обстановки должно происходить не по воле виновного;

б) нарушенное правило законодательной техники о том, что каждый применяемый в уголовном законе термин должен иметь устоявшееся содержание и не пониматься по-разному – совершение преступления впервые;

в)нарушенноеправило законодательной техники о том, что норма должна быть изложена полно, точно и ясно. Анализируемый вид освобождения от наказания не содержит сведений, на какой момент времени должна измениться обстановка: ко времени рассмотрения дела в суде или возможно и в течение отбывания наказания.

Устранению негативного судейского усмотрения будет способствовать новая редакция ст. 801 УК: «Лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, освобождается судом от наказания, если будет установлено, что вследствие изменения обстановки, произошедшей ко времени рассмотрения дела в суде, это лицо или совершенное им преступление перестали быть общественно опасными».

В части четвертой «Освобождение от наказания в связи с болезнью: основания и пределы судейского усмотрения» к источникам судейского усмотрения отнесены:

1) средства законодательной техники: 

наличие обязывающе-управомочивающей нормы (ч. 1 ст. 81 УК). Диспозитивный характер последнейобусловленправомсуда самостоятельно оценивать необходимость применения к таким лицам принудительных мер медицинского характера. Границы этой оценочной деятельности уточнены в ч. 2 ст. 97 УК; управомочивающая норма (ч. 2 ст. 81 УК). Диспозитивный ее характер обусловлен правом суда в случае заболевания осужденного после совершения преступления иной тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания, освободить его от отбывания как основного, так и дополнительного наказания;

наличие управомочивающей нормы(ч. 3 ст. 81 УК). Ее диспозитивность определяется правом судьи при наличии заболевания у военнослужащего, делающего его негодным к военной службе, самостоятельно решить, освободить ли лицо от дальнейшего отбывания наказания или заменить неотбытую часть наказания более мягким видом;

2) нарушение правила законодательной техники о том, что положения нормативного акта должны быть согласованы между собой. Так, содержание ч. 4 ст. 81 УК не соответствует ч. 1 ст. 81 УК. В первом случае речь идет об освобождении и от уголовной ответственности и от наказания, во втором – только от наказания;

3) нарушение одного из правил законодательной техники, согласно которому различные отраслевые положения должны быть согласованы между собой. Пробелы в уголовном законе не могут восполняться нормами других отраслей права (п. 19 ст. 397 УПК РФ, 174 УИК РФ), в этой связи видится необходимым дополнение перечня наказаний, данного в ч. 3 ст. 81 УК, ограничением по военной службе.

Сформулированы предложения по совершенствованию законодательства, которые должны способствовать уточнению пределов судейского усмотрения: 1) ч. 1 ст. 81 УК изложить в новой редакции: «Лицу, которое после совершения преступления вследствие психического расстройства потерялоспособность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, предоставляется отсрочкаисполнения приговора, а лицо, отбывающее наказание, освобождается от дальнейшего его отбывания. Таким лицам суд может назначить принудительные меры медицинского характера»; 2) изложить ч. 2 ст. 81 УК в следующей редакции: «Лицо, страдающее иной тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания, может быть судом освобождено от отбывания как основного, так и дополнительного наказания либо неотбытая часть наказания может быть заменена более мягким видом наказания»; 3) дополнить     ч. 3 ст. 81 УК после слов «делающих их негодными» словами «или ограниченно годными»; 4) дополнить перечень наказаний ч. 3 ст. 81 УК ограничением по военной службе; 5) изложить ч. 4 ст. 81 УК в следующей редакции: «Лица, указанные в частях первой и второй настоящей статьи, в случае их выздоровления могут подлежать наказанию, если не истекли сроки давности, предусмотренные статьей 83 настоящего Кодекса»; 6) дополнить гл. 11 УК ст. 761 УК следующего содержания: «Лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от уголовной ответственности, если оно не представляет опасности по своему психическому состоянию либо им совершено деяние небольшой тяжести»; 7) привести ч. 1 ст. 443 УПК РФ в соответствие с нормами УК.

В части пятой «Отсрочка отбывания наказания:основания и пределы судейского усмотрения» источниками судейского усмотрения в институте отсрочки от отбывания наказания выступают:

1) средства законодательной техники: управомочивающая норма. Ее диспозитивность обусловлена тем, что: а) при наличии основания (беременности женщины или наличия у нее ребенка в возрасте до 14 лет либо ребенка в возрасте до 14 лет у мужчины, являющегося единственным родителем) и условия применения этой нормы (эти лица не должны быть осуждены к ограничению свободы или лишению свободы на срок свыше пяти лет за тяжкое или особо тяжкое преступление против личности), судья будет вправе, но не обязан отсрочить отбывание наказания; б) по достижении ребенком 14-летнего возраста суд может освободить осужденное лицо от отбывания всего назначенного наказания или от отбывания оставшейся части наказания, заменить оставшуюся часть наказания более мягким; в) в ней закреплено правосуда по своему усмотрению оценивать возможность сокращения срока отсрочки отбывания наказания. Формализовать этот процесс оценки не представляется возможным, так как сложно выявить все обстоятельства и их проявления, которые должны быть обязательно учтены для сокращения срока отсрочки; г) суд вправе самостоятельно оценивать возможность отмены отсрочки исполнения наказания в случае отказа осужденного от ребенка или несоблюдения требований, предъявляемых к его поведению;

2) нарушенное правило законодательной техники о том, что:

норма должна излагаться точно. Так, в ч. 1 ст. 82 УК говорится, что отсрочка не предоставляется лицам, осужденным «…за тяжкие или особо тяжкие преступления против личности». Использованную формулировку «преступления против личности» можно понимать по-разному: во-первых, как общественно опасные деяния, включенные в раздел VII УК; во-вторых, как любые деяния, независимо от их местонахождения в уголовном законе, посягающие на личную свободу, здоровье и жизнь человека (например, ст. 162, 206, 209 и т.д.);

б) норма должна быть изложена полно. Так, в ст. 82 УК остался неурегулированным вопрос о дополнительных наказаниях, назначенных осужденным.

Уточнению пределов судейского усмотрения будут способствовать сформулированные в работе следующие предложения по изменению законодательства: 1) заменить в ст. 82 УК словосочетание: «преступления против личности» на слова: «преступления, связанные с посягательством на личность»; 2) дополнить ч. 1 ст. 82 УК следующим текстом: «Одновременно суд может отсрочить отбывание дополнительных наказаний, назначенныхосужденным»; 3) дополнить ст. 82 УК частью 21 следующего содержания: «В случаях искусственного прерывания беременности осужденной без медицинских показаний, отказа от ребенка или наступления смерти ребенка в результате невыполнения осужденным обязанностей по уходу за ним суд по представлению уголовно-исполнительной инспекции отменяет отсрочку и направляет осужденного для отбывания наказания в соответствии с приговором»; 4) исключить из ч. 2 ст. 82 УК слова «отказался от ребенка или».

В части шестой«Освобождение от наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора суда: основания и пределы судейского усмотрения» отмечается, что рассматриваемый вид освобождения имеет схожие источники судейского усмотрения, что и освобождение от ответственности в связи с истечением сроков давности. В этой связи рассматриваются только те, которые являются специфичными именно для данного конкретного вида.

Проведенное исследование позволило сформулировать ряд предложений по изменению законодательства, способных уточнить пределы судейского усмотрения: а) исключить ч. 4 ст. 81 УК; б) дополнить ст. 83 УК частью 21 следующего содержания: «Лица, которым предоставлена отсрочка отбывания наказания, должны отбыть назначенный или оставшийся срок наказания только в случаях, если со дня предоставления отсрочки до ее отмены не истекли сроки, установленные частью 1 настоящей статьи».

В части седьмой «Специальный вид освобождения от наказания несовершеннолетних и судейское усмотрение» исследуются два самостоятельных вида освобождения от наказания, закрепленных в ст. 92 УК, и делаются выводы, что источниками судейского усмотрения в рассматриваемой норме выступают:

законодательные конструкции: а) управомочивающая норма (ч. 1 ст. 92 УК). Ее диспозитивность определяется возможностью судьи по своему усмотрению решать вопрос о применении этого вида освобождения от наказания, избирать конкретные виды принудительных мер воспитательного характера, определять их срок, а также возлагать на подростка требования к его поведению, прямо не закрепленные в ч. 4 ст. 91 УК; б) управомочивающая норма (ч. 2 ст. 92 УК). Ее диспозитивность обусловлена предоставленными судье возможностями, во-первых, самостоятельно определять, нуждается ли подросток в особых условиях воспитания, обучения, требуется ли специальный педагогический подход для достижения цели исправления; во-вторых, устанавливать срок, на который он может быть помещен в это учреждение; в) управомочивающая норма (ч. 4 ст. 91 УК). Ее диспозитивность определяется тем, что наряду с конкретно перечисленными принудительными мерами воспитательного характера содержится указание на то, что «настоящий перечень не является исчерпывающим», позволяющий судье по своему усмотрению признавать те или иные ограничения прав и свобод несовершеннолетнего, принудительными мерами воспитательного характера»; г) оценочные понятия, использованные при описании некоторых принудительных мер воспитательного характера (п. «в», «г» ч. 2 ст. 90 УК).

Уточнениюпределов судейского усмотрения при применении рассматриваемой нормы будет способствовать: а) дополнение ч. 1 ст. 92 УК условием ее применения – совершением преступления впервые;б) дополнение ч. 4 ст. 92 УК после слов «профессиональной подготовки» словами «так и в иных, предусмотренных законом случаях»; в) дополнение ст. 92 УК частью: «41. В случаях уклонения несовершеннолетнего от пребывания в указанном учреждении суд вправе восстановить срок пребывания несовершеннолетнего в специальном учебно-воспитательном учреждении закрытого типа».

В заключении изложены основные результаты диссертационного исследования.

Основные научные результаты диссертации отражены в следующих опубликованных работах:

Монографии

1. Грачева Ю.В. Проблемы судейского усмотрения в российском уголовном праве / отв. ред. А.И. Чучаев. – Владимир, 2005. – 8,13 п.л.

2. Грачева Ю.В. Источники судейского усмотрения в институтах освобождения от уголовной ответственности и от наказания / отв. ред. А.И. Чучаев. – М.: Юрлитинформ, 2011. – 15 п.л.

3. Грачева Ю.В. Судейское усмотрение в применении уголовно-право­вых норм: проблемы и пути их решения / отв. ред. А.И. Чучаев. М.: Проспект, 2011. – 23,5 п.л.

Статьи в изданиях, рекомендованных ВАК

4. Грачева Ю.В. Понятие, основание, признаки и значение судейского усмотрения в уголовном праве / // Государство и право. 2001. № 11. – 1 п.л.

5. Грачева Ю.В. Законодательная техника как средство ограничения судейского усмотрения / Ю.В. Грачева, А.И. Рарог // Государство и право. 2002. № 11. – 1 п.л.

6. Грачева Ю.В. Законодательные конструкции и квалификация преступлений / Ю.В. Грачева, А.И. Рарог // Уголовное право. 2003. № 2. – 0,5 п.л.

7. Грачева Ю.В. Уголовно-правовая норма: понятие, структура, виды / Ю.В. Грачева // Lex Russica (Научные труды Московской государственной юридической академии). 2008. № 1. – 1,15 п.л.

8. Грачева Ю.В. Уголовно-правовое регулирование (критический анализ концепций) / Ю.В. Грачева // Lex Russica (Научные труды Московской государственной юридической академии). 2008. № 3. – 1,35 п.л.

9. Грачева Ю.В. Правовые связи или регулятивные уголовно-правовые отношения? / Ю.В. Грачева // Вестник Владимирского юридического института. 2008. № 3(8). – 0,43 п.л.

10. Грачева Ю.В. Виды уголовных правоотношений / Ю.В. Грачева // Lex Russica (Научные труды Московской государственной юридической академии). 2008. № 6. – 1,5 п.л.

11. Грачева Ю.В. Методология анализа: от социальной к уголовной ответственности / Ю.В. Грачева // Вектор науки ТГУ. Тольятти, 2008. № 2 (2). – 1,42 п.л.

12. Грачева Ю.В. Реализация регулятивных уголовно-правовых норм (норм-предписаний): понятие и формы / Ю.В. Грачева // Труды Оренбургского института (филиала) МГЮА. Вып. 11. – Оренбург, 2010. – 1,2 п.л.

13. Грачева Ю.В. Применение уголовно-правовых норм и квалификация преступления: характеристика и соотношение / Ю.В. Грачева // Lex Russica (Научные труды Московской государственной юридической академии). 2010. № 1. – 0,9 п.л.

14. Грачева Ю.В. Возможно ли судейское усмотрение при пробеле в уголовном праве? / Ю.В. Грачева // Уголовное право. 2010. № 3. – 0,5 п.л.

15. Грачева Ю.В. Язык закона и судейское усмотрение / Ю.В. Грачева // Lex Russica (Научные труды Московской государственной юридической академии). 2010. № 6. – 0,95 п.л.

16. Грачева Ю.В. Точность языка закона и судейское усмотрение / Ю.В. Грачева // Вестник Орловского государственного университета. № 1 (9). 2010. – 0, 45п.л.

17. Грачева Ю.В. Гарантии ограничения судейского усмотрения при применении норм с оценочными понятиями / Ю.В. Грачева // Вестник Орловского государственного университета. № 2 (10). 2010. – 0,45 п.л.       

18. Грачева Ю.В. Гарантии ограничения судейского усмотрения при применении норм с оценочными понятиями / Ю.В. Грачева // Законность. 2010. № 8. – 0,3 п.л.

19. Грачева Ю.В. Источники судейского усмотрения в нормах об освобождении от уголовной ответственности / Ю.В. Грачева // Lex Russica (Научные труды Московской государственной юридической академии). 2011. № 2. – 0,9 п.л.

20. Грачева Ю.В. Насилие как оценочное понятие / Ю.В. Грачева // Lex Russica (Научные труды Московской государственной юридической академии). 2011. № 1. – 0,54 п.л.

Статьи и публикации, тексты выступлений на конференциях

21. Грачева Ю.В. Спорные вопросы определения предмета преступления, предусмотренного ст. 222 УК / Ю.В. Грачева // Ученые записки Ульяновского государственного университета. 2000. – 0,5 п.л.

22. Грачева Ю.В. Проблемы судейского усмотрения при освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием / Ю.В. Грачева // Уголовный кодекс Российской Федерации: актуальные проблемы совершенствования. – М., 2001. – 0,6 п.л.

23. Грачева Ю.В. Виды уголовно-правовых норм и судейское усмотрение / Ю.В. Грачева // Ученые записки Ульяновского государственного университета. 2001. – 1 п.л.

24. Грачева Ю.В. Правосознание в механизме реализации судейского усмотрения в уголовном праве / Ю.В. Грачева // Ученые записки Ульяновского государственного университета. 2001. – 0,8 п.л.

25. Грачева Ю.В. Одно из направлений развития уголовного права России в XXI веке – это исключение негативного усмотрения правоприменителя / Ю.В. Грачева // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: Материалы международной научно-практической конференции. – М.: МГЮА, 2004. –0,3 п.л.

26. Грачева Ю.В., Рарог А.И. Законодательная техника и судейское усмотрение / Ю.В. Грачева, А.И. Рарог // Международное и национальное уголовное законодательство: проблемы юридической техники. Материалы III научно-практической конференции, состоявшейся на юридическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова 29–30 мая 2003 г. – М., 2004. – 0,3 п.л.

27. Грачева Ю.В. Критерий отграничения преступлений от административных правонарушений / Ю.В. Грачева // Соотношение преступлений и иных правонарушений: современные проблемы: Материалы IV Международной научно-практической конференции, посвященные 250-летию образования Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, 27–28 мая 2004 года. – М., 2005. – 0,3 п.л.

28. Грачева Ю.В. Судейское усмотрение в уголовном праве: прошлое, настоящее и будущее / Ю.В. Грачева // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: Материалы международной научно-практической конференции. – М.: МГЮА, 2005. – 0,3 п.л.

29. Грачева Ю.В. Процесс формирования судейского усмотрения в институте освобождения от уголовной ответственности в России (досоветский период) / Ю.В. Грачева // История развития уголовного права и ее значение для современности: Материалы V Международной научно-практической конференции, состоявшейся на юридическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова 26–27 мая 2005 г. – М., 2006. – 0,3 п.л.

30. Грачева Ю.В. Приготовление к преступлению: история и пути законодательного реформирования / Ю.В. Грачева // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: Материалы Международной научно-практической конференции. – М.: МГЮА, 2006. – 0,3 п.л.

31. Грачева Ю.В. Формы реализации уголовно-правовых норм / Ю.В. Грачева // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: Материалы 4-й Международной научно-практической конференции. – М.: МГЮА, 2007. – 0,3 п.л.

32. Грачева Ю.В. Принцип системности уголовного права / Ю.В. Грачева // Системность в уголовном праве: Материалы II Российского конгресса уголовного права, состоявшегося 31 мая – 1 июня 2007 г. – М., 2007. –           0,3 п.л.

33. Грачева Ю.В. Структура уголовно-правовой нормы / Ю.В. Грачева // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: Материалы пятой Международной научно-практической конференции 24–25 января 2008 г. – М.: МГЮА, 2008. – 0,25 п. л.

34. Грачева Ю.В. Предмет уголовно-правового регулирования / Ю.В. Грачева // Актуальные проблемы российского права. 2008. № 2. – 0,47 п.л.    

35. Грачева Ю.В. Юридические предпосылки (условия) возникновения регулятивных уголовно-правовых отношений / Ю.В. Грачева // Актуальные проблемы российского права. 2008. № 2 (7). – 0,4 п.л.

36. Грачева Ю.В. Позитивная ответственность: юридический миф или реальность? / Ю.В. Грачева // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: Материалы шестой Международной научно-практической конференции 29–30 января 2009 г. – М.: МГЮА, 2009. – 0,26 п.л.

37. Грачева Ю.В. Уголовная ответственность в структуре уголовных правоотношений / Ю.В. Грачева // Право и практика. Научные труды Кировского института Московской государственной юридической академии (Материалы международной научно-практической конференции «Современные тенденции развития юридической науки и правоприменительной практики», 12 декабря 2008 г.). – Киров, 2008. № 5. – 0,6 п.л.

38. Грачева Ю.В. Цель реализации регулятивных уголовно-правовых норм / Ю.В. Грачева // Категория «цель» в уголовном, уголовно-исполни-тельном праве и криминологии: Материалы IV Российского Конгресса уголовного права, состоявшегося 28–29 мая 2009 г. – М., 2009. – 0,26 п.л.       

39. Грачева Ю.В. Соблюдение и исполнение как самостоятельные формы реализации уголовно-правовых норм / Ю.В. Грачева // Актуальные проблемы российского права. 2009. № 3 (12). – 0,4 п.л.

40. Грачева Ю.В. Дифференциация, индивидуализация уголовной ответственности и судейское усмотрение / Ю.В. Грачева // «Кримiнальний кодекс України 2001 р.: проблеми застосувания i перспективи удосконаления. Диференцiацiя кримiнальноi вiдповiдальностi»: Мiжнародний симпозiум 11–12 вересня 2009 року. Львiв, 2009. – 0,2 п.л.

41. Грачева Ю.В. Источники судейского усмотрения в главе 22 УК / Ю.В. Грачева // Преступления в сфере экономики: российский и европейский опыт. Материалы совместного российско-германского «круглого стола», 9 октября 2009 г. – М., 2009. – 0,75 п.л.

42. Грачева Ю.В. Применение регулятивный и охранительных уголовно-правовых норм / Ю.В. Грачева // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: Материалы седьмой Международной научно-практической конференции 28–29 января 2010 г. – М., 2010. – 0,3 п.л.

43. Грачева Ю.В. Судейское усмотрение и правило законодательной техники / Ю.В. Грачева // Научные основы уголовного права и процессы глобализации: материалы V Российского конгресса уголовного права (27–28 мая 2010 года). – М., 2010. – 0,2 п.л.

44. Грачева Ю.В. Источники судейского усмотрения в норме об освобождении от ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ) / Ю.В. Грачева // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: материалы восьмой Международной научно-практической конференции 27–28 января 2011 г. – М.: МГЮА, 2011. – 0,3 п.л.

45. Грачева Ю.В. Отсрочка отбывания наказания: некоторые основания и пределы судейского усмотрения / Ю.В. Грачева // Уголовное право: истоки, реалии, переход к устойчивому развитию: материалы VI Российского конгресса уголовного права (26–27 мая 2011 года). – М., 2011. – 0,2 п.л.    

46. Грачева Ю.В. Основания и пределы судейского усмотрения в норме об освобождении от наказания в связи с изменением обстановки / Ю.В. Грачева // Юридическая наука и образование. Екатеринбург, 2011. № 4. – 1 п.л.

47. Грачева Ю.В.Некоторые источники судейского усмотрения в уголовно-правовых нормах о конфискации имущества / Ю.В. Грачева // Кримiнальний кодекс України: 10 рокiв очiкувань: тези доповiдей та повiдомлень учасникiв. Мiжнародного симпозiуму, 23-24 вересня 2011 р. Львiв, 2011. – 0,2 п.л.

Учебники, учебные пособия и комментарии

48. Грачева Ю.В. Уголовный кодекс Российской Федерации. Постатейный научно-практический комментарий (ст. 73, 74, 201–204 УК) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: Агенство (ЗАО) Библиотечка «Российской газеты», 2001. – 0,8/35 п.л.

49. Грачева Ю.В. Уголовный кодекс Российской Федерации. Постатейный научно-практический комментарий профессорско-преподавательского коллектива кафедры уголовного права МГЮА (ст. 73, 74, 201–204 УК) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: Агентство (ЗАО) Библиотечка «Российской газеты», 2004.      – 0,8/36 п.л.

50. Грачева Ю.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (ст. 73, 74, 201–204, 314–316 УК) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2004. – 1,2/40 п.л.

51. Грачева Ю.В. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть (§ 7-8 гл.2) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: Юрист, 2004. – 0,6/31 п.л.

52. Грачева Ю.В. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть (Глава 9) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: Юрист, 2004. – 1/42,0 п.л.

53. Грачева Ю.В. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть (§ 1-3,5 гл.17) / отв. ред. Л.В. Иногамова-Хегай, А.И. Рарог, А.И. Чучаев. – М.:ИНФРА-М: КОНТРАКТ, 2004. – 1/35п.л.       

54. Грачева Ю.В. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть (§ 3 гл. 2) / отв. ред. Л.В. Иногамова-Хегай, А.И. Рарог, А.И. Чучаев. – М.: ИНФРА-М, КОНТРАКТ, 2004. – 1/47 п.л.      

55. Грачева Ю.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (ст. 73, 74, 201–204, 314–316 УК) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2005. –1,2/40 п.л.

56. Грачева Ю.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (ст. 73, 74, 201–204, 314–316 УК) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2006. – 1,2/40 п.л.

57. Грачева Ю.В. Уголовный кодекс Российской Федерации. Постатейный научно-практический комментарий (ст. 73, 74, 201–204 УК) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: Агентство «Библиотечка «Российской газеты», 2006. –       0,8/36 п.л.

58. Грачева Ю.В. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть (§ 1-3,5 гл.17) / отв. ред. Л.В. Иногамова-Хегай, А.И. Рарог, А.И. Чучаев. – М.: ИНФРА-М: КОНТРАКТ, 2006. –1/35 п.л.

59. Грачева Ю.В. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть (§ 3 гл. 2) / отв. ред. Л.В. Иногамова-Хегай, А.И. Рарог, А.И. Чучаев. – М.: ИНФРА-М, КОНТРАКТ, 2006. – 1/47,0 п.л.

60. Грачева Ю.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (ст. 73, 74, 201–204, 314–316 УК) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2007. – 1,2/42 п.л.

61. Грачева Ю.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (ст. 73, 74, 201–204, 314–316 УК) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008. – 1,2/42 п.л.

62. Грачева Ю.В. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть (§ 1-3,5 гл.17) / отв. ред. Л.В. Иногамова-Хегай, А.И. Рарог, А.И. Чучаев. – М.: ИНФРА-М, КОНТРАКТ, 2008. – 1,25/35,0 п.л.

63. Грачева Ю.В. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть (§ 3, гл. 2) / отв. ред. Л.В. Иногамова-Хегай, А.И. Рарог, А.И. Чучаев. – М.: ИНФРА-М, КОНТРАКТ, 2009. – 1,25/50,0 п.л.

64. Грачева Ю.В. Преступления против общественной безопасности: учебно-практическое пособие / Ю.В. Грачева, А.И. Чучаев, А.А. Задоян. – М.: ООО «Проспект», 2010. – 16 п.л.

65. Грачева Ю.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) (ст. 105–125, 169–1992 УК) / под ред. Г.А. Есакова. – М.: ООО «Проспект», 2010. – 3/15,0 п.л.

66. Грачева Ю.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации с постатейным приложением материалов /        Ю.В. Грачева, Т.К. Агузаров, Г.А. Есаков, Т.Г. Понятовская, А.И. Рарог, А.И. Чучаев /  под ред. А.И. Рарога. – М.: ООО «Проспект», 2010. – 55 п.л.

67. Грачева Ю.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (ст. 73, 74, 201–204, 314–316 УК) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2010. – 1,2/44 п.л.

68. Грачева Ю.В. Уголовный кодекс Российской Федерации. Постатейный научно-практический комментарий (ст. 73, 74, 201–204 УК) / отв. ред. А.И. Рарог. – М., 2010. – 0,8/39 п.л.

69. Грачева Ю.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (ст. 73, 74, 201–204, 314–316 УК) / отв. ред. А.И. Рарог. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2011.– 1,2/51,5 п.л.

70. Грачева Ю.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) (ст. 105–125, 169–1992 УК) / под ред. Г.А. Есакова. – М.: ООО «Проспект», 2011. – 3/15,5 п.л.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.