WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Правовое сознание в древнерусской и российской государственно-правовой жизни

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 

ПРАВОВОЕ СОЗНАНИЕ

В ДРЕВНЕРУССКОЙ И РОССИЙСКОЙ

ГОСУДАРСТВЕННО-ПРАВОВОЙ ЖИЗНИ

12.00.01 - Теория и история права и государства; история учений о праве и государстве

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук

Ставрополь - 2011


Работа выполнена в ФГБОУ ВПО «Ставропольский государственный университет»


Официальные оппоненты:


доктор юридических наук, профессор Баранов Павел Петрович

доктор юридических наук, профессор Золотухина Наталья Михайловна

доктор юридических наук, профессор Момотов Виктор Викторович



Ведущая организация:


Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ


Защита диссертации состоится 24 декабря 2011 года в 12 час. на засе­дании диссертационного совета по защите докторских и кандидатских диссертаций ДМ 212.256.12 при ФГБОУ ВПО «Ставропольский государс­твенный университет» по адресу: 355009, г. Ставрополь, ул. Пушкина, 1, корп. 1а, ауд. 416.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Ставропольский государственный университет». Текст объявления о защите диссертации и автореферата размещен на официальном сай­те Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки РФ: http://vak.ed.gov.ru/ru/dissertation/ «22 » сентября 2011 г.

Автореферат разослан «22» сентября 2011 года.


И.о. ученого секретаря совета по защите докторских и кандидатских диссертаций ДМ 212.256.12, доктор юридических наук, профессор


Э. С. Навасардова


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Понятие правового сознания отно­сится к числу наиболее сложных и очень значимых в философском, научном, в том числе юридическом, знании. Его безусловное и историческое значение оп­ределяется всеохватывающим характером. Безусловная значимость правового сознания связана с постижением сущности, смысла государственно-правовой жизни. На его основе вырабатываются направления цивилизационного, куль­турно-исторического развития общества, государства, права. Они актуализи­руются конкретно-историческими условиями, определяющими историческую, условную, значимость правового сознания.

Правовое сознание объемлет все аспекты государственно-правовой жизни. С него начинается формирование, действие, познание государства, права, за­кона, взаимодействие их между собой, с иными социальными явлениями. На основе правосознания разрабатывается и осуществляется государственно-правовая политика, определяются цели, характер, содержание конкретных государственно-правовых задач. С него начинается организация и дезорга­низация правопорядка в обществе. От состояния правового сознания, уровня развития, степени выявления и фиксирования в нем соотношения государс­твенных и частных интересов зависят линия поведения государства, соци­альных групп, конкретные поступки (правомерные, противоправные) чело­века, личности, субъекта права.

Всеохватывающий характер правосознания, определяющий его особое место и роль в юридической науке и практике, позволяет утверждать, что все проблемы государственно-правовой жизни - это проблемы правового созна­ния. Это позволяет признать непреходящую теоретическую и практическую значимость правового сознания.

Несмотря на первостепенную, непреходящую значимость правового со­знания и возрастающий научный интерес к его общетеоретическим пробле­мам, многие вопросы остаются нерешенными и дискуссионными. Состояние современного российского правосознания характеризуется раздвоенностью и конфликтностью, которые усиливаются очередной волной вестернизации и глобализации. В нем преобладают западное мировоззрение и либерально-де­мократические ценности. Оно ориентируется на мировые цивилизационные стандарты, на одностороннюю реформаторскую деятельность, «освобождает­ся» от национальных, культурно-исторических особенностей, от собственных идей. Это отражается на государственно-правовой жизни, на духовно-нравс­твенном состоянии всего российского общества, в котором увеличивается чис­ло противоправных аспектов поведения - индивидуальных, групповых, кон­фессиональных, межэтнических, межнациональных и иных. Такое состояние правового сознания ведет к принижению и искажению российской истории,

3


национальной культуры, роли государства, влияет на характер преобразова­тельной деятельности.

Все это актуализирует до первостепенной важности проблемы правового со­знания, побуждает к дальнейшему изучению его в исторической ретроспективе, постижению сущности бытия, исторической закономерности и переосмысле­нию существующего понимания. Изучение исторических корней возникновения правового сознания, рассмотрение его как важнейшего явления древнерусской и российской государственно-правовой жизни, духовно-нравственная идентифи­кация не входили в теоретическую задачу марксистского мировоззрения. Они и сегодня не входят в число задач современной либеральной теории и методологии. А вопросы, касающиеся древнерусского правового сознания, даже не ставятся. Но именно оно определило характер, особенности, специфику российского пра­вового сознания и всей государственно-правовой жизни.

Указанные обстоятельства и интерес к правовому сознанию как специфи­ческому явлению государственно-правовой жизни побудили автора обратиться к исследованию этого явления, к истокам возникновения, первоначального ста­новления, развития и понимания логики его бытия.

Степень научной разработанности темы. Формирование представления о степени исследованности темы связано с особенностями развития правового со­знания, которое в процессе перехода от одного исторического периода к другому характеризовалось не полной заменой идей, понятий, принципов, а наслаивани­ем новых форм на старые. Это позволило сохранить и донести до современного периода информацию о древнерусском и российском правовом сознании.

Представления о правовом сознании дают различные источники: мифы, летописи, исследования историков, социологов, психологов, религиозная, фило­софская, политике-правовая литература, юридические памятники, географичес­кие карты, этнографические и археологические данные. В их число некоторые авторы включают ведическую литературу, значение которой и обосновывается, и отвергается по причине принадлежности ее к мифологическим источникам. Достоверность этих источников, с одной стороны, признается далеко не бес­спорной. С другой стороны, отмечается, что мифология является специфичес­кой формой сохранения и передачи древних знаний, мировоззренческих уста­новок, заповедей, традиций. А. Ф. Лосев в понятии мифа усматривал отражение диалектической связи конкретно-исторического события, в мифологии - способ постижения абсолютного бытия, выражавшийся в ведении, которое являлось и знанием, и верой1. В. Г. Графский считает мифологическое мышление вполне са­модостаточным, не нуждающимся в уточнениях и проверке на достоверность2.

Вопросы правового сознания присутствуют во взглядах русских правителей Игоря, Олега, Ярослава, Владимира Мономаха, Ивана III, Ивана Грозного и др.; священнослужителей Илариона, Филофея и др. Смысл их содержится в рабо-

1    Лосев А. Ф. Диалектика мифа// Философия. Мифология. Культура. М., 1991. С. 173, 174.

2    Графский В. Г. История политических и правовых учений. М., 2005. С. 34.

4


тах отечественных мыслителей И. С. Аксакова, К. С. Аксакова, Н. А. Бердяева, Н. Я. Данилевского, С. Е. Десницкого, И. В. Киреевского, Я. П. Козельского, К. Н. Леонтьева, А. Н. Радищева, В. С. Соловьева, Л. А. Тихомирова, С. Л. Франка,

A. С. Хомякова и др.; историков Б. Д. Грекова, Д. И. Иловайского, Н.М. Карамзина,

B. О. КлючевскощВ.Н. Лешкова,В.В. МавродинаД А. Рыбакова, Д.Я. Самоквасова,

C. М. Соловьева, А. А. Шахматова, С. В. Юшкова и др.; юристов Б. А. Кистя-

ковского, Н. М. Коркунова, С.А Муромцева, Г. Ф. Шершеневича и др.

В дореволюционный период эти вопросы попадали в поле зрения в связи с ха­рактеристикой государственно-правового устройства, понимания государства, права и др. Возрождение теории естественного права, развитие психологичес­кой науки побудили к непосредственному анализу правового сознания. В конце XIX - начале XX вв. появились работы Л. И. Петражицкого, П. И. Новгородце-ва, И. А. Ильина, в которых давался философский, психологический, правовой, юридический анализ правового сознания.

В связи с характеристикой социалистического государства и права в период их становления о правосознании рассуждали И. В. Крыленко, Е. Б. Пашуканис, М. А. Рейснер, П. И. Стучка и др. Рассуждения велись с марксистских позиций, согласно которым обосновывалась главенствующая роль правовой идеологии, внешних, формально-юридических аспектов. Вместе с тем господствующий стиль юридической мысли Е.Б. Пашуканис называл формальным, односторонним.

Признание нормативного понимания права способствовало формиро­ванию взгляда на социалистическое правосознание как относительно самосто­ятельное явление, отражающее право. В дальнейшем правосознание рассмат­ривалось в гносеологическом, социологическом, онтологическом аспектах. Предметом внимания становились вопросы структуры, уровней развития, со­держания, видов, функций правосознания, соотношения его с другими явле­ниями. Эти вопросы излагались в работах А. А. Герцензона, С. А. Голунского, Г. А. Злобина, М. П. Каревой, Р. Лукича, А. В. Мицкевича, В. П. Морозова, Е. В. Назаренко, А. Нашиц, Г.С. Остроумова, Н. Н. Полянского, А. Р. Ратинова, И. Ф. Рябко, И. Сабо, А. Б. Сахарова, М.С. Строговича, В. А. Сырцева, В. О. Тенен-баума, И. Е. Фарбера, В. А. Шабалина, А. Ф. Шебанова, В. А. Шегорцева и др.

Концептуальные основы познания права и отражающего его правосозна­ния вырабатывали: С. С. Алексеев, В. К. Бабаев, М. И. Байтин, В. М. Баранов, П. П. Баранов, С. Н. Братусь, А. М. Васильев, Н. В. Витрук, Н. Н. Вопленко, П. Л. Гранат, В. Г. Графский, О. С. Иоффе, В. П. Казимирчук, И. И. Карпец, Н. М. Кейзеров, Д. А. Керимов, В. Н. Кудрявцев, В. В. Лазарев, Е. А. Лукашева, Г. В. Мальцев, М. Н. Марченко, Н. И. Матузов, А. В. Мицкевич, П. Е. Недбайло,

A. С. Пиголкин, Т. Н. Радько, И. Ф. Рябко, В. П. Сальников, И. С. Самощенко,

B. М. Сырых, В. А. Туманов, В. Е. Чиркин, М Д. Шаргородский, Л. С. Явич и др.

Значительная роль в теоретическом осознании государственно-правовой действительности, в определении методологических подходов к ее изучению, в анализе взглядов мыслителей принадлежит А. М. Айзенбергу, А. М. Васильеву,

5


Н. М. Золотухиной, Г. С. Котляревскому, О. Э. Лейсту, В. В. Малькевич, К. А. Мокичеву, Б. Л. Назарову, С.А. Пяткиной, Э. Л. Розину, В. В. Серковой, В. М. Сырых, Ю. Г. Ткаченко.

Проблемы правового осознания действительности с теоретических и исторических позиций получили освещение в трудах И. А. Иванникова, И. А. Исаева, Ю. В. Качановского, В. Е. Квашица, А. И. Ковлера, И. Ю. Козлихи-на, Л. В. Кондратюка, А. И. Косарева, В. Я. Любашица, А. В. Малько, Л. С. Мамута, В. В. Момотова, А. С. Мордовца, В. С. Нерсесянца, М Ф. Орзиха, Д. А. Потопейко, Л. П. Расказова, Л. Г Свечниковой, А. П. Семитко, И. Н. Сенякина, В. Н. Синю-кова, Т. В. Синюковой, А. С. Сиротина, Н. Я. Соколова, Ю. А. Тихомирова, О. И. Цыбулевской, 3. М. Черниловского, Д. Ю. Шапсугова, Б. С. Эбзеева, А. И. Экимова и других авторов.

В настоящее время новая волна внимания к правосознанию. Его иссле­дуют: И. В. Андреева, А. И. Байгушкин, Р. С. Байниязов, В. И. Бегинин, Е. А. Белканов, А. Г. Бережнов, А. А. Бондарев, А. А. Гулипп, К. Р. Даниелян, А. М. Евстратов, В. И. Егоров, Л. А. Ефименко, Е. А. Жуков, Г. Р. Ишкильдина, А. С. Карцов, С. Н. Касаткин, В. Н. Коробка, 3. X. Кочесоков, В. А. Леванский, И. М. Максимова, В. П. Малахов, Я. В. Мезенцева, А. И. Овчинников, А. Н. Окара, В. Р. Петров, Р. А. Ромашов, В. В. Русских, Р. А. Рябцев, Т. Б. Сазо­нова, А. В. Смоленцев, Н. М. Тапчанян, Я. В. Турбова, Н. А. Шеяфетдинова, О. Г. Щедрин и др.

Отмечая определенное, периодически усиливающееся внимание российс­кой юридической науки к правосознанию, серьезные достижения в его изу­чении, следует признать, что многие аспекты остаются нерассмотренными и дискуссионными. А вопросы первоначального возникновения, исторического развития, целостного понимания правового сознания как важнейшего явле­ния древнерусской и российской государственно-правовой жизни не являлись предметом самостоятельного научного исследования.

Объектом исследования является правовое сознание как феноменальное и идеальное явление древнерусской и российской государственно-правовой жизни.

Предметом исследования являются взгляды, идеи и теоретике-мето­дологические понятия, характеризующие черты, содержание, структуру, национальные особенности правового сознания в древнерусской и россий­ской государственно-правовой жизни.

Цель и задачи исследования определены актуальностью вопросов право­сознания и малоизученностью избранного аспекта его рассмотрения. Целью исследования является постижение логики возникновения, бытия и развития правового сознания как важнейшего явления древнерусской и российской госу­дарственно-правовой жизни, отражение его во взглядах мыслителей. Для реали­зации поставленной цели определены следующие задачи:

- выявить исторические корни возникновения древнерусского правово­го сознания;

б


  1. определить теоретико-методологические подходы к изучению право­вого сознания;
  2. охарактеризовать объект научного познания и содержание понятия правового сознания;
  3. раскрыть основные черты, содержание, особенности праславянского правового сознания;
  4. рассмотреть особенности христианизации правового сознания;

- показать значение трактата Илариона «Слово о Законе и Благодати», «Повести временных лет», «Поучения Владимира Мономаха», «Слова о полку Игореве» в становлении, концептуальном оформлении древнерус­ского правового сознания;

  1. охарактеризовать взгляды славянофилов, консерваторов, мыслителей конца XIX - первой половины XX вв. на древнерусское и российское пра­вовое сознание;
  2. охарактеризовать правовое сознание в советской и современной госу­дарственно-правовой жизни;
  3. раскрыть понятие государственного правосознания, показать его роль в современной государственно-правовой жизни;
  4. обосновать необходимость переосмысления сложившегося понимания правового сознания и признания его важнейшим элементом древнерусской и российской государственно-правовой жизни.

Теоретической основой диссертационного исследования явились труды отечественных и зарубежных мыслителей древнерусского, дорево­люционного, советского и постсоветского периодов - философов, истори­ков, психологов, юристов, социологов, рассматривавших философские и научные аспекты познания, отражения, мышления, понимания сознания, в том числе правового сознания.

В диссертационном исследовании использовались труды следующих авто­ров: К. А. Абульхановой-Славской, А. Адлера, Н. М. Азаркина, Н. Н. Алексеева, А. Н. Афанасьева, Г. Г. Бриля, А. В. Века, М. Ф. Владимирского-Буданова, Л. С. Выготского, Г. М. Гака, Г. В. Ф. Гегеля, Б. Д. Грекова, Г. Д. Гриценко, Л. Н. Гумилева, В. В. Еремяна, В. В. Ершова, С. Л. Зивса, В. П. Зинченко, И. Канта, Л. П. Карсавина, В. Н. Карташова, А. С. Карцова, В. Келле, М Коваль-зона, П. В. Копнина, Л. Леви-Брюля, В. П. Малахова, И. П. Малиновой, М. К. Мамардашвили, О. В. Мартышина, В. Н. Мясищева, А. Ю. Мордовцева, И. Д. Неважай, П. А. Оля, А. В. Петровского, А. В. Полякова, К. Р. Поппера, Б.Ф. Поршнева, А. Н. Радченко, Ф. М. Раянова, Р. А. Ромашова, В. Е. Рубаника, С. Л. Рубинштейна, О. Ю. Рыбакова, Ж. П. Сартра, П. Сорокина, А. Г. Спир-кина, А. В. Стадникова, В. С. Степина, В. О. Тененбаума, Е. В, Тимошиной, Ю. А. Тихомирова, В. В. Толкачева, Д. И. Узнадзе, А. К. Уледова, 3. Фрейда, Э. Фрома, А. М. Хазена, М. Хайдеггера, О. И. Цыбулевской, А. Л. Чижевского, Е. А. Шапиро, А. Шопенгауэра, К. Г. Юнга, М. Г. Ярошевского и др.

7


Методологическую основу исследования составили общенаучные приемы познания - анализ, синтез, сравнение, дедукция, индукция; принципы позна­ния -историзма, всесторонности, комплексности; формационный и цивилиза-ционный подходы; диалектический, синергетический, метафизический, цик­лический методы. Изложение авторской концепции осуществлялось на основе конкретно-исторического, системно-структурного, функционального, срав­нительно-правового, конфликтологического анализа. Для раскрытия понятия правового сознания как феноменального и идеального явления использовались философские категории (бытия, сознания, сущности, содержания и др.) и те­оретические понятия3 (правового сознания, государственно-правовой жизни, государственно-правового бытия и др.).

Выявлению специфических особенностей, характерных черт, различных состояний, уровней развития правового сознания в древнерусской и российс­кой государственно-правовой жизни послужили познавательные возможности различных методологических приемов познания, линейного и нелинейного мышления. Рассмотрению духовной сущности правового сознания способс­твовал метафизический метод. Исторический подход явился основой рассмот­рения исторических корней возникновения, формирования особенностей древ­нерусского правового сознания, его изменения; анализа источников и взглядов мыслителей, в которых отразилась его специфика на разных этапах развития; характеристики российского, советского и современного состояния правосозна­ния. Циклический и конфликтологический подходы, системно-структурный и функциональный анализ, диалектический закон единства и борьбы противопо­ложностей использовались для характеристики структурных элементов право­вого сознания, внутренних и внешних аспектов его соотношения.

Принципы комплексности, всесторонности, системности позволили охарак­теризовать правовое сознание как многоуровневое, многоаспектное, целостное образование, а также увидеть и объяснить причины раздвоенного и конфликт­ного состояния его, определить пути выхода из них.

Источниковую и эмпирическую основу исследования составили до­говоры Руси с греками, Церковные Уставы Владимира «Святого» и Ярослава Мудрого, Летописные своды, Русская Правда, религиозно-мифологическая ли­тература, исторические, политические, теоретические сочинения отечествен­ных и зарубежных авторов, Своды Законов Российской империи, Конституция Российской Федерации, нормативно-правовые акты органов законодательной и

3 Вопрос о соотношении понятий и категорий как наиболее общих понятий применительно к теории права рассмотрен А.М. Васильевым. См.: Васильев А. М. Правовые категории. Ме­тодологические проблемы категорий теории права. М., 1976. С. 56-58. Сегодня вопрос о том, в каком аспекте - философском или научном - используются или должны использоваться те или иные категории, понятия и насколько это уместно в том или ином случае в юридической теории, остается, по мнению В. П. Малахова, невыясненным. См.: Малахов В. П. Философия права. Екатеринбург, М., 2002. С. 40^4.

8


исполнительной власти Российской Федерации, нормативные акты субъектов федерации, международные документы, Послания Президента Российской Фе­дерации Федеральному Собранию РФ и др.

Они явились источником информации о донаучном и научном (в термино­логии историков, которые говорят еще о допрофессиональном, раннепрофесси-ональном и профессиональном сознании) представлении о правовом сознании. Они послужили основой анализа возникновения, развития, понимания древне­русского и российского, в том числе современного, правосознания, выводов о национальных особенностях правового сознания, о признании его важнейшим фактором государственно-правовой жизни, о необходимости переосмысления современного понимания.

Научная новизна диссертационного исследования определяется, пре­жде всего, постановкой научной проблемы. Данная работа является одним из первых монографических исследований, в котором осуществлен комплексный анализ правового сознания как важнейшего явления государственно-правовой жизни. На основе различных теоретико-методологических подходов, способов познания выявлен механизм взаимодействия структурных элементов правового сознания, определяющий его состояние (целостное, раздвоенное, бесконфликт­ное, конфликтное), цикличность развития. Показана необходимость сохранения сущностных особенностей правового сознания наряду с историческими измене­ниями, использования преобразовательных и охранительных идей в устройстве и сохранении целостности государственно-правовой жизни. Обоснована необхо­димость переосмысления правосознания и формирования целостного понима­ния его. Предложено авторское определение понятия правового сознания.

Новизна постановки вопросов, полученное в результате исследования при­ращение научного знания нашли отражение в положениях и выводах, выноси­мых на защиту.

На защиту выносятся следующие основные положения и выводы:

1. Киевский период - своеобразный и важный этап в развитии древнерусской

народности, ее государственности и правового сознания, но не с него они начи­

нают свой исторический путь. Не в нем закладываются основы и национальные

особенности правового сознания, всей государственно-правовой жизни. Выяв­

ление этих особенностей служит признанию правового сознания атрибутивным

свойством древнерусской и российской государственно-правовой жизни.

2.  Правовое сознание есть сложное феноменальное и идеальное явление

государственно-правовой жизни. Теоретический анализ и реконструкция име­

ющихся знаний о правовом сознании должны осуществляться на основе опера­

ций с предметом, содержанием понятия правового сознания и с определяющим

их объектом. Это сложная познавательная задача, связанная с безграничнос­

тью объекта познания правового сознания, которое имеет дело не только с вне­

шней, но и с внутренней, душевно-духовной жизнью человека, выступающего

в качестве субъекта права.

9


Правовое сознание участвует не только в правовой, но в государственно-пра­вовой жизни в целом. Оно имеет дело не только с феноменальными явлениями, но и с идеальным миром, прошлым, актуальным и потенциальным, с их взаим­ными переходами. Его бытие может выражаться в различных уровнях, формах, состояниях. Оно может быть представлено прошлым, настоящим и будущим. Наиболее приемлемыми для такого сложного объекта познания, по мнению дис­сертанта, являются обобщающие понятия государственно-правовой жизни и государственно-правового бытия.

3.  Выделяются три уровня правового сознания: инстинктивный; интеллек­

туальный, который может быть представлен эмпирическим, теоретическим,

метатеоретическим уровнями; духовный. Инстинктивный уровень соотносит­

ся с бессознательной и подсознательной сферами. Интеллектуальный уровень

является опосредованной формой психической деятельности, возникающей в

процессе чувственного восприятия, эмоционального реагирования, логического

мышления, получающего выражение в идеях, понятиях, теоретических конс­

трукциях. В результате соотношения всех форм внутренней, душевно-духовной

деятельности, по-разному проявляющейся в исторических условиях государс­

твенно-правовой жизни, складываются первичные, непосредственные, и вто­

ричные, опосредованные, представления о ней. Опосредованные представления,

основанные на памяти о предшествовавших формах государственно-правовой

жизни и реакциях на них, служат формированию обобщенного знания, поня­

тийному его выражению.

4.   Эмпирический и теоретический уровни отражают жизнь правового

сознания в условиях прошлого и настоящего, служат постижению условной,

конкретно-исторической истины его. Теоретической основой постижения этой

истины служит конструкция «конкретно-эмпирического». Значение эмпири­

ческой составляющей состоит в возможности расчленения (фактического или

мысленного в процессе логических операций) правового сознания на множес­

тво структурных элементов, в определении их пространственного, временного

места нахождения и взаимодействия. Значение «конкретного» заключается в

понимании целостности правового сознания, коренящихся в законе его бытия

возможностей, пределов изменения и сохранения как явления.

Знания на метатеоретическом уровне способствуют формированию об­щенаучной картины мира, философских, мировоззренческих оснований пра­вового сознания, всей юридической науки. На этом уровне правовое созна­ние соприкасается с высшим, духовным состоянием, в котором соединяются элементы предыдущих уровней. Здесь оно может выражаться в интуиции, представлять своеобразное чувствознание истинного смысла и безусловной ценности окружающего природного, социального, в том числе государствен­но-правового мира, человека в нем и праведности их бытия. Характер соче­тания всех видов деятельности определяет состояние, изменение правового

10


знания, степень его влияния на совершение определенного действия, пос­тупка, на устойчивую социализацию.

  1. Согласно принципу достаточности, объективным критерием которого является логика жизни правового сознания, в соответствии с которым форми­руется и развивается система знаний о нем, в содержание правового сознания наряду с правовыми идеями, понятиями должны входить основные государс-твообразующие идеи. Это идеи государства, государственной власти, нации, концентрированно выражающие сущностное и историческое состояние госу­дарственно-правовой жизни, определяющие государственный характер пра­вового сознания как сферы формирования, сосредоточения и понимания этих идей. Наряду с преобразовательными идеями, обосновывающими необходи­мость изменения, в содержание правового сознания должны быть включены консервативные идеи, которые служат сохранению национально-особенного в государственно-правовой жизни. В содержание правового сознания должны входить не только понятия, отражающие историческую истину государствен­но-правовой жизни, но и понятия, отражающие состояние духовности, безу­словной ценности и высшей справедливости ее.
  2. Предложена теоретическая конструкция механизма взаимодействия внутренних элементов правового сознания, с которым связаны противопо­ложные состояния правового сознания: целостность, устойчивость, бескон­фликтность; раздвоенность, конфликтность, соответственно - отклонения в государственно-правовом развитии. Проблема целостности и раздвоен­ности, бесконфликтности и конфликтности правового сознания - это про­блема согласования и нарушения его во внутренних (между элементами правосознания) и внешних (между правосознанием и иными явлениями) отношениях правового сознания.

Обосновывается значимость конфликтного и бесконфликтного состояний, определяющихся логикой бытия правового сознания, свойствами его элемен­тов, временными и пространственными параметрами их взаимодействий, внешними влияниями. Делается вывод о том, что из взаимных переходов про­тивоположных состояний, являющихся пределами друг друга, проистекает природа колебательных движений, ритмы и циклы правосознания. Правовое сознание в древнерусской и российской государственно-правовой жизни пред­ставляется следующими циклами: дохристианского праславянского правового сознания; христианского правового сознания; светского - советского и постсо­ветского правосознания. В условиях каждого цикла правовое сознание прошло путь заимствования, переосмысления знаний и создания новой разновидности правовых знаний, каждый из них заканчивался уничтожением собственных достижений (постсоветский период еще продолжается).

7. Праславянское правовое сознание, возникшее до Киевского госу­

дарства и его закона, рассматривается как целостная система, основанная

11


на понимании единства духовного и материального мира. Духовный аспект связан с постижением безусловной сущности, отражение материального, в том числе государственно-правового бытия служило познанию конкретно-исторической сущности, определению общезначимых ценностей, человечес­кой нравственности, юридической справедливости. Праславянское правовое сознание носило религиозный, вероучительный, толерантный и правовой ха­рактер, основанный на правде. Оно было бесконфликтным. Содержание его составляли идеи единства, православия, понятийной формой служила религи­озно-философская идея правды как чувствознание божественной закономер­ности, природной и социальной ограниченности.

  1. В сочетании преобразовательных и охранительных, иных идей, отражав­ших природную, социальную, в том числе государственно-правовую жизнь, пребывающую в движении, изменении и покое, в конфликтных и бесконфлик­тных состояниях, проявлялась устойчивость правового сознания, а в ней - на­родная мудрость. В условиях постоянно меняющихся форм индивидуального и коллективного бытия правовое сознание служило основой организации госу­дарственно-правовой жизни, определения меры поведения правителей и наро­да, изменения и сохранения этой жизни. Правовое сознание являлось основой формирования и гарантией осуществления заповедей, традиций, принципов, среди которых особое место отводится принципу традиционализма.
  2. В процессе перехода от праславянского к христианскому правовому со­знанию сложилось двоеверное, раздвоенное, конфликтное состояние. Наличие ведическо-языческих и христианских знаний, верований определило двоеве­рие и раздвоенность, различное отношение правителей и народа к древнему и новому знанию привело к конфликтности правового сознания. Это в значи­тельной степени повлияло на политическую ситуацию того времени, поро­дило междоусобную борьбу, привело к принижению собственной истории, к раздробленности и ослаблению Киевского государства, в дальнейшем - к его иноземному завоеванию, знаменовавшему завершение двоеверного периода.

Древнерусское правовое сознание киевского периода и российское сознание в условиях христианизации периодически пребывали в раздвоенном и конфлик­тном состоянии; раздвоенном, бесконфликтном антагонистическом; раздвоен­ном бесконфликтном синергетическом состояниях. Правосознание советского периода имело конфликтный и бесконфликтный характер. Правосознание пост­советского периода пребывает в раздвоенном и конфликтном состоянии.

10.  В процессе наслаивания на древние знания новых, христианских зна­

ний, происходит их слияние. Благодаря духовной силе и толерантности,

древнерусский народ пропустил через себя новые идеи, наполнил их смыс­

лом православной правды, создал новую, оригинальную разновидность -

православное христианство и утвердил его в своем сознании. Постепенно оно

становилось мощной ветвью древнерусской, затем российской духовности,

важным фактором российской государственно-правовой жизни.

12


Духовность правового сознания в новом ее выражении проявлялась в осоз­нании народом своего человеческого и национального достоинства и достоинс­тва других людей, наций. Она позволяла народу не придавать особого значения формальной упорядоченности отношений и не связывать себя жестко с внешни­ми государственно-правовыми формами, с законом, а ориентироваться на внут­реннее состояние, свободу, совесть, честь, самозаконность и самообязывание. Мудрым государственным правителям духовность, воплотившаяся в соборнос­ти, помогала строить отношения с церковью, привлекать в качестве наставников и соратников тех ее представителей, у которых христианское и народное было слито с государственным и впоследствии получило название Святая Русь.

11.  Состояние двоеверности, раздвоенности, конфликтности сознания

нашло отражение в различных документах, среди которых особая роль при­

надлежит «Слову о законе и благодати» Илариона, «Повести временных лет»

Нестора, «Поучению Владимира Мономаха», «Слову о полку Игореве». В них

закладываются основы философско-религиозного и теоретического понима­

ния государства правды, закона правды, государственных задач, условий их

решения, соответственно - основы национального государственного право­

сознания и правового государства. Использование авторами понятия правды,

придание особого значения внутреннему опыту и духовно-нравственному до­

стоинству правителя, свидетельствует о том, что в их понимании сохраняет­

ся дохристианская традиция.

Эта традиция, наряду с христианским знанием, служила обоснованию сильной государственной власти и роли мудрого правителя, обладающего ду­ховно-нравственным достоинством, способностью праведного и ответствен­ного правления. С нарушением ее связывались неизбежные беды. Поэтому выражалась тревога за землю русскую, за русский народ, который оказался в новых, непривычных для него условиях, признавалась необходимость ук­репления Киевского государства, его международного значения, сохранения и обеспечения самобытности, самостоятельности в национально-государс­твенном устройстве и властвовании.

12.  Противостояние нового и древнего знаний в условиях Московской

Руси и Российской Империи определило этнический, политический, идеологи­

ческий аспекты раздвоенности и конфликтности российского правосознания,

которые переплетались с религиозным аспектом. Они выражались в различ­

ном отношении к древним и новым знаниям западных и восточных славян; в

династических спорах; в соотношении светской и церковной властей, которые

находились в противоборстве по экономическим вопросам и совместно высту­

пали против инакомыслия и влияния древнего знания. Концентрированным

выражением религиозной конфликтности явилась борьба стяжателей, ориен­

тировавшихся на западную идеологию, и нестяжателей, имевших сходство с

дохристианской традицией.

13


  1. Обосновывается положение о том, что влияние древних знаний, осно­ванных на православной идее правды, проявлялось на протяжении всего пе­риода российской истории и обеспечивало целостность государственно-пра­вовой жизни. Идея целостности явилась основой объединения Руси под эгидой Москвы, концентрации государственной власти в период создания Великорос-сии. Она послужила возрождению российского самосознания, предотвраще­нию распада иу креплению государственности в условиях Смутного времени и созданию Российской Империи. Идея целостности государства наряду с идеей приоритета общенациональных интересов явилась основой понимания госу­дарственного правосознания.
  2. Вопрос о сложности российской государственно-правовой жизни, о раз­двоенности сознания поставлен представителями славянофильского направ­ления, которые провели аналогию с состоянием сознания в древнерусский период. В качестве причин общественного разъединения ими называется не­совершенство принятия, распространения христианства и христианского про­свещения, (И. В. Киреевский, А. С. Хомяков), которое не позволило Древней Руси осуществить свое высокое призвание.

Славянофилы неоднозначно оценивают древний период, они едино­душны в оценке раздвоенного состояния сознания и общества в условиях Нового времени. В их представлении это состояние складывалось между привносимыми знаниями, воспринимавшимися высшим сословием, и на­родным сознанием, между рациональной западной образованностью и ду­ховной жизнью народа, которая рассматривалась иноземцами как грубый материал, подлежащий разумной обработке.

15. Славянофилы считали, что ориентиром в формулировании жизненных

принципов - единства и целостности духовного и позитивного знания, истинно­

го и самобытного понимания - может быть православная идея, базирующаяся на

правде и законе. Она может послужить решению насущных проблем, связанных

с возрождением духовности, с выработкой концепции национального созна­

ния, просвещения, воспитания, с развитием собственной науки, приниженных

влиянием Запада и подражанием ему. Эта идея может быть использована для

собственного понимания права, основанного на правде и внутреннем самообя-

зывании, для определения своего государственно-правового пути и обеспечения

его органического развития, характерного, по мнению И. В. Киреевского, для

Древней Руси, и оспариваемого А. С. Хомяковым.

Величайшая заслуга славянофилов, которых, к сожалению, чаще крити­ковали, чем положительно оценивали, в стремлении пробудить культурную память, возродить духовную и цивилизационную традицию, понять рос­сийскую идентичность. В этом видится попытка активировать и показать значимость православного сознания, в котором соединились православная и христианская идея правды.

14


16.  В новой фазе исторического развития, имевшего одностороннее обос­

нование прогрессистскими идеями, консервативная мысль конца XIX - начала

XX вв. была естественным продолжением древнерусского правового сознания

и своеобразной теоретической и идеологической базой реконструкции его кон­

сервативных идей. Консерваторы признавали сильное, но последующее вли­

яние христианства и Византии, Монгольского Востока, аристократического

польского общественного строя, европейских идей. Они говорили о первона­

чальном влиянии языческого строя и славянских идей, развивали понятие госу­

дарственного правосознания, государственный характер которого у них опре­

делялся идеей государства.

В консервативной идее государства воплотился религиозно-нравственный идеал праведного, т. е. собственно правового государства, который был выра­ботан в условиях киевского периода на основе дохристианской идеи правды. Эта идея явилась основой понимания государства как целого, как верховной организации с сильной государственной властью, призванной представлять, обеспечивать и охранять в первую очередь общезначимые интересы, сохранять национальную идентичностьицивилизационныеособенностигосу дарственно-правовойжизни. За дача охранения, проистекающая из праславянскойидеи силь­ного рода, государства, признается основной задачей, отступление от которой К. П. Победоносцев считал нарушением «зиждительных начал» государствен­ной жизни, российского бытия.

17.  В целостности правового сознания, в духовной, религиозно-нравс­

твенной обоснованности его видится главная основа жизни исторического

государства, положительного правосознания и права как автономных форм

духовного бытия нации российскими мыслителями первой половины XX

века. С отсутствием их связывается формальный характер правосознания,

правового порядка, формально соблюдаемого под воздействием внешней

воли и гетерономных правил. В духовной самобытности, в притязании на

собственный путь государственно-правового развития видится движение к

национальному обособлению.

Духовная зрелость правосознания, по мнению И. А. Ильина, необходима для взаимного признания государством и человеком друг друга. Она нужна государству для свободного вменения себе государственных задач, направ­ленных на обеспечение, охранение и защиту национальных интересов. Она нужна человеку для признания, чувственного переживания и волевого при­нятия им своей принадлежности к данному государству, для добровольного (самозаконного) осуществления государственных законов. В этом заключа­ется основа государственного образа мыслей, государственного настроения чувств, государственного правосознания.

18.  На основе системно-структурного и функционального анализа выяв­

лена логика внутреннего строения советского и постсоветского правосозна-

15


ния, причины конфликтного и бесконфликтного состояния, отрицания совет­ского правосознания и возникновения нового цикла развития правосознания. В постсоветское время, на первом этапе преобразовательной деятельности, сложилось бесконфликтное состояние правосознания, основанное на взаим­ном отрицательном отношении социалистических и либерально-демократи­ческих идей, не принятых большинством народа. Это определило различное отношение носителей либерального и национального правосознания к пони­манию государственно-правовой жизни, ее изменению и сохранению.

Состояние современного правосознания характеризуется раздвоеннос­тью, конфликтностью, а его понимание - односторонностью. Наличие охра­нительных и преобразовательных идей характеризует раздвоенность, проти­воположное отношение их к традиционным идеям - конфликтный характер правосознания. Это состояние свидетельствует о достижении предела в раз­витии правосознания с односторонней ориентацией на рациональное пони­мание, прагматическое использование, на отрицание иных форм его жизни. За ним либо последует переход в другую, противоположную фазу с поло­жительной обратной связью преобразовательных идей к традиционным иде­ям, либо произойдет утрата национальной государственности и российской идентичности, олицетворением которых является правовое сознание.

  1. Фаза изменений, реформ, начавшаяся в период перестройки, должна смениться противоположной фазой, фазой сохранения государственно-право­вой жизни, без которого (сохранения) теряется смысл любого изменения. Если Россия, ее государственность не исчерпали своих внутренних возможностей, они непременно должны перейти в фазу государственной организованности, устойчивости, стабильности, которая должна обеспечиваться государствен­ным правосознанием, сильной государственной властью, признанием единства и равновеликой значимости материального и духовного, либерального и кон­сервативного. Успех этого перехода будет в значительной степени зависеть от способности России противостоять разрушающим влияниям. Активная в пос­ледние годы позиция Президента РФ и Председателя Правительства РФ дает возможность строить положительные прогнозы. Использование циклического метода позволит предвидеть и более точно формулировать задачи следующего за сохранением периода, периода очередного преобразования.
  2. Обосновывается необходимость переосмысления сложившегося по­нимания правосознания, которое должно способствовать рассмотрению правосознания как феноменального и идеального явления государственно-правовой жизни и важнейшего фактора постижения условной, исторической истины и безусловной истины этой жизни. Оно должно привести к расшире­нию объема понятия правосознания, к включению в него философско-рели­гиозной идеи правды, олицетворяющей безусловную истину, идеи государс­тва, отражающей конкретно-историческую истину государственно-правовой

16


жизни, к включению реконструированного понятия правосознания в арсенал юридической науки, в учебные программы. В этом видится важнейшая тео­ретическая задача современности. Практическая задача состоит в правовом воспитании государственного правосознания. Успешное решение этих жиз­ненно важных задач необходимо для сохранения жизни государственно-ор­ганизованного общества как целого, нации как сущностной основы его.

21. Правовое сознание рассматривается как сложное специфическое явление древнерусской и российской государственно-правовой жизни, как многогранное, многоуровневое, духовно-нравственное, социально-психи­ческое и сверхпсихическое, формально-юридическое и собственно-право­вое образование. Правовое сознание определяется как целостная система правовых чувствознаний, содержащих безусловную истину, выражающу­юся в религиозно-философской идее правды; юридических чувствознаний, соответствующих условной, конкретно-исторической истине и законной справедливости государственно-правовой жизни.

Теоретическая и практическая значимость исследования в том, что результаты данного исследования могут быть использованы в дальнейших научных разработках проблем правового сознания. Сформулированные в диссертации положения и выводы развивают и дополняют отдельные поло­жения «Истории политических и правовых учений», «Теории государства и права», понятия правового сознания.

Эти положения и выводы могут положительно отразиться на состоянии современной государственно-правовой жизни. Они могут быть использова­ны при решении ряда практических задач, связанных с развитием правовой культуры, осуществлением правового воспитания, юридического образова­ния, с совершенствованием правотворческой и иной государственно-право­вой деятельности, с укреплением правопорядка.

Апробация результатов исследования. Основные положения и выводы диссертации изложены в 62 публикациях, в т. ч. 3 монографиях, 8 статьях, опуб­ликованных в ведущих рецензируемых научных изданиях и журналах, рекомен­дованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации.

Диссертация обсуждалась на расширенном заседании кафедры теории государства и права Ставропольского государственного университета, ра­бота рекомендована к защите по специальности 12.00.01 - Теория и история права и государства; история учений о праве и государстве.

Основные положения и результаты исследования проходили апробацию на Международных конференциях, конгрессах: «Актуальные проблемы истории государства и права, политических и правовых учений» (Самара, 2001); «Мир на Северном Кавказе через языки, образование, культуру» (Пятигорск, 2001); «Построение гражданского общества» (Иркутск, 2002); «Проблемы российской правовой системы. Инновационные процессы в образовании» (Таганрог, 2003);

17


«Тенденции развития юридической науки» (Ставрополь, 2005); «Закон и право: история и современность» (Ставрополь, 2005); «Россия: тенденции и перспекти­вы развития» (Москва, 2005); «Нравственные основы теории государства и пра­ва» (Москва, 2005); «Проблемы правовой науки» (Ставрополь, 2006); а также на всероссийских, региональных, медвузовских научно-практических конферен­циях. Материалы диссертационного исследования используются автором при чтении курсов «Теория государства и права», «История политических и право­вых учений», спецкурса «Проблемы российского правосознания».

Структура работы определена целью, задачами и логикой научного ис­следования. Работа состоит из введения, четырех глав, пятнадцати парагра­фов, заключения и списка использованной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность, теоретическая и практическая значимость, степень научной разработанности темы диссертационного исследо­вания, определяются объект, предмет, цель, задачи, теоретико-методологичес­кая основа, характеризуются научная новизна, теоретическая и практическая значимость исследования, формулируются основные положения, выносимые на защиту, указываются данные по апробации результатов исследования.

Первая глава «Теоретико-методологические подходы к изучению правового сознания» включает три параграфа. В первом параграфе «Ис­торические корни возникновения древнерусского правового сознания» гово­рится о том, что наряду с многочисленными исследованиями, посвященны­ми происхождению и названию племен, образовавших славянский народ, его правовое сознание, государство, право, существуют менее известные работы и документы, в которых идет речь о докиевском государстве.

Киевский период - своеобразный и важный этап в развитии древне­русской народности, ее государственности и правового сознания, но не с него они начинают свой исторический путь. Государственность докиевского перио­да возникла много тысяч лет тому назад и имела разные названия - Рассения, Русколань, Русская империя, Древняя Русь, разные столицы - Трою, Ур, Кияр, Пятигорье, Асгард, Тмуторокан и, возможно, другие. Вероятно, эти названия со­ответствовали разным периодам развития древнерусской государственности.

Территория докиевских государств не совпадала с территорией Киев­ского государства. На ней проживали праславянские, русколанские, сла­вянские племена, которые подготовили почву и привели к возникновению древнерусского, русского, российского народа, предопределили общность этнографических, психологических, религиозных, социальных черт, вы­разившихся в своеобразном мировоззрении, в правовом сознании. Были заложены основы национальных особенностей правовых, вероучительных

18


знаний, заповедей, традиций и форм государственно-правовой жизни. Изу­чение этих особенностей необходимо для цивилизационной самоиденти­фикации российского народа, для возрождения, сохранения и дальнейшего развития российской государственно-правовой жизни.

Во втором параграфе «Теоретико-методологические основы изучения правового сознания» ставится вопрос об односторонности познания, не учи­тывающего всю сложность объективной реальности4, в условиях которой существует правовое сознание как феноменальное и идеальное явление.

Открытия прошлого века меняют взгляд на происхождение и понима­ние правового сознания, расширяют и углубляют представления о нем и теоретике-методологических подходах к его изучению, позволяют видеть в нем нечто большее, чем только продукт отражения конкретно-исторических закономерностей государственно-правовой жизни, для которой характерны множественность, ограниченность, дискретность. Правовое сознание выхо­дит (и не может не выходить) за пределы конкретно-исторических форм госу­дарственно-правовой жизни. Оно формируется в процессе инстинктивного, эмоционально-чувственного восприятия текущей жизни государственно-правовых явлений. Оно является результатом непосредственного и опосре­дованного, рационального и иррационального реагирования на эти явления и собственную деятельность; интеллектуального и интуитивного постиже­ния исторической сущности их бытия и собственного состояния.

Правовое сознание содержит не только знания законной справедливос­ти конкретно-исторического бытия, но и знания национальной особеннос­ти, самобытности государственно-правовой жизни, ее безусловной спра­ведливости и праведности. В понятии правового сознания отражается не только внешняя, но и внутренняя, душевно-духовная жизнь. Расширяют содержание правового сознания представления о том, что бессознательная деятельность и подсознание, включающие пережитые прежде, часто забы­тые состояния, предшествуют настоящей мыслительной деятельности, они есть прошлое правового сознания.

4 Считалось, что к началу XX в. описание физической картины мира завершено, что Все­ленная состоит их плотной материи, основу которой образуют неделимые атомы, что материя развивается от прошлого через настоящее к будущему, что сознание - результат развития этой материи. Открытия XX в. привели к выявлению новых свойств материи, имеющей на физи­ческом плане различные проявления и сохраняющей единство на тонком, информационном плане. Они привели к признанию волнового характера частиц материи, того, что материя, про­странство и время есть единый континуум, в условиях которого они могут перетекать друг в друга, что время не линейно, что Вселенная есть одно непрерывное поле переменной плотнос­ти. Реальность представлена сегодня твердым телом, жидкостью, газом, плазмой, а также мало изученным состоянием физического вакуума. В последнее время она дополнена торсионным (информационным) полем и абсолютным ничто. Это позволяет физикам рассматривать мате­рию как равнозначную и взаимозаменяемую с энергией, информацией.

19


Расширение объема понятия видится в наделении правового сознания волновым характером, информационным свойством, в признании его сфе­рой единого информационного поля, в пределах которого осуществляется взаимодействие различных государственно-правовых явлений и постоян­ный переход их друг в друга. Это означает, что не только правовое сознание, его состояние и изменение есть результат государственно-правовой жизни, но и эта жизнь есть ничто иное, как производное сознания, мысли, духа.

Правовое сознание предлагается рассматривать в условном и безуслов­ном аспектах. Можно говорить о прошлом, настоящем и будущем правового сознания. Его можно представить инстинктивным, интеллектуальным -эмпирическим, теоретическим, метатеоретическим, а также интуитив­ным уровнями. Инстинктивное правовое сознание соприкасается с бессо­знательной, подсознательной сферами, с эмоциональным реагированием на эмпирический уровень государственно-правовой жизни. Интеллектуальное правовое сознание связано с непосредственной и опосредованной формами психической деятельности, возникает на основе чувственного восприятия, эмоционального реагирования, логического мышления, получает совокуп­ное выражение в идеях, понятиях, теоретических конструкциях.

Эмпирический и теоретический уровни отражают государственно-право­вую жизнь, знания о ней в условиях прошлого и настоящего, служат пости­жению условной, конкретно-исторической истины. Историческая истина дает представления о правосознании как о культурном, цивилизационном явлении государственно-правовой жизни. Значение «конкретного» заключается в по­нимании целостности правового сознания, коренящихся в законе его бытия возможностей, пределов изменения и сохранения правосознания как явления.

Метатеоретический уровень связан с постижением сущности космичес­кого, природного и социального, в том числе государственно-правового, бытия. Он сопряжен с познанием внутренних законов душевно-духовного мира как специфического механизма постижения истины, которое может осуществляться на уровне интуитивного правового сознания. Это своеоб­разное чувствознание собственного бытия и государственно-правовой жиз­ни, в котором фиксируются прошлое, настоящее и будущее.

В сочетании указанных аспектов, в своеобразной соборности знания и чувс­твования заключены особенности, сила и значение древнерусского и российс­кого правового сознания, которое, наряду с правовой культурой, должно быть признано атрибутивным свойством всей государственно-правовой жизни.

Обосновывается положение о том, что рассмотрение правового сознания как феноменального и идеального явления государственно-правовой жизни требует признания теоретико-методологической значимости многофактор­ного подхода к его изучению, выявления в каждом методе и в их сочетании познавательных возможностей. Познавательные возможности системно-структурного и функционального анализа позволяют понять объективную

20


логику строения правового сознания, выявить тип отношений - внутренних (между элементами правового сознания) и внешних (с государственно-пра­вовыми и другими явлениями), зависящий от характера взаимодействующих элементов. Отношения могут иметь как положительную, так и отрицатель­ную направленность5, определяющую характер связи - синергетический, ан­тагонистический, конфликтный, бесконфликтный6. С позиции нелинейного мышления оба вида обратной связи являются в равной степени необходимы­ми и значимыми: они являются пределами друг друга, которые определяют­ся законом бытия правового сознания, свойствами его элементов.

Это позволило обосновать закономерность перехода правового созна­ния из одного состояния в другое: из устойчивого в динамичное, из целос­тного, бесконфликтного в раздвоенное и конфликтное и обратно. Это поз­волило выявить циклы его развития: цикл праславянского; христианского; светского правового сознания, советского и постсоветского периодов. Каждый из этих циклов складывается из трех периодов - заимствования и переосмысления прежних знаний, создания определенной разновидности правовых знаний и уничтожения их (постсоветский период продолжается).

В третьем параграфе «Объект научного познания и содержание поня­тия правового сознания» обосновывается положение о том, что теорети­ческий анализ и реконструкция имеющихся знаний о правовом сознании и отражаемой им государственно-правовой жизни осуществляется на осно­ве операций с содержанием понятия правового сознания и определяющим его объектом познания. Эта реконструкция есть сложная познавательная задача, связанная с безграничностью объекта познания, которое имеет дело не только с правовой, но с государственно-правовой реальностью в целом. Правовое сознание имеет дело не только с феноменальными явлениями го­сударственно-правовой жизни, но и с идеальным миром, потенциальным и актуальным, с бесконечными их взаимными переходами. Оно имеет дело не только с конкретно-исторической, но и с безусловной истиной.

Наиболее приемлемыми для отражения такого сложного объекта позна­ния и комплексного анализа его являются обобщающие понятия государс­твенно-правовой жизни и государственно-правового бытия. Понятие госу­дарственно-правовой жизни необходимо для отражения многочисленных и бесконечных процессов душевно-духовной деятельности, реакций правового со­знания на прошлые и настоящие состояния самого правосознания, государства,

5    Считается, что до возникновения синергетики механизм такого взаимодействия не

анализировался. Между тем такой анализ имел место, правда, применительно к другим

сферам. Возникновение кибернетики, по мнению Г. И. Рузавина, привело к обобщению

принципа отрицательной обратной связи, апеллирование к которому он связывает с име­

нем А. Смита, за синергетикой закрепляет заслугу использования положительной обрат­

ной связи. См.: Рузавин Г. И. Методология научного познания. М., 2005. С. 211-214.

6    См.: Homans G.H. The Human Group. New York, 1950. P. 119; Светлов В. А. Аналитика

конфликта. СПб., 2001. С. 16-64.

21


права, на прогнозы будущего развития, на разную степень их познанности. В нем фиксируются динамика жизни государственно-правовых явлений.

Ограничению течения этой жизни служит понятие государственно-право­вого бытия. Ограничение связано с необходимостью фиксации состояния про­явленных, определенным образом оформленных, пребывающих во времени и пространстве продуктов внутренней и внешней деятельности. Оно связано с формальной определенностью государственно-правовых явлений, с рацио­нальным познанием их, понятийным мышлением, с пределами полученных ранее таким же образом знаний. Оно есть необходимое условие и ступень в познании правосознания. Ограничение необходимо для определения содер­жания понятия правового сознания, круга теоретических понятий, категорий, конструкций, их специфики, логики расположения и взаимосвязи, для отгра­ничения от других понятий, для осуществления познавательных задач. Оно необходимо для определения возможностей и пределов использования ми­ровоззренческих систем, философских категорий (бытия, жизни, сознания, времени, пространства и др.), теоретических понятий (правового сознания, государственно-правового бытия, государственно-правовой жизни и др.), для заимствования понятий и методов познания из других отраслей знания. Ог­раничение служит правильной постановке научных проблем, выбору путей и методов их решения, формированию новых теоретических понятий.

В содержание правосознания, наряду с правовыми идеями, следует включить основные государствообразующие идеи. Это идеи государства, нации, концентрированно выражающие сущностное и историческое со­стояние государственно-правовой жизни, определяющие государственный характер правового сознания как сферы формирования, сосредоточения и понимания этих идей. Наряду с ними в содержание правового сознания должны входить понятия, фиксирующие состояние духовности, безуслов­ной ценности и высшей справедливости государственно-правовой жизни.

Преобразовательные идеи должны сочетаться с консервативными идеями, призванными обосновывать необходимость сохранения национально-осо­бенного в государственно-правовой жизни. Консервативные идеи изначально были присущи древнерусскому правовому сознанию и сопровождали практи­чески всю историю древнерусской и российской политике-правовой мысли.

Такое понимание объекта научного познания и содержания правового сознания будет соответствовать принципам объективности и достаточнос­ти, приведет к расширению объема понятия правосознания, к наполнению новым содержанием существующих, к выработке новых понятий, направ­ленных на постижение конкретно-исторической и приближение к безуслов­ной истине государственно-правовой жизни.

Вторая глава «Правовое сознание дохристианского периода и пе­риода христианизации» представлена тремя параграфами, в которых ха­рактеризуются черты дохристианского и христианизированного правового

22


сознания. В первом параграфе «Основные черты праславянского правового со­знания» рассматриваются особенности правового сознания, представленного ведическим и языческим сознанием. Ведическое правовое сознание - это ми­ровоззрение и вероучительное знание праславян, которые знали пра-ведение космических и земных дел, потому знание называлось ведическим. Языческое сознание явилось логическим продолжением и, в сущности, тем же ведичес­ким знанием иной фазы развития, иных условий: экономических, связанных с переходом к производящей деятельности, политических, связанных с созда­нием Древнерусского докиевского, затем - Киевского государства. Эти знания были призваны определять смысл праславянского, славянорусского народа, обожествлять и одухотворять все сотворенное Богом и созданное человеком, в том числе государство, право и знания о них. Специфические особенности ве-дическо-языческого правового сознания связаны с инстинктивным, интеллек­туальным, интуитивным восприятием законов космоса и природы, в которых заключена высшая справедливость бытия, из которых проистекают условные, человеческие, в том числе государственные законные основания.

В праславянском правовом сознании бытие представлено единством духов­ного и материального мира. В их единстве заключен вселенский закон целого, которым определяется порядок в космосе, связанный с властью и волей богов, и в человеческом мире, связанный с властью и волей людей (И. А. Исаев). Целое -это то, что имеет структуру, определенным образом расположенные и взаимо­связанные элементы, состоит из бесконечного множества противоположнос­тей, которые предполагают друг друга и постоянно переходят друг в друга, находятся в вечном круговороте. Согласно этим представлениям, признание и возвеличивание единственного, отдельного элемента, части на абсолютную роль есть нарушение высшей справедливости, разъединение целого, сокрытие его структуры, в которой выражено многообразие.

Духовность расширяет возможности правового сознания и возвышает его, поднимает на уровень постижения логики безусловного бытия и абсолютной истины. Она позволяет правовому сознанию быть и временным, и сверхвре­менным7, сверхпсихическим, быть сопричастным, провидческим, откровен­ным, интуитивным. Из духовности праславянского правового сознания про­истекает специфическое свойство, которое именуется толерантностью.

Праславянское правовое сознание носило правовой характер, связан­ный с правдой, которая являлась сознательным выражением божественной закономерности и социальной ограниченности, служила организации го­сударственно-правовой жизни, определению меры, линии индивидуально­го и группового поведения народа, правителей, установлению порядка и

7 Смысл такой логики выражен Е. Н. Трубецким. См.: Трубецкой. Избранные произведения. Ростов на/Дону 1998. С. 261-270. И.А. Исаев, ссылаясь на А. Н. Уайтхеда, пишет, что в любую мировую эпоху обладающую определенной формой мышления, можно обнаружить некое глубо­кое космическое воззрение. См.: Исаев И. А. Метафизика власти и закона. М., 1998. С. 17.

23


сохранению социальной жизни. В охранительной деятельности и в обес­печивающих ее ограничениях виделась устойчивость, а в ней - консерва­тивность. Консерватизм является характерной чертой сознания вообще, праславянского в частности. Он - гарантия целостности и устойчивости го­сударственно-правовой жизни в ее движении, изменении и покое, гарантия национальной самобытности, условие внутреннего роста, духовного могу­щества народа и сохранения его идентичности.

На основании изложенного праславянское правовое сознание харак­теризуется как сложная, многообразная, как сама природа, и вместе с тем целостная система ведическо-языческих знаний, которые носили религиоз­ный, вероучительный, консервативный и толерантный характер.

Во втором параграфе «Содержание дохристианского правового со­знания» рассматриваются элементы дохристианского правового сознания, представленного эмпирическим, теоретическим и метатеоретическим уровнями, содержавшего знания о прошлом, настоящем и будущем.

Среди элементов выделяются религиозно-нравственные, философские и научные термины, идеи, понятия, принципы. Идея как своеобразный спо­соб познания мира и преодоления предела существующего знания была ос­новой возникновения, изменения эмпирического и теоретического знания и выражения его в терминах, понятиях, принципах, заповедях, обычаях. Основной идеей дохристианского правового сознания была идея единства духовной и социальной, в том числе государственно-правовой жизни, осно­ву которой составляли божественные законы8.

К божественным законам относятся Закон Творения, Закон Бытия9, За­кон Развития. В соответствии с Законом Творения Богом-Творцом (он един, его проявления множественны и бесконечны) создается все сущее, духов­ный (Навь) и материальный мир (Явь). Согласно Закону Бытия духовный и материальный мир пребывают в единстве и взаимодействии. Согласно За­кону Развития, они постоянно сменяют друг друга, олицетворяя эволюцию Вселенной, коловращение10. В божественных законах заключена безуслов-

в По мнению Б. Д. Грекова, термин «закон» имеет древнерусское происхождение. См.: Греков Б. Д. Киевская Русь. М., 1953. С. 523.

' Законом Бытия устанавливается первичный порядок в Космосе, задается ритм дви­жения. С человеческим законом связан вторичный порядок. См.: Исаев И. А. Метафизика власти и закона. М., 1998. С. 15-17, 22, 25-28.

10 Закон коловращения (Закон Коло) - закон циклического движения. Согласно этому закону земля вращается вокруг своей оси, движется вокруг солнца, солнце вместе со всей планетной системой движется вокруг центра галактики, которая движется во Вселенной. Источником этого закона является энергия Всевышнего, его Дух, символическим выражением - Солнце-Круг Сви­детельством признания этого являются указания в договорах князя Игоря 944 г и Святослава 970 г. о том, что эти договоры действуют «пока светит солнце». О циклах луны и солнца идет речь в «Повести временных лет». См.: Русские летописи XI-XVI веков. СПб., 2006. С. 171.

24


ная, сверхвременная истина, которая выражена в понятии прави, олицетво­ряющем метатеоретический уровень знаний.

Логика суждений ряда авторов позволяет считать, что понятие «правь» послужило основой названия народа и правового сознания дохристианско­го периода. Люди славили закон прави, потому назывались праславянами, их вероучение - православием, знание - правовым, человеческий закон -правдой, а государство, издававшее такой закон, - государством правды. С понятием правды связана конкретно-историческая истина государствен­но-правовой жизни. От него произошли понятия праведности, права как человеческой меры социального, в том числе государственно-правового бытия и определения пределов его сохранения и изменения. Божественные законы рассматривались как проявление воли Бога11, как право божеского происхождения, они имели обязательное значение и считались основными источниками права, сохранившими свое значение до киевского периода. Об этом свидетельствует тот факт, что киевские князья при заключении дого­воров с греками клялись законом русским и своими Богами12.

К человеческим установлениям относились закон и покон (обычай), в которых выражалась воля богов и предков; устав, выражавший волю верховной власти и имевший значение законодательства; ряд (договор), в котором выражалась взаимная воля людей, государств. Основу этих уста­новлений составляли высоконравственные заповеди13, которые служили формированию внутреннего и внешнего опыта, отношения людей к Богу, природе, обществу, государству, его велениям, друг к другу.

Своеобразие правового сознания и рожденного им идеала государствен­но-правовой жизни способствовало формированию духовно-нравственной силы древнерусского народа, его мудрости, выраженной в религиозных и светских принципах, правилах, передававшихся от одного поколения к другому. Оно позволяло сохранять прошлое в измененном настоящем, пе­ренося настоящее в будущее, осуществляя связь времен, преемственность и воспроизводство в новых условиях. Этот длительный исторический опыт нельзя не учитывать, чтобы не утратить саму народность.

Выявление особенностей праславянского правового сознания позво­лило автору определить его как достаточно развитую систему постижения праведности мира, с высокой духовностью и значительной «предправовой

11      Слово «Бог», по мнению Д. Я. Самоквасова, праславянское, затем оно использова­

лось для обозначения христианского Бога. См.: Самоквасов Д. Я. Курс истории русского

права. М., 1908. С. 76, 107.

12   См.: Повесть временных лет //Русские летописи XI-XVI веков. СПб., 2006. С. 39.

13   Языческий вариант слова «заповедь» означал правило божественного происхождения. Этот

термин затем был воспринят христианством и положен в основу христианского права и правово­

го сознания. См.: Самоквасов ДЯ. Курс истории русского права М., 1908. С. 75, 200 и др.

25


продвинутостью»14, как целостную мировоззренческую систему философских, религиозно-нравственных вероучительных знаний о безусловной, божествен­ной истине, заключенной вправи, и условной, человеческой истине, выраженной в понятии правды. Его можно представить как чувствующую мысль, восходя­щую к духу, и мыслящее чувство, заключенное в душе, как чувствознание.

Это позволяет признать праславянское правовое сознание важнейшим фак­тором древнерусской государственно-правовой жизни и сделать вывод о том, что оно заложило фундамент не только русской нации15, ее культуры, традиции, исто­рии, но и всей европейской цивилизации, а не наоборот, как утверждается сегодня. Это позволяет предположить возможность иного подхода к изложению материала учебного курса «История политических и правовых учений», а также иного осве­щения вопросов правосознания в курсе «Теория государства и права».

В третьем параграфе «Христианизация правового сознания» на основе циклического подхода рассматривается процесс христианизации древнего знания, который начался в условиях Киевской Руси, продолжался в после­дующие периоды российской истории. Он характеризовался заимствовани­ем праславянских знаний, их переосмыслением и выработкой нового вари­анта православного сознания в христианском выражении, отвергнутого в первой половине XX столетия.

Главным свидетельством заимствования является то, что праславянс-кие идеи и понятия содержатся в Священном Писании: одни без изменений включены в него и соседствуют с христианскими догмами, другие содер­жатся в преобразованном виде. В Священном Писании сохраняется прасла­вянское понятие Бога-Творца. Наряду с концепцией векторного развития, которая преобладает в христианском учении, используется праславянская идея циклического развития, содержащаяся в книге Екклесиаста.

Воспринимается идея божественного происхождения власти, но меня­ется ее сущность. Власть в дохристианском понимании основана на при­знании космической закономерности и божественной справедливости. В христианских положениях власть дана Богом по причине изначальной гре­ховности людей. Заимствуется и преобразуется идея помощи Бога людям. В преобразованном варианте Бог отдален от людей, от всего окружающего. Помощь Бога становится незримой, его почитание связывается с коленоп­реклонением и даже со страхом перед ним.

К заимствуемым положениям можно отнести идеи закона, долга, понятия права, духовной чистоты, совести, другие понятия, а также - целый ряд за­поведей. Дохристианское понятие закона перенесено на догмы христианской

14   Мифы древних славян. Велесова книга. Саратов, 1993.

15   В созидании и воспроизведении русской нации, русской культуры приняли участие пред­

ставители разных этносов, поэтому русская нация - это сообщество, объединенное надэтни-

ческой культурой, надэтническими идеями совместной государственно-правовой жизни.

26


религии, а сами законы признаются неистинными, их называют не закона­ми, данными Богом, а правилами, сотворенными людьми, обычаями пред­ков. Летописец критикует языческие законы и хвалит лишь то, что находит в них согласным с христианским законом16. Используется дохристианская идея труда, служившего основой коллективного образа жизни, но труд, согласно Екклесиасту, есть суета и томление духа, и от него нет пользы17.

К отвергаемым можно отнести положения о единстве, бытийной равнознач­ности духовного и материального, их постоянном взаимном переходе. В хрис­тианстве статус вечности закрепляется за духовным, в материальном видится временное, преходящее. В христианстве утратила первоначальную сущность ведическая идея о неограниченной возможности личного восприятия Бога че­ловеком. Лишая внешний мир сакральности, а человека - способности собс­твенными силами постичь божественную сущность, принижая их абсолют­ную ценность (не потому ли на протяжении всей дальнейшей истории ведется научный поиск того, что может обладать статусом ценности?), христианский взгляд придает духу, материи и соответствующим понятиям ведическо-язы-ческого и христианского сознания состояние напряженного противостояния.

Делается вывод о том, что в период заимствования христианством древ­них знаний возникло двоеверное и раздвоенное состояние правового со­знания. Оно сказалось на характере его внутренних и внешних отношений. Внутренние отношения характеризовались принижением роли праславян-ских знаний, интеллекта, воли, возвеличиванием христианских догм, веры. Внешнее раздвоение проявилось в разделении правового сознания на офи­циальное - сознание правителей, признавших христианство в качестве гос­подствующей религии, - и сознание народа, сохранявшего древние знания в мыслях, чувствах, в народных преданиях, обычаях.

На начальном этапе сложилась бесконфликтная ситуация, связанная с одинаково отрицательным отношением дохристианского и христианского правового сознания, с одинаково положительным отношением светского и религиозного сознания. Усиление христианского сознания и ослабление противодействия со стороны язычества привело к конфликтности в их от­ношениях. Конфликтность порождалась разным отношением светского и религиозного сознания к материальному миру и человеку: рациональное сознание абсолютизировало материальную сторону бытия и разумные, волевые способности человека, религиозное - принижало, ограничивало материальный мир и человеческий разум, поскольку смысл человеческого бытия виделся в устремлении к иной, истинной, вечной жизни.

Раздвоенность и конфликтность правового сознания, поддерживаемые актив­ным внешним воздействием, в значительной степени повлияли на политическую

16   См.: Самоквасов Д.Я. Курс истории русского права. М., 1908. С. 76, 77, 197.

17   См.: Книга Екклесиаста или проповедника. 1.3; 2.11.

27


ситуацию того времени: они породили междоусобную борьбу, привели к искажению собственной истории, к ослаблению и раздробленности Киевс­кого государства, в дальнейшем - к его иноземному завоеванию, знамено­вавшему завершение двоеверного периода.

Со временем, в процессе дальнейшего наслоения и переосмысления древних и новых знаний, древнерусский народ, наделенный внутренней мощью и силой духа, принимает христианского Бога как правду в обоб­щенном, духовно-нравственном выражении. Переосмысление приводит к формированию оригинальной разновидности правовых знаний - право­славного христианства, к утверждению его в сознании народа, к тому, что православное христианство становится основой организации национальной государственно-правовой жизни, властвования в ней и сохранения тради­ционных основ и величия русского народа.

В третьей главе «Правовое сознание в древнерусской и российской политике-правовой мысли», состоящей из пяти параграфов, рассматрива­ются источники политике-правовой мысли и взгляды мыслителей, в кото­рых нашло отражение сочетание христианских и дохристианских идей.

В первом параграфе «Древнерусское правовое сознание в трактате Ила-риона «Слово о законе и благодати», в «Повести временных лет», в «Поуче­нии Владимира Мономаха», в «Слове о полку Игоревен проводится мысль о том, что в этих источниках отражается раздвоенность правового сознания, что авторы оперируют и праславянскими, и христианскими знаниями.

Так, Иларион соединяет древние, праславянские и новые, христианские знания и на этой основе создает теоретическую конструкцию государствен­ного правосознания. Основное ее содержание составляет понятие правового государства, которое понимается как государство правды, в котором осущест­вляется праведное государственное правление и действует закон правды.

Иларион ориентируется на древние знания, когда говорит о первона­чальном существовании закона, о том, что он дается человеку раньше, чем истина. Под законом Илларион понимает дохристианский закон, правду русскую и закон Моисея. Он ставит вопрос об ограниченности иудейской законной истины, которая состояла в избранничестве Богом одного народа и обращении только к племени Авраамову.

Иларион не возвеличивает человеческий закон, являющийся продуктом рациональной деятельности, и его роль в развитии народа, в совершенство­вании государственно-правовой жизни, как это делали иудеи, прошедшие путь только до закона, «озеро которого пересохло». Так поступают предста­вители материалистического направления, которые связывают совершенс­твование жизни с человеческим законом, гетерономным правосознанием, внешней свободой, ведущими к внешнему порядку. Согласно их рациональ­ной логике, предел свободы, ее высшая и последняя ступень в историчес-

28


ком развитии есть всеобщее формально-правовое равенство, признание ко­торого характерно для общества с рыночной экономикой, для государства, именуемого капиталистическим, на которые ориентируется и современная Россия. По мнению Илариона, человеческий закон дается человеку как су­ществу несовершенному и греховному, не постигшему истину, суть правед­ного бытия и потому руководствующемуся ближайшими, материальными целями. Он дается, чтобы ограничивать сознательные действия людей, вы­водить из дикого взаимоистребляющего состояния, способствовать форми­рованию необходимого, устойчивого и привычного в конкретно-историчес­ких условиях социальной жизни поведения.

В этом законе Иларион видит тень идеала, с ним связывает приближение к праву, правде как абсолютной идее совершенства, которая постигается в про­цессе свободного духовного восхождения. Дохристианское понятие правды Иларион использует для характеристики государственно-правового идеала христианизируемой Древней Руси. Его осуществление он связывает с само­бытностью, независимостью и самостоятельностью народа в государственном устройстве и властвовании, с укреплением государства и его международного значения. Здесь, на наш взгляд, просматривается идея государственного суве­ренитета и ее практическое значение в условиях активного влияния извне, вне­шней борьбы за независимость и внутренней, междоусобной борьбы.

Осуществление идеала Иларион связывает с образом великого князя, мудрого, благочестивого, мужественного правителя, обладающего духов­ным достоинством, внутренней свободой, самостоятельностью и способ­ностью к постижению закона, исторической и высшей истины. Это позво­ляет считать, что формирование внутреннего, душевно-духовного опыта и правового сознания, прежде всего у правителей, он признавал первейшей государственной задачей. Характеризуя идеал князя, Иларион в равной мере отдает должное и языческим, и христианским правителям.

Идея раздвоенного состояния правового сознания правителей и народа по­лучила отражение в «Повести временных лет», «Поучении Владимира Моно­маха», в «Слове о полку Игореве». В этих произведениях проводится мысль о том, что раздвоенность правового сознания сказалась на качествах правителя, в котором авторы хотели видеть главу земли, мудрого, достойного и справед­ливого государственника, что из внутренней раздвоенности правового созна­ния проистекали внешние, насильственные действия древнерусских князей, возникала междоусобная борьба за власть, борьба с другими народами. Осоз­нание опасности междоусобной борьбы, несущей разорение русской земле, делающей ее доступной для завоевания чужеземцами, привело к постановке вопроса о необходимости единения русской земли. Идея единства - важней­шая идея дохристианского правового сознания, в котором она выводится из единства рода. В новых условиях она основывается на договоре, что является

29


результатом изменившейся исторической ситуации, изменившихся взглядов, явившихся, вероятно, причиной исправлений в летописях.

В документах прослеживается государственная направленность пра­вового сознания: в освещении исторических фактов авторы руководство­вались государственными интересами и патриотическими чувствами. Об этом свидетельствуют изложенные в «Повести» идеи равноправия русского государства с Византийской империей, русской церкви с византийской цер­ковью. Об этом свидетельствует тот факт, что при наличии противоречий между византийскими и русскими источниками авторы обращались к рус­ским источникам и народным преданиям.

Свидетельством раздвоенности правового сознания является «Поу­чение Владимира Мономаха». Красной нитью через него проходит дох­ристианская идея правды-праведности, на основе которой автор излагает требования к внутреннему, душевно-духовному состоянию и к внешним поступкам правителя-христианина по отношению к собственному народу, к другим государствам. Влияние древних идей отчетливо проявляется в рассуждении Мономаха о космическом устройстве мира, о проявлении бо­жественной силы в природе, о месте человека в ней.

Подчеркивается особенность «Слова о полку Игореве», о котором с мо­мента открытия и первого издания в 1800 году много написано, но которое по-прежнему рождает много вопросов и побуждает к новым прочтениям. «Слово» посвящено древним и новым знаниям. В нем не только признает­ся их существование, но и ставится задача соединить обе половины «сего времени», соединить новую религию, утвердившуюся главным образом в умах правителей, новые и старые знания, укоренившиеся в сознании наро­да, представителем которого, вероятно, был сам автор.

Автор «Слова» отмечает значение крещения Руси и христианства тем, что начинает повествование с правления Владимира, тем, что сочувствует пат­риотически настроенным христианским правителям. Он использует древ­ние, ведическо-языческие знания, предания, символы, как бы напоминая о том, что настоящее коренится в прошлом, что настоящая жизнь проистекает из прошлого. Описанию этой жизни служит удивительная архитектоника произведения, в котором автор пребывает то в прошлом (время Владимира, Святослава, Олега, Игоря), то в настоящем времени; то в различных градах русских, то в земле половецкой; то рисует картины земной жизни, то обраща­ется к высотам древнерусской духовности. В этом приеме, с его многоуровне­вым подходом, выражается, на наш взгляд, древняя идея многообразия мира. Важнейшая идея этого произведения - идея значимости единого, целого, рода, сохранения мира, жизни, интересов народа, его государственности.

Делается вывод о том, что «Слово» есть мощный гимн народу. Олицет­ворением которого являются Боян - певец народа, Ярославна - голос наро­да, храброе войско - сила народа. Тема народа нашла отражение в самом на-

30


звании произведения - «Слово о полку (разрядка наша. -Т. Д.) Игореве». Этот гимн не такой громкий, как гимн князьям-христианам, но все-таки он позволяет увидеть почитание автором народа, сохранившего древние зна­ния и духовные традиции предков.

Во втором параграфе «Правовое сознание Московской Руси и Россий­ской Империи» отмечается, что разное отношение к дохристианскому и хрис­тианскому знанию определило раздвоенность и конфликтность правосознания правителей, священнослужителей и народа, которые проявились в этнической, религиозной, политической сферах. Отрицательное отношение христиани­зированных западных славян и Московских князей к восточным славянам и положительное отношение восточных славян к западным определили этничес­кий аспект конфликтности. Политический аспект конфликтности проявился в династических спорах, которые часто были результатом влияния Запада, и особенно Ватикана. Религиозный аспект конфликтности выразился в положи­тельном отношении западных славян и Московских князей к христианству и отрицательном отношении к нему восточных славян.

Концентрированным выражением религиозной конфликтности была борь­ба стяжателей, ориентировавшихся на западную идеологию, и нестяжателей, имевших сходство с дохристианской традицией, которая определила раздвоен­ность правосознания священнослужителей. Победа стяжательской идеологии, заимствовавшей древнерусскую идею православного самодержавия, нашла отражение в концепции Филофея, которая имела противоречивый характер. Эта концепция повлияла на усиление христианской догматики и ослабление удельного устройства государства. Она свидетельствовала о завершении пери­ода разрушительной политики, о начале нового этапа, характеризовавшегося собиранием русских земель, формированием российской государственности, концентрацией власти в лице Московского князя.

Победа стяжательской идеологии, установление единого христианского церковного канона способствовали стяжанию и усилению царской власти, возникновению Московской Руси, Российской Империи и православного христианства, соединившего древние и новые знания. Духовность в новом ее оформлении, впитавшая сущностные и исторические особенности наци­ональной жизни, способствовала преодолению раздвоенности и конфлик­тности, обоснованию государственного единства и праведного властвова­ния. Она стала определяющим фактором государственного правосознания, нашедшего концентрированное выражение в понятии самодержавия. Цикл христианизации российского правового сознания закончился уничтожени­ем ее достижений социалистической революцией.

В третьем параграфе «Православная идея в воззрениях славянофилов» обосновывается положение о том, что очередная волна европеизации Рос­сии в XVIII в. вновь привела к нарушению целостности российского правово­го сознания, к разрыву между самобытной жизнью, явившейся порождением

31


православного сознания, и привнесенным, возвеличенным рассудочным со­знанием, ориентированным на европейскую науку, просвещение. Возникла раздвоенность правового сознания, его умственной и духовной сущности, отразившаяся в политике-правовой мысли, во взглядах западников и славяно­филов. Раздвоенной и односторонней славянофилы назвали науку права, ос­нованную на внешней правде, на законе, соединяющую идею права с личной пользой. Особую ответственность за раздвоенность сознания А. С. Хомяков, явившийся теоретиком православия и выразивший основные славянофиль­ские позиции, возложил на Гегеля, который стремился создать научную систе­му, в том числе науку права, соответствующую требованиям разума, а создал «систематический призрак».

В представлении славянофилов сознание, наука, с одной стороны, явле­ния рациональные, с другой стороны, они изначально развивались в единс­тве с верой в Бога, в справедливость, в правду. Сознание имеет разные сте­пени проявления. Оно может находиться в непосредственном отношении к предмету и выражаться в его простом чувственном восприятии, может под­ниматься до постижения сущности предмета и его соотношения с другими предметами. Оно может быть представлено логическим, рассудочным, бес­сознательным аспектом, который есть не уясненное сознание.

Логические знания, выражающиеся в понятиях, являются односторон­ними и ограниченными, поскольку определяют только внешнюю сторону предмета, его отношения и мысли о нем. Сознание может быть разумом, который присутствует на всех ступенях развития, но как сила, уясненная и достигнувшая самостоятельности, является на высшей ступени. Этот уровень редко достигается материальной жизнью человека, подчиненной вещественным законам и стремлениям. Этим объясняется то, что многие явления, разумные и сознательные, считаются бессознательными.

Односторонним и деформированным сознание делает ориентация на за­кон, его силу. Это нездоровое сознание, а употребление термина права в усло­виях такого сознания есть злоупотребление понятием, принадлежащим только нравственному обществу. Чтобы сила стала правом, она должна основываться на правде, проистекать из внутреннего закона, из нравственной обязанности, которые определяют способность к самообязыванию и придают внешним веле­ниям статус права. Поэтому полнота сознания, правового сознания в том числе, связывалась с духовными, нравственными началами, с совестью, с интуицией, с правдой, которые признавались значимее государственного права, ориентиру­ющегося на интерес. Российское сознание характеризовалось всем тем, из чего проистекала жизнь Древней Руси и история народа, что создало «громаду Рос­сии прежде, чем иностранная наука пришла позолотить ее верхушки»18.

18 Хомяков А. С. Мнения русских об иностранцах // Избранные статьи и письма. М., 2004. С. 61-64, 68, 70-78, 82-90; Его же. По поводу статьи И. В. Киреевского «О характере просвеще­ния Европы...»// Избранные статьи и письма. М., 2004. С. 116-131, 136, 142, 144, 146, 162-165.

32


Славянофилы называли разные факторы, способствовавшие единению Руси и обеспечению государственной целостности - это и православное христианское сознание, данное Византией, и татары (по мнению некоторых авторов, они были носителями и древнего, и нового, христианского знания), завершившие единение.

Для характеристики поставленных проблем славянофилы использовали эмпирический, теоретический и метатеоретический уровни, аспекты прошлой, настоящей и будущей государственно-правовой жизни. На этой основе славя­нофилы, которых, к сожалению, чаще критиковали, чем положительно оцени­вали, показали значимость православного христианского сознания, актуализи­ровали задачи понимания и сохранения национальной идентичности19.

В четвертом параграфе «Правовое сознание во взглядах российских консерваторов второй половины Х1Х-начала XX вв.» обосновывается по­ложение о том, что российский консерватизм этого периода был закономер­ной реакцией на одностороннюю, преобразовательную деятельность и со­знательной оппозицией материализму с его рациональной системой знания, названной К. Н. Леонтьевым самооскоплением.

Несмотря на то, что правовое сознание не было предметом непосредс­твенного внимания российских консерваторов, они выявили его особен­ности, охарактеризовали основные идеи. Логика суждений консерваторов позволяет утверждать, что правосознание у них имеет не столько формаль­но-юридическую, сколько государственно-правовую направленность, что оно представлено не только как категория правоведения, но и как катего­рия государствоведения. Это связано с пониманием государства как идеи, которая закономерно присутствует в правосознании и которая определяет реальную государственно-правовую жизнь.

Истоки реальной власти, государства, порядка в нем консерваторы видели во внутреннем мире, в психологических глубинах, в бессознательном бытии, которое называли законом природы, с которым связывали формирование осо­бенностей российского народа и его государственной жизни (К. Н. Леонтьев, К. П. Победоносцев, Л. А. Тихомиров). Внутренний мир в их представлении определял законы сознания, кооперации чувств, желаний, намерений, пред­ставлений. Согласно этим законам, люди объединяются сначала в различные социальные группы, затем - в единое общество и государство, установление порядка в которых признается первой насущной потребностью. Объединение в социальные группы связано с согласованием борющихся индивидуальных ин­тересов, объединение в государство - с необходимостью выявления, закрепле­ния и осуществления общих для всех социальных групп интересов, которые приобретают характер общенародных, национальных. Поэтому государс­тво именуется верховной организацией и понимается не как корпорация, но

19    Россия еще не раз будет искать свою идентичность.

33


как организация, которая приобретает форму «централизованного полити­ческого целого» (Н. Я. Данилевский).

Такое понимание проистекает из идеи родового княжения, производной, по мнению Л. А. Тихомирова, от привнесенных из Византии православной церковью идей великокняжеского, царского правления. Условиями истори­ческого развития эта идея обостряется до понимания необходимости сильной власти, трансформируется в идею самодержавной монархии. В этой идее кон­серваторы видели сосредоточение всего многообразия природного, духовно­го и исторического в государственно-правовой жизни, считали ее единствен­но возможной в России, отказ от которой чреват гибелью страны.

Верховная, государственная власть понимается как олицетворение бо­жественной воли и высшей правды, как главное условие государственной жизни, которой должно соответствовать право, являющееся формулой за­конной справедливости. Законодатель, формулирующий правило и не ори­ентирующийся на правду, убивает это правило, и государственная жизнь в этом случае должна «пробавляться нарушениями неисполнимого зако­на» (К. П. Победоносцев). Государство больше всего нуждается в людях правды, а государственная власть признается сильной до тех пор, пока нет законной, демократической конституции, которая в представлении консер­ваторов может навредить больше, чем любые волнения. К тому же русский народ любит власть больше, чем закон (К. Н Леонтьев).

Государственная власть рассматривается в двух аспектах: как состоя­ние, которое определяется внутренними душевно-духовными качествами правителя, олицетворяет силу народа и как переход от внутреннего напря­жения к подчинению внешних сил, т. е. как власть и управление. Поэтому правильный анализ идеи государства и ее реализации есть анализ состоя­ния и отношения этих двух элементов (Л. А. Тихомиров). Проявленная в государственном властвовании душевно-духовная сила утверждается как социальная сила, назначение которой состоит в ограничении индивидуаль­ной свободы, в согласовании групповых интересов, в возвышении их до национальных интересов, в нормативном закреплении, обеспечении и ох­ранении этих интересов, в сохранении государственной целостности.

Консерваторы пишут о сильном, но последующем влиянии византий­ского христианства, монгольского Востока, аристократического польского строя, западно-европейских идей и о первоначальном влиянии языческого строя и славянской идеи. Даже Л. А. Тихомиров, активный приверженец ог­ромной роли византийского влияния, указывал на более глубокие корни идеи сильного самодержавного государства. Консерваторы считали, что Русь с древ­нейших времен обладала определенной национальностью. Из рассуждений об изначальной связи государства с нацией следует вывод о том, что нет общече­ловеческой цивилизации, что есть национальная цивилизация, государство,

34


право, правовое сознание, которые проистекают из психического строя народа, его духовно-нравственных свойств. Национальное государство как всякое це­лое живет по законам органическим, преемственно, подчиняясь внутреннему закону бытия, определяющему пределы изменения и сохранения, с нарушением которых связан переход в иное качество. В соответствии с этим законом явле­ния подчиняются самодетерминации, как своей внутренней причине, согласно которой ритмичный колебательный характер изменения и сохранения является свойством системы. С этой точки зрения все прогрессисты не правы в теории, хотя и торжествуют на практике (К. Н. Леонтьев), ни одна цивилизация не мо­жет гордиться тем, что она достигла высшей точки развития.

В диссертации делается вывод о том, что российская консервативная мысль в новой фазе исторического развития, обосновывавшегося прогрес-систскими идеями, явилась своеобразной теоретической и идеологической базой реконструкции прогрессивных и консервативных идей, которые из­начально были присущи правовому сознанию, обеспечивали целостность и сохранение государственно-правовой жизни в ее изначально заданном и исторически приобретенном своеобразии.

В пятом параграфе «Российская мысль конца XIX - первой половины XX вв. о духовном содержании правового сознания» излагается сущность взглядов российских мыслителей, которые задавались вопросом: можно ли ожи­дать от современной христианской традиции адекватный ответ на прогрессист-скую деятельность; мыслителей, которые понимали, что жизнь сознания, как и всякая жизнь, в первооснове духовна. Признавая определяющую роль духа, некоторые мыслители (Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, П. Ф. Флоренский) считали, что ум должен отрешиться от логической формы мысли, как от болезни, поскольку она противоречива, одностороння, имеет дело с оскол­ками единой истины, находящейся на небе.

Е. Н. Трубецкой считал, что сложившееся понимание ведет к раздво­енности сознания. Он полагал недопустимым смешение истинного и вре­менного, логического и психологического сознания. Психологическую мысль Е. Н. Трубецкой назвал рассуждающей, рефлектирующей мыслью, психологическое сознание - дискурсивным, преходящим, несовершенным, противоречивым в своем переходе от термина к термину, от понятия к по­нятию. Такой переход осуществляет мысль, развивающаяся во времени, с остановкой которого она отмирает. Логическое мышление Е. Н. Трубецкой назвал сверхпсихологическим свойством сознания, не зависящим от пси­хологических условий (психологическое мышление может быть и нелогич­ным); логическую мысль - сверхвременной, соответствующей безусловной истине, которая едина и всеедина, о которой богоносная мысль не рассуж­дает, но видит содержание во всей ее сложности, связности и цельности. С прекращением дискурсивной мысли логическая мысль не отмирает.

35


Логическое сознание Е. Н. Трубецкой наделял общезначимым духовным смыслом, без отнесения к которому нет сознания, ибо оно есть мысль о без­условной правде. Логичной у него может быть не только дискурсивная, т. е. основанная на рациональной логике, но и интуитивная мысль, для которой время не является необходимым условием. Интуиция как сверхвременная связь мысли в вечной истине, являющейся важнейшим элементом явленно­го мысли откровения, не только возможна, но и необходима. Она является основой всякой логики, она делает дискурсивное рассуждение целостным, истинным. В восстановлении целостности, истинности мысли, в ее «обоже-нии» Е. Н. Трубецкой видел освобождение сознания от внутренней раздво­енности, противоречивости, смертности.

Аналогичные взгляды у С. Л. Франка, который рассматривал сознание как единое целое, выделяя в нем сознание, погруженное во время, проте­кающее в нем, и сознание, которое возвышается над ним. Вне возвышения над временем, считал С. Л Франк, нет вообще сознания. Сознание личности складывается из сознания душевной жизни и самосознания, которые нерав­ноправны: душевная жизнь является зародышем и основой других видов сознания, в котором проявляется духовное.

Первоосновой сознания духовную жизнь признавали авторы «Вех». У М. О. Гершензона ориентация сознания на внешний мир названа жизнью вне себя, которая привела к глубокому расколу между подлинным «я» и сознанием. Он считал, что сознание подчинено мировому процессу и в этом смысле несвободно, но в каждом отдельном человеке оно эмпирически вос­принимается как автономная сила. Сознание является тем органом духа, который воспринимает божественную истину, является космическим само­определением Бога и высшим обобщением всечеловеческого опыта.

Вопрос о духовной основе жизни, об одухотворении человека, его ду­ховной способности преодолевать ограниченность рационального созна­ния, выходить на уровень сверхсознания и сверхжизни ставили предста­вители русского космизма. А. К. Манеев рассматривал сознание в качестве компонента психики, которая является атрибутивной функцией биополевого субстрата, пронизывающего тело. В биопсиполевом отражении посредством контакта с корой полушарий головного мозга, подкоркой и остальной теле­сной частью организма выделяются области сознания, подсознания и бессо­знательного. Биопсиполевой субстрат автор называл базисным элементом в системе детерминации творческого потенциала человека, основой выработ­ки, преобразования и устойчивого хранения информации. В связи с этим он считал, что связь психики с мозгом не следует абсолютизировать20.

Как одухотворение представлен путь всемирного человечества. А. В. Сухово-Кобылин считал, что этот путь проходит земное (теллурическое) челове-

20    Манеев А. К. Гипотеза биополевой формации как субстрата жизни и психики челове­ка // Русский космизм. М., 1993. С. 355-365.

36


чество в пределах границ земного шара, затем - солярное человечество в пределах солнечной системы и сидерическое, всемирное человечество во всей бесконечности Вселенной. Земное человечество телесно и чувствен­но, унижено пространством, его сознание рассудочно и конечно. Источни­ком разума, по мнению автора, является электрическая сила, которая есть бессознательный разум. Она концентрируется в нервной трубчатой массе человеческого мозга, из которой совершается исхождение бессознательной физической силы электричества в ощущение, представление, мышление, в высшее мышление, которое есть разум, мыслящий бесконечное. Это путь одухотворения человека, который характеризуется тем, что «логическое эвольвирует» (переходит) в природу, «природа инвольвирует» (свертыва­ется) «в теллурического человека». Человек исходит в сидерическое чело­вечество, в абсолют, который заканчивается господством божественного разума, бестелесного духа21. По мнению Н. Ф. Федорова, одухотворение является условием творческой деятельности, способной создавать себя, по­добным духу22. Такое творчество С. Н. Булгаков объяснял причастностью к Божественной Софии и называл его софийным23.

Духовность явилась определяющим фактором в понимании правосозна­ния И. А. Ильиным. Духовность в его понимании есть сущность правосозна­ния. Он считал, что, начиная с Нового времени, человечество изощрилось в технических изобретениях, в возвеличивании рационального знания, в изуче­нии материальной природы и оказалось в состоянии детской беспомощности в вопросах духовного опыта и подлинного понимания правосознания. Знание само по себе не объемлет человеческого духа, и настоящие ученые, говорил И. А. Ильин, знают, что мысль есть только одна из способностей человека, что научная мысль нуждается в чувственном опыте, который является ее преде­лом. Этим объясняется то, что многие великие ученые верили в Бога.

И. А. Ильин полагал, что невозможно устроить внешнюю жизнь челове­ка, государства в условиях бездуховного, раздвоенного, деформированного правосознания. Такое сознание служит основой формальной организован­ности, которая может привести к разложению всей государственно-пра­вовой жизни. Формальность он усматривает в демократии, которая таит в себе много опасностей, в том числе опасность разрушения. И. А. Ильин утверждает, что демократия, допускающая разрушение государства, вы­ступает как антигосударственное начало, а государство, пытающееся быть демократией ценою своего бытия, есть обреченное явление. Он ставит воп­рос о возрождении здорового правосознания.

21   Сухово-Кобылин А. В. Философия духа или социология (учение Всемира) // Русский

космизм. Антология философской мысли. М., 1993. С. 52-55, 58, 62-63.

22   См.: Федоров Н. Ф. Философия общего дела // Русский космизм. М., 1993. С. 69-78.

23   Булгаков С.Н. Софийность хозяйства // Русский космизм. М., 1993. С. 132-134, 139.

37


Здоровое правосознание - это целостное правосознание, в котором сочетаются внутренний и внешний опыт, чувства и мысли, знание и вера, инстинктивное чувствование и интуитивное постижение исторической, ус­ловной и высшей, безусловной правоты государственно-правовой жизни, которое пронизано божественной силой. Здоровое правосознание - основа государственного образа мыслей и чувств властвующих и народа, основа восприятия, переживания и взаимного внутреннего признания ими своей принадлежности к данному государству. И. А. Ильин назвал это духовным вменением, самообязыванием, увидел в нем основу волевой силы государс­твенной власти и необходимое условие свободного, добровольного принятия гражданами гетерономных государственных установлений, ответственного их осуществления. Сознание, основанное на взаимном признании иуважении государства и гражданина, назвал автономным правосознанием. Воспитание автономного правосознания и духовного способа государственно-правовой жизни И. А. Ильин считал важнейшей задачей государства24.

Делается вывод о том, что отечественные мыслители придавали большое зна­чение внутреннему, душевно-духовному способу постижения государственно-правовой жизни - сознательному и бессознательному, инстинктивному25 и интуи­тивному правочуствию праведного, лучшего, справедливого как совершенного в религиозном, нравственном, правовом и, на их основе, в юридическом смысле.

Четвертая глава «Правовое сознание в советской и современной российской государственно-правовой жизни» состоит из четырех параг­рафов. В первом параграфе «Советское и постсоветское правосознание» анализируются взгляды на понимание правосознания в эти исторические периоды. Отмечается, что несмотря на продолжительные дискуссии про­шлых лет и даже столетий, на многие положительные тенденции, направ­ленные на разрешение теоретике-методологических проблем правосозна­ния, они сохраняют статус сложных и трудноразрешимых.

На основе системно-структурного, функционального анализа выявлена логика внутреннего строения советского и постсоветского правосознания, их конфликтные и бесконфликтные состояния, причины отрицания совет­ского правосознания и возникновения нового цикла. Утверждается, что в советское время бесконфликтные отношения сложились между двумя противоположными идеологическими системами, одинаково отрицатель­но относившимися друг к другу в период мирного существования. Волна

24   Ильин И. А. Путь духовного обновления. Т. 1. М., 1993. С. 41-70, 88-109 и др.; Его

же. О сущности правосознания. С. 152-153, 159, 289-290, 335-345, 386-402, 413; Его же.

Наши дачи. Т. 2. Кн. 1. М., 1993. С. 98-105 и др.

25    Заслуживает внимания позиция зарубежных мыслителей. Например, Р. Челлен гово­

рит о геополитическом инстинкте, инстинктивном чувстве потребности сохранения и раз­

вития государственной территории через интенсивное внутреннее развитие. См.: Челлен Р.

Государство как форма жизни. М., 2008. С. 111, 113.

38


бесконфликтных отношений, достигшая своего предела к началу 90-х го­дов и не сменившаяся своевременно на противоположную волну, привела в результате увеличения силы действия внешних и внутренних противников СССР к его распаду, к уничтожению социалистической идеологии.

Конфликтный характер отношений сложился между марксистско-ленинс­ким и христианским сознанием. Сила действия революционного правосознания, обеспеченная государственным принуждением, превысившая силу противо­действия, привела к «изгнанию» из официального правосознания христианско­го знания, на протяжении веков олицетворявшего культурно-исторические осо­бенности российской государственно-правовой жизни. Конфликтным было отношение между рациональными и иными проявлениями правосознания. Это свидетельствовало о достижении предела в одностороннем использовании раци­ональных идей и способов познания, об исчерпании возможностей в данной фазе их отношений, о необходимости возникновения новой волны с положительной обратной связью. Это привело во второй половине прошлого века к признанию роли психических процессов и включению их в содержание правосознания, но не решило проблему его целостного понимания.

Ослабление советского сознания, лишенного государственной подде­ржки, усиление либеральной идеологии определили конфликтную ситу­ацию, которая привела к вытеснению социалистических и традиционных идей из теоретического и идеологического аспектов правосознания.

В постсоветское время, на первом этапе преобразовательной деятель­ности, сложилось бесконфликтное состояние правосознания, основанное на взаимном отрицательном отношении либерально-демократических идей, не принятых большинством российских граждан, и социалистических, а также многих традиционных идей. Это определило различное отношение носите­лей либерального и национального правосознания к пониманию государства, права, способам их организации, действия, изменения и сохранения. Носите­ли социалистических и традиционных идей ориентируются на сильное госу­дарство, общественные интересы, на преобразовательную и охранительную деятельность. Представители либеральной идеологии, следуя юридической мысли Запада, ориентируются на индивидуальные интересы, сильное граж­данское общество, на преобразовательную деятельность.

Конфликтность проявляется в противостоянии собственных и при­внесенных идей, в отрицательном отношении либеральных идей к наци­ональным идеям, которое не подтверждается аналогичным отношением российского правосознания и соответствующим по силе противодействи­ем. Напротив, на уровне официального правосознания складывается поло­жительное отношение к западной цивилизации, образу жизни, к либераль­но-демократическим идеям. Это отражается на состоянии отечественной юриспруденции; на правосознании и праве, которые прагматизируются, вво-

39


дятся в раздвоенное26, конфликтное состояние; на правовом поведении, пре­делы внешней свободы которого расширяются, деформируя правопорядок.

Принципиальное положение, закрепленное в ч. 1 ст. 3 Конституции РФ, отражает сущность национального бытия. Логика этого положения обязывает российское государство действовать в интересах своего многонационального народа, с учетом его культурно-исторических особенностей, верований, тра­диций. Положение статьи второй сформулировано в соответствии с ценнос­тями западной культуры. Право на «свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств» (ч. 1 ст. 8) - дань либеральной идеологии. Оно закреп­лено безотносительно к источнику происхождения того, что может свободно перемещаться - к труду, который, согласно традиционным взглядам, является первейшей основой социального бытия, формирования личности; к обязаннос­ти - законному ограничителю свободы - в соответствии с которой необходи­мо произвести эти товары, получить законным путем финансовые средства. Непризнание их значимости позволяет отдельным членам общества находить другие, помимо труда, источники существования, безответственно относится к совершению финансовых операций. Думается, что это одна из существенных причин разрушения духовно-нравственной, социальной основы, криминали­зации современного российского общества и его коррумпированности. В связи с этим в исследовании ставится вопрос об актуализации идеи законной ограни­ченности, порожденной логикой бытия материального мира, значимости меры и пределов (временных, пространственных) существования в нем различных государственно-правовых форм. Утверждается, что без этого невозможно ни изменение, ни сохранение современной государственно-правовой жизни.

Гармонизации правового сознания, всей государственно-правовой жиз­ни в условиях возрастающей рационализации, утраченного смысла правды и духовно-нравственного обоснования в определенной степени может служить теоретическая конструкция естественного права27. Возрастающая вестерниза-ция, достижение предела в возвеличивании преобразовательных идей опреде­ляют переход в иную стадию. Эта стадия должна характеризоваться призна­нием равной значимости прогресистских и консервативных идей в теории и на практике, в преобразовательной и охранительной деятельности. В противном случае российское правосознание и соответственно вся государственно-пра­вовая жизнь в очередной раз могут сменить культурные ориентиры. Внешние воздействия могут ускорить или замедлить этот процесс.

Гарантией этого перехода и определенным свидетельством консерватив­ного инстинкта правосознания является то, что в нем сохраняются и даже

26   О раздвоенности сознания идет речь в Послании Президента РФ Д. А. Медведева

Федеральному Собранию РФ 2008 г. См.: Российская газета. 6 ноября 2008 г.

27Правовая мысль наделяет понятие естественного права статусом высшей ценности,

придает ему философское и теоретическое звучание, делает его критерием позитивного

права, а законодательство закрепляет этот статус за естественными права и свободами.

40


получают законодательное закрепление идеи, понятия, принципы, имею­щие национальную, культурно-историческую ценность. К ним относятся древнерусская идея рода, трансформировавшаяся в понятие «народ»; идея правды, трансформировавшаяся в понятие права. Конституция РФ 1993 г. оперирует понятием «верховный», которое использовалось российскими консерваторами для определения назначения и статуса государства в об­ществе. К сожалению, это понятие используется не по отношению к госу­дарству в целом, а только применительно к главе государства (ч. 1. ст. 87) и к высшему судебному органу - Верховному Суду РФ (ст. 126).

Это дает основание полагать, что традиционные, древнерусские и рос­сийские идеи не исчерпали своих возможностей, что они могут служить обоснованию вступления правосознания, всей государственно-правовой жизни в новый цикл, цикл возрождения и устойчивого развития. Использо­вание всего многообразия теоретико-методологических средств позволит выстраивать схемы отношений между элементами правосознания, между ними и внешними по отношению к ним явлениями в разных фазах их вза­имодействия. Это позволит спрогнозировать переход в другую, противопо­ложную фазу, фазу контрреформ, сохранения всего измененного в государс­твенно-правовой жизни, без которого теряется смысл любого изменения.

Во втором параграфе «Государственное правосознание, государство, государственная власть» обосновывается положение о том, что в отсутс­твии целостности понимания правосознания, в принижении его государс­твенного характера видится главный недостаток теоретического анализа государства, государственной власти, государственного управления и пре­делов их государственно-властной деятельности.

Предлагается характеристика государственного правосознания, в ко­тором видится мощная интеллектуальная и духовно-нравственная сила, основанная на целостном мировоззрении, на теоретических знаниях об исторических закономерностях государственно-правовой жизни, духовно-нравственных особенностях и национальных традициях. Системообразу­ющими элементами государственного правосознания являются понятия государства, государственной власти, государственного управления, госу­дарственной идеологии, национальных интересов.

Государство понимается как верховная организация народа, государс­твенная власть - как верховная, организованная, правовая, юридическая сила, выражающаяся в состоянии ее носителей, которое характеризуется их интеллектуальной, эмоциональной, энергетической, волевой способностью преобладать в этих качествах. Это состояние концентрируется в душевно-духовных качествах, в государственном правосознании правителей, их госу­дарственной воле; проявляется в самостоятельном властвовании, направлен­ном на выявление, закрепление и осуществление национальных интересов.

41


В договорном пути формирования, устройства государства и в теории, обосновывающей эти процессы, видится тенденция на отход от идеи государс­тва как верховной организации народа и носителя верховной государственной власти. Это ведет к тому, что государство как целостный организм сдает свои позиции, превращается в конгломерат региональных, иных структур, отде­льных личностей, наделенных правами и свободами, которые не обосновы­ваются ни историческими особенностями, ни культурными традициями. Это прослеживается в идее суверенизации субъектов РФ28, которая отражает феде­ралистский взгляд, приводит к тому, что понятия, теории становятся конструк­циями договорного типа, на основе которых в угоду индивидуальной свободе принижается и даже отрицается нация как целое. Это прослеживается в исчез­новении из Конституции РФ, из ФКЗ «О Правительстве РФ» термина «госу­дарственное управление», которое сводится иногда к аппаратной деятельности (К. С. Вельский), позволяющей не осуществлять единую политикой. Между тем согласно Конституции РФ 1993 г. (ст. 111, 112) Правительство формиру­ется Президентом, который определяет основные направления внутренней и внешней политики государства (ч. 3 ст. 80.), для проведения этой политики. В п. «в» ст. 114 говорится, что Правительство РФ «обеспечивает проведение в Российской Федерации единой государственной политики...».

Об антигосударственной направленности, особую остроту которой придает идеология глобализма, свидетельствуют увеличение численности бюрократии, произвол, проявляющийся во влиянии корпоративных инте­ресов на правосознание чиновников, которое давно перестало носить госу­дарственный характер. Ослабляют государство высокий уровень коррупции, криминализация общества, образование различных, в том числе преступных групп, которые организовываются, превращаются в организованную силу и заявляют о себе как об организованной силе (Ю. А. Цветков). Происходят другие изменения, принижающие роль государственного правосознания.

Понимание опасности сложившейся ситуации приводит к серьезным теоретическим постановкам, направленным на обоснование сохранения и укрепления российского государства. На политическом уровне ставятся вопросы обеспечения национальной безопасности, формирования правосо­знания29, правового воспитания30, решение которых иногда связываются с энергетическим состояниям человека, с созидательной энергией31.

28   См.: Зорькин В. Апология Вестфальской системы. Российская газета. 22 августа 2006 г

29   Формирование правосознания было признано государственной задачей в Послании Пре­

зидента РФ Федеральному Собранию РФ 1995 г. К сожалению, в нем не ставится вопрос о том,

какое правосознание следует формировать и у кого. Российская газета 17 февраля 1995 г

30   Задача правового воспитания граждан была поставлена в Послании Президента РФ Феде­

ральному Собранию РФ 1996 г. Российская газета. 27 февраля 1996 г. О нем идет речь в Посла­

нии Президента РФ Федеральному Собранию РФ 2009 г. Российская газета. 13 ноября 2009 г

31   См.: Послание Президента Федеральному Собранию Российской Федерации 2004 г..

Российская газета. 27 мая 2004 г.

42


Полагаем, что для укрепления российского государства необходимо фор­мирование государственного правосознания, прежде всего у представителей государственной власти, у государственных служащих, чиновников. Для бесконфликтного состояния правосознания у них необходимо формирование одинаково положительного (либо одинаково отрицательного) отношения вза­имодействующих субъектов друг к другу, к государствообразующим идеям.

Для укрепления государственности необходима четкая организация управленческой деятельности, необходимо установление параметров со­отношения участвующих в этой деятельности явлений, в том числе про­странственных и временных пределов. Определение этих пределов выявля­ет интересную закономерность: чем длиннее отрезок времени для решения задач, тем меньше размах социальных преобразований и преобразователь­ный эффект; чем короче отрезок времени, тем больше этот размах32. На основе этой закономерности можно предположить, что отсутствие четко очерченных границ преобразовательной деятельности не привело пока к преобразовательному успеху, к существенному улучшению жизни россий­ского народа и потребовало обращения к проблеме планирования.

Делается вывод о том, что формирование государственного правосознания, укрепление государства - жизненно важная задача, успешное решение кото­рой необходимо для сохранения российской государственно-правовой жизни как целого, нации как сущностной его основы. Если Россия, ее государствен­ность не исчерпали своих внутренних, национальных возможностей, они не­пременно должны перейти в новую фазу государственной организованности, устойчивости, стабильности, связанной с повышением роли государственного правосознания и охранительной деятельности государственной власти. За фа­зой сохранения вновь последует фаза изменений и преобразований. И для ее анализа будет также необходимо знание законов циклического развития.

В третьем параграфе «Правосознание как объяснительный принцип познания источников права» говорится о том, что постановка вопроса о со­отношении правосознания и источников права не является типичной для современной теории права. Обычно рассматривается соотношение понятий источника и формы права, которое связывается с решением проблем проис­хождения, понимания, определения права.

Научный дискурс по вопросу об источниках права в советское время проводился на основе материалистического мировоззрения и единого объ­яснительного принципа, каковым, согласно марксистской теории, служило понятие материальных, главным образом экономических условий жизни об­щества. В соответствии с этим мировоззренческим подходом познание пра­ва, его источников осуществлялось через внешние формы (А. М. Айзенберг, С. А. Голунский, А. И. Денисов, М. П. Карева, Д. А. Керимов, А. Ф. Шебанов

32    Признание этой закономерности позволяет ответить на вопрос, почему в период ста­линского «великого перелома» произошло то, что до сих пор удивляет и восхищает мир.

43


и др.). Предшествующие терминологические споры по вопросу об источни­ках права, хотя и не привели к открытию новых теоретических конструк­ций, адекватно отражающих то, что стоит за этим словосочетанием, что ле­жит в основе и что, в сущности, составляет источник права, но они отнюдь не были бесполезными. Они показали сложность познания этого понятия, которое, по мнению некоторых авторов, принадлежит к числу наиболее не­ясных в теории права (С. Ф. Кечекьян).

Сегодня появляется возможность изменить взгляд на понимание источни­ков права, на их соотношение с правосознанием. Эта возможность проявляется в четком разграничении понятий источника и формы права (И. А. Иванников, М. Н. Марченко, Т. Н. Радько и др.), в анализе их применительно к пози­тивному и естественному праву. Эта возможность может реализовываться в различных аспектах рассмотрения: этимологическом, психологическом, философском, формально-юридическом и других; в определении много­численных источников - материальных, социальных, национальных, рели­гиозных и иных. Предлагается считать источниками права божественную волю, божественную справедливость (М. Н. Марченко).

Полагаем возможным выделить духовный, теоретический и эмпиричес­кий аспекты рассмотрения. О духовном аспекте можно ставить вопрос как о безусловном источнике, определяющем правовое, универсальное состояние и юридическое, конкретно-историческое его проявление. Теоретический ас­пект предполагает анализ понятия источника права как необходимого эле­мента государственно-правовой теории, отражающей закономерности ус­ловной, конкретно-исторической жизни формально-юридических явлений. Он предполагает определение места и значения этого понятия в системе юридической науки, аспекты соотношения с правосознанием.

В эмпирическом аспекте возможно отождествление понятий источника и формы права и рассмотрение их в качестве обычая, закона, иных актов. Их можно рассматривать применительно к потребностям конкретного вре­мени, пространства, к виду общественных отношений, подлежащих упоря­дочению, к субъекту, создающему определенные правовые акты, к лицам, которым адресовано их действие. Это далеко не исчерпывающий перечень аспектов рассмотрения понятия источника права, но и он позволяет гово­рить о сложности проблемы, об использовании различных подходов к ее решению. Это приводит к признанию необходимости при выработке пра­вовых актов не только понимания, но и интуитивного чувствования пра-воментальных, правопсихологических состояний индивидуального и мас­сового, общественного правосознания (Р. С.Байниязов), издавать законы, чувствительные к реальностям этнического бытия (В. А.Кряжков).

К такой постановке приводит понимание того, что состояние государствен­но-правовой жизни шире формального знания о ней: она есть жизнь души и духа, охватывает чувство и воображение, мысль и волю, сферу бессознатель-

44


ного, весь внутренний и внешний государственно-правовой опыт. Течение этой жизни концентрируется в правочуствии и чувствознании праведного, лучше­го, справедливого как совершенного в религиозном, нравственном, правовом и на их основе - в юридическом смысле. Эти состояния, концентрированно выражающие внешнюю, государственно-правовую жизнь и внутреннюю, ду­шевно-духовную жизнь, являются внутренним критерием законодательной состоятельности (несостоятельности) правотворческой, правореализующей, иной государственной деятельности. Это позволяет сделать вывод о том, что правосознание есть внутренняя, жизненная сила, побуждающая к формулиро­ванию определенного веления, его оформлению, осуществлению и соответс­твующему пониманию. Такая постановка позволяет признать правосознание, наряду с другими, а может быть, прежде других, источником и объяснитель­ным принципом права, закона, всей государственно-правовой жизни.

В четвертом параграфе «Необходимость переосмысления современно­го понимания российского правосознания» говорится о том, что переосмыс­ление есть постоянная и очень значимая познавательная задача, сформули­рованная еще Конфуцием в его принципе изменения имен.

Переосмысление и дальнейшее углубленное изучение правового сознания определяется целым рядом причин теоретического и практического характера. К переосмыслению побуждает формирующаяся тенденция на переход к новой научной рациональности (В. С. Степин), которая позволяет расширить пред­ставления о правовом сознании. Она позволяет выйти за пределы марксистско­го понимания человека только как совокупности общественных отношений, правосознания и поведения субъектов права, только как результата социализа­ции. Эта тенденция позволяет использовать внеопытное, метанаучное знание, понимаемое как абсолютное, вечное, метафизическое знание (В. П. Малахов).

К переосмыслению побуждает кризисное состояние отечественной юридической науки, неполнота, односторонность в понимании правового сознания, отождествление его с юридическим знанием, а также кажущаяся очевидность значения термина «правосознание», рассматриваемого в ос­новном как знание права. В таком понимании, ориентированном на внешние формы жизни и познания права, видится источник пороков правосознания (Р. С. Байниязов, В. Н. Синюков, О. И. Цыбулевская и др.). Отмечается, что в русской философии ставился вопрос о пороке правосознания в связи с недооценкой социальной роли права (И. Ю. Козлихин). Сегодня порок его определяет переоценка права, отождествляемого с законодательством.

Безусловно, анализ, толкование позитивного права опосредованно может служить делу истины при условии, если закрепленные в них теоретические и практические задачи, способы их решения обосновываются не только факто­рами, признаваемыми значимыми в пределах конкретно-исторического этапа, хотя это очень важно, но и сущностными особенностями национальной госу­дарственно-правовой жизни. Если законодательство обосновывается не только

45


внешней, но и внутренней логикой жизни правосознания, его строения, взаимо­действия, играющей важнейшую роль в определении внешних форм, динамики и характера движения, равно как и сохранения их в определенном качестве.

К переосмыслению правового сознания побуждает односторонняя ори­ентированность в приращении знания на решение практических задач, свя­занных с рыночными отношениями в экономической сфере, с демократиза­цией государственно-правовых явлений в политике-правовой жизни. При этом настораживает космическая для науки быстрота обнаружения новых истин, «открываемых» на основе старой методологии (В. Н. Синюков).

Значение переосмысления видится в выявлении объективной логики строе­ния и содержания правосознания, в выработке целостной системы знаний о нем. Системы, которая базировалась бы на традиционных основах народной жизни, от­ражала бы основные аспекты духовной, психической, социальной деятельности. Системы, которая содержала бы весь комплекс идей, понятий, категорий, несущих информацию об условной, конкретно-исторической жизни правосознания и иных государственно-правовых явлений и их безусловной значимости. Нужна система, которая признавала бы равную значимость либеральных и консервативных идей, в которой либеральные идеи служили бы обоснованию необходимых изменений, а консервативные идеи являлись своеобразной гарантией установления пределов этих изменений и сохранения основ российской государственно-правовой жизни.

Все это ставит перед юридической наукой, особенно перед теорией госу­дарства и права и историей политических и правовых учений, как важнейши­ми отраслями юридических знаний, серьезную познавательную задачу - по­ложить начало переосмыслению многих устоявшихся положений, понятий, теоретических конструкций, выстраиваемых в сфере правосознания.

Переосмыслению должен служить более глубокий, комплексный подход к анализу правового сознания. Он должен способствовать наполнению новым со­держанием философских категорий - дух, материя, человек, сознание, использо­ванию их для раскрытия теоретического понятия правового сознания с учетом специфики государственно-правовой жизни - и включению в содержание этого понятия. Комплексный анализ должен осуществляться с позиции и общетеоре­тических и отраслевых знаний, отражающих многогранное бытие носителя пра­восознания - человека, который в статусе личности, субъекта права участвует в создании, познании и реализации права; человека, который будучи включен в государственно-правовую жизнь, не утрачивает свою антропологическую, пси­хическую, социальную, нравственную сущность и душевно-духовную целост­ность. Он должен способствовать пониманию того, что внешняя, материальная форма не есть единственное проявление государственно-правовой жизни, она всего лишь одна из сторон ее, а начало и конец любой материальной формы не есть начало и конец жизни вообще. За внешней стороной, за внешним опытом выработки и совершенствования государственно-правовой жизни лежит внут­ренний опыт общественной и индивидуальной душевно-духовной жизни.

46


Переосмысление позволило автору представить правовое сознание во всей сложности его специфического бытия в древнерусской и российской го­сударственно-правовой жизни, выстроить теоретическую конструкцию меха­низма его внутренних и внешних взаимодействий. Механизма, который объ­ясняет причины конфликтного и бесконфликтного состояния правосознания, соответственно причины отклонений и конфликтных состояний в государс­твенно-правовом развитии33, путей выхода из них. Переосмысление привело к признанию конфликта необходимым34 и закономерным этапом (наряду с бесконфликтностью) циклического развития государственно-правовой жизни. Оно позволило поставить вопрос о необходимости четкой, пространственно-временной организации государственного управления этой жизнью.

Результатом переосмысления явилось представление о правовом созна­нии как многогранном, многоуровневом, духовно-нравственном, социально-психическом и сверхпсихическом, формально-юридическом и собственно-правовом образовании. Оно позволило определять правовое сознание как целостную систему правовых чувствознаний, содержащих безусловную истину, выраженную в религиозно-философской идее правды; юридических чувствознаний, соответствующих условной, конкретно-исторической ис­тине и законной справедливости государственно-правовой жизни.

Такое понимание должно освободить современное российское право­сознание от состояния энергетического кризиса и вывести из состояния «неразрешимости» многие проблемы. Оно должно послужить возрождению национального самосознания, национальной идентичности, воссозданию и укреплению российского государства, слабость которого российскими мыслителями рассматривалась как самый большой порок.

В заключении подводятся итоги проведенного анализа, формулируют­ся основные выводы, обозначаются перспективы дальнейшего исследова­ния проблемы правового сознания.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

Монографии

  1. Демченко Т. И. Возникновение и понимание Древнерусского правово­го сознания. М.: МГЮА. 2004. 126 с.
  2. Демченко Т. И. Древнерусское правовое сознание. М.: МГЮА. 2007. 384 с.
  3. Демченко Т. И. Древнерусское правовое сознание. 2 изд. изм. и доп. М.:МГЮА. 2008. 400 с.

33   Выявление и обоснование в процессе научного исследования причин отклонений в

общественном развитии М. Ковалевский назвал важнейшей задачей, которую должен ре­

шать ученый. См.: Ковалевский М. Историко-сравнительный метод в юриспруденции и

приемы изучения истории права. М., 1880. С. 20.

34   В литературе преобладает понимание конфликта как негативного явления.

47


Научные статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных изданиях и журналах, рекомендованных ВАК

  1. Демченко Т. И. К вопросу о соотношении понятий государственной власти и государственного правосознания // Черные дыры в российском за­конодательстве. 2007. № 1. С. 51 - 53.
  2. Демченко Т. И. К вопросу о переосмыслении правосознания //Истори­ческая панорама. Вып. 5. Lex Rusica. 2007. № 5. С. 847 - 862.

6.   Демченко Т. И. Духовная сущность правосознания в воззрениях

И. А. Ильина //Вестник Саратовской государственной академии права.

2008. № 5. С. 191 - 98.

  1. Демченко Т. И. Древнерусское правовое сознание в «Повести времен­ных лет», в «Поучении Владимира Мономаха» и в «Слове о полку Игореве» // Юридическое образование и наука. 2009. № 1. С. 39 - 45.
  2. Демченко Т. И. Древнерусское правосознание во взглядах российс­ких консерваторов конца Х1Х-начала XX веков // Российский юридический журнал, 2009. № 2. С. 26 - 38.
  3. Демченко Т. И. Христианизация древнерусского правового сознания // Актуальные проблемы российского права. 2009. № 1. С. 37 - 44.
  1. Демченко Т. И. Теоретико-методологические основы изучения российского правосознания//Вестник Академии права и управления. 2011. №24. С. 21 -30
  2. Демченко Т. И. К вопросу о глобальном и национальном в современ­ных России и Китае // Партнеры. Орган Пресс-Канцелярии Госсовета КНР. 2010. № 9. С. 16 - 17.

Научные статьи, опубликованные в других изданиях

  1. Демченко Т. И. Некоторые вопросы правового воспитания членов социалистического общества. Роль объективного и субъективного права // Ученые записки ВЮЗИ. Вып. XX. Ч. П. М., 1970. С. 3 - 37.
  2. Демченко Т. И. Некоторые аспекты соотношения права и личности в процессе правового воспитания // Труды ВЮЗИ. Т. 42. Проблемы права и социалистической законности. М., 1976. С. 3 - 19.

14 Демченко Т. И. К вопросу о структуре общественного правосознания // Сборник научных трудов ВЮЗИ. Актуальные проблемы теории общена­родного права. М., 1980. С. 48 - 59.

  1. Демченко Т. И. Некоторые вопросы правового воспитания в свете реше­ний XXVI съезда КПСС // XXVI съезда КПСС и теоретические вопросы госу­дарства и права. Сборник научных трудов ВЮЗИ. М., 1984. С.131 - 140.
  2. Демченко Т. И. Формирование научного мировоззрения студентов в про­цессе преподавания марксистско-ленинской теории государства и права // Акту­альные вопросы государства и права в период совершенствования социализма. Сборник научных трудов ВЮЗИ. М, 1987 С. 140 - 148.

48


  1. Демченко Т. И. Духовные основы противодействия преступности // Со­циальные и правовые проблемы экономической преступности. Материалы межвузовской научно-практической конференции. Черкесск, 2000. С. 20 - 22.
  2. Демченко Т. И. И.А. Ильин о самозаконности как духовной основе госу­дарства и права // Правовой режим законности: вопросы теории и истории. Мате­риалы межвузовской научно-теоретической конференции. СПб., 2001. С. 84-87
  3. Демченко Т. И. К вопросу о правосознании как форме духовной жизни // Юридическая наука: состояние и перспективы развития на Северном Кавказе. Ма­териалы научно-практической конференции. Ростов-на-Дону, 2001. С. 273-279.
  4. Демченко Т. И. И. А. Ильин о духовных основах национализма // Мир на Северном Кавказе через языки, образование, культуру. Симпозиум III. Культу­рология, этнокулыурология, культурная антропология, нравы, традиции и обы­чаи народов Северного Кавказа и Северокавказской диаспоры. Тезисы докладов III Международного конгресса Пятигорск, 2001. 26 - 29
  5. Демченко Т.И. К вопросу о традиционных основах российской ци­вилизации // Российская цивилизация на Северном Кавказе: к постановке проблемы. Сборник научных статей. Ставрополь, 2001. С. 75 - 81.
  1. Демченко Т. И. К вопросу о понятии правосознания в свете фило­софии права И.А. Ильина // Актуальные проблемы истории государства и права, истории правовых учений. Материалы международной конферен­ции. Самара. 2001. С. 451-454.
  2. Демченко Т. И. К вопросу об основах государственно-правового бытия в све­те философии права // Человек и общество на Кавказе. Проблемы правового бытия. Материалы всероссийской научной конференции. Ставрополь, 2001. С. 42 - 44.
  3. Демченко Т. И. Идея свободы во взглядах И.А. Ильина // Практика Рос­сийских и международных контрольных органов в области защиты гражданс­ких и политических прав человека и гражданина. Сборник материалов Всерос­сийской научно- практической конференции. Пенза, 2001. С. 13 - 15.
  4. Демченко Т. И. И. А. Ильин о духовном обосновании государственной влас­ти //Современное гуманитарное знание о проблемах социального развития. Мате­риалы VIII годичного научного собрания СКСИ. Ставрополь, 2001. С. 103-106.
  5. Демченко Т. И. К вопросу об индивидуальном правосознании как источнике истинной политики //Политический процесс на Юге России: по­литико-правовой аспект. Материалы научно-практической конференции. Армавир, 2002. С. 174-177.

27 Демченко Т. И. К вопросу о мировоззренческой основе понимания правосо­знания //Правовая система России: История и современность (опыт правового ре­гулирования). Материалы 47 научно-методической конференции преподавателей и студентов «Университетская наука - региону». Ставрополь, 2002. С. 45 - 49

28. Демченко Т. И. К вопросу о мировоззренческой основе изучения источни­ков права. Текст /Г.И.Демченко // Источники (формы) права: вопросы теории и ис­тории. Материалы Всероссийской научной конференции. Сочи, 2002. С. 18 - 297

49


  1. Демченко Т. И. К вопросу о правосознании как объяснительном принци­пе познания источников права // Современное гуманитарное знание о проблемах социального развития. Сборник научных трудов. Ч. 2. Москва, 2002. С. 35 - 43.
  2. Демченко Т. И. К вопросу о безусловном основании правосознания // Проблемы понимания и назначения государства и права. Сборник научных ра­бот кафедры теории государства и права СГУ Ставрополь, 2002. С. 12 - 13.
  3. Демченко Т. И. Идея правового воспитания в политическом трактате Илариона «Слово о законе и благодати» // Проблемы понимания и назна­чения государства и права. Сборник научных работ кафедры теории госу­дарства и права СГУ Ставрополь, 2002. С. 4 - 11.
  4. Демченко Т. И. Философские аспекты правового воспитания //Исто­рия и теория государственно-правового развития России. Материалы науч­но-практической конференции. Ставрополь, 2002, С. 78 - 88.
  5. Демченко Т. И. К вопросу об обосновании культуры с позиции пси­хоаналитической теории // Психологический ресурс в экономике и пред­принимательстве. Сборник тезисов участников всероссийской конферен­ции. Ставрополь, 2002. С. 108 - 109. (В соавторстве).
  6. Демченко Т. И. Философско-правовые аспекты понимания права во взглядах Конфуция //Государство и право: теоретике-правовое понимание. Сборник научных трудов кафедры теории государства и права СГУ Став­рополь, 2002. С. 24 - 28.
  7. Демченко Т. И. К вопросу о воспитании автономного правосознания в условиях демократизации России //Построение гражданского общества. Материалы международного гуманитарного конгресса. Иркутск, 2002. С. 97 - 99. (В соавторстве).
  8. Демченко Т. И. Естественное и позитивное право в философско-пра-вовом и теоретико-правовом познании //Всеобщая декларация прав челове­ка: правовое регулирование и правоприменение. Материалы научно-прак­тической конференции. Ставрополь, 2003. С. 19 - 25.
  9. Демченко Т. И. О понятии правосознания // Современное гуманитар­ное знание о проблемах социального развития. Ч. П. Материалы X годично­го научного собрания СКСИ. Ч. 2. Москва, 2003. С. 35 - 41.
  10. Демченко Т. И. О необходимости комплексного изучения правосо­знания // Государство и право: теоретико-правовое понимание. Сборник научных статей. Ставрополь, 2003. С. 45 - 47.
  11. Демченко Т. И. О правосознании и правопонимании // Труды Московской Государственной юридической академии. М., 2003. № 10. С. 219 - 222.
  12. Демченко Т. И. О сущности правосознания и правового воспитания // Проблемы российской правовой системы. Иинновационные процессы в образовании. Материалы III Международной научно-практической конфе­ренции. Таганрог, 2003. С. 54 - 56.

50


  1. Демченко Т. И. Основы теоретического анализа российского консерва­тивного правосознания // Проблемы понимания права и государства. Материа­лы научно-практической конференции. Ставрополь, 2003. С. 92 - 95.
  2. Демченко Т. И. Трактат Илариона «Слово о законе и благодати» как источ­ник русского консервативного правосознания // Актуальные вопросы социальной теории и практики. Сборник научных статей. Вып. I. Ч. П. М, 2003. С. 95 - 111.
  3. Демченко Т. И. О методологии познания российского консервативного пра­восознания //Право как ценность: многообразие исторических форм и перспективы развития. Материалы Всероссийской научной конференции. Сочи, 2004. С. 67-73.
  4. Демченко Т. И. О подходах к рассмотрению правового сознания // Про­блемы понимания и тенденции развития государства и права в XXI веке. Сбор­ник научных трудов по материалам 49 научно-методическая конференция «Уни­верситетская наука - региону». Ставрополь, 2004. С. 119 - 126.
  5. Демченко Т. И. Соотношение политике-правовых идей с духовными цен­ностями в трактате Илариона «Слово о законе и благодати» //Церковь и общество: 160 лет совместного служения на Юге России. Ставрополь, 2004. С. 60 - 69
  6. Демченко Т. И. О роли консервативного правосознания в укрепле­нии современного российского государства // «Государственная служба и укрепление государственности. Проблемы осуществления реформы госу­дарственной службы». Межрегиональная научно-практическая конферен­ция. Ч. I. Ставрополь, 2004. С. 129 - 132.
  7. Демченко Т. И. К постановке вопроса об исторических условиях возник­новения российского консервативного правосознания // Актуальные проблемы социогуманистического знания. Вып. XIII. М., 2004. С. 54 - 59.
  8. Демченко Т. И. Об эмпирических основаниях правового сознания // Сов­ременное гуманитарное знание о проблемах социального развития. Мате­риалы XI годичного научного собрания СКСИ. Ставрополь, 2004. С. 7 - 14.
  9. Демченко Т. И. О необходимости изучения древнерусского правового сознания // Право. Экономика. История. Сборник научных статей. Юбилей­ный выпуск. Северо-Кавказская академия государственной службы. Став­ропольский филиал. Ставрополь, 2004. С. 97 - 104.
  10. Демченко Т. И. Особенность консервативного правосознания древ­нерусского народа // Современные проблемы понимания государства и права. Материалы Межрегиональной научно-практической конференции. Ставрополь, 2004. С. 8 -11.
  11. Демченко Т. И. К вопросу о соотношении государственного правосозна­ния и государственного управления // Проблемы истории государственного управления: государственный аппарат и реформы в России (к 200-летию ми­нистерской системы управления в России). Материалы международной на­учной конференции. Ч. П. СПб., 2004. С. 64 - 67
  12. Демченко Т. И. Об истоках правового сознания // Тенденции развития юри­дической науки. Материалы международной научно-методической конференции,

51


проводимой в рамках юбилейной 50-й научно-методической конференции препо­давателей и студентов «Университетская наука - региону», посвященной 60-ле­тию Победы в Великой Отечественной войне. Ставрополь, 2005. С. 107 - 109.

  1. Демченко Т. И. О происхождении славяно-русского государства // За­кон и право: история и современность. Материалы международной научно-практической конференции, посвященной 75-летию СГУ и 10-летию юри­дического факультета. Ставрополь. 2005. С. 68 - 71.
  2. Демченко Т. И. Консервативный взгляд на нравственное обоснование теории государства и права // Материалы международной научной конферен­ции «Нравственные основы теории государства и права». М., 2005. С. 85 - 88.
  3. Демченко Т. И. О создании современной теории правосознания // Совре­менные гуманитарные знания о проблемах социального развития. Материалы XII годичного научного собрания СКСИ. Ставрополь, 2005. С. 21-28.
  4. Демченко Т. И. К вопросу о возникновении сознания // Проблемы правовой науки. Материалы международной научно-практической конфе­ренции. Ставрополь, 2006. С. 101- 105.
  5. Демченко Т. И. Правосознание и идея государства // Современное гуманитарное знание о проблемах социального развития. Материалы XIII годичного научного собрания СКСИ. Ставрополь, 2006. С. 6 - 10.
  6. Демченко Т. И. Консервативный взгляд на проблему развития // Про­блемы юридической науки. Материалы научно-практической конферен­ции. Ставрополь, 2007. С. 77 - 80.
  7. Демченко Т. И. О древнерусском правовом сознании // Современное гуманитарное знание о проблемах социального развития. Материалы XV Годичного научного собрания профессорско-преподавательского состава СКСИ. Ставрополь, 2008. С. 3 - 10.
  8. Демченко Т. И. Российская консервативная мысль о национальном пра­восознании // Современное гуманитарное знание о проблемах социального развития. Материалы XVI Годичного научного собрания профессорско-препо­давательского состава СКСИ. Ставрополь, 2009. С. 22 - 30.
  9. Демченко Т. И. Правосознание в условиях модернизации российского государства // Современное гуманитарное знание о проблемах социального развития. Материалы XVII Годичного научного собрания профессорско-пре­подавательского состава. Ставрополь, 2010. С. 12 - 20.
  10. Демченко Т. И. О национальном правосознании в условиях глоба­лизации //Актуальные вопросы социальной теории и практики. Сборник научных трудов. Ставрополь. 2010. С. 18 -23.

52


Подписано в печать 21.09.11

Формат 60x84 1/16                Усл.печ.л. 2,6                         Уч.-изд.л. 2,49

Бумага офсетная                    Тираж 100 экз.                                Заказ 580

Отпечатано в Издательско-полиграфическом комплексе

Ставропольского государственного университета.

355009, Ставрополь, ул.Пушкина, 1.

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.