WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

КОНЦЕПЦИЯ ДОЗНАНИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПРОБЛЕМЫ ЕЕ РЕАЛИЗАЦИИ В ОРГАНАХ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

 

На правах рукописи

 

 

 

Мичурина Оксана Валерьевна

КОНЦЕПЦИЯ ДОЗНАНИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПРОБЛЕМЫ ЕЕ РЕАЛИЗАЦИИ В ОРГАНАХ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ

Специальность 12.00.09 – уголовный процесс,

криминалистика и судебная экспертиза;

оперативно-розыскная деятельность

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

 

 

 

 

Москва – 2008

Работа выполнена на кафедре уголовного процесса Московского университета МВД России

Научный консультант:              доктор юридических наук, профессор

Григорьев Виктор Николаевич

Официальные оппоненты:       доктор юридических наук, доцент

Агутин Александр Васильевич

Заслуженный юрист Российской Федерации,

доктор юридических наук, профессор

Ефимичев Сергей Петрович

                                                        доктор юридических наук, профессор

Шурухнов  Николай Григорьевич

                                                                       

Ведущая организация:               Государственное учреждение

«Всероссийский

научно-исследовательский институт                                                                                                                                        

Министерства внутренних дел

Российской Федерации»

Защита диссертации состоится 8 октября 2008 года в 14.00 часов на заседании диссертационного совета Д 203.019.03 при Московском университете МВД России (117437, Москва, ул. Академика Волгина, д.12, зал диссертационного совета).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского университета МВД России.

Автореферат разослан 19 июня 2008 года.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент                                                А.А.Шишков                                                             

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В условиях продолжающейся судебно-правовой реформы в России серьезные изменения затрагивают сферу правового регулирования всего уголовного судопроизводства, в том числе досудебной его части. Уголовно-процессуаль­ный кодекс Российской Федерации, принятый 22 ноября 2001 г. и вступив­ший в законную силу с 1 июля 2002 г. представил новую модель дознания, в большей мере отвечающую современной правовой идеологии. Идея, заложенная в основу модернизации дознания, базируется на главной установке реформы – усиление защиты прав и свобод личности. Данное положение чрезвычайно актуально не только для дознания, но и уголовного судопроизводства в целом, образующего сферу государственного принуждения, где права и свободы личности затрагиваются наиболее ощутимо. Необходимость преобразования уголовно-процессуальной деятельности была вызвана и другими причинами. На протяжении всего времени своего существования дознание всегда считалось более упрощенной формой предварительного расследования, чем предварительное следствие. Поэтому замысел законодателя был очевиден, когда он отказался от процедуры дознания, предусмотренной ст.120 УПК РСФСР, утратившей к тому моменту свой упрощенный порядок и сокращенные сроки производства. Однако, несмотря на нормативную эволюцию дознания, его новую процедуру, выраженную в первоначальной редакции УПК РФ, нельзя было признать безупречной. Правоприменительная практика свидетельствовала о наличии большого количества негативных проблем, отражавшихся на результатах работы органов дознания и органов предварительного следствия.

В течение последних пяти лет в уголовно-процессуальный закон неоднократно вносились поправки, касающиеся, в том числе, регламентации дознания с целью его совершенствования. Но наиболее эффективными для правоприменительной практики стали Федеральные законы Российской Федерации от 5 июня 2007 г. № 87-ФЗ , от 6 июня 2007 г. № 90-ФЗ и от 24 июля 2007 г. № 214-ФЗ , изменившие первоначальный подход к срокам дознания и избавившие его от критерия очевидности, что сразу же отразилось на  статистических показателях. Если за 2006 год дознаватели органов внутренних дел направили 557958 уголовных дел для производства предварительного следствия по причине того, что они были возбуждены без конкретного лица (по сравнению с 2005 годом их рост составил 14,2%), а 586436 – по подследственности (в 2005 году – 527076), то за 2007 год ими было передано для производства предварительного следствия 239516 уголовных дел, а по подследственности направлено 282215, что показало заметное снижение по сравнению с 2006 годом на 57,1% .

Последние коррективы, внесенные в УПК РФ, хотя и были успешны в плане совершенствования института дознания, тем не менее, дали повод пере­смотреть целый пласт теоретических разработок, обозна­чили новые проблемы, которые ранее не могли возникнуть в силу нормативных причин. Много концептуальных вопросов, в том числе связанных с организацией дознания, порядком его производства остаются еще нерешенными либо вызывают противоречивое толкование на практике. Современная модель дознания еще нуждается в совершенствовании как теоретическом, так и нормативном. В связи с этим автор видит необходимость в выработке с учетом потреб­ностей практики теоретически обоснованной концепции дознания в уголовном процессе Российской Федерации и разрешении проблем ее реализации в органах внутренних дел – органе дознания, на который возложен наибольший объем уголовно-процессуальной деятельности, в том числе по производству дознания.

Приведенные аргументы обусловили выбор темы диссертационного исследования и определили ее актуальность.

Степень научной разработанности темы. Проведенное исследование основано на лучших достижениях отечественной уголовно-процессуальной науки, которой всегда уделялось большое внимание изучению проблем дознания. Такие научные исследования традиционно велись в двух направлениях. Одно из них ох­ватывало общие проблемы института дознания, в разработку которых заметный вклад внесли такие ученые как В.И.Басков, А.И.Бастрыкин, Ю.Н.Белозеров, В.П.Божьев, А.Д.Бойков, С.В.Бородин, С.Е.Вицин, Р.М.Готлиб, В.И.Громов, В.Н.Григорьев, А.П.Гуляев, И.М.Гуткин, К.Ф.Гуценко, И.Ф.Демидов, Т.Н.Добровольская, А.М.Донцов, В.Г.Даев, Н.В.Жогин, С.П.Ефимичев, О.А.Зайцев, Д.С.Карев, Л.М.Карнеева, А.П.Кругликов, И.Ф.Крылов, Э.Ф.Куцова, А.М.Ларин, П.А.Лупинская, А.Я.Марков, В.А.Михайлов, Г.И.Мачковский, Т.Г.Морщакова, Т.Н.Москалькова, В.В.Николюк, И.Л.Петрухин, И.Д.Перлов, В.М.Савицкий, А.Б.Соловьев, М.С.Строгович, М.Е.Токарева, Ф.Н.Фаткуллин, М.А.Чельцов, В.С.Чистякова, А.А.Чувилев, В.Е.Чугунов, С.П.Щерба, П.С.Элькинд, Ю.К.Якимович, Н.А.Якубович, Р.Х.Якупов. Второе направ­ление исследования заключалось в научном анализе правового регулирования и практики деятельности отдельных органов доз­нания (работы Е.В.Анастасова, С.В.Бажанова, С.И.Гирько, А.С.Есиной, 3.Ф.Ковриги, В.Е.Коломейца, Г.Д.Луковникова, Е.Д.Лукьянчикова, Н.Ш.Мингалина, Д.В.Осипова, Н.Е.Павлова, М.А.Петуховского, Э.В.Рейтенбах, А.П.Рыжакова, А.Б.Сергеева, 3.Д.Смитиенко, Ф.А.Томасевича, К.У.Умарова, А.А.Шишкова, Н.Г.Шурухнова и др.).

Автором использованы труды выдающихся процессуалистов, исследовавших дореволюционный уголовный процесс: Я.И.Барщева, С.И.Викторского, А.А.Квачевского, А.Ф.Кони, В.А.Линовского, В.К.Случевского, И.Я.Фойницкого и др. Более того, выводы и предложения, содержащиеся в исследовании, базируются на анализе законодательства зарубежных государств, стран-участниц СНГ, исследованиях К.Ф.Гуценко, Л.В.Головко, В.Н.Махова, Ф.М.Решетникова, Н.Г.Стойко, Б.А.Филимонова, посвященных этим вопросам.

После принятия УПК РФ разработка про­блем дознания продолжилась, в том числе на диссертационном уровне. Последними комплексными исследо­ваниями по данной проблематике стали кандидатские диссертации С.Н.Бурцева, Е.В.Горкиной, А.В.Ковтуна, М.М.Кузенбаевой, В.М.Лукина, С.Л.Маслёнкова, Н.И.Скударевой, М.В.Цукрука. В указан­ных работах авторами были предприняты попытки поиска наиболее оптимальных подходов к установлению эффективной процедуры уголовно-процессуальной деятельности органов дознания, в том числе пути совер­шенствования самого института дознания. Вместе с тем, по объективным причинам, обусловленным характером такого рода исследова­ний, не все вопросы на уровне кандидатских диссертаций смогли найти пол­ное отражение и адекватное разрешение.

В диссертациях последних лет на соискание ученой степени доктора юридических наук А.М.Баранова, Н.А.Власовой, Ю.В.Дерищева, Г.П.Химичевой, хотя и затрагивались отдельные проблемы дознания, а их авторами были высказаны конструктивные предложения, позволяющие разрешить многие современные проблемы правоприменительной деятельности в сфере дознания, однако эти фундаментальные труды касались концепции процедурного и функционально-правового по­строения всего досудебного производства.

Одним из немногих и наиболее всеобъемлющих исследований современных проблем дознания стала докторская диссертация С.И.Гирько, но и она была посвящена проблемам более общей направленности, относящимся к исследованию уголовно-процессуальных функций милиции. Отдельных комплексных исследований института дознания в уголовном процессе Российской Федерации на уровне докторских диссертаций еще не предпринималось. Неразрешен целый ряд фундаментальных теоретических и прикладных проблем дознания, требующих их доктринального толкования. Необходимость дальнейшего научного развития имеется в отношении теоретических представлений о государственных органах и должностных лицах, уполномоченных на осуществление дознания. Нет до сих пор в уголовном процессе Российской Федерации целостной концепции дознания, включающей, в том числе, концепцию его совершенствования. Представляется необходимым разработать на основе анализа современной нормативной базы, вышеуказанных и ряда других научных работ, накопленного практического опыта соответствующую концепцию дознания.

С учетом приведенных обстоятельств был сделан выбор темы на­стоящего исследования, определен его объект, предмет, цели и задачи.

Объектом исследования выступает уголовно-процессуальная деятельность по производству дозна­ния, а также правоотношения, складывающиеся между ее участниками.

Предметом исследования является совокупность правовых норм, регламентирующих дознание, ведомственные норма­тивные акты, отечественный и зарубежный опыт, а также проблемы и закономерности теории и правоприменительной практики.

Цель и задачи исследования. Цель исследования состоит в построении научно-обоснованной авторской концепции дознания в уголовном процессе Российской Федерации и формулировании на этой основе предложений по совершенствованию процессу­альных и организационных проблем ее реализации в органах внутренних дел.

Для достижения указанной цели были поставлены следующие задачи:

систематизация концептуальных положений, накопленных в науке уголовно-процессуального права по проблемам досудебного производства в части, имеющей отношение к теме диссертационного исследования;

– анализ возникновения и основных этапов формирования концепции дозна­ния в уголовном процессе Российской Федерации;

– теоретическое обоснование дознания как формы предварительного расследования;

– исследование современной модели дознания в уголовном процессе Российской Федерации, его системы и порядка производства;

изучение национальных моделей дознания и их аналогов в уголовном процессе зарубежных стран;

изучение понятия, системы (способа организации) и компетенции органов дознания в уголовном процессе Российской Федерации;

– выявление и анализ процессуальных проблем дознания в органах внутренних дел Российской Федерации, разработка рекомендаций, направленных на их устранение;

исследование проблем организации дознания в органах внутренних дел Российской Федерации, предложение путей их разрешения;

– обобщение суждений о реформировании современной модели дознания и выработка научных рекомендаций и предложений, направленных на совершенствование его теоретической и нормативной моделей.

Методология и методика исследования. Методологическую основу исследования составили диалектический метод научного познания, а также комплекс общенаучных и специальных методов изучения правовых явлений и процессов в сфере уголовного судопроизводства: исторический, сравнительно-правовой, логико-аналитический, формально-логический, системно-структурный, статистический и некоторые другие.

Основные положения исследования базируются на нормах Конституции Российской Федерации, международных правовых документах, федеральных законах, правовых позициях Конституционного Суда Российской Федерации, разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, ведомственных нормативных актах. Использовано уголовно-процессуальное законодательство зарубежных государств, а также Устав уголовного судопроизводства 1864 г., УПК РСФСР 1922, 1923 и 1960 гг.

При создании теоретической базы и понятийного аппарата диссертационного исследования учтены положения и выводы отечественных ученых в области истории, теории права и государства, уголовного и уголовно-процессуального права, криминологии, криминалистики, теории оперативно-розыскной деятельности, административного права, государственного управления, психологии, социологии, философии. Значительное внимание уделено анализу отечественного дореволюционного законодательства и монографических исследований ученых-процессуалистов того периода. Кроме того, автор изучил, обобщил и применил для аргументации своих выводов большой объем отечественной и зарубежной литературы, относящейся к объекту и предмету исследования. Всего использовано более 500 литературных источников.

Эмпирическую базу составили:

- данные статистических отчетов, сводок и обзоров, иных аналитических документов о результатах следственной, прокурорской и судебной практики, материалов ведомственного регулирования расследования в форме дознания;

- материалы конкретных уголовных дел и надзорных производств прокуратуры (автором в течение 1998-2008 гг. изучено 770 уголовных дел, из них 540 возбужденных и расследованных по УПК РФ, 219 материалов, по которым вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, 217 материалов переписки органов дознания с прокуратурой и судом о выявлении нарушений закона, допущенных должностными лицами органа дознания);

- данные опросов практических работников (в 2002-2008 гг. автором проведено анкетирование и интервьюирование 326 дознавателей, 25 начальников органа дознания, 147 начальников подразделений дознания, 570 иных должностных лиц органа дознания, а также 30 следователей органов внутренних дел);

- материалы изучения деятельности специализированных подразделений дознания, в том числе подразделений организации дознания, различных уровней в целях поиска наиболее эффективной организации работы.

Сбор эмпирического материала проводился в г. Москве, Московской области, а также Владимирской, Тамбовской, Тверской, Рязанской, Смоленской, Нижегородской и Челябинской областях. Полученные результаты сопоставлялись с эмпирическими данными других авторов, занимающихся проблемами, имеющими отношение к теме исследования.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые на монографическом уровне осуществлена комплексная разработка концепции дознания в уголовном процессе Российской Федерации, а также предложен оригинальный подход в разрешении проблем ее реализации в органах внутренних дел. В работе представлены всестороннее обоснованные и сформулированные автором теоретические основы дознания в уголовном процессе Российской Федерации. Предложено понятие дознания, подвергнута анализу его современная модель и высказаны отдельные предложения по оптимизации порядка производства. Изучение зарубежного законодательства и правоприменения, а также прошлого отечественного опыта дали дополнительную аргументацию к сохранению дознания в структуре досудебного производства.

В ходе исследования дальнейшему научному развитию подвергнуты теоретические представления о государственных органах и должностных лицах, уполномоченных на осуществление дознания в уголовном процессе Российской Федерации. Сформулировано понятие органов дознания, высказаны рекомендации по совершенствованию их перечня, разработана система (способ организации) органа дознания. Для разграничения должностных лиц, реализующих полномочия органа дознания в его системе, предложено ввести в нормативный оборот понятие «сотрудник органа дознания». На основе авторского определения компетенции органов дознания дана ее характеристика и высказаны конкретные предложения по правовому регулированию.

Дана объективная оценка современной практике осуществления дознания. В качестве необходимой предпосылки для производства дознания определена деятельность по рассмотрению сообщения о преступлении, что потребовало разрешения проблем ее правоприменения. Высказаны конкретные предложения по совершенствованию отдельных положений закона, касающихся производства следственных действий, мер процессуального принуждения, приостановления и возобновления дознания, а также его окончания.

Определены пути разрешения проблем организации дознания в органах внутренних дел в Российской Федерации в виде конкретных предложений по разграничению служб, подразделений и должностных лиц, реализующих в системе органов внутренних дел полномочия органа дознания, системы процессуального руководства дознанием, порядка формирования подразделений дознания, обеспечения профессиональной подготовки сотрудников. Учитывая потребность практики в высококвалифицированных специалистах для подразделений дознания, автором обоснована необходимость их специализации по этому профилю во время обучения в вузах МВД России.

Обобщив имеющиеся суждения по реформированию дознания, выработаны принципиально новые для науки уголовного процесса предложения по совершенствованию теоретической модели дознания, которые можно определить как крупное научное достижение. Кроме того предложена новая нормативная модель дознания в виде отдельных доктринальных норм Проекта Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации».

На защиту выносятся следующие основные положения, полученные в результате предпринятого анализа концепции дознания в уголовном процессе Российской Федерации, процессуальных и организационных проблем ее реализации в органах внутренних дел, отражающие позицию диссертанта:

По теоретическим основам дознания в уголовном процессе Российской Федерации

1. Определение концепции дознания в уголовном процессе Российской Федерации как имеющей важное научное и практическое значение комплексной, междисциплинарного характера целостной теоретической системы, объединяющей совокупность идей и теоретических положений о дознании, государственных органах и должностных лицах, его осуществляющих, проблем ее реализации в правоприменительной деятельности, а также совокупность научных рекомендаций и предложений по совершенствованию дознания.

2. Основные этапы формирования концепции дознания в уголовном процессе Российской Федерации в виде последовательного процесса анализа и научных описаний, обусловленного развитием уголовно-процессуального закона: 1) научные работы по проблемам дознания после принятия Устава уголовного судопроизводства 1864 г.; 2) работы по дознанию после принятия УПК РСФСР 1922 г. и УПК РСФСР 1923 г., а также материалы 5-го Всероссийской съезда деятелей юстиции; 3) публикации в печати в связи с реформами уголовного судопроизводства 1958-1960 гг., развернувшие широкую научную дискуссию о праве на существование дознания как самостоятельной формы расследования; 4) регулярные издания работ, посвященных проблемам дознания после принятия УПК РСФСР 1960 г.; 5) разработка Концепции судебной реформы в Российской Федерации, а также последовавший за ней комплекс научных работ и других публикаций, касающихся проблем дознания; 6) научные исследования после принятия УПК РФ 2001 г. по проблемам правоприменения отдельных его положений, регламентирующих дознание.

3. Определение дознания как формы предварительного расследования, выраженной в виде уголовно-процессуальной деятельности органа дознания по делам, по которым производство предварительного следствия необязательно, иначе - его процессуального полномочия, реализуемого в системе органа дознания дознавателем.

4. Вывод о том, что осуществление следователем дознания  должно быть исключено, поскольку противоречит традиционным воззрениям на эту форму предварительного расследования и на практике не применяется.

5. Заключение о том, что современная модель дознания, после ряда корректив уголовно-процессуального закона (увеличение срока, возможность его продления, отказ от критерия очевидности) в большей мере стала отвечать потребностям правоприменительной практики. Однако отдельные проблемы еще нуждаются в законодательном разрешении, для чего предлагается: а) изменить способ законодательной техники в регламентации порядка производства дознания, не перечисляя в ч.1 ст.223 УПК РФ необходимые для этого главы, указать, что порядок производства дознания определяется общими условиями предварительного расследования и правилами, установленными настоящим Кодексом для предварительного следствия, с изъятиями, предусмотренными гл.32 УПК РФ; б) исключить из ч.1 ст.223-1 УПК РФ требование о сроке, в течение которого дознаватель должен допросить подозреваемого по существу подозрения, так как это необоснованно усложняет процедуру дознания; в) в ч.3 ст.153 УПК РФ указать, что соединение уголовных дел в ходе дознания осуществляется по постановлению прокурора; г) регламентировать возможность обеспечения в ходе дознания безопасности потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц в случаях, предусмотренных ч.9 ст.166 УПК РФ, включив как отдельное положение в ст.223 УПК РФ; д) предусмотреть, что производство дознания по уголовному делу в случае его сложности или большого объема может быть поручено на основании постановления прокурора группе дознавателей в порядке, установленном ст.163 УПК РФ. 

6. Вывод о том, что в целях реализации права каждого на доступ к быстрому и эффективному правосудию многие страны в поисках наиболее оптимальных путей построения досудебного производства отказываются от предварительного следствия в пользу дознания либо рассматривают дознание основной, а предварительное следствие факультативной формами предварительного расследования.

7. Вывод о том, что с учетом мирового опыта, отечественный уголовный процесс нуждается в процедуре упрощенного и ускоренного производства по уголовным делам о преступлениях небольшой тяжести, которая максимально сокращала бы промежуток времени между совершением преступления и принятием по нему соответствующего судебного решения при соблюдении законных прав и интересов всех участников уголовного судопроизводства. Оно не должно рассматриваться дознанием, формой предварительного расследования, а может считаться особым производством.

По государственным органам и должностным лицам, осуществляющим дознание в уголовном процессе Российской Федерации

8. Определение органов дознания как государственных органов и должностных лиц, уполномоченных в соответствии с законом осуществлять процессуальные и иные полномочия, в том числе полномочия по реализации оперативно-розыскной деятельности.

9. Заключение о том, что в тех случаях, когда органом дознания является государственный орган, полномочия органа дознания составляют содержание деятельности значительной части его сотрудников. Когда же орган дознания представлен конкретным должностным лицом, то полномочия органа дознания составляют исключительную компетенцию только этого лица. Поэтому в такой структуре не может быть иных должностных лиц органа дознания.

10. Вывод о том, что орган дознания в лице государственного органа представляет собой систему, состоящую из руководителя (начальник органа дознания) и подчиненных ему должностных лиц (начальник подразделения дознания, дознаватель и сотрудник органа дознания). Должностное лицо органа дознания приобретает статус дознавателя при условии возложения на него начальником органа дознания полномочий по осуществлению предварительного расследования в форме дознания и не является таковым при выполнении иных полномочий органа дознания.

11. Предложение о введении в нормативный оборот понятия «сотрудник органа дознания» для разграничения должностных лиц, реализующих полномочия органа дознания в его системе. Под сотрудником органа дознания (в отличие от дознавателя) следует понимать должностное лицо органа дознания, которое уполномочено начальником органа дознания на осуществление отдельных полномочий органа дознания, за исключением производства дознания.

12. Определение компетенции органа дознания как совокупности установленных уголовно-процессуальным законом полномочий при исполнении своих функций в определенных конкретно для каждого органа дознания пределах. Компетенция представляет собой правовую характеристику деятельности должностного лица или государственного органа – его задач, содержания и пределов. Правовое регулирование деятельности государственных органов и должностных лиц служит мерой их полномочий и способом отграничения друг от друга. С учетом этого, в ст.40 УПК РФ необходимо предусмотреть исчерпывающий перечень органов дознания, указав конкретные полномочия органа дознания.

По процессуальным проблемам дознания в органах внутренних дел Российской Федерации

13. Вывод о том, что необходимой предпосылкой для производства дознания является рассмотрение сообщения о преступлении в рамках стадии возбуждения уголовного дела. При этом его порядок, а в особенности проверка, обладают значительными недостатками, что требует: а) предусмотреть конкретный перечень следственных и иных других действий, которые должны осуществляться в целях проверки сообщения о преступлении, включая получение объяснений; б) дополнить ч.4 ст.146 УПК РФ правилом о незамедлительном направлении прокурору копии постановления органа дознания о возбуждении уголовного дела, что в соответствии с ч.1 ст.146 УПК РФ обусловлено его правомочием на принятие такого решения; в) скорректировать наименование и содержание Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях, объявленной приказом МВД России от 1 декабря 2005 г. № 985 в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, в том числе исключить из п.12 требование об оформлении рапорта сотрудника органа внутренних дел либо протокола принятия устного заявления о преступлении в случае, когда устное сообщение о преступлении сделано при производстве следственного действия, так как это противоречит ч.4 ст.141 УПК РФ.

14. Предложения по устранению проблем, возникающих в ходе дознания при производстве следственных действий: а) предусмотреть в ст.170 УПК РФ, что понятые должны приглашаться лишь по требованию самого подозреваемого (обвиняемого) или его защитника, а также свидетеля, потерпевшего и его представителя, то есть того лица, чьи конституционные права на неприкосновенность личности, жилища, частной жизни и законные интересы затрагиваются в ходе следственного действия; б) уточнить формулировку ч.1 ст.188 УПК РФ, указав в ней, помимо порядка вызова на допрос свидетеля и потерпевшего, также подозреваемого; в) дополнить ч.4 ст.189 УПК РФ правилом о порядке воспроизведения результатов применения во время допроса аудио- и (или) видеозаписи, киносъемки допрашиваемому лицу, а также его защитнику; г) отказаться от формально-обязательного участия защитника в ходе допроса для обеспечения допустимости показаний подозреваемого и обвиняемого, включая случаи их добровольного отказа от защитника; д) установить в ч.1 ст.51 УПК РФ требование об обязательном участии защитника, в случае если у одного из участников очной ставки имеется защитник.

15. Предложения для разрешения отдельных процессуальных проблем применения мер процессуального принуждения: а) регламентировать в законе отрезок времени между физическим захватом лица, его доставлением и составлением протокола задержания, разделив процессуальное задержание на два самостоятельных элемента - доставление и задержание; б) предусмотреть в УПК РФ обязанность должностных лиц, осуществляющих задержание, разъяснения задержанному лицу его права иметь защитника, а также принятия мер к удовлетворению ходатайства о приглашении защитника и его назначении путем уведомления об этом юридической консультации; в) в п.4 ст.98 УПК РФ дополнить наименование меры пресечения присмотр за несовершеннолетним обвиняемым словами: «или подозреваемым»; г) предусмотреть в ст.106 УПК РФ минимальный и максимальный пределы залога с целью сориентировать дознавателя (следователя) в выборе его размера; д) подробно урегулировать на законодательном и ведомственном нормативном уровне порядок применения домашнего ареста.

16. Предложения для устранения проблем, связанных с приостановлением дознания: а) предусмотреть в ст.210 УПК РФ требование о незамедлительном объявлении розыска, как только станет очевидным факт, что лицо скрылось и место его нахождения неизвестно; б) разграничить в п.4 ч.1 ст.208 УПК РФ временное тяжкое заболевание подозреваемого или обвиняемого на психическое и иное тяжкое; в) исключить из текста ч.5 ст.108 УПК РФ слово «международный» для возможности принятие судебного решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу при отсутствии объявленного в розыск обвиняемого.

17. Предложения по разрешению проблем окончания дознания: а) указать в редакции п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ не «отсутствие события преступления», а «отсутствие деяния (действия или бездействия)»; б) отразить в постановлении о прекращении уголовного дела согласие не только обвиняемого (ч.3 ст.213 УПК РФ), но и подозреваемого, а в случае принятия решения по ч.1 ст.427 УПК РФ – подозреваемого, обвиняемого или его законного представителя; в) предусмотреть в уголовно-процессуальном законе возможность допроса обвиняемого в ходе дознания по существу предъявленного ему обвинения после представления обвинительного акта и перед ознакомлением со всеми материалами уголовного дела; г) регламентировать в УПК РФ процедуры уведомления заинтересованных участников уголовного судопроизводства об окончании дознания, а также их ознакомления с материалами уголовного дела и обвинительным актом.

По проблемам организации дознания в органах внутренних дел Российской Федерации

18. Вывод о том, что буквальное толкование уголовно-процессуального закона не позволяет считать какие-либо службы и подразделения органов внутренних дел самостоятельным органом дознания. В п.1 ч.1 ст.40 УПК РФ таковым названы органы внутренних дел Российской Федерации, только их в целом и необходимо рассматривать в качестве органа дознания. Однако из всех подсистем органов внутренних дел, лишь милиция осуществляет полномочия органа дознания, что обуславливается характером возложенных на нее задач, спецификой обязанностей и прав в сфере правоохранительной деятельности, но она также не может быть самостоятельным органом дознания.

19. Заключение о том, что правовая природа расследования обуславливает необходимость организационного выделения специализированных подразделений в любом государственном органе, представленном в качестве органа дознания и реализующем полномочия по производству предварительного расследования в форме дознания. Введение в уголовно-процессуальный закон начальника подразделения дознания как участника уголовного судопроизводства дало возможность их нормативного закрепления как самостоятельных, организационно выделенных подразделений, представляющих собой специализированные подразделения органа дознания, реализующие его процессуальные полномочия путем производства расследования в форме дознания.

20. Положение о том, что начальник органа дознания является субъектом управления по отношению к дознавателю и любому другому должностному лицу органа дознания, в том числе начальнику подразделения дознания. Их взаимоотношения носят характер субординации. Что касается отношений начальника подразделения дознания внутри системы «орган дознания» с сотрудниками, осуществляющими другие полномочия органа дознания, то они имеют не субординационный, а координационный характер по причине отсутствия не только служебной, но и процессуальной соподчиненности друг с другом. Его полномочия ограничены лишь сферой дознания, а руководство распространяется на находящихся в подчинении дознавателей.

21. Вывод о том, что сложившаяся практика утверждения начальником органа дознания принимаемых дознавателем решений по уголовному делу в тех случаях, когда это не предусмотрено законом, приводит к утрате его процессуальной самостоятельности и инициативы, что отрицательно сказыва­ется на результатах расследования. Разрешением обозначенной проблемы стала бы регламентация статуса начальника органа дознания в отдельной норме УПК РФ с четким перечнем его полномочий в сфере руководства дознанием. Относительно же принятия решений по уголовному делу иным должностным лицом органа дознания (сотрудником органа дознания), то их утверждение начальником органа дознания необходимо, что объясняется адресацией норм уголовно-процессуального закона либо дознавателю, либо органу дознания в целом.

22. Рекомендация о том, что квалифицированное расследование могут обеспечить только штатные дознаватели подразделений дознания. Поэтому они должны стать единственными должностными лицами органов внутренних дел, осуществляющими предварительное расследование в форме дознания, освобождая тем самым иных должностных лиц (сотрудников органа дознания) с возложением на последних права реализации всех других полномочий органа дознания.

23. Вывод о том, что выделение подразделений дознания из состава милиции общественной безопасности и передача их в непосредственное подчинение начальнику органа внутренних дел нарушит систему построения органов внутренних дел как органа дознания, полномочия которого традиционно осуществляются милицией.

24. Рекомендация о том, что исходя из потребностей практики, испытывающей нужду в высококвалифицированных специалистах для подразделений дознания необходима их специализация по этому профилю во время обучения в вузах МВД России.

По концепции совершенствования дознания в уголовном процессе Российской Федерации

25. Вывод о нецелесообразности безграничного расширения дознания, замены им предварительного следствия либо сужения его до первоначального этапа, предшествующего предварительному следствию. Дознание и предварительное следствие должны функционировать параллельно, взаимно дополнять друг друга. Поэтому нет необходимости в законодательном закреплении, что производство предварительного следствия обязательно по всем уголовным делам, за исключением тех, по которым производится дознание. Достаточно ограничиться уже имеющимся указанием в законе, что предварительное расследование производится в форме предварительного следствия либо в форме дознания, сформулированном в ч.1 ст.150 УПК РФ. При этом установление в законе отчетливых критериев их разделения – залог успеха эффективности производства по уголовному делу.

26.  Комплекс предложений по совершенствованию теоретической модели дознания, обусловленные тем, что дознание должно рассматриваться не только как производство предварительного расследования в полном объеме, но и как часть предварительного расследования (дознание в неполном объеме), то есть производство неотложных следственных действий. Два вида дознания должны осуществляться по разным категориям дел и в различных процессуальных процедурах.

В отношении модели дознания в неполном объеме предлагается: а) придать статус дознания производству неотложных следственных действий в порядке ст.157 УПК РФ, назвав его дознанием в неполном объеме; б) предусмотреть его производство органом дознания в лице уполномоченного начальником органа дознания сотрудника органа дознания; в) допустить лишь исключительный характер, обусловленный срочной необходимостью принять меры к обнаружению и фиксации следов преступления, а также доказательств, требующих незамедлительного закрепления, изъятия и исследования; г) рассматривать как первоначальный этап расследования, могущий предшествовать не только предварительному следствию, но и дознанию в полном объеме.

В отношении модели дознания в полном объеме предлагается: а) предусмотреть его производство органом дознания в лице дознавателя только подразделения дознания; б) сохранить в процедуре существующие особенности производства (более сокращенный срок, отличный механизм производства, осуществление под более жестким надзором прокурора, иной режим окончания и др.); в) рассматривать в качестве формы предварительного расследования, альтернативной предварительному следствию и осуществляемой определенными государственными органами, исходя из их ведомственной целесообразности, то есть решаемых задач в сфере правоохранительной деятельности. 

27. Заключение о необходимости нормативного перераспределения уголовных дел так, чтобы следователи могли сконцентрироваться на тяжких и особо тяжких уголовных делах, а дознаватели, используя более упрощенную, по сравнению с предварительным следствием, процедуру дознания в полном объеме, эффективно и в разумные сроки осуществляли бы предварительное расследование по всем остальным категориям уголовных дел.

28. Предложения по совершенствованию нормативной модели дознания в виде отдельных доктринальных норм Проекта Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации». 

Теоретическая значимость диссертационного исследования состоит в научном осмыслении сущности дознания, обосновании его как формы предварительного расследования, обобщении и анализе имеющегося по этой проблеме научного материала, формулировании самостоятельной теоретической концепции дознания в уголовном процессе Российской Федерации, в рамках которой предложен авторский подход к его совершенствованию.

Полученные в ходе исследования выводы развивают и дополняют понятийный материал, сопутствуют формированию концептуального понимания научного содержания категориального аппарата уголовно-процессуального права, переосмысливают важные аспекты правового регулирования уголовно-процессуальной деятельности в форме дознания. Диссертация содержит исходные теоретические положения, совокупность которых можно квалифицировать как новое перспективное направление в изучении проблем дознания, что развивает науку и может служить основой для дальнейших теоретических исследований.

Практическая значимость диссертационного исследования определяется обобщением и анализом современного эмпирического материала о практике производства дознания, разработкой на основе собственной научной концепции и теоретической части исследования соответствующих рекомендаций нормативного, организационного и методического характера.

Сформулированные в диссертации выводы, предложения и рекомендации, а также подготовленные на основе диссертационного исследования научные публикации, методические и практические разработки могут использоваться в законодательной и ведомственной нормотворческой деятельности, в научно-исследовательской работе и учебном процессе, в правоприменительной деятельности органов внутренних дел.

Апробация и внедрение результатов исследования происходила в форме обсуждения диссертационных материалов на научно-практических конференциях и семинарах, подготовки научных публикаций, внедрения соответствующих разработок в учебный процесс и практическую деятельность правоохранительных органов.

Основные положения и выводы диссертации доложены соискателем на научно-практических и научно-методических конференциях, состоявшихся в г. Москве (1998, 1999, 2005, 2006, 2007, 2008 гг.), Н.-Новгороде (1992 г.), Туле (1999 г., 2001 г.), Рузе (2001 г.), Рязани (2005 г.), Смоленске (2007 г.), в том числе международной научно-практической конференции (г. Рязань, 2004 г.) и международных научных семинаров (г. Рязань, 1995, 2006 гг.), были предметом обсуждения межведомственного «круглого стола» (г. Москва, 2003 г.). В ходе подготовки диссертации ее положения дважды (в 2006 и 2007 гг.) обсуждались на заседаниях Ученого совета Московского университета МВД России.

Основные положения диссертационного исследования опубликованы автором в 58 научных работах и методических рекомендациях общим объемом более 100 п.л., в том числе в 4 монографических работах, 8 научных статьях, опубликованных в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации, пособиях, главах в комментариях УПК РФ, учебниках по уголовному процессу, статьях в сборниках научных трудов и юридической периодике.

Отдельные результаты исследования нашли применение в учебном процессе образовательных учреждений системы МВД России при чтении лекций, проведении семинарских и практических занятий, а также научной деятельности (Юридического института МВД России, Московского университета МВД России, Омской академии МВД России), были использованы Центром обеспечения кадровой работы МВД России при разработке методических рекомендаций по организации учебного процесса в высших образовательных учреждениях МВД России, внедрены в практическую деятельность следователей и подразделений дознания органов внутренних дел (Главного следственного управления при ГУВД по г. Москве и Управления организации дознания ГУВД по г. Москве), о чем имеются соответствующие акты внедрений.

Структура работы отвечает цели и задачам исследования. Диссертация состоит из введения, пяти глав, включающих в себя двадцать параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложений.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, определяются его цель, задачи, объект и предмет, обозначается методология и методика исследования, эмпирическая база и научная новизна работы, формулируются основные положения, выносимые на защиту, отмечается теоретическая и практическая значимость полученных результатов исследования, содержатся сведения об их апробации и внедрении.

Первая глава «Теоретические основы дознания в уголовном процессе Российской Федерации» содержит пять параграфов и имеет методологическое значение для данной работы. В ней даются основные понятия, используемые в диссертации, формулируются исходные положения и руководящие идеи, составившие концептуальный фундамент для последующего исследования.

В первом параграфе «Дознание как форма предварительного расследования» выясняется, что подразумевается под таким явлением как дознание.

Для выработки понятия дознания диссертант обращается к его этимологическому содержанию и приходит к выводу, что в русском языке дознание определяется как расследование. Стадия предварительного расследования может проявляться или в предварительном следствии, или в дознании, либо как в дознании, так и в предварительном следствии. Таким образом, дознание, являясь одним из смысловых значений родового понятия – предварительное расследование, наряду с предварительным следствием, представляет собой одну из форм предварительного расследования.

Утвердившееся в современном уголовном процессе понимание дознания как формы предварительного расследования (Ю.Н.Белозеров, Д.С.Карев, Г.И.Седова, В.В.Степанов, А.А.Чувилев) либо вида уголовно-процессуальной деятельности (В.Н.Григорьев, Ю.В.Дерищев, А.Б.Сергеев, А.А.Шишков) обуславливает подход диссертанта к определению дознания как формы предварительного расследования, выраженной в виде уголовно-процессуальной деятельности органа дознания по делам, по которым производство предварительного следствия необязательно, иначе - его процессуального полномочия, реализуемого в системе органа дознания дознавателем. 

Автор считает, что дознание как форма предварительного расследования является составной частью досудебного производства, поэтому представляет собой уголовно-процессуальную деятельность. Уголовно-процессуальная деятельность в форме дознания, обладает теми же признаками, что присущи правоохранительной деятельности в целом. Существенным для рассматриваемого понятия является то, что такая деятельность реализовывается в соответствии с уголовно-процессуальным законом, а также должностным лицом органом дознания - дознавателем.

Исходя из того, что орган дознания осуществляет определенный объем полномочий, автором делается вывод о том, что производство дознания является его полномочием в рамках уголовно-процессуальной деятельности, но при этом предполагается осуществление им и иных разновидностей деятельности. Поэтому нельзя ставить знак равенства между деятельностью органа дознания и самим дознанием. Оперативно-розыскная деятельность органа дознания автономна от его уголовно-процессуальной деятельности. Дознание всего лишь одно из полномочий в рамках уголовно-процессуальной деятельности органа дознания, поэтому никак не может включать в свое содержание оперативно-розыскную деятельность. Более того, по отношению к уголовно-процессуальной деятельности оно является более узким понятием. Помимо предварительного расследования в форме дознания органом дознания осуществляется значительный комплекс других полномочий (уголовно-процессуальных и оперативно-розыскных). Поэтому оперативно-розыскная деятельность, а также все другие полномочия органа дознания в рамках уголовно-процессуальной деятельности, не входят в понятие дознания.

Автором отмечается, что осуществление следователем дознания не только противоречит традиционным воззрениям на эту форму предварительного расследования, но фигурирует в законе формально, поэтому должно быть  исключено. В самой первой редакции УПК РФ не содержалось предписаний о том, что следователь уполномочен на производство дознания, они были внесены позже, а затем часть их вновь исключена. Несмотря на то, что отдельные упоминания о следователях производящих дознание в законе остались, случаев реализации ими дознания (с учетом процессуального порядка производства, а именно сокращенным сроком расследования, составлением итогового документа – обвинительного акта, утверждением его у начальника органа дознания и пр.) на практике не зафиксировано.

В связи с тем, что уголовно-процессуальный закон ограничил дознание только уголовно-процессуальной деятельностью по делам, по которым производство предварительного следствия не обязательно, производство органом дознания неотложных следственных дейст­вий выпало за пределы дознания, их статус потерял долж­ную определенность. Данный вид уголовно-процессуальной деятельности органа дознания нуждается в установлении и для него соответствующей формы предварительного расследования. Совершенно очевидно, что такой формой не может быть предварительное следствие. В связи с чем, автор полагает, что было бы целесообразным вернуть ему наименование «дознание».

Во втором параграфе «Современная модель дознания в уголовном процессе Российской Федерации: система и порядок производства» диссертант исходит из того, что дознание как деятельность представляет собой урегулированную законом систему процессуальных действий и процессуальных решений, представляющие собой процедуру дознания, то есть порядок производства. 

Система дознания включает: 1) начало дознания (первоначальный элемент его общей системы производства, обусловленный решением о возбуждении уголовного дела и принятием дознавателем его к своему производству); 2) производство следственных и иных процессуальных действий (представляющее процедуру самого дознания, иначе предварительного расследования); 3) окончание дознания (завершающий этап, на котором подводятся итоги расследования, прекращается дальнейшее собирание доказательств, окончательно формулируются и выражаются в процессуальных документах выводы дознавателя).

Основываясь напредставленной системе, дается характеристика порядка производства дознания. Автор приходит к выводу, что современная модель дознания после ряда корректив уголовно-процессуального закона (увеличение срока, возможность его продления, отказ от критерия очевидности) в большей мере стала отвечать потребностям правоприменительной практики. Дознанию удалось сохранить свои процедурные особенности, различающие его с предварительным следствием, а именно сокращенный срок производства, исключительные случаи его продления, особый момент появления в ходе расследования подозреваемого и обвиняемого, а также особенности применения мер пресечения, производства отдельных следственных действий, приостановления дознания, его возобновления и окончания. Однако отдельные проблемы еще нуждаются в законодательном разрешении, для чего предлагается:

1) изменить способ законодательной техники в регламентации порядка производства дознания, не перечисляя в ч.1 ст.223 УПК РФ необходимые для этого главы, указать, что порядок производства дознания определяется общими условиями предварительного расследования и правилами, установленными настоящим Кодексом для предварительного следствия, с изъятиями, предусмотренными гл.32 УПК РФ;

2) исключить из ч.1 ст.223-1 УПК РФ требование о сроке, в течение которого дознаватель должен допросить подозреваемого по существу подозрения, так как это необоснованно усложняет процедуру дознания;

3) в ч.3 ст.153 УПК РФ указать, что соединение уголовных дел в ходе дознания осуществляется по постановлению прокурора;

4) регламентировать возможность обеспечения в ходе дознания безопасности потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц в случаях, предусмотренных ч.9 ст.166 УПК РФ, включив как отдельное положение в ст.223 УПК РФ;

5) предусмотреть, что производство дознания по уголовному делу в случае его сложности или большого объема может быть поручено на основании постановления прокурора группе дознавателей в порядке, установленном ст.163 УПК РФ. 

В третьем параграфе «Национальные модели дознания и их аналоги в уголовном процессе зарубежных стран» исследуются законодательство и практика досудебного производства за рубежом, что позволило показать национальные модели дознания, а также их аналоги и заострить внимание на моментах, вызывающих интерес с точки зрения вероятности заимствования для отечественного уголовного судопроизводства.

В результате исследования было обнаружено, что в некоторых странах дознание выступает как альтернатива предварительному следствию либо предшествующий ему этап (Франция, Азербайджан, Таджикистан), в других, также как в России, является лишь альтернативой предварительному следствию (Белоруссия, Казахстан), а в отдельных государствах - только предшествует предварительному следствию (Австрия, Греция, Испания, Армения, Узбекистан, Украина). Кроме того, элементы досудебного производства стран англосаксонской (англо-американской) системы права в сравнительно-правовом аспекте с континентальной системой и с некоторой долей условности допустимо также рассматривать скорее в виде аналога российскому дознанию, чем предварительному следствию.

Многие страны в поисках наиболее оптимальных путей построения досудебного производства отказываются от предварительного следствия в пользу дознания (Германия) либо рассматривают дознание основной, а предварительное следствие факультативной формами предварительного расследования (Португалия, Нидерланды, Италия). Полный отказ от дознания (Эстония, Киргизия, Молдова) мало эффективен для уголовного судопроизводства, тем более при отсутствии какой-либо иной специальной процедуры, унифицированной по своей сути. Не решает этой проблемы сохранение органов дознания в качестве участника уголовного судопроизводства с предоставлением им вспомогательной роли в осуществлении уголовно-процессуальной деятельности (Киргизии).

 С учетом мирового опыта, доказана потребность отечественного уголовного процесса в процедуре упрощенного и ускоренного производства по уголовным делам о преступлениях небольшой тяжести, которая максимально сокращала бы промежуток времени между моментом совершения преступления и принятия по нему соответствующего судебного решения при соблюдении законных прав и интересов всех участников уголовного судопроизводства. Однако вряд ли следует рассматривать такое производство дознанием, формой предварительного расследования. Оно должно считаться особым производством.

Просчеты законодателя Казахстана в наделении органа дознания полномочиями на производство предварительного следствия, а также аналогичная ситуация в российском уголовном процессе с предоставлением следователю права производства дознания дали дополнительную аргументацию в необходимости следования четкому правилу, что каждому органу предварительного расследования должна соответствовать своя форма предварительного расследования.

В параграфе четвертом «Возникновение и основные этапы формирования концепции дознания в уголовном процессе Российской Федерации» предпринят ретроспективный анализ системы научных взглядов и теоретических воззрений на дознание.

Диссертант приходит к выводу, что дознание в своем развитии прошло сложный и долгий путь. Начиная с зачатков розыскного процесса («сыска»), дознание эволюционировало совместно с отечественным уголовно-процессуальным законодательством сначала как первоначальный этап предварительного следствия в рамках административной функции полиции, затем самостоятельной формы предварительного расследования, вида уголовно-процессуальной деятельности.

Регламентирующие дознание нормы менялись, в зависимости от них трансформировались и теоретические воззрения на дознание, представляя собой последовательный процесс анализа и научных описаний. Научные исследования в области дознания оказывали также непосредственное влияние на совершенствование уголовно-процессуального закона. Опубликованные результаты научных исследований представляли собой теоретическую основу для разработки концепции. Они систематизированы диссертантом по принципу влияния на дальнейшую судьбу дознания либо значимости теоретических воззрений на него, что обуславливалось развитием уголовно-процессуального закона. Основные этапы формирования концепции дознания в уголовном процессе Российской Федерации представлены следующим образом:

1) научные работы по проблемам дознания после принятия Устава уголовного судопроизводства 1864 г., заложившие систему взглядов на дознание как первоначальное производство, предшествовавшее предварительному следствию. Только с этого времени допустимо говорить о возникновении полноценной теоретической концепции дознания, несмотря на то, что сам термин «дознание» был введен в нормативный оборот четырьмя годами раньше. В теории уголовного процесса дознание еще не рассматривалось как вид уголовно-процессуальной деятельности, одна из форм предварительного расследования, так как осуществлялось не по процессуальным правилам производства и являлось примером скорее административной процедуры;

2) работы по дознанию после принятия УПК РСФСР 1922 г. и УПК РСФСР 1923 г., а также материалы 5-го Всероссийской съезда деятелей юстиции. В связи с принятием первых советских уголовно-процессуальных законов доз­нание приобрело процессуальные процедуры, традиционные для предварительного следствия. С этого момента в юридической литературе дознание стало рассматриваться как первоначальная или простейшая форма расследования преступлений. Несмотря на ошибочность воззрений, относительно необходимости стирания граней между следствием и дознанием, установление последнего как самостоятельной формы предварительного расследования нельзя не признать в качестве позитивного момента в развитии теоретической концепции дознания;

3) публикации в печати в связи с реформами уголовного судопроизводства 1958-1960 гг., развернувшие широкую научную дискуссию о праве на существование дознания как самостоятельной формы расследования;

4) регулярные издания работ, посвященных проблемам дознания после принятия УПК РСФСР 1960 г. С этого периода в отечественном уголовном процессе процессуальный порядок дознания и система органов его осуществляющих, в основном, были определены на сравнитель­но длительный срок. Однако, несмотря на уже устоявшиеся воззрения на дознание как форму предварительного расследования в его теоретической концепции оставалось немало спорных вопросов, что способствовало активизации научных исследований. Большинством процессуалистов признавалось, что дознание является разновидностью уголовно-процессуальной деятельности органа дознания, но не все из них при этом включали в содержание дознания только лишь расследование, ведущееся по уголовным делам в форме неотложных следственных действий или в полном объеме;

5) разработка Концепции судебной реформы в Российской Федерации, обозначившей существенный перелом в теоретических воззрениях на дознание, а также последовавший за ней комплекс научных работ и других публикаций, касающихся проблем дознания. Об упразднении дознания как формы предварительного расследования все чаще стали заявлять в научных дискуссиях. Вопросы правового регулирования дознания привлекали повышенное внимание не только разработчиков проекта УПК РФ, но многих ученых и практиков. В те годы интерес к дознанию не ослабевал, а еще более усиливался. Исследованию его проблем посвящалось значительное число диссертаций, монографий, учебных и научных пособий, а также статей;

6)  научные исследования после принятия УПК РФ 2001 г. по проблемам правоприменения отдельных его положений, регламентирующих дознание. Нерешенность и спорность многих вопросов теоретической и практической направленности, в том числе имеющих отношение к дознанию усилило научный интерес, что иллюстрируется материалами многочисленных научно-практических конференций, подготовленными кандидатскими диссертациями по проблемам дознания, а также диссертациями на соискание ученой степени доктора наук, в которых затронуты отдельные проблемы дознания.

В пятом параграфе «Содержание и значение концепции дознания в уголовном процессе Российской Федерации» сформулировано понятие концепции дознания в уголовном процессе Российской Федерации как имеющей важное научное и практическое значение комплексной, междисциплинарного характера целостной теоретической системы, объединяющей совокупность идей и теоретических положений о дознании, государственных органах и должностных лицах, его осуществляющих, проблемах ее реализации в правоприменительной деятельности, а также совокупность научных рекомендаций и предложений по совершенствованию дознания.

Назначение такой концепции видится диссертанту в необходимости разрешения комплекса фундаментальных теоретических и прикладных проблем дознания, требующих доктринального толкования в условиях проведения судебно-правовой реформы, активного законотворческого процесса, а также нестабильной криминогенной ситуации в нашей стране.

В качестве объекта те­оретической концепции дознания рассматриваются тенденции и закономерности уголовно-процессуальных правоотношений, складывающихся при осуществлении дознания, а также соответствующая деятельность государственных органов и должностных лиц, уполномоченных на осуществление дознания.

Объединенные одним объектом, теоретические положения о дознании, государственных органах и должностных лицах, уполномоченных на осуществление дознания, проблемах реализации концепции дознания в правоприменительной деятельности органов внутренних дел, а также концепция совершенствования дознания, образуют систему. В своей совокупности все перечисленные элементы системы составляют целостную, единую концепцию дознания в уголовном процессе Российской Федерации, что обусловлено комплексным подходом к ее разработке. В свою очередь, каждое из этих направлений также предполагает комплексный подход как необходимое условие успешного осуществления уголовно-процессуальной деятельности в сфере дознания.

Вторая глава «Государственные органы и должностные лица, осуществляющие дознание в уголовном процессе Российской Федерации» включает три параграфа и имеет важное теоретическое значение в разрешении последующих прикладных проблем дознания.

В параграфе первом «Понятие и виды органов дознания: проблемы законодательной регламентации» отмечается, что в содержание понятия «орган дознания» включается производство всех полномочий органа дознания, предусмотренных законом. Поэтому государственные органы и должностные лица могут именоваться органами дознания не только в связи с осуществлением ими предварительного расследования в форме дознания.

Для того, чтобы обладать статусом органа дознания совершенно не обязательно быть носителем всех его процессуальных полномочий, и тем более полномочий по производству дознания. Достаточно осуществлять лишь часть из них. С учетом этого, диссертант констатирует, что органами дознания должны называться государственные органы и должностные лица, уполномоченные в соответствии с законом осуществлять процессуальные и иные полномочия, в том числе полномочия по реализации оперативно-розыскной деятельности.

Это обосновывается тем, что УПК РФ (также как и прежний УПК РСФСР), наделяет органы дознания полномочиями на проведение оперативно-розыскных мероприятий. Но если из содержания ст.117 УПК РСФСР четко не определялось, кто из органов дознания обладает этими полномочиями, то современный уголовно-процессуальный закон (п.1 ч.1 ст.40 УПК РФ) эту проблему разрешает. Поэтому причины, побудившие законодателя обозначить отдельные органы дознания через органы, наделенные полномочиями на осуществление оперативно-розыскной деятельности, очевидны. Вместе с тем, диссертант считает, что с точки зрения законодательной техники это сделано не совсем удачно. В пункт 1 ч.1 ст.40 УПК РФ необходимо включить исчерпывающий перечень органов исполнительной власти, наделенных полномочиями на осуществление оперативно-розыскной деятельности и являющихся одновременно органами дознания.

Уголовно-процессуальный закон в одних случаяхотноситк органам дознания государственные органы, в других - должностных лиц. Такое деление полностью согласуется с понятием органа дознания, данным в п.24 ст.5 УПК РФ. Специфическим признаком органов дознания первой группы является их неопределенность как участников уголовного судопроизводства, так как из наименования самого органа нельзя четко узнать, какие именно его должностные лица осуществляют процессуальные полномочия органа дознания. Что касается органов дознания второй группы, то они персонифицированы в виде конкретного должностного лица, который и наделен соответствующим процессуальным статусом.

Анализируя научные подходы, аргументирующие разделение органов дознания на учреждения и должностные лица в зависимости от их компетенции (И.М.Гуткин, Н.Е.Павлов), автор приходит к выводу, что когда органом дознания называется государственный орган, то процессуальные полномочия органа дознания составляют содержание деятельности значительной части его сотрудников. Если же органом дознания признается конкретное должностное лицо, то процессуальные полномочия органа дознания составляют компетенцию только этого лица. Поэтому в такой структуре не может быть других должностных лиц органа дознания, так как производство процессуальных полномочий является исключительной компетенцией только органа дознания -  конкретного должностного лица. Никто иной, кроме него, не может составить и вынести от его или от своего имени любое процессуальное решение, будь то основные процессуальные документы или же протоколы следственных действий.

Параграф второй «Система (способ организации) органа дознания» излагается авторская позиция относительно системы органа дознания, иными словами способа его организации.

Диссертант исходит из того, что существенными признаками системы являются множественность ее элементов (не менее двух) и наличие связей между ними. Поэтому о системе можно говорить лишь применительно к органу дознания в лице государственного органа, представленного в виде руководителя (начальник органа дознания) и подчиненных ему должностных лиц (начальник подразделения дознания, дознаватель и сотрудник органа дознания).

Осуществление дознания предоставляется законом органу дознания в лице государственных органов и должностных лиц, перечисленных в ст.40 УПК РФ, но реализуется это полномочие в системе органа дознания его должностным лицом – дознавателем. Таким образом, полномочие на производство дознания предоставляется законом органу дознания в лице государственного органа, а в его системе оно воплощается в жизнь лишь дознавателем, который должен быть правомочен на осуществление дознания либо уполномочен на то начальником органа дознания. Отсюда почти любое должностное лицо органа дознания, а не только дознаватель по штату, если оно уполномочено начальником органа, может осуществлять предварительное расследование в форме дознания.

Если же орган дознания представлен конкретным должностным лицом, то полномочия органа дознания составляют исключительную компетенцию только этого лица. Поэтому в такой структуре не может быть иных должностных лиц органа дознания, а дознание должно осуществляться лишь этим должностным лицом, аккумулирующим в себе и орган дознания, и дознавателя. Однако правоприменительная деятельность для таких ситуаций придумала институт «делегирования» полномочий органа дознания - должностного лица, подчиненным ему сотрудникам, которые структурным элементом системы органа дознания не являются.

Далее автор приходит к выводу, что должностное лицо органа дознания в лице государственного органа приобретает статус дознавателя при условии возложения на него начальником органа дознания полномочий по осуществлению предварительного расследования в форме дознания и не является таковым при выполнении иных полномочий органа дознания. Для разграничения должностных лиц, реализующих полномочия органа дознания в его системе, диссертантом предлагается ввести в нормативный оборот понятие «сотрудник органа дознания», под которым (в отличие от дознавателя) следует понимать должностное лицо органа дознания, уполномоченное начальником органа дознания на осуществление отдельных полномочий органа дознания, за исключением производства дознания.

В параграфе третьем «Компетенция органа дознания: понятие и проблемы разграничения» диссертант исходит из того, что каждому органу дознания присуща своя компетенция. Причем о ней можно го­ворить только тогда, когда характеризуется юридическая сторона дея­тельности государственного органа или должностного лица. Иную деятель­ность, не связанную с реализацией полномочий в сфере уголов­ного судопроизводства, нельзя включать в содержание понятия «компетенция». Указанный термин невозможно использовать в отношении любых участников уголовного судопроизводства, например, таких как потерпевший, свидетель, обвиняемый, подозреваемый, подсудимый и пр. Недопустимо также отождествление компетенции и деятельности, поскольку стирается грань между фактической деятельностью и той, которая определена законом. Компетенция представляет собой правовую характеристику деятельности должностного лица или государственного органа – его задач, содержания и пределов.

С учетом этого, компетенция органа дознания определяется как совокупность установленных уголовно-процессуальным законом полномочий при исполнении своих функций в определенных конкретно для каждого органа дознания пределах.

Автором обосновывается, что компетенцию органов дознания составляют не только процессуальные, но и иные полномочия. Иные полномочия реализуются органом дознания в рамках оперативно-розыскной функции. Так, полномочия по исполнению письменных поручений следователя о проведении оперативно-розыскных мероприятий, а также полномочия по принятию оперативно-розыскных мер для установления лица, совершившего преступление, хотя и предоставляются органу дознания в процессуальном порядке, но выполняются им в рамках оперативно-розыскной деятельности.

У каждого органа дознания имеется определенный объем полномочий, который он осуществляет в пределах своей компетенции. В уголовно-процессуальном законе нет единой нормы, где были бы сосредоточены все полномочия органа дознания, они рассредоточены по отдельным статьям УПК РФ и не корреспондируются друг с другом. С учетом этого в ст.40 УПК РФ необходимо не только предусмотреть исчерпывающий перечень органов дознания, но и указать конкретные полномочия органа дознания.

Глава третья «Процессуальные проблемы дознания в органах внутренних дел Российской Федерации» содержит пять параграфов, в которых дана объективная оценка современной практике осуществления дознания, выявлены проблемы и предложены пути их разрешения.

В первом параграфе, исследуя рассмотрение сообщения о преступлении как необходимую предпосылку производства дознания,диссертант исходит из того, что деятельность органа дознания, в том числе и дознавателя по рассмотрению сообщения о преступлении носит самостоятельный процессуальный характер и не входит в содержание ни одной из форм предварительного расследования, а лишь предшествует дознанию. Вместе с тем, обладая автономностью от самого дознания, эта деятельность в значительной мере предопределяет его. Исходя из решения, которое будет принято по результату рассмотрения сообщения о преступлении (о возбуждении уголовного дела или об отказе в возбуждении уголовного дела) зависит, будет ли производиться предварительное расследование по уголовному делу или нет. Кроме того, насколько эффективно организована деятельность на стадии возбуждения уголовного дела, насколько она соответствует закону, настолько же, в значительной степени, зависит успех предстоящего дознания, а значит и реализация назначения уголовного судопроизводства в целом.

Стадия возбуждения уголовного дела традиционно конструируется в российском уголовном процессе как отдельная, первоначальная стадия уголовного судопроизводства (Ю.Н.Белозеров, В.Н.Григорьев, Н.В.Жогин, Д.С.Карев, А.В.Победкин, Ф.Н.Фаткуллин, Г.П.Химичева, А.А.Чувилев). Диссертантом обосновывается недопустимость ее ликвидации, чем устранится своеобразный фильтр, отсеивающий информацию о действиях, не содержащих признаков преступления или в силу, указанных в законе условий, не подлежащих преследованию в уголовном порядке. Это в одинаковой мере отрицательно скажется как на охране прав и законных интересов личности, так и на эффективности производства по уголовному делу.

Деятельность органа дознания (дознавателя) на первоначальной стадии уголовного судопроизводства, предшествующей дознанию включает: 1) прием и регистрацию сообщения о преступлении; 2) его предварительную проверку; 3) принятие процессуального решения по результатам рассмотрения сообщения о преступлении. В ходе исследования автор приходи к выводу, что порядок рассмотрения сообщения о преступлении, а в особенности проверка, обладают значительными недостатками, что требует:

1) предусмотреть конкретный перечень следственных и иных других действий, которые должны осуществляться в целях проверки сообщения о преступлении, включая получение объяснений;

2) дополнить ч.4 ст.146 УПК РФ правилом о незамедлительном направлении прокурору копии постановления органа дознания о возбуждении уголовного дела, что в соответствии с ч.1 ст.146 УПК РФ обусловлено его правомочием на принятие такого решения;

3) скорректировать наименование и содержание Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях, объявленной приказом МВД России от 1 декабря 2005 г. № 985 в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, в том числе исключить из п.12 требование об оформлении рапорта сотрудника органа внутренних дел либо протокола принятия устного заявления о преступлении в случае, когда устное сообщение о преступлении сделано при производстве следственного действия, так как это противоречит ч.4 ст.141 УПК РФ.

Второй параграф посвящен проблемам совершенствования законодательной регламентации осуществления следственных действий. Диссертантом отмечается, что каждое следственное действие в той или иной мере обладает принудительностью и опирается на государственное принуждение. Вместе с тем, в одних следственных действиях (осмотр жилища, обыск, личный обыск, выемка, освидетельствование, получение образцов для сравнительного исследования и пр.) принуждение имеет ярко выраженный характер, так как решение об их производстве формулирует властное веление компетентного органа государства или должностного лица. В других - (допрос, очная ставка, следственный эксперимент, проверка показаний на месте и пр.) оно усматривается не столь явно, но это не означает его отсутствия. Данные следственные действия также обладают элементами принудительности, которая состоит в выполнении своих процессуальных обязанностей участниками следственных действий независимо от их желания на то. Без принуждения невозможно эффективно противодействовать тем участникам уголовного судопроизводства, которые не хотят добросовестно выполнять возложенные на них уголовно-процессуальным законом обязанности, при этом такоепринуждения должно осуществляться с учетом определенных условий и иметь свои пределы допустимости.

Автором обращено внимание на то, что в деятельности дознавателей органов внутренних дел встречаются случаи подмены процессуального освидетельствования его медицинским аналогом. Тем не менее, освидетельствование как следственное действие необходимо четко отличать от медицинского освидетельствования, так как, последнее не регламентировано законом и не является процессуаль­ным. Кроме того, процессуальное освидетельствование производится по постановлению органа предварительного расследования. Следует учитывать и то, что освидетельствование как следственное действие носит поисковый характер и осу­ществляется с целью обнаружения на теле человека, как любых следов преступления, так и особых примет. Медицинское обследование: глав­ным образом направлено на фиксацию телесных повреждений; его ре­зультаты могут быть использованы при производстве судебно-меди­цинской экспертизы; составляемый при процессуальном освидетельствова­нии протокол является источником доказательств, а медицинская справка или акт, в котором медики фиксируют результаты проводимо­го ими медицинского освидетельствования, относятся к иным документам.

На практике нередко выемка подменяется обыском из-за того, что недостаточно установленные данные о местонахождении предмета или документа расцениваются как основание к производству выемки, тогда как реально должен производиться обыск либо необходима иная более достоверная информация.

Кроме того, автором отмечается, что в деятельности органов внутренних дел имеет место и необоснованное производство отдельных следственных действий, а также разного рода другие нарушения норм закона. В целях совершенствования правоприменительной деятельности и законодательной регламентации отдельных следственных действий предлагается:

1) предусмотреть в ст.170 УПК РФ, что понятые должны приглашаться лишь по требованию самого подозреваемого (обвиняемого) или его защитника, а также свидетеля, потерпевшего и его представителя, то есть того лица, чьи конституционные права на неприкосновенность личности, жилища, частной жизни и законные интересы затрагиваются в ходе следственного действия;

2) уточнить формулировку ч.1 ст.188 УПК РФ, указав в ней, помимо порядка вызова на допрос свидетеля и потерпевшего, также подозреваемого;

3) дополнить ч.4 ст.189 УПК РФ правилом о порядке воспроизведения результатов применения во время допроса аудио- и (или) видеозаписи, киносъемки допрашиваемому лицу, а также его защитнику;

4) отказаться от формально-обязательного участия защитника в ходе допроса для обеспечения допустимости показаний подозреваемого и обвиняемого, включая случаи их добровольного отказа от защитника;

5) установить в ч.1 ст.51 УПК РФ требование об обязательном участии защитника, в случае если у одного из участников очной ставки имеется защитник.

В третьем параграфе в рамках анализа особенностей избрания, проблем правового регулирования и практики применения дознавателем мер процессуального принуждения исследуется понятие мер процессуального принуждения, их виды, проблемы регламентации и применения задержания, мер пресечения, а также иных мер процессуального принуждения.

Задержание рассматривается как мера принуждения с явно выраженным неотложным характером. Однако закон не позволяет осуществлять его тогда, когда это в большей степени было бы необходимо, а именно при производстве органом дознания неотложных следственных действий. Для чего предлагается предусмотреть в законе такую возможность.

Диссертантом обращено внимание на особенности избрания в ходе дознания мер пресечения, обусловленные тем, что они применяются к обвиняемому, и лишь в исключительных случаях - к подозреваемому. При этом по правилам ст.100 УПК РФ обвинение должно быть предъявлено подозреваемому не позднее 10 суток с момента применения меры пресечения, а если подозреваемый был задержан, а потом заключен под стражу – в тот же срок с момента задержания. После истечения 10 суток, если обвинение не будет предъявлено, мера пресечения немедленно должна быть отменена. В ходе производства дознания процессуальная фигура обвиняемого появляется только с момента составления обвинительного акта. Диссертантом задается вопрос: как в этой ситуации поступить дознавателю? Ведь при избрании меры пресечения в отношении подозреваемого он должен руководствоваться именно положениями ст.100 УПК РФ.

Регламентация разрешения этой проблемы содержится законодателем только применительно к единственной мере пресечения – заключение под стражу, для избрания которой в ходе дознания установлены некоторые особенности. Если в отношении подозреваемого такая мера пресечения была избрана, то обвинительный акт составляется не позднее 10 суток со дня заключения подозреваемого под стражу (ч.1 и 2 ст.224 УПК РФ). При невозможности составить обвинительный акт в 10-суточный срок со дня заключения подозреваемого под стражу, законодатель предусмотрел возможность предъявления ему обвинения на общих основаниях и в общем порядке, после чего производство дознания продолжается в порядке, установленном гл.32 УПК РФ, либо данная мера пресечения должна быть отменена (ч.3 ст.224 УПК РФ). Вместе с тем, исходя из того, что правила гл.23 УПК РФ, регламентирующие процедуру привлечения лица в качестве обвиняемого, на производство дознания не распространяются, дознаватель не может привлечь лицо в качестве обвиняемого в порядке, предусмотренном для предварительного следствия. Диссертантом сделан вывод о необходимости более четкое законодательное разрешение указанной проблемы.

Кроме того, в данном параграфе отмечается, что вторжение дознавателя в личную жизнь граждан, ограничение их прав, свобод и законных интересов, неизбежны при производстве предварительного расследования. С одной стороны, очевидно, что такие ограничения вызваны объективными обстоятельствами. С другой стороны, так же очевидно, что эти меры в какой-то мере ущемляют права и личную свободу граждан. Сам по себе факт ограничения личной свободы граждан, унижение их чести и достоинства не может быть признан допустимым. Этим обусловлена необходимость четкого нормативного регулирования применения мер процессуального принуждения. Вместе с тем, отдельные проблемы вызваны именно отсутствием такового, для чего предлагается:

1) регламентировать в законе отрезок времени между физическим захватом лица, его доставлением и составлением протокола задержания, разделив процессуальное задержание на два самостоятельных элемента - доставление и задержание;

2) предусмотреть в УПК РФ обязанность должностных лиц, осуществляющих задержание, разъяснения задержанному лицу его права иметь защитника, а также принятия мер к удовлетворению ходатайства о приглашении защитника и его назначении путем уведомления об этом юридической консультации;

3) в п.4 ст.98 УПК РФ дополнить наименование меры пресечения присмотр за несовершеннолетним обвиняемым словами: «или подозреваемым»;

4) предусмотреть в ст.106 УПК РФ минимальный и максимальный пределы залога с целью сориентировать дознавателя (следователя) в выборе его размера;

5) подробно урегулировать на законодательном и ведомственном нормативном уровне порядок применения домашнего ареста.

В параграфе четвертом при рассмотрении проблем приостановления дознания подробно освещены сущность приостановления и возобновления дознания, а также проблемы применения отдельных оснований приостановления дознания. Диссертантом отмечается, что приостановление дознания допустимо по любому из предусмотренных в законе оснований (ч.1 ст.208 УПК РФ), однако не все из условий, необходимых для принятия такого решения, могут быть реализованы, что обуславливается особым моментом появления в ходе дознания обвиняемого.

Анализ правоприменительной деятельности выявил ряд проблем данного института. Так, когда лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено (п.1 ч.1 ст.208 УПК РФ) дознание часто приостанавливалось по причине некачественной работы еще до возбуждения уголовного дела.

Приостановление дознания по п.2 ч.1 ст.208 УПК РФ, когда подозреваемый (обвиняемый) скрылся от следствия либо место его нахождения не установлено по иным причинам нередко имеет место до истечения срока на производство дознания. Сюда вошло не только принятие решения о приостановлении дознания раньше 30 суток, но и случаи бездействия дознавателей, когда до окончания дознания они не вообще проводили никаких процессуальных действий, фактически приостанавливая предварительное расследование по уголовному делу. В результате этого ряд обстоятельств уголовного дела остаются невыясненными.

До приостановления дознания дознаватель обязан принять меры по розыску подозреваемого или обвиняемого. Он может быть объявлен как во время производства дознания, так и одновременно с его приостановлением (ч.2 ст.210 УПК РФ). Однако часто розыск подозреваемого объявляется только одновременно с приостановлением дознания, хотя информация о том, что подозреваемый скрылся и место его нахождения неизвестно, выявлялась намного раньше. Такие факты отрицательно сказываются на последующем обнаружении скрывшегося лица.

Автором обращено внимание на то, что закон не только не содержит примерного перечня заболеваний, влекущих приостановление предварительного расследования вследствие временного тяжелого заболевания подозреваемого или обвиняемого, удостоверенного медицинским заключением (п.4 ч.1 ст.208 УПК РФ), но и не разграничивает их, что требует соответствующей корректировки уголовно-процессуального закона, наряду с другими, обозначенными в данном параграфе проблемами. Для этого необходимо:

1) предусмотреть в ст.210 УПК РФ требование о незамедлительном объявлении розыска, как только станет очевидным факт, что лицо скрылось и место его нахождения неизвестно;

2) разграничить в п.4 ч.1 ст.208 УПК РФ временное тяжкое заболевание подозреваемого или обвиняемого на психическое и иное тяжкое;

3) исключить из текста ч.5 ст.108 УПК РФ слово «международный» для возможности принятие судебного решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу при отсутствии объявленного в розыск обвиняемого.

Параграф пятый посвящен проблемам окончания дознания прекращением уголовного дела и составлением обвинительного акта.

Рассматривая проблемы прекращения уголовного дела дознавателем, диссертант уделяет внимание понятию и значению этого вида окончания предварительного расследования, затем последовательно исследуются особенности применения отдельных оснований прекращения уголовного дела или уголовного преследования и предлагаются пути их оптимизации.

Относительно окончания дознания составлением обвинительного акта  автор констатирует, что законодатель проигнорировал регламентацию этой процедуры в УПК РФ. Для того, чтобы найти выход из сложившейся ситуации предложено обратиться к правилам ст.217 УПК РФ, которые предусмотрены для аналогичной процедуры предварительного следствия. Нельзя с большой уверенностью сказать, что все они распространяются и на дознание, так как ч.1 ст.223 УПК РФ не называет гл.30 в числе тех, которыми регламентируется порядок производства дознания. Вместе с тем, иного выхода уголовно-процессуальный закон не предоставляет.

Кроме того, в рамках данного параграфа затрагиваются отдельные вопросы выполнения прокурором действий по уголовному делу, поступившему с обвинительным актом. Подвергнута критике точка зрения, что в случаях, когда по окончании дознания прокурор направляет уголовное дело для производства предварительного следствия, изменение формы расследования образует новую (третью) форму предварительного расследования – последовательного сочетания (И.Г.Башинская). Продолжение расследования после проведенного дознания, оконченного обвинительным актом, когда обвиняемый и потерпевший уже ознакомились с ним, а также всеми материалами уголовного дела, вносит некоторые коррективы в порядок предварительного следствия. К примеру, у следователя отсутствует необходимость в привлечении лица в качестве обвиняемого, так как оно уже стало таковым по окончании дознания. Во всем же остальном, процедура предварительного следствия почти ничем не отличается. Поэтому вряд ли допустимо предполагать, что речь должна вестись о третьей форме предварительного расследования.

Диссертантом отмечается, что для случаев возвращения прокурором уголовного дела с целью производства дополнительного дознания либо пересоставления обвинительного акта законодатель не предусмотрел возможность нового ознакомления с материалами уголовного дела и обвинительным актом. Получается, что дознаватель может изменить содержание обвинения без уведомления об этом обвиняемого и его защитника. Это не соответствует принципу состязательности, нарушает права обвиняемого. Вместе с тем, процедура дознания усложнится, если выполнить вновь весь комплекс процессуальных действий по ознакомлению с материалами уголовного дела и обвинительным актом, а также предусмотреть это для иных участников уголовного судопроизводства.

Делается вывод, что возвращение прокурором уголовного дела для производства дополнительного дознания является один из эффективных процессуальных способов в устранении нарушений закона, допускаемых дознавателем при производстве по уголовному делу, и служит своеобразной преградой для поступления в суд материалов, которые не должны быть предметом судебного разбирательств.

Анализ правоприменительной деятельности показал, что многие проблемы окончания дознания, как прекращением уголовного дела, так и окончания составлением обвинительного заключения обусловлены причинами их неудачного нормативного регулирования. В целях разрешения проблем окончания дознания предлагается:

1) указать в редакции п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ не «отсутствие события преступления», а «отсутствие деяния (действия или бездействия)»;

2) отразить в постановлении о прекращении уголовного дела согласие не только обвиняемого (ч.3 ст.213 УПК РФ), но и подозреваемого, а в случае принятия решения по ч.1 ст.427 УПК РФ – подозреваемого, обвиняемого или его законного представителя;

3) предусмотреть в уголовно-процессуальном законе возможность допроса обвиняемого в ходе дознания по существу предъявленного ему обвинения после представления обвинительного акта и перед ознакомлением со всеми материалами уголовного дела;

4) регламентировать в УПК РФ процедуры уведомления заинтересованных участников уголовного судопроизводства об окончании дознания, а также их ознакомления с материалами уголовного дела и обвинительным актом.

В главе четвертой «Проблемы организации дознания в органах внутренних дел Российской Федерации» исследуются вопросы организации дознания в контексте устройства и порядка функционирования, а также деятельности, направленной на упорядочение его состояния; предлагаются меры по оптимизации порядка формирования подразделений дознания.

Рассматривая в первом параграфе структуру органов внутренних дел как органа дознания (службы, подразделения и должностные лица, реализующие полномочия органа дознания), диссертант раскрывает, кто в органах внутренних дел выполняет полномочия органа дознания.

Автором отмечается, что буквальное толкование уголовно-процессуального закона не позволяет считать какие-либо службы и подразделения органов внутренних дел самостоятельным органом дознания. В п.1 ч.1 ст.40 УПК РФ таковым названы органы внутренних дел Российской Федерации, только их в целом и необходимо рассматривать в качестве органа дознания. Однако из всех подсистем органов внутренних дел, лишь милиция осуществляет полномочия органа дознания, что обуславливается характером возложенных на нее задач, спецификой выполняемых обязанностей и реализуемых прав в сфере правоохранительной деятельности, но она также не может быть самостоятельным органом дознания. В силу этого необходима корректировка ч.2 ст.8 и ч.2 ст.9 Закона о милиции с исключением там упоминания, что криминальная милиция и милиция общественной безопасности являются органами дознания и указанием возложения на криминальную милицию и милицию общественной безопасности полномочий органа дознания.

По мнению диссертанта, правовая природа расследования обуславливает необходимость организационного выделения специализированных подразделений в любом государственном органе, представленном в качестве органа дознания и реализующем полномочия по производству предварительного расследования в форме дознания. Введение в уголовно-процессуальный закон начальника подразделения дознания как участника уголовного судопроизводства дало возможность их нормативного закрепления как самостоятельных, организационно выделенных подразделений, представляющих собой специализированные подразделения органа дознания, реализующие его процессуальные полномочия путем производства расследования в форме дознания.

В параграфе втором речь идет о системе процессуального руководства дознанием, которая включает деятельность начальника органа дознания и начальника подразделения дознания.

Автор приходит к выводу, что начальник органа дознания является субъектом управления по отношению к дознавателю и любому другому должностному лицу органа дознания, в том числе начальнику подразделения дознания. Их взаимоотношения носят характер субординации. Поэтому начальник органа дознания осуществляет руководство для надлежащей организации деятельности не только дознавателя, но и любого другого должностного лица органа дознания. Что касается отношений начальника подразделения дознания внутри системы «орган дознания» с сотрудниками, осуществляющими другие полномочия органа дознания, то они имеют не субординационный, а координационный характер по причине отсутствия не только служебной, но и процессуальной соподчиненности друг с другом. Его полномочия ограничены лишь сферой дознания, а также вверенным ему подразделением, а руководство распространяется на находящихся в его подчинении дознавателей.

Диссертантом обращено внимание на сложившуюся практику утверждения начальником органа дознания принимаемых дознавателем решений по уголовному делу в тех случаях, когда это не предусмотрено законом, что приводит к утрате самостоятельности дознавателя. Разрешением обозначенной проблемы стала бы регламентация статуса начальника органа дознания в отдельной норме УПК РФ с четким перечнем его полномочий в сфере руководства дознанием. Относительно же принятия решений по уголовному делу иным должностным лицом органа дознания (сотрудником органа дознания), то их утверждение начальником органа дознания необходимо, что объясняется адресацией норм уголовно-процессуального закона либо дознавателю, либо органу дознания в целом.

Далее отмечается, что в органах внутренних дел статусом дознавателя может быть наделено любое должностное лицо не специализирующееся на производстве предварительного расследования, что негативно отражается на качестве проводимого дознания. Квалифицированное расследование могут обеспечить только штатные дознаватели подразделений дознания. Поэтому только они должны стать единственными должностными лицами органов внутренних дел, осуществляющими предварительное расследование в форме дознания, освобождая иных должностных лиц (сотрудников органа дознания) от выполнения данного полномочия.

Автор считает, что выделение подразделений дознания из состава милиции общественной безопасности и передача их в непосредственное подчинение начальнику органа внутренних дел нарушило бы систему построения органов внутренних дел как органа дознания, где его полномочия традиционно осуществляются милицией. Это автоматически вывело бы подразделения дознания из милиции и превратило их в подразделения аналогичные следственным подразделением, что допустимо лишь в случае ведомственного обособления следственного аппарата. Подразделения дознания должны сохраниться в качестве организационной основы осуществления органами внутренних дел предварительного расследования, но об их автономном существовании вне милиции говорить, по мнению диссертанта, еще рано.

Освещая в третьем параграфе проблемы формирования и профессиональной подготовки сотрудников подразделений дознания анализируются необходимые для дознавателя качества: деловые, оптимальные личные и специальные профессиональные, с чем связан вопрос об обеспечении качественной профессиональной подготовки, переподготовки, повышения квалификации.

Диссертантом отмечается, что в настоящее время одной из важных задач остается стабилизация профессионального ядра сотрудников подразделений дознания, воспитание, обучение и закрепление молодых специалистов. От правильного формирования подразделений дознания сотрудниками, качественного их состава, а также отвечающей всем современным требованиям профессиональной подготовки зависит эффективность проводимого дознания. Практика испытывает нужду в высококвалифицированных специалистах для подразделений дознания, чем обосновывается необходимость их специализации по этому профилю во время обучения в вузах МВД России.

Глава пятая «Концепция совершенствования дознания в уголовном процессе Российской Федерации» состоит из четырех параграфов и представляет собой целостную систему взглядов на перспективную модель дознания.

В первом параграфе обосновывается выделение концепции совершенствования дознания в качестве самостоятельной составной части более общей концепции. При этом отмечается, что такое выделение достаточно условно и позволяет систематизировать различные суждения, научные взгляды, воззрения и предложения в юридической науке и правоприменительной практике, направленные на преобразование дознания, выраженные в конкретных научных рекомендациях и предложениях по его совершенствованию. Обобщение и дополнительная аргументация всех полученных выводов в ходе исследования, а также концептуально-критический анализ предложений по совершенствованию современной модели дознания в уголовном процессе Российской Федерации, предоставляют возможность сформулировать итоговые суждения относительно ближайших перспектив института дознания и предложить конкретные пути совершенствования его теоретической и нормативной моделей. Это имеет существенное значение в построении научно-обоснованной концепции дознания.

В параграфе втором «Концептуально-критический анализ суждений о реформировании современной модели дознания» исследуются высказанные в теории уголовного процесса предложения, касающиеся перспектив дознания.

Обращено внимание на то, что хотя современное дознание осталось самостоятельным видом уголовно-процессуальной деятельности, формой предварительного расследования, ошибки и просчеты законодателя вызвали в науке уголовного процесса целую волну идей, связанных с его реформированием. Некоторые процессуалисты предлагали упразднив дознание, наделить органа дознания лишь правом возбуждения уголовных дел и производства неотложных следственных действий (Е.А.Нагаев, В.В.Нечаев, Ж.В.Эстерлейн). Другие исследователи выход из сложившегося кризиса видели в устранении полномочий органа дознания по расследованию уголовных дел, с упразднением дознавателя в качестве субъекта уголовного судопроизводства, но при условии сохранения самого дознания, которое необходимо было перепоручить для осуществления следователю, наряду с производством предварительного следствия (И.Г.Башинская). Рассмотрена позиция целой группы ученых, что дознание должно лишь дополнять уголовно-процессуальную деятельность следователя, но никак не заменять ее (Ю.В.Дерищев, В.Н.Махов, В.В.Николюк, А.Л.Оболкина).

Не считая ликвидацию дознания разумным решением, автор присоединяется к мнению большинства современных исследователей о необходимости его реформирования (А.М.Баранов, Б.Я.Гаврилов, С.И.Гирько, А.В.Ковтун, С.Л.Маслёнков, В.М.Суслов, Г.П.Химичева). Диссертант в этой связи считает, что было бы неправильным безгранично расширять дознание, заменяя им предварительное следствие, но также неверно сужать его лишь до первоначального этапа, предшествующего предварительному следствию. 

В параграфе третьем «Совершенствование теоретической модели дознания» выделены базовые теоретические положения модели дознания   и изложено авторское видение на них.

Диссертантом сделан вывод, что дознание и предварительное следствие должны функционировать параллельно, не превалировать, а взаимно дополнять друг друга. Поэтому нет необходимости в законодательном закреплении, что производство предварительного следствия обязательно по всем уголовным делам, за исключением тех, по которым производится дознание. Достаточно ограничиться уже имеющимся указанием в законе, что предварительное расследование производится в форме предварительного следствия либо в форме дознания, сформулированном в ч.1 ст.150 УПК РФ. При этом установление в законе отчетливых критериев их разделения – залог успеха эффективности производства по уголовному делу.

Диссертантом обосновывается, что дознание необходимо рассматривать не только как производство предварительного расследования в полном объеме, но и часть его, то есть расследование в неполном объеме. Их производство должно возлагаться только на орган дознания, исключив из закона все упоминания о следователе (связав его лишь с производством предварительного следствия). При этом каждый вид дознания нужно четко распределить между дознавателями и сотрудниками органа дознания, чем будет обеспечен наиболее эффективный способ его организации. Два вида дознания могли бы быть объединены одним родовым понятием, но осуществляться по разным категориям дел и в различных процессуальных процедурах.

В отношении модели дознания в неполном объеме автором предлагается: а) придать статус дознания производству неотложных следственных действий в порядке ст.157 УПК РФ, назвав его дознанием в неполном объеме; б) предусмотреть его производство органом дознания в лице уполномоченного начальником органа дознания сотрудника органа дознания; в) допустить лишь исключительный характер, обусловленный срочной необходимостью принять меры к обнаружению и фиксации следов преступления, а также доказательств, требующих закрепления, изъятия и исследования; г) рассматривать как первоначальный этап расследования, могущий предшествовать не только предварительному следствию, но и дознанию в полном объеме.

В отношении модели дознания в полном объеме необходимо: а) предусмотреть его производство органом дознания в лице дознавателя только подразделения дознания; б) сохранить в процедуре существующие особенности производства (более сокращенный срок, отличный механизм производства, осуществление под более жестким надзором прокурора, иной режим окончания и др.); в) рассматривать в качестве формы предварительного расследования, альтернативной предварительному следствию и осуществляемой определенными государственными органами исходя из их ведомственной целесообразности, то есть решаемых задач в сфере правоохранительной деятельности. 

В данном параграфе констатируется, что единственная и наиболее эффективная форма функционирования дознания – четкое разделение с предварительным следствием и разноведомственная принадлежность. Оторванность от интересов конкретного ведомства приведет к утере специализации, а также проблемам эффективного взаимодействия с оперативными подразделениями органов внутренних дел.

Кроме того, диссертантом обосновывается необходимость нормативного перераспределения уголовных дел так, чтобы следователи могли сконцентрироваться на тяжких и особо тяжких уголовных делах, а дознаватели, используя более упрощенную, по сравнению с предварительным следствием, процедуру дознания в полном объеме, эффективно и в разумные сроки осуществляли бы предварительное расследование по всем остальным категориям уголовных дел.

В параграфе четвертом «Совершенствование нормативной модели дознания» обобщив и систематизировав все разработанные в рамках настоящего исследования предложения по совершенствованию норм УПК РФ, регламентирующих институт дознание и выразив их в виде отдельных доктринальных норм Проекта Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», диссертант предлагает конкретные пути по совершенствованию нормативной модели дознания. 

В заключении подводятся итоги исследования и формулируются основные выводы и предложения по совершенствованию законодательства и практики его применения.

В конце работы приведен список использованной литературы и имеются приложения.

По теме исследования автором опубликованы 58 научных и учебно-методических работ, часть из которых размещена и поддерживается на страницах Интернет-сайта «Федерального Правового портала» (http://www.law.edu.ru страница «Персоналии», «Уголовный процесс»), в том числе:

Монографии и учебные пособия:

  1. Мичурина О.В. Концепция дознания в уголовном процессе Российской Федерации и проблемы ее реализации в органах внутренних дел: Монография. – М.: Московский университет МВД России, 2008 – 23,5 п.л.
  2. Мичурина О.В. Дознание: теоретические основы и особенности процессуального порядка производства в органах внутренних дел: Монография. – М.: Московский университет МВД России, 2007 – 18,6 п.л.
  3. Химичева Г.П., Мичурина О.В., Химичева О.В., Мичурин В.С.  Проблемы нарушений уголовно-процессуальных норм при возбуждении и прекращении уголовных дел, способы их устранения:  Монография. - М.: Московский университет МВД России, 2004 – 11,9/2,9 п.л. (в соавторстве).
  4. Химичева Г.П., Мичурина О.В., Химичева О.В. Окончание предварительного расследования прекращением уголовного дела:  Монография. - Рязань, Узорочье, 2001 – 10,0/3,3 п.л. (в соавторстве).
  5. Уголовный процесс. Досудебное производство: Учебник / Под ред. А.В.Гриненко и А.В.Ендольцевой. – М.: ЦОКР МВД России, 2006 – 23/1,5 п.л. (в соавторстве с В.К.Бобровым, О.В.Волынской, В.Н.Григорьевым и др.)
  6. Мичурина О.В., Изотова О.В., Черенкова Н.В. Уголовный процесс: Рекомендации по изучению курса в свете изменений уголовно-процессуального законодательства: Учебно-методическое пособие. - М.:  Юридический институт МВД РФ, 1995 – 3,75/1,5 (в соавторстве).
  7. Мичурина О.В. Обеспечение прав и законных интересов личности в уголовном процессе: Лекция. - М.: Юридический институт МВД РФ, 1996 – 2,5 п.л.
  8. Уголовный процесс в схемах (с приложением образцов основных процессуальных документов). Вып. 1. Общая часть. - М.: Юридический институт МВД РФ, 2000 – 7,5/1,8 п.л. (в соавторстве с Г.П.Химичевой, О.В.Химичевой, Л.Т.Ульяновой и др.).
  9. Прокурорский надзор в Российской Федерации: Учеб. пособие для ВУЗов. - М.: Книжный мир, 2001 – 5,0/0,3 п.л. (в соавторстве с Г.П.Химичевой, О.В.Волынской и др.).
  10. Химичева Г.П., Мичурина О.В., Химичева О.В. Прекращение уголовного дела на стадии предварительного расследования: Учебно-методическое пособие. - М.: Юридический институт МВД РФ, 2001 – 6,2/2,1 (в соавторстве).
  11. Химичева Г.П., Мичурина О.В., Денисов С.В., Коваленко Д.А. Уголовный процесс: Учебно-методические материалы. - М.: Книжный мир, 2002 – 5,5/1,5 п.л. (в соавторстве)
  12. Химичева Г.П., Химичева О.В., Мичурина О.В. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации: Учеб. пособие для вузов / Под ред. Г.П.Химичевой. - М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2002 – 12,0/4,0 п.л. (в соавторстве).
  13.  Мичурина О.В. Предварительное расследование: предварительное следствие и дознание: Учеб. пособие // Уголовный процесс: Сборник учебных пособий. Особенная часть. Вып. 2. - М.: Информационно-методический центр ГУК МВД России, 2002 - 2,0 п.л.
  14. Уголовный процесс: судебное производство, особые производства. Курс лекций / Под ред. В.К.Боброва. – М.: Московский университет МВД России, 2002 – 8,7/0,7 п.л. (в соавторстве с В.К.Бобровым, О.Б. Виноградовой  А.С.Есиной и др.).
  15. Химичева Г.П., Мичурина О.В., Химичева О.В. Уголовный процесс: Учебно-методическое пособие / Под ред. Г.П.Химичевой. - М.: Информационно-методический центр ГУК МВД России, 2004 – 11,0/3,6 п.л. (в соавторстве).
  16.  Химичева О.В., Мичурина О.В. Основы уголовного судопроизводства: Учеб. пособие для вузов / Под ред. Г.П.Химичевой. - М.: Московский университет МВД России, 2005 – 18,0/9,0 п.л. (в соавторстве).
  17.  Мичурина О.В. Обеспечение прав и свобод личности при производстве дознания: Учеб. пособие. - М.: Московский университет МВД России, 2007. – 9,7 п.л.

Статьи, опубликованные в журналах, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации:

  1. Мичурина О.В. Является ли проведение органом дознания неотложных следственных действий разновидностью дознания? // Законодательство. 2005. № 6. – 0,3 п.л.
  2.  Мичурина О.В. О применении принуждения при производстве следственных действий // Законодательство. 2006. № 4. – 0,9 п.л.
  3.  Мичурина О.В. О компетенции государственных органов и должностных лиц в уголовном судопроизводстве и ее разграничении на примере органов дознания // Российский судья. 2006. № 6. – 0,7 п.л.
  4.  Мичурина О.В., Перетокин С.Н. Обеспечение законности и обоснованности прекращения уголовного дела // Российский следователь. 2006. № 7. - 0,5/0,25 п.л. (в соавторстве).
  5. Мичурина О.В. Некоторые замечания о системе органов дознания и необходимости ее совершенствования // Законодательство. 2007. № 2. – 0,9 п.л.
  6. Мичурина О.В., Вершинина Т.В. Отдельные проблемы института дополнительного расследования в уголовном судопроизводстве // Российский следователь. 2007. № 18. – 0,5 п.л. (в соавторстве).
  7. Мичурина О.В. Институт дознания в отечественной концепции уголовного судопроизводства и пути его совершенствования // Законодательство. 2008. № 5. – 0,5 п.л.
  8. Мичурина О.В. О перспективах совершенствования института дознания // Адвокатская практика . 2008. № 2. – 0,5 п.л.

Статьи, опубликованные в рецензируемых изданиях:

  1. Чернышова О.В. Компетенция начальника следственного изолятора, лечебно-трудового профилактория и воспитательно-трудового профилактория как органа дознания // Проблемы совершенствования правового регулирования деятельности правоохранительных органов на современном этапе: Сб. науч. тр.  - М.: Московская высшая школа милиции МВД России, 1991 - 0,5 п.л.
  2.  Чернышова О.В. Понятие и значение компетенции должностных лиц и органов,  осуществляющих уголовное судопроизводство // Современные проблемы расследования преступлений: Сб. науч. тр.  – Волгоград: Волгоградская высшая следственная школа МВД России, 1991 – 0,5 п.л.
  3.  Мичурина О.В. Возбуждение уголовного дела по первичным материалам о преступлении начальниками следственных изоляторов и лечебно-трудовых профилакториев // Проблемы повышения эффективности деятельности органов внутренних дел: Сб. науч. тр.  - М.: Московская высшая школа милиции МВД России, 1992 – 0,5 п.л.
  4.  Мичурина О.В. Органы дознания в системе следственных изоляторов и лечебно-трудовых профилакториев // Актуальные проблемы правоохранительной деятельности в современных условиях: Материалы межвуз. науч. конф., 11-12 июня 1992 г. (г. Н.-Новгород) – Н.-Новгород: Нижегородская высшая школа МВД России, 1992 – 0,3 п.л.
  5.  Мичурина О.В. По закону // Преступление и наказание. № 6. 1993 – 0,3 п.л.
  6. Мичурина О.В. Организационные аспекты дознания в следственных изоляторах // Проблемы совершенствования борьбы с преступностью на современном этапе: Материалы междун. науч. сем., 20 июня 1995 г. (г. Рязань). – Рязань: Институт права и экономики МВД России, 1996 – 0,5 п.л.
  7.  Мичурина О.В., Волынская О.В. Некоторые вопросы прекращения уголовных дел по основаниям, предусмотренным ч.2 ст.5, ст.6-9 УПК //  Проблемы борьбы с преступностью в современных условиях российского общества: Материалы науч.-практ. конф., 29 октября 1998 г. (г. Москва). - М.: Юридический институт МВД России, 1998 – 0,4/0,2 п.л. (в соавторстве).
  8.  Мичурина О.В. Особенности прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием о преступлениях, связанных с незаконным оборотом оружия // Проблемы борьбы с незаконным оборотом оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и их использование в преступных целях: Материалы науч.-практ. конф., 7-8 октября 1999 г. (г. Тула)– М. - Тула: Юридический институт МВД России, 2000 – 0,5 п.л.
  9.  Мичурина О.В. Некоторые проблемы института прекращения уголовного дела // Нормотворческая и правоприменительная техника в уголовном и уголовно-процессуальном праве: Сб. научн. статей. – Ярославль: Яросл. гос. ун-т,  2000 – 0,3 п.л.
  10.  Мичурина О.В. Некоторые аспекты производства органом дознания неотложных следственных действий // Организационно-правовые проблемы совершенствования деятельности органов внутренних дел и профессиональной подготовки кадров: Материалы науч.-практ. конф., 18-19 октября 2001 г. (г. Руза). Часть 2. - М.: Юридический институт МВД России, 2002 – 0,3 п.л.
  11.  Мичурина О.В. Новые аспекты дознания по Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации // Новый уголовно-процессуальный закон: теория и практика применения: Материалы межвед. «круглого стола» / Под ред. О.А.Галустьяна, О.И.Цоколовой. - М.: Московский университет МВД России, 2003 – 0,3 п.л.
  12.  Мичурина О.В. О некоторых проблемах проверки сообщений о преступлениях // Проблемы предварительного следствия и дознания: Сб. науч. тр. - М.: ВНИИ МВД России, 2004 – 0,5 п.л.
  13. Мичурина О.В. О месте стадии возбуждения уголовного дела в системе досудебного производства // Формирование климата доверия и толерантного сознания как основы предупреждения экстремизма: Материалы второй междун. науч.-практ. конф., 29-30 сентября 2004 г. (г. Рязань) / Под ред. С.Боронбекова - Рязань: Рязанский филиал Московского университета МВД России, 2005 – 0,3 п.л.
  14.  Мичурина О.В. Особенности избрания мер пресечения при производстве предварительного расследования в форме дознания // Следователь. 2005. № 6 – 0,3 п.л.
  15. Мичурина О.В. Проблемы эффективности производства органом дознания осмотра и освидетельствования // Незаконный оборот наркотиков и легализация преступных доходов как угроза экономической безопасности Российской Федерации: Материалы науч.-практ. конф., 3 ноября 2005 г. (г. Рязань) - Рязань: Рязанский филиал Московского университета МВД России, 2005 – 0,3 п.л.
  16. Мичурина О.В. Особенности задержания по подозрению в совершении преступления в деятельности органа дознания // Социально-экономические и правовые аспекты собственности переходного периода и роль ОВД в ее защите: Сб. науч. ст. / Под ред. И.А.Михайловой, С.Н.Бакунина, М.В.Лихачева - Рязань: Рязанский филиал Московского университета МВД России, 2005 – 0,3 п.л.
  17.  Мичурина О.В. Окончание дознания составлением обвинительного акта // Процессуальная деятельность милиции: Материалы науч.-практ. конф., ноябрь 2005 г. (г. Москва). - М.: ВНИИ МВД России, 2006 – 0,5 п.л.
  18. Мичурина О.В. Уголовно-процессуальная регламентация рассмотрения сообщения о преступлении в органах внутренних дел // Проблемы предупреждения и раскрытия тяжких преступлений. Взаимодействие правоохранительных и судебных органов на международном уровне: Материалы междун. сем., 10-11 апреля 2006 г. (г. Рязань) / Под ред. В.И.Чернышова, С.Я.Лебедева, С.А.Дербичевой, Н.М.Демко - Рязань: Рязанский филиал Московского университета МВД России, 2006 – 0,5 п.л.
  19. Мичурина О.В. Проблемы разграничения оснований прекращения уголовного дела и уголовного преследования // Проблемы предупреждения и раскрытия тяжких преступлений. Взаимодействие правоохранительных и судебных органов на международном уровне: Материалы междун. сем., 10-11 апреля 2006 г. (г. Рязань) / Под ред. В.И.Чернышова, С.Я.Лебедева, С.А.Дербичевой, Н.М.Демко - Рязань: Рязанский филиал Московского университета МВД России, 2006 – 0,3 п.л.
  20.  Мичурина О.В. Правовая природа дознания и его место в системе досудебного производства // Проблемы квалификации и расследования преступлений, подследственных органам внутренних дел: Материалы науч.-практ. конф., 27 сентября 2006 г. (г. Москва) – М.: ВНИИ МВД России, 2007 – 0,5 п.л.
  21. Мичурина О.В. Приостановление дознания: проблемы законодательной регламентации и правоприменения // Досудебное производство: проблемы и перспективы: Материалы межвед. науч.-практ. конф., посвященной 5-летию принятия уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, 2 марта 2007 г. (г. Москва). - М.: Московский университет МВД России, 2007 - 0,5 п.л.
  22. Мичурина О.В. Понятие органов дознания и регламентация их полномочий в уголовном судопроизводстве // Досудебное и судебное производство: проблемы и перспективы развития: Материалы межвуз. науч.-практ. конф., апрель 2007 г. (г. Смоленск)  – Смоленск, 2007 – 0,5 п.л.
  23. Мичурина О.В. Структура органов внутренних дел как органа дознания; службы и подразделения, реализующие полномочия органа дознания // Материалы науч.-метод. сем. по проблемам преподавания учебных дисциплин «Правоохранительные органы» и «Правоохранительные органы и правоохранительная деятельность», 14 марта 2008 г. (г. Москва). - М.: Московский университет МВД России, 2008 - 0,5 п.л.

 

 

 

 

Мичурина Оксана Валерьевна

 

КОНЦЕПЦИЯ ДОЗНАНИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПРОБЛЕМЫ ЕЕ РЕАЛИЗАЦИИ В ОРГАНАХ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

 

 

Подписано в печать ________                    

Формат 60х84 1/16.                                 Печать офсетная.

Усл. печ. л. 1,2                                              Уч.-изд. л. _____                       

Тираж 100 экз.                                           Заказ № ______                                                      

 

Москва

Журнал не отмечен знаком «*» в перечне рецензируемых изданий, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации для опубликования результатов диссертационных исследований.

Диссертант изменила в 1991 году фамилию «Чернышова» на «Мичурина».

Собрание законодательства РФ. 2001. № 52. Ст.4921. Далее по тексту – УПК РФ.

Российская газета. 2007. 8 июня.

Там же. 9 июня.

Там же. 1 августа.

См.: Сводный отчет по России за январь-декабрь 2005 г. – М.: ГИАЦ МВД России, 2005; Сводный отчет по России за январь-декабрь 2006 г. – М.: ГИАЦ МВД России, 2006; Сводный отчет по России за январь-декабрь 2007 г. – М.: ГИАЦ МВД России, 2007.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.