WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Теоретико-методологические проблемы развития судебной власти в системе государства: историко-правовой аспект

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

 

На правах рукописи

 

 

ФЕТИЩЕВ ДМИТРИЙ ВЛАДИМИРОВИЧ

Теоретико-методологические проблемы развития судебной власти в системе государства:

историко-правовой аспект

 

 

Специальность 12.00.01 – теория и история права

и государства; история учений о праве и государстве

 

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

 

 

Москва – 2008

Работа выполнена в Академии экономической безопасности МВД России на кафедре государственно-правовых дисциплин

Официальные оппоненты: Заслуженный юрист Российской Федерации

доктор юридических наук, профессор

Александров Алексей Алексеевич;

Заслуженный юрист Российской Федерации

доктор юридических наук, профессор

Шахрай Сергей Михайлович;

доктор юридических наук, профессор

Сафонов Владимир Евгеньевич

Ведущая организация:       Казанский государственный университет

      имени В.И. Ульянова-Ленина

Защита состоится «___» _____________ 2008 г. в «_____» часов на заседании диссертационного совета Д 203.022.02 при Академии экономической безопасности МВД России по адресу: 129329, г.Москва, ул. Кольская, д.2. Зал Ученого совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Академии экономической безопасности МВД России

Автореферат разослан «______»________________ 2008 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета                                                          Ю.Е.Ширяев

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы диссертационного исследования. Становление и развитие Российской Федерации в качестве правового государства представляет собой достаточно продолжительный исторический процесс, который предполагает совершенствование правовой системы, механизма государства; развитие экономики и институтов гражданского общества; укрепление законности и правопорядка. В настоящее время происходит активное реформирование всех, без исключения, сфер государственной и общественной жизни России.

В то же время, вследствие отсутствия общей стратегии реформирования российского государства и общества, а также недостаточной последовательности и решительности в осуществлении реформ, многие серьезные противоречия не были своевременно и надлежащим образом урегулированы и продолжают существовать в явных и латентных формах. Возникла и все более возрастает опасность спонтанного и непрогнозируемого, никак не урегулированного государством и институтами гражданского общества их стихийного разрешения. При этом следует констатировать, что процесс осознания и научного осмысления этих противоречий как органами государственной власти, так и научным сообществом, явно отстает от темпов их появления, созревания и развития. Это, в свою очередь, создает опасность утраты контроля за ситуацией в государстве и обществе и делает возможным развитие противоречий по стихийному, во многом деструктивному, сценарию.

Так, реальное осуществление режима законности в правовом государстве не может быть обеспечено путем разрозненной деятельности органов правосудия и правоохранительных органов, поскольку законность и задачи её обеспечения составляют краеугольный камень в судебной и правоохранительной деятельности государства.

Поэтому представляется несомненной необходимость концентрации внимания исследователей на анализе теоретических и практических основ судебной власти в условиях трансформирующегося российского государства. Это является сложной, многоаспектной задачей, ставящей своей целью совершенствование правового регулирования и деятельности всех составных частей судебной системы, расширение организационных и функциональных полномочий судебных органов, а также упорядочение прав и обязанностей всех участников судебного процесса.

Необходимость коренных изменений в судебной системе и судопроизводстве России назревала давно. В условиях командно-административной системы в СССР, суды рассматривались в одном ряду с органами прокуратуры, внутренних дел, органами государственной безопасности – то есть с правоохранительными органами, основная задача которых заключалась в борьбе с правонарушениями и преступлениями. Несмотря на то, что в нормативных актах того времени провозглашались весьма демократические нормы о правах и свободах граждан, о независимости судей, о праве обвиняемого на защиту, на деле их реализация определялась господствующей коммунистической идеологией. В этой ситуации суды не могли в полной мере выступать в качестве гаранта обеспечения прав и свобод граждан.

Начавшиеся в начале 90-х годов прошлого века в стране экономические и политические реформы, привели к существенным изменениям в деятельности суда, и, в первую очередь, в его функциях. На первое место стали выходить задачи правовой защиты и обеспечения прав и свобод человека. Это, в свою очередь, потребовало расширения судебной юрисдикции и изменения устоявшихся правил судопроизводства по гражданским и уголовным делам, усиления в них демократических основ и состязательности. В постсоветской России началось становление самостоятельной и независимой судебной власти, способной не только обеспечить права и свободы человека, но и в контексте системы сдержек и противовесов оказать влияние на действия законодательной и исполнительной властей, «уравновешивать» их, выступать в спорных случаях в качестве арбитра.

При этом достаточно очевидно, что простое «совершенствование» работы всех государственных органов, включая и судебные, не сопровождающееся радикальными функционально-организационными и кадровыми переменами, их правовым и идеологическим обеспечением, не позволит добиться ожидаемого повышения эффективности. Необходимо именно комплексное и научно обоснованное их реформирование – системная модернизация, нацеленная на изменение структуры и логики функционирования всей системы государственных органов; изменение фактических целей и ориентиров ее деятельности, мотивации и системы стимулов.

Отдельная программа должна быть принята для повышения степени заинтересованности и ответственности работников правоохранительных органов, прежде всего, судебной и пенитенциарной систем в реформировании механизма обеспечения законности.

Необходимо заново отстроить систему органов, призванных противостоять коррупции в государственных органах, пересмотрев при этом законодательную базу для ведения оперативной, а также профилактической работы по выявлению, пресечению и предотвращению коррупции и злоупотребления служебными полномочиями.

Судебная реформа должна также предполагать, с одной стороны, резкое усиление ответственности (в том числе уголовной) должностных лиц и граждан за неисполнение судебных решений, а с другой – ответственности судей за принятие незаконных, заинтересованных или заведомо неисполнимых решений. Система судопроизводства по гражданским делам, включая арбитраж, должна быть существенно расширена, с тем, чтобы обеспечить возможность своевременного и оперативного рассмотрения соответствующих исков и вынесения решений.

Сложность и важность поставленных задач не позволяет считать продолжающуюся научную и общественную дискуссию по проблемам реформирования судебной системы исчерпанной, не оставляющей места для новых поворотов и выводов, что и определяет актуальность данного исследования.

Степень научной разработанности темы. Уровень и степень научной разработанности темы настоящего исследования, на наш взгляд следует разделить на два аспекта. Во-первых, речь идет об анализе проблем судебной власти как таковой, как единого, цельного конституционного правового института. Во-вторых, о рассмотрении отдельных институциональных составляющих органов судебной власти.

Эти проблемы явились предметом исследований таких видных ученых, как А.И. Александрова, Л.Б. Алексеева, М.И. Байтина, А.Д. Бойкова, Н.В. Витрука, К.С. Гаджиева, В.Г. Графского, В.Н. Голузо, И.Ф. Демидова, И.Я. Дюрягина, З.Д. Еникеева, В.М. Жуйкова, В.Д. Зорькина, З.З. Зинатуллина, С.В. Игнатьевой, И.А. Исаева, Г.Н. Козырева, В.М. Корноухова, Э.Ф. Кунцовой, В.М Курицына, В.В. Лазарева, А.М. Ларина, В.И. Летучих, Р.З. Лившица, В.З. Лукашевича, П.А. Лупинской, Ю.А. Ляхова, Л.Н. Масленниковой, Э.В. Мельниковой, Т.Г. Морщаковой, Я.О. Мотовиловкера, Р.С. Мулукаева, В.П. Нажимова, С.Н. Нафиева, В.С. Нерсесянца, Л.В. Николаевой, И.Л. Петрухина, В.М. Савицкого, Ю.И. Стецтковского, М.С. Строговича, Ю.А. Тихомирова, М.Х. Фарукшина, П.А. Филиппова, Т.Я. Хабриевой, А.Г. Хабибулина, М.А. Чельцов-Бебутова, В.Е. Чиркина, А.А. Чувилева, А.Л. Цыпкина, С.М. Шахрая, В.И. Швецова, Б.С. Эбзеева, П.С. Элькинда и др.

Нельзя обойти вниманием и тот теоретико-методологический опыт, который был накоплен отечественной наукой XIX – начала XX столетия. Указанные проблемы были предметом исследования в работах виднейших российских ученых и государственных деятелей: Н.Н. Алексеева, М.А. Бакунина, Н.А. Бердяева, А.В. Васильева, Б.П. Вышеславцева, А.Д. Градовского, В.М. Гессена, Н.Я. Данилевского, Н.А. Зверева, И.А. Ильина, Л.П. Карсавина, Б.А. Кистяковского, Н.М. Коркунова, П.А. Кропоткина, Ф.Ф. Кокошкина, С.А. Котляровского, Н.И. Лазаревского, К.Н. Леонтьева, С.А. Муромцева, П.И. Новгородцева, Г.В. Плеханова, В.В. Розанова, В.В. Соловьева, М.М. Сперанского, Е.Н. Трубецкого, С.Л. Франка, П.Я. Чаадаева, Б.Н. Чичерина, Г.Ф. Шершеневича, А.С. Ященко и др.

Среди зарубежных авторов, внесших вклад в изучение становления и развития органов судебной власти можно назвать труды: Р. Бернхардта, М. Вебера, А. Гамильтона, М. Гравитца, Д. Елазара, Э. Карра, Дж. Локка, Е. Мачкува, М. Моммзена, Ш. Монтескье, Д. Мэдисона, Н. Нэновски, В. Острома, К. Поппера, Р. Пэнто, Ж.Ж. Руссо, Р. Саватье, М. Сербана, А. Страуса, Г. Таллока, Л. Фридмэна, К. Хессе, А. Шайо и др.

Актуальность проблемы, ее недостаточная разработанность в современной литературе, обусловили выбор темы и предопределили ее комплексный, междисциплинарный характер.

Гипотеза исследования состоит в предположении о том, что системный подход к анализу судебной власти предоставит возможность рассмотреть в комплексе ее политико-правовую сущность, содержание и практические проблемы функционирования. Это создаст необходимые предпосылки для укрепления нормативных и институциональных основ судебной власти в России.

Выполненное исследование также основано на допущении о том, что выбор указанных в диссертации временных рамок позволит в полном объеме решить ряд фундаментальных и проблемных вопросов теории и истории права и государства, существенно обогатить не только возможность понимания современных процессов в сфере государства и права, но и будет способствовать преодолению разрыва между должным и сущим в функционировании права и государства, поможет сделать более действенной и эффективной российскую судебную систему.

Объектом исследования являются общественные отношения, складывающиеся: в сфере организации и осуществления судебной власти; взаимодействия судебных органов с другими органами государственной власти и институтами гражданского общества; в процессе эволюции (трансформации) системы судебной власти России.

Предметом исследования являются теоретические, нормативные и организационные основы функционирования системы судебных органов; основные теоретико-методологические и политико-правовые основы институционализации судебной системы и осуществления правосудия; их роль в процессе реализации конституционных принципов правовой государственности в активно реформирующейся России.

Цель и задачи диссертационного исследования. Цель настоящего диссертационного исследования заключается в анализе теоретических, правовых и содержательных аспектов развития системы судебной власти как основной составляющей системы российского государства; изучении теоретико-правовых основ трансформации системы судебной власти, отражающей процессы совершенствования государственного управления в целом; выявление её фундаментальных черт и наиболее важных закономерностей развития; выделение объективных постоянных детерминант и переменных составляющих в целях выработки теоретических положений и организационно-правовых методов ее модернизации; подготовка практических предложений по совершенствованию судебной системы.

Для достижения поставленных целей в рамках диссертационного исследования решались следующие задачи:

? уточнить категориальный аппарат, характеризующий судебную власть и судебную систему в современном российском государстве;

? провести историко-правовой анализ развития органов судебной власти в России;

? рассмотреть новые институты судебной власти с точки зрения трансформационных процессов современной России;

? проанализировать конституционно-правовое закрепление и регулирование места и роли органов судебной власти;

? представить опыт взаимодействия органов государственной власти и судебных органов в процессе модернизации общества;

? дать характеристику перспектив модернизации конституционного регулирования деятельности органов правосудия;

? рассмотреть генезис прецедентного права и возможность его рецепиирования в правовую систему современной России.

Методологическая и источниковая основы исследования. В процессе диссертационного исследования для решения поставленных задач использованы общенаучные, частнонаучные и специальные принципы и методы исследования. Автором разработана методология комплексного исследования системы нормативных основ и институциональной структуры судебной системы как элемента государственного механизма современной России.

В работе использовались гносеологический, аксиологический и деятельностный подходы. Использованы общефилософские методы исследования (материалистической диалектики, исторический, логический). Кроме того, в работе применены общесоциологический, системно-структурный, сравнительно-правовой, формально-юридический методы познания. Комплексное применение указанных методов и научных достижений позволило диссертанту выявить общие закономерности и раскрыть предмет диссертационного исследования, решив, тем самым поставленные перед ним задачи.

Положения диссертации соотнесены с высказываниями, суждениями, оценками ведущих ученых, проиллюстрированы ссылками на современное и ранее действовавшее законодательство России и зарубежных стран.

Эмпирическую базу исследования составили правовые и иные источники: Конституция Российской Федерации и конституции зарубежных стран; международно-правовые акты; законы и иные нормативные правовые акты, в том числе, ведомственные, регулирующие деятельность судебной системы. Использовались также данные социологических исследований и материалы, опубликованные в средствах массовой информации.

Наряду с трудами ранее упомянутых специалистов по проблемам функционирования и развития судебной власти автор подверг также анализу и работы по смежным проблемам, относящиеся к теме диссертационного исследования

Научная новизна диссертационного исследования определяется комплексным подходом в рассмотрении поставленной проблемы. В частности, на основе нормативного, научного и фактического материала осуществлена разработка актуальной проблемы теоретико-прикладного характера, связанного с обеспечением эффективности функционирования судебной системы.

Диссертация представляет собою монографическое исследование проблем развития судебной власти в системе государства, основанное на современных научных подходах и анализе государственного строительства современной России. В работе представлен концептуальный анализ причин и условий модернизации судебной системы российского государства сквозь призму правового регулирования данного института.

В работе получили развитие теоретические положения о понятии «государственная власть», «принцип разделения властей», «политико-правовая сущность и содержание судебной власти».

Особое внимание в диссертации уделяется исследованию общетеоретических и политико-правовых аспектов становления и развития системы судебной власти, ее исторических моделей и функциональных проявлений в реальной государственно-правовой действительности России.

Развивается теория судебного прецедента, определяется понятие, признаки, социальная сущность и виды данного источника права. Комплексно освещаются проблемы становления и развития судебного прецедента и судебной практики в российской правовой системе; применение судебного прецедента в практической деятельности судов как дополнительного источника права.

На основе анализа теории и практики создания и применения судебного прецедента и судебной практики, сформулированы предложения юридическом закреплении судебного прецедента в правовой системе России.

Названные, а также иные результаты и сформулированные положения, в совокупности отражают тенденции и перспективы системного исследования судебной системы Российской Федерации, что имеет существенное значение для теоретического анализа современных политико-правовых процессов.

Диссертантом преследовалась цель дать объективную оценку роли и места судебной власти в системе государства современной России; содержания и результатов ее реформирования; сформулировать выводы и предложения, направленные на решение выявленных проблем.

Положения, выносимые на защиту. Результатом научного анализа данной проблемы являются выносимые на защиту выводы и положения. 

1. Судебная власть выступает в качестве одной из важнейших сторон воплощения народовластия. Она обеспечивает соответствующие формы и методы организации полновластия народа в специфической сфере его осуществления, включающей общественные отношения, обладающие особой, повышенной ценностью для государства. Это выражается в создании механизма реализации гражданским обществом и каждой отдельной личностью юридических прав и защиты от посягательств на установленный в государстве правопорядок. Именно посягательство на них служит основанием применения судебной власти.

2. Функции судебной власти являются не только частью направлений деятельности государства по организации современного социума (разрешение социальных конфликтов, сохранение социального мира и правопорядка как основное направление деятельности судебной власти), но и также содержательно определяются регулятивной и охранительной функцией права. Функции судебной власти осуществляются исключительно правовыми средствами, в правовом пространстве и направлены на реализацию права в целом. Функциональная самостоятельность судебной власти определяется как выделением ее собственных, специфических направлений деятельности в системе государственного управления обществом, так и связью ее с действующим правом. Эти основные теоретические постулаты приводят к выводам о своеобразии и особенностях функций судебной власти.

3. Специфическим для судебной власти является отсутствие внутреннего организационного единства и соподчиненности судов. Речь идет не только о существовании в ряде государств нескольких изолированных подсистем судов (в России – суды общей юрисдикции и арбитражные суды; во Франции ? и административные суды), но и об отсутствии строгого соблюдения принципа подчиненности и подотчетности нижестоящих судов вышестоящим (характерного для большинства государственных органов). Указанное состояние дел наличествует и в квалификационных коллегиях судей. Естественно, вышестоящий суд вправе в соответствии с установленными процессуальными процедурами пересмотреть (изменить) решение, принятое нижестоящим судом. Однако давать обязательные указания нижестоящим судам по разрешению конкретных дел он не вправе. Также и любые государственные органы, органы местного самоуправления, общественные объединения и иные лица не могут, каким бы то ни было образом, вмешиваться в деятельность судов и отдельных судей.

4. Суд в древнерусском государстве не был отделен от органов государственного управления. Соответственно, судебные функции возлагались как на приказы, так и на органы местного самоуправления, а судебная власть в России в XIV, XV, XVI веках и в первой половине XVII века подразделялась на местную и центральную. Первоначально судебная власть была по преимуществу единоличной (за исключением «смесных» судов), а начиная с XVI века также и коллегиальной ? в съездах губных старост, в заседаниях «излюбленных» судей и в приказах.

5. Реформа в судоустройстве, произведенная в 50-60-е годы XVI в. (был подготовлен новый Судебник -1550 г., некоторые его положения были заимствованы из Судебника 1497 г., в котором преобладало стремление к установлению в общероссийском масштабе единых правовых норм и единого судопроизводства) значительно повлияла на изменение структуры судебной системы.

6. Конец XVII – начало XVIII вв. ознаменовались серией реформ Петра Великого, направленных на модернизацию экономической и социально-культурной жизни в стране. Он предпринял первую попытку отделения суда от администрации. В ходе реформ Петром I были созданы две системы инстанций: сначала судебно-административная (коменданты, городовые и провинциальные воеводы-губернаторы), а в 1717 г. ? судебная (судьи и городовые провинциальные суды ? надворные суды). Несмотря на определенную прогрессивность данных шагов, в 1722 г. был ликвидирован институт городовых судей, их компетенция была передана воеводам, что привело к «нерегулярности» в областной системе судов того времени, нарушило ее организацию и иерархию присутственных мест, запутало порядок принесения апелляционных жалоб. Итогом явилось замедление делопроизводства в судах, скапливание дел, неудовлетворительное их решению, а впоследствии произошел и полный отказ от созданной Петром I общей системы местных судебных органов.

7. Период в истории дореформенной России, начиная с эпохи правления Екатерины I и вплоть до 1861 г., характеризуется постоянными изменениями в системе правосудия. Упразднялись старые и возникали новые судебные установления. Общей чертой этого периода является соединение судебной и правительственной власти. Система судебных органов была «медлительна», неэффективна и коррумпирована. Судебная реформа сделалась общим требованием либералов, а в эпоху кризиса власти и общественного подъема, вызванного поражением царского режима в Крымской войне, ? одним из наиболее настоятельных требований общественности в целом.

8. Шестидесятые годы XIX века в истории России характеризуются переходом от общества внеэкономического принуждения к обществу экономических методов управления социальными процессами; вычленением личности из сословных структур; началом формирования гражданского общества, трансформации государственно-правовых институтов в соответствии с новыми общественно-экономическими реалиями. Переход общества из одного качественного состояния в другое был оформлен многочисленными реформами, самой последовательной и прогрессивной из которых была судебная реформа 1864 г. Александр II не видел другого средства, кроме как сломать «эту прогнившую конструкцию и возвести на ее месте новую, из импортных материалов». Общепризнанным является тот факт, что судебная реформа 1864 г. являлась наиболее демократичной и последовательной из всех реформ 60-70-х годов XIX столетия. Закрепление указанных принципов на тот момент было существенным шагом вперед.

9. В эпоху правления Александра III властное окружение, которое состояло из сторонников абсолютной монархии (М.Н. Катков, К.П. Победоносцев, К.И. Пален) не могло смириться с самостоятельностью судов, с гласностью судебного разбирательства и в России начинается судебная контрреформа, результатом которой стало существенное ограничение провозглашенных принципов правосудия: а) изменяется порядок расследования и судебного рассмотрения политических преступлений; б) ограничиваются права подсудимых; в) ограничиваются и частично отменяются такие демократические институты как независимость, несменяемость судей, гласность и состязательность судопроизводства, рассмотрение дел с участием присяжных заседателей; г) практически упраздняется мировая юстиция и осуществляется слияние в низовом звене административной власти с властью судебной.

10. Основы советской судебной системы были заложены сразу после октябрьских событий 1917 г. Согласно декрету II Всероссийского съезда Советов в качестве центрального органа судебного управления создается Наркомат юстиции РСФСР. Он осуществлял надзор за исполнением законов с правом опротестования незаконных постановлений и решений исполнительной власти; мог привлекать к уголовной ответственности нарушителей закона; надзирал и руководил расследованием дел; мог требовать пересмотра приговоров и решений судов; осуществлял надзор за законностью и правильностью содержания заключенных под стражей и через тюремно-карательный отдел осуществлял управление местами заключения. На местах представителями наркомата были комиссары юстиции, которые избирались местными Советами и фактически являлись местными органами судебного управления. В судебную систему также входили революционные трибуналы. Декреты советской власти о суде от 24 ноября (7 декабря) 1917 г., от 7 марта 1918 г. и 30 июня 1918 г. предусматривали иную систему судопроизводства. Суды, начиная с первого декрета, могли руководствоваться прежними законами «лишь постольку, поскольку таковые не отменены революцией и не противоречат революционной совести и революционному правосознанию».





Судебная система подверглась реформированию с принятием Положения о судоустройстве РСФСР от 31 октября 1922 г. В России создавалась единая судебная система: народный суд, губернский суд, Верховный Суд РСФСР. Кроме того, временно действуют военные трибуналы и некоторые другие специальные суды. С принятием Конституции СССР 1936 г. судебная система в стране была перестроена. В соответствии с Конституцией правосудие в СССР осуществляли: Верховный Суд СССР, Верховные суды союзных республик, краевые и областные суды, суды автономных республик и автономных областей, окружные суды, народные суды, а также специальные суды СССР, создаваемые по постановлению Верховного Совета СССР.

В 1958-1961 гг. была предпринята новая кодификация уголовно-процессуального законодательства. Основы уголовного судопроизводства приняты 25 декабря 1958 г. Уголовно-процессуальные кодексы союзных республик принимались в 1959-1961 гг. Принятие нового законодательства одновременно означало его реформирование. Оно стало более демократичным. Расширялись процессуальные гарантии личности, предусматривалось больше возможностей для ведения состязательного процесса и исправления ошибочных судебных решений. Судебная система организовывалась в соответствии с Основами законодательства о судоустройстве Союза ССР, союзных и автономных республик от 25 декабря 1958 г. и законами о судоустройстве союзных республик.

Конституция СССР 1977 г., внесла мало нового в правовое регулирование организации и деятельности судебной системы, но в целом ее положения выглядели достаточно демократично. В декабре 1988 г. в нее были внесены некоторые изменения. Был установлен запрет какого-либо вмешательства в деятельность судей и народных заседателей под угрозой ответственности по закону. Предусматривалось установление гарантий независимости судей и народных заседателей Законом о статусе судей в СССР и другими законодательными актами.

11. Началом становления судебной власти в современной России считается 24 октября 1991г. ? день принятия Верховным Советом РСФСР Концепции судебной реформы. Главной задачей судебной реформы было признано утверждение судебной власти в государственном механизме как самостоятельной влиятельной силы, независимой в своей деятельности от законодательной и исполнительной ветвей власти. В 1992г. был принят закон «О статусе судей», гарантирующий судьям независимость. Основные положения Концепции судебной реформы получили свое отражение в Конституции Российской Федерации 1993г., в главе 7 ? «Судебная власть». В 1996г. принят Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации». В статье 1 указанного закона закреплены важнейшие положения о том, что судебная власть в Российской Федерации осуществляется только судами, а также то, что она является самостоятельной и действует независимо от законодательной и исполнительной властей. Кроме того, в целях развития судебной реформы, за последние годы в Российской Федерации принят еще ряд законов: Федеральный закон от 10.01.1996г. «О дополнительных гарантиях социальной защиты судей и работников аппаратов судов Российской Федерации», Федеральный закон от 21.07.1997г. «Об исполнительном производстве», Федеральный закон от 21.07.1997г. «О судебных приставах», Федеральный закон от 17.12.1998г. «О мировых судьях в Российской Федерации», Федеральный закон от 23.06.1999г. «О военных судах Российской Федерации», Федеральный закон от 02.01.2000г. «О народных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации». Таким образом, законодателем предприняты достаточно решительные действия для реализации в правовом пространстве России Концепции судебной реформы.

12. Признание государством юридически обязательными регуляторами общественного поведения фактически сформировавшиеся отношения и связи ? сближает правовой прецедент с правовым обычаем. Если вынести за скобки природу обычая, возникающего в обществе и гарантируемого государством, и прецедента, предлагаемого государством в качестве регулятора общественных отношений, то между ними можно найти немало общего. Наиболее значимо это проявляется в содержании тех целей и задач, которые ставит перед собой государство, санкционируя правовой обычай или устанавливая общеобязательность правового прецедента. Так, если обычай служит опорой государства в процессе его формирования, то правовой прецедент закрепляет государственный приоритет при регулировании общественных отношений.

13. Сочетание двух начал – централизация судебной власти в рамках единой судебной системы, с одной стороны, и организационно-процессуальное разделение судебных органов по отраслям ? с другой, имеет существенное значение для становления правовых начал в применяемом судами законодательстве, позволяя в правовой сущности норм видеть и использовать как общие, так и специфические проявления. Предполагается, что процесс судебного становления права, функционирования и усиления правовых начал в применяемом законодательстве, включает в себя общее и специфическое. Механизм взаимодействия в условиях правовой государственности права и судебной власти включает в круг исследуемых вопросов те аспекты деятельности судебной власти, которые имеют особую значимость для такого взаимодействия. Судебная власть – это те государственно-властные полномочия, которые представлены специальным органам государства – судам – по разрешению отнесенных к их компетенции вопросов, возникших при применении права и реализации этих полномочий путем конституционного, гражданского, уголовного, административного, арбитражного судопроизводства с соблюдением процессуальных норм, создающих гарантию права, законности и справедливости принимаемых судами решений.

14. Анализ судебных актов, содержащих нормативные положения, дает нам все основания говорить об их прецедентном характере. При этом одни (например, решения Конституционного Суда РФ, излагающие правовые позиции) по своей природе и по способу формирования очень близки прецеденту. Сходство других заключается лишь в способности суда создавать своими действиями нормы права. Во втором случае прецедентный характер акта выражается в обязанности применения судами норм, зафиксированных в таком акте. Сложившаяся ситуация в сфере нормотворческой деятельности российских судов настоятельно требует необходимой законодательной регламентации. Отсутствие таковой в настоящий момент не отвечает потребностям развития общества и препятствует становлению правового государства.

15. При всем различии судебных систем, в большинстве стран романо-германской правовой семьи судебная организация построена по иерархическому принципу. Основная часть дел подведомственны судам первой инстанции, имеющимся на всей территории страны. Над ними расположено значительно меньшее число апелляционных судов. И венчает «пирамиду» верховный суд. Именно решения верховных судов постепенно приобретают силу правового прецедента.

16. Степень устойчивости правопорядка любого государства во многом зависит от соблюдения принципа единообразия судебной практики. Игнорирование судом правил, созданных им самим, ставит под сомнение законность вынесенных решений, в основу которых это правило было положено. С другой стороны, при подтверждении судом высшей инстанции правильности принятого решения либо при использовании вышестоящим судом при рассмотрении аналогичного дела правила, созданного судом низшей инстанции, авторитет этого правила усиливается и оно становится образцом разрешения таких дел в нижестоящих судах. В данном случае мы можем говорить о сложившейся практике разрешения определенной категории дел. При таких обстоятельствах любой судья при вынесении решения обязан руководствоваться правилами, выработанными практикой.

Теоретическая и практическая значимость исследования определена комплексным подходом к изучению проблем развития судебной власти в государстве переходного типа. В работе представлена система взаимосвязанных теоретико-методологических и историко-правовых положений, характеризующих становление, развитие, тенденции и перспективы судебной власти в России.

Проведенный анализ общетеоретических проблем развития судебной власти в России позволяет по-новому взглянуть на природу этого элемента государственного механизма. Полученные выводы и обобщения будут способствовать развитию разделов теории и истории права и государства, а также конституционного права, касающихся деятельности органов судебной власти, гарантий прав и свобод человека и гражданина, законности и правопорядка, правоохранительной системы, правотворчества, реализации права. Данная работа может также стать основой для более глубоких общетеоретических и отраслевых исследований.

На базе теоретико-методологических положений в работе изложены научно-обоснованные решения, направленные на совершенствование деятельности системы судебных органов. Реализация сформулированных в диссертационном исследовании рекомендаций может стать теоретической основой для решения ряда практических проблем, связанных с деятельностью органов судебной власти. Использование результатов исследования позволит на практике повысить эффективность функционирования судебной системы, оптимизировать ее деятельность по выполнению поставленных задач, а также обеспечить взаимодействие с другими органами государственной власти, местного самоуправления и институтами гражданского общества.

Выводы и положения диссертационной работы могут быть использованы при подготовке учебников, учебных пособий по теории государства и права, истории политических и правовых учений, теории конституционного права, а также в системе повышения квалификации профессиональных юристов, государственных служащих и в преподавательской практике при чтении общих и специальных курсов по юридическим дисциплинам.

Обоснованность и достоверность результатов исследования достигается объективным анализом значительного объема нормативных правовых актов, регулирующих деятельность судебной власти; исследованием правоприменительной практики судебных органов, материалов и документов государственных правоохранительных органов и правозащитных организаций, международно-правовых актов, статистических данных, опубликованных материалах, относящихся к общетеоретическим проблемам деятельности системы судебных органов, результатов социологических опросов, в том числе опросов сотрудников и руководителей правоохранительных органов. Рассмотрен мировой и отечественный опыт. Изучены данные, относящиеся к федеральному, территориальному и местным уровням.

Достоверность полученных в ходе диссертационного исследования результатов основывается на изучении автором работ по философии права, теории и истории права и государства, по международному праву, по отраслевым юридическим наукам, а также литературы по философии, социологии, политологии, этике, культурологии как отечественных (дореволюционной, советской и современной России), так и зарубежных исследователей.

Все это позволило автору проанализировать поставленную проблему в комплексе и получить достоверные, объективные знания по указанной проблеме.

Апробация и внедрение результатов исследования. Основные теоретические положения, выводы и научно-практические рекомендации, содержащиеся в диссертации, обсуждались и были одобрены на кафедре государственно-правовых дисциплин Академии экономической безопасности МВД России.

Ключевые моменты и основные теоретические положения диссертации нашли отражение в изданных диссертантом научных работах, в том числе в 10 статьях, опубликованных в ведущих научных журналах, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией для публикации основных научных результатов диссертаций на соискание ученой степени доктора наук.

Основные положения диссертации получили отражение в докладах и выступлениях на международных, всероссийских и региональных научных конференциях, конгрессах, «круглых столах».

Положения, содержащиеся в диссертации, нашли отражение в подготовленных автором учебных и учебно-методических пособиях, а также лекциях по учебным дисциплинам «Теория государства и права», «История государства и права России», «История государства и права зарубежных стран». Некоторые теоретические положения были использованы при подготовке аспирантов, в процессе научного руководства их исследованиями.

Материалы исследования докладывались автором на семинарах-совещаниях, оперативных совещаниях, заседаниях Ученого совета, перед профессорско-преподавательским составом Академии экономической безопасности МВД России, на заседаниях кафедры государственно-правовых дисциплин Академии.

Внедрение результатов исследования подтверждается соответствующими официальными актами.

Структура и объем диссертации предопределяется целями и задачами исследования. Диссертационное исследование по объему выполнено в соответствии с установленными требованиями и состоит из введения, четырех разделов, включающих одиннадцать глав, расположенных в соответствии с избранными подходами к изложению материала и методологией исследования, заключения и библиографии.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, определяются степень разработанности темы, объект, предмет, цели и задачи работы, ее методологическая основа; формулируются научная новизна и основные положения, выносимые на защиту; отмечается практическая значимость и апробация результатов исследования.

Раздел I. Политико-правовые основания исследования судебной власти

В первой главе«Государственная власть» в категориальном аппарате общей теории права и государства» ? с позиций теоретико-методологического характера рассматривается эволюция категории «государственная власть».

Следует отметить, что государство как целостная система органов, структур, использующих самые различные ресурсы, сегодня занимает особое место в системе социальных властеотношений. Только отдельные государственные органы вправе применять насилие, обеспечивать обязательность принимаемых решений. Государство по природе своей является организацией всего общества, так или иначе, отражающей его различные интересы. Власть государства распространяется на всех лиц, проживающих на данной территории, независимо от вероисповедания, политических позиций, социального положения.

Власть проявляется через деятельность государственного органа, сила которого определяется совокупностью полномочий, делегированных ему государством для выполнения поставленных перед ним задач. Функция (понимаемая как направление деятельности) не характеризует власть как возможность осуществлять принуждение. Можно сказать, что одной из функций государства в целом является осуществление принуждения, но в этом случае речь идет лишь об одном из направлений деятельности, но не о содержании власти.

Несколько иной подход к определению природы государственной власти изложен Л.И. Петражицким. Признавая принуждение атрибутом власти, он понимал государственную власть как правоотношение, а о власти говорил как о правах одних во взаимосвязи с обязанностями других. «Под специальными властями следует разуметь соответственные специальные, т.е. ограниченные определенною областью поведения, обязанности одних ? права других». В то же время, по Л.И. Петражицкому, субъекты верховной и подчиненных властей осуществляют функции издания законов (законодательная власть), судебную и исполнительную. Как видим, ученый не ставил цели дать четкое определение понятия государственная власть. В одном случае он говорит о власти как правоотношении, в другом ? о функции.

В ином значении использовал термин «государственная власть» П.А. Сорокин: «Если государственная власть невежественна и руководится в своей политике не благом общества, а узкоэгоистическими соображениями собственной пользы, рост вмешательства таковой власти при прочих равных условиях едва ли будет плюсом, он скорее причинит общественный вред». В таком контексте власть отождествляется с органами государства, поскольку функция или полномочие (понимаемые как власть) не могут быть невежественными или осуществлять «вмешательство».

Подобное понимание власти находим у Ф. Энгельса. Подчеркивая ее классовую природу, он писал: «Общество создает себе орган для защиты своих общих интересов от внутренних и внешних нападений. Этот орган есть государственная власть. Едва возникнув, он приобретает самостоятельность по отношению к обществу и тем более успевает в этом, чем более он становится органом одного определенного класса и чем более он осуществляет господство этого класса». Отождествление аппарата государства с государственной властью ? часто встречающийся подход к пониманию природы власти. Он имеет достаточно авторитетные корни.

Определение власти как функции дается И.Е. Фарбером, который полагал, что «общее понятие власти, приложимое к государственным и негосударственным властям, может быть сформулировано следующим образом: власть есть необходимая функция любого коллектива по руководству своими членами для налаживания совместной деятельности».

Распространенным является понимание власти как волевого отношения. В.Е. Чиркин формулирует его следующим образом: «Государственная власть ? это возникающее на основе социальной асимметрии в обществе и обусловленное потребностями управления им социальное волевое отношение, в котором одной из сторон является особый политический субъект ? государство, его орган, должностное лицо». Из данного определения следует, что государственная власть не является совокупностью органов государства, а «реализуется специализированным государственным аппаратом (парламент, правительство, суды и т.д.)». При этом государственная власть не сводится к аппарату принуждения: не власть принимает решения и принуждает к исполнению волевых предписаний, а ее специально образуемые органы.

Государственная власть придает обществу целостность, управляемость, служит важнейшим фактором организованности и порядка. Иными словами, это системообразующий элемент, обеспечивающий обществу жизнеспособность. Под воздействием власти общественные отношения становятся целенаправленными, приобретают характер управляемых и контролируемых связей, а совместная жизнь людей делается организованной и упорядоченной.

Характеризуя государство в целом, как сложную, иерархичную систему социальных институтов и организованных общностей, следует отметить, что оно выступает как некий консолидированный субъект, создающий основные режимы функционирования последних. Именно такая всеобщая организация людей (где присутствует взаимное влияние) порождает определённую социокультурную стратегию, основанную на социальных практиках, менталитете, традициях, опыте и т.д. Наконец, можно смело предположить, что власть является опорой гражданской организации, обеспечивает устойчивое развитие и сбалансированное взаимодействие самых разных, часто вообще разновекторных социально-политических сил, их регуляцию и стратегию сосуществования.

Во второй главе«Принцип разделения властей как основа устройства современного государства» ? проводится анализ существующих научных концепций места и роли принципа разделения властей в процессе функционирования государства.

Рассматривая теорию разделения властей как принцип демократического государства, необходимо выяснить следующие вопросы: обеспечено ли в нем народовластие, народный суверенитет, неотчуждаемость прав, недопустимость их ограничения, равноправие, равенство граждан перед законом и судом; соблюдены ли личные, политические, социально-экономические и другие права человека.

Проблема разделения властей в государственном механизме была изучена многими историками и правоведами, к трудам которых автор обращался в процессе проведения диссертационного исследования. Особо следует выделить Барнашева А.Ш., Абашмадзе В.В., Тихомирова Ю.А., Прозорову Н.С., Нерсесянца В.С. Каждый из них со своих позиций обращался к данной теме, и раскрывали ее по-разному. Особенный интерес проявлялся к анализу идеи разделения властей с момента возникновения ее теории и основополагающих принципов, сохранивших свое существование и применение до настоящего времени.

По нашему мнению, без постоянного взаимодействия система государственных органов не сможет функционировать как единое целое, как система. Поэтому принцип разделения власти на практике и в теории дополняют другими принципами. При этом если принцип разделения власти признается в настоящее время не всеми государствами, то обеспечением единства действий всех государственных органов озабочены во всех странах. К примеру, нет непосредственного указания на принцип разделения власти в Конституции Австрии, а между тем ст. 22 Конституции гласит: «Все органы Федерации, земель и общин в рамках установленной для всех законом сферы компетенции обязаны оказывать друг другу помощь».

Потребность в постоянном взаимодействии различных государственных органов влечет за собой невозможность доведения до конца реализации принципа разделения власти. Ведь полное отделение друг от друга отдельных ветвей государственной власти приведет к тому, что, оказавшись в изоляции, они будут работать вхолостую, хотя, возможно, и исправно. Впрочем, и основоположники концепции разделения власти (Дж. Локк и Ш. Монтескьe) вовсе не выступали за полное отделение органов государственной власти друг от друга и не абсолютизировали самостоятельность органов. С проблемой обеспечения единства системы государственных органов в условиях реализации принципа разделения власти столкнулись уже в XVIII в. (хотя теоретически проблема была поставлена ранее), когда впервые попытались претворить в жизнь принцип разделения власти при разработке проекта Конституции США. Не случайно принцип разделения власти в теории и практике конституционализма США был дополнен системой сдержек и противовесов (по-английски ? checks and balances). Заслуга в разработке теории системы сдержек и противовесов и внедрения ее в практику функционирования механизма государства принадлежит Дж. Мэдисону. Он полагал, что как раз благодаря определенному смешению функций, осуществляемых государственными органами, относящимися к разным ветвям власти, удается добиться совместной реализации власти и обеспечить подлинное разделение власти без нарушения нормального функционирования системы правления. Он считал отнюдь не случайным то, что Ш. Монтескьe построил свою теорию разделения власти именно на примере Англии, где смешение функционирования органов власти чуть не более характерная черта, чем их разделение. Именно благодаря системе сдержек и противовесов, между органами, представляющими различные ветви государственной власти, оказались перекинуты мостки: органы получили возможность взаимодействовать между собой, а вся система государственных органов ? функционировать, поскольку государственная власть в границах одной страны едина. Двоевластие, которое встречается в отдельные периоды истории той или иной страны, не может существовать в течение долгого времени и является тем самым исключением, которое подтверждает правило.

Необходимость обеспечения взаимодействия различных органов государственной власти привела к дополнению принципа разделения власти неким другим принципом, который может быть сформулирован по-разному в разных странах, но подразумевает примерно одно и то же. Это нашло соответствующее отражение в конституционном и текущем законодательстве большинства стран, в которых принцип разделения власти положен в основу построения системы государственных органов. Примечательно, что многие из западных конституций (начиная с Конституции США) вообще не упоминают принцип разделения власти, даже когда он считается одним из основополагающих принципов. В большинстве же конституций восточноевропейских государств, республик, входивших ранее в СССР, принцип разделения власти закреплен, но в ряде из них, он дополнен указанием на взаимодействие ветвей власти, их баланс и т.п.

В третьей главе«Политико-правовая сущность и содержание судебной власти» – проводится исследование сущности и юридической природы судебной власти, основных концепций, места и роли судебных органов в системе разделения государственной власти.

Система государственных органов на протяжении всей истории существования общества строилась в соответствии с функциями каждого государства, поскольку в них заложена и отражена воля соответствующих социальных групп, что фактически составляет суть государственной власти. С данной точки зрения, государственная власть выступает как нечто единое, ибо в ней непосредственно и наиболее полно выражена господствующая в обществе социальная воля. Но единство государственной власти неизбежно сочетается с различными формами ее осуществления и структурой внутренней организации. В соответствии с функциональным назначением органов государства выделяются различные ветви власти, которые в зависимости от характера полномочий их органов действуют самостоятельно в пределах собственной компетенции, но при этом уравновешивают друг друга и взаимодействуют между собой.

Зарождение доктрины разделения властей произошло тогда, когда судейская (судебная) власть была признана наделенной таким же божественным началом, как и царская, исполнительная власть, равной этой власти, а в библейском варианте еще и первичной по отношению к ней. Независимость, самостоятельность, порой первичность судебной власти перед лицом исполнительной власти ? формируют важнейший элемент доктрины разделения власти.

Единого подхода к определению судебной власти в науке пока не сформировалось, но в многообразии взглядов и подходов к этой проблеме четко просматриваются два основных направления.

Одно из них развивал профессор И.Я. Фойницкий, который пытался определить судебную власть через систему судебных органов государства, осуществляющих правосудие. По его определению, судебная власть образует систему подчиненных закону органов, призванных к применению закона в порядке судебного производства. Такой подход к понятию судебной власти характерен для советского периода развития отечественной правовой науки. В настоящее время Ю.А. Дмитриев, Г.Г. Черемных и другие ученые судебную власть определяют как систему государственных и муниципальных органов, обладающих предусмотренными законом властными полномочиями, направленными на установление истины, восстановление справедливости и наказание виновных, решения которых обязательны к исполнению всеми лицами, которых они касаются.

Второй подход к определению судебной власти ? функциональный ? заключается в её понимании как деятельности по рассмотрению судебных дел. Такой подход был известен законодательству периода судебной реформы 1864г. Принятые в преддверии Судебных Уставов Основные положения уголовного судопроизводства 1862г. утверждали (ст.5): «Власть судебная, т.е. рассмотрение уголовных дел и постановление приговоров, принадлежит судам, без всякого участия властей административных» Как ветвь власти государственной, осуществляемую «отдельными органами, не несущими функций административных или законодательных», призванную «осуществлять закон, утверждать его господство в жизни, бороться с произволом и насилием, ... всесторонне рассматривать дело», ? определял судебную власть известный ученый С.В. Познышев. После закрепления Конституцией РФ принципа разделения властей, судебную власть стали определять через формы её осуществления, как специфическую независимую ветвь государственной власти, осуществляемую путем рассмотрения и разрешения в судебных заседаниях споров о праве.

По нашему мнению, правильное определение судебной власти имеет важное теоретическое значение. Точное уяснение смысла и содержания многочисленных терминов, связанных с понятием судебной власти, как представляется, не может считаться лишь спором о терминах. Сложное и многогранное явление, каким является судебная власть, имеет право на научно обоснованный анализ всех связанных с ним понятий, размежевание сходных явлений и установление взаимосвязей между ними. Такой подход позволит глубже проникнуть в существо понятия судебной власти, рассмотреть все грани этого явления.

Раздел II. Эволюция судебных органов в механизме государства.

В первой главе – «Зарождение судебной системы в России (XI? начало XIX вв.)»?проводится анализ возникновения судебной системы в российском государстве, а также нормативно-правовая регламентация ее деятельности.

Исследуя историю развития российской государственности XI-XIX вв. можно отчетливо проследить вектор ее трансформации, обусловленный политическими задачами, которые решала государственная власть. От обвинительного процесса, фрагментарно закрепленного в Русской Правде с последующими дополнениями Ярославичей и Владимира Мономаха, судопроизводство видоизменяется и приобретает характер инквизиционного, в котором частные начала подменяются публичными, а символические способы обнаружения истины (вроде крестного целования и ордалий, т.е. испытания водой, железом или «божьего суда») уступают место пыточным. Участники процесса все менее остаются его субъектами и все более оказываются объектами пристрастного допроса, ведущегося «служилыми людьми». Преступлению придается значение не обиды, нанесенной потерпевшему, а «пощечины, которую «вор» нанес государству». Согласно Судебнику 1550г., даже пойманного с поличным вора можно было преследовать не только в обвинительных формах (собственно, именно обвинительный процесс и назывался на Руси «судом»), но и, несмотря на то, что злодей посягнул на частный интерес, также и в порядке «розыска», как «лихого» человека, т.е. с применением пыток и независимо от позиции истца-челобитчика.

В первой половине XVII в. сходит на нет участие народа в отправлении правосудия, упраздняется институт выборных «судных мужей» и «целовальников». В эпоху царя Алексея Михайловича принимается Соборное уложение 1649 года, и широкое распространение приобретает роковая формула розыскного процесса по делам о государственных преступлениях «слово и дело»: практически любое дело, начатое по частной инициативе в рамках обвинительного процесса, могло по усмотрению царских чиновников превратиться в «розыск».

Процесс огосударствления правосудия завершается во времена Петра I, предписавшего в 1697 г.: «Суду и очным ставкам не быть, а ведать все дела розыском». Судебная реформа 1719 г., базирующаяся, во многом, на воинском законодательстве, в частности, на «Кратком изображении процессов или судебных тяжб» 1716 г., прилагаемом к Артикулу Воинскому, по сути, распространила репрессивные формы судопроизводства на обычные судебные дела. Петр I учредил Сенат, создал юстиц-коллегию, провинциальные и городовые суды, 8 надворных судов в крупных административных центрах, военные суды ? полковые и генеральные кригсрехты. Однако, и это важно отметить, царь содержал альтернативные органы, где вершились «политические» дела: Преображенский приказ и Тайную розыскных дел канцелярию и ее комиссии.

В 1775 г. Екатерина II провела административную и судебную реформы, суть которых была выражена в «Учреждении для управления губерний». Под Сенатом и учрежденными в губерниях палатами уголовного и гражданского суда оказались две ступени сословных судов: уездный и верхний земский ? для дворянства; выборный магистрат и губернский магистрат ? для купечества; нижняя расправа и верхняя расправа ? для государственных крестьян. Юстиция продолжает зависеть от администрации, так как решения судебных палат утверждают губернаторы. Кроме того, действуют помещичьи суды для крепостных крестьян и совестные суды, представляющие экстраординарное монаршее милосердие по делам преступников по несчастию или невежеству, безумных, малолетних, а также колдунов, чья глупость и невежество явились причиной вредоносной ворожбы. По сути, эта система сохранилась неизменной и после составления в 1832 г. Свода законов Российской Империи.

В судопроизводстве господствуют канцелярская тайна и формальная теория доказательств. Доказательства подразделяются на совершенные, наличие которых «исключает всякую возможность к показанию невиновности подсудимого» (признание подсудимым своей виновности, признанные обвиняемым документы, результаты личного осмотра, показания медицинских чиновников, показания двух свидетелей, не отведенных и не опровергнутых подсудимым) и несовершенные, оставляющие сомнения в виновности подсудимого. Осудить человека можно было только при наличии совершенной улики, а оправдать ? при абсолютном отсутствии улик. После того как в 1801 г. из системы разыскного (инквизиционного) процесса изъяли пытку, судопроизводство оказалось неэффективным и малорезультативным: удавалось так или иначе решить дела примерно 12 процентов обвиняемых, а прочих приходилось, в зависимости от веса имеющихся против них доказательств, оставлять в подозрении разной тяжести.

Таким образом, в рассматриваемый период развития российской государственности система судебных органов была «медлительна», неэффективна и коррумпирована. Судебная реформа сделалась общим требованием либералов, а в эпоху кризиса власти и общественного подъема, вызванного поражением царского режима в Крымской войне, одним из наиболее настоятельных требований общественности в целом.

Во второй главе«Судебная система в период реформ и контрреформ (вторая половина XIX – начало XX вв.)» ? с позиций теоретико-методологического характера проводится исследование судебной реформы 1864 года, ее количественных и качественных характеристик, а также причин и условий проведения контрреформ в царской России.

Автор отмечает, что практическим шагам судебной реформы предшествовали длительные дискуссии. В октябре 1861 г. была создана комиссия для подготовки документов о судоустройстве и судопроизводстве, в которую вошли виднейшие юристы того времени. В ее работе определяющую роль играл исполняющий должность статс-секретаря Государственного совета С. И. Зарудный. Александр II 29 сентября 1862 г. утвердил подготовленные комиссией «Основные положения преобразования судебной части в России» и после некоторых колебаний распорядился опубликовать их. Проекты комиссии рассылались на отзыв также в западноевропейские университеты. На базе «Основных положений» были созданы Учреждение судебных установлений (в современном понимании ? закон о судебной системе), Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, Устав уголовного судопроизводства и Устав гражданского судопроизводства. При этом сохранялось действие николаевского Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.

Утверждая 20 ноября 1864 г. в Царском селе Судебные Уставы, император Александр II подписал Указ Правительствующему Сенату, в котором, в частности, говорилось: «Рассмотрев сии проекты, мы находим, что они вполне соответствуют желанию нашему водворить в России суд скорый, правый, милостивый и равный для всех подданных наших, возвысить судебную власть, дать ей надлежащую самостоятельность и вообще утвердить в народе нашем то уважение к закону, без коего невозможно общественное благосостояние и которое должно быть постоянным руководителем действий всех и каждого, от высшего до низшего».

Современники отмечали, что результатом нововведений было утверждение внутри самодержавного государства «судебной республики». Наиболее ярким и памятным достижением Александра II было учреждение равного для всех сословий суда с участием присяжных заседателей. Одновременно была создана прокуратура как часть судебного ведомства, введен институт присяжных поверенных (адвокатура). Предварительное расследование перешло в руки судебных следователей, то есть чиновников юстиции, а не администрации, пользовавшихся статусом членов окружных судов. Судьи стали несменяемы и формально независимы.

«Общие судебные места» включали в себя окружные суды и судебные палаты. Кроме того, уездными земскими собраниями и городскими думами избирались мировые судьи и почетные мировые судьи, разрешавшие дела об уголовных проступках и гражданские иски ценой не более 500 рублей. Мировая юстиция как самостоятельная ветвь российской судебной власти включала в себя апелляционную инстанцию в виде уездного съезда мировых судей. Правительствующий Сенат служил единой кассационной инстанцией для всех судебных учреждений (общих и мировых), проверяя состоявшиеся решения исключительно с точки зрения права. Особое присутствие Сената рассматривало по первой инстанции дела о преступлениях против царствующих особ и государства.

Судебные Уставы вводились в действие на протяжении трех с половиной десятков лет по Положению, одобренному 19 октября 1865 г., начиная со столичных губерний. Петербургская и Московская судебные палаты были открыты лишь в 1866 г., Саратовская ? в 1871 г. В западных губерниях начали применять Судебные Уставы в полном объеме только в 1880-1883 г. В Кавказском крае, Архангельской губернии, Сибири присяжных заседателей вообще не привлекали к участию в процессах. Окружные суды действовали в составе трех членов.

Несмотря на прогрессивный характер проводимых преобразований во второй половине 70-х годов начались процессы, получившие в отечественной историко-правовой науке наименование контрреформы. Эти процессы затронули, прежде всего, суд присяжных и мировые судебные учреждения.

Компетенция суда присяжных по рассмотрению дел о посягательствах на должностных лиц и ряда других преступлений была ограничена с соответствующим расширением полномочий судебных палат с участием сословных представителей. Новый импульс контрреформа получила 1 марта 1881 г., когда был смертельно ранен Александр II. 14 августа 1881 г. было утверждено «Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия», согласно которому в местностях, объявленных на положении усиленной или чрезвычайной охраны, генерал-губернатор или министр внутренних дел были вправе передать любое дело, могущее «послужить поводом к возбуждению умов и нарушению порядка», в том числе, и подсудное окружному суду с участием присяжных заседателей, военному суду для рассмотрения в закрытом заседании. Военная юстиция возглавлялась Главным военным судом и не была поднадзорна Сенату, считавшемуся высшей кассационной инстанцией империи. Роль военного судопроизводства в его чрезвычайных формах была в царской России велика.

Обер-прокурор К.П. Победоносцев в 1885 г. призвал Александра III «пресечь деморализацию, которую распространяет в обществе публичность всех судебных заседаний, возведенная в абсолютный закон поборниками отвлеченных начал судебной реформы», отказаться от состязательности процесса, упразднить суд присяжных, учреждение которого, по его мнению, оказалось «совершенно излишним, совсем несообразным с условиями нашего быта».

Александр III не решился на такую радикальную ломку судебной системы, созданной в предшествующее царствование. Однако компетенция суда присяжных была значительно урезана. Закон о земских начальниках, которые, будучи служащими исполнительной власти, получили судебные функции в отношении сельских жителей, был принят 12 июля 1889 г. Мировые судьи были упразднены в 37 губерниях и работали лишь в Петербурге, Москве и Одессе.

Наконец, в период первой российской революции правительство прибегло к чрезвычайным репрессивным мерам. Высочайше утвержденные положения Совета министров о военно-полевых судах были опубликованы 19 и 20 августа 1906 г., так как «обыкновенное судебное производство не вполне приспособлено к обстоятельствам настоящего времени и не дает возможности достаточно быстрой репрессии» за противогосударственные преступления и преступления против порядка управления. Военно-полевой суд включал в свой состав 5 офицеров, назначенных военными властями в местностях, объявленных на военном положении или положении чрезвычайной охраны, для рассмотрения конкретного дела.

Третья глава настоящего раздела – «Трансформация органов судебной власти в советский период развития государства и права» – раскрывает положения о сущности, структуре и видах органов судебной власти в советский период развития российской государственности.

Акт, заложивший основы советской судебной системы, – это Декрет СНК от 22 ноября (5 декабря) 1917 г. № 1 «О суде». Вместо мировых судей учреждались местные народные суды в составе одного постоянного судьи и двух заседателей, которые должны были избираться непосредственно населением, но на протяжении 20 лет выборы осуществлялись соответствующими Советами. Также данный декрет учредил революционные трибуналы. Далее последовал Декрет ВЦИК и СНК от 15 февраля 1918 г. № 2 «О суде». Для рассмотрения по первой инстанции дел, превышавших подсудность местных судов, учреждались окружные народные суды, которые избирались городскими и уездными Советами. Декрет СНК от 13 июля 1918 г. № 3 «О суде» разрешил местным судам рассматривать гражданские дела по искам до 10 тысяч рублей и уголовные дела, по которым допускалось максимальное наказание в виде лишения свободы сроком на пять лет.

Положение о народном суде РСФСР было утверждено 30 ноября 1918 г. Устранив прежнюю судебную систему, оно учредило единый районный суд. К его подсудности были отнесены все гражданские и уголовные дела, за исключением дел о контрреволюционных и иных наиболее опасных для советской власти преступлениях. При рассмотрении дел районный народный суд должен был применять только декреты Советской власти, а в случае их отсутствия руководствоваться социалистическим правосознанием. Кроме того, осенью 1918 г. были учреждены революционные военные трибуналы в РККА. В соответствии с Положением, утвержденным ВЦИК 20 ноября 1919 г., реввоентрибуналы создавались при соответствующих Реввоенсоветах для рассмотрения дел о преступлениях, совершенных военнослужащими.

Новое Положение о народном суде ВЦИК утвердил 21 октября 1920 г. Судьи, избранные уездными и городскими Советами, утверждались в должности вышестоящими исполкомами. Коллегиальный порядок ведения следствия упразднялся. Народные следователи учреждались при городских и уездных Советах народных судей, а по важнейшим делам – при губернских советах юстиции и Наркомюсте.

Началом судебной реформы 1922 г. является издание 26 мая Положения об адвокатуре и 28 мая 1922 г. Положения о прокуратуре. Органы прокуратуры строились строго централизованно, по территориальному принципу, во главе с Прокурором Республики, которым по должности являлся Нарком юстиции. При Прокуроре Республики находились его помощники, руководившие отдельными отраслями деятельности прокуратуры. В непосредственном подчинении у Прокурора Республики состояли прокуроры областные (губернские), также имевшие своих помощников.

Согласно Положению об адвокатуре, коллегии защитников должны были создаваться при областных (губернских) отделах юстиции на добровольных началах. Оплата труда защитников производилась клиентами.

В октябре 1922 г. ВЦИК утвердил положение о судоустройстве РСФСР, согласно которому вместо действовавших общих судов и революционных трибуналов учреждалась единая трехзвенная система, состоявшая из районного, областного (губернского) и Верховного судов РСФСР.

Вместе с тем «временно» допускалось наличие специальных судов, где должны были рассматриваться дела, требовавшие от судов специальных знаний и навыков или касавшиеся преступлений особой опасности, угрожавших оборонной мощи государства. К специальным судам Положение относило военные и военно-транспортные трибуналы, земельные и арбитражные комиссии, особые трудовые сессии народных судов.

Основным звеном судебной системы стал районный народный суд, действовавший, как правило, в составе постоянного судьи и двух народных заседателей. Областной (губернский) суд стал первой инстанцией по наиболее важным уголовным и гражданским делам и второй (кассационной) инстанцией – для районных народных судов. Верховный суд РСФСР стал первой инстанцией для дел особой государственной важности; кассационной инстанцией – для областных (губернских) судов. Кроме того, Верховный суд РСФСР осуществлял судебный контроль над всеми судами республик. С этой целью он мог, в порядке надзора, рассматривать дела решенные любым судом РСФСР, давать разъяснения нижестоящим судам по вопросам судебной практики.

Конституция СССР 1936 г. и Закон о судоустройстве СССР 1938 г. определили следующие основы судебной системы: судебная система состояла из судов СССР (Верховный суд, военные трибуналы, линейные суды железнодорожного и водного транспорта) и судов союзных республик (верховные суды союзных республик, областные и равные им суды, народные и равные им суды). Судьи народного суда стали избираться на три года. Судьи остальных судов по-прежнему избирались Советами на пять лет.

Система военных трибуналов, согласно Закону о судоустройстве, состояла из: 1) военных трибуналов армий, корпусов, иных воинских соединений и военизированных учреждений, рассматривавших дела только в качестве судов первой инстанции; 2) военных трибуналов округов, фронтов и флотов, которые действовали как суды первой, кассационной и надзорной инстанции. К компетенции военных трибуналов относились дела о воинских преступлениях, а также об иных преступлениях, отнесенных законом к их ведению. С 1940 года военные трибуналы стали рассматривать все уголовные дела о преступлениях военнослужащих.

Верховный суд СССР определялся как высший судебный орган страны и действовал в составе: а) Судебной коллегии по уголовным делам; б) Судебной коллегии по гражданским делам; в) Военной коллегии; г) Железнодорожной коллегии; д) Воднотранспортной коллегии.

Закон о судоустройстве 1938 г. освободил судебные органы от функций судебного управления, передав их Наркомату юстиции СССР, образованному в июле 1936 г.

С началом Великой Отечественной войны организация и деятельность судебных органов была перестроена. Указ Президиума верховного Совета СССР «О военном положении» от 22 июня 1941 г. установил, что в местностях, объявленных на военном положении, все дела о преступлениях, направленных против обороны, общественного порядка и государственной безопасности, должны передаваться на рассмотрение военных трибуналов. Военным трибуналам предоставлялось право рассматривать дела через 24 часа после вручения обвиняемому копии обвинительного заключения, без участия народных заседателей и адвоката. Приговоры приводились в исполнение немедленно, кассационному обжалованию не подлежали и могли быть отменены или изменены лишь в порядке надзора. Президиум Верховного Совета СССР 26 декабря 1941 г. отнес к подсудности военных трибуналов дела о самовольном уходе рабочих и служащих с предприятий военной промышленности. В связи с введением военного положения на транспорте дела обо всех преступлениях, совершенных на транспорте, стали также рассматриваться специальными военными трибуналами.

В 1953 г. были упразднены военные трибуналы и прокуратуры в войсках МВД СССР, органы внесудебной репрессии; отменен упрощенный порядок рассмотрения дел о государственных преступлениях; началась реабилитация невинно осужденных граждан, обвиненных в политических преступлениях и объявленных врагами народа. 12 февраля 1957 г. были упразднены транспортные суды и транспортные прокуратуры. В феврале 1957 г. было принято новое положение о Верховном суде СССР.

Новый Закон СССР «О Верховном суде СССР» был принят 30 ноября 1979 г. Закон устанавливал, что Верховный суд СССР выступает в качестве суда первой инстанции, рассматривает дела в кассационном порядке, в порядке надзора и по вновь открывшимся обстоятельствам. Он разрешал в пределах своих полномочий вопросы, вытекающие из международных договоров СССР. Верховный суд СССР избирался Верховным Советом СССР сроком на пять лет в составе председателя, его заместителей, членов и народных заседателей. Кроме того, в его состав входили председатели Верховных судов союзных республик. Верховный суд СССР действовал в составе Пленума, трех коллегий – по гражданским, по уголовным делам и военной.

Народный суд являлся низовым и основным звеном советской судебной системы. При народных судах состояли судебные исполнители, назначаемые председателем народного суда. Они исполняли решения и приговоры суда.

Раздел III. Судебный прецедент в системе источников права.

Первая глава«Судебный прецедент: природа, сущность, содержание, формы проявления» ? посвящена исследованию понятия, признаков и функций судебного прецедента, а также раскрытию его видов и классификации.

Важнейшее место среди источников права ряда правовых систем мира занимает судебный прецедент. Его наличие свидетельствует о том, что правотворческой деятельностью в таких государствах занимаются не только законодательные, но и судебные органы. Под судебным прецедентом автором понимается решение по конкретному делу, являющееся обязательным для той же или низшей инстанции при решении аналогичных дел.

Судебный прецедент является одним из основных источников права в правовых системах Канады, США, Великобритании и многих других стран. Сегодня почти треть мира живет по принципам, сформулированным в английском праве. Судебный прецедент имеет большое значение в создании единого Европейского права, в формировании которого значительную роль играет Люксембургский Суд Европейского Сообщества.

В разных странах даже одной правовой системы судебный прецедент применяется по-разному. В Англии существует строгое правило прецедента, которое обозначается термином stare decisis. В США правило прецедента не такое жесткое в силу особенностей федеративного устройства этой страны.

Следует, однако, отметить: что при использовании судебного решения как источника права, обязательным для судов является не все решение или приговор, а только правовая позиция судьи, на основе которой выносится решение.

Каждое судебное решение содержит следующие составные части:

? установление существенных фактов дела, прямых и производных;

? изложение правовых принципов, применяемых к правовым вопросам, возникающим из конкретных обстоятельств;

? вывод судьи, основанный на двух первых частях.

Для самих сторон и заинтересованных лиц третья часть является основной, так как окончательно устанавливает их права и обязанности в отношении оснований дела. Однако с точки зрения доктрины прецедента наиболее существенным элементом в решении является часть вторая. Это и есть суть дела, или, как называют специалисты по англосаксонской правовой системе, «ratio decidendi». Остальная часть решения есть «obiter dictum» (попутно сказанное), и она не является обязательной для судей. Было бы ошибочным считать, что obiter dicta вообще не имеет силы прецедента. Оно является не обязательным, а только убеждающим прецедентом. Когда правовая аргументация исходит от суда более высокого ранга и представляет собой хорошо продуманную формулировку правовой нормы, а не случайно высказанное мнение, тогда «попутно сказанному», как правило, следуют, если конечно нет обязательного прецедента противоположного характера.

Другим видом убеждающих прецедентов являются решения судов, стоящих по иерархии ниже того суда, которому предлагается последовать этим решениям.

По отношению к закону прецедент находится в "подчиненном" положении. Это проявляется, в частности, в том, что законом может быть отменено действие судебного решения, и в том, что любой законодательный акт, принятый уполномоченным на то органом и в соответствии с установленной процедурой, должен в обязательном порядке признаваться и применяться судами. Сам суд, создавая прецедент, должен действовать в строгом соответствии с законом.

Природа прецедентного права такова, что в нем в полной мере не могут развернуться некоторые свойства права, например, системность. Однако прецедентное право имеет ряд позитивных черт ? высокий уровень определенности и нормативности, а также динамичность.

В российской государственности отношение к прецеденту всегда было неоднозначным. В дореволюционной России одни теоретики права и практики признавали его в качестве источника права, хотя и с оговорками о том, что это некая вспомогательная, дополнительная по отношению к закону форма права. Другие же авторы полностью отрицали прецедент в качестве самостоятельного источника права.

В послереволюционный период отечественная юридическая наука продолжала традиции непризнания прецедента в качестве формы права. Такое отношение Р.З.Лившиц связывает с нормативистским подходом к пониманию права в советской юридической науке.

Начиная с 1985 г. правовая система России претерпела значительные изменения, которые, естественно, коснулись и источников права. Отход от нормативизма дал теоретическую возможность признать судебную практику источником права. Многие российские ученые правоведы рассматривают реальную возможность введения судебного прецедента как источника права.

Отказ от социалистической идеологии выдвигает задачу создания правового механизма, отвечающего объективным закономерностям функционирования социума, обеспечивающего создание саморазвивающейся и саморегулируемой системы гражданского общества. Соответственно и право должно отвечать данным требованиям, «чутко» откликаться на потребности общественной жизни, отторгать дефектные, субъективистские нормы, адекватно обновляться. Образно охарактеризовал эти свойства права Ф.У. Мейтленд, заметивший, что институты права напоминают живые существа. Некоторые из них ? мертворожденные, другие ? бесплодны от рождения, а остальные доживают до того, чтобы увидеть высокое положение своих детей и детей своих детей. Среди них происходит острая борьба за жизнь, и выживают только самые приспособленные. Представляется, что обеспечить данные качества может именно сочетание в рамках одной правовой системы различных форм права, в том числе и нормативно-правовых документов и актов судебных органов.

Во второй главе«Историко-правовой экскурс генезиса прецедентного права» ? проводится историко-правовой анализ становления, развития и функционирования судебного прецедента в правовых системах континентального и общего права.

По мнению автора, возникновение прецедента (как политико-правового института) связано с зарождением органов государственной власти, которые на ранних этапах своего развития еще не успели создать правовой базы на основе других источников права и поэтому вынуждены были принимать решения, сообразуясь с общественными интересами. Суд верховных правителей древности имел прецедентную природу, хотя деспоты редко утруждали себя необходимостью следовать собственным предыдущим решениям. И вряд ли можно говорить о связанности нового правителя прецедентной базой правового регулирования предыдущего. Известный нам судебник вавилонского царя Хаммурапи представлял собой не что иное, как решения по наиболее часто встречавшимся в практике делам, отнесение которых на более низкие уровни государственного управления позволяло освободить верховную власть от малозначимых проблем. Прецедент прекращает, как правило, действовать после появления закона, регулирующего сферу, которую до того регулировал правовой прецедент.

Прецедент как источник права известен с древнейших времен. В Древнем Риме в качестве прецедентов выступали устные заявления (эдикты) или решения по конкретным делам преторов и других магистратов. Первоначально они имели обязательную силу при рассмотрении аналогичных дел лишь для самих магистратов, их принявших, и лишь в течение определенного срока, однако, постепенно наиболее удачные эдикты приобрели устойчивый характер и постепенно сложились в систему общеобязательных норм под названием преторского права.

С латыни прецедент переводится как «предшествующий». Как уже было сказано выше, судебный прецедент является основой всей англо-саксонской правовой системы. При создании судебного прецедента судья не создаёт новую правовую норму, он обобщает то, что «вытекает из общих начал права, заложенных в человеческой природе». На самом деле, судья имеет право не применять судебный прецедент из-за каких-либо особенностей рассматриваемого дела, также он может вывести новое правило или по-своему усмотрению выбрать прецедент из их огромного количества и по своему его объяснить. Следовательно, судья имеет весьма широкие полномочия. В юридической литературе право государства, которое основывается на судебном прецеденте, называется не иначе, как «право, создаваемое судьями».

Прецедентное право зародилось в Англии. Здесь законы хотя и не регулируют отдельные области общественных отношений, но не соединены в одну систему. Те области, которые не урегулированы законом, толкование и применение законов определены в общем праве.

Фундаментом для становления общего права стали местные обычаи и обобщения практики королевских судов. Даже в настоящее время в общем праве сохранились многие элементы (институты, термины) права, сложившиеся еще в период его формирования. Использование древних форм, особого «юридического языка», умение находить нужный судебный прецедент ? исключают возможность работы в судебных органах лиц без специальной юридической подготовки. Ф. Энгельс характеризовал английское общее право так: «Адвокат здесь все: кто достаточно основательно потратил свое время на эту юридическую путаницу, на этот хаос противоречий, тот в английском суде всемогущ. Неопределенность закона привела, естественно, к вере в авторитет решений прежних судей в аналогичных случаях: этим она только усиливается, ибо эти решения точно также, взаимно противоречат друг другу».

В развитии прецедентного права можно выделить несколько этапов. Они определяются качественными изменениями, происходившими в прецедентном праве в процессе его становления. Предлагаемая периодизация в достаточной степени условна. Первый этап – формирование общего права судебными решениями. Его нижняя временная граница достаточно размыта (хотя в некоторых случаях называется точная дата – 1066 г., начало норманнского завоевания). Верхняя временная граница определяется XIV в., когда начался первый крупный «кризис» общего права. Второй этап, связанный с перестройкой общего права, продолжался до середины XIX в. С середины XIX в. по настоящее время прецедентное право находится на третьем этапе развития. Для него характерно изменение положения прецедентов как источников права врезультате расцвета статутного права.

В третьей главе«Судебный прецедент и решения высших органов судебной власти Российской Федерации» ? автор проводит сравнительно-правовой анализ решений судебных органов государственной власти современной России, с целью выявления в данных актах свойств правового прецедента.

Общеобязательным (нормативным) характером обладают такие акты органов судебной власти, как решения Конституционного Суда РФ, постановления пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, подлежащие соблюдению всеми субъектами права. Все это подтверждает невозможность абсолютного разделения различных ветвей власти исходя из критерия нормотворчества. Более объективной, на наш взгляд, представляется точка зрения, высказанная Р.З. Лившицем: «Государственная власть осуществляется тремя основными ветвями: законодательством, управлением, правосудием. Средством осуществления власти служат, прежде всего, правовые нормы. Поэтому основными видами правовых норм следует считать акты законодательства, управления и правосудия». Необходимо заметить, что в действующем законодательстве отсутствуют нормы, запрещающие судебным органам принимать нормативные акты.

В последние годы многие российские ученые и практики заявляют о необходимости официального признания права судебных органов создавать нормы. Однако в большинстве работ, как правило, рассматриваются либо отдельно взятые аспекты данной проблемы (например, исследование деятельности конкретного судебного органа или значения судебной практики в отдельно взятой отрасли права), либо приводятся только факты нормотворческой деятельности судов без надлежащего теоретического обоснования. Вместе с тем вполне очевидным является то, что данное обстоятельство может быть регламентировано на законодательном уровне лишь в отношении судебной власти в целом, так как это связано с коренным изменением принципов, на которых она строится в Российской Федерации. Поэтому сегодня весьма актуально выявить общие закономерности в нормотворческой деятельности различных судебных органов для формирования новых принципов. Решение этой задачи может основываться только на всестороннем анализе деятельности судебных органов с учетом особенностей функций каждого из них.

Степень устойчивости правопорядка любого государства во многом зависит от соблюдения принципа единообразия судебной практики. Игнорирование судом правил, созданных им самим, ставит под сомнение законность вынесенных решений, в основу которых это правило было положено. С другой стороны, при подтверждении судом высшей инстанции правильности принятого решения либо при использовании нижестоящим судом при рассмотрении аналогичного дела правила, созданного судом высшей инстанции, авторитет этого правила усиливается и оно становится образцом разрешения таких дел в нижестоящих судах. В данном случае мы можем говорить о сложившейся практике разрешения определенной категории дел. В таких обстоятельствах любой судья при вынесении решения обязан руководствоваться правилами, выработанными практикой.

Требование о необходимости единообразия при рассмотрении дел судами нашло отражение в Конституции РФ, согласно которой на Верховный Суд (ст. 126) и Высший Арбитражный Суд (ст. 127) возложены функции осуществления судебного надзора за деятельностью нижестоящих судов и дачи разъяснений по вопросам судебной практики. Такого рода разъяснения обычно оформляются как постановления пленумов. Данные разъяснения носят юридически обязательный характер и суды в своей практике используют их наряду с законом в качестве оснований для принятия решений. Юридическая обязательность данных разъяснений вытекает из положений действующего законодательства.

Сравнительно-правовой анализ судебных актов, проведенный автором в диссертации, дает все основания говорить об их прецедентном характере. При этом одни (например, решения Конституционного Суда РФ, излагающие правовые позиции) по своей природе и по способу формирования очень близки прецеденту, сходство других заключается лишь в способности суда создавать своими действиями нормы права. Во втором случае прецедентный характер акта выражается в обязанности применения судами норм, зафиксированных в таком акте. Сложившаяся ситуация в сфере нормотворческой деятельности российских судов настоятельно требует необходимой законодательной регламентации. Отсутствие таковой в настоящий момент не отвечает потребностям развития общества и препятствует становлению правового государства.

Раздел IV. Модернизация судебной власти в современной России.

В первой главе – «Место и роль судебной власти в правовом государстве»? автор анализирует практические проблемы, возникающие в процессе судебной реформы в современном российском государстве.

Важнейшей предпосылкой судебной реформы в России было признание суверенитета Российской Федерации, объявление ее демократическим правовым государством, функционирование которого основано на принципе разделения властей (п. 13 Декларации о государственном суверенитете РСФСР от 12 июня 1990 г.).

Концепция судебной реформы в РСФСР, подготовленная группой независимых экспертов под руководством народного депутата Б.А. Золотухина, была внесена в Верховный Совет РСФСР Президентом Российской Федерации и 24 октября 1991 г. и одобрена постановлением Верховного Совета РСФСР. В Концепции анализировались причины кризисного состояния правоохранительных органов и судебной системы и предлагались законодательные и организационные меры по преодолению затруднений и преобразованию судопроизводства на демократических основах. В частности, провозглашалась необходимость возрождения суда присяжных, института мировых судей, введения судебного контроля за правомерностью заключения под стражу, несменяемости судей, пересмотра ведомственных показателей работы правоохранительных органов и судов.

Основополагающие идеи Концепции судебной реформы были зафиксированы в конституционном законодательстве (см.: Законы РСФСР от 1 ноября 1991 г., от 21 апреля 1992 г., от 9 декабря 1992 г.; Декларацию прав и свобод человека и гражданина от 22 ноября 1991 г.; Конституцию Российской Федерации 1993 г.).

Законодатель отказался от единства судебной системы России, учредив Конституционный Суд РСФСР (Закон РСФСР от 6 мая 1991 г., утвержденный Съездом народных депутатов 12 июля 1991 г.) и арбитражные суды (Закон РСФСР от 4 июля 1991 г.). Впоследствии это обстоятельство породило трения по поводу распределения компетенции и обязательности решений между Конституционным Судом Российской Федерации, с одной стороны, судами общей юрисдикции и арбитражными судами, с другой стороны; пришлось мучительно разграничивать сферы юрисдикции также арбитражным и общим судам. При этом конкурентная борьба затронула в основном дела, вытекающие из административных отношений, а также имеющие политическую подоплеку «споры между хозяйствующими субъектами», в частности, относительно управления средствами массовой информации; имелись случаи одновременного принятия к производству жалоб и заявлений по одному и тому же поводу судами общей юрисдикции и арбитражными судами.

В развитие «Концепции судебной реформы» 5 декабря 1991 г. были внесены поправки в Уголовный кодекс РСФСР, приняты законы «О введении судебного контроля за законностью и обоснованностью заключения лиц под стражу и продления сроков содержания под стражей» от 23 мая 1992 г. и «О статусе судей в Российской Федерации».

Сильная и независимая судебная власть является важнейшей гарантией формирования правового государства и гражданского общества. В правовом государстве обеспечивается верховенство закона, незыблемость основных прав и свобод человека, осуществляется охрана прав и интересов личности, защита общества от произвола властей. Провозгласив себя правовым государством, Российская Федерация приняла на себя выполнение этих обязательств и объявила правосудие одним из важнейших средств защиты прав и свобод человека и гражданина (ст. 18 Конституции РФ). Однако в настоящее время состояние защиты прав и свобод не отвечает потребностям общества и государства. Несоблюдение прав человека властными структурами, их должностными лицами, обобщенное в понятии «нарушение прав человека», необеспеченность прав и свобод правовыми механизмами их реализации и защиты вызывают необходимость разработки доктрины обособленной, независимой, самостоятельной судебной власти, как гаранта прав и свобод индивида.

Важнейшими достижениями судебной реформы, как представляется, стали:

? укрепление независимости судей в соответствии с законодательством о статусе судей;

? учреждение Конституционного Суда Российской Федерации и преобразование административных органов ? государственных арбитражей ? в арбитражные суды;

? создание на федеральном уровне законодательной базы для введения мировых судов и развертывание института мировой юстиции во многих российских регионах;

? создание механизмов, обеспечивающих при рассмотрении судами уголовных дел прямое действие положений Конституции Российской Федерации, а также международно-правовых актов в области прав человека;

? значительное расширение федеральным законодательством и постановлениями Конституционного Суда Российской Федерации круга конфликтов, участники которых могут получить судебную защиту;

? установление судебного контроля применения наиболее острых мер процессуального принуждения (прослушивания телефонных переговоров, наложения ареста на корреспонденцию, наложения ареста на имущество и др.);

? передача от прокуроров судьям права решать вопрос о заключении обвиняемого (подозреваемого) под стражу и продлении срока его содержания под стражей;

? изменение судебной практики в сфере доказательственного права;

? введение и развитие процедуры исключения из разбирательства недопустимых в качестве доказательств материалов;

? включение оперативно-разыскной деятельности в сферу законодательного регулирования (к сожалению, негласная оперативно-разыскная деятельность продолжает вестись в изоляторах временного содержания и следственных изоляторах, причем не только в целях предотвращения побегов заключенных и обеспечения безопасности ИВС и СИЗО, но и для раскрытия преступлений, в которых обвиняются (подозреваются) помещенные под стражу граждане; отсюда вытекает использование режимных правил и дисциплинарных взысканий как средств пытки и склонения задержанных и арестованных лиц к признанию, а порой и к самооговору);

? введение в Российской Федерации суда с участием присяжных заседателей;

? ограничение и постепенное сведение на нет применения смертной казни;

? создание судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации;

? провозглашение нового порядка формирования бюджетных статей, касающихся финансирования органов судебной власти;

? реорганизация службы судебных исполнителей, учреждение в системе Минюста России службы судебных приставов;

? передача в систему Минюста России колоний и СИЗО;

? создание частного нотариата;

? инициативная разработка и внедрение отдельными энтузиастами альтернативных способов разрешения конфликтов, механизмов восстановительного правосудия.

Во второй главе«Судебная защита прав и свобод граждан – основополагающая функция судебной власти» ? автором анализируются современное состояние института судебной защиты прав и свобод человека, а также предлагаются конкретные направления его модернизации.

Осуществляя свое исключительное полномочие по разрешению правового конфликта, суд в процессе рассмотрения и разрешения по существу конкретного уголовного или гражданского дела восстанавливает нарушенное благо одной из конфликтующих сторон и защищает от возможного необоснованного нарушения или ограничения благо другой стороны. Оставаясь беспристрастным и объективным арбитром, суд обеспечивает реализацию гарантированного государством права на судебную защиту всем гражданам, независимо от того, какую роль они играют в правовом конфликте. Воплощением защиты охраняемого законом блага служит решение или приговор суда. Являясь важнейшим актом судебной власти, судебное решение (судебный приговор) означает признание прав пострадавшей стороны нарушенными и их восстановление или констатацию отсутствия такого нарушения, ограждение второй стороны от необоснованного ущемления прав. Таким образом, судебная власть восстанавливает нарушенное право, обеспечивает возмещение причиненного вреда, ограждение прав и свобод от необоснованного нарушения или ограничения.

Судебной защите прав и свобод индивида в правовом государстве отводится важная роль. Правовое государство не может ограничиться лишь закреплением в конституции перечня прав и свобод граждан, оно обязано гарантировать их осуществление правовыми, экономическими, политическими и культурными средствами. Судебная защита является механизмом, заставляющим государство в лице его органов и должностных лиц выполнять принятые ими на себя обязанности.

Поскольку в соответствии со ст. 18 Конституции РФ верховенствующая роль в деле защиты прав и свобод человека и гражданина принадлежит правосудию, защищенность личности прямо зависит от уровня законности и демократичности правил осуществления правосудия и степени их воплощения в правоприменительную практику. Непосредственное действие прав и свобод человека, закрепленных в Конституции РФ, не снимает вопроса о совершенствовании механизмов и процедур, призванных защищать права и свободы граждан. Принятие государством на себя обязанности признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина предполагает заботу о создании развитой системы гарантий, с помощью которых реализуется эта задача. Перед современной юридической наукой возникает задача переосмысления многих действующих норм и правил, определения границ возможного и необходимого ограничения прав и свобод граждан, целей и пределов применения принуждения.

Судебная защита становится в современных условиях важнейшей гарантией прав и свобод каждого человека и гражданина. Право на судебную защиту обеспечивает реализацию прав и свобод граждан, потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью, которым государство обеспечивает доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции РФ), возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53 Конституции РФ). В рамках судебной защиты реализуется право на получение квалифицированной юридической помощи (ст. 48), на обжалование незаконных действий и решений государственных органов и должностных лиц (ч.2 ст.). Поскольку суд является носителем государственной власти в сфере уголовного, гражданского и иного судопроизводства, судебную защиту правомерно рассматривать как синоним государственной защиты прав и свобод личности. При этом судебная (государственная) защита включает в себя как защиту прав граждан, нарушенных вне судопроизводства (преступлениями, правонарушениями, незаконными действиями органов власти и управления), так и защиту прав и свобод, нарушенных внутри самой процедуры производства по делу, в том числе допускаемых органами следствия, дознания, прокуратуры, хотя и на них, являющихся государственными органами, лежат обязанности по охране и защите прав и свобод человека и гражданина. Судебная защита прав и свобод заключается в осуществлении судом деятельности по восстановлению нарушенных преступлением или иным правонарушением прав и свобод человека и гражданина и предупреждению этих нарушений. Государственная защита прав и свобод имеет и другие, внесудебные, формы реализации. Однако в отличие от остальных органов государственной власти, в том числе и правоохранительных, только суд имеет охрану прав и свобод человека своей главной задачей.

Сказанное позволяет считать судебную защиту наиболее эффективным средством защиты государственной. Обеспечение прав граждан посредством различных форм осуществления правосудия приобретает все большее распространение на практике. Провозгласив право граждан на судебную защиту, Конституция РФ предоставила каждому возможность добиваться восстановления справедливости, независимо от того, в какой сфере общественной жизни произошло нарушение его прав и свобод. Переориентирование деятельности суда на защиту прав и свобод человека требует коренной перестройки общественного сознания, ломки стереотипов, присущих не только массе населения, но и значительной части судейского корпуса. Нельзя не признать, что Россия еще не стала правовым государством, а права и свободы человека и гражданина ? высшей ценностью. Статьи 1 и 2 Конституции РФ выражают скорее цель развития, идеал, нежели реальное состояние дел. Формирование правового государства и подлинное признание прав и свобод человека требует преодоления множества негативных тенденций и традиций. Одним из основных этапов этого процесса является создание новой концепции уголовного судопроизводства, в основе которой закрепленные Конституцией РФ идеи первоочередной защиты прав и свобод личности и независимой судебной власти, направленной на защиту этих прав и свобод.

В заключении подводятся итоги диссертационного исследования, излагаются основные выводы и предложения по данной теме.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

  1. В ведущих рецензируемых журналах, рекомендованных ВАК для публикаций основных научных результатов докторских и кандидатских диссертаций:

 

  1. Фетищев Д.В. Становление прецедентного права в англосаксонской правовой системе [Фетищев Д.В.] // Российский следователь. 2007. № 24. 0,3 п.л.
  2. Фетищев Д.В. Некоторые проблемы организации и функционирования мировых судей [Фетищев Д.В.] // Вестник академии экономической безопасности МВД России. 2007. № 3. 0,8 п.л.
  3. Фетищев Д.В. К вопросу о сущности и юридической природе судебного прецедента [Фетищев Д.В.] // Российский следователь. 2008. № 2. 0,4. п.л.
  4. Фетищев Д.В. Судебная власть в постсоветской России [Фетищев Д.В.] // Российский следователь. 2008. № 4. 0,3 п.л.
  5. Фетищев Д.В. Политико-правовая сущность судебной власти [Фетищев Д.В.] // Вестник академии экономической безопасности МВД России. 2008. № 1. 0,6 п.л.
  6. Фетищев Д.В. Охрана прав и свобод человека и гражданина в контексте оптимизации судебной власти в России [Фетищев Д.В.] // Вестник академии экономической безопасности МВД России. 2008. № 2. 0,4 п.л.
  7. Фетищев Д.В. Судебная система России: период реформ и контрреформ [Фетищев Д.В.] // Право и государство: теория и практика 2008. № 3(39). 0,6 п.л.
  8. Фетищев Д.В. Генезис судебной системы России в XVIII веке [Фетищев Д.В.] // Право и государство: теория и практика. 2008. № 4. 0,8 п.л.
  9. Фетищев Д.В. Судебная власть в системе разделения властей [Фетищев Д.В.] // Российский следователь. 2008. № 10. 0,3 п.л.
  10. Фетищев Д.В. Судебная система в России (XVII-XVIII вв.) [Фетищев Д.В.] // Российский следователь. 2008. № 9. 0,4 п.л.
  1. Монографии, учебные пособия и иные публикации:

 

  1. Фетищев Д.В., Янюк Е.Э. Генезис судебной системы в современном мире: монография. – М: Научная книга, 2008. 8 п.л. ( 5,3 п.л.).
  2. Фетищев Д.В. Судебная власть в современном государстве: сравнительно-правовое исследование (история, теория и практика): монография. – М.: Научная книга, 2007. 19,5 п.л.
  3. Фетищев Д.В. Судебная власть в механизме государства: вопросы теории и практики: монография. – М.: Научная книга, 2007. 18,5 п.л.
  4. Фетищев Д.В. Библиография по «судебному праву»: научно-информационный сборник [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2007. 4. п.л.
  5. Фетищев Д.В. «Судебное право» и судебная система: проблема развития и совершенствования: монография. ? М.: Научная книга, 2007. 12 п.л.
  6. Фетищев Д.В. Генезис прецедентного права: научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2006. 1,75 п.л.
  7. Судебная власть: теоретико-методологические основы и историческая практика: монография. – М.: Научная книга, 2005. 10,75 п.л.
  8. Фетищев Д.В. Геополитические приоритеты современной России [Фетищев Д.В.] // 60 лет битвы под Москвой в Великой отечественной войне. Уроки и выводы: материалы международной научной конференции (Москва, 11 октября 2001 г.). – М., 2002. 0,4 п.л.
  9. Фетищев Д.В. Евразийский регионализм: современный этап трансформации [Фетищев Д.В.] // Обозреватель. № 5(196). ? М., 2006. 0,6 п.л.
  10. Фетищев Д.В. Зарождение судебной системы в России (XI – начало XIX вв.): научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2005. 2,2 п.л.
  11. Фетищев Д.В. Зарождение судебной системы в России: историко-правовой анализ [Фетищев Д.В.] // Гуманизация уголовного наказания как одно из основных направлений современной пенитенциарной политики России: сборник материалов межвузовской научно-практической конференции / Ивановский филиал Владимирского юридического института ФСИН России. – Иваново, 2007. 1,1. п.л.
  12. Фетищев Д.В. Значение и роль судебной власти в демократических правовых государствах: научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2007. 2,75 п.л.
  13. Фетищев Д.В. Инновационность и образование [Фетищев Д.В.] // Monolith digest. 2008. № 18. 0,4 п.л.
  14. Фетищев Д.В. История судебной системы в России: научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2005. 6 п.л.
  15. Фетищев Д.В. Концепция совершенствования судебной системы в Российской Федерации: научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2007. 6,25 п.л.
  16. Фетищев Д.В. Национальные проекты в современной России [Фетищев Д.В.] // Monolith digest. 2007. №17. 0,4 п.л.
  17. Фетищев Д.В. Отдельные аспекты судебного правотворчества [Фетищев Д.В.] // Обозреватель. 2008. №4. 0,45 п.л.
  18. Фетищев Д.В. Политико-правовая сущность и содержание судебной власти: научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2004. 1,75 п.л.
  19. Фетищев Д.В. Понятие «государственной власти» в категориальном аппарате общей теории права и государства: научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2004. 2,34 п.л.
  20. Фетищев Д.В. Прецедент в решениях судебной власти Российской Федерации: проблемы теории и практики: научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2006. 2,2. п.л.
  21. Фетищев Д.В. Принцип разделения властей как основа устройства современного государства: научный доклад [Фетищев Д.В.]. ? М.: Научная книга, 2004. 2,34 п.л.
  22. Фетищев Д.В. Приоритеты международного сотрудничества России [Фетищев Д.В.] // Сборник выступлений на конференции молодых ученых Дипломатической академии МИД РФ (март 2002 г.). – М., 2002. 0,3 п.л.
  23. Фетищев Д.В. Проблемы формирования «судебного права»: научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2006. 5,75 п.л.
  24. Фетищев Д.В. Развитие судебной системы в России во второй половине XIX в. [Фетищев Д.В.] // Вестник Владимирского юридического института. 2008. № 1(6). 0,8 п.л.
  25. Фетищев Д.В. Роль европейских неправительственных организаций в системе международных институтов ЕС [Фетищев Д.В.] // Ученые записки. Актуальные проблемы современной политологии. – М., 2001. 0,8 п.л.
  26. Фетищев Д.В. Роль суда в защите прав и свобод граждан: Научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2007. 3,5 п.л.
  27. Фетищев Д.В. Россия – ЕС. Евразийский фактор сотрудничества [Фетищев Д.В.] // Ученые записки. – М.: ИАМП, 2002. 0,5 п.л.
  28. Фетищев Д.В. Судебная реформа Петра 1 и ее политико-правовое значение [Фетищев Д.В.] // Вестник Владимирского юридического института. 2007. № 4(5). 0,8 п.л.
  29. Фетищев Д.В. Судебная система в период реформ и контрреформ в России (вторая половина XIX – начало XX вв.): научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2005. 1,75 п.л.
  30. Фетищев Д.В. Судебная система России в 18 веке [Фетищев Д.В.] // Обозреватель. № 1(216). М., 2008. 0,8 п.л.
  31. Фетищев Д.В. Судебный прецедент: научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2006. 2,9 п.л.
  32. Фетищев Д.В. Теоретические исследования судебной власти: проблемы и перспективы: научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2004. 6,1 п.л.
  33. Фетищев Д.В. Трансформация органов судебной власти в советский период [Фетищев Д.В.] // Обозреватель. 2008. № 3(218). 0,9 п.л.
  34. Фетищев Д.В. Трансформация органов судебной власти в советский период развития государства и права: научный доклад [Фетищев Д.В.]. – М.: Научная книга, 2005. 1,75 п.л.
  35. Фетищев Д.В. Формирование судебной власти в послесоветской России: теоретико-правовой анализ [Фетищев Д.В.] // Актуальные проблемы юридической науки: сборник научных трудов. Вып. 3. – Тольятти: ТГУ, 2008. 1,0 п.л.
 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.