WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ПОРЯДКА УПРАВЛЕНИЯ, ПОСЯГАЮЩИЕ НА СЛУЖЕБНУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ И ЛИЧНОСТЬ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ВЛАСТИ: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИИ И СТРАН СНГ

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 

На правах рукописи

РУДЫЙ Наталья Кирилловна

ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ПОРЯДКА УПРАВЛЕНИЯ,

ПОСЯГАЮЩИЕ НА СЛУЖЕБНУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ И ЛИЧНОСТЬ

ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ВЛАСТИ: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИИ И СТРАН СНГ

Специальность 12.00.08 - Уголовное право и криминология;

уголовно-исполнительное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

Москва 2009


Работа выполнена на кафедре уголовного права и процесса Российского университета дружбы народов

Научный консультант -     доктор юридических наук, профессор

Карпович Олег Геннадьевич

Официальные оппоненты: - доктор юридических наук, профессор

Дьяченко Анатолий Петрович;

-доктор юридических наук, профессор Понамарев Павел Георгиевич

-доктор юридических наук, профессор Ревин Валерий Павлович;

Ведущая организация:        Государственное учреждение

«Всероссийский научно-исследовательский институт МВД Российской Федерации»

Защита диссертации состоится 15 мая 2009 г. в 14.00 час. на заседании диссертационного совета Д 212.203.24 при Российском университете дружбы народов по адресу: 117198 г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 6, ауд. 347.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке   Российского университета дружбы народов

Автореферат разослан "_____ " апреля 2009 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат юридических наук                       <${{ku^Селезнева Н.А.

2


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Особенно востребованной среди преступлений против порядка управления является сегодня группа деяний, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти (ст. 317-321 УК РФ).

В последние годы в России ежегодно гибнут, получают ранения, подвергаются оскорблениям в результате совершения рассматриваемых преступлений сотни работников государственных органов. Например, только в 2004 г. при исполнении служебных обязанностей погибло 229 сотрудников органов внутренних дел (на 21,2% больше, чем в 2003 г.), а 604 (на 16,8% выше 2003 г.) было ранено; в 2005 г. при исполнении служебных обязанностей погибло 278 сотрудников органов внутренних дел (+18%), а 715 (+15,6%) было ранено; в 2006 г. при исполнении служебных обязанностей погибло 318 сотрудников органов внутренних дел (+14,3%), а 794 (+11%) было ранено; в 2007 г. при исполнении служебных обязанностей погибло 378 сотрудников органов внутренних дел (+18,9%), а 898 (+13%) было ранено1.

Следует заметить, что за последние семь лет, с 2000 по 2007 гг., количество зарегистрированных преступлений против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, достигло 162882: в 2000 году зарегистрировано 15647 преступлений, при этом выявлено 13189 лиц, их совершивших; в 2001 году, соответственно, - 19323 и 14036; в 2002 году - 16460 и 13168; в 2003 году - 15129 и 12332; в 2004 году -21442 и 17058, в 2005 - 26760 и 20656; в 2006 году - 24158 и 23214; в 2007 году - 23963 и 22988. Эта статистика свидетельствует о том, что удельный вес преступлений против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, совершенных за последние

1 См.: Состояние преступности в России за январь - декабрь 2004 г. М., ГИАЦ МВД России, 2005. С. 26; Состояние преступности в России за январь - декабрь 2005 г. М., ГИАЦ МВД России, 2006. С. 21; Состояние преступности в России за январь - декабрь 2006 г. М., ГИАЦ МВД России, 2007. С. 31; Состояние преступности в России за январь - декабрь 2007 г. М., ГИАЦ МВД России, 2008. С. 29.

3


семь лет, в структуре преступлений против порядка управления составил 14,3%. Такое положение вызывает крайнюю озабоченность.

Статистические данные позволяют констатировать высокий уровень совершаемых ежегодно преступлений данного вида в Российской Федерации. При этом указанные показатели не в полной мере отражают динамизм реальной криминогенной ситуации, поскольку определенное количество деяний рассматриваемого вида не регистрируется, значительная часть указанных преступлений остается латентной.

Широкая распространенность преступлений против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, тенденции к росту количества преступлений этого вида, наличие целого комплекса сложных вопросов, возникших в теории уголовного права и на практике применения уголовно-правовых норм об ответственности за рассматриваемые деяния в силу разного рода объективных и субъективных причин, требует осмысливания сложившейся ситуации, выработки концепции уголовно-правовой охраны общественных отношений в рассматриваемой области, внесения на ее базе корректив в правовую регламентацию и правоприменительную практику.

Анализ следственно-судебной практики по делам рассматриваемой категории свидетельствует о сложностях при применении статей 317-321 УК РФ, которые связаны как с несовершенством уголовного законодательства, так и с другими негативными факторами. Немало трудностей возникает при квалификации рассматриваемых деяний и отграничении их от смежных преступных деяний.

Степень разработанности темы. Теоретические проблемы уголовно-правовой борьбы с рассматриваемыми преступлениями против порядка управления, затрагивались в трудах М.А Алиевой, М.И. Бажанова, Л.И. Блиновой, В.Б. Боровикова, Ю.И. Бытко, В.А. Владимирова, Н.И. Ветрова, Л.Д. Гаухмана, С.Н. Гулина, А.Э. Жалинского, П.В. Замосковцева, В.И. Земцова, А.Н.   Игнатова,   А.Н.   Калузина,   В.Ф.   Кириченко,   А.В.   Кладкова,   Е.А.

4


Козельцева, Т.В. Кондрашовой, С.М. Корабельникова, А.В. Лужбина, Ю.И. Ляпунова, СВ. Максимова, М.Е. Матросовой, Г.М. Миньковского, В.И. Морозова, З.А. Николаевой, В.И. Осадчего, Б.И. Пинхасова, Э.Ф. Побегайло, Г.Ф. Поленова, B.C. Постникова, В.П. Ревина, СЛ. Скутина, И.В. Старцева, В.В. Сташиса, М.Х. Сулейманова, Е.А. Сухарева, B.C. Ткаченко, Н.И. Трофимова, М.Г. Фетисова, С.С. Яценко и других исследователей.

Между тем подавляющая часть работ по данной проблематике была опубликована до введения в действие УК РФ 1996 г.

В течение 2000-2007 годов был выполнен ряд диссертаций, посвященных вопросам ответственности за преступления против порядка управления. Так, защищены диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук в 2002 г. Саруханяном А.Р. на тему: «Преступления против порядка управления: общая характеристика, вопросы квалификации» (Ставрополь); в 2003 г.: Марковой Т.Ю. - «Убийство в связи с осуществлением лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга» (Москва), Грибуновым О.П. - «Уголовная ответственность за применение насилия в отношении представителя власти» (Санкт-Петербург), Яковлевой СА. -«Уголовно-правовая оценка насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им должностных обязанностей» (Ульяновск); в 2004 г.: Никоновым И.Е. на тему: «Ответственность за преступления против лиц и их близких в связи с исполнением ими своей служебной деятельности или выполнением общественного долга» (Москва), Шрамченко А.В. - «Уголовно-правовая защита сотрудников милиции при исполнении ими служебных обязанностей» (Санкт-Петербург), Моховым М.Б. - «Криминологическая характеристика и предупреждение преступлений, посягающих на представителей власти» (Краснодар); в 2006 г.: Таможником Е.Л. на тему: «Преступления против законной деятельности представителей власти: уголовно-правовой и криминологический аспекты» (Тамбов), Брагиной А.Г. -«Уголовная ответственность за оскорбление представителя власти» (Красноярск). В 2006 г. Агаевым Г.А. защищена диссертация на соискание

5


ученой степени доктора юридических наук на тему: «Преступления против порядка управления: проблемы теории и практика применения законодательства» (Санкт-Петербург).

Однако ни одна из них не была специально посвящена проблеме преступлений против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти.

Не освещенным в научных трудах остался ряд сложных вопросов концепции, конструкций уголовно-правовых норм, квалификации деяний, практики применения уголовного закона в 2000 - 2007 гг.

Изложенные обстоятельства определяют практическую и научную актуальность проведенного исследования.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования являются общественные отношения, складывающиеся в сфере уголовно-правовой борьбы с преступлениями против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, в России и странах СНГ.

Предмет исследования - ранее существовавшее и ныне действующее уголовное законодательство России и других стран, входящих в состав СНГ, специальная литература, статистические данные, аналитические обзоры, справки и другие источники, характеризующие практику борьбы с преступлениями против порядка управления, посягающими на служебную деятельность и личность представителей власти за 2000 - 2007 гг., уголовные дела, возбужденные ст.ст. 317 - 321 УК РФ, мнение экспертов в области применения указанных статей относительно совершенствования уголовного законодательства и практики его применения.

Цель и основные задачи исследования. Целью исследования является комплексная разработка проблемы теоретических и прикладных основ уголовно-правовой борьбы с преступлениями против порядка управления, посягающими на служебную деятельность и личность представителей власти, в новых социальных условиях России, выработка концепции уголовно-правовой охраны общественных отношений в рассматриваемой сфере, подготовка на

6


этой   базе   научно   обоснованных   рекомендаций   по   совершенствованию уголовного законодательства и следственно-судебной практики.

При реализации поставленной цели решены следующие основные исследовательские задачи:

  1. Изучен исторический процесс формирования уголовного законодательства России об ответственности за посягательства на служебную деятельность и личность представителей власти, начиная с Русской Правды и до принятия УК РФ 1996 г.
  2. Раскрыты особенности уголовно-правовой охраны порядка управления в действующем уголовном законодательстве России в сравнении с уголовным законодательством других стран Содружества Независимых Государств.
  3. Освещено содержание понятия преступлений против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, определено их место в системе уголовно-правовой охраны порядка управления.
  4. Проведен анализ особенностей уголовно-правовой характеристики преступлений, посягающих на служебную деятельность, жизнь, здоровье, честь, достоинство представителей власти, рассмотрены вопросы отграничения этих посягательств от смежных преступлений.
  5. Раскрыты особенности уголовно-правовой характеристики преступлений, посягающих на служебную деятельность и безопасность должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов, сотрудников учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, проанализированы проблемы отграничения указанных деяний от смежных преступлений.
  6. На основе концепции уголовно-правовой охраны общественных отношений в изучаемой сфере предложены варианты совершенствования диспозиций   и   санкций   уголовно-правовых   норм   об   ответственности   за

7


преступления против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти.

7. Разработаны и обоснованы меры по совершенствованию практики применения уголовно-правовых норм об ответственности за преступления, посягающие на служебную деятельность и личность представителей власти.

Методология и методика исследования.

Методологическую основу диссертационного исследования образуют современные положения теории познания явлений и процессов, а также совокупность идей, представлений, ориентированных на решение поставленных задач.

В процессе исследования использовался диалектический метод, который позволяет рассматривать все социальные феномены в постоянном развитии, их взаимосвязи и взаимозависимости, комплексно применялись исторический, логический, системно-структурный и социологический методы изучения объекта и предмета диссертационного исследования.

Нормативную базу исследования составили Конституция Российской Федерации, действующее уголовное, уголовно-процессуальное, админис­тративное и гражданское законодательство России, подзаконные нормативные акты, руководящие разъяснения пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР и Российской Федерации, отечественное уголовное законодательство предшествующих исторических периодов, а также современное уголовное законодательство Азербайджана, Армении, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана, Узбекистана, Украины, Молдавии, Модельный Уголовный кодекс для государств - участников Содружества Независимых Государств.

Теоретической основой исследования явились научные труды в области общей теории права, теории уголовного права и криминологии, а также философии, административного, гражданского права и других гуманитарных наук, имеющих отношение к проблемам диссертации.

8


Эмпирическая база диссертационного исследования представлена статистическими данными о состоянии и динамике преступлений против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, в Российской Федерации за 2000 - 2007 гг. В течение 2002-2007 гг. изучено 480 уголовных дел, возбужденных по ст. ст. 317 - 321 УК РФ в Москве, Санкт-Петербурге, Московской, Ленинградской, Воронежской, Пензенской, Ростовской, Тамбовской областях, рассмотренных судами первой и второй инстанции, 250 проверок по сообщениям об указанных преступлениях, в том числе завершившихся отказами в возбуждении уголовного дела, а также материалы судебной практики по уголовным делам Верховного Суда РФ, Московского областного суда, Пензенского областного суда, Ростовского областного суда, Тамбовского областного суда за последние 7 лет. В тех же регионах в 2005 - 2007 годах проведен опрос 300 работников органов внутренних дел, прокуратуры и суда.

Научная новизна. Научная новизна работы заключается, прежде всего, в комплексной разработке проблемы теоретических и прикладных основ уголовно-правовой борьбы с преступлениями против порядка управления, посягающими на служебную деятельность и личность представителей власти, выработана концепция этой борьбы в новых социальных условиях.

Новизна исследования заключается и в том, что оно представляет собой первое с момента принятия Уголовного кодекса РФ 1996 г. в отечественной науке уголовного права исследование группы преступлений против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, в рамках сравнительного анализа с уголовным законодательством стран Содружества Независимых Государств, в котором обобщен и использован общий потенциал уголовного законодательства стран СНГ применительно к объекту диссертационного исследования.

Кроме того, научная новизна выражается: в систематизации признаков посягательств, посягающих на порядок управления; в установлении оснований дифференциации уголовной ответственности и индивидуализации наказания за

9


виновно совершенные, противоправные, общественно опасные деяния против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти; практических рекомендациях по совершенствованию уголовного закона и практики его применения.

Более конкретно новизна представлена в положениях, выносимых на защиту.

Положения, выносимые на защиту:

1.       Под порядком управления следует понимать регламентированную

Конституцией Российской Федерации, иными нормативными правовыми

актами управленческую деятельность органов государственной власти и

местного самоуправления, общественных объединений, учреждений,

направленную на соблюдение и совершенствование правопорядка в стране.

В связи с этим преступления против порядка управления - это виновно совершенные частными лицами общественно опасные деяния, посягающие на нормальную управленческую деятельность органов государственной власти и местного самоуправления, общественных объединений, учреждений, связанные с противодействием их деятельности, несоблюдением законов или иных нормативных правовых актов и причиняющие тем самым вред порядку государственного управления. Согласно нашей концепции, они занимают достоянное место в системе деяний, посягающих на порядок управления, в оптимизации нуждаются только соответствующие уголовно-правовые нормы и практика их применения.

2.       Предлагается следующая классификация преступлений против

порядка управления по непосредственному объекту, позволяющая отразить

механизм причинения вреда отношениям, складывающимся в процессе

принятия управленческих решений:

преступления, выражающиеся в противодействии субъектам управленческой деятельности по осуществлению их функций: посягающие на служебную деятельность и личность представителей власти (ст. 317-321 УК РФ);

10


посягательства на неприкосновенность Государственной границы РФ (ст. 322,3221, 323 УК РФ);

преступления против обращения официальных документов и го­сударственных наград (ст. 324-3271 УК РФ);

преступления против порядка призыва на военную и альтернативную гражданскую службу (ст. 328 УК РФ);

посягательства на авторитет Государственного герба и Государственного флага РФ (ст. 329 УК РФ);

преступления в сфере осуществления оспариваемых прав (ст. 330 УК РФ).

  1. В целях совершенствования понимания потерпевшего от преступления, предусмотренного ст. 317 УК РФ, соблюдения законодательной техники, учитывая опыт стран СНГ и отсутствие дефиниции «правоохранительный орган», предлагается в диспозицию ч. 1 ст. 317 УК РФ внести дополнения и изложить в следующей редакции: «Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего, дружинника либо иных лиц, выполняющих функции по охране общественного порядка и общественной безопасности, в целях воспрепятствования законной деятельности указанных лиц по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности либо из мести за такую деятельность, а равно посягательство на жизнь близких этих лиц, совершенное в тех же целях».
  2. Для оптимизации применения ст. 317 УК РФ, учитывая опыт уголовного законодательства Молдовы, целесообразно дифференцировать уголовную ответственность за посягательство на жизнь лица, осуществляющего функции правоохранительной службы, военнослужащего, в зависимости от наступивших последствий в виде тяжкого вреда здоровью, не охватывающихся умыслом виновного, дополнив ст. 317 УК РФ частью 2 следующего содержания:

«2. То же действие, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью лицам, указанным в части первой настоящей статьи, - наказывается пожизненным лишением свободы».

11


  1. В связи с тем, что в ряде глав УК РФ, в том числе и главе 32 УК РФ, размещены статьи, в диспозициях которых указывается на должностных лиц, представляется, что примечание 1 к ст. 285 УК, в котором, на наш взгляд, неточно разъясняется, что «должностными лицами в статьях настоящей главы признаются лица...», целесообразно изменить на примечание, в котором будет указано, что «должностными лицами в статьях настоящей главы и других глав кодекса признаются лица...».
  2. Учитывая разъяснения понятия «представитель власти» в уголовном законодательстве Туркменистана, Армении и Таджикистана, а также то, что при формулировании понятия «представитель власти» в примечании к ст. 318 УК РФ законодатель допускает логическую ошибку по отношению к законодательной дефиниции «должностное лицо», которая выражается в повторении того же самого другими словами: «представителем власти является должностное лицо», а «должностное лицо - это лицо, осуществляющее функции представителя власти» целесообразно примечание к ст. 318 УК РФ изложить в новой редакции: «Примечание. Представителями власти в настоящей статье и других статьях настоящего Кодекса признаются лица, осуществляющие законодательную, исполнительную или судебную власть, а также работники государственных, местных, надзорных или контролирующих органов, наделенных в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости, либо правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, а также организациями независимо от их ведомственной подчиненности».
  3. Исходя из распространенности фактов применения насилия, опасного для жизни или здоровья, а также существенное увеличение количества случаев криминальных проявлений в отношении представителей власти, совершенных с двумя формами вины, в целях усиления гарантий правовой защищенности личности представителей власти целесообразно внести

12


изменения в действующую редакцию ст. 318 УК РФ, дополнив ее частями 3 и 4 следующего содержания:

«3. Применение насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении лиц, указанных в части первой настоящей статьи, повлекшее причинение смерти по неосторожности, -

наказывается лишением свободы на срок от пяти до двенадцати лет.

4. Применение насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении лиц, указанных в части первой настоящей статьи, повлекшее причинение смерти по неосторожности двум и более лицам, -

наказывается лишением свободы на срок от пяти до пятнадцати лет».

8.       Основываясь на законодательном регулировании ответственности

за оскорбление представителя власти в ряде стран СНГ, существенное

увеличение количества случаев оскорблений представителей власти,

содержащихся в публичных выступлениях и средствах массовой информации, в

целях усиления гарантий правовой защищенности личности представителей

власти целесообразно внести изменения в действующую редакцию ст. 319 УК

РФ, дополнив ее частью 2 следующего содержания:

«2. То же деяние, совершенное в публичных выступлениях или через средства массовой информации, -

наказывается штрафом в размере до шестидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти месяцев, либо обязательными работами на срок от ста двадцати до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок от шести месяцев до двух лет, либо лишением свободы на срок до двух лет».

9.       Под оскорблением представителя власти следует понимать

унижение чести и умаление достоинства должностного лица,

осуществляющего функции представителя власти, выраженное публично в

неприличной, т. е. противоречащей установленным правилам поведения,

требованиям морали, форме.

13


Теоретическая значимость исследования заключается в том, что его результаты вносят вклад в развитие науки уголовного права, поскольку расширяют систему знаний об уголовно-правовой борьбе с преступлениями, посягающими на служебную деятельность и личность представителей власти в современных условиях России. Содержащиеся в диссертации выводы и предложения позволяют осмыслить уголовно-правовой институт преступлений против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти с учетом опыта стран СНГ, поскольку в работе всесторонне рассмотрены понятие и место рассматриваемых преступлений в системе уголовно-правовой охраны порядка управления.

Практическое значение диссертационного исследования состоит в том, что сформулированные в нем выводы, положения и рекомендации могут быть использованы:

в правотворческой деятельности по совершенствованию уголовно-правовых норм об ответственности за посягательства на служебную деятельность и личность представителей власти;

в научно-исследовательской работе по дальнейшему изучению проблем уголовно-правовой борьбы с рассматриваемым видом преступности;

в деятельности правоохранительных органов по выявлению, расследованию и квалификации указанной группы преступлений;

в учебном процессе юридических вузов при преподавании курса уголовного права.

Апробация и внедрение результатов исследования в практику осуществлялись в ходе чтения и обсуждения докладов на международных, всероссийских и региональных конференциях и семинарах: внутривузовской научно-практической конференции «Российское законодательство: новация и практика» (Чита, 4 марта 2003 г.); региональной научно-практической конференции «Проблемы развития юридического образования в России» (Чита,

14


21-26 апреля 2003 г.); внутривузовской конференции «Молодежь и национальная безопасность России в переходную эпоху» (Чита, 21-26 апреля 2003 г.); Всероссийской научно-практической конференции «Кулагинские чтения» (Чита, 30 ноября - 1 декабря 2003 г.); VIII международной молодежной научно-практической конференции «Молодежь Забайкалья: творчество и прогресс» (Чита, 21-22 апреля 2004 г.); внутривузовской конференции «Наука и современное общество» (Чита, 28 февраля 2005 г.); Всероссийской научно-практической конференции «Человек и его ценности в современной культуре» (Чита, 4-5 марта 2005 г.); внутривузовской научно-практической конференции «Новация в уголовном праве» (Чита, 11 марта 2005 г.); внутривузовской научно-практической конференции «Процессуальные особенности правоохранительных органов на современном этапе» (Чита, 31 марта 2005 г.); XXXII научно-технической конференции профессорско-преподавательского состава, сотрудников и студентов «Проблемы национальной безопасности-региональный аспект» (Чита, 15-16 апреля 2005 г.); Всероссийской научно-практической конференции Третьи Забайкальские социологические чтения «Качество жизни: региональные аспекты социальных процессов» (Чита, 15 - 16 марта 2006 г.); XXXIII научно-технической конференции профессорско-преподавательского состава, сотрудников, студентов, магистрантов и аспирантов университета (Чита, 17-23 апреля 2006 г.); региональной научно-практической конференции «Международная безопасность: региональные аспекты» (Чита, 21 апреля 2006 г.); международной научно-практической конференции «Трансграничье в изменяющемся мире: Россия-Китай-Монголия» (Чита, 18-20 октября 2006 г.); Всероссийской научно-практической конференции «Кулагинские чтения» (Чита, 30 ноября - 1 декабря 2006 г.); международной конференции «Безопасность личности, общества, государства» (Чита, 30-31 марта 2007 г.); VIII Международной научно-практической конференции «Современное российское законодательство: законотворчество и правоприменение» 7-8 декабря 2007 г. (Москва, юридический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова).

15


Результаты исследования нашли отражение в двух монографиях, пяти учебных пособиях, двадцати научных и научно-методических работах, общим объемом 44,6 п.л. Из них девять публикаций в изданиях, рекомендованных ВАК.

Результаты исследования внедрены в практику 12 судов общей юрисдикции Забайкальского края (акт о внедрении от 30 апреля 2008 г.), Военного следственного управления России по Сибирскому военному округу (акт о внедрении от 23 мая 2008 г.), в учебный процесс кафедры уголовного права и криминалистики Забайкальского института предпринимательства Сибирского университета потребительской кооперации (акт о внедрении от 20 мая 2008 г.), а также кафедры уголовного права и уголовного процесса Юридического института Читинского государственного университета (акт о внедрении от 22 мая 2008 г.).

Структура и объем диссертационной работы определяются ее целью, задачами и состоит из введения, четырех глав, десяти параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность избранной темы исследования, определяются степень научной разработанности, объект и предмет, цель и задачи исследования, характеризуются методологическая и эмпирическая основы работы, указаны научная новизна, теоретическая и практическая значимость исследования, формулируются основные положения, выносимые на защиту, приводятся сведения об апробации и внедрении результатов исследования.

В первой главе «Понятие и место преступлений, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, в системе уголовно-правовой охраны порядка управления в России и странах СНГ» рассматриваются:      история      развития      уголовно-правовых      норм      об

16


ответственности за посягательства на служебную деятельность и личность представителей власти в России и странах СНГ; уголовно-правовые нормы России и стран СНГ по охране порядка управления; понятие и признаки преступлений, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти в России и странах СНГ.

В первом параграфе «История развития уголовно-правовых норм об ответственности за посягательства на служебную деятельность и личность представителей власти в России и странах СНГ» обосновывается вывод о том, что уголовно-правовые нормы, в которых устанавливалась ответственность за посягательства на служебную деятельность и личность представителей власти, характерны практически для всех крупных законодательных источников российского уголовного законодательства (дореволюционного и послереволюционного). Различия заключаются в основном в редакции правовых норм.

Первые посягательства на служебную деятельность и личность представителей власти были известны еще со времен Русской правды, что объясняется необходимостью особой государственной защиты профессионального сословия людей, состоящих на службе у государства.

Нормы, содержащие описание преступных посягательств на служебную деятельность и личность представителей власти, как правило, носили общий характер. И только с конца XIX века, а по большинству из рассматриваемых преступлений с XX века, законодатель стал конкретизировать ответственность за эти преступления. Особенно это нашло отражение в УК РСФСР 1960 года. По ряду преступлений наблюдалось излишнее дробление уголовной ответственности (в частности, это относится к ответственности за оскорбление представителей власти, а также, в определенной степени, к посягательству и насилию в отношении представителей власти). Указанная ситуация была исправлена в УК РФ 1996 года.

17


Во втором параграфе - «Уголовно-правовая охрана порядка управления по действующему законодательству России и стран СНГ» рассматриваются преступления против порядка управления на уровне уголовно-правового института. При этом под порядком управления предлагается понимать регламентированную Конституцией Российской Федерации, иными нормативными актами управленческую деятельность органов государственной власти и местного самоуправления, общественных объединений, учреждений, направление на соблюдение и совершенствование правопорядка в стране.

Диссертант формулирует следующее определение преступлений против порядка управления - это виновно совершенные общественно опасные деяния, посягающие на нормальную управленческую деятельность органов государственной власти и местного самоуправления, общественных объединений, учреждений, сопряженные с совершением насильственных действий над представителями власти, противодействием их деятельности, несоблюдением законов или иных нормативных правовых актов, причиняющие вред или создающие угрозу причинения вреда охраняемым отношениям.

В работе показывается, что классификация преступлений против порядка управления по непосредственному объекту посягательства позволяет отразить механизм причинения вреда отношениям, складывающимся в процессе принятия управленческих решений. Соискатель предлагает следующую классификацию:

преступления, выражающиеся в противодействии субъектам управленческой деятельности по осуществлению их функций, посягающие на личность и служебную деятельность представителей власти (ст. 317-321 УК РФ);

посягательства на неприкосновенность Государственной границы РФ (ст. 322,3221, 323 УК РФ);

18


преступления против обращения официальных документов и го­сударственных наград (ст. 324-3271 УК РФ);

преступления против порядка призыва на военную и альтернативную гражданскую службу (ст. 328 УК РФ);

посягательства на авторитет Государственного герба и Государственного флага РФ (ст. 329 УК РФ);

преступления в сфере осуществления оспариваемых прав (ст. 330 УК РФ).

Отсутствие в УК Азербайджана, Армении, Казахстана, Узбекистана специальной нормы, устанавливающей уголовную ответственность за посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, следует расценивать как существенный пробел в уголовном законодательстве данных стран.

УК Российской Федерации имеет схожую с Модельным УК стран СНГ структуру. Тем не менее ст. 328 «Уклонение от прохождения военной и альтернативной службы» УК РФ было бы полезным дополнить нормой об ответственности за уклонение от очередного призыва не только на срочную военную службу, но и уклонение от тренировочных сборов или мобилизации при отсутствии законных оснований для освобождения от этой службы; в ст. 329 «Надругательство над Государственным гербом Российской Федерации или Государственным флагом Российской Федерации» УК РФ целесообразно закрепить наряду с символикой российской государственности, символы других государств в качестве предмета преступления, предусмотренного ст. 329 УК РФ, для признании равной защиты символов всех государств мира.

В третьем параграфе «Понятие преступлений, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, их место в системе уголовно-правовой охраны порядка управления в России и странах СНГ» показывается, что общественная опасность преступных посягательств на управленческую деятельность выражается в создании препятствий решению

19


задач, поставленных перед органами власти и учреждениями, осуществляющими управленческие функции.

Под осуществлением служебной деятельности представителями власти понимаются действия представителя власти, входящие в круг его обязанностей, вытекающих из Конституции РФ, нормативных правовых актов, трудового договора (контракта). В этой связи преступления, посягающие на служебную деятельность представителей власти, предлагается определить как совокупность общественно опасных деяний, закрепленных в нормах главы 32 Особенной части УК РФ и посягающих на общественные отношения, складывающиеся в процессе реализации действий представителя власти, входящих в круг его полномочий.

Под преступлениями, посягающими на служебную деятельность и личность представителей власти, следует понимать совокупность общественно опасных деяний, содержащихся в нормах главы 32 Особенной части УК РФ (ст. 317-319), посягающих на служебную деятельность, жизнь, здоровье, честь, достоинство и деловую репутацию представителя власти в связи с его служебной деятельностью.

В своей работе автор отмечает, что в УК РФ случаи причинения смерти представителю власти рассматриваются в качестве дополнительного последствия, а иногда и способа совершения другого, более тяжкого преступления. Так, при террористическом акте причинение смерти государственному или общественному деятелю является способом посягательства на общественную безопасность, защищенность жизненно важных интересов общества. Исходя из этого, автор делает вывод, что деятельность представителей власти по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности не может иметь большую социальную значимость, чем жизнь этих должностных лиц. В противном случае невыполнение представителем власти обязанности по охране общественного   порядка   и   обеспечению   общественной   безопасности   под

20


реальной угрозой его жизни исключает состояние крайней необходимости и должно повлечь за собой уголовную ответственность. Именно поэтому в составе, предусмотренном ст. 317 УК, личное благо человека - жизнь указанных лиц, а также их близких является дополнительным объектом уголовно-правовой охраны, а воспрепятствование деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности -основным.

Далее в работе показано, что в Российской Федерации, как и во многих других странах - участницах СНГ, охране общественных отношений, связанных со служебной деятельностью и личностью представителей власти, уделяется приоритетное значение. Исходя из этого, преступления против порядка управления, посягающие на служебную деятельность и личность представителей власти, помещаются на первое место в системе уголовно-правовой охраны порядка управления в России и странах СНГ.

Вторая глава - «Уголовно-правовая характеристика и квалификация посягательств на служебную деятельность, жизнь, здоровье, честь, достоинство представителей власти в России» посвящена рассмотрению объективных и субъективных признаков преступлений: посягающих на жизнь сотрудника правоохранительного органа; связанных с применением насилия, в отношении представителя власти, его оскорблением по уголовному законодательству России и стран СНГ.

В первом параграфе - «Характеристика и квалификация посягательств на жизнь сотрудника правоохранительного органа» анализируются уголовно-правовые нормы о преступлениях, посягающих на жизнь сотрудника правоохранительного органа, и практика их применения в России и странах СНГ.

Под непосредственным объектом посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа, по мнению диссертанта, следует понимать порядок управления в правоохранительных органах, Вооруженных силах и

21


других войсках и воинских формированиях России (основной непосредственный объект), а также жизнь (дополнительный непосредственный объект), здоровье, личную безопасность (факультативный непосредственный объект) сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего или их близких.

На основе анализа признаков субъекта посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа в работе сформулированы следующие выводы:

к уголовной ответственности может быть привлечено только достигшее возраста 16 лет вменяемое физическое лицо, совершившее общественно опасное деяние, описанное в диспозиции ст. 317 УК РФ;

на практике сложившаяся ситуация привлечения лиц в возрасте от 14 лет до достижения ими 16 лет к ответственности за рассматриваемое посягательство по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ необоснованна. В связи с опасностью посягательства ответственность за деяние, предусмотренное ст. 317 УК РФ, должна наступать не с 16, а с 14 лет.

На основе анализа признаков субъективной стороны посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа были сформулированы следующие выводы:

являясь элементом состава преступления, субъективная сторона пред­ставляет собой часть основания уголовной ответственности и, следовательно, отграничивает преступное поведение от непреступного: не может быть признано преступлением неосторожное совершение посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа, ибо по закону является наказуемым только умышленное посягательство;

вина при совершении посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа выражается в прямом определенном (конкретизированном) умысле, о чем свидетельствует характер действий, наличие   специальных   цели    (стремление   воспрепятствовать   деятельности

22


сотрудников правоохранительных органов или военнослужащих по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности) и мотива (месть за указанную деятельность);

в содержание прямого умысла при посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительного органа входят интеллектуальный (осознание общественно опасного характера деяния, т.е. хотя бы общей характеристики объекта посягательства, фактического содержания и социальных свойств всех составных элементов действия) и волевой (желание причинить смерть сотруднику правоохранительного органа, военнослужащему или их близким) элементы;

цель воспрепятствования законной деятельности сотрудника правоохранительного органа или военнослужащего по охране общественного порядка или обеспечения общественной безопасности означает стремление виновного предотвратить (не допустить в будущем) или прекратить (прервать в настоящем) осуществление этими лицами указанной деятельности;

мотив мести заключается в желании виновного отплатить потерпевшему за осуществляемую деятельность по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.

Второй параграф - «Характеристика и квалификация применения насилия в отношении представителя власти» посвящен рассмотрению объективных и субъективных признаков преступлений, посягающих на личность представителя власти по уголовному законодательству России и стран СНГ.

Автор отмечает, что при квалификации указанных деяний необходимо обращать внимание на правильность толкования терминов и словосочетаний, содержащихся в диспозициях уголовно-правовых норм.

Основной непосредственный объект преступления, предусмотренного ст. 318 УК РФ, предлагается определить как управление, осуществляемое представителями   власти,   в   области   охраны   общественного   порядка   и

23


обеспечения общественной безопасности. Дополнительным непосредственным объектом состава указанного преступления является здоровье человека. Потерпевший от преступления, предусмотренного ст. 318

УК РФ, - представитель власти либо его близкие.

В связи с упоминанием в большинстве глав УК РФ, в том числе главе 32, о том, что субъектами деяний могут быть только должностные лица, соискатель считает целесообразным примечание 1 к ст. 285 УК РФ изменить на примечание, в котором будет предусмотрено, что определение должностного лица в этой статье относится ко всем главам УК РФ.

Наличие законодательного определения должностного лица и представителя власти не исключает неясности при решении вопросов отнесения тех или иных лиц к категории представителей власти в конкретных случаях. В связи с тем, что при формулировании понятия «представитель власти» в примечании к ст. 318 УК РФ законодатель допускает логическую ошибку по отношению к законодательной дефиниции «должностное лицо», которая выражается в повторении того же самого другими словами: «представителем власти является должностное лицо», а «должностное лицо -это лицо, осуществляющее функции представителя власти» целесообразно заменить действующее примечание к ст. 318 УК РФ предлагаемой соискателем новой формулировкой: «Примечание. Представителями власти в настоящей статье и других статьях настоящего Кодекса признаются лица, осуществляющие законодательную, исполнительную или судебную власть, а также работники государственных, местных, надзорных или контролирующих органов, наделенных в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости, либо правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, а также организациями независимо от их ведомственной подчиненности».

24


Объективная сторона преступления характеризуется активными действиями: применением насилия, не опасного для жизни или здоровья; применением насилия, опасного для жизни или здоровья; угрозой применения насилия в отношении представителя власти или его близких в связи с исполнением представителем власти своих должностных обязанностей.

Под угрозой применения насилия следует понимать действия или высказывания виновного, выражающие намерение немедленно применить насилие в отношении представителя власти или его близких. По своему содержанию угроза может выражаться в угрозе нанесения побоев, причинения вреда здоровью различной степени тяжести, убийством. По способам выражения угроза может проявляться как в устной, так и письменной формах.

Учитывая распространенность фактов применения насилия, опасного для жизни или здоровья, повлекших причинение смерти по неосторожности, т.е. деяний, совершенных с двумя формами вины, в целях усиления уголовной ответственности за такие посягательства на служебную деятельность и личность представителей власти рекомендуется дополнить ст. 318 УК РФ новыми частями 3 и 4 следующего содержания:

«3. Применение насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении лиц, указанных в части первой настоящей статьи, повлекшее причинение смерти по неосторожности, -

наказывается лишением свободы на срок от пяти до двенадцати лет. 4. Применение насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении лиц, указанных в части первой настоящей статьи, повлекшее причинение смерти по неосторожности двум и более лицам, -

наказывается лишением свободы на срок от пяти до пятнадцати лет».

Ответственность за применение насилия в отношении представителя власти наступает тогда, когда насилие является противодействием законной деятельности представителя власти, в том числе работника милиции по охране общественного порядка или обеспечению общественной безопасности.

25


Действия, направленные на применение насилия в отношении представителя власти в связи с его служебной деятельностью, не образуют покушения на применение насилия, опасного для жизни и здоровья, а являются оконченным преступлением. Таким образом, достигается усиление уголовной ответственности в сравнении с покушением на деяние, предусмотренное ст. 111 УК РФ.

Третий параграф «Характеристика и квалификация оскорбления представителя власти» посвящен рассмотрению особенностей уголовно-правовой охраны чести и достоинства личности представителя власти.

Следует отметить, что состав преступления, предусмотренного статьей 319 УК РФ, является двухобъектным, причем основным непосредственным объектом является нормальная законная деятельность органов государственной и местной власти, а дополнительным - честь, достоинство или репутация представителя власти.

Честь представителя власти - это оценка качеств представителя власти общественным сознанием; достоинство представителя власти - оценка им самим своей ценности как человека в общем (человеческое достоинство), как конкретной личности (личное достоинство), как представителя власти (профессиональное достоинство); служебная репутация представителя власти определяется как оценка обществом служебных качеств представителя власти.

Объективная сторона данного преступления выражается в публичном оскорблении представителя власти, то есть унижении чести и умалении достоинства лица, осуществляющего функции представителя власти, выраженное публично в неприличной, т. е. противоречащей установленным правилам поведения, требованиям общечеловеческой морали, форме. Это понятие характеризуют следующие признаки: направленность на унижение чести и умаление достоинства представителя власти; публичное совершение действий; факт унижения чести и умаления достоинства; неприличная форма такого   унижения   или   умаления.    Рассматриваемый   термин   по   своему

26


лингвистическому значению является производным от понятия «унижение чести и достоинства». Правдивость или ложность сведений, распространяемых при оскорблении, значения не имеет.

Понятие «унижение чести и достоинства» в российском законодательстве точно не определено. В широком смысле это дискредитация человека в общественном мнении (унижение чести) или такое воздействие, которое противоречит достоинству личности (умаление достоинства). Однако четких и однозначно трактуемых критериев унижения чести и умаления достоинства не существует, это разно понимаемые понятия. Наличие и степень «унижения чести» и «умаления достоинства» определяет суд.

Понятие неприличной формы унижения чести и достоинства личности представителя власти, входящее в определение оскорбления, не имеет однозначного правового толкования. Неприличная форма - обобщающее понятие по отношению к непристойной форме, которая связана с употреблением слов и выражений определенных семантических групп (половые органы, выделения и т.п.); неприличным может быть и сравнение с «одиозными» персонажами. При этом обязательным условием является отрицательная оценка того или иного лица, а не просто употребление непристойных выражений. Итак, в связи с субъективностью и неопределенностью исходного понятия «унижение чести и достоинства», понятие «неприличная форма» субъективно и в каждом конкретном случае подлежит оценке со стороны компетентного органа.

Учитывая, что понятие «унижение чести и достоинства» в российском законодательстве точно не определено, следует говорить не об унижении, а об умалении достоинства. Унижение - это дискредитация человека, а умаление -воздействие, которое противоречит достоинству личности как ее неотъемлемому праву. В связи с этим, диспозицию ч. 1 ст. 130 УК РФ, по мнению диссертанта, целесообразно изложить в следующей редакции:  «1.

27


Оскорбление, то есть унижение чести или умаление достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме, - ».

Главным мотивом преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, чаще всего являются хулиганские побуждения. Все остальные внутренние причины являются вторичными, не оказывая решающего влияния на выбор виновным вариантов поведения.

Третья глава «Уголовно-правовая характеристика и квалификация посягательств на служебную деятельность и безопасность должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов, сотрудников учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества в России» посвящена анализу объективных и субъективных признаков уголовно-правовых норм, связанных с разглашением сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении должностного лица правоохранительного или контролирующего органа, а также связанных с посягательством на служебную деятельность и личность сотрудников при дезорганизации деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества по уголовному законодательству России.

В первом параграфе «Характеристика и квалификация разглашения сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении должностного лица правоохранительного или контролирующего органа» показано, что преступление, предусмотренное ст. 320 УК РФ, посягает на общественные отношения, складывающиеся в процессе обеспечения охраны сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов, а также их близких.

Предмет данного преступления - сведения о мерах безопасности, применяемых в отношении вышеуказанных лиц либо их близких.

В качестве потерпевших предлагается выделить несколько категорий лиц, к которым применяются меры безопасности: а) должностное лицо правоохранительного органа; б) должностное лицо контролирующего органа;

28


в) их близкие. Если разглашаются сведения о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи или участников уголовного процесса, ответственность наступает по ст. 311 УК.

Объективная сторона преступления характеризуется действием -разглашением сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении должностного лица правоохранительного или контролирующего органа, а также его близких.

Разглашение сведений о мерах безопасности - это сообщение их любым способом (устно, письменно; лично, анонимно; в публичном выступлении, в разговоре и т.п.) хотя бы одному лицу для использования этих сведений в целях воспрепятствования служебной деятельности должностного лица правоохранительного или контролирующего органа. Данный состав является формальным, преступление признается оконченным с момента разглашения указанных сведений независимо от наступления иных общественно опасных последствий.

Субъект преступления - лицо, достигшее 16-летнего возраста, которому сведения о соответствующих мерах безопасности были доверены или стали известны по службе или работе (например, лицо, участвующее в реализации мер безопасности: работники органов внутренних дел, органов контрразведки, таможенных органов, командование воинских частей). Субъектом могут быть также должностные лица учреждений, организаций, в адрес которых направлены решения органов, обеспечивающих безопасность. Например, работники паспортных служб, адресных столов, справочных служб телефонной связи.

Следует присоединиться к мнению тех авторов, которые исключают возможность признания субъектом преступления по ст. 320 УК РФ того лица, в отношении которого применены меры безопасности, поскольку обязательным признаком субъективной стороны преступления является специальная цель -

29


воспрепятствование законной деятельности этого лица. В этой связи непонятно, как можно воспрепятствовать собственной деятельности1.

Субъективная сторона преступления характеризуется виной в форме прямого умысла: лицо сознает общественную опасность разглашения сведений о мерах безопасности должностных лиц правоохранительных или контролирующих органов или их близких, осознает также и то, что разглашает сведения с целью воспрепятствования служебной деятельности указанных лиц, и желает это сделать.

Второй параграф «Характеристика и квалификация посягательств на служебную деятельность и личность сотрудников при дезорганизации деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества» посвящен анализу объективных и субъективных признаков данного вида преступлений.

Научно обосновывается вывод о том, что в целях совершенствования норм о преступлениях против правосудия, ст. 321 «Дезорганизация деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества» целесообразно перенести из главы 32 «Преступления против порядка управления» в главу 31 «Преступления против правосудия» УК России. При этом правосудие в качестве объекта уголовно-правовой охраны следует считать понятием более широким, чем правосудие как специфический вид государственной деятельности, осуществляемой только судом при рассмотре­нии уголовных и гражданских дел. А преступления против правосудия - это посягательства на правильную нормальную деятельность органов предварительного следствия, дознания по всестороннему и объективному расследованию преступлений, судебных органов по правильному разрешению дел, уголовно-исполнительных органов по надлежащему исполнению судебных решений.

См.: Саруханян А.Р. Преступления против порядка управления: общая характеристика, вопросы квалификации: Автореф. дис....канд. юрид. наук / СтГУ, Ставрополь, 2002. С. 15.

30


Данный вывод подтверждается опросом экспертов, положительным опытом уголовно-правового регулирования данного состава в странах СНГ, правилами Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. и практикой Европейского суда по правам человека, согласно которым исполнение судебного решения представляет собой часть судебного разбирательства, а содержащиеся под стражей активно вовлекаются в процесс правосудия и способствуют его осуществлению.

Автор обращает внимание на нарушение правил законодательной техники при конструировании диспозиции ч. 3 ст. 321 УК РФ ввиду несогласованности содержания частей 1 и 2 с частью 3 ст. 321 УК РФ. При грамматическом, систематическом и буквальном толковании содержания ч. 3 ст. 321 УК РФ норма, по мнению диссертанта, не отличается логичностью построения.

Изучение уголовного законодательства Кыргызстана, Азербайджана,

Армении, Таджикистана в части, касающейся установления уголовного запрета

на дезорганизацию деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от

общества,          показало     аналогичные     неточности,     допущенные     при

конструировании норм рассматриваемого состава.

В этой связи предлагается изменить редакцию действующей ч. 3 ст. 321 УК РФ, которую, учитывая объединение ч. 1 и ч. 2 ст. 321 УК РФ, целесообразнее преобразовать в ч. 2 ст. 321 УК РФ. Далее обосновывается новая редакция статьи 321 УК РФ, выносимая на защиту.

В четвертой главе «Сравнительный анализ законодательства России и стран СНГ, устанавливающего ответственность за преступления против порядка управления, посягающие на служебную деятельность и личность представителей власти» проводится изучение преступлений, посягающих на служебную деятельность, жизнь, здоровье, честь и достоинство представителей власти, а также преступлений, посягающих на служебную деятельность и безопасность   должностных   лиц   правоохранительных   и   контролирующих

31


органов, сотрудников учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, в России и странах СНГ.

В первом параграфе «Сравнительный анализ преступлений, посягающих на служебную деятельность, жизнь, здоровье, честь, достоинство представителей власти в России и странах СНГ» диссертант на базе результатов собственного исследования доказывает обоснованность вывода о том, что необходимость сравнительного исследования уголовно-правовых систем различных стран объясняется не только стремлением ученых расширить свой кругозор, привнести новые знания в уголовно-правовую науку, но и возможностью отыскать и использовать удачные правовые приемы при совершенствовании национального законодательства2.

В частности, анализ преступлений против порядка управления стран СНГ показал, что в их уголовных кодексах также присутствует группа норм, посвященных вопросам ответственности за преступления против порядка управления, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти.

Объективные и субъективные признаки составов посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа, применения насилия в отношении представителя власти и оскорбления представителя власти уголовное законодательство стран СНГ определяет в основном так же, как и Уголовный кодекс РФ. Вместе с тем имеется ряд существенных особенностей.

В связи с тем, что для уголовных законов рассматриваемых стран, как и для УК РФ, эталоном является Модельный УК стран СНГ, объективные и субъективные признаки составов преступлений, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, по уголовному законодательству этих стран во многом совпадают. В то же время интересным представляется решение киргизского законодателя о перечислении в числе

См.: Марченко М.Н. Теория государства и права. - М., 1996. С. 132-174; Бабаев В.К. Теория права и государства. - М., 2001. С. 402-421.

32


прочих функций (организационно-распорядительной и административно-хозяйственной) должностного лица контрольно-ревизионной. Спорным является использование при формулировке понятия «должностное лицо» оценочных категорий, например, «иное уполномоченное лицо» в УК Республики Беларусь.

Рассмотрение преступлений, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, по уголовному праву стран СНГ позволило автору сделать вывод о необходимости использования опыта конструирования норм об ответственности за данные преступления.

Во втором параграфе «Сравнительный анализ преступлений, посягающих на служебную деятельность и безопасность должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов, сотрудников учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества в России и странах СНГ» автор отмечает, что анализ уголовного законодательства стран СНГ об ответственности за указанные преступления показывает явную схожесть конструкций уголовно-правовых норм России и ряда других стран.

Далее отмечается, что идентичная российской норме об ответственности за разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении должностного лица правоохранительного или контролирующего органа, является норма в УК Кыргызстана (ст. 344). Между тем уголовное законодательство Армении, Таджикистана, Беларуси, Туркменистана, Молдовы не содержит такой нормы.

Критически оценивается закрепление состава с аналогичным названием в главе о преступлениях против порядка управления (ст. 316) УК Республики Азербайджан, так как совершение деяния, описываемого в диспозиции данной статьи, предполагает причинение вреда интересам правосудия, а не порядку управления.

Обращается внимание и на то, что в уголовном законе Туркменистана ответственность  за дезорганизацию  нормальной  деятельности  учреждений,

33


обеспечивающих изоляцию от общества, не дифференцируется в зависимости от потерпевшего (сотрудника места лишения свободы или места содержания под стражей либо осужденного). Тот же подход к уголовно-правовому регулированию ответственности за дезорганизацию деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, наблюдается в уголовных законах Кыргызстана (ст. 345), Азербайджана (ст. 317) и Армении (ст. 319).

Рассмотрен в работе и опыт уголовно-правового противодействия дезорганизации деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, в Таджикистане. Уголовный кодекс Республики Таджикистан содержит две статьи, закрепляющие возможность привлечения к уголовной ответственности за это деяние: ст. 331 «Воспрепятствование деятельности учреждений, исполняющих наказания, и учреждений предварительного заключения» и ст. 332 «Действия, дезорганизующие работу мест лишения свободы». Этот опыт также содержит моменты, полезные для УК РФ.

Заключение диссертации включает основные теоретические выводы и наиболее значимые положения, сформулированные автором в результате проведенного исследования, а также практические рекомендации по совершенствованию уголовно-правовых норм о преступлениях, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, оптимизации практики и применения.

Основные положения диссертации опубликованы в следующих работах автора:

I. Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, рекомендованных ВАК:

  1. Рудый Н.К. Уголовно-правовая характеристика клеветы // Российский судья. 2002. № 8. 1 п.л. С. 38-44.
  2. Рудый Н.К. Преступления, посягающие на служебную деятельность и личность представителей власти по уголовному законодательству России // Российский судья. 2007. № 12. 0,4 п.л. С. 20-24.

34


  1. Рудый Н.К. Квалификация применения насилия в отношении представителя власти по уголовному законодательству России // Российский судья. 2008. № 7. 0,6 п.л. С. 28-30.
  2. Рудый Н.К. Характеристика видов преступлений против порядка управления по законодательству стран СНГ // Российский следователь. 2008. № 13. 0,3 п.л. С. 15-17.
  3. Рудый Н.К. Совершенствование уголовно-правовых норм об ответственности за преступления, посягающие на служебную деятельность и безопасность должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов, сотрудников учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества // Российский следователь. 2008. № 11. 0,3 п.л. С. 37-38.
  4. Рудый Н.К. Уголовно-правовые нормы об ответственности за посягательства на служебную деятельность и личность представителей власти в России в X - XIX веках // История государства и права. № 15. 2008. 0,4 п.л. С. 18-20.
  5. Рудый Н.К. Развитие уголовно-правовых норм об ответственности за посягательства на служебную деятельность и личность представителей власти в России в XX веке // История государства и права. № 19. 2008. 0,6 п.л. С. 8-11.
  6. Рудый Н.К. Совершенствование уголовно-правовых норм об ответственности за преступления, посягающие на служебную деятельность, жизнь, здоровье, честь, достоинство представителей власти, и оптимизация практики их применения // Юридический мир. № 10. 2008. 0,6 п.л. С. 50-53.
  7. Рудый Н.К. Правовая характеристика чести, достоинства и репутации представителя власти // Юрист. 2008. № 3. 0,4 п.л. С. 9-11.

П. Монографии, учебные пособия, лекции

  1. Рудый Н.К. Уголовно-правовая защита чести, достоинства и деловой репутации личности. Монография. Чита: ЧитГУ, 2006. 7,5 п.л.
  2. Рудый Н.К. Система преступлений, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти (сравнительный уголовно-правовой анализ). Монография. Чита: Сиб УПК ЗИП, 2008. 8,5 п.л.
  3. Рудый Н.К. Правоохранительные органы. Учебно-методические рекомендации. Чита: ЧитГУ, ИЭУиП, Юридический факультет, кафедра УПиУПП,2003.2п.л.
  4. Рудый Н.К. Уголовно-исполнительное право. Учебно-методические рекомендации. Чита: ЧитГУ, ИЭУиП, Юридический факультет, кафедра УПиУПП, 2003. 2 п.л.
  5. Рудый Н.К. Уголовно-исполнительное право. Курс лекций. Чита: ЧитГУ, 2006. 5 п.л.
  6. Рудый Н.К. Уголовно-правовая характеристика преступлений, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти. Учебное пособие. Чита: ЧитГУ, ИЭУиП, Юридический факультет, кафедра УПиУПП, 2008. 4 п.л.

35


16.       Рудый Н.К. Преступления, посягающие на жизнь сотрудника

правоохранительных органов. Учебное пособие. Чита: ЧитГУ, ИЭУиП,

Юридический факультет, кафедра УПиУПП, 2008. 4 п.л.

III. Статьи в иных изданиях:

  1. Рудый Н.К. Исторический анализ российского уголовного законодательства об ответственности за посягательство на честь, достоинство и репутацию // Актуальные проблемы уголовного права. Вып. 1. 2002. М.: ИГ «Юрист». 1 п.л.
  2. Рудый Н.К. Соотношение гражданско-правовой и уголовно-правовой ответственности за посягательства на честь, достоинство и репутацию // Юрист. 2002. №11. 0,8 п.л.
  3. Рудый Н.К. Некоторые вопросы состояния, правовой характеристики и квалификации применения насилия в отношении представителя власти // Актуальные проблемы юридической науки и практики. Вып. 3-4.   М.: ИГ «Юрист», 2004. 0,5 п.л.
  4. Рудый Н.К. Детерминация молодежной преступности // VII Международная молодежная научно-практическая конференция «Молодежь Забайкалья: творчество и прогресс». Сб. материалов. Чита: ЧитГУ, 2004. 0,5 п.л.
  5. Рудый Н.К. Признаки состава преступления, связанного с применением насилия в отношении представителя власти // Адвокатская практика. 2007. № 6. 0,7 п.л.
  6. Рудый Н.К. Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении должностного лица правоохранительного или контролирующего органа // Адвокатская практика. Спецвыпуск. Сентябрь. 2007. 0,3 п.л.
  7. Рудый Н.К. Уголовно-правовая охрана служебной деятельности и личности сотрудников при дезорганизации деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. 2007. № 6. 0,6 п.л.
  8. Рудый Н.К. Сравнительный анализ преступлений, посягающих на служебную деятельность и безопасность должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов, сотрудников учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества в России и странах СНГ // Международное публичное и частное право. 2007. № 6. 0,4 п.л.
  9. Рудый Н.К. Квалификация оскорбления представителя власти // Мировой судья. 2007. № 12. 0,6 п.л.
  10. Рудый Н.К. Преступления, посягающие на служебную деятельность и личность представителей власти в уголовном законодательстве стран СНГ // Международное публичное и частное право. 2008. № 1. 1,1 п.л.
  11. Рудый Н.К. Нормальная деятельность исправительных учреждений и мест содержания под стражей - есть порядок осуществления правосудия //

36


Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. 2008. № 2. 0,5 п.л.


РУДЫЙ Наталья Кирилловна

ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ПОРЯДКА УПРАВЛЕНИЯ,

ПОСЯГАЮЩИЕ НА СЛУЖЕБНУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ И ЛИЧНОСТЬ

ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ВЛАСТИ:

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

РОССИИ И СТРАН СНГ

Диссертация посвящена решению комплекса теоретических и прикладных проблем уголовно-правовой борьбы с преступлениями против порядка управления, посягающими на служебную деятельность и личность представителей власти, в новых социальных условиях России, выработке концепции уголовно-правовой охраны общественных отношений в рассматриваемой сфере, подготовке на этой базе научно обоснованных рекомендаций по совершенствованию уголовного законодательства и следственно-судебной практики.

В работе рассматриваются вопросы: определения места преступлений, посягающих на служебную деятельность и личность представителей власти, в системе уголовно-правовой охраны порядка управления в России и странах СНГ; квалификации посягательств на служебную деятельность и безопасность должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов, сотрудников учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества в России; совершенствования уголовного законодательства России, устанавливающего ответственность за преступления против порядка управления, посягающие на служебную деятельность и личность представителей власти.

RUDIY Natalia Kirillovna

CRIME AGAINST ADMINISTRATIVE ORDER,

TRENCHING ON OFFICIAL ACTIVITIES AND PERSON

OF PUBLIC OFFICERS:

COMPARATIVE ANALYSIS OF LEGISLATION

APPLIED IN RUSSIA AND CIS COUNTRIES

The Paper is dedicated to solution of a package of theoretical and applied problems of criminal and judicial counteraction to crime against administrative order, trenching on official activities and person of public officers on the background of new social environment in Russia, elaboration of the concept of criminal and judicial protection of public relations in this field and development of scientifically substantiated recommendations aimed at perfection of criminal legislation and investigative and judicial practice on the basis of such concept.

The Thesis reviews the following issues: location of offenses, trenching on official activities and person of public officers, in the system of criminal prosecution and judicial protection of administrative order in Russia and CIS countries; qualification of offences against official activities and safety of officers of law-enforcement and supervisory authorities, servicemen of penitentiary institutions in Russia; perfection of criminal legislation in Russia, which establishes liability for crimes against administrative order, trenching on official activities and person of public officers.

38


РУДЫЙ Наталья Кирилловна

ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ПОРЯДКА УПРАВЛЕНИЯ, ПОСЯГАЮЩИЕ НА

СЛУЖЕБНУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ И ЛИЧНОСТЬ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ

ВЛАСТИ: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

РОССИИ И СТРАН СНГ

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

Типография

39

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.