WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Эффективность права: антропологическое и ценностное измерение

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 

На правах рукописи

ЖИНКИН Сергей Алексеевич

ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПРАВА: АНТРОПОЛОГИЧЕСКОЕ И ЦЕННОСТНОЕ ИЗМЕРЕНИЕ

Специальность: 12.00.01 - теория и история права и государства; история

учений о праве и государстве

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук

Краснодар 2009


Диссертация выполнена на кафедре теории и истории государства и права государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Кубанский государственный университет»

Научный консультант:        доктор юридических наук

профессор Момотов Виктор Викторович

Официальные оппоненты: доктор юридических наук

профессор Исаев Игорь Андреевич

доктор юридических наук

профессор Козлихин Игорь Юрьевич

доктор юридических наук

профессор Овчинников Алексей Игоревич

Ведущая     организация:        Государственное     образовательное

учреждение   высшего    профессионального    образования   «Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова»

Защита состоится 29 октября 2009 г. в 10.00 на заседании диссертационного совета при государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Кубанский государственный университет» по адресу: 350000, г.Краснодар, ул. Рашпилевская, 43, зал заседаний диссертационного совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке

государственного         образовательного        учреждения          высшего

профессионального        образования       «Кубанский       государственный университет» по адресу: г.Краснодар, ул. Ставропольская 149.

Автореферат разослан  __   сентября 2009 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доцент                                                                 М.В. Феоктистов


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы исследования. Проблемы совершенствования правовой регламентации поведения людей принадлежат к числу традиционных, «сквозных» для юридической науки и практики. Развитие и эффективность регулятивных систем неотделимы от самого существования человеческого общества и функционирования человеческой психики. Проблема эффективности права и норм законодательства была, есть и будет актуальной для любого государства, пока существуют законодательство и его предписания, а государство регламентирует социальную жизнь путем разработки и издания правовых актов и контроля за их реализацией. Очевидно, что стопроцентная эффективность всех действующих правовых актов является правовым и социальным идеалом, который вряд ли возможно осуществить в ближайшем будущем. Однако трудность реализации этого идеала лишь подчеркивает необходимость его научного осмысления, поиска путей и форм приближения к нему в конкретных обществе и государстве в конкретный исторический период.

Проблемы эффективности права приобретают особую актуальность в современной России в условиях потребности дальнейшего реформирования правовой системы, преодоления разнообразных деформаций правосознания. Сегодня особенно важно обеспечить соответствие законодательства государства основополагающим духовно-правовым принципам: созидательности, гуманности, справедливости, личностному росту. XX век ознаменовался масштабными и чрезвычайно опасными попытками властных элит поставить не только государство и законодательство, но и саму природу человека на службу антиправовым и бесчеловечным по сути концепциям. Истекшее столетие еще раз показало, что эффективность норм действующего законодательства может противоречить сущностным качествам человека, препятствовать осуществлению основополагающих духовно-правовых принципов. Все это требует нового осмысления проблем гармоничного взаимодействия личности и правовой системы, личности и норм законодательства, новых подходов к самому понятию эффективности права и норм законодательства.

Кризис традиционной системы социальных ценностей, правовой нигилизм, питающийся от давней традиции игнорирования государственными структурами потребностей и ожиданий человека, отсутствие многоуровневой системы духовно-правового воспитания в масштабах государства - все эти факторы определяют особую остроту антропологических, аксиологических и психологических проблем эффективности права и действенности конкретных норм законодательства в современном российском обществе.

Проблемы эффективности права нуждаются в исследовании с позиций новых методологических подходов, в новом преломлении. Отход

3


от вульгаризированной марксистской концепции изучения права как концентрированного выражения политики, а человека - как совокупности общественных отношений диктует необходимость переосмысления многих вопросов развития и познания государства и права, в том числе феномена самого права, его качеств как социально-духовного регулятора. Эффективность права как социального и духовного регулятора, как явления цивилизации и культуры, как формы духовного существования человечества отграничивается автором от эффективности конкретных норм законодательства, т.е. предписаний государства общего характера.

Очевидно, что проблема эффективности права должна быть рассмотрена на новом уровне, исследована не только в связи с экономическими условиями жизни общества, социальными интересами и целями государства в данный исторический момент, выраженными в конкретных нормах законодательства. Она нуждается в аксиологическом, антропологическом, психологическом рассмотрении. Применяемый в данной работе плюралистический подход к категории эффективности в праве, в том числе эффективности права, призван в определенной мере решить эти задачи.

Категория эффективности как права в целом, так и конкретных норм законодательства должна быть сопоставлена с элементами структуры личности, ее идеалами, потребностями, мотивами, ожиданиями. Политика государства не может быть успешной, а его нормы - эффективными, если в них не учитываются основополагающие качества, потребности, идеалы, мотивы, ожидания людей. Попытки механического копирования западных политико-правовых ценностей без учета специфики российского менталитета, культуры, традиций не смогут в новых социальных условиях обеспечивать подлинную эффективность норм современного российского законодательства, которая должна опираться на глубокую психологическую солидарность народа с требованиями нормативных актов.

Обеспечение эффективности норм действующего законодательства неотделимо от многоуровневого духовного и ценностного воспитания людей, от правовой пропаганды, формирования социально приемлемой «культуры потребностей». По мнению автора, законодательное закрепление и защита государством четких духовно-культурных ориентиров, подчинение действующих нормативных актов задаче достижения духовной и социальной стабильности, духовной самореализации личности, ее психологической созидательности - важнейшие задачи современного Российского государства, в том числе в контексте обеспечения эффективности права в целом и конкретных норм законодательства. Как отметил Президент Российской Федерации Д.А. Медведев в Послании Федеральному Собранию РФ от 5 ноября 2008 г., основу политики государства должна «составлять идеология, в центре которой - человек как личность и как гражданин, которому от рождения гарантированы равные

4


возможности, а жизненный успех которого зависит от его личной инициативы и самостоятельности, от его способности к новаторству и творческому труду» . Очевидно, что основы такой идеологии должны быть не только закреплены в действующем законодательстве, но и получить гарантию со стороны государства в виде развернутой программы политических, экономических, правовых, идеологических мероприятий. К сожалению, систематическая работа в этом направлении не ведется на должном уровне.

Итак, антропологические и аксиологические проблемы эффективности права чрезвычайно актуальны для современной России и нуждаются не только в научном исследовании, но и практическом разрешении.

Степень разработанности темы. В отечественной науке проблемы эффективности в праве не раз становились предметом исследований. В частности, обстоятельному научному анализу подверглись вопросы эффективности норм права. Категория эффективности при этом связывалась с оптимальностью и обоснованностью норм (Д.А. Керимов, М.П. Лебедев), со способностью правового решения оказывать влияние на общественные отношения в определенном направлении (А.С. Пашков, Д.М. Чечот), со способностью норм обеспечивать достижение социально полезной и объективно обоснованной цели (В.А. Козлов) и т.д.

Был разработан целый ряд систематизированных, логически завершенных концепций эффективности правовых норм, наибольшую известность получила целевая (функционально-целевая), сторонники которой рассматривали эффективность норм права как соотношение между целями, которые преследовал законодатель, издавая соответствующие нормы, и реально наступившими результатами. Среди представителей данной концепции следует отметить В.Н. Кудрявцева, В.И. Никитинского, И.С. Самощенко, В.В. Глазырина, И.А. Иконицкую и др.

Разновидностью функционально-целевой концепции в отечественной науке стала причинно-функционально-целевая, представители которой (Л.С. Явич, А.С. Пашков, В.А. Козлов и др.) сделали акцент на анализе совершенства правовой нормы и включили в оценку ее эффективности такие элементы, как социально полезный характер результатов действия норм, затраты материальных средств, степень оптимальности достижения поставленной цели и др.

Проблемы эффективности затрагивались во многих работах применительно к отраслям законодательства, качеству нормативных актов и правового регулирования в целом, эффективности правоприменительной деятельности. В этом плане нельзя не отметить работы В.М. Баранова, И.Я.Дюрягина, В.П.Казимирчука, В.В.Лазарева, В.В. Лапаевой, О.Э.Лейста,

1 Российская газета. 2008. 6 нояб. С.З.

5


Е.А.Лукашевой,       А.В.Малько,       В.К.Мамутова,        С.Ю.Марочкина,

М.Н.Марченко, Н.И. Матузова, И.С. Морозовой, СВ. Полениной, В.Ф.Прозорова, Ю.А. Тихомирова, Ф.Н. Фаткуллина, В.А. Федосовой, М.Д.Шаргородского и др.

Отмечая большие успехи советской науки в деле исследования

проблем эффективности норм права, следует констатировать, что

методологические основы данных исследований не позволяли выйти за

рамки «позитивистского», «техницистического» понимания эффективности.

В рамках возобладавшей с 1930х годов традиционной советской трактовки

права как возведенной в закон государственной воли, как системы

установленных или санкционированных государством общеобязательных,

формально определенных правил поведения, обеспеченных возможностью

применения государственного принуждения, эффективность права как

регулятивной системы сводилась к исследованию действенности

предписаний государства общего характера независимо от их социального

содержания. Проблемы совершенствования законодательства зачастую

сводились к проблемам повышения формального, структурного,

стилистического    качества    законов,    т.е.       по    сути    к    проблемам

законодательной техники. Подчеркивалась также экономическая и социальная обусловленность обеспечения эффективности правовых норм. Таким образом, проблемы эффективности права фактически сводились к проблемам совершенствования норм законодательства, достижения целей государственной политики. В контексте такого подхода решающим фактором эффективности норм права считался экономический. К сожалению, аксиологическим, антропологическим, психологическим аспектам эффективности норм законодательства, а тем более эффективности права в целом как социально-духовного регулятора уделялось гораздо меньше внимания.

В отечественной науке само понятие эффективности правовых норм остается еще во многом неразработанным и дискуссионным. Имеющиеся подходы к понятию эффективности норм права (а фактически - норм законодательства), ее факторам подвергаются нередко обоснованной критике, что еще раз подчеркивает необходимость широкого применения плюралистического подхода к феномену эффективности, в рамках которого эффективность права и эффективность норм законодательства имели бы не одно, а несколько взаимодополняющих определений, акцентирующих внимание на том или ином аспекте самого феномена эффективности.

Перед юридической наукой и практикой назрела острая необходимость по-новому взглянуть на вопросы обеспечения эффективности нормативных предписаний, на проблемы эффективности права в целом как многомерного явления, социально-духовного регулятора, проблемы  эффективного  взаимодействия личности и  общества.  Особое

6


внимание при этом должно быть уделено аксиологическим, антропологическим, психологическим аспектам проблем эффективности.

Объектом данного диссертационного исследования является эффективность в праве как многомерный феномен, имеющий различные уровни и аспекты, в том числе эффективность права как социально-духовного регулятора, продукта цивилизации и культуры, находящего свое более или менее адекватное выражение в законодательстве государства, и эффективность конкретных норм законодательства.

Предметом         диссертационного         исследования         являются

аксиологические, антропологические, психологические проблемы эффективности права и норм законодательства, в том числе психологические предпосылки эффективности права, психологические факторы эффективности норм законодательства, проблемы психологического взаимодействия права, норм законодательства, с одной стороны, и личности и ее структур - с другой.

Методологическая основа исследования предопределена необходимостью широкого применения плюралистического подхода к феномену эффективности: его понятию, видам и факторам.

В рамках плюралистического подхода категория эффективности в праве рассматривается как многомерное явление, имеющее различные уровни, характеристики, формы выражения.

В контексте конкретизации выводов историко-психологической концепции важнейшая роль в данном исследовании отводится анализу права в человеческом измерении, через призму категории ментальности, ментальных проявлений. Феномен эффективности исследуется и с учетом методологических выводов выдающихся отечественных ученых Л.И.Петражицкого, И.А.Ильина, А.Я.Гуревича.

Таким образом, помимо исторического, логических, социологических методов широкое применение в работе получили методы, связанные с исследованием внутреннего мира человека - психологические, антропологические, синергетические и др. Автором разделяется высказанная в современной отечественной литературе точка зрения о том, что в современный исторический период господство материалистических ценностей демонстрирует свою ограниченность, неспособность справиться с животрепещущими социальными проблемами, в том числе правового характера, что обусловливает интерес к познанию идеальной сферы бытия и ее взаимодействия с нормативной системой общества . В этом плане хотелось бы подчеркнуть роль аксиологического и личностного подходов к изучению феномена эффективности.

Ивашевский С.Л. Идеальная сущность права: постановка проблемы // Журнал Российского права. 2007. №1. С. 108.

7


Существенное влияние на эффективность права и норм законодательства в современной России, по мнению автора, оказывают пространственный и этнический факторы. Это предполагает необходимость исследования взаимосвязи категорий эффективности и российского национального менталитета, качеств и потребностей российского человека.

Целью данного диссертационного исследования является анализ аксиологических, антропологических, психологических проблем эффективности права, в том числе проблем эффективности взаимодействия права и личности, ее психологических структур; изучение эффективности правового воздействия на внутренний мир человека и общественные отношения, ее параметров и факторов, форм выражения. Для достижения указанной цели предполагается решить ряд задач:

  1. Исследовать понятие эффективности права в контексте многоаспектного изучения права как социального и духовного феномена, выделить основные аспекты данного понятия и отграничить его от понятия эффективности норм законодательства.
  2. Классифицировать эффективность права и эффективность конкретных норм законодательства на виды по различным основаниям. При этом особенно важно акцентировать внимание именно на психологической эффективности права, ее различных аспектах.
  3. Подвергнуть переосмыслению факторы эффективности норм законодательства. При этом представляется целесообразным отграничить факторы эффективности конкретных норм законодательства и их групп от онтологических и аксиологических предпосылок действенности права в целом как духовного и социального регулятора.
  4. Исследовать проблемы взаимодействия структур и качеств личности и различных аспектов правового воздействия. В данном контексте отдельному изучению должны подвергнуться основополагающие качества человека и их взаимодействие с правом, а также проблемы взаимодействия правового регулирования и комплекса мотивов, потребностей, идеалов, ожиданий и поведенческих установок личности.

Итак, назрела необходимость по-новому оценить эффективность права как социального и духовного регулятора, эффективность норм законодательства, ее виды, факторы, проблемы обеспечения, в первую очередь антропологического и аксиологического порядка.

Теоретической основой диссертационного исследования

послужили труды отечественных и зарубежных ученых - юристов,

психологов, социологов. Это прежде всего работы советских и

современных российских юристов, посвященные проблемам правового

регулирования и его эффективности. Среди них следует назвать труды

С.С.Алексеева, К.В.Арановского, Г.В.Атаманчука, Р.С.Байниязова,

В.М.Баранова,        В.А.Бачинина,        М.И.Бобневой,         А.И.Бобылева,

Я.В.Гайворонской,     В.В.Глазырина,     Ю.И.Гревцова,      Г.Д.Гриценко,

8


И.Я.Дюрягина, И.А.Иконицкой, И.А.Исаева, В.П.Казимирчука,

Д.А.Керимова, В.А.Козлова, В.Н.Кудрявцева, Ю.В.Кудрявцева,

В.В.Лазарева, В.В.Лапаевой, О.Э.Лейста, Е.А.Лукашевой, А.В.Малько,

Г.В.Мальцева, В.К.Мамутова, С.Ю.Марочкина, М.Н.Марченко,

Н.И.Матузова, И.С.Морозовой, В.И.Никитинского, А.С.Пашкова,

С.В.Полениной,        В.Ф.Прозорова,       А.А.Ручки,        И.С.Самощенко,

О.В.Смирнова, Ю.В.Сычева, Ю.А.Тихомирова, Ф.Н.Фаткуллина, В.А.Федосовой, М.Д.Шаргородского, Е.П.Шикина, И.В.Шмарова, А.И.Экимова, Л.С.Явича и др.

В диссертационном исследовании использованы общефилософские и методологические принципы и выводы, разработанные в трудах дореволюционных отечественных, а также зарубежных юристов, философов, социологов - Н.Н.Алексеева, И.Бентама, Н.А.Бердяева, М.Блока, Г.В.Ф.Гегеля, А.Я.Гуревича, И.А.Ильина, Т.Карлейля, Б.А.Кистяковского, Н.М.Коркунова, П.И.Новгородцева, Л.И.Петражицкого, Е.Н.Трубецкого, Л.Февра, П.А.Флоренского и др.

В работе в контексте исследования антропологических аспектов эффективности социального регулирования, соотношения феномена эффективности в праве с личностными качествами и структурами, были использованы труды современных отечественных и зарубежных философов, психологов, социологов - К.А.Абульхановой-Славской, А. Адлера, Е.П.Белинской, М.Бубера, В.В.Васильковой, А.Гелена, И.Г.Дубова, А.Инкельса, Э.Кассирера, П.Козловски, И.С.Кона, А.Коэна, Ч.Кули, К.Кульчара, Й.Кхола, Д.Лакса, К.Левина, А.Н.Леонтьева, Д.Ллойда, Б.Ф.Ломова, А.Маклеота, В.Момова, Э.Мунье, Н.Неновски, Ю.И.Новика, М.Ф.Орзиха, Х.Плеснера, С.Л.Рубинштейна, А.Г.Спиркина, Э.Тоффлера, В.П.Тугаринова, З.Фрейда, Э.Фромма, К.Хорни, Я.Шаппа, Г.Шпренгера.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в следующем:

-  впервые категории эффективности права и эффективности норм

законодательства подвергнуты исследованию в рамках плюралистического

подхода на основе конкретизации историко-психологической концепции;

впервые подвергнуты комплексному монографическому исследованию аксиологические, антропологические и психологические проблемы обеспечения эффективности права и норм законодательства;

- впервые категории эффективности права как социального и духовного

регулятора и эффективности норм законодательства исследованы в их

соотношении с особенностями менталитета российского народа;

  1. впервые эффективность права принципиально отграничена от эффективности конкретных норм законодательства, раскрыты их качественно различный характер, различные факторы и формы выражения;
  2. критически проанализированы имеющиеся подходы к понятию эффективности   норм   права  и   предложены   собственные   оригинальные

9


определения эффективности права и эффективности норм законодательства, включающие целый ряд новых аспектов;

-    впервые выделены разновидности эффективности права как

социального и духовного регулятора, выявлена их специфика, существенно

дополнены имеющиеся классификации видов эффективности норм

законодательства;

-  впервые разграничены предпосылки эффективности права в целом

как регулятора и факторы эффективности конкретных норм

законодательства;

даны конкретные рекомендации по совершенствованию государственной политики в области правовой пропаганды и правового воспитания как факторов повышения эффективности права и норм законодательства.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Эффективность права как социально-духовного регулятора является многоаспектным феноменом, который может быть определен в нескольких ракурсах. Прежде всего эффективность права означает успешное осуществление им своего духовного и социального назначения в конкретный исторический период, осуществление господства правовых начал в общественной жизни, когда поведение личности, общественные отношения, деятельность государства оцениваются с позиций права как справедливости, гуманизма, упорядоченности, предсказуемости, разумности, единства свободы и ответственности. Эффективность права в психологическом ракурсе означает максимальное обеспечение им возможности для социально позитивной самореализации личности в конкретном обществе в конкретный исторический период, максимальное развитие качеств и способностей человека в соответствующих культурно-исторических рамках. В широком философско-антропологическом смысле эффективность права представляет собой нахождение и осуществление правом осмысленного, безопасного, психологически комфортного как для отдельного индивида, так и для общества в целом способа существования личности, обеспечение правом личностного роста и созидательного функционирования человека в конкретном обществе.

Автором разграничиваются эффективность права в целом как

социального и духовного регулятора и эффективность конкретных норм

права,    которые       точнее    в    данном    контексте    назвать    нормами

законодательства. Если эффективность права как регулятора онтологически, культурно-исторически и психологически предопределена, то эффективность конкретных норм законодательства зависит от принципиально другого комплекса факторов: политики государства в соответствующей сфере отношений, экономических условий общественной жизни, формального качества соответствующих нормативных актов и их конкретных     предписаний,     работы     правоприменительных     органов,

10


соответствия норм общественному мнению, культуре и традициям народа и т.д. При этом эффективность тех или иных норм, на наш взгляд, может вступать в противоречие с эффективностью права в целом как регулятора социальной и духовной жизни, если эти нормы по своей сути носят антиправовой, несправедливый и антигуманный характер, препятствуют социально позитивной самореализации личности, закономерностям социальной и духовной жизни. Разграничение эффективности права и эффективности норм законодательства не означает их противопоставления, напротив, важнейшей целью государства должно стать обеспечение их взаимосвязи и взаимодополняемости.

  1. Традиционное понимание эффективности норм права (законодательства) как соотношения цели законодателя и реально достигнутого результата нуждается в корректировке. При данном подходе цели государства в лице его соответствующих органов рассматриваются как некий абсолют, достижение этих целей независимо от их содержания - как главный показатель эффективности права как социального регулятора. Тем самым игнорируются не только социальные последствия эффективности соответствующих норм, но и их влияние на человеческую личность, ее духовную и поведенческую самореализацию, а само понятие эффективности носит формальный, этатизированный характер. В контексте плюралистического подхода категория эффективности норм законодательства рассматривается не только и не столько с позиций соотношения целей норм и результатов их действия, сколько в аспекте решения соответствующими нормами духовных, личностных, общегуманитарных, экономических, социальных и иных задач, важнейшая из которых - предоставление возможности для социально позитивной самореализации личности в соответствующей сфере отношений.
  2. Определение эффективности норм законодательства включает целый ряд аспектов, важнейшим из которых является психологический. Автором выделяются следующие аспекты:

целевой (функционально-целевой). Эффективность норм законодательства в данном случае означает соотношение между целями нормы и реально наступившими результатами;

  1. аксиологический. Эффективность норм законодательства при этом представляет собой степень их соответствия основополагающим социальным ценностям - свободе, порядку, иерархичности, справедливости и т.д.;
  2. социальный. Эффективность норм законодательства понимается как соответствие их балансу социальных интересов, способствование снижению уровня деструктивной, социально вредной конфликтности в данной сфере отношений, этнической или иной социальной группе;

экономический.    В    данном    контексте    эффективность    норм законодательства   выражается   в   обеспечении   экономической   выгоды,

11


экономического роста, облегчении справедливого доступа к экономическим благам и их обороту;

Психологический. В этом аспекте эффективность норм законодательства предстает как степень личностного развития, степень духовной и материальной самореализации личности, которые обеспечивает соответствующая группа нормативных предписаний. Психологический аспект эффективности норм законодательства включает также степень формирования у конкретных индивидов и их групп активной гражданской позиции, внутренней солидарности с соответствующими нормами, желания их добровольно соблюдать, исполнять, использовать или применять. Психологическая эффективность норм законодательства зависит, помимо прочего, от их антропологической адекватности, т.е. соответствия норм основополагающим качествам и потребностям личности, способности норм содействовать развитию и самореализации максимального числа членов общества.

Выделение различных аспектов эффективности конкретных норм законодательства не означает, что каждая норма обладает всеми указанными аспектами. Кроме того, далеко не всегда тот или иной аспект эффективности соответствующей нормы может быть измерен. Данные аспекты являются скорее основными ориентирами, на которых должна основываться правотворческая деятельность, целенаправленная работа государства по совершенствованию норм законодательства, повышению их эффективности.

4. В современных условиях важным методологическим шагом является применение методологии историко-психологической концепции, плюралистического подхода к феномену эффективности с акцентом на аксиологических, антропологических, ментальных аспектах. Плюрализм в исследовании эффективности права, во-первых, связан с дискуссионностью и неоднозначностью самого определения права, существованием множества точек зрения на понятие права. Отход от традиционного понимания права, развитие самых различных правовых теорий должны повлечь и разработку различных подходов к проблемам характеристик права, конкретных норм законодательства, в том числе к проблеме их эффективности. Во-вторых, плюралистический подход основывается на многоаспектности самого права как социального и духовного феномена, как продукта духовного творчества и менталитета народа, как одной из форм духовного существования человечества, как системы норм, защищаемых государством, как носителя общечеловеческих, конкретно-исторических, этнических, классовых и иных ценностей, как нормативно закрепленных справедливости и свободы, как инструмента социально позитивной самореализации личности и т.д.

Многоаспектность права и форм его проявления предопределяет и многогранность   понятия  эффективности  права,  различные  виды  такой

12


эффективности, в том числе аксиологические, психологические, этнические.

При исследовании антропологических проблем эффективности права и норм законодательства автором конкретизируется личностный подход, уже применявшийся к изучению ряда аспектов взаимодействия правовой системы и личности.

5. Автором выделяются виды эффективности права в целом как социально-духовного регулятора. Эти виды различаются, прежде всего, в соответствии с тем смыслом, в котором употребляется само понятие права (духовно-культурная эффективность, социальная, поведенческая, психологическая эффективность и т.д.).

Кроме того, в соответствии с системой функций права выделены регулятивная эффективность права, охранительная эффективность права, воспитательная эффективность права, ценностная эффективность права.

Автором расширены и дополнены имеющиеся классификации видов эффективности норм законодательства. Во-первых, виды эффективности норм законодательства отличны от уровней эффективности законодательства. Такими уровнями являются эффективность законодательства в целом как общепризнанного и обеспеченного государственным принуждением инструмента государственного управления общественными процессами; эффективность отрасли законодательства с позиций реализации ею своих принципов, решения стоящих перед ней задач; эффективность института законодательства; эффективность отдельных норм законодательства. Во-вторых, предлагается различать потенциальную (прогнозируемую) эффективность и реальную (фактическую). Такое разграничение позволит более четко выяснить причины недостаточной эффективности норм законодательства (этими причинами могут быть не только факторы, лежащие в сфере правореализации, но и завышенные требования законодателей к соответствующим нормам, правовой идеализм, постановка нереальных целей). Кроме того, важное значение для оптимизации путей и форм правового регулирования имеет классификация видов эффективности норм законодательства по их действию в пространстве, во времени и по кругу лиц. В частности, следует различать общую (общегосударственную) и региональную эффективность. Территориальный фактор, несомненно, оказывает существенное влияние на дифференциацию и динамику эффективности норм законодательства, поэтому нередко одни и те же нормы дают в разных регионах эффекты, значительно отличающиеся по своим количественным и даже качественным характеристикам. По действию во времени предлагается различать непосредственную, отдаленную (перспективную) и обратную (ретроспективную) эффективность. Показатели эффективности норм законодательства могут

13


также  резко   отличаться  в   зависимости   от  того,   какие   социальные   и этнические группы охвачены регулированием.

  1. Предпосылки эффективности права в целом как социально-духовного регулятора и факторы эффективности, влияющие на эффективность конкретных норм законодательства, принципиально отличны.  Предпосылки эффективности права вытекают из закономерностей существования человека и человеческой цивилизации, из онтологической природы самого права, его качеств и основополагающих принципов, из закономерностей функционирования психики самого человека. При этом выделяются онтологические и аксиологические предпосылки.
  2. Эффективность норм законодательства в значительной степени зависит от того, насколько они отражают качества человеческой природы, в том числе имеющие своим источником национальный менталитет. Таким образом, важнейшим фактором эффективности норм законодательства является их антропологическая адекватность, т.е. соответствие основополагающим качествам человека, его главным потребностям. Гармонизация, взаимная адаптация норм законодательства и психики человека, его идеалов, потребностей и ожиданий также является важным фактором эффективности норм. С одной стороны, право в целом как регулятивная система и конкретные нормативные предписания должны создавать максимально благоприятные условия для реализации личностью ее социально адекватных потребностей. С другой - необходима целенаправленная работа государства и институтов гражданского общества по формированию «культуры потребностей», по приданию комплексам потребностей индивидов, семей, коллективов социально адекватного, созидательного характера.

Научно-теоретическая и практическая значимость. Теоретические положения диссертации позволят более широко рассмотреть фундаментальные научные и практические проблемы - взаимодействие правовой системы и личности, норм законодательства и внутреннего мира человека; взаимообусловленность правовых и психических явлений; взаимное влияние правовой системы и национального менталитета; отражение и взаимодействие в праве индивидуалистских и коллективистских начал. Новое осмысление указанных проблем, а также психологических проблем эффективности права и норм законодательства должно позитивно отразиться не только на состоянии юридической науки и теории государства и права в частности, но и на государственно-правовой практике. Результаты, полученные в ходе исследования аксиологических и антропологических проблем эффективности права, могут быть использованы не только в правовых, философских и психологических научных изысканиях, но и в совершенствовании правовой политики государства,  формировании  системы  правового  воспитания и правовой

14


пропаганды, в правотворческой и правоприменительной деятельности, учебном процессе.

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре теории и истории государства и права Кубанского государственного университета, где проходило ее обсуждение и рецензирование. Основные положения диссертации отражены в 53 научных публикациях, в том числе 3 монографиях, 13 статьях в ведущих научных журналах. Положения диссертации изложены в материалах 13 международных, всероссийских, региональных и межвузовских научных конференций.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих десять параграфов, заключения, списка использованной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ





Во введении обосновывается актуальность избранной темы, оценивается степень ее научной разработанности, определяются объект, предмет, методология, цели и задачи работы, формулируются основные положения, выносимые на защиту, характеризуются научная новизна, практическая значимость, данные по апробации результатов исследования.

Первая глава «Понятие и виды эффективности права» включает четыре параграфа.

Первый параграф «Развитие представлений об эффективности права как социально-духовного регулятора и ее психологических аспектах в философской, социологической, психологической и юридической науке» посвящен анализу существовавших в мировой науке представлений о качестве законодательства и критериях его действенности. Автором отмечается, что проблемы обеспечения действенности права в регулировании общественной жизни, эффективности законодательства, ее форм выражения и факторов рассматривались мировой наукой в той или иной форме с самых ранних этапов существования государственности и права, однако более обстоятельный анализ вопросов качества и эффективности норм законодательства начался в XIX и особенно в XX веке.

Автором подчеркивается важность методологических выводов представителей историко-психологическои концепции и российских дореволюционных ученых для изучения проблем эффективности права, в том числе проблем психологического характера.

Серьезный вклад в исследование проблем эффективности в праве был внесен советской юридической наукой, однако вопросы эффективности права по сути были сведены к вопросам эффективности и формального

15


качества норм законодательства, а проблемы, в том числе психологические, эффективности права как социального и духовного регулятора не стали предметом самостоятельных исследований.

Второй параграф «Понятие эффективности права и его соотношение с понятием эффективности норм права» посвящен анализу понятий эффективности права и эффективности норм права, а также отграничению их от ряда смежных понятий.

По мнению автора, эффективность права как социально-духовного регулятора и эффективность норм законодательства, то есть указаний государства общего характера, качественно различаются. Законодательство как выражение воли государства является лишь формой выражения права, причем формой, не всегда адекватно выражающей право как продукт духовного творчества, совокупность духовных принципов.

Эффективность права как социально-духовного регулятора, на наш взгляд, не вытекает из эффективности конкретных норм законодательства, а означает реализацию им своего социального, духовного и иного назначения в конкретном культурно-историческом контексте, предоставление им возможности для социально позитивной самореализации личности в конкретном обществе, личностного роста; юридическое осуществление в конкретном обществе принципов справедливости, гуманизма, свободы и автономии личности, разумности и духовного развития.

Эффективность законодательства как продукта деятельности государства представляет собой соответствие между целями законодателя, выраженными в соответствующих нормах, и реально наступившими результатами.

Эффективность права как социально-духовного регулятора может, по мнению соискателя, рассматриваться в нескольких аспектах.

В контексте социального развития и социальной конфликтности эффективность права определяется как обеспечение минимально конфликтного развития общества, обеспечение правом максимальной социальной конструктивности и разрешаемости спорных социальных ситуаций. В социальном смысле эффективность права может также рассматриваться как обеспечение посредством права эффективного, беспрепятственного доступа к социальным благам и их обороту. Социальным критерием эффективности считается и усложнение общественной жизни, появление новых социальных связей и институтов. Эффективность права в социальном смысле может пониматься и как максимальная сплоченность общества, его направленность с помощью правовых средств на решение общих задач.

Эффективность права определяется и как обеспечение доступности и сбалансированности основополагающих социальных ценностей, признание гражданами этих ценностей, что представляет собой аксиологический (ценностный) подход к эффективности права.

16


В широком философском смысле эффективность права представляет собой нахождение и осуществление правом как регулятором осмысленного, созидательного, деятельностного, безопасного, психологически комфортного как для отдельного индивида, так и для общества в целом способа существования человека в конкретном обществе.

Автором предлагается несколько определений эффективности норм законодательства в зависимости от аспекта ее исследования.

  1. Духовный аспект. Эффективность норм законодательства в данном случае означает обеспечение ими возможностей для социально адекватной самореализации личности, соответствие правовых предписаний основополагающим принципам духовной и социальной жизни: необходимости личностного роста, иерархичности, справедливости, эквивалентности, гуманности и т.д.
  2. Телеологический аспект. В данном случае эффективность норм законодательства понимается и исследуется как соотношение поставленных законодателем целей и реально наступивших результатов.
  3. Утилитарный аспект. Эффективность в таком случае означает наступление предписываемых и ожидаемых последствий с наименьшими потерями организационных, материальных, временных ресурсов.
  4. Ценностный аспект. Эффективность нормы законодательства в этом контексте рассматривается как действенная реализация в конкретном обществе и защита ею тех или иных социальных ценностей.
  5. Конфликтный аспект. Эффективность нормы в данном случае понимается как обеспечение ею снижения уровня деструктивной социальной конфликтности, уменьшения числа актов социального, в том числе правового, принуждения.
  6. Деятельностный аспект. Норма законодательства в данном контексте считается эффективной, если способствует положительной социальной активности либо оптимально препятствует антиобщественному поведению.
  7. Психологический аспект. В этом случае норма законодательства признается эффективной, если она принята, воспринята общественным сознанием, если участники общественной жизни психологически солидарны с ней.
  8. Антропологический         аспект.         Эффективность         нормы законодательства, нормативного акта в целом означает их соответствие комплексу основополагающих качеств личности, в том числе в данном обществе, этнической общности.

Таким образом, эффективность права как духовного и социального регулятора автор отграничивает от эффективности конкретных норм законодательства, а само понятие эффективности в праве исследуется как многоаспектная и многоуровневая категория. При этом категория эффективности  должна,  по  мнению  соискателя,  наполняться реальным

17


антропологическим и психологическим смыслом, исследоваться в контексте социально позитивной самореализации личности, личностного роста, развития социально позитивных качеств человека и его психологической солидарности с правом как регулятором и с конкретными нормами действующего законодательства.

Третий параграф «Методология исследования эффективности права и норм законодательства» посвящен наиболее важным, с точки зрения автора, методологическим принципам и подходам к исследованию эффективности права и конкретных норм законодательства. Главный методологический принцип исследования эффективности в праве заключается в том, что эффективность права имеет ряд аспектов и измерений, как материальных, так и духовных, аксиологических, антропологических, психологических, поэтому ее исследование также должно быть многоаспектным.

Автором конкретизированы методология историко-психологической концепции (Л. Февр, М. Блок и др.) и выводы ряда отечественных авторов (Л.И. Петражицкий, И.А. Ильин, А.Я. Гуревич, А.Ю. Мордовцев и др.) применительно к исследованию эффективности в праве, разработаны основы плюралистического подхода к феномену эффективности. При этом представляется особенно важным раскрытие роли психологических факторов в обеспечении эффективности права. Исследование эффективности права и норм законодательства автор предлагает осуществлять также в контексте культуры народа, его ментальности, этнических ценностей и психологических характеристик.

Нормы законодательства должны эффективно влиять не только на общественные отношения (воздействие на следствие), но и на причину этих отношений - явления внутреннего мира человека (потребности, интересы, идеалы, цели и установки и т.д.).

По мнению автора, функционирование права не может рассматриваться как одностороннее регулятивное воздействие норм законодательства на структуры внутреннего мира и поведение людей. Соответственно и эффективность норм права не может сводиться к простому успеху этого воздействия. Нормы законодательства сами по себе не обладают энергией, которая позволила бы им регулировать извне психические или волевые состояния человека и приводить их в соответствие с указаниями государства. Сами по себе, вне зависимости от личностных условий и структур, вне связи с правосознанием и саморегуляцией, нормы законодательства никакой эффективностью не обладают.

При исследовании эффективности права и норм законодательства автором конкретизирован так называемый личностный подход, уже применявшийся   к   изучению   ряда   аспектов   взаимодействия   правовой

18


системы и личности. Конкретизируется данный подход применительно к предмету нашего исследования следующим образом.

  1. Исследование эффективности права и норм законодательства вне личности, ее ментальных особенностей, мотивов, устремлений и их поведенческих результатов обладает неполнотой, односторонностью.
  2. Результаты воздействия норм законодательства, влияющие на их эффективность, могут быть достигнуты лишь сознательной деятельностью людей, причем не обязательно эти результаты должны быть формально закреплены, записаны в нормативных актах, решающее значение имеют наступившие личностные изменения.
  3. Поскольку взаимодействие личности и правовой системы носит обоюдный диалектический характер, то не только нормы законодательства, их эффективная реализация влияют на личность и ее правосознание, но и само правосознание, его особенности, психологические характеристики людей существенно влияют на действенность                                                                        права и норм законодательства.
  4. Исследование антропологических проблем эффективности права и норм законодательства предполагает трудность, а нередко и невозможность измерения тех или иных психологических показателей, однако такая задача и не должна ставиться. Показателями психологической эффективности права и норм законодательства можно считать гуманизм общества и его созидательность, характер общественных ценностей, снижение уровня неконструктивной конфликтности.

Эффективность правового регулирования зависит не только и не столько от деятельности государства, сколько от успеха личной самоорганизации и саморегуляции, их интеграции в общий контекст правовой системы.

Личность должна рассматриваться не только как главный объект правового регулирования (таковым большинство отечественных авторов считают общественные отношения), но и как главный его субъект, как главный субъект обеспечения эффективности права и норм законодательства.

Таким образом, исследование эффективности права и отдельных предписаний законодательства требует новых методологических подходов, связанных прежде всего с изучением аксиологических, антропологических, психологических аспектов данной проблемы.

Четвертый параграф «Виды эффективности права и норм законодательства» посвящен разграничению эффективности права и эффективности норм законодательства на виды по различным основаниям.

В работе виды эффективности норм права отграничиваются от уровней эффективности. Представляется целесообразным выделение следующих уровней эффективности в праве:

1. Эффективность законодательства в целом.

19


2.    Эффективность отрасли законодательства (отраслевого

регулирования группы однородных общественных отношений).

3.   Эффективность института законодательства как группы норм,

регламентирующих определенный вид общественных отношений.

4. Эффективность отдельной нормы законодательства.

Виды эффективности права как регулятора следует разграничить как минимум по двум основаниям. Во-первых, это может быть эффективность социальная, политическая, экономическая, ценностная и т.д. Во-вторых, в зависимости от осуществления правом той или иной функции существенно различаются регулятивная эффективность, охранительная, воспитательная и ценностная.

По мнению автора, имеющиеся классификации видов эффективности норм законодательства необходимо существенно расширить. В частности, в соответствии с факторами, оказывающими влияние на эффективность норм законодательства, а также сферами осуществления эффекта можно было бы выделить следующие виды эффективности нормативных предписаний:

  1. Социальная эффективность. Она вытекает из соответствия норм законодательства социальным потребностям. Это и потребности общественного развития в целом, и потребности отдельных социальных групп.
  2. Политическая эффективность. Она определяется тем, насколько нормы способствуют достижению целей и задач государства, насколько они обеспечивают выполнение государством соответствующих функций.

3.      Специально-юридическая эффективность. Она означает

обеспеченность соответствующих предписаний санкциями либо

поощрениями, правильный выбор предмета и методов регулирования,

соблюдение правил юридической техники в правотворчестве и

правоприменении.

4.  Материально-организационная эффективность. Она представляет

собой обеспеченность принятых нормативных актов материальными

средствами, кадровыми и организационными ресурсами.

5. Психологическая, в том числе воспитательная, эффективность.

Для оценки деятельности правотворческих и правоприменительных

органов по установлению и реализации норм законодательства интерес представляет разграничение потенциальной (ожидаемой) и реальной (осуществленной, фактической) эффективности правовых норм.

В зависимости от форм реализации права и характера самих норм можно говорить об эффективном соблюдении, эффективном исполнении, эффективном использовании и эффективном применении норм права.

Эффективность норм законодательства, по мнению автора, может быть разграничена на виды в зависимости от распространения эффекта в пространстве, во времени и по кругу лиц. По типу правового регулирования эффективность может быть дозволительного и запретительного типа, своей

20


спецификой будет обладать эффективность запретов, дозволений, обязываний.

По распространению в пространстве может быть выделена общегосударственная и региональная эффективность. Выделение последней связано с тем, что норма может иметь принципиально разную эффективность применительно к разным регионам, территориальным единицам государства.

По действию во времени эффективность норм законодательства разделяется на непосредственную (первичную), отдаленную (перспективную) и обратную (ретроспективную). В отношении последней диссертантом отмечается, что ожидание тех или иных изменений в правовом регулировании общественных отношений порой дает гораздо больший эффект, нежели действие уже принятых норм. Такую эффективность можно было бы назвать предварительной, или превентивной.

По действию по кругу лиц, социальной направленности эффективность может носить общий характер либо распространяться на определенные социальные группы в соответствии с направленностью законодательства.

Важная, хотя и малоисследованная, разновидность эффективности норм законодательства - психологическая. Ее можно рассматривать как убедительность нормы законодательства для сознания индивидов (то, что И.А. Ильин назвал признанием права) , как способность вызывать психологическую солидарность, производить созидательные изменения во внутреннем мире человека, его мировоззрении, потребностях, идеалах, ожиданиях и установках. С позиции понимания эффективности норм как соотношения цели и результата психологическая эффективность будет представлять собой и соотношение идеологических целей норм и реальных изменений в правосознании лица, его отношении к тем или иным предписаниям, вариантам поведения. Изменения в правосознании будут характеризовать субъективный, психологический момент эффективности норм законодательства.

Помимо выделения видов эффективности норм законодательства автором предлагается выделение видов неэффективности норм. Такая классификация ценна тем, что косвенно указывает на причины неэффективности тех или иных норм, а значит, помогает устранить эти причины.

Во второй главе «Факторы эффективности права как социально-духовного регулятора и конкретных норм законодательства» соискатель   разграничивает   общие   предпосылки   права   в   целом   как

Ильин И.А. О сущности правосознания. // Ильин И.А. Теория права и государства / Под ред. В.А. Томсинова. М., 2003. С. 187.

21


регулятора и  факторы,  влияющие  на эффективность  конкретных норм законодательства.

Глава включает три параграфа.

Первый параграф «Онтологические предпосылки эффективности права» посвящен рассмотрению предпосылок, определяющих эффективность права в целом как социально-духовного регулятора.

Главная предпосылка эффективности права, по мнению автора, вытекает из онтологической природы права как формы духовного существования человечества, как общепризнанного социального и духовного регулятора, содержащего представления о должном и создающего возможности для самореализации человека, его созидательной, социально адекватной активности.

Одна из важнейших предпосылок эффективности права соответствие права как феномена в целом и отдельных его предписаний общим закономерностям устройства общественной и психической жизни. К таким закономерностям диссертант, как и многие другие авторы, относит необходимость совместного существования и взаимодействия людей, необходимость социальной организации, упорядоченности и предсказуемости социальной жизни, необходимость власти и системы духовных и социальных регуляторов. Кроме того, предпосылкой эффективности права можно считать то, что его предписания, как правило, закрепляют определенные социальные и психологические стандарты, уже широко распространенные и признаваемые в общественной практике и запечатленные в психике, а также облегчают адаптацию личности к социальной среде.

Заслуживающей особого внимания предпосылкой эффективности права является его соответствие человеческой природе как совокупности существенных качеств личности.

Второй параграф «Аксиологические предпосылки эффективности права» в качестве основного тезиса содержит положение о том, что аксиологическими предпосылками эффективности права является выражение, реализация им в социальной жизни ряда основополагающих ценностей цивилизации, общества, этноса и личности. Среди таких ценностей выделялись и выделяются идеи равенства возможностей самореализации, иерархичности социальной жизни, справедливости в ее конкретном пространственном и временном аспектах, упорядоченности социальной жизни, свободы. При этом порядок и свобода, выражаемые правом, должны иметь определенную меру, выход за рамки которой будет снижать эффективность правового регулирования.

Автор отмечает, что право призвано выражать свободу и упорядоченность не только социальной, но и психической жизни. Недаром в   современной   литературе   свободу   рассматривают   как   пространство

22


свободного движения в определенных границах, при этом подразумевается движение физическое, социальное, ментальное .

Диссертант отмечает, что свободные и ответственные личности -главный смысл права и критерий его подлинной эффективности. В этом плане показательны слова Президента Российской Федерации Д.А.Медведева, который в своем Послании Федеральному Собранию от 5 ноября 2008 г. в качестве ориентиров указал на справедливое общество свободных людей, людей талантливых, требовательных, самостоятельных и критически настроенных .

Важной аксиологической предпосылкой является то, что право обеспечивает свободу разумного, социально адекватного волеизъявления. Предписания государства эффективны, если они позволяют человеку позитивно, созидательно, действенно реализовать свою свободу.

Одним из недооцененных путей повышения эффективности права соискателю представляется активное формирование государственной идеологии и ее реализация на всех властных и социальных уровнях, развитие правовой пропаганды на основе всестороннего изучения культуры, менталитета народа.

Третий        параграф        «Факторы      эффективности        норм

законодательства» содержит анализ конкретных факторов, влияющих на обеспечение эффективности предписаний нормативных актов. Автор исходит из необходимости пересмотреть представления о значимости тех или иных факторов. Если в советской юридической науке господствовал тезис об определяющем значении экономического фактора, политики государства и классовой дифференциации то, по мнению диссертанта, важнейшую роль в обеспечении эффективности норм законодательства играет комплекс антропологических и психологических факторов, соответствие норм внутреннему миру личности, ее правовым ожиданиям. Эффективность норм законодательства, естественно, зависит также от ряда других факторов - экономических, социальных, политических и т.д.

Важный фактор эффективности норм и их групп, нормативных актов - правильное познание, определение законодателем предмета и методов правового регулирования. Существенную роль в обеспечении эффективности норм законодательства призвано сыграть и соблюдение правил юридической техники - законодательной и правоприменительной. Вместе с тем данные правила должны разрабатываться не произвольно по усмотрению соответствующих органов и должностных лиц, а с учетом традиций, менталитета, культуры народа. Следует согласиться с М.Н.Марченко в том, что «для того, чтобы принимаемый акт в максимальной   степени   отвечал   потребностям   жизни   общества   и   был

4 Левин К. Разрешение социальных конфликтов.: пер. с англ. СПб., 2000. С. 109 - 110.

5 Российская газета. 2008г. 6 нояб. С. 2.

23


эффективен, весьма важно заранее разрешить круг проблем, касающихся его характера, формы, внутренней структуры, места и роли в системе других нормативно-правовых актов. Важно также определить факторы, способствующие или, наоборот, препятствующие подготовке и принятию того или иного нормативно-правового акта. Необходимо четко спрогнозировать    позитивные    и    возможные    негативные    (побочные)

последствия    реализации     требований,     содержащихся     в     различных

6 нормативно-правовых актах» .

Представляется, что, помимо других классификаций, факторы

эффективности можно разграничить на 2 вида: факторы потенциальной

(правотворческой)        эффективности         и          факторы         реальной

(правореализационной) эффективности. Если к первым можно отнести

соблюдение правил законодательной техники, прогнозирование

последствий принимаемых нормативных актов, адекватное отражение

законодателем тенденций общественного развития и социальных

потребностей и т.д., то ко вторым относятся знание и уважение населением

действующего             законодательства,            эффективная             работа

правоприменительных органов, наличие необходимых ресурсов для реализации соответствующих предписаний и др. Естественно, что факторы, лежащие в сфере правотворчества, оказывают влияние и на правоприменительную деятельность. Так, соблюдение правил законодательной техники, помимо прочего, призвано обеспечить отсутствие коллизий и пробелов в действующем законодательстве. Однако отсутствие коллизий и пробелов имеет большое значение и для успешной правореализации, облегчает установление юридической основы дела в правоприменительном процессе.

Интересным фактором повышения эффективности норм законодательства является поиск и выбор надлежащих правовых средств. В этом плане В.И. Никитинский отмечал, что соответствие избранных правовых средств цели - необходимая предпосылка эффективности правовой нормы, а неправильный выбор средств достижения правовых целей может исказить смысл и значение последних . Большое значение имеет также правильная постановка самих целей. Во-первых, они должны быть адекватны правосознанию и правовой культуре общества, важнейшим социальным ценностям и идеалам. Во-вторых, цели должны быть реальными, достижимыми, и вместе с тем высокими, достойными и достаточно трудными, а также точными, четкими.

В анализе факторов эффективности норм законодательства и собственно аксиологических, антропологических и психологических эффектов автором предлагается использовать применяемый в психологии

6 Марченко М.Н. Проблемы теории государства и права. М., 2001. С. 661 - 662. Никитинский В.И. Эффективность норм трудового права. М., 1971. С. 40.

24


принцип детерминизма. Главная идея данного принципа в психологии принадлежит С.Л. Рубинштейну и заключается в том, что внешнее воздействие дает тот или иной психологический эффект, лишь преломляясь через психическое состояние субъекта, через сложившийся у него строй мыслей и чувств. Внешние причины действуют через внутренние условия, которые сами формируются в результате внешних воздействий. Объективные отношения обстоятельств раскрываются, преломляются через внутренние закономерности субъекта, его способ видения, восприятия этих обстоятельств, через систему субъективных отношений человека . По мнению диссертанта, исследование корреляций внешних правовых воздействий, правосознания человека и его последующего внешнего поведения призвано стать важным шагом в дальнейшем исследовании эффективности права и норм законодательства.

Существенный психологический фактор эффективности норм

законодательства, по мнению соискателя, - авторитет источника их

издания.        Несомненным    психологическим     фактором    является    и

соответствие норм массовому правосознанию, его особенностям и конкретным проявлениям в виде общественного мнения, а также его глубинному слою - национальному менталитету.

К психологическим факторам эффективности норм законодательства следует также отнести повышение уровня правовой культуры граждан, в том числе законодателей, правовую пропаганду, формирование у людей культуры потребностей, воспитательную работу со стороны государства и общества.

По мнению автора, важным психологическим фактором является ограничение количества нормативных актов. Можно в этом плане говорить об определенном «информационном ресурсе» как отдельной нормы, так и законодательства в целом. Поэтому избыточность правовой информации приводит к снижению эффективности ее усвоения и действия. Кроме того, увеличение числа принимаемых нормативных актов обычно сопровождается их «мелкотемьем», что может подорвать авторитет данных актов, особенно законов.

Одной из серьезных проблем, требующих самостоятельного научного исследования, соискателю представляется проблема «антифакторов» эффективности норм законодательства, т.е. явлений, условий, препятствующих такой эффективности. Среди них автором называется дезинтегрированность общества, отчуждение личности и государства, низкий авторитет власти, несоответствие права правовой культуре народа и т.д. При этом «антифакторы» автор предлагает разделить на поддающиеся управлению и не поддающиеся. Один из интересных «антифакторов» -феномен    так    называемого    «теневого    права»,    действие    которого

Психологические проблемы социальной регуляции поведения. М., 1976. С. 17, 19.

25


исследовалось в ряде работ , а также распространение массовой культуры и ее последствий - формирования общества потребления, размывания моральных устоев, крушения ряда традиционных социальных институтов.

Третья глава «Проблемы взаимодействия личности и правовой системы общества в целях обеспечения эффективности права» включает три параграфа.

Первый параграф «Взаимодействие права и личности: проблемы эффективности» посвящен изучению наиболее важных, с точки зрения автора, вопросов такого взаимодействия в контексте обеспечения эффективности права и норм законодательства. Исследование эффективности права как социально-духовного регулятора, эффективности конкретных норм законодательства и факторов, ее обеспечивающих, по мнению соискателя, неотделимо от изучения личности, ее природы, основополагающих качеств человека, от анализа проблем бытия людей в мире права. К сожалению, в современном российском обществе и государстве такое представление о человеке является весьма и весьма размытым, подвергается попыткам необоснованной «вестернизации», отрыва от своих духовных и культурных корней. Главная ответственность за это лежит не только на государстве, его конкретных органах, но прежде всего на средствах массовой информации. Формирование и пропаганда наделенного соответствующими духовно-культурными и социально полезными качествами образа человека - важнейшие идеологические задачи государства и гражданского общества и интересная форма повышения эффективности норм права.

Правильное понимание взаимосвязи нормативных и психологических моментов, в том числе в контексте обеспечения эффективности права, должно, по мнению автора, исходить из того, что правовая реальность создает специальные предпосылки для регулирования человеческого поведения, которые реализуются через внутренние личностные (психологические) условия, взаимодействуют с качествами и структурами личности, его механизмами саморегулирования. В связи с этим необходим более широкий взгляд на характер действия права в рамках правового регулирования, на эффективность этого действия.

В этом ключе можно проанализировать и взаимосвязь психических явлений и эффективности норм законодательства. Во-первых, автор считает, что эффективность норм законодательства для лица сама по себе носит психологический характер. Во-вторых, следует говорить о том, что психологические факторы влияют на установление и реализацию норм, на эффективность   этих   процессов.   В-третьих,   сама   оценка,   определение

Малько А.В. Категория «правовая жизнь»: проблемы становления // Государство и право. 2001. №5. С. 7.

26


критериев эффективности норм носит психологический, субъективный характер.

Таким образом, эффективность норм законодательства включает две составляющие: объективную и субъективную. Объективная сторона эффективности норм заключается в тех реальных изменениях общественных отношений, которые вызываются соответствующими предписаниями. Субъективная сторона включает: 1) степень изменений в психике человека, его внутреннем мире, ценностях, идеалах, потребностях; 2) оценку эффективности правовых норм в индивидуальном и массовом сознании. Такая оценка может быть адекватной, завышенной или заниженной, более или менее компетентной и т.д.

Итак, очевидно, что право, правовые учреждения, правовая система в целом наделяются в сознании целым рядом качеств, которыми они должны обладать (и в той или иной мере обладают). Эти качества права и правовой системы в целом носят и характер ценности. Качества же конкретной правовой системы подлежат оценке с позиций соблюдения их меры и надлежащего, социально оправданного сочетания, соотношения. Соответствие действующего права (законодательства) государства стереотипам и ожиданиям людей - важная психологическая основа его эффективности. Поэтому эффективность права как регулятора в целом и отдельных норм законодательства имеет как объективную сторону (изменения в общественных отношениях, возникновение правоотношений на основе соответствующей нормы, ее неуклонное соблюдение и исполнение и т.д.), так и субъективную. Категория эффективности, ее критериев может оцениваться в сознании по-разному. Представляется, что в иерархии социально-правовых ценностей эффективность норм законодательства находится ниже их других качеств - общественной полезности, гуманности, справедливости.

Практика правового регулирования показывает, что способность норм законодательства к воздействию на личность не может быть шире способности ее к восприятию такого воздействия на психологическом уровне. Несоответствие же этих способностей - один из источников противоречий между правовым регулированием и социальной действительностью . Поэтому и эффективность норм законодательства, их возможности, по мнению диссертанта, не могут быть шире возможностей человеческой психики, возможностей их восприятия и трансформации. В этой ограниченности массового сознания заключается и ограниченность воздействия права и норм законодательства на сознание и поведение людей. Эффективность конкретной нормы, несомненно, зависит не только от ее содержания, но и от особенностей взаимодействия с психикой человека.

Новик Ю.И. Психологические проблемы правового регулирования. М., 1989. С. 44.

27


Анализ антропологических и психологических проблем эффективности норм законодательства не может претендовать на полноту без изучения самой личности как объекта правового воздействия и автора этого воздействия, особенностей взаимодействия личности с элементами правовой системы и конкретными требованиями права. Именно человек, реализация его возможностей - не только главный объект правового воздействия, но и главный критерий эффективности норм законодательства.

Юридическая наука, по мнению диссертанта, до сих пор не может преодолеть некоторую гиперболизацию социальных сторон человеческого существования и деятельности, ее детерминации. Сведение человека к совокупности общественных отношений является существенным препятствием для исследования и практического разрешения целого ряда политико-правовых проблем, в том числе проблемы эффективности права и конкретных норм законодательства.

Роли права в духовном развитии личности, к сожалению, не уделяется должного внимания ни в отечественной юридической науке, ни в современном российском законодательстве, а слово «духовность» практически не встречается в действующих в России нормативно-правовых актах.

В контексте исследования проблем эффективности в праве автор отмечает, что идея эффективности, действенности права, необходимости реализации его начал в жизни представляет одну из важных мировоззренческих установок личности. В то же время конкретные нормы законодательства могут входить в противоречие с основами мировоззрения людей. Тогда мы получаем случаи их психологического неприятия, а если эти случаи носят массовый характер, то ни о какой эффективности соответствующих норм не может идти речь.

Автором отмечается, что проблемы взаимодействия правовой системы, ее элементов и мировоззрения личности нуждаются в самостоятельном научном исследовании. В диссертации констатируется, что систематическая государственная деятельность по формированию и коррекции мировоззрения в нашей стране в настоящее время отсутствует. Такая ситуация нуждается в исправлении, ведь именно мировоззрение лежит в основе отношения к праву и его предписаниям, правовым учреждениям, тем самым влияя и на психологическую эффективность норм законодательства.

Взаимодействие общества и личности, эффективность регулирования такого взаимодействия имеют, как представляется автору, и этнический аспект. Поэтому в исследовании вопросов взаимодействия личности и правовой системы в контексте обеспечения эффективности норм законодательства важную роль играет изучение этнических особенностей психики человека. Правовое предписание, в том числе выраженное в законодательстве,    усваивается    личностью    и    получает    относительно

28


самостоятельную жизнь в ее духовном мире. Личность преломляет это предписание сквозь призму своих знаний, эмоций, навыков, идеалов, потребностей, ментальных «штампов» и в этом контексте право выступает не только средством воздействия, регулирования, внешнего контроля, но и действенным средством саморегуляции, зависящей от внутренних свойств самой личности, стимулом ее саморазвития. Таким образом, личность в отношении права выступает и в качестве самоформируемой, что должно учитываться при поиске путей повышения эффективности права и норм законодательства.

Данное положение приводит автора к выводу о необходимости правового воздействия не только на формирование личности, но и на ее самоформирование. Очевидно, что борьба за повышение эффективности норм законодательства неотделима от работы с саморегуляционной системой личности. Развитие у членов общества системы самоконтроля, психологическая работа с гражданами должны находиться в сфере постоянного внимания государства и соответствующих институтов гражданского общества.

Второй параграф «Проблема природы человека и детерминация правового поведения» посвящен анализу природы человека как совокупности его основополагающих качеств и их взаимодействию с правом и законодательством в контексте обеспечения их эффективности. Автор отмечает, что исследование эффективности правового воздействия на сознание и поведение людей, общественные отношения неотделимо от изучения природы человека как совокупности его основополагающих качеств. Воздействуя на психику человека, развивая одни качества и сдерживая, вводя в определенное русло другие, право может добиваться (и добивается) определенных результатов.

Таким образом, природа человека, его основополагающие качества, влияя на поведение, определяют и отношение людей к конкретным нормам, их признание, психологическую эффективность норм. И если право как социально-духовный регулятор является органичной и неотъемлемой частью природы человека, то конкретные нормы законодательства природе человека соответствуют далеко не всегда, что предполагает и их психологическую неэффективность.

При исследовании природы человека как совокупности его основополагающих качеств в контексте эффективности в праве автором делаются следующие оговорки:

1. Природа человека не является «застывшим», раз и навсегда данным феноменом. Как исторически изменяется культура человечества и отдельного народа, так исторически трансформируется и комплекс главных черт человека. В разные исторические эпохи те или иные качества играют различную     роль     в     формировании     человеческого     поведения     и

29


взаимодействии личности и правовой системы, что влияет и на отношение людей к правовым нормам.

2. Набор качеств человека, влияющих на его правовое поведение, складывается из различных уровней:

  1. общечеловеческие качества, характерные для человека как духовного и биологического существа;
  2. этнические (национальные), обусловленные принадлежностью человека к определенной национальной культуре с ее системой идеалов, традиций, требований к поведению людей;
  3. социально-классовые. К ним относятся качества, связанные с принадлежностью человека к той или иной социальной группе, с выполнением им соответствующих социальных ролей;

- индивидуальные. Они формируются под влиянием психологических

особенностей и жизненного опыта конкретного человека.

Автор указывает, что эффективность права, помимо прочего, будет выражаться в социально ориентированной реализации человеческой энергии. При этом существенную роль, по мнению диссертанта, играет достижение психологической удовлетворенности личности от совершаемых ею социально и юридически значимых действий. Это и будет достигаться при соответствии норм законодательства социальному характеру, его чертам.

Большое значение для понимания особенностей взаимодействия личности и правовой системы, влияния тех или иных человеческих качеств на эффективность права и норм законодательства, на взгляд соискателя, имеет понятие смысла в значении осмысленности существования. Постоянное развитие человеческой личности предполагает необходимость непрерывного приспособления комплекса правовых средств к потребностям исторически новой человеческой личности. Лишь гибкость правовых средств, постоянная адаптация позитивного права к развитию человека, его качеств будет обеспечивать антропологическую адекватность права и норм законодательства, а значит - и их психологическую эффективность. Теологией и философией подмечена весьма интересная особенность человека, его онтологическое качество, влияющее на его поведение и на эффективность регуляторов этого поведения. То, что по канонам веры называется грехом, с позиций светской науки можно трактовать как слабоволие и леность, неверие в собственные силы, нежелание обуздать собственные страсти и наложить на себя некоторые ограничения. С этим связано и неуважение к собственной личности и обществу, на которое и возлагается вина за все жизненные трудности. Это особенно актуально в современную эпоху с ее формированием общества потребления, размыванием социальных стандартов, ориентиров. Поэтому необходимой задачей права и вместе с тем условием повышения его эффективности является борьба со слабоволием и леностью человека, ведь соединение этих

30


качеств с неумеренными потребностями как раз и приводит к нарушениям права, его предписаний.

При изучении важнейших качеств природы человека и их влияния на эффективность права, по нашему мнению, ключевую роль играет анализ такого малоисследованного, но очень значимого качества, как трансгрессивность. Иными словами, личность постоянно находится в состоянии выхода за свои границы, а сама ограниченность переживается

11    ?

как состояние недостаточности, из которой человек пытается выйти . По справедливому мнению Э. Фромма, созидание и разрушение, любовь и ненависть служат ответом на одну и ту же потребность преодолеть ограниченность своего существования, и стремление к разрушению неизбежно возникает в тех случаях, когда не удовлетворяется стремление к созиданию   .

В контексте нашего исследования первоначально трансгрессивность может представляться качеством, однозначно снижающим эффективность права как системы, налагающей известные ограничения на человека, и его отдельных норм, ведь трансгрессивность предполагает «переступание», выход за пределы правовых установлений. В действительности это не совсем так. Право как регулятивная система не должно подавлять трансгрессивность человека, имеющую множество как негативных, так и социально- и культурно позитивных проявлений. Именно трансгрессивность выступает «психологическим двигателем» развития человечества и самореализации конкретной личности. Поэтому важнейшая предпосылка эффективности права - не борьба с трансгрессивностью, а ее введение в определенные рамки, поддержка ее социально позитивных проявлений.

Значимой         антропологической        основой         эффективности

законодательства        государства        является         его          соответствие

внутриличностному качеству следования долгу. Автору представляется, что законодательство и его нормы должны соотноситься с такими аспектами качества долженствования, как чувство правды, представления о моральном и правовом долге, честности и порядочности и т.д.

Составной частью чувства долга, влияющей на эффективность права и норм законодательства, но недооцененной в науке и практике, следует считать чувство именно социального и профессионального долга, служения. Развитие в общественном сознании и общественной практике этого качества должно стать мощнейшим фактором эффективности права и норм законодательства.

К сожалению, воспитание и пропаганда социального служения, самоотверженности, героизма в современных технически развитых странах

Кондратюк Л.В. Антропология преступления (микрокриминология). М., 2001. С. 56. 12 Фромм Э. Здоровое общество. Догмат о Христе. М., 2005. С. 48.

31


заменяется культом демонстративной уникальности, эксцентричности, исключительности, пропагандой эгоцентризма.

Другим основополагающим качеством, влияющим на поведение и восприятие права и норм законодательства, автору представляется соотнесение личностью себя с корпорацией, коллективом, стремление к групповой солидарности, корпоративности - национальной, социальной и т.д. На взгляд соискателя, именно чувство групповой солидарности и корпоративности оказывает значительное влияние на эффективность права и отдельных норм законодательства. Представляется возможным даже говорить о социально-групповой эффективности права и норм и институтов законодательства, точнее, ее социально-групповой дифференциации. Несомненно то, что право по-разному воспринимается, а одни и те же предписания по-разному соблюдаются и исполняются, используются представителями различных социальных групп. И дело здесь не только в различной роли этих групп в разделении общественного труда и разном имущественном и социальном статусе, но и в наличии специфических групповых норм писаного и неписаного характера, групповых ценностей, традиций и стереотипов поведения. Изучение, взаимосогласование, гармонизация, взаимодополнение требований права и корпоративных норм, традиций и идеалов должно стать важной формой повышения эффективности права и норм законодательства.

Еще одно существенное качество человека, влияющее на эффективность законодательства и являющееся своего рода антитезой чувства корпоративности - стремление к самостоятельности, автономии. Уважение действующим законодательством автономии личности является, по мнению диссертанта, весьма значимым антропологическим фактором его психологической эффективности. Кроме того, уровень гуманности права, его антропологической и культурной адекватности представляется автору одним из существенных показателей развития национального права.

Заслуживающее самого пристального внимания качество человека, которое необходимо учитывать правотворческим и иным государственным органам - стремление к безопасности. Обеспечение правом безопасного существования человека и создание у людей созидательного и ответственного психологического настроя - одна из наиболее значимых задач права, стабильное и эффективное решение которой, по мнению диссертанта, будет во многом определять и эффективность самого права как социального и духовного регулятора.

Еще одно качество, стремление, являющееся ориентиром для законодательства, - стремление к свободе, в том числе свободе выбора, творчества, поведения. Стремление к свободе занимает особое место в ряду сущностных качеств человека. Без него человек не может практически реализовать намеченные цели, свои способности и вообще развиваться как личность, в том числе в сферах, регулируемых правом. Потребность в

32


свободе заложена в человеке, она имманентна любому виду его деятельности, связана с самой сутью природы человека как существа, свободно выбирающего между различными альтернативами. Право оказывает влияние на выбор человека и на саму постановку альтернативных решений. Поэтому эффективность права и норм законодательства находится в зависимости от того, какие альтернативы они предлагают человеку, какие стимулы предоставляют при выборе того или иного альтернативного варианта, варианта социально значимого поведения. Важно и то, насколько эти альтернативы антропологически, социально и культурно адекватны.

Интерес в контексте нашего исследования представляет то, что

неизбежным        следствием        технического        прогресса        является

деиндивидуализация и деперсонификация человека. Эта тенденция, на наш взгляд, имеет двоякие последствия. С одной стороны, «стандартный человек» легче управляем, с другой - существуют и «стандартно антисоциальные» группы, а сама «стандартная личность» утрачивает возможность критически оценивать предлагаемые ей нормы. Кроме того, само понятие стандарта, стандартности испытывает в настоящее время сильное давление различного рода социальных меньшинств, в том числе характеризующихся девиантным поведением.

По мнению автора, исследование эффективности права как социально-духовного регулятора неотделимо от изучения ее этнопсихологической основы - менталитета народа, этнически обусловленных качеств. В этом плане следует согласиться с тем, что закон в России традиционно являлся по отношению к народу внешней, формальной и непонятной, «инородной» силой. Поэтому представляется вполне обоснованным утверждение, что российский народ крепился не правом, а верой, которая всегда стояла выше всяких предписаний законодательства. В таком случае, думается, что на первый план по значимости для общественного существования и развития в России выходит не эффективность системы норм государства, не эффективность законодательства, а эффективность права как обеспечение стабильной, согласованной и солидарной жизни в рамках справедливого, созидательного, осмысленного и традиционного порядка.

Автором вводится в научный оборот понятие антропологической адекватности норм законодательства. Под антропологической адекватностью при этом понимается соответствие норм законодательства основополагающим качествам и потребностям человека, его сущностным характеристикам. Антропологическая адекватность будет являться одной из важнейших предпосылок и эффективности законодательства, и его социальной ценности, и качества (содержательного, а не только формального).

33


Третий параграф «Мотивы, потребности, ожидания и их роль в обеспечении эффективности права» посвящен проблемам взаимодействия различных личностных характеристик и структур с правом в целом и конкретными нормами законодательства.

Представляется, что не только мотивы, потребности, интересы, но и правовые идеалы и ожидания во многом определяют правовое поведение той или иной направленности, определяют специфику отношения личности к конкретным нормативным предписаниям. Таким образом, соответствие конкретных норм правовым идеалам и ожиданиям людей и будет обеспечивать психологическое принятие этих норм, их психологическую эффективность. Нормы, не соответствующие правовым идеалам и ожиданиям, в лучшем случае будут соблюдаться и исполняться лишь под угрозой государственного принуждения.

Важный элемент внутреннего мира личности, влияющий на психологическое восприятие права и норм законодательства, по мнению диссертанта, - это правовые ожидания. Автор предлагает условно разделить их на две группы - ожидания внутренней и внешней направленности. Ожидания внешней направленности представляют собой воззрения о том, каковы должны быть нормы социального поведения, как должны вести себя окружающие люди, органы и организации. Ожидания внутренней направленности характеризуют представления лица о его месте в правовой системе, его собственном поведении. При этом правовые ожидания личности внешнего характера (по отношению к другим) доминируют над ожиданиями внутреннего характера (по отношению к себе).

В контексте данного исследования требуют тщательного изучения ожидания, предъявляемые людьми к праву и нормам законодательства. Несомненно, индивид требует от права решения ряда задач, удовлетворения некоторых его потребностей. От успешного решения правом таких задач зависит и его психологическая эффективность, принятие соответствующим индивидом. При необходимости (а в настоящее время она есть) государство и институты гражданского общества должны вести работу по корректировке правовых ожиданий.

Повышение психологической эффективности права и норм законодательства неразрывно связано с целенаправленной работой по формированию потребности в самовоспитании, самосовершенствовании. Существенную роль в этом процессе призваны сыграть образовательные учреждения, общественные и патриотические организации, церковь, сфера спорта. Целями такой работы должны стать формирование у человека устойчивой потребности в конструктивном самоанализе, в поиске оптимальных путей и форм своей социально-позитивной самореализации, гармоничная адаптация к социальной, в том числе правовой, среде.

Другая значимая задача, по мнению соискателя, является пропаганда определенного   социально   адекватного   комплекса   мотивов,   работа   по

34


пропаганде жизненных целей и ценностей. Для повышения эффективности принимаемых нормативных предписаний интерес представляет не только исследование мотивационной системы человека, но и формирование надлежащей «культуры потребностей», мониторинг соответствия принимаемых нормативных актов и базовых потребностей личности. В правотворческом процессе нельзя игнорировать сложившиеся мотивы, потребности, интересы, необходимо находить разумные формы их удовлетворения, корректировать в социально-позитивном направлении. Развитие и «культивирование» в законодательстве социально адекватных мотивов, потребностей и интересов является интересным фактором позитивной социализации личности, а значит - фактором эффективности норм законодательства.

Следует констатировать, что законодательство может быть неприспособленным к потребностям личности, условиям духовного и материального существования человека. Неэффективность норм, их нереализованность в социальной жизни будет следствием и показателем этой неприспособленности. Как общество, так и законодательство могут способствовать здоровому личностному развитию человека либо препятствовать ему. Нормативные акты не должны разжигать социальную вражду и недоверие, превращать человека в объект манипуляций, эксплуатации.

Нормы законодательства призваны, с одной стороны, «обслуживать» и обеспечивать динамизм мотивационной системы человека, а с другой -ограничивать этот динамизм, вводить его в социально приемлемые, созидательные границы. В противном случае мы получим конфликт законодательства и конкретно-исторических закономерностей развития психической жизни людей в конкретном обществе.

В последнее время в психологической литературе определенное внимание уделяется так называемым «социогенным потребностям». К собственно «социогенным», или буквально порожденным обществом, в этих исследованиях относятся некоторые специфические виды потребностей: потребность в общении, в труде, в самоутверждении, в восприятии произведений искусства, в достижении и т.д. В связи с этим интересным направлением деятельности по формированию антропологических основ эффективности норм законодательства представляется пропаганда труда как средства самореализации, образа «человека труда», пропаганда социально полезной активности. Необходимость трудиться - одна из важнейших общецивилизационных потребностей и обязанностей, недаром она закреплена и освящена во многих религиозных учениях человечества.

Необходимо иметь в виду, что право может быть неприспособленным к потребностям личности, условиям духовного и психологического существования человека. Одно из проявлений этой неприспособленности -

35


неэффективность действующего законодательства, его нереализованность в социальной жизни. Нарушение действующих норм законодательства далеко не всегда является следствием ущербности, в том числе психологической, правонарушителей, но часто представляет собой одно из последствий социальной и духовной ущербности законов, их антигуманной направленности, неадекватности закономерностям духовного и психологического развития человека.

Очевидно, что законодателю следует учитывать и своеобразие регулируемых общественных отношений, которые могут вызывать различные психологические и поведенческие реакции.

По мнению диссертанта, высокая эффективность права неотделима от духовного здоровья общества и отдельной личности. Именно духовно здоровая личность и духовно здоровое общество могут создать подлинно эффективное право, опирающееся на взаимообогащение и взаиморазвитие человека и элементов правовой системы, солидарность личности с системой социальных институтов.

Оптимальное удовлетворение социально адекватных, созидательных потребностей должно рассматриваться не только как важный показатель эффективности норм законодательства, но и как одна из важнейших целей права в целом как социально-духовного регулятора. Система психологических «стимуляторов» поведения личности, психологических феноменов, определяющих поведение человека в конкретной жизненной ситуации - мотивов, потребностей, установок и т.д., - нуждается в дальнейшем исследовании в контексте обеспечения психологической и иной эффективности норм законодательства.

Заключение в обобщенном виде содержит выводы и предложения автора по основным направлениям диссертационного исследования.

36


Основные положения диссертации опубликованы в следующих работах:

Монографии и учебные пособия

  1. Жинкин С.А. Проблемы обеспечения эффективности права и норм законодательства. Краснодар, 2008 (12,2 п.л.).
  2. Жинкин С.А. Проблемы взаимодействия личности и правовой системы общества в контексте обеспечения эффективности права. Краснодар, 2008 (10,4 п.л.).
  3. Жинкин С.А. Психологические проблемы эффективности права. СПб., 2009 (14,4 п.л.).

Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, указанных в перечне ВАК Министерства образования

и науки Российской Федерации.

  1. Жинкин С.А. Некоторые проблемы видов эффективности норм права. // Журнал Российского права. 2004. №2 (0,2 п.л.).
  2. Жинкин С.А. Некоторые аспекты понятия эффективности норм права. // Правоведение. Известия высших учебных заведений. 2004. №1 (0,3 п.л.).
  3. Жинкин С.А. Некоторые социологические аспекты понятия эффективности норм права // Известия Тульского государственного университета. Серия Актуальные проблемы юридических наук. 2007. Вып. 15(0,2п.л.).
  4. Жинкин С.А. Некоторые методологические аспекты исследования эффективности норм права // Юридический мир. 2007. №4 (0,15 п.л.).
  5. Жинкин С.А. О плюрализме в исследовании понятия «эффективность норм права» // Закон и право. 2007. №11 (0,25 п.л.).
  6. Жинкин С.А. О влиянии психологических факторов на эффективность норм права // Юрист-правовед. 2007. №6 (0,1 п.л.).

10.Жинкин С.А. Некоторые проблемы исследования психологических факторов эффективности норм права // История государства и права. 2007. №22 (0,1 п.л.).

11.Жинкин С.А. Взаимодействие права и личности в контексте обеспечения эффективности правовых норм // Правоведение. Известия высших учебных заведений. 2008 №3. (0,2 п.л.).

12.Жинкин С.А. О роли личностных факторов в обеспечении эффективности права и норм законодательства // Закон и право. 2008. №12 (0,2 п.л.).

37


13.Жинкин С.А. Некоторые проблемы классификации видов эффективности норм права // «Черные дыры» в Российском законодательстве. 2008. №1 (0,3 п.л.).

14.Жинкин С.А. О методологических принципах исследования эффективности норм законодательства // Российский следователь. 2008. №19(0,2п.л.).

15.Жинкин С.А. О плюрализме в исследовании проблем эффективности права // История государства и права. 2009. №11 (0,2 п.л.).

16.Жинкин С.А. О новых методологических подходах к исследованию проблем эффективности права // Российский следователь. 2009. №10 (0,2 п.л.).

Статьи, опубликованные в материалах международных, всероссийских, региональных конференций, «круглых столов», семинаров

17.Жинкин С.А. Проблемы обеспечения законности в региональном правотворчестве // Правовой режим законности: вопросы теории и истории: матер, межвуз. науч.-теор. конф. 15 февраля 2001 г. СПб., 2001 (0,1 п.л.).

18.Жинкин С.А. К вопросу о видах эффективности норм права // Защита прав и законных интересов граждан: матер, междунар. науч.-практ. конф. Сочи, 2002 (0,1 п.л.).

19.Жинкин С.А. О соотношении эффективности и оптимальности правового регулирования // Актуальные проблемы Российского права на современном этапе: сб. матер. III Всерос. науч.-практ. конф. Пенза, 2004 (0,1 п.л.).

20.Жинкин С.А. К вопросу о понятии эффективности норм права // Право как ценность: многообразие исторических форм и перспективы развития: матер. Всерос. науч. конф. Сочи, 2004 (0,1 п.л.).

21.Жинкин С.А.Некоторые проблемы соотношения эффективности и социальной ценности норм права // Актуальные проблемы права: теория и практика: матер. Междунар. науч.-практ. конф. 18-19 октября 2004 г. Краснодар, 2004 (0,6 п.л.).

22.Жинкин С.А. К вопросу о соотношении эффективности и социальной ценности в праве // Экономико-правовые и духовные проблемы современности: матер. Междунар. науч.-практ. конф. // Экономика. Право. Печать. Вестник КСЭИ. 2004. №7-9 (0,6 п.л.).

23.Жинкин С.А. О предпосылках эффективности норм права // Тенденции и противоречия развития российского права на современном этапе: сб. матер. III Всерос. науч.-практ. конф. Пенза, 2004. (0,1 п.л.).

24.Жинкин С.А. О психологических факторах эффективности норм права   //   Современные    проблемы    правоведения:    правотворческий   и

38


правоприменительный аспекты: сб. докладов и статей региональной науч.-практ. конф. 25-26 января 2005 г. Пятигорск, 2005 (0,25 п.л.).

25.Жинкин С.А. Выражение законодательством внутриличностных принципов как предпосылка его эффективности // Социально-правовые проблемы современности: матер, межвуз. конф. Краснодар, 2006 (0,3 п.л.).

26.Жинкин С.А. Некоторые проблемы определения эффективности норм права // Актуальные проблемы российского права: матер, общероссийской науч.-практ. конф. 16 ноября 2006 г. Краснодар, 2006. Вып. 1 (0,4 п.л.).

27.Жинкин С.А. Некоторые методологические проблемы исследования эффективности норм права // Проблемы реализации права в современной России: матер, региональной науч.-практ. конф. Краснодар, 2007 (0,5 п.л.).

28.Жинкин С.А. Об исследовании личностных факторов обеспечения эффективности права и норм законодательства // Проблемы развития политической и правовой системы современной России: матер, региональной науч.-практ. конф. 24 апреля 2008 г. Краснодар, 2008 (0,2 п.л.).

29.Жинкин С.А. О роли мотивации в обеспечении эффективности права и норм законодательства. // Проблемы развития политической и правовой системы современной России: матер, региональной науч.-практ. конф. 24 апреля 2008 г. Краснодар, 2008 (0,3 п.л.).

Другие статьи

ЗО.Жинкин С.А. Правотворческие ошибки в законодательстве Краснодарского края и Республики Адыгея // Политические и правовые системы: история и современность. Краснодар, 2001 (0,1 п.л.).

31.Жинкин С.А. К вопросу об условиях эффективности норм права // Новая правовая мысль. 2004. №1 (0,3 п.л.).

32.Жинкин С.А. К вопросу о соотношении эффективности норм права и эффективности правового регулирования // Модернизация политико-правовой системы России: прошлое, настоящее, будущее. (К 140-летию Уставов Судебной реформы). Волгоград, 2004 (0,1 п.л.).

ЗЗ.Жинкин С.А. К вопросу о плюралистической теории эффективности норм права //Ученые записки: Выпуск 3. Краснодар, 2004 (0,6 п.л.).

34.Жинкин С.А. Определение понятия эффективности норм права: некоторые аспекты проблемы // Российская Академия юридических наук: науч. труды. Выпуск 4. Т.1. М., 2004 (0,5 п.л.).

35.Жинкин С.А. К вопросу об антропологических аспектах эффективности права // Экономика. Право. Печать. 2005. №4-6 (0,6 п.л.).

39


Зб.Жинкин С.А. К вопросу о влиянии духовных факторов на эффективность правовых норм // Ученые записки юридического факультета. Краснодар, 2005. Вып. 4 (0,5 п.л.).

37.Жинкин С.А. Об онтологических предпосылках эффективности права // Правовая политика и правовая жизнь. 2005. №4. (0,5 п.л.).

38.Жинкин С.А. Антропологическая адекватность норм права как предпосылка их эффективности // Экономико-правовые и духовные проблемы современности. Пятигорск, 2006 (0,4 п.л.).

39.Жинкин С.А. Некоторые методологические аспекты исследования эффективности норм права // Судебные ведомости. 2006. Вып. №3-4. Краснодар, 2006 (0,5 п.л.).

40.Жинкин С.А. О некоторых методологических аспектах изучения эффективности правовых норм // Методология права: сб. науч. тр. Краснодар, 2006 (0,4 п.л.).

41.Жинкин С.А. К вопросу об антропологических аспектах исследования эффективности права // Актуальные проблемы юридической науки. Приложение к научно-информационному журналу «Человек. Сообщество. Управление». Краснодар, 2006 (0,4 п.л.).

42.Жинкин С.А. Некоторые методологические аспекты изучения факторов эффективности правовых норм // Методология юридической науки: состояние, проблемы, перспективы: сб. / под ред. М.Н. Марченко. М., 2006. Вып. 1 (0,3 п.л.).

43.Жинкин С.А. Вопросы изучения психологических аспектов эффективности правовых норм // Ученые записки юридического факультета. Краснодар, 2007. Вып. 5 (0,5 п.л.).

44.Жинкин С.А. Некоторые вопросы методологии исследования эффективности норм права // Российский юридический вестник. 2008. №1 (0,2 п.л.).

45.Жинкин С.А. Некоторые проблемы повышения эффективности правового воздействия на личность // Научный вестник Южного федерального округа. 2008. №1 (0,2 п.л.).

46.Жинкин С.А. Некоторые особенности исследования проблем эффективности норм права в отечественной юридической науке // Юридические науки. 2008. №1 (0,1 п.л.).

47.Жинкин С.А. О плюрализме в исследовании проблем эффективности в праве // Современные гуманитарные исследования. 2008. №1 (0,2 п.л.).

48.Жинкин С.А. О многоаспектности понятий «эффективность права» и «эффективность норм законодательства» // Современные гуманитарные исследования. 2008. №5. (0,2 п.л.).

49.Жинкин С.А. Вопросы исследования проблем эффективности норм права в отечественной юридической науке. // Научный вестник Южного Федерального округа. 2008. №2 (0,3 п.л.).

40


50.Жинкин С.А. Некоторые вопросы влияния потребностей на обеспечение эффективности норм законодательства // Вопросы гуманитарных наук. 2008. №2 (0,2 п.л.).

51.Жинкин С.А. О многоаспектности категорий эффективности права и норм законодательства // Экономика. Право. Печать. Вестник КСЭИ. 2008. №1-3 (0,2 п.л.).

52.Жинкин С.А. Эффективность в праве: аспекты понятия // Экономика. Право. Печать. Вестник КСЭИ. 2008. №1-3 (0,2 п.л.).

53.Жинкин С.А. О применении личностного подхода в исследовании эффективности права и норм законодательства // Юридические науки. 2008. №5 (0,2 п.л.).

41


Жинкин Сергей Алексеевич

ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПРАВА: АНТРОПОЛОГИЧЕСКОЕ И ЦЕННОСТНОЕ

ИЗМЕРЕНИЕ

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

Подписано в печать 19 июля 2009 г. Формат 60X84 1/16 Бумага тип №1. Уч.-изд. л. 2,0. Тираж 200 экз. Заказ №

Отпечатано с оригинал-макета заказчика

Издательство Кубанского государственного университета

г. Краснодар, ул. Ставропольская 149.

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.