WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Возобновление уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 

На правах рукописи

 

 

Давыдов Владимир Александрович

 

 

ВОЗОБНОВЛЕНИЕ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

ВВИДУ НОВЫХ ИЛИ ВНОВЬ ОТКРЫВШИХСЯ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ

 

Специальность 12.00.09 – «Уголовный процесс, криминалистика;

оперативно – розыскная деятельность»

 

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

 

 

 

 

 

 

Москва – 2011

Работа выполнена в Федеральном государственном образовательном

учреждении высшего профессионального образования

«Российская академия правосудия»

Официальные оппоненты:

доктор юридических наук,

профессор, заслуженный деятель

науки Российской Федерации

Гуценко Константин Федорович

доктор юридических наук,

профессор

Халиулин Александр Германович

доктор юридических наук,

профессор

Ковтун Николай Николаевич

Ведущая организация

Московская государственная

юридическая академия

им. О.Е. Кутафина

Защита диссертации состоится 27 октября 2011 г. в 14 ч. 00 мин. на заседании диссертационного совета Д 170.001.02 при Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации по адресу: 123022, г. Москва, ул. 2-я Звенигородская, д. 15.

С диссертацией и авторефератом можно ознакомиться в библиотеке Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации по адресу: 123022, г. Москва, ул. 2-я Звенигородская, д. 15.

С электронной версией автореферата можно ознакомиться на официальном сайте Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации: http://www.agprf.org/aspirant/dis-sovet-1.html и на сайте ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации.

Автореферат разослан 11 июля 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

Д 170.001.02

доктор юридических наук, профессор                                         С.В. Скляров

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ



Актуальность темы диссертации. Процессуальный институт возобновления уголовных дел ввиду вновь открывшихся обстоятельств – один из старейших институтов отечественного уголовно-процессуального права.

Назначение данного института состоит в исправлении судебных ошибок, допущенных судами ввиду их неосведомленности относительно обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения уголовного дела и существовавших на момент вынесения судебного решения, а также ошибок, обусловленных обстоятельствами, наступившими уже после вынесения судебного акта.

В качестве самостоятельной стадии российского уголовного процесса названный институт был нормативно закреплен уже в Уставе уголовного судопроизводства 1864 года, а позднее – во всех кодифицированных актах советского уголовно-процессуального законодательства (УПК РСФСР 1922, 1923 и 1960 годов).

В период действия последнего советского Уголовно-процессуального кодекса порядок пересмотра судебных актов ввиду вновь открывшихся обстоятельств в практике правоприменения был задействован крайне редко.

Обусловлено такое положение было двумя факторами: во-первых, в практике пересмотра вступивших в законную силу судебных актов доминировал «более простой» институт надзорного производства, который зачастую подменял собой порядок возобновления уголовных дел, а, во-вторых, вопрос о пересмотре судебного акта всецело зависел от дискреционных полномочий прокурора, решение которого об отказе в инициировании процедуры пересмотра судебного решения могло быть обжаловано лишь вышестоящему прокурору и не подлежало судебному контролю.

Бурное развитие социально-экономических отношений в России на рубеже 80–90-х годов XX века, изменение общественно-политического устройства государства, принятие Конституции Российской Федерации 1993 года, провозгласившей права и свободы человека и гражданина высшей ценностью, а признание и защиту прав и свобод – обязанностью государства, признание в 1998 году Российской Федерацией юрисдикции Европейского Суда по правам человека по вопросам применения и толкования Конвенции о защите прав человека и основных свобод предопределили необходимость коренной перестройки системы уголовного судопроизводства, переориентирования целей и задач уголовного процесса, а также поиска оптимальных и эффективных способов их достижения, включая и совершенствование судебно-проверочных производств, призванных обеспечить правосудность судебных актов как залог справедливого правосудия.

В процессе реформирования уголовного судопроизводства, завершившегося принятием в 2001 году кодифицированного акта – Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ), законодатель в нормах главы 49 УПК РФ ввел некоторые позитивные новеллы в процессуальную форму пересмотра вступивших в законную силу судебных решений ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

В частности, определенный положительный эффект нового регулирования был достигнут за счет включения постановлений Конституционного Суда Российской Федерации и решений Европейского Суда по правам человека в число оснований, влекущих возобновление производства по уголовному делу, а также за счет установления судебного контроля за действиями и решениями прокурора, принимаемыми по результатам досудебной проверки сообщений о наличии оснований для пересмотра судебного акта.

Наряду с этим, нельзя не отметить, что предложенное законодателем регулирование исследуемого процессуального порядка не предполагало кардинальной модернизации советской модели «возобновления уголовных дел», ориентированной на качественное повышение правозащитного потенциала данного института. Кроме того, конструируя стадию возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, законодатель как минимум допустил два просчета концептуального характера, которые, во-первых, ограничивают полномочия суда относительно реализации своих конституционных функций по осуществлению правосудия, а во-вторых, ограничивают конституционное право граждан на судебную защиту прав и законных интересов, нарушенных неправосудными судебными актами по уголовным делам.

В УПК РФ законодатель не вполне аутентично воспринял правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированные им в постановлении от 6 февраля 1996 года № 4-П, вследствие чего возможности данного института в исправлении судебных ошибок были расширены лишь в части пересмотра судебных актов в связи с решениями Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека. Что же касается решения законодателя относительно ограничения круга «вновь открывшихся обстоятельств» только теми из них, которые исчерпывающе изложены в законе, а круга «новых обстоятельств» - исключительно теми из них, которые «устраняют преступность и наказуемость деяния», то такое решение исключает из сферы судебного контроля определенный сегмент судебных актов, неправосудность которых обусловлена неверным отражением в них существенно значимых обстоятельств, имеющих непосредственное отношение к предмету исследования по уголовному делу.

В нормах главы 49 УПК РФ законодатель, при отсутствии к тому каких-либо объективных предпосылок, не предусмотрел для осужденного, потерпевшего, их представителей и иных лиц, чьи права и законные интересы затрагиваются неправосудными судебными актами, порядок непосредственного обращения в соответствующий суд с ходатайством о пересмотре судебного акта «ввиду вновь открывшихся обстоятельств», установленных вступившими в законную силу судебными актами либо процессуальными решениями должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование (часть 5 статьи 413 УПК РФ). Представляется, что такое решение законодателя явно не способствовало повышению эффективности исследуемого процессуального института и подтверждение тому – данные судебной статистики. В 2010 году только по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), предусматривающей уголовную ответственность за заведомо ложные показания, заключение эксперта, специалиста или неправильный перевод, были осуждены 1433 лица, тогда как прокурорами в президиумы верховных судов республик, краевых, областных и равных им судов были внесены заключения о пересмотре судебных решений только в отношении 37 лиц. Изложенное свидетельствует о явном дисбалансе между числом лиц, осужденных за преступление против правосудия, и тем числом судебных решений, которые стали предметом пересмотра ввиду вновь открывшихся обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 части 3 статьи 413 УПК РФ.

Аналогичная по содержанию ситуация имеет место и применительно к пересмотру судебных актов в связи с постановлениями Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку с момента введения в действие УПК РФ и по 30 апреля 2011 года Президиумом Верховного Суда Российской Федерации пересмотрены судебные решения в отношении всего 15 лиц, тогда как в постановлениях высшего органа конституционного контроля, вынесенных за этот же период времени, предписывалось пересмотреть уголовные дела в отношении несравненно большего количества граждан.

Анализ правоприменительной практики убедительно свидетельствует о том, что наряду с ошибками концептуального характера имеют место и весьма существенные «локальные» просчеты законодателя, создающие неопределенность в процессе применения норм главы 49 УПК РФ и тем самым снижающие уровень защиты граждан от неправосудных судебных актов.

Такие просчеты, в частности, допущены: 1) при регулировании порядка досудебного проверочного производства, осуществляемого прокурором, включая расследование так называемых «иных» новых обстоятельств; 2) при регламентации (точнее, при отсутствии таковой) процессуальной деятельности Председателя Верховного Суда Российской Федерации, связанной с инициированием проверочного производства в связи с решениями Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека; 3) при регулировании: а) системы судов, правомочных осуществлять пересмотр судебного акта ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств; б) пределов прав суда; в) видов решений суда и порядка их обжалования и пересмотра; г) собственно судебного порядка рассмотрения уголовного дела по представлению Председателя Верховного Суда Российской Федерации либо по заключению прокурора; д) особенностей производства по уголовному делу после отмены судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

В период действия УПК РФ 2001 года Конституционный Суд Российской Федерации признал не соответствующими Конституции Российской Федерации ряд норм и положений главы 49 УПК РФ, вынес более двух десятков определений, «позитивное содержание» которых в известной степени «компенсирует пробелы» в уголовно-процессуальном законе, что само по себе свидетельствует о дефектах правового регулирования и актуальности темы исследования, поскольку до сих пор соответствующие коррективы в закон не внесены.

Примечательно, что 76 % опрошенных судей Верховного Суда Российской Федерации и 80 % судей верховных судов республик, краевых, областных и равных им судов отметили неэффективность действующего регулирования, предусмотренного нормами главы 49 УПК РФ, и необходимость его совершенствования. Около 85 % респондентов высказались за необходимость обобщения судебной практики и разъяснения Пленумом Верховного Суда Российской Федерации законодательства, регулирующего пересмотр судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

Изложенное с очевидностью свидетельствует об актуальности не только теоретического осмысления отдельных положений закона, этапов и процедур, урегулированных нормами главы 49 УПК РФ, но и системной научной разработки фундаментальных основ данного механизма исправления судебных ошибок, выработки конкретных предложений и рекомендаций по его нормативному совершенствованию и оперативному внедрению в действующее законодательство и правоприменительную практику.

Степень разработанности темы. До 1959 года в советской юридической литературе на монографическом уровне данная тема не исследовалась. В тот период времени интерес к данному процессуальному институту ограничивался несколькими статьями И.Б. Стерника (1947 г.), В.С. Тадевосяна (1951 г.), Л. Поволоцкого и А.А. Безуглова (1952 г.) и кратким изложением действующего законодательства в учебниках по уголовному процессу М.С. Строговича (1946 г.) и М.А. Чельцова (1951 г.). И только в 1959 г. в свет вышло первое монографическое исследование Б.С. Тетерина «Возобновление дел по вновь открывшимся обстоятельствам».

В 1968 году В.М. Блинов в книге с аналогичным названием продолжил исследование проблем пересмотра судебных решений по уголовным делам ввиду вновь открывшихся обстоятельств.

В 1969 году В.С. Постником была защищена одна из первых кандидатских диссертаций на тему «Возобновление дел по вновь открывшимся обстоятельствам в советском уголовном процессе».

В 1982 году увидело свет первое практическое пособие для прокуроров, следователей и судей, которое было подготовлено Г.З. Анашкиным и И.Д. Перловым.

В 1988 году М.К. Белобабченко и в 1989 году Л.Ш. Берсугуровой были защищены кандидатские диссертации «Возобновление дел по вновь открывшимся обстоятельствам в уголовном процессе» и «Проблемы возобновления дел по вновь открывшимся обстоятельствам в советском уголовном процессе».

Следующим крупным исследователем стадии возобновления уголовных дел стал Н.А. Громова, защитивший в 1993 году первую и единственную докторскую диссертацию – «Теоретические и практические проблемы возобновления уголовных дел по вновь открывшимся обстоятельствам».

В советской правовой теории проблемы пересмотра судебных решений по уголовным делам, вступивших в законную силу, нашли свое отражение в работах: В.Б. Алексеева, Л.Б. Алексеевой, Г.З. Анашкина, М.Н. Андреева, В.П. Божьева, В.И. Баскова, М.К. Белобабченко, Л.Ш. Берсугуровой, В.М. Блинова, А.В. Григорьева, М.М. Гродзинского, Н.А. Громова, Я.В. Гробовенко, А.Я. Груна, К.Ф. Гуценко, В.И. Каминской, П.А. Лупинской, Е.Г. Мартынчика, В.П. Маслова, Е.Б. Мизулиной, И.Б. Михайловской, Я.О. Мотовиловкера, И.Д. Перлова, В.А. Познанского, Н.Н. Полянского, В.С. Постника, Р.Д. Рахунова, А.Л. Ривлина, А.П. Рыжакова, М.С. Строговича, О.П. Темушкина, Б.С. Тетерина, А.Л. Цыпкина, Н.Н. Шанявского, В.И. Шинда, М.А. Чельцова, Е.М. Чехарина, М.Л. Якуба и ряда других авторов.

Действующий с 1 июля 2002 года порядок пересмотра судебных актов по уголовным делам ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств привлек внимание ученой общественности и нашел свое отражение в работах В.Е. Баскаковой, Н.П. Ведищева, В.В. Дорошкова, А.Д. Зумакулова, Н.Н. Ковтуна, Н.Д. Муратовой, А.А. Собенина, А.Е. Филева, А.Г. Халиуллина и других авторов, а также в соответствующих разделах многочисленных учебников, научно-практических пособий, курсов лекций по уголовно-процессуальному праву.

Отдавая дань уважения названным авторам, труды которых составили теоретическую основу настоящего исследования, и отмечая определенные успехи в разработке целого ряда проблем, нельзя не отметить, что большая часть работ была написана в период действия УПК РСФСР 1923 и 1960 годов. Что же касается современных исследователей института пересмотра судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, то все они акцентировали свое внимание, как правило, на «локальных» проблемах данного вида судебно-проверочного производства, обусловленных несовершенством правовой регламентации определенного спектра общественных отношений, урегулированных нормами главы 49 УПК РФ.

Настоящая диссертация – одно из первых комплексных исследований в том смысле, что предметом изучения и анализа является все многообразие и разнообразие общественных отношений, возникающих в процессе пересмотра вступившего в законную силу судебного акта по уголовному делу, начиная с инициирования процедуры пересмотра и заканчивая исправлением судебной ошибки. При этом действующее правовое регулирование исследуется с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека, правообразующей практики Верховного Суда Российской Федерации, в том числе и его Президиума, а также законодательства некоторых зарубежных государств.

Научная проблема, разрешению которой посвящена диссертация, состоит в выявлении и разрешении противоречия между необходимостью коренной модернизации правового регулирования института возобновления уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств и состоянием научно обоснованных представлений относительно сущности данного института, не отвечающих современным реалиям.

Объектом настоящего исследования является система общественных отношений в сфере пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по уголовным делам ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, возникающих между участниками уголовного судопроизводства: 1) в процессе инициирования процедуры пересмотра приговора или иного судебного решения в целях исправления судебной ошибки и восстановления в нарушенных правах; 2) досудебного производства, назначение которого состоит в предварительной проверке поводов и оснований для пересмотра судебного акта и 3) собственно производства в суде, правомочном пересмотреть вступившие в законную силу приговор, определение, постановление суда и устранить судебную ошибку либо создать предпосылки для исправления судебной ошибки нижестоящими судебными инстанциями или органами предварительного расследования.

Предметом диссертационного исследованияявляются положения Конституции Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права в области прав человека, положения уголовно-процессуальной доктрины и уголовно-процессуальные нормы, регламентирующие право на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта (окончательного – по терминологии, принятой в международном праве) по уголовному делу и собственно  процессуальный порядок такого пересмотра в целях исправления судебной ошибки и восстановления в нарушенных правах.

Целью диссертационного исследования является разработка и реализация через законодательство и правоприменительную практику теоретических положений, совокупность которых позволит обосновать и осуществить коренную модернизацию института пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по уголовным делам ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, ориентированную на качественное повышение правозащитного потенциала данного института за счет более эффективного урегулирования не только спектра предполагаемых судебных ошибок, но и процессуальных возможностей по их выявлению, исправлению и восстановлению прав и свобод, нарушенных неправосудными судебными актами.

Для достижения названной цели автором были поставлены и решены следующие задачи:

– уяснение сущности, социального и процессуального назначения, процессуальной, конституционной и международно-правовой природы исследуемого института;

– исследование генезиса развития отечественного законодательства и доктринальных представлений о «возобновлении уголовных дел», как способе устранения судебных ошибок и обеспечения правосудности судебных актов по уголовным делам;

– изучение, обобщение и анализ правоприменительной практики в целях выявление системных проблем, ограничивающих эффективность процессуального порядка, урегулированного нормами главы 49 УПК РФ;

– анализ норм главы 49 УПК РФ, в их взаимосвязи между собой и с принципами уголовного процесса,

– обоснование необходимости кардинальных структурных и содержательных преобразований института пересмотра судебных актов по уголовным делам ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств с учетом современного состояния российского уголовного судопроизводства, а также правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, Европейского Суда по правам человека и Верховного Суда Российской Федерации;

– разработка теоретических положений, составляющих основу качественно нового правового регулирования всего комплекса общественных отношений, возникающих в связи с пересмотром судебных актов «ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств»;

– систематизация результатов проведенного исследования и их реализация в уголовно-процессуальном законодательстве (de lege ferenda) и в практике правоприменения.

Методологической основой исследования является общенаучный диалектический метод познания. В качестве частных научных методов познания были использованы: методы исторического и сравнительно-правового анализа, логико-юридический и конкретно-социологический методы, включая сплошное изучение уголовных дел, рассмотренных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации по правилам главы 49 УПК РФ за период с 1 июля 2002 года по 1 мая 2011 года.

Теоретическую основу диссертационного исследования представляют фундаментальные положения общей теории права, концептуальные положения научных трудов отечественных ученых в области философии, социологии, теории права и уголовного процесса.

В работе над диссертацией автором широко использованы монографии, диссертации, авторефераты диссертаций, научные статьи, научно-практические комментарии к уголовно-процессуальному законодательству, учебники и учебные пособия, курсы лекций по вопросам, касающимся предмета исследования, перечисленные в прилагаемом к диссертации списке использованной литературы.

Нормативная база диссертации включает в себя Конституцию Российской Федерации, Федеральные конституционные законы Российской Федерации: «О судебной системе Российской Федерации», «О военных судах Российской Федерации», «О Дисциплинарном судебном присутствии», «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации», общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации в области прав человека, имеющие отношение к уголовному судопроизводству, Устав уголовного судопроизводства Российской империи, декреты советской власти о суде, «Положение о народном суде РСФСР», «Положение о революционных военных трибуналах», «Положение о высшем судебном контроле», Уголовно-процессуальные кодексы РСФСР в редакциях 1922, 1923 и 1960 годов, УПК РФ 2001 года, действующие Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Федеральный закон от 29 декабря 2010 года № 433-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», уголовно-процессуальные кодексы ФРГ, Франции, Армении, Казахстана и иные нормативные акты, касающиеся проблем, рассматриваемых в диссертации.

Эмпирическая база исследования. Диссертантом изучены все 110 уголовных дел, рассмотренных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации по представлению Председателя Верховного Суда Российской Федерации за период с 1 июля 2002 года по 30 апреля 2011 года (11 дел – в связи с постановлениями Конституционного Суда Российской Федерации и 99 дел – в связи с решениями Европейского Суда по правам человека), а также 120 уголовных дел, рассмотренных Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, и 130 постановлений, вынесенных за этот же период времени президиумами Московского городского суда, Красноярского краевого суда, Томского и Курганского областных судов по результатам рассмотрения заключений прокурора о возобновлении производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, а также по жалобам заинтересованных лиц на постановления прокурора о прекращении возбужденного им производства, поданным и рассмотренным в порядке, установленном частью 3 статьи 416 УПК РФ.

Эмпирическую базу исследования составили также постановления и определения Конституционного Суда Российской Федерации, решения Европейского Суда по правам человека, Обзоры статистических данных по уголовным делам, рассмотренным судами Российской Федерации в 2007–2010 годах, судебная практика, опубликованная в Бюллетене Верховного Суда Российской Федерации и Обзорах законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за период с 2003 по 2010 год.

В ходе работы над диссертацией по специально разработанной анкете были опрошены 52 судьи Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации и 165 судей республиканских, краевых, областных и равных им судов.

Диссертант в исследовательской работе опирался на многолетний опыт работы в должности судьи (24 года), в том числе в должности судьи областного суда (с 1992 г.), судьи Верховного Суда Российской Федерации (с 1999 г.), члена Президиума Верховного Суда Российской Федерации (с 2008 г.), а также на опыт работы в редакционной коллегии Бюллетеня Верховного Суда Российской Федерации (с 2004 г.) и в заседаниях Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации.

Достоверность результатов выполненной работы обеспечивается избранной автором методологией исследования, сбалансированным характером использованных методов исследования, достаточной теоретической и правовой базами исследования, внушительным объемом эмпирического материала.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в том, что впервые в период действия УПК РФ 2001 года на основе достижений науки уголовно-процессуального права, анализа отечественного и зарубежного законодательства, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, Европейского Суда по правам человека и Верховного Суда Российской Федерации разработана совокупность теоретических положений, обосновывающих необходимость и пути кардинальной модернизации процессуальной формы исправления судебных ошибок по уголовным делам ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, что можно рассматривать как решение крупной научной проблемы, имеющей важное теоретическое и практическое значение для уголовного судопроизводства Российской Федерации.

Критерию научной новизны исследования соответствуют положения диссертации, выносимые на защиту, и подготовленный по результатам исследования проект федерального закона, предусматривающий структурное и содержательное реформирование исследуемого процессуального института.

Положения диссертации, выносимые на защиту:

1. Правозащитный ресурс института пересмотра судебных актов по уголовным делам ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, в практической деятельности используется малоэффективно в виду просчетов законодателя, допущенных при нормативной регламентации данного судебно-проверочного производства по причине его недостаточной теоретической разработанности применительно к современным реалиям.

2. Роль принципов в уголовном процессе заключается в обеспечении юридической и логической цельности, внутренней согласованности уголовно-процессуального закона с тем, чтобы на основе общепризнанных мировоззренческих идей о справедливом уголовном судопроизводстве сконструировать предельно ясно, и сбалансировано отдельные процессуальные нормы, институты и стадии. В связи с этим отдельные общепроцессуальные принципы (мировоззренческие идеи) могут и не быть закреплены в виде процессуальных норм.

Процессуальные принципы не делятся на главные и второстепенные, не обладают они и высшей юридической силой по отношению к другим процессуальным нормам, равно как далеко каждый принцип находит свою реализацию в каждой стадии уголовного процесса. Поскольку стадия возобновления уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств предполагает, не только производство в суде, основанное на принципах состязательного процесса, но досудебное производство, в основе которого принципы следственного процесса, постольку в каждом из этих производств находит реализацию совокупность принципов, присущих именно данному производству.

3. Особенности производства по пересмотру судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств предопределены характером судебных ошибок для исправления которых, собственно, и предназначено данное производство. В связи с этим в системе действующего правового регулирования процессуальная стадия возобновления уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств – стадия вполне ординарная, самодостаточная и применяется не вместо или после исчерпания иных возможностей для пересмотра судебного акта, а вполне самостоятельно: при обнаружении имеющих для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, которые ранее существовали, но не были известны суду, либо возникли уже после вынесения судебного акта.

4. Предложенная законодателем дифференциация оснований для возобновления производства по уголовному делу на новые и вновь открывшиеся обстоятельства и их нормативные определения, не согласуются с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированными в постановлении от 2 февраля 1996 года № 4-П, вследствие чего закон не «охватывает» весь спектр предполагаемых судебных ошибок, а, значит, ограничивает возможности суда  по их выявлению и устранению.

В связи с этим предлагается отказаться от дифференциации оснований на новые и вновь открывшиеся в пользу их систематизации в виде «обезличенного» перечня, как это имеет место, например, в уголовно-процессуальном законодательстве Франции, Германии и ряда других государств.

5. Установление законодателем одних и тех же сроков для привлечения лица к уголовной ответственности и для поворота к худшему (reformatio in pejus), не согласуется с принципами правовой определенности, справедливости и гуманизма уголовного судопроизводства. В связи с этим, сроки, предусмотренные статьей 78 УК РФ, применительно к пересмотру судебных актов, должны быть сокращенны наполовину.

6. Поскольку предметом пересмотра по нормам главы 49 УПК РФ могут быть в том числе и судебные акты, вынесенные после вступления данного акта в законную силу (например, незаконное освобождение от наказания), постольку в законе было бы целесообразным установить, что поворот к худшему в данных ситуациях допускается в течение сроков освобождения от наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора суда, установленных статьей 83 УК РФ.

7. В целях более эффективной защиты прав и свобод, нарушенных неправосудными судебными актами, заинтересованные лица (осужденные, потерпевшие, их представители и иные лица) должны быть наделены правом непосредственного обращения в соответствующий суд с ходатайством о пересмотре приговора или иного решения, если обстоятельство для пересмотра установлено вступившим в законную силу приговором, определением, постановлением суда либо постановлением прокурора, руководителя следственного органа, следователя или дознавателя.

8. Обстоятельства, влекущие пересмотр вступившего в законную силу судебного акта (по действующей классификации – вновь открывшиеся), могут устанавливаться не только постановлением должностного лица органов предварительного расследования о прекращении уголовного дела, но и постановлением о приостановлении производства по уголовному делу по основаниям, предусмотренным законом, в случаях, когда закон исключает возможность вынесения постановления о прекращении уголовного дела. Определяющим в данном случае является не вид и форма процессуального решения, а существо обстоятельств, установленных в ходе предварительного расследования, и их взаимосвязь с юридическими фактами, установленными вступившими в законную силу судебными решениями.

9. Вновь открывшиеся обстоятельства, влекущие пересмотр приговора или иного судебного решения, могут быть установлены не только постановлением лица, осуществляющего уголовное преследование, вынесенным по основаниям, предусмотренным части 5 статьи 413 УПК РФ (за исключением помилования, поскольку акт помилования не влечет за собой прекращение производства по уголовному делу), но и по иным, предусмотренным законом «нереабилитирующим» основаниям, влекущим прекращение уголовного дела или уголовного преследования (пункты 5 и 6 части 1 статьи 24, статья 25, пункты 4–6 части 1 статьи 27 УПК РФ).

10. В нормах главы 49 УПК РФ следовало бы установить единый порядок (по правилам статьи 125 УПК РФ) обжалования решений прокурора об отказе в возбуждении производства «ввиду новых обстоятельств», установленных постановлениями руководителя следственного органа, следователя или дознавателя и постановления прокурора о прекращении ранее возбужденного производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств. Поскольку названные решения прокурора имеют единую правовую природу, то нет смысла в дифференциации процессуальной формы для обжалования этих решений.

11. Процедура возбуждения производства в связи с решениями Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека нуждается в нормативной регламентации (поводы для возбуждения производства, сроки принятия решения по заявлению о пересмотре судебных актов, процессуальная форма решения о возбуждении производства или об отказе в этом и т. п.). Компетенция, предусмотренная в части 5 статьи 415 УПК РФ, которой ныне наделен один лишь Председатель Верховного Суда Российской Федерации, должна быть передана судьям соответствующих судов, исходя из подсудности, установленной в части 1 статьи 418 УПК РФ, что позволит не только освободить Президиум Верховного Суда Российской Федерации от несвойственных ему функций (в гражданском и арбитражном процессах судебные акты по этим же основаниям пересматриваются судами, которые вынесли эти акты), но и «приблизить правосудие» к месту проживания сторон, что будет способствовать более широкому участию заинтересованных лиц в заседании суда и сокращению сроков судопроизводства.

12. Положения части 2 статьи 417 УПК РФ, наделяющие судебно-проверочную инстанцию правом пересмотра своих собственных судебных актов и таким образом устанавливающие, по существу, недеволютивный (без передачи в вышестоящую судебную инстанцию) порядок пересмотра судебных решений ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, не согласуются с концептуальным, принципиально иным и абсолютно правильным подходом законодателя, предусмотренным частью 1 статьи 417 УПК РФ, в соответствии с которым пересмотр судебного акта – прерогатива вышестоящего суда, a priori более квалифицированного и беспристрастного (деволютивный порядок пересмотра).

13. Вступившие в законную силу судебные акты мирового судьи следует пересматривать по правилам главы 49 УПК РФ в президиуме республиканского, краевого, областного и равного суда, изъяв такой пересмотр из ведения районного суда, которому несвойственно (с учетом традиций отечественного процесса) выступать в роли суда, пересматривающего вступивший в законную силу судебный акт.

14. Для суда, пересматривающего приговор, определение, постановление ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, в законе следовало бы предусмотреть ревизионные полномочия, с тем чтобы судебно-надзорная инстанция располагала процессуальным инструментарием для исправления по собственной инициативе судебных ошибок «в пользу осужденного, оправданного», причем при пересмотре как итоговых, так и промежуточных судебных решений по уголовным делам.

15. Процессуальный порядок рассмотрения судом уголовного дела по представлению Председателя Верховного Суда Российской Федерации и заключению прокурора нуждается в унифицикации, предполагающей регулирование порядка исследования и оценки доказательств, проверки доводов, изложенных в представлении или заключении, порядка совещания и голосования судей. В любом случае первым должно голосоваться предложение, наиболее благоприятное для осужденного, оправданного, лица, в отношении которого дело прекращено. При равенстве голосов членов президиума принятым должно считаться решение, наиболее благоприятное для осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено.

16. Было бы правильным закрепить в законе правило, в соответствии с которым усиление наказания либо применение закона о более тяжком преступлении при новом рассмотрении дела судом первой инстанции либо применение закона о более тяжком преступлении при новом расследовании уголовного дела (после отмены приговора ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств) допускается при условии, что первоначальный приговор был отменен по основаниям, доказывающим виновность оправданного или лица, уголовное дело в отношении которого прекращено, а равно виновность осужденного в совершении более тяжкого преступления.

Теоретическая значимость диссертационного исследования определяется разработкой и внесением автором новых знаний в отечественную науку уголовно-процессуального права применительно к пересмотру судебных актов ввиду обстоятельств, которые не были известны суду на момент вынесения приговора или иного судебного акта. Диссертация содержит теоретические положения, совокупность которых позволяет весьма существенно повысить правозащитный потенциал института возобновления уголовного судопроизводства в целях устранения судебной ошибки, а в итоге повысить качество осуществления правосудия по уголовным делам в целом, обеспечив тем самым соблюдение конституционных прав и свобод человека и гражданина. Теоретические положения, содержащиеся в исследовании, могут быть использованы при дальнейшей теоретической разработке соответствующих разделов науки уголовно-процессуального права.

Практическая значимость диссертации заключается в формулировании диссертантом конкретных предложений по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства, часть из которых уже реализована законодателем в правотворческой деятельности и Пленумом Верховного Суда Российской Федерации при разъяснении уголовно-процессуального законодательства. Иные предложения диссертанта систематизированы в виде проекта федерального закона и могут быть использованы законодателем при дальнейшем совершенствовании норм главы 49 УПК РФ.

В целом результаты исследования могут использоваться в преподавании и изучении курса  уголовно-процессуального права преподавателями, студентами, аспирантами, слушателями курсов повышения квалификации.

Апробация и внедрение в практику результатов исследования. Результаты диссертационного исследования были использованы автором и реализованы в следующих формах.

1. При разработке проекта постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 января 2007 года № 1 «О применении судами норм главы 48 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих производство в надзорной инстанции» (соискатель являлся одним из разработчиков проекта и докладчиком на заседании Пленума).

2. При разработке проекта постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2008 года № 28 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в судах апелляционной и кассационной инстанций» (соискатель являлся одним из разработчиков проекта и докладчиком на заседании Пленума).

3. При разработке проекта постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 3 декабря 2009 года № 26 «О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта федерального закона «О внесении изменений и дополнений в статьи 377 и 407 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (соискатель являлся одним из разработчиков проекта и докладчиком на заседании Пленума).

4. При разработке в составе рабочей группы Верховного Суда Российской Федерации проекта Федерального закона от 29 декабря 2010 года № 433-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», предусматривающего реформу судебно-проверочных производств в уголовном процессе, включая введение полномасштабной апелляции по уголовным делам.

За участие в разработке данного закона личный вклад диссертанта был отмечен благодарностью Президента Российской Федерации (распоряжение от 14 февраля 2011 года № 80-рп).

Результаты диссертационного исследования были использованы автором при подготовке отзыва Верховного Суда Российской Федерации на запрос судьи Конституционного Суда Российской Федерации относительно порядка обжалования постановления прокурора об отказе в возбуждении производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2007 года № 962-О-О).

Выводы диссертанта относительно неэффективности нормативной классификации оснований, влекущих возобновление производства по уголовному делу и пересмотр судебного акта, использовались при выступлении в качестве представителя Верховного Суда Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации при проверке конституционности положений ст. 237, 413 и 418 УПК РФ в связи с запросом президиума Курганского областного суда (постановление от 16 мая 2007 года № 6-П).

Положения диссертации использовались автором при выступлении с докладами: 1) на научно-практической конференции болгарских и российских юристов (г. Велико-Тырново, Болгария, 2004 г.); 2) на научно-практической конференции «Пересмотр вступивших в законную силу судебных решений» (Москва, 2006 г.); 3) на научно-практическом семинаре «Исполнение решений Европейского Суда по правам человека, вынесенных против Российской Федерации: состояние, проблемы, пути решения» (Москва, 2009 г.); 4) на международном семинаре «Пересмотр судебных решений по уголовным делам» (Москва, 2010 г.); 5) в ходе консультаций с уполномоченными должностными лицами Совета Европы и Представительства Европейского Союза в Российской Федерации по вопросам совершенствования судебно-проверочных производств в гражданском и уголовном процессах Российской Федерации, организованных Государственно-правовым управлением Президента Российской Федерации (Москва, 2011 г.); 6) при проведении «круглого стола» на тему «Уголовно-процессуальное законодательство в современных условиях: итоги десятилетия», посвященного 10-летию УПК РФ (Москва, 2011 г.)

Результаты исследования использовались в выступлениях на семинарских занятиях судей Верховного Суда Российской Федерации по повышению профессиональной квалификации, а также в учебном процессе повышения квалификации судей республиканских, краевых, областных и равных им судов на базе Российской академии правосудия.

Основные результаты исследования опубликованы в 40 работах автора, включая монографию, двадцать четыре научных статьи, десять из которых – в изданиях, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки Российской Федерации, научно-практические и практические пособия, учебники, комментарии, общим объемом 85,44 п. л.

Структура диссертации обусловлена целью и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, пяти глав (из которых две главы не разделены на параграфы, три главы включают десять параграфов), заключения, списка использованной литературы и двух приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ





Во введении дается ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



: обосновывается актуальность темы, определяются объект, предмет, цель, задачи диссертационного исследования, раскрываются методы исследовательской деятельности, характеризуется научная новизна, формулируются предложения, выносимые на защиту, обосновывается теоретическое и практическое значение результатов исследования, приводятся сведения о внедрении их в практику.

В первой главе диссертации «Общетеоретические основы возобновления уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» исследуются вопросы, касающиеся сущности данного вида судебно-проверочного производства, реализации общепроцессуальных принципов при пересмотре судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, а также анализируются оказавшие существенное влияние на теорию, законодательство и судебную практику правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации.

В первом параграфе «Сущность возобновления уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств как способа исправления судебных ошибок» автор рассматривает вопросы о назначении исследуемого института и его соотношении с общепризнанным принципом правовой определенности (res judicata).

Автором обосновывается идея о том, что в системе действующего правового регулирования институт возобновления уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, наряду с производством в надзорной инстанции, предусмотрен в качестве самостоятельного способа обеспечения законности и обоснованности судебных актов, вступивших в законную силу, который призван гарантировать правосудность судебных актов как необходимое условие эффективной защиты прав и свобод человека и гражданина посредством правосудия.

Теоретической основой возобновления уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств является научная теория о презумпции истинности вступившего в законную силу судебного акта по уголовному делу (res judicata pro veritate habetur) и об опровержимости данной презумпции в порядке, установленном законом.

Правовой основой института возобновления уголовного судопроизводства являются положения части 3 статьи 50 Конституции Российской Федерации, гарантирующие каждому осужденному за преступление право на пересмотр приговора вышестоящим судом в порядке, установленном федеральным законом. Данное конституционное предписание получило свое развитие в нормах главы 49 УПК РФ, корреспондирующих с положениями пункта 2 статьи 4 Протокола № 7 (в редакции Протокола №11) Конвенции о защите прав человека и основных свобод и пункта 6 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, предполагающими возможность пересмотра и повторного рассмотрения дела в соответствии с законом и уголовно-процессуальными нормами государства, если имеются сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах либо если какое-либо новое или вновь обнаруженное обстоятельство неоспоримо доказывает наличие судебной ошибки.

В данном параграфе также исследуются вопросы о сущности и правовой природе таких феноменов, как «законная сила судебного акта по уголовному делу» и «судебная ошибка», формулируется авторское определение понятия «судебная ошибка», предлагается дефиниция исследуемой процессуальной стадии.

Во втором параграфе «Принципы уголовного процесса и особенности их реализации в стадии возобновления уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» исследуется вопрос о сущности принципов уголовного судопроизводства, проблемах их нормативной классификации и механизме реализации в стадии пересмотра судебного акта ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

С позиции автора исследования, принципы современного российского уголовного процесса – достаточно высокой степени общности универсальные для любого правового демократического государства мировоззренческие идеи о справедливом правосудии по уголовным делам, которые определяют смысл и дух уголовного судопроизводства.

Поскольку идеи эти чрезвычайно многообразны и разнообразны, то вряд ли целесообразно выделять некоторые из них и придавать им форму правовой нормы, как это имеет место в главе 2 УПК РФ, при игнорировании иных не менее значимых идей, которыми пронизана ткань уголовно-процессуального закона (например, идеи гуманизма, справедливости, гласности, диспозитивности, процессуальной экономии, правовой определенности, благоприятствования защите и др.).

В силу исторически сложившегося типа российского уголовного процесса, который является «смешанным», уголовное судопроизводство основано на принципах состязательного и следственного процессов, и по этой причине, вопреки устоявшемуся в процессуальной теории мнению, далеко не каждый принцип находит свою реализацию в каждой стадии уголовного процесса.

Роль принципов уголовного процесса заключается в обеспечении юридической и логической цельности, внутренней согласованности уголовно-процессуального закона. В связи с этим они не делятся на главные и второстепенные, не обладают они и высшей юридической силой по отношению к другим процессуальным нормам, поскольку закон не предполагает внутреннюю иерархию в пределах одного и того же федерального закона, каковым является УПК РФ.

Задача законодателя заключается вовсе не в том, чтобы выставить в виде принципов «маяки» для правоприменителя, а в том, чтобы на основе мировоззренческих идей о сущем и должном в уголовном судопроизводстве сконструировать предельно ясно, четко, сбалансированно отдельные процессуальные нормы, институты и стадии.

Авторский подход к вопросу о сущности принципов уголовного процесса позволяет сделать вывод о том, что в исследуемой процессуальной стадии доминируют следующие мировоззренческие идеи (принципы процесса): законности уголовно-процессуальной деятельности, осуществления правосудия только судом, нравственности (гуманизма) уголовного судопроизводства, обеспечения законных интересов личности в уголовном судопроизводстве, публичности (официальности) уголовно-процессуальной деятельности, презумпции невиновности, равенства процессуальных прав сторон, обеспечения права на защиту, свободы оценки доказательств, гласности. Однако это вовсе не означает, что иные идеи достаточно высокой степени общности не находят в той или иной мере своей реализации в данной стадии уголовного процесса.

В третьем параграфе «Теория возобновления уголовного судопроизводства в свете некоторых правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации» автор, анализирует, сформулированные в «базовом» постановлении от 2 февраля 1996 года № 4-П правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, оказавшие заметное влияние на теорию, законодательство и правоприменение.

Особенности производства по пересмотру судебных актов в связи с обнаружением новых или вновь открывшихся обстоятельств предопределены характером судебных ошибок для исправления которых, собственно, и предназначен данный вид проверочного производства. В связи с этим, вопреки утверждениям Конституционного Суда Российской Федерации, нет ничего чрезвычайного, исключительного или экстраординарного в пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по уголовному делу и исправлении судебной ошибки, допущенной вследствие неосведомленности суда относительно обстоятельств, имеющих важное значение для правильного разрешения уголовного дела. С позиции автора исследования, стадия возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств – стадия вполне ординарная, самодостаточная по отношению к иным процессуальным стадиям и применяется не вместо или после апелляционного, кассационного или надзорного производства, а вполне самостоятельно: при обнаружении обстоятельств, которые ранее существовали, но не были известны суду, либо возникли после вынесения судебного акта.

В условиях современных реалий данный вид судебно-проверочного производства если и можно рассматривать как производство исключительное, то только с позиции его соотношения с общепризнанным правовым принципом – принципом правовой определенности (res judicata), поскольку пересмотр вступившего в законную силу судебного акта в любом случае вступает в коллизию с принципом неопровержимости «окончательного» судебного решения. Однако принцип res judicata не является абсолютным и «отступает» перед необходимостью исправления существенной судебной ошибки, при условии что в законе сформулированы ясные и четкие критерии для отмены судебного акта, вступившего в законную силу.

В постановлении от 6 февраля 1996 года № 4-П Конституционный Суд Российской Федерации сформулировал правовую позицию, суть которой заключается в том, что ограничение круга оснований для возобновления уголовных дел, установленных частью 2 статьи 384 УПК РСФСР, и, прежде всего, ее пунктом 4, делает невозможным исправление многих судебных ошибок, к числу которых Конституционный Суд Российской Федерации отнес «неправосудность вынесенных по делу решений, если она явилась результатом либо игнорирования собранных доказательств, нашедших отражение в материалах дела, либо их ошибочной оценки, либо неправильного применения закона». Данная позиция в процессуальной литературе была интерпретирована таким образом, что основанием для возобновления производства по уголовному делу могут быть практически любые обстоятельства, включая и ошибки суда в применении норм материального или процессуального закона.

На наш взгляд, такой вывод является неверным, поскольку игнорирование собранных доказательств, ошибочная их оценка, либо неправильное применение закона представляют собой ошибки в судебной деятельности, которые исправляются в специально для этого предназначенном порядке производства в надзорной инстанции. Для того чтобы выявить и устранить ошибки подобного рода, не требуется проведения специального расследования, более того, такое расследование было бы просто беспредметным.

Рассматривая названную правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, нельзя забывать о том, что по состоянию на 1996 год УПК РСФСР не предусматривал возможность пересмотра постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации ни в порядке надзора, ни в порядке «возобновления уголовных дел», вследствие чего названные судебные акты оставались вне судебного контроля. Лица, обратившиеся в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобами, указывали именно на то, что отсутствие механизма пересмотра решений высшей судебно-надзорной инстанции ограничивало их конституционное право на судебную защиту. Поэтому тезис Конституционного Суда Российской Федерации о неправосудности вынесенных по делу решений, если она явилась результатом игнорирования собранных доказательств, нашедших отражение в материалах дела, либо их ошибочной оценки, либо неправильного применения закона, следует рассматривать исключительно применительно к решениям Президиума Верховного Суда Российской Федерации – высшей судебной инстанции в системе судов общей юрисдикции.

В соответствии с общепризнанным правовым принципом «никто не может быть судьей в своем собственном деле». Вследствие этого суждения Конституционного Суда Российской Федерации относительно допустимости участие судьи в пересмотре судебного решения, вынесенного с его участием, хотя бы и в процедуре возобновления производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, не согласуются с принципами справедливого, независимого, объективного и беспристрастного правосудия. Пересмотр Президиумом Верховного Суда Российской Федерации своего же постановления – исключение из общего правила, обусловленное особым правовым статусом высшей (конечной) судебно-надзорной инстанции.

В четвертом параграфе «Краткий очерк развития законодательства, регулирующего порядок возобновления дел по вновь открывшимся обстоятельствам в уголовном процессе России» рассматривается генезис отечественного законодательства, регулирующего исследуемый институт в период с 1864 года по 1960 год, поскольку «нельзя понять и положительного права, не имея понятия о том, какими теоретическими воззрениями руководствовались люди, созидавшие обычаи, законодательство, судебную практику».

Исследование исторического аспекта развития законодательства позволяет сделать вывод о том, что процессуальный институт «возобновления уголовных дел», в основе своей позаимствованный разработчиками Устава уголовного судопроизводства из законодательства Германии и Австрии и приспособленный сначала составителями Устава уголовного судопроизводства, а затем советским законодателем применительно к реалиям российского уголовного судопроизводства, органично вписался в систему судебно-проверочных производств судебных актов, вступивших в законную силу. Мировоззренческие идеи, которые легли в основу института пересмотра судебных актов ввиду вновь открывшихся обстоятельств, актуальны и по сей день, поскольку процессуальный порядок «возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств», предусмотренный в действующем законодательстве, вобрал в себя труды предшественников, без изучения которых невозможно понимание действующего законодательства и определение вектора совершенствования данного процессуального института.

Во второй главе диссертации «Основания возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств и проблемы их нормативной классификации» автор рассматривает вопрос об основаниях, влекущих пересмотр судебного акта, – один из центральных вопросов исследуемого судебно-проверочного производства.

Неэффективность правового регулирования оснований возобновления производства по уголовному делу, по мнению диссертанта, обусловлена тем, что федеральный законодатель при их нормативной классификации не учел позицию Конституционного Суда Российской Федерации о том, что «при введении или развитии каких-либо процессуальных институтов, которые будут компенсировать недостатки пункта 4 части 2 статьи 384 УПК РСФСР, данная норма может получить новое звучание в будущем уголовно-процессуальном законодательстве даже в прежней ее редакции».

Не способствовали эффективности правового регулирования: а) предложенная законодателем дифференциация оснований для возобновления производства по уголовному делу на «новые» и «вновь открывшиеся»; б) ограничение круга новых обстоятельств только теми из них, которые устраняют преступность и наказуемость деяния; в) установление в законе исчерпывающего перечня вновь открывшихся обстоятельств; г) отнесение решений Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека к «новым обстоятельствам», тогда как в гражданском и арбитражном процессах эти же обстоятельства закон относит к вновь открывшимся (часть 2 статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пункты 6 и 7 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Между тем, совершенно очевидно, что судебные акты Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека по своей правовой природе не являются ни новыми, ни вновь открывшимися, не являются они и «обстоятельствами». Однако вряд ли целесообразно в связи с этим конструировать какой-то новый судебно-проверочный механизм, поскольку и действующий порядок после его усовершенствования будет вполне эффективен для устранения судебных ошибок в связи с решениями названных судов.

С позиции автора исследования, судебные ошибки, обусловленные неосведомленностью суда относительно обстоятельств, имеющих значение для дела, могли бы быть устранены и при отсутствии нормативной дифференциации этих обстоятельств на новые и вновь открывшиеся, конечно, при условии что сущность и содержание данных обстоятельств будет предельно ясно изложена в законе, как это имеет место, например, в уголовно-процессуальном законодательстве некоторых зарубежных государств (Франции, ФРГ и др.).

В связи с изложенным часть 2 статьи 413 УПК РФ предлагается изложить в следующей редакции: «2. Основаниями для возобновления уголовного судопроизводства и пересмотра судебных решений в порядке установленном настоящей главой, являются: 1) установленные вступившим в законную силу приговором суда заведомая ложность показаний потерпевшего, свидетеля, эксперта, специалиста, заключения эксперта или специалиста, а равно подложность вещественных доказательств, протоколов следственных и судебных действий и иных документов или заведомая неправильность перевода, повлекшие за собой постановление незаконного или необоснованного приговора, вынесение незаконного или необоснованного определения либо постановления; 2) установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные действия прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника органа дознания, дознавателя, а также преступные действия защитника, повлекшие за собой постановление незаконного или необоснованного приговора, вынесение незаконного или необоснованного определения либо постановления; 3) установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные действия судьи, совершенные им при рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном настоящим Кодексом; 4) признание Конституционным Судом Российской Федерации закона, примененного судом в данном уголовном деле, не соответствующим Конституции Российской Федерации; 5) установление Европейским Судом по правам человека нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ее протоколов при производстве предварительного расследования по уголовному делу или рассмотрении судом Российской Федерации уголовного дела, если данное нарушение повлекло за собой постановление незаконного или необоснованного приговора, вынесение незаконного или необоснованного определения либо постановления; 6) обстоятельства, неизвестные суду при постановлении приговора или вынесении определения, постановления, которые сами по себе или вместе с обстоятельствами, ранее установленными, доказывают невиновность осужденного или совершение им менее тяжкого преступления или более тяжкого преступления, нежели то, за которое он осужден, а равно доказывают виновность оправданного или лица, в отношении которого уголовное дело прекращено».

Третья глава диссертации «Порядок досудебного проверочного производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» посвящена исследованию проблем предварительного проверочного производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, осуществляемого прокурором.

В первом параграфе «Сроки пересмотра судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» исследуется вопрос о сроках, в течение которых возможен пересмотр судебного акта ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств не в пользу осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено.

Автором обосновывается вывод о том, что установление законодателем одних и тех же сроков для привлечения лица к уголовной ответственности и для осуществления поворота к худшему (reformatio in pejus) не согласуется с принципами правовой определенности (res judicata), справедливости и гуманизма уголовного судопроизводства. В связи с этим, сроки давности уголовного преследования, предусмотренные статьей 78 УК РФ, применительно к пересмотру судебных актов по нормам главы 49 УПК РФ должны быть сокращены наполовину.

Поскольку предметом пересмотра в порядке возобновления производства по уголовному делу могут быть в том числе и судебные акты, вынесенные в порядке разрешения вопросов, связанных с исполнением вступившего в законную силу приговора (глава 47 УПК РФ), то в законе следовало бы установить, что поворот к худшему в данных ситуациях допускается в течение сроков освобождения от наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора суда, установленных статьей 83 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Во втором параграфе «Возбуждение прокурором производства и порядок установления оснований, влекущих пересмотр судебного акта» исследуются проблемы теории и практики, имеющие место при реализации прокурором своей компетенции в ходе досудебного проверочного производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

В параграфе обосновывается идея о том, что заинтересованные лица (осужденные, потерпевшие, их представители и иные лица, чьи права и законные интересы затрагиваются судебными решениями) должны быть наделены правом непосредственного обращения в соответствующий суд с ходатайством о пересмотре приговора или иного решения, если обстоятельство для пересмотра установлено вступившими в законную силу приговором, определением, постановлением суда либо постановлением должностного лица, осуществляющего уголовное преследование, о прекращении уголовного дела либо о его приостановлении.

В целях совершенствования правового регулирования порядка возбуждения производства прокурором ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств предлагается: 1) «открыть» перечень поводов для возбуждения производства прокурором, дополнив часть 2 статьи 415 УПК РФ текстом следующего содержания: «и иные сообщения»; 2) предусмотреть основания и порядок вынесения прокурором постановления об отказе в возбуждении производства; 3) регламентировать процессуальную форму постановления прокурора о возбуждении производства (об отказе в возбуждении производства); постановления следователя (дознавателя) по итогам проведенного им расследования новых обстоятельств и порядок движения материалов по окончании расследования; 4) урегулировать сроки предварительного проверочного производства; 5) дополнить часть 3 статьи 415 УПК РФ ссылкой на истребование постановления, вынесенного в порядке, установленном частью 5 статьи 413 УПК РФ, поскольку вновь открывшиеся обстоятельства могут быть установлены не только приговором; 6) наделить прокурора правом истребования уголовного дела, поскольку в противном случае прокурор не имеет реальной возможности решить вопрос о том, повлияло ли новое или вновь открывшееся обстоятельство на законность и обоснованность приговора или иного судебного акта; 7) исключить из текста части 4 статьи 415 УПК РФ указание на то, что следователь при расследовании новых обстоятельств «решает вопрос об уголовном преследовании по фактам выявленных нарушений уголовного законодательства», поскольку данная формулировка «парализует» институт расследования «иных новых обстоятельств»; 8) установить, что следственные и иные процессуальные действия при расследовании новых обстоятельств производятся в порядке, установленном УПК РФ, но с изъятиями, установленными в статье 415 УПК РФ, где следовало бы предусмотреть, какие действия следователь совершать вправе, а какие нет, а также урегулировать вопросы, связанные с правом на защиту, правом на ознакомление с материалами расследования и т.п.; 9) регламентировать вопрос о процессуальном статусе оправданного, осужденного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, при расследовании новых обстоятельств; 10) при нормативном регулировании компетенции прокурора следует исходить из того, что решение о возобновлении производства по делу принимает именно прокурор, а не суд, как это имеет место в действующем регулировании.

В третьем параграфе «Решения прокурора по итогам проверки или расследования обстоятельств, влекущих возобновление производства по уголовному делу, и порядок их обжалования» анализируется механизм реализации прокурором своей компетенции по завершении предварительного проверочного производства, а также порядок обжалования его решения.

Результаты исследования позволили сделать следующие выводы: 1) в нормах главы 49 УПК РФ необходимо конкретизировать содержание термина «прокурор» применительно к компетенции, связанной с составлением и направлением в суд заключения о возобновлении производства по делу; 2) урегулировать в законе процессуальную форму заключения прокурора, исходя из того, что данный акт прокурора является актом возобновления производства по уголовному делу; 3) урегулировать порядок обжалования решения прокурора об отказе в возбуждении производства и о прекращении возбужденного прокурором производства применительно к положениям статьи 125 УПК РФ и предусмотреть право заинтересованных лиц на ознакомление с материалами проверки или расследования; 5) по аналогии с положениями части 1 статьи 412 УПК РФ предусмотреть в нормах главы 49 УПК механизм предотвращения злоупотребления правом на обжалование судебного акта ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

Глава четвертая диссертации «Возобновление производства по уголовному делу Председателем Верховного Суда Российской Федерации» посвящена исследованию принципиально нового для российского уголовного судопроизводства института возобновления производства по уголовному делу Председателем Верховного Суда Российской Федерации. Анализируя положения закона и практику правоприменения, автор предлагает пути кардинального реформирования порядка пересмотра судебных актов в связи с решениями Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека.

Во-первых, процедура возбуждения производства по делу ввиду новых обстоятельств, предусмотренных пунктами 1 и 2 части 4 статьи 413 УПК РФ, должна быть регламентирована в законе с указанием поводов для возбуждения производства, сроков принятия решения по ходатайству о пересмотре судебных актов, оснований, препятствующих передаче ходатайства на рассмотрение суда, процессуальной формы решения о возбуждении производства или об отказе в этом и т. п.

Во-вторых, компетенция, предусмотренная в части 5 статьи 415 УПК РФ, которой ныне наделен Председатель Верховного Суда Российской Федерации, должна быть перераспределена в пользу судей (верховных, краевых, областных и равных им судов, судей Верховного Суда Российской Федерации), что позволит приблизить пересмотр судебного акта к месту жительства заинтересованных лиц для реализации ими права на участие в судебном заседании и сократить сроки производства по делу. В целях эффективного восстановления граждан в правах, нарушенных неправосудными судебными актами, посредством механизма, предусмотренного частью 5 статьи 415 УПК РФ, государство обязано обеспечить официальное опубликование на русском языке решений Европейского Суда по правам человека и вручение их гражданам, в отношении которых состоялись такие решения.

Глава пятая диссертации «Процессуальный порядок рассмотрения уголовного дела ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» посвящена исследованию процессуального порядка пересмотра судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств – рассмотрению уголовного дела судом по представлению Председателя Верховного Суда Российской Федерации либо по заключению прокурора.

В первом параграфе «Суды, правомочные осуществлять пересмотр судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, и пределы их прав» исследуются проблемы правового регулирования системы судебно-проверочных инстанций, наделенных полномочиями осуществлять пересмотр судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, и их компетенции, а также рассматриваются вопросы, касающиеся пределов прав суда при пересмотре судебного акта ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

В соответствии с частью 2 статьи 417 УПК РФ предыдущее рассмотрение уголовного дела в кассационном порядке или в порядке надзора не препятствует его рассмотрению той же судебной инстанцией в порядке возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств. Возражая против такого решения законодателя, автор ссылается на то, что наделение суда правом пересмотра своих собственных решений, означает не что иное, как отказ от справедливого, независимого, объективного и беспристрастного правосудия, поскольку пересмотр судебного акта ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств хотя бы и под углом зрения обстоятельств, которые ранее не были в поле зрения суда, в любом случае сопряжен с проверкой его законности и обоснованности.

Законодатель, закрепляя в части 1 статьи 417 УПК РФ в качестве общего правила деволютивный (с передачей дела в вышестоящий суд) порядок пересмотра судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, допустил ничем не оправданное отступление от этого правила в части второй этой же статьи. Вследствие такого коллизионного регулирования в процессе правоприменения возникла неопределенность, которая Президиумом Верховного Суда Российской Федерации была разрешена в пользу права Судебной коллегии по уголовным делам повторно рассматривать уголовные дела и пересматривать свои собственные решения. На наш взгляд, такое решение высшей судебно-надзорной инстанции в системе судов общей юрисдикции – не в пользу «справедливого, независимого, объективного и беспристрастного правосудия». В связи с этим часть 2 статьи 417 УПК РФ следовало бы признать утратившей силу.

Вступившие в законную силу судебные акты мирового судьи следует пересматривать по правилам главы 49 УПК РФ в президиуме областного и равного ему суда, изъяв такой пересмотр из ведения районного суда, которому несвойственно (с учетом традиций отечественного процесса) выступать в роли суда, пересматривающего вступивший в законную силу судебный акт.

В этом же параграфе рассматриваются вопросы, связанные с пределами прав суда при пересмотре судебного акта ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств. Автор обосновывает предложение относительно необходимости урегулирования в нормах главы 49 УПК РФ ревизионных полномочий суда (по аналогии с положениями частей 1 и 2 статьи 410 УПК РФ), с тем, чтобы суд располагал необходимым инструментарием для исправления судебных ошибок «в пользу осужденного, оправданного» по собственной инициативе (право выхода за пределы доводов представления или заключения).

В законе, по мнению автора, следовало бы более детально урегулировать основания, влекущие поворот к худшему (reformatio in pejus), имея в виду, что в качестве таковых могут выступать как вновь открывшиеся (фактические), так и новые (фактические) обстоятельства, о которых ранее не было известно суду.

Принимая решение об отмене приговора или иного судебного решения с прекращением производства по уголовному делу либо об изменении судебного акта «в пользу осужденного (оправданного)», суд вправе и обязан дать свою оценку некоторым фактам и таким образом считать их доказанными, несмотря на то, что они не были установлены в приговоре (необоснованно) либо были отвергнуты им (также необоснованно).

Предписания части 6 статьи 410 и части 8 статьи 388 УПК РФ (об обязательности указаний вышестоящего суда) необходимо исключить из уголовно-процессуального закона, поскольку они не согласуются с положениями статьи 121 Конституции Российской Федерации.

Во втором параграфе «Процессуальный порядок рассмотрения уголовного дела по представлению Председателя Верховного Суда Российской Федерации либо по заключению прокурора» анализируются теоретический, правоприменительный и нормативный аспекты собственно производства в суде по пересмотру судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

Автор предлагает урегулировать в законе процессуальную деятельность судьи-докладчика в связи с переданным ему на изучение представлением Председателя Верховного Суда Российской Федерации или заключением прокурора, а именно: истребование и изучение уголовного дела, принятие процессуального решения о передаче представления или заключения на рассмотрение соответствующего суда, назначение уголовного дела к рассмотрению, назначение защитника, переводчика, обеспечение участия в судебном заседании лица, содержащегося под стражей и т.д. Здесь же обосновывается позиция автора относительно включения судьи-докладчика, не являющегося членом президиума суда, в состав президиума при рассмотрении данного уголовного дела с правом голоса, поскольку в противном случае судья – носитель судебной власти – выполняет практически «технические функции», ограничиваясь при этом в реализации своих конституционных полномочий по осуществлению правосудия.

Лицу, содержащемуся под стражей, осужденному, отбывающему наказание в виде лишения свободы, и лицу, в отношении которого велось или ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, закон предоставляет право заявить ходатайство об участии в судебном заседании в течение десяти суток со дня получения извещения о дате времени и месте заседания суда надзорной инстанции (часть 2 статьи 407 УПК РФ). Очевидно, что названное положение закона дискриминационно по отношению к лицам, чьи процессуальные возможности по реализации права на защиту и без того ограниченны, поскольку такого жесткого ограничения не предусмотрено для потерпевшего и его представителей, которые о своем участии в заседании суда вправе заявить вплоть до начала рассмотрения дела судом. В этой связи предлагается нормативно установить общее для всех участников процесса правило, по которому ходатайство об участии в заседании суда должно быть заявлено в течение пяти суток с момента получения извещения о дате, времени и месте заседания суда и копий постановления или заключения.

В этом же параграфе обосновывается необходимость унифицировать процессуальный порядок рассмотрения судом уголовного дела по представлению Председателя Верховного Суда Российской Федерации и по заключению прокурора, предусмотрев порядок исследования и оценки доказательств, процедуру проверки доводов, приведенных в представлении или заключении, порядок совещания судей и голосования. В любом случае первым должно голосоваться предложение, наиболее благоприятное для осужденного, оправданного, лица, в отношении которого дело прекращено, как это уже сделано законодателем по предложению рабочей группы Верховного Суда Российской Федерации применительно к кассационному и надзорному производствам в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2010 г. № 433–ФЗ.

В нормах УПК РФ, регулирующих порядок голосования, автор предлагает возродить известное со времен Древней Греции (примерно за 300–400 лет до н.э.) гуманное правило, согласующееся с принципами презумпции невиновности и благоприятствования защите (favor defensionis): при равенстве голосов – в пользу подсудимого (осужденного).

В третьем параграфе «Решения суда, порядок их пересмотра и особенности производства по уголовному делу после отмены судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» исследуются виды принимаемых судом решений, порядок обжалования и пересмотра судебного акта суда, принятого по итогам рассмотрения заключения прокурора, а также проблемы «поворота к худшему» при новом рассмотрении уголовного дела после отмены первоначальных приговора или иного судебного решения.

В параграфе автор обосновывает идею относительно необходимости единого подхода законодателя к вопросу регулирования видов решений, принимаемых судом по результатам рассмотрения уголовного дела как по представлению Председателя Верховного Суда Российской Федерации, так и по заключению прокурора, поскольку для их дифференциации не имеется никаких объективных предпосылок. Вне зависимости от оснований пересмотра, будь то установленное вступившим в законную силу приговором преступление против правосудия либо решение Конституционного Суда Российской Федерации или Европейского Суда по правам человека, суд в целях устранения судебной ошибки вправе не только отменить состоявшиеся судебные решения с прекращением производства по делу либо с передачей дела на новое судебное рассмотрение, но и изменить судебные акты, в том числе и в случаях рассмотрения уголовного дела по заключению прокурора, либо возвратить уголовное дело прокурору для устранения нарушений, препятствующих вынесению правосудного судебного акта, а также для решения вопроса об изменении обвинения на более тяжкое в соответствии с обстоятельствами, установленными в судебном заседании.

Анализ судебной практики свидетельствует об отсутствии единообразия при обжаловании и пересмотре постановлений президиумов судов, которыми заключение прокурора было отклонено либо удовлетворено частично. В одних случаях такие решения обжалуются и пересматриваются по нормам главы 48 УПК РФ (производство в надзорной инстанции), а в других прокурор, не согласный с решением суда, вносит аналогичное по содержанию заключение в вышестоящий суд. Автор обосновывает необходимость разграничения порядка пересмотра судебных решений в зависимости от оснований обжалования.

Если заключение прокурора рассмотрено по существу и отклонено без нарушений закона, подпадающих под действие статьи 409 УПК РФ, то единственный путь для пересмотра такого решения – внесение прокурором заключения в вышестоящий суд. Осужденные и иные заинтересованные лица в данном случае вправе лишь ходатайствовать перед прокурором о внесении заключения о возобновлении производства по уголовному делу в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

Если же при рассмотрении первоначального заключения прокурора президиумом верховного суда республики, краевого, областного и равного им суда были допущены нарушения материального и (или) процессуального законов, то такое судебное решение может быть обжаловано сторонами в вышестоящий суд в порядке надзора. В этом случае вышестоящий суд обязан устранить отмеченные нарушения закона и рассмотреть заключение прокурора по существу, поскольку он не вправе возвратить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в нижестоящий суд, который уже высказался по существу данного уголовного дела.

Законодатель оставил вне правового регулирования вопрос «о повороте к худшему» при новом рассмотрении уголовного дела после отмены судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, что позволило некоторым авторам сделать вывод о том, что суд при новом рассмотрении дела «абсолютно свободен в своих решениях» и не связан основаниями отмены первоначального приговора. Такой подход разделяют 89 % опрошенных автором судей Верховного Суда Российской Федерации и 84 % судей верховных, краевых, областных и равных им судов, что само по себе горит о значимости проблемы.

Категорически возражая против предложенного подхода, автор обосновывает положение о том, что основания пересмотра судебного акта практически во всех случаях позволяют безошибочно констатировать, в чьих именно интересах осуществляется пересмотр судебного акта: в пользу осужденного либо вопреки его интересам. В целях устранения неопределенности в процессе правоприменения в статье 419 УПК РФ предлагается установить правило, в соответствии с которым «усиление наказания либо применение закона о более тяжком преступлении при новом рассмотрении дела судом первой инстанции либо применение закона о более тяжком преступлении при новом расследовании уголовного дела допускаются только при условии, если первоначальный приговор был отменен по основаниям, доказывающим виновность оправданного или лица, уголовное дело в отношении которого прекращено, а равно виновность осужденного в совершении более тяжкого преступления».

В заключении диссертации подведены итоги проведенного исследования, сформулированы теоретические выводы и положения, совокупность которых составляет доктринальную основу кардинальной модернизации исследуемого судебно-проверочного производства.

В двух приложениях к диссертации представлены: проект федерального закона Российской Федерации «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» (новая редакция главы 49 УПК РФ) и результаты анкетирования судей Верховного Суда Российской Федерации и судей верховных судов республик, краевых, областных и равных им судов.

ОСНОВНЫЕ НАУЧНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ И ПОЛОЖЕНИЯ ДИССЕРТАЦИИ ОПУБЛИКОВАНЫ В СЛЕДУЮЩИХ РАБОТАХ

Научные статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых журналах и изданиях, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией

Министерства образования и науки Российской Федерации

1. Давыдов, В.А. Надзорное производство в уголовном процессе: Практика применения главы 48 УПК РФ / В.А Давыдов // Право и экономика. – 2004. – № 6. – С. 80–85. – 0,32 п.л.

2. Давыдов, В.А. О некоторых вопросах, возникающих в связи с признанием статьи 405 УПК РФ не соответствующей Конституции РФ / В.А Давыдов // Российский судья. – 2005. – № 11. – С. 36–43. – 0,41 п.л.

3. Давыдов, В.А. О новых обстоятельствах, влекущих возобновление производства по уголовному делу в порядке, установленном главой 49 УПК РФ / В.А Давыдов // Российский судья. – 2006. – № 2. – С. 31–33. – 0,34 п.л.

4. Давыдов, В.А. Обратная сила уголовного закона в свете правовых позиций Конституционного Суда РФ (некоторые проблемы правоприменения) / В.А Давыдов // Российская юстиция. – 2009. – № 12. – С. 48–50. – 0, 37 п.л.

5. Давыдов, В.А. Некоторые проблемы правового регулирования системы судов, правомочных возобновлять уголовное дело ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств / В.А Давыдов // Российский судья. – 2009. – № 11. – С. 20–23. – 0,25 п.л.

6. Давыдов, В.А. Пределы прав суда надзорной инстанции в уголовном процессе и ревизионное начало / В.А Давыдов // Закон. – 2009. – № 10. – С. 114–119. – 0,30 п.л.

7. Давыдов, В.А. Поворот к худшему (reformatio in pejus) при новом рассмотрении уголовного дела после отмены судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств / В.А Давыдов // Российский судья. – 2011. – № 6. – С. 23–25. – 0,35 п.л.

8. Давыдов, В.А. Порядок совещания судей при рассмотрении уголовного дела в президиуме суда нуждается в более детальном урегулировании / В.А Давыдов // Российская юстиция. – 2011. – № 6 – С. 35–37. – 0, 28 п.л.

9. Давыдов, В.А. Редакция ч. 5 ст. 413 УПК РФ нуждается в корректировании в соответствии с потребностями правосудия / В.А Давыдов // Законность. – 2011. – № 7 – С. 45–47. – 0 ,23 п.л.

10. Давыдов, В.А. Институт «возобновления уголовных дел» в свете некоторых правовых позиций Конституционного Суда РФ / В.А Давыдов // Уголовное право. – 2011. – № 4. – С. 75–79. – 0,42 п.л.

Монография

11. Давыдов, В.А. Возобновление уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств: теория и практика исправления судебных ошибок: монография / В.А Давыдов. – М.: Юрайт, 2011. – 313 с. – 16,43 п.л.

Научные статьи, опубликованные в иных изданиях

12. Давыдов, В.А. Новый УПК глазами судьи Верховного Суда РФ / В.А Давыдов // Адвокатские вести. – 2003. – № 9. – С. 4–7. – 0,30 п.л.

13. Давыдов, В.А. Производство в надзорной инстанции в уголовном процессе Российской Федерации / В.А Давыдов // Сборник докладов научной конференции болгарских и российских юристов, состоявшейся в г. Велико-Тырново 14-16 апреля 2004. Том 9. – София, 2004. – С. 152–162. – 0,70 п.л.

14. Давыдов, В.А. О некоторых проблемах надзорного производства в уголовном процессе / В.А Давыдов // Адвокатские вести. – 2005. – № 2. – С. 14–18. – 0,40 п.л.

15. Давыдов, В.А. Система стадии надзорного производства в уголовном процессе / В.А Давыдов // Научные труды филиала Московской государственной юридической академии в г. Кирове. – 2005. – № 10. – С. 18–22. – 0,30 п.л.

16. Давыдов, В.А. О некоторых вопросах, возникающих в связи с признанием статьи 405 УПК РФ не соответствующей Конституции РФ / В.А Давыдов // Уголовное судопроизводство. – 2005. – № 1. – С. 3–9. – 0,60 п.л.

17. Давыдов, В.А. Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств / В.А Давыдов // Уголовный процесс. – 2006. – № 10. – С. 7–12. – 0,50 п.л.

18. Давыдов, В.А. Некоторые проблемы исполнения судебных актов в свете решений Европейского Суда по правам человека против Российской Федерации / В.А Давыдов // Юстиция. – 2009. – № 4. – С. 13–18. – 0,40 п.л.

19. Давыдов, В.А. Принятие Федерального закона № 433-ФЗ – весьма значимый этап судебной реформы / В.А Давыдов //Уголовный процесс. – 2011. – № 3. – С. 10–17. – 0,60 п.л.

20. Давыдов, В.А. Толкование сомнений в пользу осужденного: пробел в новеллах УПК РФ / В.А Давыдов // Уголовный процесс. – 2011. – № 6. – С. 12–15. – 0,25 п.л.

21. Давыдов, В.А. Основания проверки судебных актов в порядке надзора и их соотношение с основаниями возобновления уголовного судопроизводства / В.А Давыдов // Уголовное судопроизводство: теория и практика; под ред. Н.А. Колоколова. – М.: Юрайт, 2011. – С. 927–937. – 0,67 п.л.

22. Давыдов, В.А. О повороте к худшему при пересмотре уголовного дела после отмены приговора, определения, постановления ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств / В.А Давыдов // Уголовное судопроизводство: теория и практика; под ред. Н.А. Колоколова. – М.: Юрайт, 2011. – С. 937–942. – 0,36 п.л.

23. Давыдов, В.А. О некоторых проблемах регулирования порядка расследования обстоятельств, влекущих возобновление уголовного судопроизводства / В.А Давыдов // Уголовное судопроизводство: теория и практика; под ред. Н.А. Колоколова. – М.: Юрайт, 2011. – С. 942–952. – 0,63 п.л.

24. Давыдов, В.А. Решения прокурора по итогам рассмотрения сообщения о новом или вновь открывшемся обстоятельстве и порядок их обжалования / В.А Давыдов // Уголовное судопроизводство: теория и практика; под ред. Н.А. Колоколова. – М.: Юрайт, 2011. – С. 952–962. – 0,63 п.л.

25. Давыдов, В.А. Возобновление Председателем Верховного Суда РФ производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств / В.А Давыдов // Уголовное судопроизводство: теория и практика; под ред. Н.А. Колоколова. – М.: Юрайт, 2011. – С. 962–977. – 1,00 п.л.

Иные работы автора по теме диссертации

26. Давыдов, В.А. Пересмотр в порядке надзора судебных решений по уголовным делам: научно-практическое пособие / В.А Давыдов. – М.: Волтерс Клувер, 2006. – 263 с. – 13,00 п.л.

27. Давыдов, В.А. Глава 7 «Пересмотр вступивших в законную силу приговоров, определений, постановлений суда» / В.А Давыдов // Судебное производство в уголовном процессе Российской Федерации: научно-практическое пособие; под общ. ред. А.И. Карпова. – М.: Юрайт, 2008. – С. 509–618. – 8,20 п.л.

28. Давыдов, В.А. Уголовный процесс: алгоритм производства у мирового судьи: науч.-метод. пособие / В.А. Давыдов, Т.П. Захарова, Н.А. Колоколов, Р.В. Ярцев. – М.: Юрлитинформ, 2010. – С. 3–37. – Вклад автора – 0,90 п.л.

29. Давыдов, В.А. Глава 7 «Пересмотр вступивших в законную силу приговоров, определений, постановлений суда» / В.А Давыдов // Судебное производство в уголовном процессе Российской Федерации: научно-практическое пособие; под общ ред. В.М. Лебедева. Изд. 2-е. – М.: Юрайт, 2011. – С. 697–807. – 6,60 п.л.

30. Давыдов, В.А. Производство в надзорной инстанции в уголовном процессе: проблемы и перспективы: автореф. дис. … кандид. юрид. наук / В.А. Давыдов. – М., 2005 – С. 24. – 1,20 п.л.

31. Давыдов, В.А. Главы 11 и 12 «Производство в надзорной инстанции» и «Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» / В.А Давыдов // Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: практическое пособие; под общ. ред. В.П. Верина. – М.: Юрайт, 2006. – С. 411–475. – 4,30 п.л.

32. Давыдов, В.А. Глава 7 «Организация надзорной деятельности судов» / В.А Давыдов // Организация деятельности судов: учебник; под общ. ред. В.М. Лебедева. – М.: Норма, 2007. – С. 119–132. – 0,60 п.л.

33. Давыдов, В.А. Глава 11 «Производство в надзорной инстанции» и глава 12 «Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» / В.А Давыдов // Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: практическое пособие; под общ. ред. А.И. Карпова. – М.: Юрайт, 2007. – С. 560–638. – 3,70 п.л.

34. Давыдов, В.А. Глава 11 «Производство в надзорной инстанции» и глава 12 «Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» / В.А Давыдов // Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: практическое пособие; под общ. ред. А.И. Карпова. – М.: Юрайт – 2-е изд. 2008. – С. 563–631. – 4,70 п.л.

35. Давыдов, В.А. Комментарий к постановлению Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 11 января 2007 года «О применении судами норм главы 48 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих производство в надзорной инстанции» / В.А Давыдов // Комментарий к постановлениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам; под общ. ред. В.М. Лебедева. – М.: Норма, 2008. – С. 502–518. – 0,60 п.л.

36. Давыдов, В.А. Глава 11 «Производство в надзорной инстанции» и глава 12 «Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» / В.А Давыдов // Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: практическое пособие; под общ. ред. В.М. Лебедева. Изд. 3-е. – М.: Юрайт, 2009. – С. 594–656. – 3,40 п.л.

37. Давыдов, В.А. Глава 11 «Производство в надзорной инстанции» и глава 12 «Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» / В.А Давыдов // Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: практическое пособие; под общ. ред. В.М. Лебедева. Изд. 4-е. – М.: Юрайт, 2010. – С. 608–670. – 3,80 п.л.

38. Давыдов, В.А. Уголовно-процессуальное право: практикум / В.А Давыдов, А.В. Ендольцева, Т.П. Захарова, Н.А. Колоколов, Р.В. Ярцев. –  М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2010. – Вклад автора – 4,50 п.л.

39. Давыдов, В.А.  Глава 35 «Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» / В.А Давыдов // Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: учебник; под общ. ред. В.М. Лебедева. – М.: Юрайт, 2011. – С. 872–894. – 1,30 п.л.

40. Давыдов, В.А. Параграфы 1, 2 главы 2, параграфы 16-19 главы 3 // Производство по уголовным делам в суде первой инстанции: науч.-прак. пособие; под общ. ред. В.М. Лебедева. – М.: Норма. – 2011. – С. 84–91, 176–185, 246–276. – 1,9 п.л.

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.