WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Престолонаследие как фактор эволюции Древнерусского государства (IX – XV вв.)

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 

На правах рукописи

 

 

 

Мельников Сергей Алексеевич

 

 

ПРЕСТОЛОНАСЛЕДИЕ КАК ФАКТОР ЭВОЛЮЦИИ

ДРЕВНЕРУССКОГО ГОСУДАРСТВА

(IX – XV ВВ.)

 

 

Специальность: 12.00.01 – теория и история права и государства; история  учений о праве и государстве

 

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора  юридических наук

 

 

 

 

Москва – 2010 г.

Работа выполнена в Государственном научном учреждении «Государственный научно-исследовательский институт системного анализа Счетной палаты Российской Федерации»

 

 Научный консультант:     доктор юридических наук, профессор,

Заслуженный юрист Российской Федерации

                                                Шахрай Сергей Михайлович

Официальные оппоненты:  член-корреспондент РАН,

доктор исторических наук,  профессор

Сахаров Андрей Николаевич

                                                   доктор юридических наук, профессор,

Заслуженный работник высшей школы                             Российской Федерации

Малахов Валерий Петрович

Заслуженный деятель науки Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор

Покровский Иван Федорович

 

Ведущая организация:          ГОУ ВПО «Московская государственная

юридическая академия имени О.Е. Кутафина»

 

Защита состоится «22» июня 2010 года в 15 часов на заседании Диссертационного совета Д 144.001.02 при Государственном научно-исследовательском институте системного анализа Счетной палаты Российской Федерации по адресу: 119121, г. Москва, ул. Смоленский бульвар, дом 19, зал заседаний Ученого совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Государственного научно-исследовательского института системного анализа Счетной палаты Российской Федерации.

Автореферат разослан  «______» ____________2010 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук                                                         А.А.Васильев

ОБШАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного  исследования

При изучении эволюции древнерусского государства IX – XV веков в историко-правовой и исторической науке основное внимание уделялось анализу экономических и социальных механизмов. Несмотря на существовавшие историографические традиции  государственной школы XIX – начала XX века, при объяснении таких важнейших явлений как распад государственного единства, развитие процессов феодальной раздробленности, возвышение Москвы и образование Русского централизованного явно недооценивалось влияние правовых факторов на эти процессы. В результате несколько очень важных проблем не нашли аргументированного объяснения. Дореволюционные исследователи М.Ф.Владимирский-Буданов, В.И.Сергеевич, Б.Н.Чичерин и другие лишь наметили направления этих исследований.

Так при объяснении процессов феодальной раздробленности исследователи на первый план выдвигали господство натурального хозяйства и ослабление внутрихозяйственных связей в результате развития феодальной собственности на землю. В перечень хрестоматийных причин возвышения Московского княжества в XIV веке, начиная с С.М.Соловьева и В.О.Ключевского, включали его выгодное географическое положение, которое обеспечивало торговые преимущества, безопасность от ордынских набегов. Это в свою очередь вызвало приток переселенцев и колонизацию.

В качестве основных причин образования Русского централизованного государства в XV – начале XVI вв. обычно называли изменения в области аграрных отношений, развитие городов, товарного производства  и обращения, а также классовую борьбу.    

Указанные построения неоднократно подвергались справедливой критике исследователями. В частности, А.Е.Пресняков, смог выделить некоторые политические причины развития этих процессов.

Однако, следует подчеркнуть многие из историков ставивших под сомнение приоритет социально-экономических и классовых факторов в эволюции древнерусского государства не смогли предложить альтернативные объяснения, исходя из юридической природы государственных институтов. Это, например, проблемы эволюции княжеской власти, наследования престола, развитие древнерусского права.

В государствах с монархической формой правления власть, как правило, носит наследственный характер. В России монархическая система господствовала с периода оформления Древнерусского государства в IX веке и вплоть до начала марта 1917 года. В связи с этим огромное значение для функционирования государства и его институтов имеет правовой механизм перехода власти по наследству.

Отдельные аспекты заявленной к исследованию темы предоставляют  новые возможности для теоретического осмысления и практического разрешения задач современного государственного строительства.

Диссертационное исследование восполняет пробелы в понимании причин и механизма эволюции институтов государственной власти Древней Руси в указанный период, интерес к которым  значительно возрос  в последние годы.

Отмеченные факторы обусловили актуальность и выбор темы диссертационного исследования.

Объект исследования

Объектом  исследования выступают регулируемые нормами права общественные отношения, связанные  с функционированием и  эволюцией различных государственных институтов Древней Руси в IX –XV вв.

Это, в первую очередь  институт княжеской власти, и связанные с ним институты престолонаследия, соправительства, феодального владения, статуса монарха и его наследника, а также ряд других.

Предмет исследования

Определение предмета исследования обусловлено сферой изучения науки истории отечественного государства и права. Он состоит из библиографического, нормативного и юридического элементов.

Стремясь четко определить предмет исследования, автор сосредоточил свое внимание на тех правовых факторах, которые непосредственно влияли на эволюцию институтов государственной власти.

Предметом исследования является древнерусское государство на различных этапах его эволюции, особенности государственныхинститутов, своеобразие их формирования и деятельности.  

Цель диссертационного исследования заключается в том, чтобы с использованием комплексного историко - правового анализа выявить и показать влияние правовых факторов в сфере функционирования институтов государственной власти на процессы распада государственного единства и образование Русского централизованного государства.

Задачи  диссертации логически вытекают из поставленной цели  и заключаются в следующем:

- определить круг основных источников права и показать их роль в регулировании рассматриваемой сферы общественных отношений;

- выявить перечень правовых факторов, влиявших на процесс эволюции институтов власти древнерусского государства;

- исследовать генезис и основные положения древнерусского наследственного права, и его влияние на сложившуюся модель престолонаследия;

- определить причины доминирования обычноправового порядка престолонаследия в ранний период существования древнерусского государства;

- исследовать влияние обычно-правового механизма наследственной передачи власти на процесс распада государственного единства и образования новых княжеств;

- исследовать специфические особенности, отличавшие передачу власти в различных княжествах Древней Руси;

- определить влияние, установившейся системы ордынского ига на развитие передачи власти по завещанию и процессы усиления княжеской власти и централизации;

- проанализировать влияние правовых факторов на возвышение Московского княжества в XIV веке;

- показать влияние правовых факторов на возникновение  династического кризиса конца XIV – начала XV века и феодальной войны второй четверти XV века;

- исследовать правовой институт соправительства и его влияние на усиление власти великого князя во второй половине XV века;

- показать механизм перехода в XV веке к династической модели престолонаследия;

- исследовать правовой статус наследника великого князя;

- показать влияние правовых факторов в сфере функционирования государственной власти на процесс образования Русского централизованного государства.

Степень научной разработанности проблемы

Заявленная к исследованию  тема входит  в предмет истории отечественного государства и права,  а также истории государственного  права.

Престолонаследие в рассматриваемый период и его влияние на процесс эволюции основных государственных институтов Древней Руси не являлось предметом отдельного комплексного исследования. Вместе с тем, разделы, посвященные общетеоретическим проблемам, сравнительно-правовому анализу и типологии систем престолонаследия России и монархий мира находим в классических трудах по государственному праву, принадлежащих перу Н.М.Коркунова, А.Д.Градовского, В.В.Сокольского, В.В.Ивановского, П.Е.Казанского и других. Однако, предметом анализа ученых был известный акт императора Павла от 5 апреля 1797 года, определявший порядок престолонаследия в России в XIX – начале XX вв. Древнерусский материал авторы не анализировали.

В качестве попыток отдельно осветить вопросы престолонаследия в различные периоды русской истории следует назвать работу профессора государственного и канонического права М.В.Зазыкина «Царская власть и закон о престолонаследии в России». Однако рассматриваемому периоду в работе посвящено всего несколько страниц, а также отсутствует анализ самых известных фактов перехода власти.

Другая работа, претендующая на системное изложение материала, написана известным деятелем Русской православной церковью за границей архиепископом Шанхайским Иоанном (Максимовичем). Однако, в работе под названием «Происхождение закона о престолонаследии в России», автор не ставил цели рассмотрения конкретного историко-юридического материала, а в большей степени стремился дать взгляд на проблему с православно-монархических позиций.

Весьма интересная работа профессора Кильского университета П.Ниче посвящена истории престолонаследия и взаимоотношений великого князя и наследника в XIV-XV веках.

В советский период историко-правовая наука рассматривала процесс эволюции древнерусского государства в рамках марксистско-ленинской концепции исторического процесса, подразумевавшей безусловный приоритет социально-экономических и классовых факторов. В результате сама постановка вопроса о влиянии правовых факторов на основные вехи эволюции государства была невозможна. Соответственно и новых работ по вопросу наследования власти не появилось. При этом с отдельные сюжеты, связанные с описанием и интерпретацией подобных фактов встречаем в обобщающих работах Б.Д.Грекова, Б.А.Рыбакова, Л.В.Черепнина, А.А.Зимина, посвященных различным периодам истории России.

Известная активизация исследований в этой сфере началось в конце 80-х годов ХХ века. Появились работы историков, специально посвященные рассмотрению отдельных сторон функционирования княжеской власти в Древней Руси. В числе других проблем в них весьма фрагментарно рассматривались вопросы наследования власти.

Методологические и теоретические основы исследования

Методологической основой исследования являются научные ме­тоды познания общественных процессов: системный, программно-целевой, структурно-функциональный, конкретно-исторический, сравни­тельно-правовой, правового моделирования и другие. При изучении нормативных правовых актов  применялся  формально-юридический метод. Также были применены принципы системного анализа. Определенное значение имело использование общенаучных методов (анализа, синтеза, индукции, дедукции). Весьма плодотворным кажется примененное автором сочетание  методов историко-правового анализа с методом критики исторических источников. Для анализа некоторых групп источников были применены и методы летописного анализа.     

В связи с тем, что рассматриваемый период государственное и наследственное право находились в стадии формирования, определенную  сложность представляет формулирование терминологического  аппарата исследования, необходимых понятий и юридических конструкций, обоснование правомерности  их использования для древнерусских реалий.  Учитывая, что в предшествующей научной исторической литературе сложилась практика использования преимущественно неюридической терминологии, автор посчитал правомерным применять в работе категории отраслей государственного и наследственного права.

Вместе с тем с позиций историзма правильным является использование понятий и юридических конструкций, присутствующих в древнерусских памятниках права: «духовная грамота» наряду с завещанием, «задъница» наряду с наследством, «ряд» как специфическая форма древнерусского завещательного распоряжения, «отчина» наряду с наследованием власти и т.д. Не тождественность и зачастую не полное совпадение указанных понятий делает необходимым их параллельное использование с целью избежать необоснованной модернизации.

Ряд введенных в научный оборот и исследованных правовых институтов, в частности, престолонаследие и соправительство не имели адекватного определения и описания в литературе.

Полученные результаты подтвердили перспективность междисцилинарных исследований находящихся на стыке истории и права.

Теоретическую основу настоящего диссертационного исследования составили труды отечественных и зарубежных юристов в области теории и истории права и государства, а также отраслевых юридических наук: С.С.Алексеева, М.Н.Афанасьева, В.К. Бабаева, М.И.Байтина, А.К.Бельского, Н.А.Бердяева, С.Н.Братуся, А.В.Васильева, М.Ф.Владимирского-Буданова, А.Д.Градовского, В.Г.Графского, Н.Л.Дювернуа, В.В.Ивановского, И.А.Исаева, К.Д.Кавелина, П.Е.Казанского, Д.А.Керимова, В.В. Кожевникова, Н.П.Колдаевой, Н.М.Коркунова, О.Е.Кутафина, И.В.Левакина, О.Э.Лейста, Н.Н.Лукашука, И.П.Маликова, В.П.Малахова, Г.В.Мальцева, М.Н.Марченко, В.С.Нерсесянца, Н.К.Никольского, С.И.Носова, И.Ф.Покровского, А.Е.Преснякова, А.Н.Сахарова, В.И.Сергеевича, В.В.Сокольского, С.В.Степашина, Ю.А.Тихомирова, Б.Н.Топорнина, П.П.Цитовича, Б.Н.Чичерина, С.М.Шахрая и др.

Особенности методологической базы обусловлены интегративным характером исследования, предполагающим использование общенаучных методов познания (анализа, синтеза, диалектического метода, структурно-логического, системного, статистического), исторических методов (конкретно-исторического, сравнительно-исторического) и юридических (метода юридической компаративистики, формально-логического, формально-юридического).

Среди нетрадиционных для историко-правового исследования методов следует назвать когнитивно-информационный, использованный при интерпретации источников личного происхождения.

Исследование выполнено на основе принципов объективности, историзма, методологического плюрализма.

Научная новизна работы 

Научная новизна диссертации определяется междисциплинарным, интегративным характером исследования правовых факторов эволюции Древнерусского государства. Она также обуславливается тем, что в историко-правовой науке заявленная к исследованию тема практически не изучалась.  Диссертационная работа является первым самостоятельным, логически завершенным комплексным монографическим исследованием, посвященным данной проблеме.

Впервые в историко-правовой и исторической науке на основе привлечения обширного круга источников древнерусского права и всех категорий исторических источников всесторонне исследованы вопросы происхождения и развития правового режима наследования престола на Руси в рассматриваемый период.

Научная новизна проявляется и в исследовательском подходе, который основывается сочетании широком географическом охвате, сочетании историко-правовых методов и скрупулезном анализе летописей и других видов исторических источников.

В работе обстоятельно исследованы правовые факторы, влиявшие на центральные процессы в рассматриваемый период - распад государственного единства Киевской Руси, развитие процессов феодальной раздробленности и образование Русского централизованного государства.

Впервые исследовано явление соправительства, которое квалифицировано как государственного-правовой институт, включающие однородные правовые нормы, регулирующие номинацию (назначение) наследника, провозглашение его великим князем, а также правовой статус наследника престола.

Представлены новые трактовки генезиса и основных положений наследственного права Древней Руси. В частности, доказано, что в его основе лежало древнеславянское семенное обычное право, а не рецепция норм византийского наследственного права.

Существенно дополнен перечень причин возвышения Московского княжества в XIV веке, выявлены предпосылки возникновения династического кризиса, приведшего в так называемой феодальной войне  второй четверти XV века.

Положения, выносимые на защиту

1. В основе наследования престола лежали нормы древнерусского обычного права. Вопрос о рецепции норм византийского наследственного права может быть решен отрицательно.

2. Основной чертой древнерусского наследственного права является господство наследования по правовому обычаю, который подразумевал раздел наследственной массы между всеми наследниками по закону. Древнерусские правовые акты позволяют сделать выводы о том, что в круг этих наследников могли входить все сыновья наследодателя. В некоторых случаях это могли быть также братья. Соответственно, при отсутствии сыновей имущество объявлялось выморочным. В составе наследственной массы всегда предусматривалась обязательная доля, идущая церкви на помин души и доля вдовы, которой она владела пожизненно в случае невступления в повторный брак. Дочери не входили в круг наследников по закону, но имели право на получение части имущества отца при вступлении в брак в качестве приданного. Отцовский дом всегда получал младший из сыновей.

3. Завещание в классическом понимании отсутствовало в Древней Руси вплоть до появления в Пространной редакции Русской правды в первой трети XIII века, (первое княжеское завещание Владимира Васильковича датируется  80-ми годами XIII века) и было облечено в специфическую конструкцию «ряда». Фактически ряд означал указание на конкретный состав долей наследственной массы, причитающихся наследникам по закону.

4. Господствующий способ наследования престола, при котором каждый из сыновей князя должен был получить свою часть в отцовском наследстве, в значительной мере, способствовало распаду государственного единства Киевской Руси и форсированному развитию процессов феодальной раздробленности.

5. Установление Ордынского ига на Руси привело к консервации существующей модели престолонаследия, препятствовало переходу к наследованию по завещанию, поскольку передача власти была возможна только на основании решения хана.

6. Сложившиеся в Московском княжестве в XIV веке условия исключали конфликты на почве наследования престола. Бесконфликтный переход власти, в противовес регулярным столкновениям на почве престолонаследия у главных соперников Москвы тверских и суздальско-нижегородских князей явился существенным фактором возвышения Москвы.

7. Столкновение доминировавшего ранее обычно-правового порядка с нарождающися наследованием по завещанию стало основной причиной возникновения династического кризиса второй четверти XV века.

8. В целях преодоления этого кризиса и создания механизма для доминирования династического способа наследования престола в течение 50 лет XV века на Руси создается институт соправительства. Соправительство создавало правовой механизм, позволяющий гарантировать реализацию завещательной воли монарха. Оно сводило к минимуму конфликты на почве престолонаследия, создавало необходимые условия для юридического закрепления наследования престола по прямой нисходящей линии.

9. Соправительство имело все черты государственно-правового института. Он включал нормы закреплявшие номинацию - прижизненное провозглашение старшего сына наследником действующего великого князя, а затем великим князем и соправителем, а также нормы, определяющие его правовой статус.

10. В процессе создания Русского централизованного государства происходит трансформация княжеского сословия Древней Руси, в результате которой их отношения вассалитета с великокняжеской властью, заменяются на отношения подданства.

11. Правовой статус великого князя, наследника-соправителя как специфического субъекта древнерусского права включает в себя совокупность прав и обязанностей, юридически закрепленных в различных правовых актах. Нормы права, определяющие правовой статус наследника-соправителя являются частью правового института соправительства. Структура правового статуса наследника-соправителя включала в себя комплекс прав и обязанностей, позволявших еще при жизни отца осуществлять государственную власть в различных сферах: внешней политики, междукняжеских отношений, церковно-государственные отношения, поземельные отношений. Правовой статус наследника-соправителя нашел также свое отражение в структуре и составе великокняжеского титула. Общая тенденция в эволюции всех составляющих правового статуса наследника в том, что шел процесс постепенного увеличения его правовомочий, заканчивавшийся приравниванием их к правомочиям великого князя - отца. В большинстве случаев соправители осуществляли свои полномочия без раздела власти.

12. Переход к наследованию престола по завещанию, обеспечивший доминирование престолонаследия по прямой нисходящей линии (от отца к старшему сыну и внуку) явился весомым фактором в процессе образования Русского централизованного государства.

Практическая значимость исследования  заключается в том, что механизм престолонаследия, заложенный в XV веке, был востребован российской властью и в более поздний период. Номинация (назначение) наследника активно применялась в XVIII веке. Указ императора Павла I, регулировавший престолонаследие в XIX – начале XX века, также широко использовал исторический опыт передачи власти, сложившийся Древней Руси. Это является бесспорным примером развития правовой мысли и государственного права, о котором пишет автор рецензируемой монографии.

Отдельные аспекты заявленной к исследованию темы, в частности, использованные на Руси механизмы бесконфликтного перехода власти, предоставляют  новые возможности для теоретического осмысления и практического разрешения задач современного государственного строительства.

Эмпирическая база, основные положения и выводы диссертации нашли применение в преподавании курса истории отечественного государства и права, конституционного права Российской Федерации на кафедре государственного строительства и права Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации в  подготовке методических разработок в рамках Института российской истории Российской академии наук.

Апробация результатов исследования

Диссертация подготовлена и выполнена в Государственном научном учреждении «Государственный научно-исследовательский институт системного анализа Счетной палаты Российской Федерации», где прошла рецензирование и обсуждение.

Основные идеи, положения и выводы диссертации  излагались в  публичных докладах на научных конференциях, организованных Институтом российской истории РАН, Римским университетом «La sapience», Российской академией государственной службы при Президенте Российской Федерации в 1999-2010 гг.

Структура диссертационного исследования обусловлена предметом, целями и задачами диссертационного исследования. Диссертация состоит из Введения, четырех глав, разделенных на параграфы, Заключения, приложений и Библиографии. Поставленная цель диссертационного исследования достигается в рамках всех глав диссертации.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность избранной темы, определяется предмет исследования, формулируются его цели и задачи, указывается теоретическая и методологическая основа исследования, дается характеристика научной новизны и практической значимости, излагаются положения, выносимые на публичную защиту. Введение завершается краткими сведениями о внедрении и апробации результатов проведенного исследования.

Первая глава «Генезис древнерусского наследственного права и его влияние на механизм передачи власти» состоит из двух параграфов.

Первый параграф «Древнерусское наследственное право:  генезис и основные положения» посвящен анализу существующих в науке подходов к происхождению наследственного права в Древней Руси. Исследованы ключевые проблемы древнерусского наследственного права. В частности, какая из двух форм наследования - по завещанию или закону носила на Руси первичный характер, а какая появилась позже. Являлся ли существовавший порядок результатом эволюции древнерусского права или рецепции норм права других государств, и, в первую очередь, Византии.

В параграфе подчеркивается, что проблеме соотношения наследования по завещанию и по закону посвящена обширная литература, преимущественно XIX - начала XX века. Вопрос в основном рассматривался в плоскости наличия или отсутствия свободы завещательной воли.

Одна группа исследователей с некоторыми нюансами утверждала, что наследодатель обладал фактически полной свободой в выборе наследника. Такой взгляд фактически подразумевал приоритет наследования по завещанию, по отношению к наследованию по закону. Более того, известный цивилист П.П.Цитович справедливо заметил, что сторонники этой точки зрения  исходят из предположения, что неограниченная свобода завещания существовала изначально и лишь потом была ограничена законодательно.

Другие ученые утверждали, что наследодатель имел право лишь санкционировать в завещании раздел наследственной массы только между теми лицами, которые являлись наследниками по закону. В результате первичным оказывалось наследование по закону (обычаю). Об этом писал Л.Руднев: «Свободное завещание не могло существовать в ту эпоху, когда действовало обычное право, занесенное в Русскую правду, это потому, что свободное завещание предполагает признание личности и ее прав, а личность в эту пору еще не выделилась и затеряна в семье».

Для решения поставленной проблемы проанализированы ранние источники древнерусского права, содержащие сведения о наследовании имущества в древнерусском обществе, включая труд арабского писателя Х века Ахмеда Ибн-Фадлана и договор Руси с Византией, заключенный по итогам похода князя Олега в 911 году.

Показано, что присутствующее в договоре завещание («обряжение» по терминологии договора) конструкция, отражавшая реалии византийского права и предназначенной для использования на территории империи. Сам договор был написан в Византии на греческом языке и потом переведен на древнерусский. Подчеркивается, что в тексте договора нашел отражение древнерусский порядок наследования. В этой связи, для того, чтобы понять какой предусматривался механизм наследования, уместно было бы обратиться к V и VI титулам Эклоги. Наследники - «малые ближики» ни что иное как буквальный перевод византийских юридико-технических выражений, означающих боковых родственников (sui, propinqui, proximi). В договоре присутствуют прямые заимствования из текста нормы Законов XII таблиц в статье договора о наследовании: si investato moritur agnatus proximus familiam habeto. Сам договор это хрисовул византийского императора, который содержал преимущественно обязательства только византийской стороны.

На основании данных полученных в результате анализа «Устава князя Владимира о десятинах, судах и людях церковных» доказывается, что во время составления его части, содержащей нормы наследственного права, во второй половине XII века, господствующей формой наследования было наследование по закону (обычаю). При этом основными, если не единственными наследниками являлись сыновья наследодателя.

Подробно проанализирован основной источник, на основании которого обычно делаются выводы о состоянии права наследования на Руси в древнейший период, являются соответствующие статьи Пространной Русской Правды.

Доказывается, что Пространная редакция Русской правды была составлена в первой трети XIII века. При этом памятник, вероятно, был распространен только в Новгороде, а в других регионах малоизвестен. Проанализированы статьи Пространной правды, содержащие нормы наследственного права.

Проведенные исследования источников, регулирующих частноправовое наследование на Руси до начала XIII века, позволяют сделать выводы, что вплоть до появления наследственных статей пространной редакции Русской Правды, которое, по нашему мнению, произошло в начале XIII века, на Руси безраздельно господствовало наследование по закону.

Основные положения древнерусского наследования по закону, по мнению автора, были следующие:

Круг наследников по закону включал только сыновей наследодателя. При этом в него не входили супруга, дочери, восходящие и боковые родственники.

Соответственно, при отсутствии сыновей имущество объявлялось выморочным. В этом случае после смерда наследовал князь, а в феодальном классе к наследованию могли быть допущены дочери.

В составе наследственной массы всегда предусматривалась обязательная доля, идущая церкви на помин души и доля вдовы, которой она владела пожизненно в случае невступления в повторный брак.

Дочери не входили в круг наследников по закону, но имели право на получение части имущества отца при вступлении в брак в качестве приданного.

Отцовский дом всегда получал младший из сыновей.

Пространная правда впервые в истории древнерусского наследственного права устанавливает приоритет наследования по завещанию (или если точнее – по «ряду») над наследованием по закону, предписывая, что если наследодатель, умирая, сделал завещательное распоряжение, то оно должно быть исполнено. И только в случае кончины «без ряда» имущество наследуется по закону.

При этом отмечается значительная специфика древнерусского «ряда», существенно отличающего его от римского testsmentum, послужившего основой для византийского завещания.

Доказывается, что нет особых оснований говорить о влиянии на древнерусское право и, в частности, на Русскую Правду права византийского. Не находит подтверждения тезис о рецепции статьи 17 Русской Правды и XVIII, 12 Эклоги, а также статьи 12 Русской Правды и XVII, 7 Эклоги. Я.Н.Щапов, исследовавший хождение византийских и южнославянских правовых памятников на Руси убедительно доказал, что полные тексты Прохирона и Эклоги у нас появились лишь в XIII веке.

Наследование по завещанию появляется только в Пространной Правде в начале XIII века. При этом оно было облечено в специфическую правовую конструкцию «ряда». По своей юридической природе ряд коренным образом отличается как от византийского завещания того периода, так и от современного завещания. Фактически, ряд лишь закреплял порядок, предусмотренный наследованием по закону  и, как следствие, не о каком завещательном произволе не могло быть и речи. Это обстоятельство, как и другие перечисленные выше, исключают возможность говорить о рецепции византийского наследственного права.

Выявлены несколько принципиальных отличий древнерусских завещаний от их византийских аналогов.

Во-первых, на русской почве довольно часто встречались так называемые коллективные завещания, что совершенно невозможно для римского и византийского права.

Во-вторых, в древнерусских завещаниях нередко присутствуют поручения выкупить вотчину у монастыря наследнику, что также противоречит классическим представлениям о природе завещания.

В-третьих, в наших завещаниях нередко присутствует указание второго или третьего наследника, которые наследуют после вступления предшествующего наследника в брак или пострижения в монахи, не оставив потомства, что также невозможно в римском праве.

Наконец, и это весьма принципиально, в русском завещании порой не обязательно назначение наследника. Иногда их просто нет.

Ну а, кроме того, «ряд» по Пространной Правде, как уже было сказано, это даже не завещание в подлинном смысле этого слова, а распределение имущества между наследниками по закону. В византийском праве наследниками могли быть восходящие (отец, мать, бабка, дед), братья, супруги, не говоря уж о том, что по завещанию имущество могло перейти практически к любому лицу. В древнерусском праве такие варианты исключались.

Во втором параграфе «Происхождение княжеского наследования и правовой режим престолонаследия на Руси в древнейший период IX – XI вв.» рассмотрены вопросы соотношения частноправового и княжеского наследования и проанализированы случаи перехода власти по наследству в древнейший период древнерусской истории.

Подчеркивается, что центральный вопрос княжеского наследования состоит в определении правового основания перехода прав на осуществление княжеской власти по наследству и его связи с принципами частноправового наследования. Как известно, при наследовании по частному праву переходит имущество, принадлежащее лицу на праве собственности.

Не менее важен правовой статус территорий, находившихся под властью князя. Это та территория, по отношению к которой в источниках употребляются термины «дедина», «отчина», «дом», «жизнь» . Большинство исследователей XIX-начала XX века считали, что в домонгольский период на Руси не существовало какой либо частной собственности на землю. Земля была государственной территорией и принадлежала общине.

Право верховной собственности на землю княжества персонифицировалась в князе. Фактически это произошло в результате захвата той или иной территории и включении ее в состав древнерусского государства. В результате захвата земель государь становился собственником земель со всеми присущими собственнику правомочиями.

Земли, включенные в состав Киевской Руси, как и позднее, в состав отдельных княжеств, принадлежали князю на праве феодальной собственности. И именно на этом основании он осуществлял на этой территории государственную власть. По отношению к этим землям у князя существуют важные правомочия: передавать ее в условное держание (дружине, боярам, слугам, подручным князьям), обменивать, и, что наиболее важно для нас, передавать по наследству и т.д. Судя по всему,  эти земли составляли основу наследства. И именно производным от права княжеской собственности было право на осуществление  государственной власти.

Подчеркивается, что данные обстоятельства, безусловно, сближают княжеское землевладение с частным, которое было объектом древнерусского частного наследственного права. Следовательно, общие закономерности, выявленные по отношению к частноправовому наследованию, вполне могут быть распространены и на княжеское наследование.

В результате исследования передачи власти в древнейший период выявлены общие закономерности престолонаследия в IX – XI вв.

Традиционно различают три системы престолонаследия: салическую, кастильскую и австрийскую. В салической системе наследование осуществляется только по мужской линии. В кастильской системе при наследовании предпочтение отдается мужчинам. Австрийская система подразумевает, что женщины наследуют престол лишь при полном пресечении всего мужского потомства во всех линиях династии.

Анализ источников приводит к выводам о том, что на Руси можно выделить несколько основных способов перехода власти: наследственное правопреемство, узурпация или силовой захват власти, переход власти к наиболее влиятельному лицу и избрание.

Наблюдения за случаями перехода власти в данный период показывают, что именно наследственное правопреемство было наиболее распространенным, а главное легитимным способом приобретения власти. Так, уже на раннем этапе существования древнерусского государства законными наследниками великого князя являются его сыновья.

Исследованы основания приобретения князьями власти и права собственности на территорию княжества. Доказывается, что наиболее распространенный вариант это наследственное правопреемство в результате смерти предшественника. И этот акт, безусловно, отличается от получения той или иной территории в условное держание.

В частности, под 970 годом в Повести временных лет сообщается о том, что Святослав посадил своих сыновей Ярополка в Киеве, Олега в Древлянской земле, а Владимира в Новгороде. Похожая ситуация сложилась в 988 году когда Владимир раздал города своим 12 сыновьям. Однако, посажение Ярополка в Киеве в 970 году отделяется от факта начала его княжения после приобретения власти и правомочий собственника после гибели отца в 972 году. В подтверждение тезиса об условном характере держаний до открытия наследства по закону можно также сослаться на сообщение летописи о конфликте Ярослава с Владимиром в 1014 году. Здесь говорится о том, что во время пребывания в Новгороде, куда он посажен отцом, Ярослав давал по условию две тысячи гривен в год, а тысячу раздавал дружине. Отсюда может последовать обоснованный вывод о том, что все князья, получавшие при жизни великого князя некие территории, владели ими не на праве собственности. В случае смерти собственника и открытия наследства эти территории входили в состав наследственной массы и подлежали разделу между наследниками по закону.

Теперь несколько слов о порядке наследования по закону и составе княжеских наследников. Безусловно, подавляющее большинство случаев истории раннего периода свидетельствует о том, что основными и, вероятно, единственными наследниками были сыновья наследодателя. В 879 году после смерти Рюрика – Игорь (при регентстве Олега), в 945 – Святослав (при регентстве Ольги).

В 972 году после гибели Святослава законными наследниками были три его сына. Состоялся наследственный раздел, в соответствии с которым Ярополк получил – Киев, Олег – Древлянскую землю, а  Владимир – Новгород. Подчеркивается, что каждый из князей – собственник своего княжества. В частности после гибели Олега в 977 году летописец особо отмечает, что Ярополк унаследовал его владения. В результате борьбы за власть владения Ярополка и Олега стали выморочными, и это позволило Владимиру унаследовать за братьями всю территорию древнерусского государства, но в первую очередь потому, что у них не было сыновей – наследников по закону.

Нечто похожее происходит в 1015 году после кончины Владимира Святославича. Наследников по закону – 12. В результате династической борьбы, приведшей к гибели большинства сыновей, в наследственном разделе приняли участие  только Ярослав и Мстислав. В 1036 году после смерти Мстислава его выморочные владения унаследовал Ярослав. Единственный сын Мстислава Евстафий скончался в 1033 году раньше отца.

Показано, что в подавляющем большинстве случаев в рассматриваемый период наследование всех сыновей покойного князя наиболее распространенный способ наследования по закону. Отдельно следует обратить внимание на то, что в случае выморочности владения наследовать мог и брат. При этом вплоть по середины XI  века других  возможностей и не существовало. Это могло привести к постепенному складыванию правового обычая, регулирующего княжеское наследование.

Отмечается, что незадолго до смерти 1054 года Ярослав Мудрый озвучил свои распоряжения на случай смерти, которые получили в научной литературе наименование «ряд Ярослава». Некоторые из исследователей считали ряд полноценным завещанием и на этом основании делали далеко идущие выводы о распространенности завещаний на Руси в этот период. Первое важное обстоятельство заключается в том, что «ряд» не выходит за пределы наследования по закону. Единственная новация заключается в том, что определяется конкретный состав владений сыновей великого князя.

Ярослава мало заботит судьба потомства старшего сына Владимира. Это обстоятельство требует особого объяснения. Владимир Ярославович, который был посажен отцом в Новгород, скончался в 1052 году на два года раньше Ярослава. Объяснить причины подобной ситуации вполне возможно исходя из принципов княжеского наследования. Владимир, как и все великокняжеские сыновья, получил свой удел не собственность, а в качестве условного держания. Именно поэтому потомки Владимира остались без удела и вынуждены были добиваться права на владения военным путем. Интересно сопоставить это обстоятельство с отсутствием упоминания о судьбе Ростислава в «ряде» Ярослава. По логике великий князь должен был позаботиться о судьбе сына своего первенца. Однако, он этого не делает. Объясняется это тем, что по обычноправовому порядку наследования Ростислав не входил в круг наследников по закону. А изменить существующих порядок Ярослав по своей воле не мог. Это лишний раз подтверждает, что, во-первых, в круг наследников по закону входили только сыновья, а, во-вторых, наследование по завещанию в этот период времени было невозможно.

В 1054 году после смерти Ярослава сыновья произвели  наследственный раздел территории государства. Этот раздел был осуществлен в соответствии с рядом, однако не противоречил обычноправовому порядку наследования.

Вторая глава «Правовые факторы распада государственного единства Древней Руси и развития процессов феоальной раздробленности» состоит из трех параграфов.

В первом парграфе «Наследственные разделы у потомков Святослава Ярославича» проанализирован механизм передачи власти в княжеской ветви, родоначальником которой был сын Ярослава Мудрого Святослав. В руках князей этой ветви были сосредоточены большие территории Древней Руси, включавшие Черниговское, Муромское и Рязанское княжества.

Наблюдение за замещением Черниговского стола в XII-XIII веках дает следующие результаты. К моменту  достижения соглашений на Любечском съезде в живых оставались трое сыновей Святослава: Давыд, Олег и Ярослав. Все они в разное время были черниговскими князьями: Давыд (1097-1123), Олег (1078, 1094-96), Ярослав (1123-1127). Однако, из них только Давыд умер на Черниговском столе. Олег после 1097 года неоднократно захватывал различные территории и до конца неясно, чем он владел к моменту кончины в 1115 году. Ярослав в 1127 году был изгнан из Чернигова племянником Всеволодом Ольговичем и умер князем Муромо-Рязанским. Таким образом, право на Чернигов сохранили только потомки Давыда Святославича.

В 60-е годы XII ветвь Давыдовичей пресеклась. Сначала в 1162 году в изгнании погиб бездетный Изяслав Давыдович, а потом в 1167 году скончался Святослав Владимирович Вщижский. Он также не оставил потомства. Таким образом, третья часть наследства Святослава, территории Давыдовичей, стала выморочной.

В соответствии с принципами наследования выморочные черниговские земли должны был перейти к следующей по старшинству ветви Святославичей – Ольговичам. Собственно и право замещать Черниговский стол сохранили только Ольговичи. Это и произошло на практике. Ольговичи занимали Черниговский стол в дальнейшем с 1157 года и на протяжении XIII века.

На Черниговский стол как центральный в княжестве распространялся особый правовой режим. Подобно Киевскому столу он не переходил в собственность отдельной княжеской ветви. Его занимали, как правило, старшие в роде и политически самые влиятельные князья. Это вполне объяснимо с точки зрения необходимости поддержания общерусского влияния Святославичей. При этом важная особенность заключалась в том, что, как правило, утрачивало право на Черниговский стол потомство того из князей, который его не занимал вплоть до своей смерти. Так произошло, например, с потомством Ярослава Святославича, которое обосновалось в Муромо-Рязанской земле.

Однако в юридически стройный порядок замещения княжеских столов нередко вмешивался фактор весьма распространенный в средневековье – узурпация. Так сын Олега Святославича Всеволод Ольгович в 1127 году захватил Чернигов и оставался там князем до 1139 года, пока не занял Киевский великокняжеский стол.

Сам факт появления на политической карте Древней Руси обособленного Муромо-Рязанского княжества был порожден порядком наследственного правоприемства в роду Святославичей. После изгнания Ярослава Святославича из Чернигова, он княжил и скончался на Муромо-Рязанском столе. В результате его потомки утратили право претендовать на черниговское княжение.

Два других сына Ярослава согласно летописным известиям получили по наследственному разделу рязанскую землю, которой владели до смерти старшего брата Юрия в 1143 году. Как именно братья делили власть над Рязанью?  Есть, по меньшей мере, два варианта ответа на этот вопрос. Либо они разделили территорию княжества, либо соправительствовали без осуществления такого раздела. Следует подчеркнуть, что соправительство явление нередкое для истории Древней Руси. Оно существовало в IX-X веках. В рассматриваемый период имело место соправительство в Киеве князей Святослава Всеволодовича и Рюрика Ростиславича. Наконец, в XV веке соправительство великого князя и наследника являлось важным фактором централизации.

Не исключено, что в дальнейшем представители двух ветвей Ярославичей заключили соглашение подобное любечскому, по которому за Святославичами закреплялось Муромское княжество, а за Ростиславичами Рязанское. В основе этого соглашения были нормы наследственного права. Муром был главным столом Ярославичей, а потому он закреплялся за старшей линией.

Следует отметить, что Муромское княжество в меньшей степени, чем другие владения потомков «триумвира» Святослава подвергалось наследственному разделу в силу сравнительной немногочисленности местной княжеской династии. К концу 20-х годов XIII века здесь существовало не более двух уделов.

Что касается Рязанского княжества, то там ситуация развивалась несколько по иному. Младший сын Ростислава Глеб, занявший Рязанский стол после отца, пытался претендовать на Суздальские земли и в результате попал в плен к Всеволоду Большое Гнездо, где и скончался в 1178 году. Вскоре после гибели Глеба начались междоусобицы по поводу раздела наследства его сыновьями. В результате в конфликт вмешался Всеволод Большое Гнездо, который оказался арбитром в разделе. Об этом читаем в Лаврентьевской летописи: «князь же Всеволодъ иде к Рязаню миръ створи с Романомъ и со Игоремъ на всей воли Всеволожи целоваша крестъ и порядъ створивъ всеи братьи роздавъ им волость ихъ комуждо по стареишиньству…» Это летописное сообщение позволяет сделать важные обобщения. Во-первых, действия Всеволода могли служить примером реализации идеальной модели княжеского наследования, как она виделась одному из виднейших представителей Рюриковичей на рубеже XII-XIII веков. Она состояла в разделе отцовского наследства между всеми сыновьями по принципу старшинства, по которому старшие получали наиболее значимые территории, а младшие менее значимые. Во-вторых, еще раз подчеркивается, что основной формой княжеского наследования было наследование по закону. Видимо для того, чтобы закрепить этот раздел сыновья Глеба приняли совместное решение о конкретном составе владений:  «Глебовичи поделилися: Роман, Игорь да Володимер сели на Рязани, а Всеволод да Святослав на Проне». Фактически наметились контуры двух уделов и в дальнейшем существовавших в княжестве: Рязанского и Пронского. Потомство младших Глебовичей, вероятно, после этого выбывает из круга претендентов на Рязанский стол.

В Муромо-Рязанской земле действовал порядок наследования главных столов княжества, сходный с Черниговским. И Муром и Рязань переходили к младшему брату наследодателя, а в случае отсутствия переживших братьев, к сыновьям старшего из них. При этом господствовавший способ наследования по закону приводил к образованию новых уделов, и к началу XIII века их было тринадцать. После событий 1217 года, когда большинство князей этой ветви были перебиты в селе Исады своими родственниками, количество уделов сократилось, а в результате татарского нашествия в Рязани остался лишь один представитель княжеской династии. Во многом, это предопределило могущество Рязани в XIV веке, когда рязанские князья стали одними из участников борьбы за право быть объединителями Руси.

Рассмотрение конкретных случаев наследования потомками Святослава Ярославича позволило сделать следующие выводы.

Княжеские права на замещение по наследству какого-либо стола сохраняли сыновья только тех князей, которые этот стол занимали.

Статус Чернигова, а впоследствии Мурома и Рязани, как столиц Святославичей обусловил то обстоятельство, что города и прилегающая территория не подлежала наследственному разделу. Князья – представители старшей линии не получали земель в собственность в надежде когда либо занять главный стол княжества.

Особый порядок замещения Черниговского стола заключался в переходе его к старшему князю в роде, при условии, что его отец также был черниговским князем.

Господствующим способом наследования был обычно-правовой порядок. Он подразумевал раздел наследства между сыновьями наследодателя. Не известно случаев наследования по завещанию. Выморочные территории чаще всего переходили к братьям умершего или наследовались племянниками по праву представления.

По мере утрачивания отдельными князьями наследственных прав на главный стол происходило образование отдельных обособленных уделов, находящихся в собственности их потомков.

Во втором параграфе «Наследственные разделы и механизм передачи власти в линиях потомков Владимира Ярославича, Изяслава Ярославича и полоцких князей» исследован порядок престолонаследия в боковых линиях Рюриковичей.

Подчеркивается, что, на дальнейшую судьбу потомков князя  Владимира Ярославича существенно повлияло то обстоятельство, что он скончался раньше отца – Ярослава Мудрого в 1052 году. В летописях присутствуют двое сыновей Владимира. Младший – Ярополк упомянут лишь однажды и каких-либо сведений о его потомстве и владениях не имеется. Старший сын Владимира - Ростислав после смерти отца с 1052 до 1064 года жил в Новгороде. При этом известно, что в данный период новгородский стол занимали другие князья - Изяслав Ярославич и его сыновья. Позднее Ростислав убежал из Новгорода и захватил Тмутаракань, где княжил с перерывами с самой смерти в 1067 году. Таким образом, Ростислав остался без наследства и вынужден был путем узурпации захватывать стол в Тмутаракани. Однако никто из собратьев-князей законности этого владения признать не мог. Поэтому и сыновья Ростислава Рюрик, Володарь и Василько вынуждены всю жизнь добиваться права на владения. Так Володарь и Василько неудачно пытались захватить Тмутаракань. В первой половине 80-х годов братья получили Перемышль. Княжеством они видимо владели совместно. Однако им было там тесно, и в  1084 году Володарь и Василько вместе с еще одним изгоем Давыдом Игоревичем пытались захватить Владимир Волынский, в котором княжил старший сын Изяслава Ярославича - Ярополк. 22 ноября 1086 года Ярополк был убит Нерадцом, который, вероятно, сделал по это указанию Ростиславичей,  надеявшихся таким способом получить Волынские земли. Рюрик в 1092 году умер бездетным и Перемышль получил Володарь. Василько тоже получил от великого князя Всеволода Ярославича собственный удел - Теребовльский. Решениями Любечского съезда эти пожалования были санкционированы. В дальнейшем, несмотря на происки других князей, младшим сыновьям Ростислава удалось удержать Перемышль и Теребовль. Двое сыновей Василько разделили отцовские владения. Старший Иван владел Галичем. Он умер бездетным в 1141 году. Так как он пережил брата Ростислава, который скончался также бездетным, Галицкий удел стал выморочным. В летописи сказано, что Галич перешел к двоюродному брату Ивана – Владимирко. Не ясно был ли жив в это время брат Владимирко Ростислав. Вероятно, уже нет, так как в противном случае он тоже мог претендовать на свою часть наследства. То, что на Галич не претендовал сын Ростислава Иван, является аргументом в пользу версии об отсутствии у князей в Древней Руси наследования по праву представления.

Показано, что в XI-XII вв., в летописях имеются описания, по меньшей мере, трех предсмертных  распоряжений древнерусских князей. В 1054 – Ярослава Мудрого, в 1146 - Всеволода Ольговича, в 1187 - Ярослава Осмомысла. Сопоставление обстоятельств и последствий их появления позволяет сделать некоторые выводы.

Ряд Ярослава как мы уже говорили не выходил за рамки наследования по закону. Но даже в этом случае его положения о конкретном перечне городов, назначенных каждому из сыновей были нарушены. Потребовались решения Любечского съезда, чтобы узаконить наследственный раздел. Подоплека появления распоряжений Всеволода и Ярослава принципиально иная. И в том и в другом случае предпринималась попытка существенно изменить обычноправовой порядок наследования, нарушить его. В результате, распоряжения наследодателей не были выполнены, а раздел был осуществлен в соответствии с нормами наследования по закону. Здесь следует согласиться с замечанием М.Ф.Владимирского-Буданова о том, что завещание, противоречащее обычаю не исполняется.

Изучение наследования у потомков старшего из «триумвирата» Святославичей Изяслава затруднено тем обстоятельством, что они сравнительно рано уже к середине XII века сошли на положение рядовых удельных князей и их генеалогия, а тем более состав владений прослеживается очень плохо.

У Изяслава Ярославича было трое сыновей. Самый младший Мстислав в бытность отца великим князем наместничал в Новгороде и Полоцке и умер около 1069 года очень молодым человеком. У Мстислава известен сын Ростислав о владениях которого нет никаких сведений. Умер он 1 октября 1093 года, а похоронен 16 ноября того же года. О.М.Рапов основательно предположил Ростислав жил и умер за пределами Руси.

Старший сын Изяслава Ярополк при жизни отца княжил в Полоцке и Вышгороде. После смерти отца и дяди Святослава в 1078 году он получил от Всеволода Ярославича Владимир-Волынский и Туров. Наследование Турова вполне естественно, так как он входил в состав владений Изяслава по ряду Ярослава Мудрого. Что касается Владимира-Волынского то, как уже было сказано, он освободился после смерти Вячеслава Смоленского и перевода в Смоленск Игоря Ярославича в 1057 году. Вероятно, этот город вошел в фонд земель, которыми распоряжался великий князь. Однако Волынская земля стала ареной борьбы нескольких представителей династии Рюриковичей. На нее претендовал сын Игоря Давыд, внуки Владимира Ярославича Рюрик, Володарь и Василько. Владимировичи и организовали убийство Ярополка 22 ноября 1086 года. У Ярополка известны двое сыновей. После смерти отца они, вероятно, унаследовали часть Волынской земли. Ярослав Ярополчич упоминается как владелец Берестья в 1101 году. После выступления против Святополка Изяславича он был лишен удела и умер в заточении в 1102 году. Другой Ярополчич – Вячеслав упомянут в 1103 году и других сведений о нем не имеется. Сыновья Ярополка не получили столицу княжества Владимир-Волынский. Дело в том, что сразу после гибели Ярополка Владимиром завладел Давыд Игоревич. В дальнейшем представители этой княжеской ветви не упоминаются.

Наиболее известен второй сын Изяслава Святополк, который занимал киевский стол в 1093-1113 годах. Родился он в 1050 году. При жизни отца владел Полоцкой землей, а в 1078 году получил Новгород, в котором княжил до 1088 года. Потом он оказался в Турове и находился там до вокняжения в Киеве. Возможно, Туров перешел к Святополку после гибели старшего брата Ярополка в 1086 году. Туров впоследствии и стал наследственным владением Святополчичей.

У Святополка было четверо сыновей. Первый - Мстислав, как и его брат Ярослав, видимо были рождены от наложницы. Мстислав в 1097 году был посажен отцом во Владимир-Волынский, но в тот же год погиб в бою. Потомства он не оставил.

Исследованы причины, по которым Изяславичи как представители старшей ветви Ярославичей, отец которых занимал великокняжеский стол, играли столь незначительную роль в политической жизни Руси? Ответ на этот вопрос во многом лежит в плоскости наследования. Согласно ряду Ярослава Изяслав получает Киевскую землю. По решению Любечского съезда 1097 года «Киев, Изяславова отчина» был закреплен за Святополком Изяславичем. Однако потом на великокняжеский стол в Киеве был распространен особый порядок наследования, о котором мы уже говорили. В результате, если Святославичи владели Черниговской землей, а Всеволодовичи – Северо-Восточной Русью, Изяславичи вынуждены были довольствоваться гораздо менее значимым Туровским княжеством. Возможно, была еще одна причина. Династия Туровских князей существовавшая в XII-XIII веке пошла от князя Юрия Ярославича. Его отец Ярослав (Ярославец) Святополчич был, скорее всего, незаконнорожденным сыном Святополка Изяславича. С одной стороны на это указывает его уничижительное имя – Ярославец. Кроме того, у В.Н.Татищева прямо сказано, что два сына Святополка были рождены от наложницы. Не исключено, что это обстоятельство также накладывало отпечаток на статус Туровских князей.

Полоцкая княжеская династия отличалась известным своеобразием. Из Полоцка, как известно, происходила супруга Владимира Святославича -  Рогнеда. В Повести временных лет имеется свидетельство о том, что еще до Крещения Руси один из старших сыновей Владимира Изяслав совместно с матерью владел в Полоцкой земле городом Изяславлем. Впоследствии Изяслав получил всю Полоцкую землю. Возможно, это было своего рода отступное Рогнеде, так как после 980 года Владимир вступил в новый брак с родственницей Византийского императора. Изяслав умер в 1001 году, раньше отца. Поскольку его сын Брячислав выбыл из числа претендентов на верховную власть на Руси, за ним был закреплен Полоцкий стол.

Брячиславу удалось присоединить к своим владениям Усвятскую и Витебскую волость, которые вошли в состав наследственной массы полученной его единственным сыном Всеславом. Всеслав активно участвовал в общерусских делах. В 1068-69 годах по воле восставших горожан он даже занимал Киевский стол.

После смерти Всеслава его владения подверглись наследственному разделу с участием его шести сыновей. Полоцким князем, по всей видимости, стал Давыд, который в этом качестве упоминается в 1127 году, когда его свергли горожане. Глеб, очевидно, получил удел с центром в Минске. Рогволд, имевший также христианское имя Борис, получил земли в верховьях реки Березины, где в 1102 году основал город Борисов. После свержения брата Давыда он был полоцким князем до кончины в 1128 году. Еще один сын Всеслава Святослав, по мнению исследователей, унаследовал Витебскую волость. Во всяком случае, она впоследствии принадлежала его потомкам. Наконец, владения еще двух Всеславичей Романа и Ростислава не локализуются.

На распределение крупнейших уделов в Полоцкой земле большое влияние оказала высылка в Византию Мстиславом Великим в 1129 году сразу нескольких Всеславичей. Всего были высланы пять князей: Ростислав Всеславич, Давыд Всеславич, Святослав Всеславич и двое сыновей Рогволда-Бориса Рогволд и Иван. В течение нескольких лет Полоцкий стол занимал сын Мстислава Великого Изяслав. Мстиславичи и в дальнейшем оказывали большое влияние на полоцкие дела. После этой акции в Полоцкой земле осталось лишь несколько внуков Всеслава. Это были сыновья Глеба Всеславича Ростислав, Володарь, Всеволод, Изяслав, сын Давыда Брячислав, а также сыновья Святослава Василько, Вячко и Давыд. После возращения из изгнания в 40-е годы в источниках фигурирует только Рогволд Борисович.

В династии полоцких князей действовали принципы княжеского наследования сходные с большинством рассмотренных ранее случаев. В результате наследственных разделов выделились минский, витебский, друцкий и другие уделы.  Полоцкий стол, как правило, занимал старший в роде. Специфика заключалась в значительно большем количестве случаев узурпации. Следует назвать две причины такого явления. Во-первых, в Полоцке была очень сильна городская верхушка, которая неоднократно влияла на изгнание князя и приглашение нового. Во-вторых, у представителей двух самых многочисленных и влиятельных княжеских ветвей минских Глебовичей и витебских Святославичей отсутствовали юридические права на главный стол княжества. Именно это обеспечило высокую роль горожан в вопросе замещения стола и приводило к постоянному переходу Полоцка из рук в руки.

Соловьев С.М. Сочинения. История России с древнейших времен. К. 1. М., 1988. С. 442; Ключевский В.О. Курс русской истории, ч. II, Пг., 1918. С. 7, Любавский М.К. Образование основной государственной территории великорусской народности, Л., 1929, С. 33.

Черепнин Л.В. Образование русского централизованного государства в XIV – XV вв. Очерки социально-экономической и политической истории Руси. М., 1960.

Пресняков А.Е. Княжое право Древней Руси. Очерки по истории X – XII столетий. Лекции по русской истории. Киевская Русь. – М., 1993;

См.напр.: Назаренко А.В. Порядок престолонаследия на Руси X-XII вв.: наследственные разделы, сеньорат и попытки десигнации (типологические наблюдения) // Из истории русской культуры. М., 2000. Т.1 (Древняя Русь); Плотникова О.А. Князь в системе социально-политических отношений древнерусского общества VI-XII веков: принципы властвования. М., 2006.

Коркунов Н.М. Русское государственное право. СПб., 1909. Т. 1. С. 257; Градовский А.Д. Начала русского государственного права. СПб., 1875. Т.1. С. 191; Сокольский В.В. Русское государственное право. Одесса, 1890. С. 128; Ивановский В.В. Учебник государственного права. Казань, 1909. С. 396, Казанский П.Е. Власть всероссийского императора. М., 1999. С. 172-73.

Зазыкин М. Царская власть в России. М., 2004. С. 23-187.

Русская идеология. М., 2000. С. 267-375.

Nitche P. Grossfurst und Thronfolger. Koln; Wien, 1972.

Греков Б.Д. Киевская Русь. М.-Л, 1953; Рыбаков Б.А. Киевская Русь и русские княжества в XII – XIII вв. М., 1982.; Зимин А.А. Витязь на распутье. Феодальная война в России XV века. М., 1991; Зимин А.А. Россия на рубеже XV-XVI столетий. М., 1982.

Цитович П.П. Исходные моменты в истории русского права наследования. Харьков, 1870. С. 7-8.

Руднев Л. О духовных завещаниях по Русскому гражданскому праву в историческом развитии. Киев, 1894. С. 28.

Цитович П.П. Исходные моменты. С. 20.

Лавровский Н. О византийском элементе в языке договоров русских с греками. СПб., 1854.

Димитриу А. К вопросу о договорах русских с греками. – Византийский временник, т.2. СПб., 1895. С.533-36.

Щапов Я.Н. Княжеские уставы и церковь в Древней Руси XI – XIV вв. М., 1972. С. 125-127.

Черноусов Е. К вопросу о влиянии византийского права на древнейшее русское. Юрьев, 1916. С. 303; см. также - Голенищев-Кутузов Д. Русская правда и Византия. М., 1913.

Никольский В.Н. О началах наследования в древнейшем русском праве. М, 1859. С.340-42.

Беляев П.И. Анализ некоторых пунктов Древнерусского завещания. М., 1897.

Эклога. Византийский законодательный свод VIII века. М., 1965.. С. 52-55.

Рапов О.М. Княжеские владения на Руси в Х-первой половине ХIII в. М., 1977. С. 17-18.

Кавелин К.Д. Сочинения, т.I. СПб., 1897. С.6., Погодин М.П. Исследования, замечания и лекции по русской истории, т. 3. М., 1854, С. 503, Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Кн. 7. М., 1993. С. 46., Чичерин Б.Н. Опыты по истории русского права. М., 1858.

Думается прав М.Б.Свердлов, который писал: «Верховная власть князя над территорией княжества как социально-экономическая функция было выражением верховной собственности феодального государства на землю»  - Свердлов М.Б. Генезис и структура феодального общества в Древней Руси. Л., 1983.  С. 194.

Полное собрание русских летописей (ПСРЛ) Т.1, М., 1997. С. 130.

Свердлов М.Б. Домонгольская Русь. Князь и княжеская власть на Руси VI – первой трети XIII вв. СПб. 2003. С. 434-35.

Александров Д.Н. Феодальная раздробленность Руси. М. 2001. С. 179-180.

ПСРЛ Т.1. Стб.388

ПСРЛ Т.7. СПб, 1856. С.242.

Рапов О.М. Княжеские владения на Руси в Х-первой половине ХIII в. М., 1977. С.129.

Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Ростов-на-Дону, 1995. С. 64.

Рапов О.М. Княжеские владения на Руси. С.89.

ПСРЛ Т.1. С.206.

Повесть временных лет под 1097 годом «Святополк же посади сына своего в Володимери Мстислава, иже бе ему от наложницы».

ПСРЛ Т.1. С. 257.

ПСРЛ Т. 1. С. 121.

В третьем параграфе «Особенности механизма передачи власти в потомстве Всеволода Ярославича» проанализированы случаи и дана типология наследственных разделов в крупнейшей княжеской ветви Северо-Восточной Руси.

Линия князей, ведущая свое начало от Всеволода Ярославича по праву считается самой многочисленной и влиятельной из всего потомства Рюрика. Эти князья в домонгольский период контролировали большинство самых крупных столов Древней Руси. От ветви, идущей от внука Всеволода Юрия Долгорукого, которая утвердилась в Северо-Восточной Руси, берет свое начало династия московских великих князей и царей. Наследственные нормы, применявшиеся в этой ветви, стали своего рода эталоном, позволившим Москве возглавить процесс собирания земель и создания Русского централизованного государства.

Потомкам Всеволода Ярославича в соответствии с рядом Ярослава и решениями Любечского съезда 1097 года досталась Переяславская и Ростово-Суздальская земля. У Всеволода было двое сыновей. Однако младший Ростислав погиб в мае 1093 года, всего на месяц пережив отца. Тем не менее, летописная статья 1093 года позволяет установить параметры наследственного раздела, осуществленного после кончины Всеволода его сыновьями. В Повести временных лет сказано, что после смерти Всеволода и Владимир отказался от Киевского стола в пользу Святополка Изяславича, «а самъ иде Чернигову а Ростислав Переяславлю». Следовательно, в 1093 году Владимир Мономах получил Чернигов, который находился в распоряжении Всеволодовичей после изгнания сыновей Святослава, а Ростислав Переяславль. Но вскоре после гибели Ростислава в битве с половцами его часть унаследовал Владимир.

У Владимира Мономаха было 8 сыновей. Однако пережили его только пятеро: Мстислав Великий, Ярополк, Вячеслав, Юрий Долгорукий и Андрей Добрый. Поскольку ни о каком завещании Мономаха в летописях не говорится, то параметры наследственного раздела могут быть реконструированы только из последующих сообщений. Так в Лаврентьевской летописи сказано о том, что старший сын Владимира Мстислав Великий занял Киевский стол, «а Ярополк брат его иде Переяславлю». Ярополк, княживший в Киеве после Мстислава, не оставил потомства.

К началу 70-х годов XII века все наследство Владимира Мономаха оказалось сосредоточенным в руках сыновей и внуков Мстислава Великого и Юрия Долгорукого.

Мстислав Великий стал Киевским великим князем сразу после кончины отца. Следует подчеркнуть, что в летописи упоминается о наличии неких распоряжений Мстислава на случай смерти: «В то же лето Ярополк приведе  Всеволода Мстиславича из Новгорода и да ему Переяславль по хрестному целованью акоже ся бяше уряди с братом своим Мстиславом по отню повеленью акоже бяше има дал Переяславль съ Мстиславом». Из этого сообщения следует, во-первых, что на Переяславль Русский Владимир Мономах распространил особый режим, по которому он контролировался совместно Мстиславом и Ярополком. Во-вторых, существовали прижизненные договоренности братьев скрепленных крестоцелованием. По юридической природе такие договоренности никакого отношения к завещанию не имеют. При этом данные договоренности противоречили интересам других сыновей Владимира Мономаха. Поэтому переход Переяславля к Всеволоду Мстиславичу не состоялся.

Наиболее влиятельные линии князей, которые со временем сосредоточили в своих руках все наследство Мстислава Великого и неоднократно занимали великокняжеский стол, произошли от двух сыновей Мстислава - Изяслава и Ростислава.

Наибольшего могущества в Юго-Западной Руси достигли потомки сына Изяслава Мстислава. У Мстислава было трое сыновей: Роман, Святослав и Всеволод. Поскольку, как нам удалось выяснить, при наследственном разделе с братьями Мстислав получил Владимир-Волынский, именно эта территория впоследствии перешла к его сыновьям. Роман после кончины отца  в 1170 году занял Владимирский стол. В 1199 года скончался галицкий князь Владимир, сын Ярослава Осмомысла, последний представитель династии идущей от Владимира Ярославича. Роману, используя военную силу, удалось захватить выморочный Галицкий стол. Сосредоточение в его руках двух крупнейших центров Юго-Западной Руси сделало Романа один из самых могущественных князей региона, позволило контролировать замещение великокняжеского стола в Киеве.

После гибели Романа Мстиславича в 1205 году за его наследство в связи с малолетством сыновей Даниила (родился в 1202 году) и Василька (родился в 1206 году) развернулась ожесточенная борьба, в которой непосредственное участие принимали соседние государства.  Окончательно возвратить земли, принадлежавшие отцу, братьям удалось только в 1238 году. Именно после этого состоялся наследственный раздел. Галицкое княжество было закреплено за Даниилом, а Василько получил Владимиро-Волынские земли.

Брат Даниила Василько скончался в 1269 году. Принадлежавший ему Владимир-Волынский перешел к единственному сыну Владимиру.  Владимир Василькович умер в 1289 году. Именно с его именем связано первое, дошедшее в составе Ипатьевской летописи княжеское завещание.  Юридический анализ текста и обстоятельств его появления позволяют сделать ряд важных выводов.

Очевидна слабая юридическая сила завещания. Для того, чтобы обеспечить посмертную реализацию его основных положений наследодатель вынужден предварительно заручиться согласием влиятельных соседей-князей, заключить особое соглашение-ряд с потенциальным наследником по завещанию, скрепить его процедурой крестоцелования.

И у завещателя и у потенциального наследника отсутствует понимание юридической процедуры его реализации. Это, безусловно, свидетельствует об отсутствии правовых традиций княжеского наследования по завещанию.

Само появление завещания стало возможно благодаря отсутствию у князя Владимира Васильковича наследников по закону.

Тем не менее, дальнейшие события показывают, что это был практически первый случай, когда наследнику удалось добиться реализации завещательной воли. Правда для этого ему пришлось для отстаивания своих прав предпринимать военные и дипломатические усилия.

В дальнейшем потомки Даниила Романовича испытывают возрастающее давление со стороны Великого княжества Литовского, завершившееся, в конце концов, приводит захватом  принадлежащих им земель. В этом случае говорить о порядке наследования, имеющем древнерусские корни, уже не приходится.

В смоленском княжестве благодаря механизму, запущенному наследственными разделами в течении рассмотриваемого периода появился целый ряд новых княжеств, которые в свою очередь были подвержены дальнейшему дроблению.

Наследование в потомстве Юрия Долгорукого также осуществлялось по принципам характерным для других земель Древнерусского государства.

При этом источники позволяют предполагать, что Юрий Долгорукий пытался  закрепить некоторые территории за своими сыновьями с тем, чтобы они перешли к ним после его  смерти. Поскольку его интересы простирались и на южнорусские земли некоторые Юрьевичи готовились на роль активных политических игроков в Киевском регионе. Юрий хотел создать систему, при которой старшие дети Андрей, Глеб, Борис, Мстислав, Ярослав и Василий княжили, сменяя друг друга в Киеве, и контролировали другие южнорусские земли. Трое младших сыновей Василько, Михалко и Всеволод должны были поделить ключевые центры Северо-Восточной Руси. Нежизнеспособность данной конструкции была предопределена тем, что она в корне противоречила древнерусскому наследственному праву. Киевские центры, в которых княжили старшие Юрьевичи, никогда не были собственностью князей, а потому не переходили по наследству. Наследственному разделу подлежали только земли перешедшие Юрию от отца – Владимира Мономаха. Претендовать на эти земли могли все пережившие отца сыновья. Попытка произвольно изменить этот порядок привела к тому, что воля Юрия не была исполнена. После 1157 года, опираясь на поддержку боярства, Андрею удалось сконцентрировать в своих руках три главных города владений своего отца Ростов, Суздаль и Владимир. В состав владений Юрия входили не менее 20 городов. Помимо Ростова, Суздаля и Владимира это: Ярославль, Сарское городище, Углече поле, Переяславль, Клещин, Молога, Белоозеро, Тверь, Шоша, Дубна, Кснятин, Дмитров, Юрьев Польский, Стародуб, Боголюбов, Москва, Лопасня и Белоозеро. Все они подлежали наследственному разделу. Однако, Андрей Боголюбский лишил владений всех братьев, получивших наследство в Северо-Восточной Руси, за исключением Ярослава. После акции, осуществленной великим князем, на территории Владимиро-Суздальского княжества остались владения только самого Андрея и Ярослава. Ярослав Юрьевич скончался в 1166 году и потомства не имел. После этого Андрей Боголюбский стал единственным собственником земель княжества.

После убийства Андрея в 1174 году сложилась интересная ситуация. У него было трое сыновей. Однако двое из них умерли раньше отца – Мстислав в 1173 году, а Изяслав в 1165 году. Третий - Юрий к 1174 году, очевидно, был еще ребенком, поэтому не смог принять деятельного участия в борьбе даже за часть отцовских земель. Он был изгнан Всеволодом Большое Гнездо, участвовал в борьбе за власть в Грузии и на Русь уже больше не вернулся. Однако, как показывают вышеприведенные факты, права Юрия на главные столы княжества при жизни дядей были менее предпочтительными. Из братьев Андрея в 1174 году были живы только Михалко и Всеволод Юрьевичи. Однако им пришлось отстаивать свои права в ожесточенной борьбе с племянниками сыновьями Ростислава Юрьевича.

Следует подчеркнуть, что еще одним фактором, который влиял на замещение главных столов Владимиро-Суздальского княжества, были мощные позиции боярства и городской верхушки. Бояре повлияли в 1157 году на передачу Ростова, Владимира и Суздаля Андрею. В 1147 они устранили неугодного князя, и пригласили на стол в Ростов Мстислава Безокого, а в Суздаль и Владимир его брата Ярополка. Однако если права Андрея в 1157 году были неоспоримы, но сейчас были существенно нарушены нормы древнерусского княжеского наследования. Выморочные территории подлежали разделу между пережившими братьями наследодателя, а племянники к разделу не допускались. Именно поэтому Михалко и Всеволод Юрьевич стали отстаивать свои права. Борьба шла с переменным успехом, пока в 1175 году младшие Юрьевичи не поделили наследство Андрея Боголюбского, причем великим князем стал Михалко, а Всеволод получил Ростов. После кончины бездетного брата 20 июня 1176 года Всеволод стал единоличным собственником всего наследства Юрия Долгорукого. В годы княжения Всеволода появились новые центры Устюг, Кострома, Нерехта, Соль Великая, Зубцов, Унжа. Все это позволило ему добится небывалого могущества и играть одну из ведуших ролей в политической жизни Древней Руси.

У Всеволода Большое Гнездо было восемь сыновей. Два из них Борис и Глеб умерли в младенчестве. Самый старший Константин родился 18 мая 1185 года, а младший Иван – 28 августа 1198 года. Сам Всеволод еще в 1208 году начал передачу земель сыновьям в условное держание.

Известно, что Константин тогда получил Ростов и еще пять городов, а Ярослав – Переяславль Залесский. Поскольку эти города они и унаследовали после смерти Всеволода в 1212 году, речь может идти о попытке великого князя, как уже бывало раннее, наметить контуры наследственного раздела, который должен был состояться позже. Характерно, что в 1208 году не ставился вопрос о судьбе собственно великого княжения, наследовние которого было в достаточно мере урегулировано правовыми обычаями, тогда как вопрос о конкретных долях наследников всегда был предметом споров. Однако в дальнейшем эта стройная схема была нарушена.

В 1212 году в ряде источников присутствуют сведения о конфликте между Всеволодом Большое Гнездо и Константином. Великий князь считал, что его приемником на должен стать Константин, но Ростов должен унаследовать следующий по старшинству сын Юрий. Константина такой вариант категорический не устраивал. Фактически он выступил против известной традиции, которая приводила к тому, что потомки старших сыновей занимавших великокняжеский стол не имели сколь-нибудь серьезных владений в собственности.

Что бы добиться реализации своих замыслов Всеволод вновь задействовал конструкцию древнерусского ряда. Главный стол княжества не пытался передать не старшему из сыновей, который имел на него все права. Двое младших сыновей остались без причитающихся частей, а еще один Всеволодович оказался обделенным. Характерно, что, узнав о занятии Юрием Владимирского стола, Константин говорит: «То сему ли подобает седети на отни столе, меншему, а не мне болшему?» Исход начавшейся борьбы решила реальная расстановка сил, которая позволила Юрию сохранить власть. Однако Константин неоднократно предпринимал попытки стать великим князем, и в 1216 году ему это удалось.

События 1212 года являют собой классический пример столкновения двух способов княжеского наследования. Один, это даже не завещание, а «ряд», который как мы говорили, имеет существенные особенности. Второй обычно-правовой порядок. Положения ряда Всеволода существенно противоречили такому порядку, и это сделало их нелегитимными в глазах большинства его наследников. Становится очевидным, что даже в начале XIII века попытки использовать завещательную волю для изменения положений наследования по закону были обречены на неудачу.

Третья глава «Правовые факторы образования Русского централизованного государства» состоит из четырех параграфов.

 В первом параграфе «Влияние ордынского ига на престолонаследие» проанализировано влияние режима монголо-татарского властвования на процессы распада государственного единства Древней Руси и централизации.

Согласно свидетельствам летописей военная экспедиция монголо-татар на земли Северо-Восточной Руси первоначально не сопровождалась установлением четкой системы власти. Позже  выяснилось, что источником власти отныне становилось ханское пожалование. Процедуру десигнации должны были пройти все князья Северо-Восточной Руси, включая великого князя Владимирского.

Кроме того, очевидно, что после смены власти в Орде, ранее санкционированные владения требовали переутверждения.

После смерти Батыя и прихода к власти Сартака и позже источники зафиксировали такие факты. Нечто подобное происходит в 1256, 1257 и 1258 годах, когда в Орде после прихода к власти там хана Улагчи последовательно побывали князья Александр Невский, Андрей Ярославич, Борис, Ярослав Тверской, Глеб Василькович. В 1313 году, после того как к власти в Орде пришел хан Узбек, к нему на переутверждение и получение новых ярлыков отправились не только князья, но и митрополит и епископы. Из более позднего периода следует вспомнить события 1359 года, связанные с приходом хана Науруса. Тогда «поидоша во Орду къ новому царю Наурусу вси князи Рустии, и биша челом царю о разделении княжений ихъ, и тако смири ихъ, и раздел положи княжениамъ ихъ, и знати им комуждо свое княжение, и не преступати. И тако раздели ихъ коегождо вотчину его, и отпусти ихъ с миром и с честию». В 1412 году Василий Дмитриевич и Иван Михайлович Тверской ходили в Орду к сыну Тохтамыша хану Зелени-Султану для подтверждения ярлыков на свои княжения.

Еще одна характерная деталь, также зафиксированная в источниках, заключается в том, что после кончины князя-наследодателя потенциальные претенденты на наследство отправлялись к хану и именно там определялись и санкционировались параметры наследственного раздела.

При этом воля хана, как главный фактор легитимации княжеской власти, создавала возможности для того, чтобы нарушить обычноправовой порядок наследования престола и делал невозможным переход престола по завещанию.

Нельзя не заметить что, установление произвольного порядка перехода столов, было умело использовано московскими князьями для приобретения новых территорий (так называемые купли Ивана Калиты, присоединение Нижегородского княжества в конце XIV века) и стало одним из факторов возвышения Москвы.

Как известно, первые из дошедших до нас духовные (завещания) князей связаны с именем Ивана Даниловича Калиты. Чрезвычайно показательно, что завещатель не пытается вовсе распоряжаться великим княжением, а для главного города княжества – Москвы используется правовая конструкция: «Приказываю сыном своимъ отчину свою Москву». Удивляет, что Москва завещается всем сыновьям Ивана Калиты. Это создало впоследствии известную систему совместного владения Москвой. Для других территорий княжества использует обычную для будущих княжеских завещаний формулу: «А се даю сыну своему…». Объяснение этим явлениям, безусловно, стоит искать в ордынском факторе. Зная, что право утверждать переход княжеских столов по наследству принадлежит хану, Иван Данилович, считал невозможным включать такие распоряжения в завещания, будь то судьба великого княжения или Москвы. В подтверждение этого вывода читаем в Лаврентьевской летописи под 1341 годом: «Преставися князь великыи Иванъ Данилович, тое же весны князь Семенъ Ивановичь съ братьею поиде в Орду. Того же лета выиде из Орды князь Семенъ на великое княжение.»

Характерно, что такую же ситуацию зафиксировали духовные московских князей Семеона Ивановича Гордого и Ивана Ивановича Красного. Только во второй духовной Дмитрия Ивановича появилась формула о передаче великого княжения наследнику: «А се благословляю сына своего Василья, своею отчиной великим княжением». Однако, ее появление связано с произошедшим слиянием территории великого княжения владимирского и московского княжества и с общим ослаблением ордынского влияния на Руси.

Власть Золотой Орды постоянно присутствует в духовных как фактор,  ограничивающий завещательную волю московских князей. Иван Калита, а позже Иван Иванович в своих завещаниях предусматривают возможность территориальных потерь по вине татар: «А ци по грехомъ, имуть искати из Орды Коломны, или Лопастеньских мести, или отменьных мести Рязаньскихъ, а по грехомъ, ци отъимется котре место, дети мои, князь Дмитрии и князь Иванъ, князь Володимеръ, и княгини (в то) место поделятся безъпеньными месты.»

Интересно, что в позднейших актах междукняжеских отношений присутствует стандартная фраза, о принятии на себя сторонами обязательств не использовать Орду для претензий на владения друг друга: «А ци имут нас сваживати татарове, а оучнут вамъ давати … нашю отчину… и вамъ ся, брате, не имати…»

Это подтверждает еще один характерный фактор в период ордынского владычества – это прижизненный переход княжеского стола от одного князя к другому.

Очевидно, что само понятие престолонаследия в этом случае носило весьма условный характер. Зачастую ханские решения не только не следовали правовому обычаю наследования престола, а прямо ему противоречили. В течение XIV века большинство попыток подорвать московскую монополию на великокняжеский стол были предприняты в Золотой Орде.

Так в 1353 году новгородцы направляли посольство в Орду с целью добиться передачи ярлыка на великое княжение князю Константину Васильевичу Суздальскому, однако эта инициатива закончилась неудачей. Следующая попытка была более успешной и в 1360 году «прииде из Орды в Володимирь князь Дмитрии Костянтинович Суздальскыи на великое княжение».

Постепенно наблюдается тенденция, в соответствии с которой князья вначале утверждаются в Орде и лишь потом садятся на столы. Причем утверждению подлежат княжения не только на великих столах, но и на сравнительно незначительных. Похоже, что в 40-50 годы XIV века ханская власть над Русью достигает апогея, и потом постепенно ослабевает с началом так называемой ордынской замятни.

Новое усиление власти Золотой Орды наблюдается после похода на Москву Тохтамыша 1382 году. Так после кончины Дмитрия Донского 25 мая 1389 года, его старший сын и приемник Василий Дмитриевич, несмотря на то, что отец благословил его на великое княжение, отправляется в Орду на утверждение. Причем поездка состоялась только после 1392 году, а летописец подчеркивает, что Василий был «позван цесарем». Одновременно с получением великого княжения Василий Дмитриевич добивается ярлыка на Нижний Новгород.

Такая ситуация имела место практически до середины XV века. Еще 1332 году спор о престолонаследии между Василием Василевичем и Юрием Дмитриевичем решался в Большой Орде ханом Улуг-Мухаммедом.

Таким образом, исследование влияния режима ордынского ига на престолонаследие в Древней Руси в XIII-XV веке позволяет сделать следующие выводы.

Со времени первой военной экспедиции монголо-татар на Русь и до поездки в Орду великого князя Ярослава Всеволодовича в 1243 году действовала сложившаяся система престолонаследия с доминированием наследования по правовому обычаю.

С 1243 года единственным законным источником княжеской власти, в том числе при ее переходе по наследству, являлось решение хана Золотой Орды. В соответствии с установившимся порядком каждый князь, вступающий в наследство, должен был пройти процедуру номинации. Юридическим выражением этого являлся особый правоустанавливающий документ – ярлык на княжение.

Каждый приход к власти в Орде нового хана требовал подтверждения прав на княжество и  получения нового ярлыка.

Все эти обстоятельства привели к консервации обычно-правового порядка престолонаследия, препятствовали развитию наследования престола по завещанию. Как результат, это привело к усилению процессов феодального дробления в большинстве русских княжеств.

Кроме того, у князей появилась легитимная возможность претендовать на другие владения, даже в случае если это противоречило сложившемуся обычаю. Это обстоятельство еще более подрывало старую систему престолонаследия и при этом препятствовало становлению четкой системы престолонаследия. С другой стороны этим обстоятельством умело воспользовались московские князья, которые смогли при помощи политических и финансовых инструментов расширить территориальные границы княжество. В итоге это можно обоснованно считать еще одним, ранее не упоминавшимся фактором возвышения Москвы в XIV веке.

Во втором параграфе «Правовые причины возвышения Москвы в XIV веке и династического кризиса XV века» показано влияние правовых факторов на два важнейших процесса определивших ход образования Русского централизованного государства.

XIV-XV века можно назвать временем, чрезвычайно важным в создании Русского централизованного государства. Этот процесс как известно имел две стороны. Во-первых, это объединение русских земель, а во-вторых, создание централизованного государственного аппарата. В XIV веке он начался с возвышения Московского княжества, когда в ходе ожесточенной борьбы с Тверским и Суздальско-Нижегородским княжествами оно становится политическим центром объединения русских земель.

Подчеркивается, что причины возвышения Москвы находились в центре внимания исследователей. В их число традиционно включали выгодное географическое положение, вызвавшее приток населения и развитие экономики и расположение на перекрестке торговых путей. Называлась также умелая политика местных князей и то, что Москва стала резиденцией главы церкви - митрополита.

Однако, в действительности, ряд центров Северо-Восточной Руси имели не менее, а некоторые и более, выгодное географическое и экономическое положение. При этом их экономический и военный потенциал превосходил московский.

Автор полагает, что весьма актуальной является необходимость более обоснованного объяснения причин возвышения Москвы. Представляется, существенную роль в этом процессе сыграли правовые факторы.

На рубеже XIV-XV века можно выделить новый этап в истории самого Московского княжества. Дело в том, что во второй четверти XV века в Москве разгорелась династическая борьба, в ходе которой формально определялось то, какая ветвь великокняжеского дома закрепится на престоле, но в каком направлении пойдет процесс централизации.

Кризис имел правовую природу и был напрямую связан с вопросом о порядке и способе наследования великого княжения. В причинах этого кризиса и механизме его преодоления, по мнению автора, следует искать объяснение многих явлений процесса объединения русских земель вокруг Москвы.

Несмотря на то, что сохранились 10 завещаний великих и 6 удельных князей, относящихся к этому периоду, только во второй духовной Дмитрия Донского, датируемой 13 апреля-16 мая 1389 года присутствует норма, свидетельствующая о передаче престола по завещанию: «А се благословляю сына своего, князя Василья, своею отчиною, великим княжением».   В XV-XVI веках картина столь же неоднозначна. Из 5 великокняжеских духовных только в трех содержится норма регулирующая наследование престола. Это вторая духовная великого князя Василия Дмитриевича, завещания Василия Темного и Ивана III.

В качестве причины этого явлениия можно выделить такое уже ранее отмеченное обстоятельство, как сохранение суверенитета над Русью ордынских ханов. Это резко снижало правовую силу завещаний.

Кроме того, действие наследования по завещанию было ограничено другой формой - наследованием по закону. Как справедливо отмечал М.Ф.Владимирский-Буданов в «Обзоре истории русского права»: «Завещание противоречащее обычаю не исполняется».

Наследование по закону также допускалось в двух основных формах.

Первая форма - это наследование по принципу, который получил в литературе название родового старейшинства. Он означал, что после смерти великого князя престол наследовался по очереди всеми братьями великого князя, а потом переходил к сыновьям старшего из них в той же последовательности. Такой принцип был характерен для замещения главного стола княжества во времена феодальной раздробленности. Уместно вспомнить, что в XIII веке Владимирский великокняжеский стол постоянно замещался в соответствии с этим принципом.

Характерно, что сыновья, каждого из князей, занимавших великокняжеский престол, сохраняли на него формальные права, в соответствии с существовавшим правовым обычаем. Эти два фактора в свою очередь препятствовали государственному единству и неоднократно вызывали конфликты на почве престолонаследия.

Вторая форма - наследование происходило по прямой нисходящей линии, согласно принципу династического старейшинства, когда престол последовательно переходил к старшему сыну великого князя, потом к старшему внуку и т.д.

Анализ свидетельствует, что процессам объединения земель и власти наиболее соответствовал принцип династического старейшинства. Это связано в первую очередь с тем, что происходило отделение центральной великокняжеской власти от феодальных владений на местах. Сам по себе комплекс земель великого князя был значительно обширнее уделов его родственников. Хотелось бы так же отметить еще один фактор напрямую связанный с особенностями средневекового правосознания. Как удалось выяснить исследователям, в основе междукняжеских отношений в средневековой Руси лежали нормы древнеславянского обычного семейного права. Княжеский род мыслился как большая семья. Семья в древнеславянском семейном праве бывает двух видов. Во-первых, это отцовская семья, в которой власть отца над сыновьями весьма сильна, а, следовательно, сводятся к минимуму внутренние конфликты. Этому типу семьи соответствует династическое наследование престола по прямой нисходящей линии. Во-вторых, семья братская, где власть старшего брата, как главы семьи, над младшими значительно слабее, отсюда и частые внутренние конфликты. И этому типу семьи соответствует наследование престола по правовому обычаю родового старейшинства.

Что же касается ключевых причин возвышения Москвы, обосновывается вывод, что в их число следует включить сложивший в московском княжеском доме XIV веке специфический порядок престолонаследия, в сочетании с  отсутствием конфликтов на почве наследования престола. На протяжении всего XIV века в Москве отсутствовали сами условия осуществления одновременно двух описанных правовых механизмов наследования по закону, а, следовательно, и конфликтов между ними. Кроме этого, следует отметить, введенную первыми московскими князьями практику совместного владения Москвой и так называемого «старейшего пути». Весомым фактором возвышения также являлась политика первых московских князей, в частности Юрия Даниловича и немногочисленность наследников по закону, что в свою очередь припятствовало феодальному дроблению княжества.

В противоположность этому у главных соперников Москвы, за политическое первенство на Руси суздальско-нижегородских и тверских князей положение было принципиально иное. Так, например, анализ истории Суздальско-Нижегородского княжества показал, что узловыми моментами, мешающими усилению его политического влияния, была борьба за право наследования и замещения великокняжеского стола, и самими моменты наследственных разделов. После первого раунда такой борьбы нижегородские великие князья должны были отказаться от общерусских притязаний в 1365 году, а неурегулированность двух видов наследования престола по правовому обычаю привела к незатухающим междоусобным конфликтам и, в конечном итоге к присоединению этого княжества к Москве. В свою очередь, это делало возможным постоянное вмешательство в борьбу за власть в княжестве со стороны Золотой Орды и Москвы.

Вместе с тем, практика наследования власти по завещанию и реализации завещательной воли в Москве к началу XV века была в стадии становления. В завещении Дмитрия Донского была заложена известная неопределенность в регулировании наследования великокняжеского стола. С одной стороны наследником престола объявлялся старший сын Дмитрия Василий. Но при этом регламентировалось, что в случае его смерти престол наследует следующий по старшинству брат Дмитрия – Юрий.  Вполне возможно, что при составлении завещания не учитывалось возможное появление у Василия наследника, который родился в 1416 году. Эта правовая неопределенность создавала противоречие между двумя возможными вариантами наследования престола. Она не могла быть разрешена на основании обычноправового порядка, который допускал и родовой и династический принцип наследования. Дополнительным фактором являлась апелляция к фактору ордынского суверенитета над Русью. В период правления Василия I указанные обстоятельства былит лишь источником политической напряженности, однако, после его смерти в 1425 году они вылилось в открытое противостояние, в ходе которого престол неоднократно переходил из рук в руки.

В связи с изложенным чрезвычайно важной задачей великокняжеской власти являлось создание правового механизма, котрый обеспечивал выход из затяжного династического кризиса.

В третьем параграфе «Институт соправительства и переход к наследованию по прямой нисходящей линии как факторы централизации» исследованы механизмы выхода из династического книзиса второй четверти XV века и перехода к новой модели престолонаследия, а также показано влияние этих факторов на процесс образования Русского централизованного государства.

Носителями центростремительных тенденций, одним из которых, несомненно, являлся великий князь Василий Васильевич Темный (1462-1505), был создан механизм, включающий и правовые инструменты, который обеспечивал легитимный переход престола и исключал конфликты на этой почве. Предлагается определить этот механизм как институт соправительства.

Автор почеркивает, что похожий термин применительно к различным явлениям истории средневековья неоднократно уже использовался исследователями.

Данное явление не является исключительной особенностью только московской Руси в рассматриваемый период. Оно встречается в ряде восточных средневековых государств, где привело к разделению страны на две части, в каждой из которых правил особый монарх. Известно, подобное территориальное разделение державы в государстве, созданном Чингисханом и различных его частях. Подобное же явление с названием диархия существовало, например, в Японии (микадо и сёгун). Нечто подобное встречается в Хазарском каганате, где существовало разделение власти между хаканом и бегом.

Русский материал дает так же немало примеров соправительства. В IX-X веках это уже отмеченное нами параллельное упоминание в источниках в качестве правителей князей Олега и Игоря, Ольги и Святослава. Иногда это было своего рода регентство, при котором роль соправителя играл, как правило, дядя со стороны матери – «вуй» (князь Владимир Святославич и Добрыня). Такое родственное соправительство иногда называют в литературе «авункулатом».

В более поздний период в XII веке известны, по меньшей мере, несколько случаев одновременного сидения князей на великокняжеском столе в Киеве - соправительства или дуумвирата. Правовое содержание данной структуры - разделение старейшинства и реальной власти.

Анализ показал, имелось в истории, по меньшей мере, четыре варианта явления, которое называются общим термином - соправительство.

1. Соправительство, основанное на разделение территории государства на две части, с отдельным монархом каждой из них.

Выделяется несколько версий происхождения данного вида соправительства.

а) коренящегося во фратриальном разделении племен на две части;

б) происходящего из военно-организационных форм разделения войска на правое и левое крыло;

в) вызванного необходимостью управления огромными завоеванными территориями;

2. Соправительство, основанное на разделении не территории, а власти в ряде раннеклассовых обществ (Япония, Хазарский каганат, Киевская Русь в IX-X вв.). Наиболее убедительная причина возникновения данного варианта может быть связана с явлением табуирования монарха - священной личности, от которого во многом зависит благополучие подданных. Поэтому рядом с таким монархом появлялся правитель, занимавшийся реальными государственными делами.

3. Соправительство - существовавшее в Киеве во второй половине XII века и заключавшееся в одновременном замещении престола двумя князьями, один из которых имел формальное старшинство, а другой реальную власть. Данный вариант имел чисто политические причины.

4. Соправительство в XV веке можно характеризовать как  правовой институт, основные черты которого нашли отражение в целом ряде однородных государственно-правовых норм. Главными целями его были следующие:

Создание правового механизма наследования власти, исключающего конфликты на почве наследования престола.

Создание условий для усиления политической роли старшего сына великого князя еще при жизни отца.

Создание правового механизма, обеспечивающего переход части властных полномочий к наследнику-соправителю, составляющих основу его правового статуса.

Как показывает анализ, правовой институт соправительства включал совокупность правовых норм регулирующих:

1. Номинацию (дисигнацию) - прижизненное назначение монархом наследника престола.

2. Провозглашение его великим князем и включение этого титула в большинство правовых актов.

3. Постепенное формирование комплекса прав и обязанностей в различных сферах государственной власти, характеризующих правовой статус наследника как соправителя.

Автором рассмотрен процесс формирования основных компонентов правового института соправительства  на материале Московского княжества XV века, так  как именно в эти годы имели место случаи соправительства: вначале это соправительство Василия Темного с Иваном III, а затем соправительство самого Ивана с Иваном Ивановичем Молодым.

Как известно, в этот период форму правления Русского государства можно определить как раннефеодальную монархию. В руках великого князя концентрируется вся полнота власти - законодательной, административной (исполнительной) и судебной. Источники права позволяют вычленить права и обязанности наследника-соправителя, составляющие основу его правового статуса.

Впервые в правовом документе старший сын Василия Темного Иван называется великим князем в 40-е годы XV века в договоре-докончании Василия II с суздальским князем Иваном Васильевичем . Датировка грамоты весьма надежна и связана с упоминанием митрополита Ионы, поставленного собором епископов 15 декабря 1448 года, но до рождения сына Василия II Бориса Меньшого 22 июня 1449 года, не упомянутого в грамоте .

Однако дополнительное привлечение других источников позволяет предположить, что получению Иваном великокняжеского титула предшествовала особая процедура номинации - провозглашения его наследником. Правовые последствия этого шага зафиксированы в ряде нормативных актах того времени. В договоре с великим князем литовским Казимиром, который обычно датируется 31 августа 1449 года, Иван Васильевич прямо называется наследником, но при этом не имеет еще титула великого князя .

Номинация знаменовала собой первый этап становления института соправительства и подготовило почву для получения Иваном титула великого князя. Проведенный анализ источников показывает, что великим князем Иван Васильевич был провозглашен летом - осенью 1448 года.

Любопытно, что какое-то время в течение конца 1446-1450(?) годов Иван Васильевич фигурирует отдельно от других своих братьев, благодаря правовому статусу наследника, а потом и великого князя, однако в начале 50-х годов происходят важные изменения. Рядом с двумя великими князьями появляется третья фигура - второй сын Василия II - Юрий, родившийся 22 января 1441 года . Анализ правовых актов свидетельствует, что возникает своеобразный трехчленный формуляр грамот, где вслед за великими князьями Василием и Иваном следует князь Юрий, отдельно от остальных детей.

Таким образом,  налицо ситуация, когда согласно правовым документам юридический статус Юрия Васильевича значительно выше, чем младших детей великого князя. У Василия II оказывается как бы два наследника: великий князь Иван и князь Юрий. Закрепление особого статуса второго сына великого князя, вероятно объясняется тем, что приходилось постоянно опасаться возобновления борьбы за московский престол. Непредвиденные обстоятельства, в частности, внезапная смерть старшего сына, могли бы вызвать кризис наследования сопоставимый с тем, в результате которого началась феодальная война. В работе показаны причины возникновения нового случая соправительства Ивана III, вступившего на великокняжеский престол в 1462 года, и его старшего сына Ивана Ивановича Молодого (родился в 1458 году). Подчеркивается, что в результате реализаций положений завещания Василия II возникла новая система феодальных княжеств - уделов братьев великого князя: Дмитровский - Юрия, Углицкий - Андрея, Волоцкий - Бориса, Вологодский - Андрея Меньшого. Территория непосредственно подвластная великому князю значительно уменьшилась. Иван Васильевич получил 12 городов, а его младшие братья в совокупности 11 . Кроме того, сохранялся закрепленный в ряде правовых документов особый статус князя Юрия Васильевича Дмитровского. Именно он с 1462 года занимал второе место в иерархии московского княжеского дома.

Первое упоминание Ивана Ивановича в качестве великого князя относиться ко времени новгородского похода 1471 года , а в официальном московском актовом материале этот титул встречается еще позже, с 1473 года . Между тем нижеприведенный анализ правовых актов позволяет утверждать, что и в этом случае получению великокняжеского титула предшествовало явление номинации - провозглашения Ивана Молодого наследником.

Далее диссертантом осуществлено сравнительно-правовое исследование двух случаев соправительства, один из которых имел место в конце 40-х - начале 50-х годов XV века в составе Великого князя Василия Васильевича Темного (1425-1462) и его старшего сына Ивана (родился в 1440 г.), а второй - в конце 60-х - 80-х гг. XV века, в составе Великого князя Ивана III (1462-1505) и его старшего сына Ивана Молодого (родился в 1458г.). Данное исследование позволило автору сделать выводы о том, что в процессе формирования соправительства можно выделить общие этапы. Вначале - это провозглашение старшего сына действующего Великого князя наследником престола. Устойчивый характер это явление приобретает только после признания данного факта основными субъектами междукняжеских отношений и закрепления его в правовых актах. Следующим этапом является получение наследником титула великого князя.

Приходится констатировать, что во втором случае этот путь был более труден и тернист. Ивану III, по меньшей мере дважды, приходилось возвращаться к status quo, пока великокняжеский титул Ивана Молодого не был признан братьями - основными претендентами на наследование престола, по принципу родового сюзеренитета. Только после правового закрепления титула наследника в договорах с братьями он бесповоротно входит в юридическую практику. Особенность первого случая соправительства - появление третьей фигуры в княжеской иерархии, которая, благодаря своему правовому статусу, обладала комплексом прав, соизмеримым с правами наследника-соправителя. Указанную практику следует признать неудачной, поскольку, после вступления нового Великого князя на престол, ему пришлось столкнуться с противодействием своим попыткам воспроизвести институт соправительства и, тем самым, закрепить новый порядок наследования престола.

В параграфе четвертом «Отражение процессов централизации в великокняжеском титуле» показаны этапы закрепления в титуле великого князя включения в состав складывающиегося Русского централизованного государства новых территорий и укрепления великокняжеской власти.

Доказывается, что вопрос состава и использования великокняжеского титула, в рассматриваемый период, теснейшим образом с переходом к доминированию от наследования престола по принципу родового старейшинства к наследованию по прямой нисходящей линии. Появление в составе титула великого князя новых компонентов является признаком усиления власти великого князя. Он позволяет проследить процесс формирования правового принципа - единства земли.

Исследование состава титула помогает прояснить процесс постепенной трансформации раннефеодальной монархии в самодержавную. Об этом, в частности, дает представление повсеместный переход от наименования великого князя «господином», что означало власть над свободными людьми, к наименованию «государь», фиксирующему отношения монарха с подданными , либо использование этих наименований одновременно. В рассматриваемый период принципиальная разница особенно заметна в случае с московско-новгородским конфликтом 1471 года. Тогда именно обращение новгородцев к Ивану III послужило формальным поводом к началу боевых действий.

Прослеживается изменение самого наименования монарха. Во-первых, происходит появление в ряде правовых актов и официальных документах, а не только в нарративных памятниках титула «царь», употребляемого наряду с титулом «великий князь». По мнению М.Ф.Владимирского-Буданова, этот титул олицетворял, во-первых, власть над другими государями, а во-вторых, «международное значение полной независимости от других государств», т.е. суверенитет государства.

Во-вторых, это свидетельствует о появлении такого признака государственного единства как распространение суверенной власти на всю территорию государства. Рассматриваемый период, в известной мере, переломный, когда в состав правовых актов и официальных документов входит дополнение к титулу в виде слов «всея Руси».

Кроме того, в параграфе рассмотрено соотношение состава титулов государя и наследника. Это также может дать представление об объеме власти великих князей.

Подчеткивается, что титул с добавлением слов «всея Руси» употребляли в XIV веке великие князья Иван Калита (1425-1440 гг.) и Симеон Гордый (1440-1453 гг.). Однако его реальное содержание было иное - значительно уже, чем во второй половине XV века. Уместно связать его появление с локальными политическими успехами этих князей, а так же с получением впервые московскими князьями великого княжения владимирского.

После длительного перерыва титул «великий князь всея Руси» начинает употребляться вскоре после вступления на престол великого князя Ивана III с 1464 года. Наиболее интенсивно он применяется, начиная с 70-х годов. В 1474 году зафиксировано первое из дошедших в составе правового акта наименование великого князя Московского в качестве «царя всея Руси».

Большинство из рассмотренных упоминаний в источниках связано с вопросами отношений Москвы, Новгорода Великого и Пскова. Это позволяет сделать обоснованный вывод о том, что первоначально, примерно с начала 70-х гг. титул в указанном составе употребляется почти исключительно в этой сфере. В отношениях с другими государствами в 70-е годы известен лишь один случай его использования (в договоре Новгорода и Пскова с епископом Юрьевским), с Польско-Литовским государством - регулярно лишь с 90-х гг.

В сфере правового регулирования междукняжеских отношений титул великий князь всея Руси впервые используется в 1483 году в жалованной, разводной грамоте Ивана III, выданной Борису Волоцкому. Это объясняется формой самого источника права, предполагавшего не договор сторон, а одностороннее пожалование со стороны великокняжеской власти. Появление указанного титула в договоре с Михаилом Борисовичем Тверским связано с чрезвычайным ослаблением его позиций как суверенного государя незадолго до присоединения Тверского княжества к Москве. В целом появление титула в практике правового регулирования междукняжеских отношений означало официальное признание субъектами этих отношений распространения суверенитета великого князя на вновь присоединенные земли, общенационального характера его власти и торжество правового принципа единства земли.

Еще одна сфера использования нового великокняжеского титула - сфера правового регулирования поземельных отношений. В конце 1479-начале 1480 года появляются грамоты, где Иван III именуется в начальной части «великим князем всея Руси». Все эти грамоты относятся к категории жалованных и кормленных и регулируют сферу поземельных отношений. Даже беглый анализ показывает, что число их особенно быстро возрастает в период 1483-1485 годов. Исследователи также обратили внимание на тот факт, что в данный период, вплоть до присоединения Твери к Московскому княжеству данный состав великокняжеского титула, соседствует с документами, где Иван III именуется только «великим князем». После 1485 года происходит полная унификация формуляра грамот по вопросам поземельных отношений и словосочетание «всея Руси» прочно входит в состав этих актов.

Анализ случаев использования великокняжеского титула наследником-соправителем позволяет сделать важный вывод. Ни в одной из сфер правотворческой деятельности правовой статус Ивана Молодого не позволял использовать титул «великого князя всея Руси». Исключение составляют московско-новгородские отношения. Впрочем, после присоединения Новгорода в Москве данные полномочия утратили актуальность. Отсутствие у наследника-соправителя прав на употребление титула «великий князь всея Руси» позволяет считать это одной из главных особенностей его правового статуса. Это оставалось исключительным правом старшего великого князя.

Глава четвертая «Изменение правового статуса монарха в XV веке как отражение процесса эволюции Древнерусского государства» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Трансформация княжеской корпорации и правомочий великокняжеской власти в сфере междукняжеских отношений» рассмотрены вопросы перехода отношений всех князей-рюриковичей с великим князем от вассалитета к подданству и усиления власти великого князя и его наследника – соправителя.

Подчеркивается, что все князья в Древней Руси обладали суверенитетом над подвластной им территорией и в этом смысле они равноправны. При этом они связаны между собой системой отношений сюзеренитета-вассалитета. Формально глава княжеского сословия – великий князь Владимирский, но из этого правила бывали исключения. Так в договоре 1439 года великие князья Василий Васильевич Темный и Борис Александрович Тверской названы равными братьями. Ступенькой ниже стояли так называемые великие князья, возглавлявшие суверенные княжества и сами являвшиеся главой корпорации удельных князей. Такими в разное время были великие князья тверские, рязанские, суздальско-нижегородские, ростовские, смоленские и другие. Великие княжества это конгломерат удельных, во главе которых также стояли князья-рюриковичи. 

Характерно, что правовые акты, а также соответствующие сообщения летописи для описания междукняжеских отношений также используют семейную терминологию: отец, сын, брат старейший, брат молодший, брат меньшой. Причем, это отнюдь не означает, что князья в действительности находятся в таком родстве. Однако в качестве юридических категорий не использовались термины, обозначающие боковых родственников: дядя, племянник, дед, внук. В реальности все эти категории довольно точно отражают место каждого из князей в иерархии рода Рюриковичей.

Так великий князь Владимирский для всех остальных князей «брат старейший». Региональные великие князья, как правило, его «братья молодшие», но в свою очередь старейшие для удельных князей своего и соседних княжеств. Но была еще категория «меньших братьев», которые стояли еще ниже в княжеской иерархии. Каждая из этих категорий князей имела специфические черты правового статуса. Отличия состояли в объеме взаимных прав и обязанностей, вытекавших из отношений сюзеренитета-вассалитета. Эти обязанности князя-вассала касались участия в военных походах сюзерена, контактов с другими князьями, режима приема на службу бояр, предоставления важной информации (о злоумышленниках, возможном военном нападении и др.), запрета на дипломатические отношения с Ордой, режима осуществления отдельных полномочий и ряда других случаев.

Во второй половине XV века происходят важнейшие изменения в структуре княжеского сословия и взаимоотношений его членов.

Во-первых, это начавшийся в XIV веке процесс перехода измельчавших князей либо утративших удел Рюриковичей на службу к великому князю Московскому. При Дмитрии Донском на московскую службу перешли Стародубские князья, от которых произошли такие известные фамилии как Ромодановские, Пожарские, Ряполовские, Хилковы и другие. Позже – князья Звенигородские, происходившие из черниговской ветви Рюриковичей, суздальские (Шуйские и Горбатые), ростовские (Приимковы, Лобановы, Катыревы и др.), ярославские (Шаховские, Засекины, Прозоровские и др.), тверские и рязанские. В XV веке процесс стал приобретать массовый характер и завершился ликвидацией уделов собственно князей московского дома. Эти, так называемые служилые князья или княжата входили в Думу, совещательные орган при великом князе, зачастую сохраняли полностью или частично свои земли, имели на них феодальный иммунитет и привилегии, но утратили над ними суверенитет и уже не являлись субъектами междукняжеских отношений.

При этом характерно, что подобные служилые князья были не только у московских великих князей, но и у удельных князей московского дома, и у региональных великих князей.

Во-вторых, это трансформация отношений в собственно московском княжеском доме. В XIV веке московские князья – родные братья заключают соглашения «у отня гроба» (у отцовского гроба). Отличие старшего из них помимо обладания великокняжеским титулом - это наличие вначале небольшого «старейшего пути». Даже доходы со столицы княжества - Москвы традиционно разделены между наследниками. О решающем доминировании великого князя над братьями и другими родственниками вплоть до второй половины XV века говорить не приходится. Яркое свидетельство этого так называемая феодальная война, которая разразилась в Московском княжестве во второй четверти XV века.

В-третьих, понимание власти как семейного атрибута всех Рюриковичей наложило заметный отпечаток на матримониальные связи князей. Наиболее частый случай - брак с представительницами рода. Ранее из этого правила бывали исключения. В XI-XII веках наиболее значительные из князей нередко вступали в династические браки с принцессами из соседних государств: Владимир Святой с Анной из Византии, Ярослав Мудрый с Ириной (дочерью короля Олафа), Всеволод Ярославич с Ириной (дочерью императора Константина Мономаха).

В XIII – XIV веках нередки браки князей в Орде, что также вполне объяснимо. Однако со второй половины XV века традиция династических браков великокняжеской семьи вновь возрождается. Иван III вторым браком женится на Софье Палеолог, Иван Иванович Молодой – на Елене дочери молдавского господаря Стефана Великого. Причина этого очевидна: продемонстрировать, что московская великокняжеская династия стоит по статусу намного выше остальных князей. Этой же цели служило устойчивое употребление с этого времени титула «великий князь всея Руси», и попытка ввести в него слово «царь».

Построенные на основе древнеславянского семейного права отношения внутри княжеской корпорации с развитием процесса образования единого государства в XV веке трансформируются из системы вассалитета в отношения подданства, нормы функционирования отцовской семьи постепенно вытесняют обычаи братской семьи, а династическое наследование по прямой нисходящей линии в форме завещания, передачу власти по правовому обычаю старшему в роде князю.

Правовой статус великого князя в этот период включал целый комплекс юридически закрепленных прав и обязанностей. Анализ правовых актов, регулирующих междукняжеские отношения, в первую очередь, договорных (докончальных) грамот между князьями дает возможность автору сделать следующие выводы.

На протяжение второй половины XV века идет процесс увеличения правомочий великокняжеской власти по отношении к другим князьям московского дома.

В продолжении всего первого случая соправительства правомочия в этой сфере относились ко всем, в совокупности, детям Василия II. Они выступали как единый субъект междукняжеских отношений. Полномочия соправителей в данном случае вычленить не представляется возможным;

На рубеже 60-70 годов наследник-соправитель, еще не имеющий титула великого князя, становится субъектом правового регулирования междукняжеских отношений. Он наделяется рядом полномочий в этой сфере. Вместе с тем, сохраняется ряд вопросов, находящихся в исключительном ведении его отца;

В дальнейшем наблюдается тенденция унификации полномочий соправителей, которая завершается почти полным сравниванием элементов структуры их правового статуса. Единственное право, которым не наделен наследник - это право земельного пожалования. При этом великий князь и наследник соправительствуют без разделения власти.

Второй параграф «Полномочия великого князя и наследника в сфере внешней политики и церковно-государственных отношений» посвящен рассмотрению формированию в указанных сферах правомочий наследника великого князя, составляющих основу его правового статуса.

Исследование полномочий наследника-соправителя в сфере внешней политики осуществлялось по следующим направлениям: отношения с Большой Ордой, Новгородом Великим и Псковом.

Анализ договоров между князьями, применительно к отношениям Московского княжества с Большой Ордой позволил автору сделать выводы о том, что в течение всего периода соправительства Василия Темного и Ивана Васильевича наследник не обладал полномочиями в области отношений с Ордой. Это было исключительным правом его отца и соправителя. В период второго соправительства у наследника появляется право дипломатических сношений с Ордой, идентичное отцовскому. Появляется оно только после окончательного признания и юридического закрепления за ним титула “великий князь”.

Право сбора дани и передачи ее в Орду долгое время являлось исключительной прерогативой Великого князя - отца. Только после 1486 года (Договоры с Андреем Углицким и Борисом Волоцким) идентичные права появляются и у Великого князя-наследника. Наконец, в полномочия Великих князей-соправителей входило право принимать на службу татарских царевичей.

Диссертант делает вывод о том, что наблюдается постепенное сближение этой части правового статуса великих князей- соправителей, пока их права постепенно не становятся идентичными.

Рассмотрение данных о полномочиях наследника-соправителя в отношении Великого Новгорода по материалам двух договоров Яжелбицкого 1456 и Коростынского 1471 года, актов древнерусского канонического права, с привлечением данных исторических источников, позволило прийти к  заключению, что княжеский престол в Новгороде занимали, одновременно, оба князя- соправителя. При этом в рассмотренных случаях соправители обладали идентичными правами в отношении урегулирования спорных ситуаций между Москвой и Новгородом.

С московско-псковскими отношениями связаны факты, позволяющие судить о правовом статусе третьего соправителя в 50-начале 60 годов - князя Юрия Васильевича. Это выполнение функций Псковского князя, назначение наместника по повелению отца - великого князя, некоторые дипломатические функции в переговорах с немцами.

По мнению автора, начиная с 70-х годов, Великие князья- соправители Иван III и Иван Молодой занимали княжеский стол в Пскове, одновременно. При этом, как показывают правовые акты и дополнительные источники, они обладали равными правомочиями при решения псковских вопросов.

Данные о праве наследника-соправителя участвовать в регулировании вопросов церковно-государственных отношений весьма фрагментарны и содержатся, в основном, в источниках церковного права. Тем не менее, в процессе исследования диссертанту удалось выяснить, что в круг полномочий наследника-соправителя входило участие в решении общецерковных вопросов.

В первую очередь, это право созыва Поместного собора Русской православной церкви - высшего канонического органа, компетентного решать любой вопрос церковной жизни. Кроме того, это право вносить кандидатуры для утверждения на архиерейские кафедры.

В третьем параграфе «Основы правового регулирования поземельных отношений наследником – соправителем» проанализирована динамика увеличения полномочий наследника великого князя московского в этой важнейшей сфере осуществления государственной власти во второй половине XV века.

В сфере правового регулирования поземельных отношений правовой статус Великих князей-соправителей включал полномочия, позволяющие осуществлять правовое регулирование поземельных отношений в масштабах всего государства.

Автору удалось доказать, что, вопреки распространенному мнению, эти полномочия со стороны наследника великого князя не были обусловлены передачей этих земель ему в удел.

Диссертант считает, что правовой статус наследника-соправителеля позволял ему осуществлять правовое регулирование поземельных отношений на всей территории, находящейся под юрисдикцией великих князей Московских. Содержащиеся в правовых актах  материалы позволяют утверждать, что наследник выдавал грамоты на различные земли одновременно. Это может свидетельствовать, что наследник осуществлял правотворчество не являясь удельным князем данной территории.

В период 50-80 гг. XV века происходил процесс увеличения объема полномочий наследника-соправителя в вопросах правового регулирования поземельных отношений, в сторону идентификации их с полномочиями отца. Если в 50-х годах в правовых актах зафиксирована несамостоятельность действий наследника в вопросах иммунитетной политики (выдача грамот, предоставляющих землевладельческие  льготы), то в 80-е годы правовые акты фиксируют равенство прав соправителей в судебном разрешении земельных споров.

Даже, несмотря на провозглашение Ивана Ивановича Молодого великим князем Тверским, на всем протяжении его владения княжеством (1485 - март 1490 гг.) за его отцом Иваном III сохранялся суверенитет над Тверью в вопросах межгосударственных отношений.

Наконец, сделанные автором диссертации выводы позволяют по новому подойти к времени издания всех правовых актов Ивана Ивановича Молодого,  не имеющих точной даты. Это должно быть время, когда Иван Иванович носил титул великого князя и осуществлял полномочия соправителя в период 1471 - март 1490 года, включая и период его Тверского княжения. При это надо учитывать, что полномочия наследника имели тенденцию к увеличению и сближению с полномочиями его отца.

В Заключении резюмируется содержание работы, подводятся выводы исследования.

В частности, подчеркивается, что господствующим способом наследования престола в Древней Руси до XIV века был обычно-правовой порядок. Он подразумевал раздел наследства между всеми сыновьями наследодателя. Это обстоятельство, в значительной мере, способствовало распаду государственного единства Киевской Руси и форсированному развитию процессов феодальной раздробленности.

Установление Ордынского ига на Руси привело к консервации существующей модели престолонаследия, припятствовало переходу к наследованию по завещанию, поскольку передача власти была возможна только на основании решения хана.

Бесконфликтный переход власти в Московском княжестве, в противовес регулярным столкновениям на почве престолонаследия у главных соперников Москвы тверских и суздальско-нижегородских князей явился существенным фактором возвышения Москвы.

Столкновение доминировавшего ранее обычно-правового порядка с нарождающися наследованием по завещанию стало основной причиной возникновения династического кризиса второй четверти XV века.

В целях преодоления этого кризиса и создания механизма для доминирования династического способа наследования престола в течение 50 лет XV века на Руси создается правовой институт соправительства. Он создавал правовой механизм, позволяющий гарантировать реализацию завещательной воли монарха, сводил к минимуму конфликты на почве престолонаследия, создавал необходимые условия для юридического закрепления наследования престола по прямой нисходящей линии.

Сделан вывод о том, что переход к наследованию престола по завещанию, обеспечивший доминирование престолонаследия по прямой нисходящей линии (от отца к старшему сыну и внуку) явился весомым фактором в процессе образования Русского централизованного государства.

Положения диссертации отражены в следующих основных публикациях автора:

Статьи, опубликованные в ведущих научных изданиях, рекомендованных ВАК министерства образования и науки РФ для публикации основных научных результатов диссертации на соискание ученой степени доктора наук

        1. Наследственное право в Древней Руси (генезис и основные положения). // Государство и право. – 2010. - № 4. – 0,8 п.л.
        2. Об отношениях великокняжеской власти с Троице-Сергиевым монастырем в период феодальной войны (40-е годы XV в.) // Вестник Московского университета. Серия 8. История. – 1993 – № 2. – 0,9 п.л.
        3. Наследование престола на Руси и институт соправительства как факторы централизации. // Вопросы истории. –  2001.- № 11-12. – 0,5 п.л.
        4. Влияние ордынского ига на престолонаследие // Юридический мир.- 2010. - № 4. – 0,5 п.л.
        5. Трансформация княжеской корпорации в XV веке и процесс образования русского централизованного государства. // Юридический мир.- 2010. № 1. – 0,4 п.л.
        6. Правовые основы регулирования поземельных отношений наследником-соправителем великого князя Московского во второй половине XV века. // История государства и права.- 2010. № 10. – 0,9 п.л.
        7. Институт соправительства и его влияние на образование Русского централизованного государства в XV веке. // История государства и права.- 2009. № 21. – 0,3 п.л.
        8. Правовой статус наследника престола на Руси в XV веке. // Юридический мир. - 2009. № 12. – 0,9
        9. Титул великих князей на Руси в XV веке и правовые аспекты его использования. // Юридический мир. - 2009.-  № 11. – 0,9
        10. Правовые факторы эволюции Древнерусского государства  XI – XV вв.// Юридический мир.- 2010. - №  5. – 0,6
        11. Титул «великий князь всея Руси» в конце XV в.: трансформация раннефеодальной монархии в самодержавную.// История государства и права.- 2009.-№ 23. – 0,3

Монографии

        1. Историко-правовые факторы эволюции Древнерусского государства в IX –XV вв.: монография. Москва, 2010 – 18 п.л.
        2. Правовой режим наследования престола в Древней Руси IX – начала XVI  вв. Историко-правовое исследование.: монография. – Москва, 2009 – 14п.л.
        3. Великокняжеская власть в средневековой Руси. Очерки истории и права.: монография (в соавторстве). – Москва, 2003. – 8 п.л.
        4. Очерки по истории княжеской власти и соправительства на Руси в IX – XV вв.: монография (в соавторстве). – Москва, 1995. – 7,5 п.л
        5. Управление Россией. Опыт. Традиции. Новации. XVI – XX вв.: коллективная монография. – Москва, 2007 – 24 п.л.

 

Иные публикации

        1. Формирование института соправительства в Московском государстве XV в. // Проблемы политической истории и историографии. М., 1994. 0,6 п.л.
        2. Великокняжеский титул на Руси в XV веке и эволюция института престолонаследия. // Вестник Российской академии естественных наук. – 2006. – № 4. – 0,5 п.л.
        3. Наследственный переход власти в линии князей – потомков Всеволода Ярославича (конец IX – начало XIII вв). // Вестник Российской академии естественных наук. – 2006. – № 4. –  0,7 п.л.
        4. Наследование власти в Муромо-Рязанском княжестве (XII – XIII вв.)  // Вестник Российской академии естественных наук. – 2006. – № 4. – 0,2 п.л.
        5. Полномочия наследника великого князя Московского в сфере междукняжеских отношений (вторая половина XV века) // Вестник Российской академии естественных наук. – 2006. – № 4. –  0,3 п.л.
        6. Наследственная передача власти на Руси в древнейший период IX – XI вв. п.л. // Вестник Российской академии естественных наук. – 2006. – № 4 (специальный выпуск). – 0,2 п.л.
        7. Отношения внутри княжеского сословия Северо-Восточной Руси в XV веке: иерархические, личные и семейные связи // Вестник Российской академии естественных наук. – 2006. – № 4 (специальный выпуск). – 0,5 п.л.

ПСРЛ Т.1. С. 217-18.

ПСРЛ Т.1. Стб. 295.

ПСРЛ Т.1. С.301.

Феннел Д. Кризис средневековой Руси. М. 1989. С. 76.

Кучкин В.А. Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси. М.1984. С. 100.

Ю.А.Лимонов считал, что Ростиславичи были замешаны в заговоре и убийстве Андрея Боголюбского. Лимонов Ю.А. Владимиро-Суздальская Русь. Л., 1987. С. 91.

ПСРЛ Т. 9, СПб, 1863. С. 231.

Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. (НПЛ) М.-Л. 1950., C.403

Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV-XVI вв. М.-Л. 1950 (ДДГ) № 1. С.7-11.

ПСРЛ Т. 1 С. 531.

ДДГ № 12. С. 34.

ДДГ № 1. С 8, 10, ; № 4. С. 16.

ДДГ № 59. С. 187.

НПЛ С. 366.

Насонов А.Н. Монголы и Русь. М.; Л., 1940. С. 117-122.

В.Д.Назаров считал, что ханский ярлык на княжение получил также Иван III с 1462 году. Однако, приводимые аргументы носят косвенный характер. См. История России с древнейших времен до конца XVII века. М., 1996. С. 316-317.

ДДГ № 12. С.33.

См: Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права.; Товстамес Н.Н. Свобода завещательной воли по русскому праву в различные периоды его развития // Журнал министерства юстиции, 1902, № 8.

Пресняков А.Е. Княжое право Древней Руси. Очерки по истории X - XII столетий. Лекции по русской истории. Киевская Русь. М., 1993. 62, Толочко А.П. Князь в Древней Руси:  власть, собственность, идеология. Киев., 1992.

Пресняков А.Е. Княжое право в Древней Руси. С. 7-27.

Леонтович Ф.И. О значении верви по «Русской Правде» и «Полицкому статуту» сравнительно с задругою юго-западных славян // Журнал Министерства народного просвещения. 1867. № 4. С. 140-143.

ДДГ № 12. С.34.

Заходер Б.Н. Каспийский свод сведений о Восточной Европе: Горган и Поволжье в IX-X вв.- М.,1962- С.204-227.

  Александров Д.Н. , Мельников С.А., Алексеев С.В. Очерки по истории княжеской власти и соправительства на Руси в X-XV вв.- М., 1995 С.12.

Толочко А.П. Князь в Древней Руси. С.48.

Трепавлов В.В. Соправительство в Монгольской империи (XIII в.) Archivum Eurusiae medii aevi. VII. 1987-1991. Wiesbaden.

Фрезер Д.Д. Золотая ветвь. Исследование магии и религии. М., 1986. С. 165-74.

Толочко А.П. Князь в Древней Руси. С. 20-21.

ДДГ № 52 С.155.

ДДГ № 52. С. 160.

ДДГ № 53 С.161.

ПСРЛ М.-Л, 1953. Т.26 С. 194.

ДДГ №  61. С.193-199.

ПСРЛ Т. 27. М.- Л., 1962. С. 132.

ДДГ № 69. С. 225, 227, 229.

Лакиер А.Б. История титула государей России. Спб. 1847. С.24.

Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. С.168-169.

Кучкин В.А. О времени написания Буслаевской псалтыри. // Древнерусское искусство. Рукописная книга. М., 1973. С.223.

Зимин А.А. Формирование боярской аристократии в России во второй половине XV-XVI в. М. 1988.

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.