WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Гражданско-правовая охрана средств индивидуализации товаров в рыночных условиях

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 

На правах рукописи

                                   ГУЛЬБИН ЮРИЙ ТЕРЕНТЬЕВИЧ

ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ОХРАНА СРЕДСТВ ИНДИВИДУАЛИЗАЦИИ ТОВАРОВ В РЫНОЧНЫХ УСЛОВИЯХ

                      Специальность 12.00.03 - гражданское право;

предпринимательское право; семейное право;

международное частное право

АВТОРЕФЕРАТ

                             диссертации на соискание ученой

степени  доктора  юридических наук

Москва, 2010


Работа выполнена на кафедре социально-гуманитарных дисциплин факультета экономических и социальных наук ГОУ ВПО «Академия народного хозяйства при Правительстве Российской Федерации».

Официальные оппоненты:              доктор юридических наук, профессор Зенин Иван Александрович

доктор юридических наук, профессор Михеева Лидия Юрьевна

доктор юридических наук, профессор Орлова Валентина Владимировна

Ведущая организация                    ГОУ ВПО «Российский университет дружбы народов»

Защита состоится  26 октября  2010 г. в  13-00  часов на заседании Диссертационного совета Д 504.001.03 при ГОУ ВПО «Академия народного хозяйства РФ» по адресу: 119571, г. Москва, пр-т Вернадского, 82, зал заседаний Ученого Совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ГОУ ВПО «Академия народного хозяйства РФ».

Автореферат разослан “____”_________2010 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Д 504.001.03

кандидат юридических наук,

доцент                                                                                        Л. А. Емелина                                                                               


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования определяется особой ролью интеллектуальной собственности на современном этапе и средств индивидуализации товаров и услуг в частности. Наряду с другими факторами, индивидуализация товаров и услуг является действенным стимулом развития качественного товарного производства, серьезным образом влияющего и на такие сферы общественной жизни страны, как экономика, право, социальное обеспечение, здравоохранение, культура. Посредством использования индивидуализирующих признаков зарождаются и развиваются позитивные традиции производства, оздоровляется конкуренция.

Соблюдение принципов и договоренностей в области охраны творческих объектов является необходимым условием функционирования в мировой системе хозяйствования. Не случайно условием вступления в ВТО является выполнение Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС), устанавливающий определенные стандарты в области защиты прав интеллектуальной собственности, которые должны выполняться всеми членами ВТО1.

Кроме того, так называемый прогрессивный инновационный путь развития государства невозможен без пристального внимания к обороту результатами творческой деятельности и его правовому обеспечению. «…Если не будет найден способ постоянного ускорения научно-технического прогресса, то все разовые меры приведут лишь к временному ускорению экономического роста. Как только экономика поглотит эти меры, будущий темп роста снова будет ограничен темпом роста рабочей силы и используемыми научно-техническими достижениями… Поэтому практически все страны мира, стремясь к стабильному экономическому росту.., провозгласили наступившее третье тысячелетие эрой интеллектуальной собственности»1.

Кроме внимания власти к этому вопросу, необходимой целенаправленной государственной политики. Немаловажным является разработка и оптимизация правовой конструкции исключительных прав. Необходима кропотливая, постоянно сопровождающая эту сферу работа. Право призвано обеспечивать рыночные отношения. При этом именно науке, теории принадлежит первоначальная функция по наблюдению за острыми моментами общественной жизни и права в частности.

Целью работы является разработка режима правовой охраны средств индивидуализации товара, выявление существующей проблематики и анализ состояния законодательства, регулирующего эту сферу. Серьезное внимание в работе уделено субъектному составу средств индивидуализации товаров. По мнению автора, он отличается от предложенного законодателем. Также важным моментом является разработка проблемы динамики исключительных прав, которая представлена системой инструментария.

Задачами исследования являются:

- выявление правового статуса средств индивидуализации товаров;

- определение правовых оснований их возникновения;

- определение правовых закономерностей обращаемости на рынке средств индивидуализации товаров, работ и услуг и прекращения их функционирования;

- характеристика исключительных прав, определение их происхождения, специфики и сущности;

- проведение сравнительного сопоставления понятий интеллектуальной собственности и материального права собственности;

- выявление взаимосвязей между этими сходными объектами, характер правовых связей с правообладателями;

- характеристика ответственности за нарушение правового режима средств индивидуализации товаров, работ и услуг;

- выявление существующей проблематики в области правовой охраны этих названных объектов.

Предметом исследования является правоотношения в сфере интеллектуальной собственности в широком смысле, и в области средств индивидуализации товаров, работ и услуг в частности. К предмету исследования относятся статические и динамические правоотношения, возникающие по поводу возникновения, изменения и прекращения объектов, относящихся к институту охраны средств индивидуализации товара.

Объектом исследования являются такие законодательно определённые творческие результаты, как товарные знаки и знаки обслуживания, наименования мест происхождения товаров, а также теории их правового режима. Кроме того, в диссертации косвенно рассматриваются сходные с ними коммерческие обозначения и указания мест происхождения товаров.

Методологическая и нормативная основа исследования. Автором при работе над темой использовался метод комплексного анализа, позволившему ему рассматривать работу шире, чем предложено в § 2 главы 76 ГК РФ, во взаимосвязи с другими объектами и конструкциями права, а также другими науками, что позволило выйти за рамки формального правового исследования. Методологической целью автора было проведение исследования с экономико-правовой и социально-правовой точек зрения, системной и комплексной характеристики взаимосвязи элементов системы и действующих категорий исходя из логики теоретической конструкции и законодательства.

Нормативную основу исследования составили нормы отечественного гражданского законодательства, регулирующие отношения в сфере охраны объектов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации товаров, работ и услуг в частности. Диссертантом для достижения целей диссертационного исследования использовались нормативные акты зарубежных стран англо-американской и европейской правовых систем.

Степень разработанности темы исследования. Проблематика средств индивидуализации товаров стала широко освещаться, главным образом, лишь в конце XX, начале XXI столетия. Вместе с тем нынешнее внимание к средствам индивидуализации носит интенсивный характер. Причем средства индивидуализации выступают объектом исследования как в комплексе, так и в качестве отдельного объекта. Из дореволюционных источников использовались общеправовые и специальные труды Г.Ф. Шершеневича, А.А. Пиленко и др., современные работы специалистов в области интеллектуальной собственности, перечисленные в следующей рубрике «теоретическая основа исследования». Необходимо заметить, что серьезная дискуссия о средствах индивидуализации товаров и др. объектах интеллектуальной собственности вылилась в кодификацию этого института. Тема правовой охраны средств индивидуализации явно не исчерпана – еще совсем «свежим» выглядит совместный судебный акт Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 26.03.2009 г. № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», ставший лишь некоторым подведением итогов.

Теоретическая основа исследования.Для достижения целей использовались работы как специалистов теории права: Алексеева С.С., Нерсесянца В.С., Лейста О.Э., так и специалистов в области цивилистики и интеллектуальной собственности  в частности: Близнеца И.А., Брагинского М.И., Витрянского В.В., Восканяна Р.С., Гаврилова Э.П., Городова О.А., Грибанова В.П., Дозорцева В.А., Еременко В.И., Зенина И.А., Калятина В.О., Корчагина А.Д., Орловой В.В., Сергеева А.П., Яковлева В.Ф. и др.

Для достижения целей работы автором использовались труды авторов конца XIX – начала XX в.: Венецианова М.С., Пиленко А.А., Шершеневича Г.Ф., Энгельмейера П.К.

В настоящем диссертационном исследовании были задействованы также труды зарубежных исследователей Дайкселя А., Дюма Р., Кевин Лейн Келлера, Мэггса П.Б.

В работе использовались общефилософские труды Гегеля Г.В.Ф., Орехова А.Н.

Кроме этого, в проекте использовались труды на английском и немецком языках следующих авторов: Cohausz H. B., Lange P., Lionel Bently, Brad Sherman.

Для справочных материалов использовались работы Даля В., Лопатина В.В., Лопатиной А.Е., Ожегова С.И., Шведова Н.Ю.

Научная новизна исследованиявыражается в комплексном исследовании правового режима средств индивидуализации товаров, работ и услуг, выразившаяся в создании авторского учения об исключительных правах на такие объекты интеллектуальной деятельности, как средства индивидуализации товара. Совокупность результатов диссертации представляет собой решение крупной народно-хозяйственной задачи – разработана целостная концепция по совершенствованию гражданского законодательства РФ, повышению конкурентоспособности российского товарного рынка.

Диссертантом определена роль средств индивидуализации товаров, рассмотрена природа и сущность исключительных прав на товарные знаки и наименования мест происхождения товаров, определён круг потенциальных субъектов на эти объекты, разработана и систематизирована система инструментариев динамичных отношений по переходу прав на них.

Автором исследования разработаны предложения по оптимизации правового режима исключительных прав и, в частности, средств индивидуализации товаров.

На защиту выносятся следующие положения и выводы:

  1. Необходимо ввести элементы, обязательные для указания в или на товарном обозначении. Это элементы градации качества, фирменное наименование правообладателя и дата регистрации права на обозначение. В последнем случае не имеет значения, зарегистрировано ли это право впервые или приобретено. Цель введения обязательных элементов – в повышении конкурентоспособности товаров, работ и услуг. В настоящее время действуют сотни тысяч товарных обозначений, но к производственной конкуренции, призванной обеспечить качество товаров и их ценовую доступность, это не привело. Не считая общеизвестных товарных знаков, товарные обозначения зачастую служат не более чем средством морального удовлетворения их обладателя.

При введении на обозначении градации качества, приведение фирменного наименования его производителя и даты приобретения прав на товарный знак товаропроизводитель будет более отчетливо выделен из круга конкурентов и будет более ответственен за производимую продукцию.

Градация качества фактически уже известна праву и международному обычаю. Такова, например, дифференциация в гостиничной сфере, так или иначе устанавливающая уровень услуг.

При введении градации качества товара следует исходить из минимумов, утвержденных государственными стандартами. При повышении требований к товару будет расти и его качество. Поскольку градация будет указана на товарном знаке, товаропроизводитель может наглядно демонстрировать свою работу в этом направлении. Соответственно, при понижении качества товара рейтинг градации будет повышаться. Рейтинговое обозначение целесообразно сделать мобильным и оперативным. Правительство РФ или профильное министерство будет сообщать рейтинг Федеральному органу исполнительной власти по интеллектуальной собственности для внесения соответствующих изменений.

Еще одним обязательным для включения в товарный знак элементом следует считать фирменное наименование его обладателя. Для коллективного знака целесообразно указание первых трех обладателей по регистрационному списку либо отобранных самими правообладателями. Надо отметить, что ст. 10 Закона о защите прав потребителей предусматривает возможность предоставления обязательной информации о товаре и товаропроизводителе. Она доводится до сведения потребителей в технической документации, прилагаемой к товарам (работам, услугам), на этикетках, маркировкой или иным способом, принятым для отдельных видов товаров (работ, услуг). Но потребитель не всегда может получить подобную требуемую информацию о товаре. Получение такой информации фактически связано с прохождением волнительной и напряженной до провокаций процедуры с менеджментом. Не следует сбрасывать со счетов и то, что такая процедура может вообще не состояться. А при использовании же информации на товарном знаке потребитель без труда будет ее получать. Обладатель права на товарный знак всегда заинтересован в проставлении своего знака на товаре, который будет включать информацию о качестве и о нем самом. Таким образом, интересы товаропроизводителя и потребителя совпадут.

Хотелось бы отметить, что введение обязательных элементов в товарное обозначение будет служить более широкому кругу субъектов, чем перечисленных в Законе о защите прав потребителей.

Третьим предполагаемым обязательным элементом следует считать дату получения прав на товарный знак. Такое нововведение призвано показать потребителю работу товаропроизводителя. Если знак зарегистрирован достаточно давно и не имеет соответствующей градации качества, то потребитель вправе отказаться от услуг такого товаропроизводителя. Если знак зарегистрирован достаточно давно и имеет качественные регалии, то это явно играет на самого товаропроизводителя, а также выгодно и для потребителя, который получит качественный товар.

Введение трех вышеперечисленных обязательных элементов товарного обозначения повысит деловую ответственность товаропроизводителей.

  1. Следует изменить статус Палаты по патентным спорам, носящей в настоящее время характер внеочередной административно-судебной инстанцией, на третейский.

Палата по патентным спорам является административным органом, находящимся в фактическом ведении патентного ведомства, разрешающим спорные вопросы регистрации или прекращения регистрации различных объектов промышленной собственности. Решения Палаты по патентным спорам являются административными решениями патентного ведомства и подлежат утверждению главой этого ведомства. Ведомственный административный орган рассматривает заявления и возражения субъектов, находящихся вне ведомственной принадлежности патентного ведомства. Поэтому целесообразно предложение идеи возникновения Патентного суда (арбитража). Правовой режим такого органа может быть схож с режимом существующих при Торгово-промышленной палате РФ Международного коммерческого арбитражного суда и Морской арбитражной комиссии, арбитрами которых являются видные российские правоведы, призванные на доверительной основе решать возникшие спорные вопросы. Следует отметить, что наличие такого суда (арбитража) не должно затрагивать прав субъектов патентной деятельности на обращение в патентное ведомство по вопросам, входящим в его компетенцию.

  1. Согласно п. 2 ст. 1488 отчуждение исключительного права на товарный знак по договору на отчуждение такого права не допускается, если оно может явиться причиной введения потребителя в заблуждение относительно товара или его изготовителя; согласно п. 3 ст. 1514 ГК РФ при переходе исключительного права на товарный знак без заключения договора с правообладателем правовая охрана товарного знака может быть прекращена по решению суда, если будет доказано, что такой переход вводит потребителей в заблуждение относительно товара или его изготовителя.

В этих случаях закон выразил заботу и намерение охранять имущественные и неимущественные блага потребителя, который не должен быть дезинформирован и введен в заблуждение подобным переходом исключительных прав. Вместе с тем законодатель не предусмотрел, чтоправа на товарные обозначения могут быть объектами (или в составе объектов) и других договоров: таких, как купля-продажа и аренда предприятия, о залоге и иных. Для них также необходимо предусмотреть вышеуказанную недопустимость отчуждения и иного перехода прав (распоряжения правом), если при этом потребитель вводится в заблуждение относительно товара или его изготовителя.

  1. Отказ в регистрации товарного знака из-за сходности смешения с общеизвестными обозначениями следует распространить на все товары, а не только на однородные, как это предусмотрено в п. 6 ст. 1483 ГК РФ. Игнорирование этого предложения может привести к легитимному использованию общеизвестного знака,  зарегистрированного в отношении другой номенклатуры товаров. Например, товарный знак «Адидас» общеизвестен из-за производства высококачественной спортивной одежды. Регистрация этого знака в отношении, например, фарфоровых кухонных изделий, может привести к недобросовестной конкуренции, к размыванию добросовестного образа товаропроизводителя на рынке. Или общеизвестный товарный знак «Известия», зарегистрированный по МКТУ как общероссийская газета «Известия», не должен быть воспринят как товарный знак, например, продовольственных товаров.

П. 3 ст. 1508 ГК РФ, гласящий, что охрана общеизвестного товарного знака распространяется также на неоднородные товары, в отношении которых такой знак зарегистрирован, следует исключить. Гипотеза этой нормы предполагает существование товарных знаков с использованием общеизвестного обозначения, если они не ассоциируются у потребителей с обладателем исключительного права на общеизвестный знак и не ущемляют законных интересов правообладателя.

Наличие такой нормы в законодательстве не служит усилению конкуренции и повышению качества товара, а фактически склоняет субъекты хозяйствования к злоупотреблению правом и носит провоцирующий характер.

  1. Согласно п. 2 ст. 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в частности путем размещения товарного знака в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации. В связи с этим возникает коллизия между правовым режимом товарных знаков и пока еще не устоявшегося режима доменных имен.

Для разрешения указанной коллизии и совершенствования института прав на результаты интеллектуальной деятельности предлагается ввести такой объект, как персональный знак (персональное доменное обозначение, персональный доменный знак, персональное зонное обозначение или знак, и пр.)1 и распространить на него правовой режим товарного знака в части, не противоречащей существу такого обозначения.

Таким образом, будут достигнуты прозрачность и централизованность регистрации доменов (персональных знаков или обозначений), а также возможность правовой защиты как товарных знаков, так и доменных обозначений. Введение правового режима персональных обозначений позволит определить их правообладателей, а также возможных ответственных лиц при правонарушении.

В силу субсидиарного применения правового режима товарного знака к персональному доменному обозначению (ПДО) устанавливалась бы правовая связь между лицом, зарегистрировавшим такое обозначение и самим доменным обозначением, режим регистрации и оснований отказа в регистрации, режим использования доменного обозначения и другие элементы. Обладатели прав на фирменное наименование, товарный знак, наименование места происхождения товара получают право пользования оноименными доменами.

  1. Прекращение правовой охраны средств индивидуализации товаров в связи с ликвидацией их обладателя целесообразно сделать уведомительной. Моментом прекращения следует считать момент ликвидации правообладателя.
  2. Статья 1032 (режим договора коммерческой концессии) и п. 2 статьи 1489 (режим лицензионного договора) ГК РФ предусматривают обязанность стороны, принимающей право на товарный знак, обеспечивать качество производимого товара не ниже, чем у правообладателя. Поскольку договорных инструментариев гораздо больше, то представляется целесообразным включить в общие положения раздела VII «Права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации» такое универсальное условие для всех видов договоров, по которым может быть передано право на использование товарного знака: договора аренды предприятия, договора доверительного управления имуществом и др.
  3. Статьей 1034 ГК РФ на правообладателя возложена субсидиарная ответственность по предъявляемым к пользователю правом на товарный знак требований о несоответствии качества его товаров качеству правообладателя. Поскольку договорных инструментариев гораздо больше, то представляется целесообразным распространить это правило для всех видов договоров, по которым может быть передано право на использование товарного знака. Наиболее вероятно закрепление такой нормы в общих положениях раздела VII «Права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации».
  4. Процедуру регистрации договоров по передаче прав на средства индивидуализации товаров следует свести к уведомительной, поскольку ныне действующая разрешительная процедура не отвечает требованиям хозяйственного оборота, тормозит развитие экономических связей и ограничивает правоспособность и дееспособность субъектов на средства индивидуализации товаров.

Пунктом 7.5.3 Административного регламента по регистрации договоров1 установлен двухмесячный срок для проверки представленных для регистрации документов. Этот срок неоправданно велик. Двух месяцев на рынке будет достаточно для того, чтобы свести эффективность регистрируемого договора к нулю.

  1. Для ряда инструментариев по переходу исключительных прав на средства индивидуализации законодательство не требует государственной регистрации в патентном ведомстве. Это, в частности, договоры купли-продажи и аренды предприятия. Отсутствие обязательной патентной регистрации невыгодно выделяет их из перечня всего объёма договорных оснований по переходу прав на исключительные права. Регистрация объектов промышленной собственности призвана отслеживать правообладателей, учитывать и защищать их права. В связи с этим целесообразно предусмотреть в гражданском законодательстве необходимость учета всех видов сделок с регистрационными объектами интеллектуальной собственности, даже если они входят в комплекс другого имущества. Регистрация должна быть уведомительной.
  2. Исключительное право, будучи имущественным по своей природе, имеет свое содержание. Его теоретической разработке посвящены многие монографические исследования.1 Пожалуй, главной их тенденцией является специализация содержания исключительного права в силу его нематериального объекта. На этом основании, как правило, к исключительному праву применяют два правомочия: использования и распоряжения, сознательно дистанцируясь от слов «пользование» и «владение».

Анализируя теоретические разработки, темой которых прямо или косвенно являются исключительные права, можно сделать вывод: дальнейшее обособление исключительных прав от материального права продиктовано борьбой концепций: проприетарной и концепции исключительных прав. В силу такого теоретического противостояния и определяется специфика правомочий исключительного права.

Представляется справедливым выразить точку зрения, что содержание исключительного права составляют все те правомочия, что и присущие материальному праву собственности: владение, пользования и распоряжения. При этом, безусловно, существует специфика названных правомочий применительно к результатам интеллектуальной деятельности.

Фактически обо всей этой триаде говорит п. 1 ст. 1484 ГК РФ, согласно которому правообладателю принадлежит исключительное право использования товарного знака. Он же может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Как видно из приведенной нормы права, законодатель закрепляет исключительное право за лицом (правообладателем), это лицо вправе использовать право и им распоряжаться. Понятие правообладателя уже говорит об обладании правом, исходя их этимологии этого слова. Но понятие обладания в исключительном праве фактически синонимично понятию владения. Можно как владеть правом, так и обладать им. Мало того, в русском языке объем этих понятий совпадает:1 обладатель – человек, который владеет чем-либо, обладать иметь в собственности, в наличии или в числе своих свойств; владелец – человек, владеющий чем-либо, владеть – иметь своей собственностью, держать во власти, уметь пользоваться чем-нибудь, действовать при помощи чего-либо.

На основании вышеизложенного на защиту выносится положение, согласно которому содержание исключительного права составляют привычные правомочия: владения, пользования и распоряжения. Сохранение такой триады позволит сделать законодательство доступным и понятным, сохранить логичность законодательства, а также сблизить законодательства государств с различными правовыми системами.

  1. Неимущественные интеллектуальные права не являются твердой категорией, присущей конструкции интеллектуальных прав. Действующее законодательство устанавливает права на объекты интеллектуальной собственности как совокупность неимущественных прав, имущественных, а также иных. В известной работе Р. Дюма, посвященной авторскому праву, этот тезис подтверждается: «авторские права включают в свой состав одновременно и моральное право, и имущественное право».1 Вследствие этого возникает вопрос: неимущественные права, включенные в конструкцию интеллектуальных прав – это особые права, присущие только такой конструкции права, или это декларируемое включение в эту конструкцию неимущественных прав, закрепленных в ст. 150 ГК РФ

На защиту выносится вывод, что неимущественные права закреплены в ст. 150 ГК РФ и продублированы в специальной IV части Кодекса, регулирующей сферу интеллектуальной собственности. Личные неимущественные права, указанные в правовом режиме интеллектуальной собственности (IV глава ГК РФ) носят лишь характер интеллектуальных в данном контексте материального права.

  1. Ст. 1510 ГК РФ определено понятие права на коллективный товарный знак, имеющего серьезную правовую и доктринальную специфику. Специфика коллективного знака состоит в том, что он предназначен для обозначения товаров, производимых или реализуемых входящими в объединение лицами и обладающих едиными характеристиками их качества или иными общими характеристиками. Другой специфической чертой коллективного товарного знака является его неотчуждаемость и невозможность передачи по лицензионному договору. «В уставе коллективного знака обозначены все лица, имеющие право пользования этим знаком. Поэтому передача права на его использование другим лицам невозможна».2

Представляется, что подобное запрещение на отчуждение и на передачу по лицензионному договору является не оправданным. Коллективный товарный знак статичен и выключен из хозяйственного оборота.

На защиту выносится положение о снятии запрета на распоряжение коллективным товарным знаком. При правомерном отчуждении последствия уступки коллективного знака не отличаются от уступки индивидуального. Распоряжение должно производится в соответствии с уставом.

  1. Действующее законодательство наделяет наименования мест происхождения товаров невыразительным характером. НМПТ не привлекательно с точки зрения гражданского оборота, его правовой режим сковывает правообладателя. Целесообразно для придания динамичности НМПТ, увеличения его значимости, укрупнения товарооборота расширить спектр возможного использования наименований мест происхождения товаров.

В ГК РФ закреплено, что обладатель свидетельства не вправе распоряжаться исключительным правом на НМПТ, в том числе путем его отчуждения или предоставления другому лицу права использования этого наименования, не допускается. Но законодатель не уточнил: это общее ограничение или оно касается только специального инструментария, предусмотренного частью IV ГК РФ. Абсолютизация этого положения может привести НМПТ к роли правового атавизма.

Уже сейчас, при действующей редакции ГК РФ, существуют основания, по которым НМПТ все же может быть передано. Это реорганизация, наследство, договор аренды предприятия.

При расширительной редакции понятия использования НМПТ появилась бы возможность более широко использовать наименование, что, несомненно, повысило бы его прикладное значение, привлекательность и динамичность. При универсализации и расширении термина «использование» в отношении НМПТ возможность использования прав на НМПТ в качестве объекта договоров коммерческой концессии, доверительного управления имуществом стала бы очевидной, что нельзя сказать, исходя из действующей редакции Кодекса. Расширение перечня оснований по передаче прав должно производиться в соответствии со ст. 1518 ГК РФ.

Теоретическая значимость результатов диссертационного исследования. Проведённое исследование позволяет моделировать конструкцию исключительных прав и оптимизировать теоретическую модель правового режима прав на средства индивидуализации товаров.

Результаты исследования диссертанта призваны послужить предпосылкой для последующей разработки правового режима объектов интеллектуальной собственности.

Практическая значимость исследования.

Результаты проведённого автором исследования могут быть использованы в нормотворческой деятельности для придания оптимальной формы правовому режиму исключительных прав на средства индивидуализации товаров.

Работа может использоваться как учебное пособие для широкого круга научных работников, обучающейся аудитории правового, социально-правового и экономико-правового направления обучения, а также практическими работниками: адвокатами,

патентными поверенными и слушателями патентных курсов.

Проведённое исследование может быть использовано при разработке лекционного и учебно-методического материала по курсам «Гражданское право», «Право интеллектуальной собственности» и др.

Апробация результатов исследования. Материалы диссертации использовались автором при проведении учебно-практических занятий в Академии народного хозяйства при Правительстве РФ, Академическом правовом университете при Институте государства и права РАН, в опубликованных специализированных изданиях общим объемом более 70 п.л.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, семи глав, состоящих из двадцати одного параграфа, шести подпараграфов, и библиографического списка, включающего использованные при написании работы нормативные акты, материалы судебно-арбитражной практики и список использованной литературы. Для удобства структурирования работы ряд параграфов содержит рубрики, отдельно указываемые в содержании. В целях наглядности материала работа снабжена схематическим приложением.


ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении отмечается значимость интеллектуальной собственности, обосновывается актуальность освещаемой темы, определены цель, задачи, предмет и объект диссертации, характеризуются методологическая, нормативная основа исследования и его теоретическая основа.

Во введении также показаны научная новизна проекта и теоретическая значимость результатов диссертационного исследования, его практическая значимость и апробация результатов.

В этой части приведены выносимые на защиту положения и выводы. Здесь же автор характеризует различные нюансы своего исследования для более эффективного ознакомления с ним.

Первая глава «Значение средств индивидуализации товаров в рыночных условиях. Субъекты прав на средства индивидуализации товаров» содержит пять параграфов.

Параграф 1.1 «Значение средств индивидуализации товаров в рыночных условиях» указывает на ту роль, которые играют средства индивидуализации товаров в рыночной экономике. Отмечены главные их функции – служить средством конкуренции и повышения качества товара.

Расширенное воспроизводство, ставшее неотъемлемым явлением рыночной экономики и средством выживания хозяйственных субъектов, требует применения сложного, квалифицированного труда, который призван быть реализован в совокупности с более совершенными средствами производства.

Интернационализация, концентрация капитала лежат в основе развитых промышленных стран. Эволюционировала и продолжает эволюционировать вся система производственных отношений: от индивидуальных форм собственности к акционерным, к монополистическим, государственно-монополистическим, к транснациональным1. Происходит социализация экономики, неминуемо требующая значительных бюджетных средств. Как следствие, обществу и экономике требуется инновационный путь развития, характеризующийся повышенным прогрессивным ростом экономики.

Расширенное воспроизводство, конкуренция и инновация экономики предопределяет появление и особое внимание к новому экономико-правовому объекту – интеллектуальной собственности, права на которую стали составляющим звеном рыночного производства и, фактически, приобрели черты товара, обладающего меновой стоимостью. «Каждый новый результат интеллектуального труда, каждое новое знание в той или иной степени пригодно для потребления, использования другими людьми в своих интересах – для образования, производственно-коммерческой деятельности … и т.п. Отсюда следует, что интеллектуальные продукты, обладающие определенной потребительской стоимостью в силу способности удовлетворять потребности других людей, являются товаром и обладают всеми признаками этой категории объектов рыночной экономики».2

Рыночный механизм чутко реагирует на реакцию потребителей на производимый товар. Неудовлетворенный спрос служит стимулом развития производства. В этих условиях важно обеспечить возможность индивидуализации предлагаемых товаров и услуг, в чем в равной степени заинтересованы и производители, и потребители. Каждый потребитель вносит свою лепту в стимулирование производства, платя более высокую цену обладателю исключительного права на интеллектуальный продукт.3 Рынок, в значительной степени ориентированный на потребительский спрос, создает круг производителей, стремящихся выделиться более совершенными товарами, чем у конкурентов. Сохранить и приумножить свою удачную репутацию является одной из первостепенных забот производства. Этой задаче и служат торговые знаки и марки, наименования мест происхождения товаров, играющие свою роль в создании конкуренции товаров и услуг.

Товарное обозначение носит в себе черты репутации товара и его производителя. В нём заключена часть стоимости, затраченной производителем для продвижения товара на рынок. Товарный знак может заключать в себе и стоимость инерции рекламно-производственной компании. И неудивительно, что товары, маркированные престижными и заслужившими доверие товарными знаками, пользуются повышенным спросом и обладают более высокой ценой.

Товарные знаки, знаки обслуживания, наименования мест происхождения товаров, собирательно именуемые средствами индивидуализации товаров, являются экономико-правовыми инструментами конкурентоспособности товаров и их производителей.1

В параграфе 1.2 «Субъекты прав на товарный знак» рассмотрен круг субъектов на товарное обозначение.

Автор показывает, что ГК РФ относит к обладателям исключительного права на товарный знак юридические лица и физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность.

Диссертант выделяет еще один субъект– потенциально способный быть правообладателем. Это государство, государственное образование. Ст. 124 ГК РФ вводит в гражданско-правовые отношения наравне с гражданами и юридическими лицами Российскую Федерацию, её субъекты, муниципальные образования. Пункт 2 этой статьи  к государственным и муниципальным образованиям применяет нормы, определяющих участие юридических лиц в гражданских отношениях.

В литературе выделяют еще одно образование - обладатель прав на товарный знак. Это объединение лиц1. Логика существования такого субъекта вытекает из ст. 1510 ГК РФ, позволяющей объединению лиц зарегистрировать товарный знак для обозначения его товаров. Стоит особо подчеркнуть, что коллектив лиц приводится в качестве субъекта прав на средства индивидуализации товаров с оговоркой, поскольку такие коллективные образования не обладают правосубъектностью. В литературе их называют неправосубъектные коллективные образования.2 Поэтому в работе они трактуются как символические, знаковые субъекты, не являющиеся таковыми в правовом смысле.

Отмечается, что субъектный состав обладателей прав на НМПТ шире, чем у состава на товарный знак. Расширение законодателем субъектного состава прав на наименование места происхождения товара вызывает некоторые сомнения. Дело обстоит  так: если ст. 1478 ГК РФ к кругу субъектов на товарный знак относит юридические лица и граждан-предпринимателей, то ст. 1518 этого же акта, как было сказано, устанавливает возможность регистрации НМПТ за юридическими и физическими лицами, не ограничивая последних предпринимательским статусом.

Параграф 1.3  «Юридические лица как субъекты прав на средства индивидуализации товара» характеризует такой субъект прав на средства индивидуализации товаров, как юридическое лицо. В данном параграфе определены организационно-правовые формы предприятий, способные быть обладателями прав на средства индивидуализации товаров, работ и услуг.

Обозначена ситуация с образованиями, как российскими, так и зарубежными, не обладающими статусом юридического лица.

Показана проблема прекращения правовой охраны товарного знака в связи с ликвидацией юридического лица.

Параграф 1.4 «Физические лица как субъект прав на средства индивидуализации товара» рассматривает названных субъектов как возможных обладателей прав на средства индивидуализации товаров.

Рассматривается возникновение правоспособности и дееспособности у физических лиц в соответствии с международным частным правом.

Показана зависимость объема правомочий физического лица на средства индивидуализации товаров от его от правосубъектности.

Обозначена проблема прекращения правовой охраны товарного знака в связи с ликвидацией прекращении предпринимательской деятельности физического лица -  обладателя исключительного права на товарный знак.

Параграф 1.5 «Государственные и муниципальные (публично-правовые) образования как субъект прав на товарный знак» призван обозначить и предложить решение проблемы: могут ли публично-правовые образования быть обладателями прав на средства индивидуализации товаров. Отмечено, что вопрос неоднозначен, поскольку п. 2 ст. 124 ГК РФ распространяет правила юридического лица на государственные и муниципальные образования, но при гипотезе, что иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов.

В этом параграфе приводится ряд нормативных актов, указывающих на прямую возможность обладания интеллектуальными правами публично-правовыми образованиями.

Обосновывается, что вхождение публично-правовых образований в круг субъектов призвано расширить сферу исследуемых правоотношений.

Параграф 1.6 «Объединения (образования) как символический субъект прав на средства индивидуализации товара» выделяет такого субъекта обладателя прав на средства индивидуализации товаров, как объединение лиц.

Оговаривается, что коллективное объединение не обладают правосубъектностью и рассматриваются лишь как символ обладания правами.

Освещается правовой режим устава коллективного товарного знака и проводится возможная параллель с договором простого товарищества.

Вторая глава «Исключительные права» состоит из четырех параграфов. Второй параграф этой главы содержит в себе рубрику.

В параграфе 2.1 «Происхождение исключительных прав» излагается история становления исключительных прав в Российской Федерации. Автором предложено пять временных периодов подобного становления, каждый из которых характеризуется своими особенностями.

1. Период становления охраны объектов интеллектуальной деятельности российского государства. Его продолжительность – время актов Царя Алексея Михайловича - начало XIX в.

2. Период системной охраны объектов творчества российской империи. Его временная продолжительность – начало XIX в. – 1917 г.

  1. Советский период, дореформенный. Его продолжительность – 1917 г. – 1987 г.
  2. Советский период, период реформации. Его продолжительность – 1987 г. – конец 1991 г.
  3. Период послереформенного российского права. Его продолжительность – конец 1991 г. – по настоящее время.

Параграф 2.2 «Природа и сущность исключительных и иных интеллектуальных прав» отмечается, что право интеллектуальной собственности призвано выполнить ту же роль, что и материальное право собственности, только посредством другой правовой конструкции.

В ст. 1226 ГК РФ установлено, что на результаты интеллектуальной деятельности признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а также личные неимущественные и иные права. Таким образом, понятие интеллектуальной собственности шире, чем понятие исключительного права. Понятие интеллектуальной собственности  приравнено к интеллектуальным правам, включающим в себя исключительные права, неимущественные и иные права.

Стоит оговорить, что не всегда эта конструкция интеллектуальных прав полная. Ст. 1226 ГК РФ гласит, что в конструкцию интеллектуальных прав входят также неимущественные и иные права, но лишь в случаях, предусмотренных самим Кодексом.

Так, например, правовой режим товарного знака согласно ст. 1484 Кодекса определяет, что правообладателю на товарный знак принадлежит исключительное право, которое он вправе использовать любым не противоречащим закону способом: размещать на товарах, упаковках, в доменном имени и пр.

В отличие от этого авторское право - один из институтов интеллектуальной собственности в гл. 70 ГК РФ - предусматривает для автора как исключительное право на его произведение (науки, литературы, искусства), так и неимущественные права (авторства, право на имя и др.), а также иные права (например, право следования).

Гл. 73 Кодекса «Право на селекционное достижение» определяет, что автору селекционного достижения принадлежат исключительное право, право авторства, а также другие права.

Не утруждая рассмотрением каждого института (подинститута) интеллектуальной собственности, можно констатировать, что интеллектуальные права – это особая юридическая конструкция права, присущая правовой охране творческих объектов. Выше показано, что интеллектуальные права могут представлять собой совокупность прав или сводиться к объему исключительных прав.

Автор показывает, когда развернутый состав интеллектуальных прав, а когда ограниченный. Закономерность здесь следующая – если в создании произведения присутствует автор, то автоматически будут и неимущественные права. Это подтверждает п. 2 ст. 1228 Кодекса: автору результата интеллектуальной деятельности принадлежит право авторства, право на имя и иные личные неимущественные права. Именно поэтому в рассматриваемом выше примере с авторским правом состав интеллектуальных прав развернутый, поскольку там присутствует автор – в него входят исключительные, неимущественные и иные права.

Одним из новшеств IV части явилось введение понятия так называемых «иных прав». Об этом говорит ст. 1226 Кодекса, предусматривающая, что «иные права» входят в состав интеллектуальных прав в случаях, предусмотренных самим Кодексом. Такое замечание не случайно, поскольку состав интеллектуальных прав может быть ограничен и сводиться к наличию в них только исключительного права, как например, в правовом режиме охраны товарного знака.

Надо отметить, что упоминаемые Кодексом «иные права» до сих пор не имеют устоявшегося доктринального наименования, не говоря уже об официальном. Эта категория прав пока наименее изучена и доктринирована. «Иными правами» их называет сам Кодекс (ст. 1226 ГК РФ), иногда именуя их также «другими правами». Так, законодатель прибегает к термину «другие права» в авторском праве: п. 3 ст. 1255 Кодекса, в патентном праве: п. 3 ст. 1345 Кодекса, в праве на селекционное достижение: п. 2 ст. 1408 Кодекса, в праве на топологию интегральных микросхем: п. 2 ст. 1449 Кодекса.

К категории «иных» прав ст. 1226 ГК РФ относит  только право следования и право доступа. Однако далее эта статья допускает возможность существования и «других» подобных прав, т.е. расширение их перечня за счет отдельных институтов права интеллектуальной собственности.

В этом отношении показательна ст. 1255 ГК РФ, в п. 2 которой приводятся интеллектуальные права, включающие исключительное право, личные неимущественные права на авторское произведение. Вместе с тем в п. 3 этой статьи наряду с указанными правами названы права на вознаграждение за использование служебного произведения и право на отзыв. Стоит заметить эту особенность законодателя, приводящего «иные», «другие» права отдельно от классических исключительного права и авторских личных неимущественных прав. Таким образом законодатель поступает и в патентном праве (п. 3 ст. 1345 ГК РФ), в праве на селекционное достижение (п. 2 ст. 1408 ГК РФ), в праве на топологию интегральных микросхем (п. 2 ст. 1449 ГК РФ).  Таким образом, законодатель обозначил первый отличительный признак рассматриваемых прав – структурный, расположив «иные (другие) права» отдельно от остальных.

Вторым отличительным признаком «иных (других) прав» является то, что они присутствуют там, где есть автор, всегда являющийся физическим лицом.

Если исключительное право может существовать иногда и без личных неимущественных и иных прав в правовых режимах, где нет автора (например, в праве на товарный знак), то личные неимущественные и иные права не могут входить в интеллектуальные без исключительного права и не могут существовать без автора. Об этом говорят ст. ст. 1255, 1292, 1293, 1345, 1408, 1449 ГК РФ, в которых «другие права» привязаны к автору. Кроме того, в этих же нормах законодатель привязывает иные права к исключительному и личным неимущественным, используя формулировку «наряду с указанными (исключительным и личными неимущественными) правами».

В авторском праве к категории «других (интеллектуальных) прав» относятся право следования, право доступа, право на вознаграждение за использование служебного произведения и право на отзыв.

Право следования закреплено в ст. 1293 ГК РФ. Это право автора в случае отчуждения им оригинала произведения изобразительного искусства на получение от продавца вознаграждения в виде процентных отчислений от цены последующей публичной перепродажи, в которой в качестве продавца, покупателя или посредника участвует галерея изобразительного искусства, художественный салон, магазин или иная подобная организация.

Право следования неотчуждаемо, но может переходить к наследникам автора на срок действия исключительного права на произведение. Напомню, что срок действия исключительного права на авторское произведение составляет период жизни автора и семьдесят лет после его смерти, отсчет которых производится с 1 января года, следующего за годом смерти автора.

Право доступа – это право автора произведения изобразительного искусства требовать от собственника оригинала произведения предоставления возможности осуществлять право на воспроизведение своего произведения (ст. 1292 Кодекса). При этом законодатель оговаривает, что от собственника оригинала произведения нельзя требовать доставки произведения автору.

Ограниченное право доступа распространено на произведения архитектуры: его автор вправе требовать от собственника оригинала произведения предоставления возможности осуществлять фото- и видеосъемку произведения. Причем это правило диспозитивно, и между собственником оригинала и автором может быть предусмотрено иное.

Важным «другим» правом является право на вознаграждение за использование авторского служебного произведения. Согласно общим правилам ст. 1295 ГК РФ, исключительное право на произведение, созданное автором в пределах, установленных для работника (автора) трудовых обязанностей, принадлежат его работодателю. За автором остаются остальные интеллектуальные права (личные неимущественные и иные права). Кроме того, за автором признается право на вознаграждение, в частности, за использование работодателем его произведения. Размер такого вознаграждения, условия и порядок его выплаты определяются договором, а в случае спора – судом.

Ст. 1269 ГК РФ устанавливает еще одно «иное право», входящее в состав интеллектуальных авторских прав. Это право на отзыв. Его суть состоит в том, что автор вправе отказаться от ранее принятого решения об обнародовании произведения с возмещением убытков лицу, которому отчуждено исключительное право на произведение или предоставлено право использования произведения. Если произведение уже обнародовано, автор обязан публично оповестить о его отзыве. При этом автор вправе изъять из обращения уже выпущенные экземпляры произведения, возместив убытки. Это правило не распространяется на программы для ЭВМ, служебные произведения и произведения, вошедшие в сложный объект.

В патентном праве к категории «других (интеллектуальных) прав» относятся право на получение патента, право на вознаграждение за использование служебного изобретения, полезной модели или промышленного образца.

Право на получение патента согласно ст. 1357 ГК РФ состоит в том, что автор, которому изначально принадлежит такое право, может передать его по различным основаниям, как договорного, так и внедоговорного характера. Следует заметить, что автором все-таки остается то физическое лицо, которое создало изобретение, полезную модель или промышленный образец. Его авторство, будучи личным неимущественным правом, непередаваемо. В отличие от распоряжения исключительным правом, при передаче права на получение патента риск его возможной непатентоспособности несет приобретатель этого права, если договором об отчуждении права на получение патента, имеющего обязательную письменную форму, не предусмотрено иное.

В патентно-правовой сфере самостоятельным «другим» правом, как и в области авторских, смежных и т.п. интеллектуальных прав, является право на вознаграждение за служебное изобретение, полезную модель или промышленный образец. Как и авторском праве, в патентном праве в соответствии со ст. 1370 ГК РФ исключительное право на охраняемый объект, созданный работником в связи с выполнением им трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя, принадлежат работодателю автора, если договором между ними не предусмотрено иное. При этом автору принадлежит право на вознаграждение, размер, условия и порядок выплаты которого определяются договором или судом.

Кстати сказать, объект патентных прав (изобретение, полезная модель или промышленный образец), созданный работником с использованием денежных, технических или иных материальных средств работодателя, но не в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя, не является служебным.

В праве на селекционное достижение к категории «других (интеллектуальных) прав» относятся  право на получение патента, право на наименование селекционного достижения, право на вознаграждение за служебное селекционное достижение. По сравнению с  институтом патентного права, законодатель привел на одно «другое интеллектуальное право» больше.

Право на получение патента на селекционное достижение, согласно ст. 1420 ГК РФ, первоначально принадлежит автору селекционного достижения и может перейти к другому лицу как по договору, так и во внедоговорном порядке. Как и в патентном праве, такой договор должен иметь письменную форму, и риск непатентоспособности селекционного достижения несет приобретатель права. Как и в институте патентного права, эта норма диспозитивна: договором может быть предусмотрено иное.

В праве на топологии интегральных микросхем к категории «других (интеллектуальных) прав» относится право на вознаграждение за использование служебной топологии, которое закреплено в ст. 1461 ГК РФ. Исключительное право на служебную топологию принадлежит работодателю автора, если договором между автором-работником и работодателем не предусмотрено иное. Работник имеет право на вознаграждение за созданную им служебную топологию. Размер вознаграждения, условия и порядок его выплаты определяются договором работника с работодателем или, в случае спора, судом.

И, аналогично предыдущим случаям, топология, созданная работником с использованием денежных, технических или иных материальных средств работодателя, но не в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя, не является служебной.

Важно подчеркнуть, что даже структурно выделив «другие права» и изначально предполагая не устанавливать их закрытый перечень, законодатель даже в их перечне расширительно трактует «другие», «иные» права. Так, в перечисленных выше нормах: для авторского права - п. 3 ст. 1255 Кодекса, в патентном праве - п. 3 ст. 1345 Кодекса, в праве на селекционное достижение - п. 2 ст. 1408 Кодекса, в праве на топологию интегральных микросхем - п. 2 ст. 1449 Кодекса законодатель употребляет их в той редакции, что автору наряду с исключительным и неимущественными правами, принадлежат другие права, в том числе право следования, право на отзыв, право на вознаграждение и т.д. Поэтому в правовом режиме того или иного института интеллектуальной собственности встречаются другие права, не обозначенные в перечне интеллектуальных прав. Например, это право на изъятие из обращения ранее выпущенных экземпляров произведения при реализации права на отзыв (ст. 1269 ГК РФ); право автора на вознаграждение за использование программы для ЭВМ, созданной по заказу (ст. 1297 ГК РФ); право на осуществление авторского контроля за разработкой документации для строительства; право авторского надзора за строительством либо реализацией объекта; право требования от заказчика архитектурного, градостроительного или садово-паркового проекта предоставления права на участие в реализации своего проекта (ст. 1294 ГК РФ); право на вознаграждение за использование изобретения, полезной модели или промышленного образца, созданных при выполнении работ по договору, заказу, государственному или муниципальному контракту (ст. ст. 1371, 1372, 1373  ГК РФ); право на отказ быть упомянутым в качестве автора в публикуемых сведениях о заявке на изобретение (ст. 1385 ГК РФ); право на вознаграждение за использование селекционного достижения, созданного по заказу или государственному либо муниципальному контракту (ст. ст. 1431, 1432 ГК РФ); права на вознаграждение за использование топологии интегральных микросхем, созданной по договору, заказу, государственному или муниципальному контракту (ст. ст. 1462, 1463 ГК РФ) и др.

1 Скурко Е.В. ВТО: введение в правовую систему. М., «Финансы и статистика», 2003, с. 75

1 Корчагин А.Д. «Проблема экономического роста и интеллектуальная собственность»//«Интеллектуальная собственность. Промышленная собственность», № 9-10, 2004 г.

1 Сокращенная аббревиатура: персональное доменное обозначение – (ПДО); персональный доменный знак – (ПДЗ), персональное зонное обозначение (ПЗО) и т.д.

1 Приказ Министерства образования и науки Российской Федерации от 29.10.2008 г. № 321  «Об утверждении Административного регламента исполнения Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам государственной функции по регистрации договоров о предоставлении права на изобретения, полезные модели, промышленные образцы, товарные знаки, знаки обслуживания, охраняемые программы для ЭВМ, базы данных, топологии интегральных микросхем, а также договоров коммерческой концессии на использование объектов интеллектуальной собственности, охраняемые в соответствии с патентным законодательством Российской Федерации»//«Справочная система Консультант плюс»

1 См., например, Городов О.А. Право на средства индивидуализации: товарные знаки, знаки обслуживания, наименования мест происхождения товаров, фирменные наименования, коммерческие обозначения. М., Волтер Клувер, 2006, с. 194; Рабец А.П. Правовая охрана товарных знаков в России. Современное состояние и перспективы. С-Пб., Юридический центр Пресс, 2003, с. 214; Дозорцев В.А. Интеллектуальные права. Понятие. Система. Задачи кодификации. М., «Статут», 2003, с. 114.

1 Словарь русского языка. Том I, II. 4-е изд, стереотипное. М., издательство «Русский язык», полиграфресурсы, 1999, с. 183, т. I,с. 537, т. II. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведов. Толковый словарь русского языка. 4-е изд, доп., М., Азбуковник, 1999, с.с. 429, 86.

1 Дюма Р. Литературная и художественная собственность. Авторское право Франции. М., 1989, с. 18

2 Гаврилов Э.П., Данилина Е.А. Комментарий к Закону Российской Федерации «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров. М., Издательство «Экзамен», 2004, стр. 98.

1 Зенин И.А. «Гражданское и торговое право капиталистических стран». Изд. МГУ, 1992 г., с. 28

2 Бромберг Г.В. Интеллектуальная собственность. Основной курс: учебное пособие. – М.: «Приор-издат», 2004, с. 11

3 Мэггс П.Б., Сергеев А.П. Интеллектуальная собственность. М., «Юристъ», 2000, с. 329

1 По данным Роспатента, на 01.06.2010 в РФ зарегистрировано наименований мест происхождения товаров- 112; товарных знаков, поданных по национальной процедуре – 257171; товарных знаков, поданных по международной процедуре – 144498. См. http://www1.fips.ru/wps/wcm/connect/content_ru/ru

1 См., например, Городов О.А. Право на средства индивидуализации: товарные знаки, знаки обслуживания, наименования мест происхождения товаров, фирменные наименования, коммерческие обозначения. М., Волтер Клувер, 2006, с. 45

2 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга пятая. Т. 1. Договоры о займе, банковском кредите и факторинге. Договоры, направленные на создание коллективных образований. М., «Статут», 2006, с. 595

Рассмотрев категорию «иных», «других» интеллектуальных прав, можно прийти к выводу, что часть из них отчуждаема (например, право на получение патента), часть не отчуждаема (право следования), часть носит имущественный характер (право на вознаграждение за служебный результат), часть неимущественный (право доступа, право следования). Разнородность таких прав является их третьим отличительным признаком.

Выше было отмечено, что у «иных» интеллектуальных прав отсутствует официальное родовое название, а также устойчивое доктринальное  наименование. В этой связи, признав исключительное право и личные неимущественные права основными, классическими, «иные» интеллектуальные права можно назвать «дополнительными» интеллектуальными правами. И действительно, есть основные, значимые интеллектуальные права, на которых сосредоточено основное внимание и которые имеют важнейшее социальное и правовое значение. И есть дополнительные интеллектуальные права, менее социально значимые (особенно в рыночных экономических условиях – как, например, право на вознаграждение за служебные достижения) и реже употребляемые. С этой точки зрения такое наименование эффективно, доступно и, в значительной степени, отражает суть проблемы. Наличие в гражданско-правовой доктрине одних лишь понятий «иных» и «других» интеллектуальных прав в таком качестве неопределенно.

Далее в этом параграфе отмечено, что каждый объект материальной собственности в той или иной степени заключает в себе творческую мысль. Любой материальный товар сначала замыслен, а потом реализован в вещь. Для этого производитель использует имеющуюся у него информацию, знания об объекте производства. Чаще всего, это уже известная информация. Но привнеся в товар новое решение, новый замысел, производитель вправе рассчитывать на дополнительный спрос своего товара. Именно в новом решении и заключается творчество, которое по справедливости должно принадлежать тому лицу, которое его придумало. Поэтому не всякая творческая деятельность для производителя охраняема. Охране подлежит новая интеллектуальная собственность, с новой степенью творчества. Степень творчества является своеобразной «прибавочной стоимостью», подлежащей оценке, мере и защите. В авторском праве она выражена в новом произведении, творчество которого, кстати, законодательством презюмируется. В промышленной собственности она может быть выражена в новом творческом, конструктивном решении изделия и т.п.

Но не всякую творческую деятельность можно охранять. Для охраны законодатель потребовал выражения мысли в объективной, наглядной форме. Таким образом, интеллектуальная собственность выражает принадлежность определённому субъекту (субъектам) продуктов интеллектуального творчества, выраженным в объективной форме. Следует отметить, что часто и выражения творческого решения в объективной форме недостаточно. Необходимо государственное подтверждение появления новой интеллектуальной собственности – государственной регистрации.

У интеллектуального продукта всегда есть автор – создатель продукта. Причём всегда физическое лицо – человек, чей уровень мышления является предпосылкой для создания интеллектуального продукта. При появлении искусственного разума – компьютеров и компьютерных программ – возникает вопрос, кто является автором компьютерных решений. Но даже в этом случае авторство отдается человеку – создателю программы или её правообладателю. Автор интеллектуального продукта и его обладатель – не всегда совпадающие понятия. В силу товарного характера объекта интеллектуальной собственности он оборотоспособен и мобилен среди субъектов права, в силу чего он может переходить от одного обладателя к другому. Правовую конструкцию, на основании которой обладателю прав принадлежит интеллектуальный объект, называют исключительными правами, которые выделяют обладателя прав из массы других потенциальных собственников.

Касаясь темы сущности права, следует высказать мнение, что сущность права состоит в урегулировании социальных отношений, в установлении меры дозволенного и недозволенного поведения, в установлении системы координат для индивидов, субъектов права. Именно этим можно объяснить установление охраны для тех или иных объектов и, наоборот, её неустановление для других, правовой возможностью охранять результаты творчества, использовать их и распоряжаться ими.

В рубрике «О дуализме прав на объекты творчества» поднят вопрос о соотношении неимущественных прав и неимущественных прав, входящих в состав интеллектуальных.

Действующее законодательство устанавливает права на объекты интеллектуальной собственности как совокупность неимущественных прав и имущественных. В известной работе Р. Дюма, посвященной авторскому праву, этот тезис подтверждается: «авторские права включают в свой состав одновременно и моральное право, и имущественное право»1.

Вследствие этого возникает вопрос: неимущественные права, включенные в конструкцию интеллектуальных прав – это особые права, присущие только такой конструкции права, или это декларируемое включение в эту конструкцию неимущественных прав, закрепленных в ст. 150 ГК РФ.

Представляется, что логичнее выглядит последнее. Неимущественные права закреплены в ст. 150 ГК РФ и продублированы в специальной IV части Кодекса, регулирующей сферу интеллектуальной собственности.

Различные институтов обладают подобным «дуализмом»: например, материальный собственник имеет наряду с правом собственности неимущественные права. Согласно п. 2 ст. 1228 ГК РФ автору результата интеллектуальной деятельности принадлежит право авторства, а в случаях, предусмотренных Кодексом, право на имя и иные личные неимущественные права. П. 3 ст. 1251 ГК РФ допускает такое практически неупотребляемое в IV части ГК РФ неимущественное право, как защита чести, достоинства и деловой репутации автора.

Таким образом, личные неимущественные права, указанные в правовом режиме интеллектуальной собственности (IV глава ГК РФ) носят лишь характер интеллектуальных в данном контексте материального права.

Параграф 2.3 «Интеллектуальная собственность и исключительные права» посвящен соотношению названных понятий.

До принятия IV части ГК РФ законодательство фактически проводило тождество понятий «исключительное право» и «интеллектуальная собственность». В настоящее время законодатель уже не проводит откровенного тождества между понятиями «интеллектуальной собственности» и «исключительных прав». Интеллектуальная собственность по объему стала более широким понятием, поскольку предусматривает «интеллектуальные права» (ст. 1226 ГК РФ), состоящие из исключительных и иных прав.

Понятие интеллектуальной собственности прижилось, поскольку её наименование отражало принципиальное назначение конструкции исключительных прав. В литературе и нормативных актах нередко интеллектуальная собственность давалась как тождественное понятие исключительным правам и приводилась в скобках.

Понятия «интеллектуальной собственности» и «исключительные права» в сравнении с правом собственности соотносятся как понятия «материальной собственности» и «права собственности на этот материальный объект». У понятия «интеллектуальная собственность» есть объектная привязка – интеллектуальный продукт, аналогичная привязке в материальном праве собственности – материальный продукт. Поэтому, используя высказывания «интеллектуальная собственность» и «материальная собственность», мы подразумеваем, что в первом случае объектом прав является творческий продукт, во втором – физический. Когда мы употребляем выражения «исключительные права» и «право собственности на, к примеру, жилище», мы акцентируем внимание на разновидности прав, их характере.

У термина «интеллектуальная собственность» есть ещё одно назначение: это краткое выражение правового режима творческих продуктов, помогающее в сжатой форме осознать характер прав и их объект. Выражением «интеллектуальная собственность» мы в привычной и убедительной форме характеризуем правоотношение, в т.ч. и не специалистам права. Поэтому у этого термина есть информационное назначение.

Таким образом, понятие «интеллектуальной собственности» указывает на объект права, а также является доступным для понимания аналогом исключительных прав и иных прав, в совокупности составляющих интеллектуальные права.

Параграф 2.4 «Исключительные права и материальное право собственности» соотносит эти понятия.

Автор замечает, что совершенствуя конструкцию исключительных прав, целесообразно не вносить противоречия между правовыми массивами, не отдалять конструкции материального права собственности и интеллектуальной собственности. Делать это лучше не из-за тяги к проприетарной концепции, свойственной странам с англо-саксонской системой права, а в целях оптимизации конструкции исключительных прав. Это позволит сделать законодательство доступным и понятным, сохранить логичность законодательства, сблизить законодательства государств с различными правовыми системами, что значительно в условиях межгосударственного и межконтинентального сотрудничества в области  хозяйствования, науки и техники.

Отмечается высказывание С.С. Алексеева. «Правовые системы англо-американской группы – это эффективно работающие нормативные механизмы, отвечающие основным потребностям жизни общества… Они имеют ряд позитивных специальных технико-юридических черт… Эти системы оказались весьма динамичны: сохраняя стабильность и незыблемость традиционных … начал юридического регулирования, они в то же время могут приспосабливаться к новым технико-экономическим и социально-культурным условиям… Юридический инструментарий, которым располагает общее прецедентное право, можно рассматривать в качестве значительной ценности, выражающей достоинства нормативно-судебной системы юридического регулирования, и имеющей уникальный характер. Быть может, мы вообще ещё недостаточно оценили феномен общего прецедентного права… Не образуют ли его исторические разновидности ключевые вехи на пути мирового правового прогресса? Ведь … римское частное право … в своём первозданном виде представляло собой правовую систему, создаваемую, в сущности, в прецедентном порядке»1.

Далее в этом параграфе автором излагается сходство материального права собственности и интеллектуальной собственности и специфические черты интеллектуальной собственности.

По мнению диссертанта, специфические черты интеллектуальной собственности заключаются в следующем.

Первые три вытекают из смысловых значений исключительных прав, использующихся в правовой литературе:

Первая - как особая категория прав; Вторая - как монополия прав их владельца; Третья, как особый, исключительный статус их владельца. Пожалуй, с этими значениями родственны понятия исключительной и неисключительной лицензии.

Четвертая особенность. Действующее законодательство определяет исключительные права как имущественные.

Пятая особенность. Исключительные права, являясь имущественными по своему характеру, по общему правилу представляют собой права по использованию, распоряжению и защите нематериального объекта. Указанные правомочия отличаются от привычных и схожих правомочий материального права собственности, содержание которого составляет известную триаду по владению, пользованию и распоряжению.

В возможности быть правообладателем на один и тот же объект теоретически неограниченному кругу лиц состоит шестая особенность исключительных прав.

Седьмая особенность. Исключительность прав проявляется и в особом объекте: произведения науки, литературы и искусства в авторском праве; изобретения, промышленные образцы, полезные модели в изобретательском праве; средства индивидуализации товара и т.п. Главным объединяющим признаком указанных объектов является их нематериальный, идеальный характер.

Восьмая особенность. Один и тот же объект интеллектуальной собственности (исключительных прав) может быть использован не только на конкретной, определенной территории, как объект материального права собственности, но одновременно в разных местах. Поэтому исключительные права не ограничены в пространстве.

Девятая особенность. Исключительные права не действуют бессрочно. Они ограничены временными рамками.

Десятая особенность. Для исключительных прав распространенным и весьма характерным фактом является установление специальных мер гражданско-правовой защиты в законодательных актах.

Одиннадцатая особенность состоит в том, что передача исключительных прав производится, главным образом, особыми, специальными видами договоров, не применимых для других видов прав, в том числе вещных.

Двенадцатая особенность. К исключительным правам неприменимы ряд оснований возникновения и прекращения материальных объектов права собственности: приобретательная давность, клад, находка, обращение в собственность общедоступных для сбора вещей и др. А также неприменим ряд оснований прекращения материального права собственности: реквизиция, отчуждение материального имущества и др.

Третья глава «Средства индивидуализации товаров, работ и услуг как объект охраны» призвана раскрыть суть правовой охраны товарных знаков и наименований мест происхождения товаров (НМПТ).

В параграфе 3.1 «Товарные знаки как объект охраны» характеризуется понятие товарного обозначения и знака обслуживания.

Отмечено, что торговые знаки имеют ценность, естественно, не столько в силу высокохудожественности их символа, сколько в силу ассоциации с тем производителем и уровнем качества его товаров, которые посредством потребления товара предоставляют потребителю определённые блага технического, эстетического характера. Товарный знак носит в себе черты репутации товара и его производителя. В нём заключена часть стоимости, затраченной производителем для продвижения товара на рынок.

Товарный знак может заключать в себе и стоимость инерции рекламно-производственной компании. И неудивительно, что товары, маркированные престижными и заслужившими доверие товарными знаками, пользуются повышенным спросом и обладают более высокой ценой.

Товарное обозначение как объект интеллектуальной собственности непотребляем, нематериален; это продукт интеллектуального творчества, выраженный на товаре или товарной упаковке. С уничтожением товара маркировка товарного знака на товаре может быть также уничтожена, но юридически товарный знак при этом не уничтожается. Субъект, владеющий правом на товарный знак, вправе проставить его на других своих продуктах. Товарный знак как объект исключительных прав не связан со своим материальным носителем (товаром, продуктом, изделием и пр.) и при его продаже не происходит перехода прав на товарный знак.

Рубрика «Виды товарных знаков»повествует, какими могут быть товарные обозначения: словесными, изобразительными, звуковыми, световыми, комбинированными, объемными, обонятельными и даже голографическими. Отмечено, что закон не ограничивает этот перечень.

Указывается, что ГК РФ особо выделяет общеизвестные и коллективные товарные знаки и знаки обслуживания, отводя им значительный правовой объём.

В подпараграфе 3.1.1 «Общеизвестные товарные знаки» подробно характеризуется правовой режим этих товарных обозначений. Приводятся определение общеизвестных знаков и их особенности. Особенности общеизвестных обозначений состоят в следующем: требуется особая процедура для признания таких знаков общеизвестными; охрана общеизвестных знаков может распространяться и на неоднородные товары; общеизвестные знаки могут охраняться без регистрации; охрана таких знаков бессрочна.

В подпараграфе 3.1.2 «Коллективные товарные знаки» характеризуется правовой режим этих товарных обозначений. Приводятся определение коллективных знаков и их особенности. Особенности состоят в следующем:

1. Правообладателями коллективного товарного знака является объединение лиц. Отмечается, что ГК РФ не конкретизирует ни организационно-правовую форму такой деятельности, ни какую-либо другую форму участия в объединении. Исходя из редакции ГК РФ и текста Парижской конвенции 1883 г. представляется, что такое объединение может и не носить форму юридического лица – например, простое товарищество, равно как могут не иметь статус предприятия составляющие объединение лица.

2. Коллективный знак предназначен для обозначения товаров, производимых или реализуемых субъектами, входящих в объединение.

3. Производимые или реализуемые товары должны обладать едиными общими, в первую очередь качественными,  характеристиками под страхом прекращения охраны знака.

4. Коллективный знак, наряду с общими правилами, имеет некоторые свои особенности регистрации.В частности, коллективный знак имеет устав.

5. Для регистрации знака необходимо не противоречие создания и деятельности объединения  законодательству страны происхождения (регистрации);

6. В праве на регистрации может быть отказано по причине противоречия публичным интересам (ст. 7 bis Парижской конвенции).

7. Права на коллективный знак непередаваемы.

В рубрике «Приоритет товарного знака» характеризуется понятие приоритета и его видов в отношении охраны товарных обозначений выставочного и конвенционного.

Рубрика «Регистрация товарного знака» посвящена регистрации товарных обозначений. Она, главным образом, построена по принципу указания оснований, при которых возможен отказ в регистрации знаков. Рубрика классифицирует основания как абсолютные и относительные.

Рубрика «Исчерпание прав» рассматривает сущность исчерпания прав на товарное обозначение. В рубрике приведена классификация принципов исчерпания прав – международный, национальный и региональный.

В параграфе 3.2 «Наименования мест происхождения товаров как объект охраны» приводится определение НМПТ, а также ряд существенных, специфических  черт наименования: НМПТ представляет собой обозначение; посредством этого обозначения НМПТ индивидуализирует товар; НМПТ выражает или обозначает только географический объект; НМПТ олицетворяет в товаре особые «природные или людские факторы» географического объекта производства. Такие факторы могут выражаться в традиционном трудолюбии населения места производства товара, его климатическими условиями, геофизической структурой и т.п.; в литературе отмечается такая существенная черта НМПТ, как стабильность их природных и людские факторов1.

Сходство наименования места происхождения товара и товарного знака состоит в следующем: оба объекта являются обозначениями; они индивидуализируют товар; принадлежат к объектам промышленной собственности; их правовой режим регулируется одним законодательным актом; у них одна ведомственная принадлежность – Федеральная служба по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам; оба объекта требуют государственной регистрации; в отношении их установлен одинаковый срок действия свидетельства; имеют схожую предупредительную маркировку; имеют схожие основания и процедуру прекращения правовой охраны; имеют схожую процедуру регистрации;

Наряду с этим выражается ряд отличий товарных наименований от товарных знаков: НМПТ не могут передаваться посредством лицензионных договоров; наименования охраняются бессрочно; НМПТ не бывают объемными, звуковыми и т.п.; наименования мест происхождения товаров обозначают наименование только географического объекта; НМПТ «привязана» к определенному географическому объекту; для регистрации наименований мест происхождения товара не обязательны условия регистрации товарного знака: приоритет, новизна и пр.; право пользования на наименование может быть предоставлено и другим лицам, производящим характерный товар; у обладателя права на НМПТ фактически нет монополии прав, присущей характеру исключительных прав; наименование может быть зарегистрировано на юридическое и физическое лицо, причем в последнем случае закон не оговорил обязательность предпринимательского статуса, как это присутствует у субъектов не товарные знаки.

Приводится классификация НМПТ. В зависимости от обстоятельств, послуживших основанием для специфических свойств товара - сложившиеся под воздействием природных условий,  сложившиеся под воздействием людских факторов и комбинированный вид: сложившиеся под воздействием природных и людских факторов.

В зависимости от территории распространении – национальные и международные.

В зависимости от степени контроля – обыкновенные,  регламентированные и контролируемые (гарантированные).

Рубрика «Возникновение правовой охраны НМПТ» посвящена вопросам регистрации наименований. Указываются субъекты прав и цели охраны. Рассматривается правовой режим регистрации.

Параграф 3.3 «Прекращение правовой охраны товарного знака»  приводит соответствующие основания, которые можно определить следующим образом: признание предоставление охраны недействительным и непосредственное её прекращение, содержащиеся в ст. 1512 и 1514 ГК РФ соответственно.

Названные нормы, предусматривающие основания завершения охраны, отличаются моментом ее прекращения. Статья 1512 направлена на оспаривание регистрационной процедуры и признает правовую охрану оконченной с момента регистрации, т.е. фактически недействительной признается сама регистрация. Следовательно, оспоренный товарный знак в соответствии с этой статьей фактически не признается зарегистрированным и не подлежит правовой охране.

В отличие от нее, ст. 1514 предусматривает прекращение охраны с момента того или иного юридического факта: отказ, вступление в силу судебного решения и т.д.

Отдельно рассматривается возможность признания охраны знака недействительной вследствие определения действий, связанных с регистрацией знака правообладателя, актом недобросовестной конкуренции.

Отмечается,что ст.1513 ГК РФ посвящена процессуально-процедурным моментам оспаривания действительности предоставленной правовой охраны товарного знака.

Указывается, что одно из условий прекращения охраны следует распространить не только на внедоговорные основания, но и на ряд договорных, поскольку последние также напрямую «не заботятся» о потребителе. Например, договор о залоге может предусматривать переход прав во внесудебном порядке, характерном по общему правилу для залога. Подобный переход потенциально может иметь те же последствия, что и переход прав по внедоговорным основаниям.

Параграф 3.4 «Прекращение правовой охраны наименования места происхождения товаров» характеризует правовой режим прекращения охраны НМПТ и устанавливает основания для этого.

К таким основаниям относятся все находящиеся в противоречии с режимом регистрации и использования НМПТ выводы.

Четвертая глава «Использование средств индивидуализации товаров» характеризует правовую возможность правообладателей реализовать правомочие по использованию средств индивидуализации товаров.

Параграф 4.1 «Использование товарного знака» отмечает, что товарные знаки, будучи объектом интеллектуальной деятельности, выступают как товар, имеющий свои потребительские свойства. Посредством использования прав на знаки правообладатель реализует их потребительскую ценность.

Указывается, в чем заключается понятие «использование товарного знака».

Освещается правовой режим, регулирующий эти отношения.

Кроме того, в данном параграфе отмечены последствия неиспользования товарного обозначения.

Параграф 4.2 «Использование наименования места происхождения товара» отмечает, что сущность использования НМПТ состоит в информировании потребителя об особых свойствах вводимого в гражданский оборот товара в силу выдающихся характеристик его места происхождения.

Характеризуется правовой режим, регулирующий использование НМПТ, отмечена имплементация норм Лиссабонского соглашения 1958 г.

Пятая глава «Распоряжение исключительным правом на средства индивидуализации товаров (динамика прав)» характеризует правовую возможность правообладателей реализовать соответствующее правомочие.

Параграф  5.1 «Распоряжение исключительным правом на товарный знак» отмечается, что в ст. 1233 ГК РФ законодатель определил принципиальную возможность отчуждения исключительного права на товарный знак. Конкурентные условия рынка диктуют использование продуктов интеллектуального творчества в качестве товара и фактически предопределяют их оборотоспособность и юридическую конструкцию. Обладая товарными чертами исключительные права способны к обращению в экономическом обороте.

Указывая на широкий диапазон способов распоряжения правом на объекты интеллектуального творчества, законодатель всё же особо выделил классические договоры об отчуждении исключительного права и лицензионный договор, включив их в общее число инструментариев (ст. ст. 1234, 1235, 1488, 1489 ГК РФ).

Способы распоряжения исключительными правами можно разделить на три группы:

- общеправовые способы: права могут перейти к новым обладателям в результате реорганизации юридического лица (сингулярного правопреемства), наследства (универсального правопреемства), вклада прав в уставный (складочный) капитал юридического лица, судебного решения (ст. 1241 ГК РФ).

- специальные способы (основные): договор уступки и лицензионный договор (ст. ст. 1234, 1235, 1488, 1489 ГК РФ).

- дополнительные (факультативные) способы передачи исключительных прав. Это договоры коммерческой концессии, купли-продажи предприятия, аренды предприятия, доверительного управления имуществом, о залоге и др.

В качестве альтернативы изложенной в настоящей главе классификации оснований перехода прав на объекты интеллектуального творчества (основные, дополнительные, общеправовые) можно предложить следующее деление оснований: договорные и внедоговорные. В договорную группу, соответственно, войдут все виды договоров, по которым возможна передача прав, во внедоговорную – реорганизация, наследование, вклад в уставный капитал юридического лица, обращение взыскания.

Отмечено, что пункт второй ст. 1233 ГК РФ применяет в так называемом субсидиарном (дополнительном) порядке к договорным инструментариям по передаче исключительных прав, в т.ч. договору об отчуждении исключительного права и лицензионному договору, общих положений об обязательствах и общих положений о договоре ГК РФ. Применение этих норм не должно противоречить IV части ГК РФ, а также существу и характеру исключительного права.

Подпараграф 5.1.1 «Общеправовые способы» детализирует тезис автора о том, что исключительные права могут перейти к новым обладателям в результате реорганизации юридического лица (сингулярного правопреемства), наследства (универсального правопреемства), вклада прав на объект интеллектуальной деятельности в уставный (складочный) капитал юридического лица, обращения взыскания на имущество. Эти способы автор называет общеправовыми.

Подпараграф 5.1.2 «Специальные (основные) способы» детализирует одноименный инструментарий по передаче прав на средства индивидуализации – договор уступки прав и лицензионный договор.

Характеризуется каждый из этих инструментариев, освещаются их субъекты, объекты, существенные условия, форма договоров, порядок их заключения, изменения и расторжения. Отмечается, что главным отличием лицензионного договорам от договора об отчуждении  исключительного права является то, что по лицензионному договору не происходит отчуждения прав, происходит только лишь их использование в пределах, обусловленных договором.

Освещается порядок государственной регистрации этих договоров и последствия ее неосуществления.

 Рубрика «Виды лицензионных договоров» отмечает, что для подобных договоров возможно содержание в них условия о предоставлении лицензиару права выдавать либо не выдавать лицензии другим лицам. В статье 1238 Кодекса приводится понятие сублицензионного договора. Там возможность выдачи сублицензии возлагается на лицензиата.

Лицензионный договор может предусматривать:

- предоставление лицензиату права использования результата интеллектуальной деятельности с сохранением за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (простая или неисключительная лицензия);

- предоставление лицензиату права использования результата интеллектуальной деятельности без сохранения за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (исключительная лицензия).

В рубрике «Сублицензионный договор» отмечается, что как для договора аренды возможно предоставления его объекта в пользование третьей стороне, так и для лицензионного договора возможно предоставление права использования творческого результата третьему лицу. Такое условие называется сублицензией.

Сублицензия – это предоставленное лицензиаром право лицензиату сдавать право использования результатом творческой деятельности другому лицу. Как видно, сублицензия предоставляется только с согласия уполномоченного лица – лицензиара, правообладателя.

Приводятся характеристика и существенные условия сублицензионного договора.

Рубрика «Исполнение лицензионного договора»характеризует правовой режим лицензионного договора. Отмечается, что статья 1237 ГК РФ устанавливает правовой режим исполнения лицензионного договора, придавая тем самым этому процессу значимые правовые черты.

В пункте 1 этой нормы обеспечивается забота лицензиара (как предоставившего право) в добросовестности исполнении лицензионного договора. В связи  с этим лицензиат (как получивший право) обязан представлять лицензиару отчёты об использовании объекта интеллектуальной деятельности. Пункт 1 корреспондирует с пунктом 3 этой же статьи, устанавливающей ответственность лицензиата за использование объекта интеллектуальной собственности за пределом предоставленных прав.

Пункт 2 ст. 1237 ГК РФ ограничивает лицензиара от вмешательства в действия контрагента (лицензиата). Он должен воздерживаться от любых действий, затрудняющих осуществление лицензиатом права использования результата интеллектуальной деятельности в предоставленных пределах.

Кодекс ничего не говорит о характере и видах таких действий. Очевидно, что это оценочная категория лицензиата, которая в случае необходимости может быть подтверждена судом.

Подпараграф 5.1.3 «Дополнительные способы (факультативные)» характеризует такой инструментарий по передаче исключительных прав, который можно определить как дополнительный или факультативный. Это договоры коммерческой концессии, доверительного управления имуществом, купли-продажи предприятия, аренды предприятия, о залоге, простого товарищества.

В подпараграфе 5.1.4 «Регистрация договоров» освещается обязательность государственной регистрации специальных договоров уступки прав и лицензионного договора под страхом признания их недействительными. Показывается значение неосуществления этой процедуры.

Параграф 5.2 «Возможность перехода прав на наименование места происхождение товара» посвящен теме распоряжения правами на наименование места происхождения товара.

В п. 4 ст. 1519 ГК РФ закреплено, что обладатель свидетельства не вправе распоряжаться исключительным правом на НМПТ, в том числе путем его отчуждения или предоставления другому лицу права использования этого наименования, не допускается.

Вместе с тем, можно отметить основания, по которым все-таки можно передать НМПТ.

Отмечается, что существуют общеправовые и определённые договорные основания, по которым НМПТ может быть передано. Общеправовые основания предусмотрены нормами Общей части ГК РФ и являются фактически универсальными для подавляющего большинства объектов гражданского права. К таким общеправовым основаниям можно отнести:

- реорганизацию юридического лица – обладателя свидетельства на НМПТ в её формах слияния, присоединения, выделения, разделения и преобразования;

- наследование, если обладателем свидетельства было физическое лицо.

Следует заметить, что, по сравнению с аналогичными инструментами на товарный знак, у НМПТ отсутствует возможность служить вкладом в уставный (складочный) капитал юридического лица.

Наряду с общеправовыми основаниями можно допустить передачу прав на НМПТ и по некоторым договорным основаниям. Их, аналогично подобным инструментариям на товарные знаки, можно назвать дополнительными. Но уже по отношению не к специальным, которых не существует, а к общеправовым основаниям.

Это договор аренды предприятия. Надо заметить, что в договоре продажи предприятия объектом договора выступает само предприятие, включающееся в себя и имущественные права на средства индивидуализации товара.

Несколько по иному с договором купли-продажи предприятия. Здесь также объектом договора выступает предприятие как единый имущественный комплекс, включающий в себя, по общему правилу, права на объекты интеллектуального творчества. Но п. 1 ст. 559 Кодекса исключает из объекта договора права, которые продавец не вправе передавать другим лицам. Эта норма целиком корреспондирует с правовым режимом запрещения какого-либо договорного использования НМПТ. И если действовавший до 01.01.2008 г. режим оставлял хоть какой-то шанс на возможность передачи наименования в составе предприятия, то нынешняя редакция закрыла и её. Дело в том, что в прежней редакции ст. 559 ГК РФ содержалось указание на расширительный перечень средств индивидуализации товаров. Сейчас этого уже нет. Подобное положение дел представляется нецелесообразным. При фактическом запрещении договора купли-продажи предприятия, в состав которого входят права на НМПТ, законодатель искусственно заставляет продавца оставлять их у себя.

Иная ситуация складывается в отношении договора коммерческой концессии (франчайзинга) и договора доверительного управления. Неуверенность вытекает из редакции ГК РФ,  запретившей возможность распоряжения правами на НМПТ. Немалые основания для сомнения вызывает редакция п. 2 ст. 1519 ГК РФ, предусматривающая весьма ограниченное использование наименований: «использованием наименования места происхождения товара считается применение его на товаре, этикетках, упаковке, в рекламе, проспектах, счетах, бланках и иной документации, связанной с введением товара в гражданский оборот». При расширительной редакции использования НМПТ появилась бы возможность более широко использовать наименование, что, несомненно, повысило бы его привлекательность и динамичность. При универсализации и расширении термина «использование» в отношении НМПТ возможность использования прав на НМПТ в качестве объекта договоров франчайзинга, доверительного управления имуществом, простого товарищества стала бы очевидной, что нельзя сказать, исходя из действующей редакции Кодекса.

Названные договоры франчайзинга, доверительного управления, которые наряду с арендой и продажей предприятия могли бы быть инструментами передачи прав на НМПТ, отобраны по следующим признакам:

- объектами этих договоров законодательство прямо предусматривает права на объекты интеллектуальной собственности;

Кстати говоря, законодатель в ст. 1032 ГК РФ косвенно допускает употребление объектом договора франчайзинга наименование места происхождения товара.

- объектом договора коммерческой концессии выступает комплекс прав на результаты творческой деятельности, что схоже с договорами продажи и аренды предприятия;

- в указанных договорах использование прав на объекты интеллектуального творчества не противоречит их сущности.

Если обобщить договоры купли-продажи предприятия, аренды предприятия и коммерческой концессии, то можно заметить, что права на НМПТ выступают в этих договорах в комплексе другого имущества: при продаже и аренде предприятия НМПТ входит в их состав, при франчайзинге входят в комплексный состав других исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта.

Это обстоятельство не позволяет правообладателю распоряжаться правами на наименование способом, характерным для лицензионного договора и запрещенного законом для НМПТ. Таким образом, обладатель права не злоупотребляет принадлежащим ему правом и не «распыляет» его. НМПТ, переходя в комплексе другого имущества, совершает примерно такой же разовый и необходимый оборот, как при реорганизации или наследовании.

Так же обстоит дело с договором доверительного управления имуществом. Редакция п. 4 ст. 1519 ГК РФ не позволяет столь широко использовать права на НМПТ, что их можно было бы без сомнения отнести к объектам этого вида договора. В договоре доверительного управления объектом выступают уже не комплекс прав, а сами права - существует теоретическая возможность употребить в качестве объекта договора исключительные права в соответствии с п. 1 ст. 1013 ГК РФ. Ограничения договора доверительного управления касаются материального имущества: денег и имущества, находящегося в хозяйственном ведении и оперативном управлении.

В параграфе отмечено, что исходя из смысла ст. 336 ГК РФ, права на НМПТ не могут быть объектом договора о залоге, в отличие от прав на товарный знак. Вместе с тем, возможно употребление прав на НМПТ в качестве залога в составе имущественного комплекса – предприятия.

Действующее законодательство наделяет наименования мест происхождения товаров невыразительным характером. НМПТ не привлекательно с точки зрения гражданского оборота, его правовой режим сковывает правообладателя. Подобный подход может привести НМПТ к роли правового атавизма.

В связи с вышесказанным целесообразно для придания динамичности НМПТ, увеличения его значимости, укрупнения товарооборота расширить спектр возможного использования наименований мест происхождения товаров. При придании новых черт понятию использования прав на НМПТ не пострадают его классические отличительные признаки.

Шестая глава «Ответственность за нарушение прав на средства индивидуализации товаров, работ и услуг» призвана раскрыть различные виды ответственности за нарушение прав на средства индивидуализации товаров. Глава разбита на параграфы, тематикой которых являются разновидности ответственности: гражданско-правовая, административно-правовая и уголовно-правовая.

В параграфе 6.1 «Гражданско-правовая ответственность» отмечается, что одноименнаяответственность является видом юридической ответственности и воплощает в себе все её признаки, имея при этом свою специфику, заключающуюся прежде всего в её имущественном характере.

Гражданско-правовая ответственность устанавливается федеральными законами и может быть общеправовая, установленная I частью ГК РФ, и специальная, установленная IV частью ГК РФ, которые охарактеризованы отдельно.

Важное место в параграфе отведено составу гражданско-правового правонарушения и его отдельным элементам, в частности – вине. Рассматриваются случаи наступления ответственности без вины.

Значительное место отведено разновидностям гражданско-правовой ответственности.

В параграфе 6.2 «Административно-правовая ответственность» указывается, что одноименная административная ответственность является одним из видов юридической ответственности, которым присущи общие черты. Отмечено, что административная ответственность имеет свои отличительные особенности: она наступает вследствие административного проступка, который не влечет за собой судимости в уголовно-правовом порядке; она наступает перед более широким кругом органов, чем в уголовном праве: судебными органами, органами управления и др.

Уделено внимание составу административного проступка и его составляющим элементам, охарактеризованным отдельно.

Отмечается возможность наступления ответственности в соответствии с антимонопольным, таможенным законодательством.

Параграф 6.3 «Уголовно-правовая ответственность» призван осветить правовой режим одноименной разновидности юридической ответственности.

Параграф, уделив внимание составу уголовно-правовой ответственности, и охарактеризовав его элементы, раскрывает специальные уголовно-правовые составы.

В седьмой главе «Государственная политика в сфере интеллектуальной собственности» освещаются государственные усилия в области развития интеллектуальной собственности.

Приводятся основные направления совершенствования нормативной правовой базы в области хозяйственного оборота объектов интеллектуальной собственности и других результатов научно - технической деятельности.

Охарактеризована структура управления областью осуществления государственной политики и функций в сфере правовой охраны товарных знаков и наименований мест происхождения товаров – Роспатента.

Отмечен правовой режим этого органа.

В параграфе 7.1 «Полномочия и права Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам» освещаются вопросы статуса, функциональных полномочий и прав Роспатента.

Параграф 7.2 «Органы Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам» освещает статус и организационную структуру патентного ведомства. В рамках Роспатента отмечена Палата по патентным спорам, в функции которой входит, наряду с другими,  рассмотрение возражений на решения патентного ведомства по регистрации товарного знака и наименования места происхождения товара.

Указывается, что Палата по патентным спорам является важным административным органом, находящимся в ведении патентного ведомства, по разрешению спорных вопросов регистрации или прекращении регистрации объектов промышленной собственности.

Решения Палаты по патентным спорам являются административными решениями патентного ведомства и утверждаются главой этого ведомства.

В связи с административным статусом Палаты приводятся доводы по изменению ее статуса и возникновению Патентного суда (арбитража).


Основные научные положения диссертационного исследования опубликованы в следующих работах:

Монография:

  1. Монография «Исключительные права на средства индивидуализации товаров – товарные знаки, знаки обслуживания, наименования мест происхождения товаров: гражданско-правовой аспект», «Статут», 2007. – С. 283 (18 п.л.). 

Научно-практические комментарии:

  1. «Правовая охрана и защита интеллектуальной собственности. Научно-практический комментарий к Закону РФ «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров». М., «Вершина», 2005. – С. 441 (28 п. л.).
  2. «Все об ОСАГО - обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», М., «Норма», 2006. – С. 223 (14 п.л.).

Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученой степени доктора наук:

  1. «Права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации»//«Законодательство», № 4, 2010, - с. 18-22, (0, 4 п.л.)
  2. «О категории «иных» («дополнительных») интеллектуальных прав//«Законодательство», № 1, 2010. – С. 23-27 (0, 49 п.л.)
  3. «Залог исключительных прав»//«Юрист ВУЗа», № 11, 2009. – С. 37-39 (0, 45 п.л.).
  4. «Уголовная ответственность за преступления, связанные с нарушением прав на средства индивидуализации товаров»//«Интеллектуальная собственность. Промышленная собственность», № 11, 2004. – С. 38-41 (0,32 п.л.).  
  5. «Основания перехода исключительных прав на товарный знак»//«Интеллектуальная собственность. Промышленная собственность», № 4, 2004. – С. 42-49 (0,65 п.л.).  
  6. «Охраняем ли Интернет»//«Интеллектуальная собственность. Авторское право», № 9, 2003. – С. 26-34 (0,73 п.л.).  
  7. «Исключительные права на объекты интеллектуальной собственности»//«Интеллектуальная собственность. Авторское право», № 3, 2003. – С. 20-25 (0,49  п.л.).
  8.  «Актуальные проблемы правовой охраны программного обеспечения ЭВМ»//«Интеллектуальная собственность», № 10 2002 – С. 38-41 (0,32 п.л.).
  9. Административная ответственность за нарушение авторских и иных прав по новому Кодексу»//«Интеллектуальная собственность. Авторское право», № 9, 2002. – С. 8-15 (0,65 п.л.).
  10. «К дискуссии об охране компьютерного программного обеспечения»// «Интеллектуальная собственность. Промышленная собственность», № 3, 2002. - С. 26-32 (0,56 п.л.).
  11. “Охрана прав авторов программного обеспечения ЭВМ”// “Российская юстиция”, № 5, 1997. – С. 45-46 (0,12 п.л.).
  12. “Преступления в сфере компьютерной информации”//“Российская юстиция”, № 10, 1997. – С. 24-26 (0.18 п.л.).

Иные научные работы:

  1. «Защита исключительного права на фирменное наименование и товарный знак»//Сборник научных работ. Вып. 7. – М.: Издательство «Дело» АНХ, 2010 – с. 6-11 (0, 25 п.л.).
  2. «Защита товарных знаков в сети Интернет»///«Гражданин и право», № 4, 2010. С. – 88-92 (0, 4 п.л.).
  3. «Происхождение интеллектуальных прав в Российской Федерации и перспектива их развития»//Общество, государство и право России: история – современность - перспективы развития: материалы V межрегиональной научно-практической конференции, 10 декабря 2009 года/Нижегородский филиал Института бизнеса и политики; - Нижний Новгород: Нижегородский филиал ИБП, 2010 – с. 51-54 (0, 2 п.л.)
  4. «Значение средств индивидуализации товаров в рыночных условиях и защита прав на них»//«Гражданин и право», № 12, 2009. – С. – 86-90 (0,48 п.л.).
  5. «Кодификация законодательства в сфере интеллектуальной собственности: история, современное состояние и перспективы развития»//Вестник  Тверского государственного университета, серия «Право», № 27, 2009. с. 46-51 (0, 33 п.л.).
  6.  «Новое законодательство о залоге»//Вестник  Тверского государственного университета, серия «Право», № 22, 2009. с. 39-42 (0, 27 п.л.).
  7.  «Об интеллектуальных правах или об опасности увлечения правовыми конструкциями»//Право и проблемы юридической практики в сфере имущественных отношений: материалы Всероссийской научно-практической конференции. Н. Новгород: НКИ, 2009. С. 66-71 (0, 3 п.л.).
  8. «Происхождение исключительных прав»//«Гражданин и право», № 1, 2007. С. – 40-47 (0,65 п.л.).
  9.  «Новое в обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»// «Гражданин и право», № 6, 2006. – С. – 34-40 (0,57 п.л.).
  10. «Об исключительности прав на объекты интеллектуальной собственности»//«Юридический мир», № 8, 2002. – С. 29-32 (0,25 п.л.).
  11. «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств (комментарий к одноимённому Федеральному закону)»//«Юридический мир», № 11, 2002, - С. 58-66 (0,56 п.л.).
  12. «Дополнительные (субсидиарные) способы охраны программного обеспечения ЭВМ (на примерах Республики Беларусь и Российской Федерации)//«Интеллектуальная собственность в Беларуси», № 4, 2002. - С. 31-38 (0,65 п.л.).
  13. «Преступления против информационной безопасности (компьютерные преступления)»//«Юрист» (издательство «Белорусский дом печати», № 4(5), 2001. – С. 14-18 (0,3 п.л.).
  14. «Дополнительные (субсидиарные) способы охраны программного обеспечения ЭВМ»//«Юридический мир», № 3, 2002. – С. 22-25 (0,25 п.л.).
  15. «Правовое обеспечение охраны и использования программ ЭВМ в Российской Федерации»//Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук, М., 2001. - 21 с. (1,3 п.л.).
  16.  «Особенности авторского договора как способа передачи имущественных прав на программное обеспечение ЭВМ»//«Юридический мир», № 7, 2000. – С. 23-30 (0,5 п.л.).
  17. “Ответственность за нарушение прав на программное обеспечение ЭВМ» (гражданско-правовая)//“Юридический мир”, № 3, 2000. – С. 66-70 (0,31 п.л.).
  18. “Основания возникновения имущественных прав на программное обеспечение ЭВМ”//Материалы научно-практической конференции - “Российское и зарубежное обязательственное право (проблемы теории и практики)», сборник статей и тезисов докладов аспирантов”, М., 2000 г. С. 82-84 (0,18 п.л.).
  19. “Авторский договор как способ передачи имущественных прав на программное обеспечение ЭВМ”//Материалы научно-практической конференции - “Российское и зарубежное обязательственное право (проблемы теории и практики)», сборник статей и тезисов докладов аспирантов”, М., 2000 г. С. 85-88 (0,25 п.л.).
  20. “Субъекты правоотношений в области правового регулирования программного обеспечения ЭВМ”//Проблемы современной науки, М., ”Компания Спутник плюс”, 2000. С. 42-46 (0,15 п.л.).
  21. “Ответственность за нарушение авторских прав на программное обеспечение для ЭВМ” (уголовно- и административно-правовая)//“Юридический мир”, № 12, 1999. – С. 65-69 (0,31 п.л.).
  22. “Правовое регулирование программного обеспечения ЭВМ в Российской Федерации”//Тезисы докладов на теоретической конференции аспирантов Института государства и права РАН и Московской юридической академии, М., 1995. – С. 59-63 (0,28 п.л.).

1 Дюма Р. Литературная и художественная собственность. Авторское право Франции. М., 1989, с. 18

1 Алексеев С.С. Теория права. Изд-во БЕК, М., 1995, с. 286

1 См., например, Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. М., “Теис”, 1996, с. 559

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.